Выбор...

Немеют от боли рука и душа,
Но, быть может, не только от боли.
Рука — пустяки, с душою беда,
В ней пепел, сгоревшее поле.
А ночью по гари упал белый снег,
И я почему-то робко
Шёл по нему в никуда без примет,
А следом — голодные волки.
Идут осторожно, лапы след в след,
Как зомби, в глазах безнадега.
Мне страшно, я вижу людей, не зверей…
Тоска… Ледяная тревога…

Бегу без проблеска надежды
На то, что будет яркий свет,
И ночь сорвёт свои одежды
С людей-зверей…
Но света нет…

Обложили вокруг,
Ни войти, ни уйти,
И не вырваться даже украдкой,
Остаётся одно: разорвать этот круг…
Или… К ним… Навсегда… Без остатка…
Ведь всего ничего — лишь железный укус,
Лязг клыков в сладких выплесках крови,
И я в бег сумасшедший со стаей сорвусь
Белым волком… Безумный… Но вольный.
Я безглаз и незряч, чтобы лиц не узнать,
Рву чужим и своим плоть и глотки,
Пусть душа перестанет любить и страдать,
Милосердье — не доля для волка.
Но что-то не так!
Крики в ночи!
Звёзды — стоваттные свечи!
В поле на белом пылают кресты,
плавится снег на погостах.
Кто в ночи разжигает костры?
Круг флажкует, опутав верёвкой тропы,
Зачем на белом пылают кресты?
Они не согреют бездушие рока.
Бежать! Бежать!
Хрип в груди
Без сердца, но кровь толчками,
И где-то там в чёрной глуби
крик души во Вселенский Хаос:
— Где ты Разум? Круг разомкни!
Если не ты, то кто же с нами!

Но ночь молчит!
Я в стае. По краю… Цугом…
И лишь добро поймёт, что такое волки!
Скоро рассвет…
Кто-то следит за бешеным кругом.
Зоркий взгляд.
Щелчок затвора,
рвёт этот круг
хлесткий выстрел винтовки…

***
...Лепет про всеобщую любовь — уже не спасение для пораженного безумием мира. Именно она, к себе, к ближним, убежденная, уверенная, толкает людей на страшные по своей разрушительности и масштабам преступления. Личное эго глобального размаха растоптало гуманизм, оставив его извращенные частицы на светлую долю для избранных... Но только он, гуманизм с холодным разумом и горячим сердцем способен восстановить справедливость для всех. Но какой ценой!!!
Космополит - человек будущего.