302

Я до сих пор помню этот номер так чётко, будто он выжжен у меня на внутренней стороне век.
302.
Тот самый, где ты вошёл, даже не закрыв дверь до конца, а я уже стояла на коленях, чувствуя, как пол холодит кожу, а между ног уже всё течёт от одного только взгляда на тебя.
Там, в этой комнате, воздух был тяжёлым, пропитанным запахом твоего пота, моей киски и того сладкого, почти животного аромата, который появляется, когда мы оба уже на грани.
Ты схватил меня за волосы, прижал лицом к своей ширинке — и я, задыхаясь, расстёгивала зубами молнию, пока ты рычал сверху: «Быстрее, сука, я хочу почувствовать твой рот».
Простыни мы скомкали за первые пять минут.
Потом ты трахал меня раком, впиваясь пальцами в бёдра так, что синяки держались неделю, а я выгибалась и просила ещё, ещё глубже, ещё больнее.
Зеркало напротив отражало всё: как мои сиськи подпрыгивают от каждого толчка, как твои яйца шлёпают по мне, как мои губы растягиваются в беззвучном крике, когда ты входил до самого конца.
А потом ты кончил мне на лицо, горячими толстыми струями, и я слизывала всё языком, глядя тебе прямо в глаза, пока ты тяжело дышал и повторял: «Ты моя грязная девочка».

Этот номер до сих пор живёт во мне.
Иногда я просыпаюсь ночью мокрая, сжимаю бёдра и шепчу в темноту именно эти три цифры — как заклинание, как имя любовника, которого больше нет, но который всё ещё трахает меня в воспоминаниях