О смысле жизни

Выражение «смысл жизни» представляет собой, прежде всего, речевую конструкцию.
В нём уже заключено предположение о том, что жизнь имеет некоторый предзаданный смысл — цель или значение, существующее вне самой жизни. Однако подобное допущение не имеет ни эмпирического, ни логического основания.

Жизнь является фактом, который не требует внешнего оправдания. Попытка искать «смысл жизни» — это уже вторая ступень, уровень языка и рефлексии. Здесь смысл не обнаруживается как свойство самой жизни, а конструируется человеком в ходе размышлений, как способ упорядочить индивидуальные впечатления и явления внешнего мира.

Таким образом, смысл есть продукт интерпретации, а не условие существования. Каждый человек придаёт жизни свой смысл — через творчество, любовь, труд, общение и познание. Но этот смысл всегда субъективен и непередаваем в универсальной форме: то, что для одного наполнено значимостью, для другого может быть абсолютно пустым.

Именно поэтому всякий универсалистский ответ на вопрос о смысле жизни неизбежно оказывается навязанным извне: как только чьё-то частное толкование выдаётся за всеобщую истину, оно превращается в средство давления — со стороны государства, партии, секты или общественной морали.

В целом вопрос «в чём смысл жизни?» построен некорректно: он пытается навязать жизни категорию, которая принадлежит только языку и мышлению. Жизнь не нуждается в объяснении, так же как река не нуждается в оправдании чтобы течь. Ибо сама жизнь и есть условие всякого смысла, а смыслы — лишь наши способы ориентироваться в её течении.