Злодейка. Тридцать дней до казни. Глава 7

Глава 7. Первый шаг в лабиринте лжи

Трещина на кольце была едва заметной, словно волосок, проведенный по поверхности черного льда. Но Вера чувствовала её кончиком пальца, как чувствуют шрам на лице любимого человека.

— Цена истины, — повторила она слова, сказанные вчера вслух.

Кольцо больше не пульсировало ровно. Его ритм сбился, стал хаотичным, словно сердечная аритмия. Вчера оно выдало мощный всплеск энергии, чтобы пробить подавители и осветить ложь Регента. Теперь оно казалось истощенным.

Вера сидела на нарах, сжимая в ладони деревянную коробочку, которую оставил Тень. Медальон внутри был тяжелым, холодным и абсолютно гладким. Никаких застежек, никаких узоров. Только герб королевской семьи — золотой грифон на синем фоне.

— Что ты скрываешь? — спросила она медальон.

Она поднесла его к свету факела. Гериф не двигался. Но когда Вера надела кольцо на палец и коснулась медальона камнем, произошло нечто странное. Трещина на кольце вспыхнула тусклым красным светом. Медальон ответил тихим щелчком.

Крышка отпружинила.

Внутри было не зеркало и не портрет, как она ожидала. Внутри лежал свернутый лист тончайшей пергаментной бумаги и маленький ключик из серебра.

Вера развернула бумагу. Это была карта. Но не города и не замка. Это была схема подземных тоннелей. Один из маршрутов был помечен красным крестом. Подпись внизу гласила: «Хранилище Крови. Вход через склеп».

— Хранилище Крови, — прошептала Вера. — Что там может храниться?

Ответ пришел сам собой, стоило ей вспомнить слова врача Гилберта и надпись на стене камеры. «Ключ в крови». Если её кровь открывала архив, то что открывает этот ключ? И почему он был у Регента?

Дверь камеры скрипнула. Вошел Кайл. Сегодня на нем не было парадного камзола инквизитора. Он был в простом черном плаще, и выглядел он так, будто не спал всю ночь.

— Совет собирается через час, — сказал он без приветствия. — Регент потребовал вашего присутствия.

— Как обвиняемой или как свидетеля? — Вера спрятала медальон в рукаве.

— Как источник нестабильности, — мрачно ответил Кайл. — Он утверждает, что вы использовали запрещенное заклинание на площади. Что вы ослепили его магией разума.

— Я использовала кольцо, — пожала плечами Вера. — Это доказательство моей связи с короной, а не магии разума. Разве не вы учили меня, что закон трактуется в пользу обвиняемого при отсутствии прямых улик?

Кайл усмехнулся, но улыбка вышла нервной.

— Закон — это одно. Политика — другое. Регент собрал своих людей. Гвардия лояльна ему. Если вы войдете в зал и не сможете доказать свои слова документально… они арестуют меня за пособничество.

— У меня есть документ, — Вера похлопала себя по груди, где под платьем лежала вырванная страница из архива.

— Этого мало, — Кайл подошел ближе, понизив голос. — Бумагу можно подделать. Чернила можно состарить. Вам нужно нечто, что нельзя подделать. Что-то, что связано с самой сутью королевства.

Вера вспомнила карту в медальоне. «Хранилище Крови».

— А если я скажу, что знаю, где находится печать основателя? — спросила она осторожно.

Кайл замер. Его глаза расширились.

— Печать основателя утеряна сто лет назад. Легенда гласит, что только истинный наследник может её найти.

— Легенды часто бывают инструкциями, забытыми временем, — Вера встала. — Ведите меня в Совет. Но не в зал заседаний. Сначала в склеп.

— Это безумие, — Кайл покачал головой. — Регент ждет вас в тронном зале. Если мы опоздаем…

— Если мы пойдем прямо к нему, мы проиграем. Он готовился к этому всю ночь. Он ждет, что я буду защищаться. Я не буду. Я нападу.

Вера подошла к зеркалу, висевшему в углу камеры — редкая роскошь для узницы. Её отражение смотрело на неё уставшими глазами. Под ними залегли тени. Но взгляд был твердым.

— Вы готовы войти в лабиринт, герцогиня? — спросил Кайл.

— Лабиринт лжи, — поправила Вера. — В нем есть только один выход. Через центр.

Она вышла из камеры. На этот раз цепи не звенели. Кайл снял их лично.

— Почему вы рискуете? — спросила Вера, когда они шли по коридору. — Вы могли бы просто выполнять приказы. Быть в безопасности.

Кайл остановился у поворота.

— Мой отец был судьей. Он повесил невиновного, потому что так приказал король. Через неделю король умер. Мой отец повесился сам. — Кайл посмотрел на свои руки. — Я поклялся, что никогда не позволю закону стать инструментом убийства. Даже если закон требует моей смерти.

Вера кивнула. Теперь она понимала. Кайл не был союзником из идеологии. Он был союзником из искупления.

Они спустились ниже, чем были раньше. Воздух стал тяжелым, пахнущим землей и старыми камнями. Факелы здесь горели реже. Тени были гуще.

— Склеп находится под часовней, — сказал Кайл. — Но вход заблокирован. Там стоит стража Регента.

— Не стража, — сказала Вера, доставая ключ из медальона. — Призраки прошлого.

Она показала ключ Кайлу.

— Откуда у вас это? — прошептал он.

— Подарок от друга, который ходит в тенях, — уклончиво ответила Вера. — Ведите меня.

Они обошли стену часовни. В нише, скрытой плющом, была маленькая железная дверь. Кайл оглянулся.

— Если нас увидят…

— Нас не увидят, — Вера коснулась кольца стены. — Тени помогут.

Она не знала, сработает ли это. Тень обещал вернуться только вечером. Но кольцо… кольцо хотело крови. Вера снова уколола палец. Капля упала на замочную скважину. Ключ вошла легко, словно замок ждал её всю жизнь.

Дверь открылась с тихим скрипом.

Внутри было темно. Вера шагнула внутрь, зажигая маленький огонек на кончике пальца — новый трюк, который она обнаружила сегодня утром. Кольцо направляло волю, превращая её в свет.

Помещение было небольшим. В центре стоял постамент. На нем лежала коробка из черного дерева.

Вера подошла ближе. Коробка не имела замка. Только углубление в форме руки.

— Печать основателя, — сказал Кайл, входя следом. — Если она здесь… это доказательство того, что Регент лжет о наследии.

— Это доказательство того, что он знал об этом месте, — сказала Вера. — И спрятал ключ у себя, думая, что никто не сможет им воспользоваться.

Она положила руку на коробку. Кольцо вспыхнуло. Не красным, не фиолетовым. Золотым.

Коробка открылась. Внутри лежал перстень. Простой, без камней, но из металла, который не тускнел во тьме.

— Королевская Печать, — выдохнул Кайл. — С ней можно отменить любой указ Совета. Даже казнь.

Вера взяла перстень. Он был теплым. Кольцо на её пальце успокоилось, трещина стала менее заметной.

— Теперь у нас есть оружие, — сказала Вера. — Но битва будет не здесь.

Она повернулась к выходу.

— Ведите меня в тронный зал. Пусть Регент увидит, что его лабиринт стал моей картой.

Когда они вышли на поверхность, солнце уже клонилось к закату. Время заседания подходило к концу. Регент, вероятно, уже решил, что Вера сбежала или была убита по пути.

Они подошли к огромным дубовым дверям тронного зала. Из-за них доносился гул голосов.

— Вы готовы? — спросил Кайл, кладя руку на рукоять меча.

Вера поправила платье. Надела перстень поверх своего кольца. Два металла соприкоснулись, и по телу прошла волна силы.

— Лабиринт лжи имеет центр, — сказала Вера. — И в этом центре сидит паук.

Она кивнула стражникам у дверей.

— Герцогиня Морвана де Лир прибыла на заседание Совета.

Стражники переглянулись. Они не ожидали её видеть. Двери медленно распахнулись.

Гул голосов оборвался. Сотни глаз повернулись к ней. На возвышении, на троне, сидел Регент. Его лицо было искажено гневом.

— Вы осмелились… — начал он.

Вера не дала ему закончить. Она шагнула вперед, и её голос, усиленный перстнем, прогремел под сводами зала, заглушая шепот придворных.

— Я не осмелилась. Я исполнила закон.

Она подняла руку. Перстень сиял золотым светом, освещая лица советников, бледнеющие от ужаса.

— Я нашла то, что было спрятано. Я знаю то, что было забыто. И сегодня, прежде чем солнце сядет, кто-то из нас потеряет голову.

Вера посмотрела прямо в глаза Регенту.

— Вопрос лишь в том, кто это будет.

Лабиринт захлопнулся позади нее. Выхода назад не было. Только вперед. Через ложь. Через кровь. К истине.

Купить книгу можно на Литрес, автор Вячеслав Гот. Ссылка на странице автора.