15. Август-ноябрь 1609 года, Сигизмунд III

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Польско-литовский господарь использовал московитско-шведское соглашение для получения от сейма согласия на войну с Шуйским. Несмотря на противостояние с Карлом и шляхетское восстание, он давно следил за перипетиями, которые происходили в Русском господарстве и пришёл к выводу, что сравнительно легко сможет свергнуть Шуйского, разогнать любых “дмитриев” и посадить на царский престол своего 13-летнего сына Владислава.

-Достаточно взять Смоленск - и дорога на Москву открыта! - утверждал Сигизмунд. - А уж Шуйский долго не продержится в своём кремлёвском “мешке”, сдастся на мою милость!

-А самозванец? - спрашивали у него.

-Он держится только за счёт моих подданных да казаков. Как только шляхта покинет его в пользу Владислава, казаки разбегутся. А я просто повешу этого “Дмитрия” - вот и всё!

-Нельзя забывать, что помимо шляхты и казаков за него ещё касимовские татары и бывшие болотниковцы, - напомнили королю.

-О-о, вот эти меня абсолютно не пугают. Они разбегутся ещё быстрее, останется решить, что делать с новгородско-шведскими корпусами. Думаю, Делагарди отступит после воцарения Владислава, а Скопину-Шуйскому не останется ничего, как поклониться новому господарю Московии.

Против похода выступил лишь великий гетман литовский Ян Кароль Ходкевич, являющийся командующим на ливонском фронте и лишающийся жалования для своих полков. Но Сигизмунда уже ничего не могло остановить. Он прибыл с основным войском к стенам Смоленска 19 сентября и начал осаду.

По инициативе Годунова Смоленск был окружён грандиозной крепостной стеной, но численность гарнизона под руководством воеводы Михаила Шеина не превышала шести тысяч человек. Сигизмунд рассчитывал при нехватке артиллерии взять город интенсивным штурмом. Но двухдневная атака закончилась неудачей. Минирование и подрыв ворот тоже не удались. Пришлось начать затяжную осаду. Армия Сигизмунда пополнилась десятью тысячами запорожцев и реестровых казаков.

Тем временем силы самозванца потерпели два поражения от Скопин-Шуйского и Делагарди у Калязина под Тверью и близ Александровой слободы. Это вызвало большое воодушевление у московитов, а Скопин-Шуйский и Делагарди приблизились к столице. Замыслы Сигизмунда постепенно рушились при том, что и войска Ходкевича бросили воевать из-за лишения жалования после ряда побед и захвата гетманом Дюнабурга в Ливонии.

-Ничего! - сказал Сигизмунд. - Всё можно обратить себе на пользу! Пусть Ходкевич знает, как тягаться с собственным королём! А поражения от Скопина-Шуйского подтолкнёт моих подданных из Тушина бросить самозванца и присоединиться ко мне. Таким образом, остаётся только мой дядюшка Карл. Вот посажу на трон Владислава - и вместе с московитами выгоню его из Ливонии, а может даже и со шведского престола, который должен принадлежать мне! Есть ли ещё что-то, о чём я должен знать?

-Активизировались крымчаки. Они собрали большое войско, разорили области южнее Угры и Оки, потом перешли реку и обрушились на окрестности Тарусы, Серпухова, Коломны, Боровска. Возможно, татары тоже идут на Москву...