Сказка про Холодец

Жил-был в холодильнике Холодец. Стоял он в самой глубокой миске, на самой почётной полке, и дрожал от собственной важности.

Не потому, что замёрз (хотя в холодильнике было прохладно), а потому что он был гордый. Очень гордый. До прозрачности.

— Я — элита! — говорил Холодец, поглядывая сверху на соседей. — Во мне столько мяса, сколько Вам и не снилось! И бульон у меня наваристый, прямо с ножечкой. Я украшение любого стола!

Соседи его недолюбливали. Ещё бы: холодец вечно хвастался.

Часть первая. Соседи.

Под миской с холодцом, на нижней полке, стояла кастрюля с Оливье. Салат был простой, деревенский, но добрый.
— Холодец, — вздыхало Оливье, — ну чего ты такой надутый? Мы все тут еда, у всех своё предназначение.
— Предназначение? — фыркал Холодец. — Твоё предназначение — два дня постоять и скиснуть. А я могу неделями жить! Я студень! Я вечность!

Рядом с Оливье лежала Селедка под шубой. Она была дамой своенравной, острой на язык (в прямом и переносном смысле).
— Ой, не смеши мои слои, — говорила Селедка. — Вечность ты, видите ли. Тебя без горчицы и в рот не возьмёшь. А с горчицей — так любой дурак съест. Нет бы самому быть вкусным, без приправ.

Холодец обижался и начинал дрожать сильнее. От обиды он становился ещё прозрачнее, и сквозь него уже можно было читать газету, если бы газету положили под миску.

Часть вторая. Праздник.

Наступил Новый год. Холодильник открывали каждые пять минут: то за сметаной, то за майонезом, то за огурчиками. Холодец ждал своего звёздного часа.

— Сейчас, — думал он, — меня поставят в центр стола! Все будут ахать: «Ах, холодец! Ах, красавец! Как дрожит, как блестит!»

И вот хозяйка достала его из холодильника. Поставила на стол. Холодец замер в предвкушении.

Гости сели за стол. Подняли тосты. Закусили. Кто-то потянулся к Оливье, кто-то к Селедке, кто-то к горячему. А до холодца всё не доходили.

— Странно, — думал Холодец. — Наверное, берегут на десерт. Хотя какой из меня десерт... Ну, на второе тогда.

Прошёл час. Оливье наполовину съели. Селедку почти добили. А холодец стоял нетронутый, только с краю кто-то ложкой ткнул для приличия и тут же забыл.

Мимо пробегала кошка Муська, понюхала холодец и отвернулась.
— Даже кошка меня не ест, — ужаснулся Холодец. — Кошмар!

Тут подошёл дедушка. Дедушка был старенький, с бородой и в очках. Он очень любил холодец.
— О! — сказал дедушка. — Моё любимое! Пока молодые всё это оливье трескают, я себе холодца возьму.

Дедушка наложил полную тарелку, добавил хрену, горчицы, посолил, поперчил и съел с удовольствием. А потом ещё добавки попросил.

Холодец сначала обрадовался: «Едят! Меня едят!» А потом задумался.

Часть третья. Откровение.

Ночью, когда гости разошлись, а холодильник снова закрыли, Холодец лежал в своей миске (уже наполовину пустой) и размышлял.

— Я думал, что я главный, — прошептал он. — А меня только дедушка ест.
— Ну и что? — отозвалось Оливье. — Дедушка — человек с опытом. Он в еде толк понимает.
— А молодые мимо проходят, — вздохнул Холодец. — Может, я невкусный?
— Ты вкусный, — сказала Селедка под шубой неожиданно мягко. — Просто ты на любителя. Ты же холодец. Тебя надо хотеть. А молодые сейчас больше чипсы да колбасу любят.

Холодец задумался. Он вспомнил, как дедушка смаковал каждый кусочек, как причмокивал от удовольствия, как хвалил хозяйку: «Ай да холодец! Ну, красава!»

И вдруг Холодец понял: неважно, сколько людей тебя едят. Важно, чтобы те, кто едят, делали это с любовью. Дедушка, может, и один, зато он настоящий ценитель. А те, кто прошёл мимо, — ну и ладно. Их и оливье устроит.

Финал.

Утром остатки холодца доел тот же дедушка. Он налил себе чаю, отрезал кусочек чёрного хлеба, положил сверху холодец, посыпал солью и съел с блаженной улыбкой.

— Хорошо живём, — сказал дедушка сам себе.

А Холодец в последний момент (пока его не съели окончательно) подумал:
— Я не главный. Я просто холодец. Но для кого-то я — лучшее блюдо на свете. И это главное.

С тех пор в том холодильнике наступил мир. Холодец перестал важничать, Оливье не комплексовало, что его быстро съедают, а Селедка под шубой вообще была довольна, что она острая и её все боятся.

А кошка Муська так и не полюбила холодец. Но это уже её проблемы.

Мораль сей сказки: Неважно, на скольких столах тебя ждут. Важно, чтобы на твоём столе был тот, кто оценит тебя по достоинству. Даже, если это дедушка с бородой и в очках.

Конец.