Поэт за прилавком

 

     Середина 90-ых. Нет  уже ни социализма, ни Советского Союза. Страна, подобно беспомощной лодке среди бушующей стихии океана, болтается на волнах рыночной стихии. Берегов не видно, плывет наугад. Народ в страхе, смятении и растерянности - он лишен работы, идеалов, опоры в жизни, уверенности в завтрашнем дне.  Словом, пожинает первые плоды свободы и демократии. 
Идя по базару, на месте которого совсем недавно был любимый многими  жителями города сквер, я вдруг увидел за одним из прилавков знакомое лицо. Это был Сашка Саратовс- кий, мой одноклассник. Отличник, талант, который, помимо всего прочего, писал хорошие стихи. Мы с ним много лет не виделись, но я знал, что он успешно  закончил филологический факультет престижного университета, потом аспирантуру и остался работать на кафедре. 
    И вот такая неожиданная встреча - за прилавком с замороженной рыбой. Вид его  - тоскливые глаза, синие губы, старый поношенный тулуп (была зима, стояли крепкие морозы) - заставил мое сердце вздрогнуть и сжаться.
     Я остановился и заговорил с Сашкой. Он был смущен. Чувствовалось, что наша встреча не особо его обрадовала. Он стеснялся своей внешности, положения, занятия. На мои расспросы отвечал неохотно и коротко. У него семья, трое детей, его уволили по сокращению. А что он, преподаватель русского языка, еще умеет делать? Ничего. Да и никуда, кроме торговли, не устроишься. Стихи? Когда все было нормально, находил время и для творчества, даже книжку издал. Сейчас не до этого...
    Потом Сашка извлек из внутреннего кармана своего тулупа чекушку водки и извиняющимся голосом сказал:
- Морозы как нарочно. Совсем задубел. Давай выпьем.
Мы выпили, закусили двумя бутербродами с дешевой колбасой, которые Сашка достал  из того же самого кармана. Только после этого он немного расслабился и повеселел. Мы проговорили с полчаса.
   Я обещал Сашке через знакомых поискать для него  работу. Через две недели подвернулся более-менее подходящий вариант, и я отправился на базар, чтобы сообщить Сашке хорошую новость. Но его на месте   не оказалось - за прилавком стояла  женщина средних лет с пропитым лицом, которая, едва я подошел, громко и заученно запела-запричитала: "Рыба самая свежая,  самая дешевая, покупаем!"
На мой вопрос о Сашке она ответила как будто удивленно:
- Этот интеллигент? Так он умер на той неделе.
- Как умер?
-Да очень просто. Прямо здесь, за прилавком. Стало плохо, упал - и все. Сердце не выдержало. Выпить ему надо было вовремя.
А пожилая продавщица за соседним прилавком, услышав наш разговор, сказала:
- Не от сердца он умер - от тоски. Профессор и поэт за торговым прилавком - тут какую силу надо иметь. чтобы не помереть.
... Почти тридцать лет прошло с тех пор. А я по-прежнему с тоской и болью вспоминаю эту историю с Сашкой. Вспоминаю - и в ушах моих звучат пронзительные слова, которые сказала тогда пожилая, умудренная опытом женщина. И видя, что происходит на моей Родине, я все чаще думаю: " А не схожа ли  ее судьба  с судьбой Сашки? Моя страна была учителем, поэтом, музыкантом, строителем, а ее заставили торговать, считать деньги и мерить ими все в этой жизни. Заставили делать то, чего она не хочет и не умеет делать, что для нее равносильно гибели...

                21 февраля 2020 г.