Медсанбат 49

После первого залпа дивизия ожила.

– Вот и всё, Ефим Иванович, бой начинается. Мы с тобой сделали что смогли, дальше дело полковников, майоров, бойцов. Количество погибших оценит нашу работу. Надеюсь, не на «двойку».

– Ты что это, Ерёмин, – Комиссар внимательно посмотрел на комдива. – Распустил сопли как беременная семинаристка? Может у тебя пистолет забрать? А то ведь поражения в отличие от лишения невинности случаются периодически, и никто от них не застрахован в отличии от той семинаристки. Так что выбирай поп ты или воин.
 
– А Пересвет кто?

– Пересвет только конём командовал, а ты, комдив, перед таким боем истерику устроил! Стыдно!

– Это не истерика, это – философия.

– Я тебе дам ё-к-л-м-н философию! Чего-то напридумывал, а другие исполняйте? Пистолет я у тебя не заберу: потребуется – пойдём штурмовать мост в месте. Война закончиться и будешь философствовать в мумуарах, если доживём конечно, а с твоими соплями и до того берега можно не дожить. Полк пошёл, скоро танку выдвигаться. Командуй, Ерёмин, вон смотри, что вверенном тебе соединении твориться!

Из башенного люка стоящего неподалёку танка пробкой вылетел Дядя Миша в след за ним появилась туша Ушкова.

Пропустим вводные слова из речи санитара, которую он произносил словно Ленин на броневике, не обращая внимание на начальство, тем более что тут и всего алфавита не хватит:

– Тебе старшина что сказал? Идти на кухню! Сейчас из деревни уйдём кто нас кормить будет? А после боя все жрать захотят. Воевать и дурак может – я же воюю, в вот пожрать приготовить талант нужен! Что «твой танк»? если бы я не подоспел тогда тебя бы уже в живых не было! – орал Михалыч и нечаянно заметив начальство обратился к генералу. – Товарищ комдив, разрешите обратится!

– Не разрешаю! Танку выполнять боевую задачу, повару вернуться на место службы! Исполнять!

Танк тронулся, Дядя Миша тоже предпочёл ретироваться.

– Ну что, комдив, покомандовал поваром и доволен?

Но Ерёмин не успел ответить – из-за грохота уходящего танка никто не услышал гула пролетающей «рамы».

– Спохватились… Это ни поздно спохватились. Иволгин! – Комдив обратился к начштабу. – Посылай нарочного к артиллеристам пусть снимаются с позиции и побираются к мостам: пока они там мешаются мы или возьмём мосты или они нам помогут, а здесь позиции уже засвечены может и прилететь, и штаб тоже выдвигаем к мостам – связи нет, а руководить боем дивизии нужно. Через час-полтора всё решиться… пошли, Комиссар, и прости меня, Ефим Иванович, за минуту слабости – у каждого перед боем нервы болят…