Этаж за загадку

Глава 1

Дед Мороз легким движением пальцев набросал на стекла маленьких птичек в огромном количестве. От морозных узоров веяло Рождеством. Настроение пассажиров автобуса медленно примерзало к стеклам. Они невольно отметили взглядом зимнюю сказку на стеклах автобуса. Все без исключения, но в разное время люди посмотрели на табло. На электронном табло по светодиодам бежала цифра 7 со знаком минус. Пассажиры сидели пристукнутые массой собственной одежды, нахохленные, с воротниками свитеров у ртов. От них веяло холодом больше, чем от деда Мороза. Сюзанна выбежала из салона автобуса и нырнула в поток людей, шедших в открытом пространстве доступном космическому холоду.
   "Какой мороз", — подумала она и увидела на электронном уличном табло минус двадцать семь градусов. Взгляд невольно опустился под ноги. Местами был виден асфальт, по которому можно было перемещаться без страха. Рядом с асфальтом лежала полоса снега с проблесками льда. "В таких местах нос лучше не задирать", — подумала она, быстрым шагом пройдя мимо деревьев и мимо людей. Уличные торговцы перекочевали в фойе зданий со своими рождественскими товарами. Новогодние товары хорошо было видно сквозь большие стекла.
   Вечером по ТВ показали ужасы провинциального городка.
   Сюзанна, лежа на диване, глаз не отводила от экрана. Нет, она не тащилась от ужасов. Она с содроганием понимала, что знает продолжение телевизионной истории. Передачу оставили незавершенной, назвав ее первой серией. Тем более была возможность ей самой передачу завершить, независимо от того, что покажут в следующий раз.
   С героями провинциальных ужасов Сюзанна познакомилась совсем недавно. Ей надо было подточить собственную фигуру. Ручной массаж ей был страшно необходим перед Рождественским корпоративным вечером. Она обмолвилась об этом в дамском салоне. И чудо! Ее услышали. Женщина средних лет, предложила ей свои услуги по общему массажу. Она сказала, что делает массаж с детских лет, что ее еще бабушка учила массажу.
   Уменьшаясь под умелыми и сильными руками массажистки, небольшая любительница пирожков и булочек насыщалась историями из ее жизни. Истории без криминала особого впечатления не производили, кроме одного момента, которому она не очень предавала значения до криминальной ТВ передачи. История простая. Массажистка, которая некоторое время работала инженером, решила заняться торговым бизнесом. Она взяла огромный кредит, закупила товар и обанкротилась в пух и прах.
Долг ее для нее был космическим. Сын массажистки, Костик, решил уехать учиться в столицу, где заработки по провинциальным слухам были такими, что с ними легко можно было бы погасить долг. Мать сына одного в столицу не отпустила, поэтому они поехали втроем вместе с отцом. На троих сняли квартиру на окраине города в отдаленном районе. Работали тоже втроем, но все деньги забирала мать семейства. Мужчинам она выдавала деньги на проезд в общественном транспорте и на пару пирожков.
   Костик, молодой человек привлекательной наружности, понравился своей начальнице. Она ему давала огромные суммы денег на внешность и на жизнь. Но все его деньги под корень забирала мать и выдавала на два пирожка. Начальница, заплатив молодому человеку кучу денег, ждала от него небольших вложений в нужном месте, в нужный час. Но Костик был постоянно без денег и за ее кофе заплатить не мог, он и за свой кофе с трудом мог расплатиться.
   Ублажать даму он не стал, это в его мораль не укладывалось. Так он был воспитан матерью. Его уволили с денежной работы по продаже ковров уникальной работы мастериц, которые вплетали в ковры самоцветы в тон рисунку. И он покатился под гору с одной работы на другую, а мать забирала у него все деньги. У Сюзанны на вечер был назначен сеанс массажа, но после того, как в ее голове сложились воедино две истории, телевизионная и массажистки, она побоялась идти на массаж. Она знала, что массажистка выплатила кредит с помощью сына и могла вернуться в родной город, в свою квартиру, расположенную в том районе, где произошла серия убийств, о которых говорили по ТВ.
   Сюзанна не пошла на массаж, но пошла в спортивный клуб. Ее дорога проходила мимо лесополосы. В этом месте она всегда ускоряла шаг, если рядом не было людей. Она заметила свернутый ковер, лежащий в десяти метрах от дороги в лесополосе. Он был похож на большой пирожок с начинкой. Ей стала страшно. Людей вокруг не было. За лесополосой стоял дом, где семейка массажистки снимала квартиру. Она ускорила шаг, потом побежала и упала, не заметив коварную леску, протянутую между деревьями.
   Парень быстро закрутил Сюзанну в ковер и отволок ко второму ковровому пирожку. Он подвинул один ковер к другому и ушел быстрым шагом. Массажистка, увидев из своего ковра, что рядом с ней лежит Сюзанна, а Костик ушел, заговорила:
   — Я не знаю, что с Костиком случилась. Озверел. Деньги мне больше не дает, сказал, что из меня пирожок сделает. Вот и закатал нас, как два пирожка, на которые я ему год деньги давала. — Ее голос шипел, нос сопел. Звуки постепенно исчезли в ковре.
   Сюзанна попыталась высвободиться из ковра. Она стала крутиться и выкручиваться. Сжиматься и разжиматься. Движения давались с трудом. Она попыталась покатиться вместе с ковром ближе к дороге, тогда прохожие бы ее точно заметили. Темнело быстро. Прохожих не было. Стало холодно. Сюзанна вспомнила, что в квартире массажистки было два хозяйских ковра. Она чихнула. Потом расчихалась не на шутку.
   В порыве отчаянья Сюзанна заорала диким голосом:
   — А! А! А! Спасите, помогите!
   Ее голос услышал тренер, шедший через лес на тренировку. Он свернул к двум скатанным коврам.
   — Але, живые есть? Вижу, что есть. Держитесь. Я вас сейчас раскручу. Какие же вы тяжелые, — приговаривал тренер, раскатывая ковер среди деревьев.
   Сюзанна почувствовала свободу. Она оторвала свои руки от боков, оперлась о коряги и поднялась. Тренер в это время раскручивал второй ковер, из которого звуки не доносились. Ковер казался намного тяжелее, чем с Сюзанной. Он освободил женщину из плена, но она не шевелилась. Сюзанна попыталась с массажисткой заговорить. Ответа не было.
   Тренер пытался уловить пульс одной рукой. Второй рукой он доставал сотовый из кармана. Пульс исчезал. Он вызвал скорую помощь и стал делать прямой массаж сердца массажистке. Тренер пытался растормошить закоченевшую женщину и согреть до прибытия машины. Врач приехала довольно быстро. Потерпевшую увезли. Сюзанна пошла с тренером в спортивный комплекс, где можно было позаниматься на тренажерах и погреться в сауне.
   Костик приехал к матери в больницу и забрал ее домой. Матери он объяснил, за что он ее в ковер закатал. За то, что она лишала его денег и свободы. Он сказал, что он их бы все равно освободил бы через час, но не учел похолодание и немного задержался в поисках денег дома в отсутствии матери. Массажистка за собой вины не видела. Она считала нормально, что мужчины отдавали ей заработанные деньги до последней копейки. Обида матери была так велика, что она уехала в родной провинциальный город, где ее ждала отличная квартира, которую она на время столичной жизни даже не сдавала. Без долгов и на пенсию она могла вполне прожить.
   Муж через несколько дней к ней присоединился. Костик домой не вернулся. Не все учла Сюзанна, за что ее и закатал Костик в ковер. Она свою версию о причастности Костика к серийным убийствам в провинциальном городке успела рассказать массажистке, а та Костику. Костик рассердился и наказал Сюзанну, которая так и не посмотрела продолжение передачи о маньяке, но было ясно, что это не Костик.
   Дальнейшие события вновь переместились на экран ТВ. Костик, дабы не снимать квартиру, прошел кастинг и попал на телевизионное шоу "Гостиница". С первого своего прихода он заявил о себе, как об активном человеке. Сюзанна через недельку могла наблюдать за мастером, умеющим делать пирожки из ковров. Костик сразу выбрал себе красивую девушку в пару. Она оказалось изощренно избалованной дамочкой. Она требовала денег и подарков, а сама сидела, как истукан.
Девушка постоянно ругала Костика, выла, кусалась, дралась. Она обливала его водой и кипятком, дабы он одевал ее с ног до головы в новые вещи. Вот такая несовременная девушка оказалась истинным наказанием для Костика, у которого никогда за душой гроша ломаного не было благодаря эгоистичной маме.
   Вопрос: "Где взять деньги?" стучался в его висках с новой силой. Как-то его девушка, совсем потеряв совесть, кричала на него в прямом эфире с такой силой, что он перестал думать о деньгах, а стал думать о мести. Месть дешевле денег. Костик обладал мощной растительностью на лице, по этой причине он брился станком с обычным лезвием. Он задумчиво смотрел на лезвие. Новогодние праздники сопровождались застольями, которые устраивали разные люди по разному поводу.
   Свою проблему Костик решил просто. Если его девушка унизила его своим визгливым голосом, то наказывать надо ее голос. Он случайно поставил сковороду с мясом в духовку под стеклянной крышкой. Крышка рассыпалась. Мясо он пожалел выкинуть. Острую приправу с мясом и подал в тарелке девушке. Результат превзошел все ожидания.
   Маленькие стекла повредили и голосовые связки, горло, пищевод.
Девушка попала в больницу в тяжелом состоянии. Костик оказался благородным человеком, он ухаживал за ней. Ему помогали все. В этот период жизни в деньгах он не нуждался, а они на него сыпались со всех сторон. Костик стал героям. Наказывали поваров... Сюзанна с первой минуты, как только узнала о проблеме со здоровьем девушки, поняла, что это дело рук Костика. Но кто бы ее услышал. Она вспомнила про тренера, спасшего ее из ковра, и подумала, что спортивный клуб после праздников уже открыли.
   Сюзанна пошла в спортивный клуб. Мороз крепчал. Она натянула на лицо воротник свитера, но при этом внимательно смотрела на дорогу и махала вперед сумкой на тот случай, если опять натянут леску. Тренер Надежд не оправдал. Он был занят. Она осталась одна со своими мыслями и очень жалела, что недосмотрела первую передачу о преступлениях в родном городе Костика. Ей теперь еще больше казалось, что и в тех преступлениях виновен он. Очень хотелось поговорить с массажисткой, но ее не было в городе.
   Вечером, перед сном Сюзанна лежала на любимом диване и переключала каналы. В местных новостях показали портрет ее тренера в черной рамке. Она вздрогнула. Это уж совсем ни к чему. Костика в телешоу "Гостиница" последние дни не показывали. Ведущий передачи сказал, что он в больнице ухаживает за больной девушкой.
   Морозы стояли трескучие. Барометр показывал 18 единиц. Сюзанна смотрела в Интернете клиники с омолаживающими и прочими процедурами. В одну из них она закинула свои данные. Ей стали звонить и предлагать разные курсы лечения. Она приехала в клинику и там случайно услышала новость, что тренеру именно здесь проводили очистительные процедуры крови, а умер он от сердечного приступа.  Резкое изменение атмосферного давления не выдержала вычищенная кровь.
   Сюзанна отказалась от процедур, но отметила, что в смерти тренера Костик не виновен. Она подумала, что самое правильное в морозы не чистить организм, а заполнять его едой из мяса, сала и хлеба. В морозы надо сытно питаться, чтобы сердцу было легче качать кровь по организму. Ей стало неприятно от всех скорбных мыслей, хотелось приятных новостей. Постоянно угнетала мысль о недосмотренной передаче из провинциального города. Завертывание в ковер надорвало ее психику. Обвинять Костика во всех грехах даже мысленно, она боялась.
   Сюзанна пошла в дамский салон. Первой, кого она увидела — была массажистка, которая вернулась из своего города и вновь устроилась на работу после того, как Костика стали показывать в передаче "Гостиница". Сюзанна тут же пошла к ней на массаж, дабы выведать провинциальные тайны из первых уст. Она не ошиблась. Массажистка привезла новости от соседок по дому. Соседки рассказали ей о серийных убийствах в их районе, целью которых было ограбление. Они и сами думали, что в убийствах виновен Костик.
   Дед Мороз продолжал морозить.
   Сюзанна вышла на мороз из дамского салона и столкнулась нос к носу с Костиком...
   —Ты, почему за мной следишь? Что я такого сделал?! Не успела мать вернуться, а ты уже здесь! Опять тебя в ковер закатать? Или так деньги отдашь!? Если ты ходишь в этот салон, то у тебя есть деньги! — кричал молодой человек.
   Сюзанна отступила на шаг в сторону и попыталась убежать. Костик подставил ножку. Она упала в снег. Он прижал ее ногой к снегу, взял ее сумку, достал кошелек и положил в свой карман. Но в это момент, какой—то человек, а это был Костик, скрутил ему руки. Позже Сюзанна узнала, что за Костиком следили, но против него улик не было. В милицию поступили сведения о коврах с начинкой. Костику дали возможность пройти на телевизионный проект, там все под контролем и под телекамерами. Никто не заметил лезвий в тарелке, но нашли обломок лезвия в корзине в комнате Костика на телешоу. За ним шли по пятам и взяли у салона при очередном нападенье на женщину.
   Словно почуяв опасность, из салона выскочила массажистка. Она попыталась вырвать Костика из рук полиции, но ее усилия были тщетны. Она не знала, что Костик после общения с полицией стал в ней работать, но не совсем в ней. А рядом.
   Зимние каникулы кончились. Фирменные двери из пластиковых стеклопакетов приветливо встречали сотрудников фирмы, которые подносили пропуска к электронным датчикам, расположенным в кабинах вахтеров, и проходили внутрь помещения. Никакой фантастики. Сплошная современность. Скоростной лифт. И Сюзанна вошла в свой офис.
   Окна офиса лучились от солнечных лучей, проникающих в помещение сквозь забавные морозные узоры. Она посмотрела сквозь узоры вниз, машин на стоянке явно поубавилось, не все машины завелись при таком морозе. Вот и Сюзанна воспользовалась услугами автобусов с электронными кондукторами. Не жизнь — сплошная электроника.
   Сюзанна жила в самом продвинутом городе. Что такое продвинутый город? Представьте, едет лыжник классическим ходом, сгибая ноги в коленях под девяносто градусов, а продвинутый лыжник сгибает ногу под сто двадцать градусов и скорость у него от этого возрастает. Так и в продвинутом городе скорость жизни выше, чем в любом другом месте страны. Здесь и Интернет в каждом доме появился лет на семь раньше, чем во всей стране. В ее городе снесли пятиэтажки тогда, когда в других местах они гордо возвышались над остальными строениями.
   Вечером позвонила массажистка и сказала:
   — Костика выпустили. Его проверили на группу крови, взяли отпечатки пальцев и сказали, что свободен. За твой пустой кошелек его в милиции не оставили.
   Сюзанна вспомнила, что ее кошелек после салона точно был пустой, зря он у нее его отбирал.
   — Как чувствует его девушка с проекта "Гостиница"?
   — Выздоравливает. У них скоро будет свадьба.
   — А лезвие, которое она проглотила на новогоднем вечере?
   — Невеста Костика лезвия не глотала. У нее ангина.
   — Облом, — сказала Сюзанна. — А то, что он нас в ковры закатал, преступлением не считается?
   — Предложили Костику выплатить нам с тобой материальную компенсацию за моральный ущерб.
   — Нет, мне платить не надо! — воскликнула Сюзанна, она точно знала, что денег у Костика нет. Месть дороже денег.
   Одно к одному.
   Как просто стать вторым олигархом, уму непостижимо до чего просто стать обладателем огромного количества недвижимости в том случае, если у главного олигарха есть жена. Костик даже не предполагал, что станет олигархом. Он затрапезный молодой человек, но беспредельно любящий детей, стал нянем в богатой семье. У женщины Надежды было трое детей, когда к ней пришел Костик работать воспитателем при ее младшем. Костик, обладатель трех пядей во лбу и с огромными плечами, умудрился окончить институт по педагогической ориентации. Его примитивный облик не насторожил Господина, он согласился взять Костика на работу.
   А Костик, он везде Костик. В хорошей семье он приобрел лоск и ухоженный вид, поэтому, что вполне естественно, приглянулся матери воспитанника. Да Костик Надежде ей давно приглянулся. И они разработали план развода. Мужу подсунули девочку, подружку Костика, и застукали их. И Надежда стала обладательницей половины состояния Господина. Следовательно, Костик автоматически становился олигархом и отчимом детей бывшего Господина.
   Быстро сказка сказывается, да не быстро дело делается. Любить женщину с несколькими детьми — это все равно, что любить воина, прошедшего войну. Нервная система того типа людей весьма раскрученная, выдерживать их не просто. Жить в супружестве трудно, а быть женой богатого человека огромное счастье и крупное наказание одновременно.  В какой—то момент времени неизбежен нервный срыв с любой стороны, он не обязательно выражается примитивным криком, каждый человек нервные напряжения лечит по—своему.
Жить жизнью мужа нельзя! Чтобы жить в браке и не роптать на партнера по постели и финансам, надо жить своей жизнью. Абсурд? Но другого варианта нет. Роскошь жизни затягивает в свой омут, у женщины олигарха есть все кроме элементарной свободы на перемещения в пространстве. А еще дети, много детей... Естественно жена в своих бедах обвиняла мужа. Кого еще обвинять? Только его. Житья ей бедной не дает! У детей есть няни, воспитатели и прочие люди для их обслуживания! Но ведь и этими людьми надо управлять! Это работа.
   А если посмотреть на жизнь со стороны мужа? Он крепкий мужчина без вредных привычек, кроме одной: хорошо развитой способности притягивать к себе капитал. Он финансовый магнат или магнит, что роли не меняет. В его многочисленных домах, дворцах и усадьбах всегда можно жить без жены и детей. Скрыться в тиши от них он может, а чего он не может? Он не имеет право.
   Да, на все он имеет право! Тут важен момент, кто его жену против него настраивает, а настраивает кто—то из тех, кто рядом с ней находиться. Его увлечение на стороне не первое и не последнее, это его жизнь. Ему необходима женщина для представительства. Он не голубой, а жена при детях. Кто с ним будет совершать поездки, посещать зрелища? Жена такой нагрузки не выдержит. Кто виновен в этой ситуации? Устаревшие законы на супружество людей подобного уровня. Люди всегда правы.
   Меньше всего жена хотела развестись с мужем, их связывали дети, а о его бессметных сокровищах и акциях она старалась не думать. О сокровищах хозяев думал Костик, должен ведь о чем—то думать, он и думал. Подопечный малыш его заколебал, этот маленький олигарх знал свое место в жизни с рождения и держал Костика в постоянном подчинении. Отношения между ними были вполне сносными, тут лишь бы терпения хватило у няня. Нет, он не был усатым, это было оговорено в контракте. Он был чисто выбрит, отлично подстрижен и благоухал как все в этом престижном доме. И ходил в том, что ему предлагали.
   Однажды он заметил, что связан по рукам и ногам, но не веревками, а догмами дома из высшего света. Костик напряг мышцы, изобразил перед зеркалом Геракла, разрывающего цепи, чем вызвал восторг малыша. Он вздохнул, представил себя клоуном и стал смешить ребенка, тот скептически взирал на няня. Тогда Костик кинул малышу мяч, который только, что прокусила собака. Мяч быстро сдувался, но сдутый, он стал более покладистым. Костик стал бросать этот мяч малышу, тому понравилась новая игрушка. Так они и играли, пока дворецкий не заметил, что они играют спущенным наполовину мячом. На этом их счастливые броски прекратились.
   Мальчик больше всех игрушек любил человечков — пауков и других героев мультфильмов или компьютерных игр. Так что Костику приходилось выполнять перестановку дисков в компьютере. Спокойствие наступало, когда малыша уводили гулять или заниматься с учительницей. В такие минуты Костик впадал в мечтательное состояние. Родителей малыша он практически не видел, круг людей вокруг него был резко ограничен. Он вспоминал однокурсницу, вздыхал и приводил себя в порядок для очередной встречи с малышом.
Сюзанна больше не видела массажистку и ее сына. И жизнь вернулась в свою колею, массаж она и сама себе может сделать. Неприлично? Напротив – отлично. Фигура Сюзанны была в норме.
Совсем рядом события разворачивались в другом ключе.

Сидела Зоя в серийном кресле из клееной фанеры, а смотрела она на дорогущие и цветущие розы, которые ей подарили. Запах у свежих цветов – одуряющий. Розы красивые до невозможности, бархатные, вишневого цвета. Она бы назвала розы – розами с кудряшками, лепестки у них фривольно закручены. Ощущение, что такие розы она на своей территории видит в первый раз. Запах у роз – чудесный.
В офис вошел клиент. Зоя прекратила выдумывать или описывать свои мысли. Клиент прошел в кабинет Ильи Львовича. Зоя ощутила неприятный запах. Что значат слова очевидцев? Они наводят на источник каких-то неприятностей. В данном случае очевидец рассказал детективу, что он чувствует странный запах трупа и мороженной картошки, а на улице настоящая оттепель случилась. Еще не весна, но запах странный стал залетать в его открытую фрамугу. Илью всего передернуло от запаха, которого он еще не почувствовал, но сразу понял, что дело там нечистое.
— Как Вас зовут? – спросил Илья Львович очевидца—нюхальщика.
— Меня? Кузнецов я, Григорий Спиридонович.
— Какое дело у Вас ко мне? Запах почувствовали? Может быть, кошка сдохла, забравшись на ваш балкон?
— Да вы что? Запах жуткий, сладковатый. Еще запах гнилой мороженой картошки мне чудится. Потеплело и окно открыть невозможно.
— На каком этаже вы живете?
— На самом первом этаже я живу. Наш дом у болота стоит, первый от леса. Подсел дом в землю на полметра, мой балкон почти на земле находится. Мы по всем инстанциям писали, но нам ответили, что ничего страшного не произошло, с домом все в порядке.
— Понятно, дом первый от леса, балкон близко расположен к земле. А вы не смотрели на соседний балкон?
— Я и на свой балкон не смотрю. Чего я там не видел!
— У вас у самого мешок картошки на балконе не залежался случайно? Вот вам и запах!
— Если только Алевтина купила мешок картошки и забыла о нем!
— А Алевтина кто такая?
— Супружница моя. Уехала она к матери месяц назад. Мать ее приболела, никого не узнает. Алевтина сидит с ней, ухаживает за ней.
— А вы на свой балкон смотрели?
— Хороший вопрос.  Не смотрел. Балкон на кухне находится, а я в комнате живу без балкона. У меня привычки нет на балкон смотреть или ходить. Бабское это дело. Она там белье сушит, а я чего там забыл?
— Григорий Спиридонович, а не пойти ли Вам домой! Посмотрите на свой балкон. Если, что не так я - приеду. И могли бы к участковому обратиться.
— Не, я лучше Вам все расскажу. Хорошо, я посмотрю сам на балкон, а то глупо получается, не посмотрел и пришел жаловаться.
Кузнецов покинул кабинет детектива Лиса. Он обошел, прошел по тающим сугробам, подошел к своему балкону и чихнул. Запах был рядом. Он посмотрел на свои закрытые окна и чихнул. Но ничего не увидел, на балкон с улицы он мог бы легко забраться. Хотя, почему нет? Григорий подошел ближе к балкону соседа, вот там запах явно чувствовался сильнее.
— Муть, какая! – воскликнул мужик и пошел к соседу по балкону, живущему в соседнем подъезде.
В квартире соседа никто не торопился открывать ему дверь. Мужик пошел к себе домой, заглянул на свой балкон. Он удивился даже, что на его балконе лежал только тающий снег и ничего не было вовсе! А запах был!
Григорий решил почистить балкон, взял автомобильную лопату, зашел на балкон. Стал он чистить снег и чихать. Очистил свой балкон от снега, он подошел к соседнему балкону по своему балкону. Балконы типа лоджий у них были смежные. Ба! Григорий чертыхнулся. Что он увидел? Муть он и увидел, поэтому тут же позвонил детективу.
— Илья Львович! Это вас Григорий Кузнецов беспокоит. Приезжайте ко мне, нашел я источник запаха! Адрес я скинул Вам.
— Григорий Спиридонович, вызовите полицию!
— Не, Вы приезжайте и разберитесь сами, что надо делать в таких случаях. Сосед мне двери не открыл. Скажут, что я виноват, а я ни сном, ни духом, только нюхом в этом замешан.
Илья Львович приехал и зашел на чистый балкон Кузнецова, заглянул на соседний балкон и невольно отшатнулся. На соседнем балконе на мешках с картошкой лежал женский труп.
— Григорий Спиридонович, Вы узнали женщину, лежащую на мешках?
— Илья Львович, я узнал труп, это моя жена Алевтина! Говорю Вам, что ее месяц дома не было! Она мне сказала, что к матери поехала.
— А Вы звонили ее матери? Или Алевтине звонили хоть раз за этот месяц?
— Нет, я никогда никому не звоню, надо - сами позвонят.
— Я вызову специалистов, пусть разберутся что к чему. Я выясню причину случившегося.


Глава 2

Минут через десять на соседнем балконе появились знатоки жутких дел. Григория стали допрашивать, спрашивать. Соседа по балкону все не было дома. Дверь в его квартиру открыли, все как положено оформили.
Лис поехал к матери замерзшей Алевтины. Его преследовал тяжелый запах. Он вспомнил, когда были последние сильные морозы, да и нынешняя оттепель еще не весна. Ехать пришлось недолго, минут двадцать на пригородном автобусе. Поселок городского типа Сосновка состоял в основном из двухэтажных домов. Рядом с домами угадывались огороды, немного странное соседство, но людям виднее.
Мать Алевтины, Кира Матвеевна, открыла дверь.
— Вы кто? – спросила вполне здоровая пожилая женщина.
— Я - детектив Илья Львович, приехал к Вам по просьбе вашего зятя Григория Кузнецова.
— Гришка – самодур чего надумал! Детектива прислал. Федор иди сюда, тут гости к нам приехали.
В прихожей появился заспанный мужчина, немного седой, упитанный и добродушный.
— Чего Вам, господин хороший, надо от нас? – спросил он с улыбкой.
— Здравствуйте, у меня новость не совсем хорошая для вас…
— Не мямли! Говори, зачем приехал! – воскликнула нетерпеливо мать Алевтины.
Илья оглядел обстановку, квартира выглядела весьма прилично по моде прошлых лет.
— Вы свою дочь Алевтину давно видели? Ее муж Григорий Спиридонович сказал, что она к вам уехала еще месяц назад.
— Гришка наговорит, его только слушай! Не было ее у нас с самого Нового года. А сейчас февраль кончается, вон как тепло на улице! Прямо весна.
— И она вам не звонила за это время?
— Алевтина почем зря не звонит нам и не приезжает просто погостить.  На Новый год у нас была, а больше мы ее не видели и не слышали!
— Ее молчание вас не заставило беспокоиться?
— Нет! Она нас не балует своим присутствием. Живет с Гришкой в самом городе и рада—радешенька, - ответила на крике мать Алевтины.
Илья Львович чуть не поперхнулся от кома в горле. Он учуял запах гнили.
— А у вас в доме нет случайно мороженной картошки?
— Так это, морозы были, в сарае картошка и подмерзла, не выбрасывать добро! Чай картошечка со своего огорода.
— А вы Алевтине картошку не давали?
— Откуда знаешь? Я сам отвез ей мешок картошки. Алевтины дома не было. Я на балкон мешок картошки положил! — воскликнул весело отец Алевтины.
— Похоже Вы картошку положили на соседний балкон, — заметил Лис.
— Я, что балконы попутал? А Алевтина мне ничего не сказала.
— Уже она ничего вам не скажет. Алевтина замерзла на мешках с вашей картошкой на соседнем балконе.
— Нет!! – воскликнула мать Алевтины, глядя безумными глазами, опускаясь на диван.
— Детектив, не шути! – грозно произнес отец Алевтины.
Илья показал на смартфоне фото тела Алевтины на мешках с картошкой. Мать отключилась. Она дернулась и затихла. Отец уставился в пол. Тишина была полной.
Раздался звонок в дверь. Илья Львович открыл дверь.
В квартиру ворвался Григорий.
— Где Алевтина?
— Григорий, Вы сами ее видели на соседнем балконе, — вымолвил Лис.
Родители Алевтины смотрели на Григория и молчали.
— Не может быть, чтобы Алевтина замерзла на соседнем балконе! —  закричал Григорий. – Родители, а у Алевтины не было сестры —двойняшки? Сейчас в кино много историй про двойняшек показывают. Может быть, на мешке с картошкой ее сестра лежит?
— Гриша, нам бог не дал двойню, у нас была одна дочь Алевтина, — тихо прошептал отец Алевтины.
— Чего надумал! Двойню! – пришла в себя мать Алевтины, у нее не было слез, она словно окаменела. – Гриша, лучше скажи твой балкон левый или правый?
— Вы, что? Этот с какой стороны смотреть из квартиры или с улицы.
— Вот я на соседский балкон и положил картошку с улицы, — прошамкал отец Алевтины.
— Вы чего такое говорите! Алевтины больше нет! Нет ее! – вопил Григорий.
— Мы поняли, — проговорила мать. – Мы не поняли, почему она замерзла на соседнем балконе. Она девка здоровая была. Кровь с молоком.
— Вот кровь с молоком и замерзли, — вставил зло Григорий.
Илья Львович, выслушав всех, удивился реакции на событие, и тихо покинул квартиру. Он поехал к операм, у него там был знакомый, почти друг из прошлой жизни – Марк Веревкин. Кстати, к нему была неравнодушна его помощница – Зоя.
— Привет, Марк!
— Наше Вам! Илья Львович, ты зашел по делу о балконной картошке? Зоя мне рассказала, что знала. Там все очевидно, ударилась женщина о перила, когда на соседний балкон перелазила. Если бы кто ее услышал, была бы жива.
— Был я сейчас у ее родителей, она к ним не ездила. Отец Алевтины перепутал балконы, забросил картофель в мешке на соседний балкон. Смерть Алевтины ее родители встретили в полной тишине. Они ее не убивали. Да и муж ее явно не трогал. Он не знал, что тело жены под боком лежит.
— Смерь по неосторожности. Расследовать нечего, все ясно, — заключил Марк расследование.
— Я бы так не думал, — рассеянно заметил Илья Львович. – Марк, ты не в курсе, где хозяин балкона?
— Мы с Зоей были в его квартире.  Там все покрыто пылью. Соседа давно не было дома. Соседи по лестничной площадке забыли, как он выглядит.
— А не могла Алевтина попасть на балкон соседа через его квартиру в его присутствии?
— Не усложняй, Илья Львович!
— Марк, слишком все просто у тебя получается. Что-то здесь не так.
— Мы свою точку поставили, пальчика откатали. Криминала не обнаружили.
— Понял, спасибо. Привет Зое.
— Илья Львович, Зоя к тебе вернулась.  Ты сам уезжал далеко и надолго, вот она ко мне и метнулась. А по работе я не против, пусть у тебя работает.
— Согласен. Офис приведу в порядок, пусть приходит, адрес знает.
— Да она у тебя и работает.
Детектив вышел на улицу. Утром были лужи к вечеру они подмерзли. Теперь бы Григорий запах мог и не учуять, поскольку мог окно и не открывать. Что-то в голове Ильи Львовича не складывалось, или давно у него не было обычных дел без самоцветов. А почему нет? Надо Зою послать с соседками поговорить, может чего узнает. На этом мысли у него на эту тему закончились.
Наступил солнечный, морозный февральский день. Солнце светило и не грело. Зоя пришла в офис. Огляделась. Офис он и есть офис, после ремонта все выглядело весьма прилично. Она сразу увидела свой новый стол. Рабочее место шефа находилось за стеклянной перегородкой.
В комнату вошел Илья Львович.
— Здравствуй, Зоя! Рад твоему возвращению!
— И я рада. Я знакома в общих чертах с новым делом.
— Марк утверждает, что дела никакого нет. — Илья Львович, я поговорила с соседями. Все отмалчиваются.
— Родители Алевтины тоже молчат, и муж ее не говорлив.  Надо забыть об этом деле и не начинать капать в глубину событий.
— Есть мысль. Илья Львович, Вы проверяли мешки с картошкой? Что в мешках находится? Ведь тело Алевтины увезли в морг, а мешки никто не трогал. В одном картошка, а что в других мешках?
—  Сегодня подморозило. Зоя ты понимаешь, что стало с картошкой на морозе?
— У меня есть ключи от квартиры исчезнувшего соседа. Марк дал ключи на один день. Предлагаю изучить квартиру и балкон.
— Молодец! Едем!
Детективы подошли к двери квартиры, странно, но дверь не была допотопной, она была почти сейфовая. Открыв ключами замки на двери, они оказались в квартире.
Ба!
На улице Илья Львович видел ржавый балкон и темные шторы. Теперь перед ними была шикарная квартира, созданная по типу дорого—богато. Интересно, почему балкон был такой захудалый? Илья посмотрел в сторону окон. Они были в прекрасном обрамлении рам, шторы—портьеры были великолепные и вычурные.
— А я, что говорила! Здесь все непросто.
— Зоя, спасибо за ключи в музей. По идее здесь должна быть захудалая однокомнатная квартира, а тут явно есть еще комнаты! Где здесь Марк пыль нашел?
— Марк сюда не заходил, посмотрел на балкон с соседнего балкона и все. А отпечатки? Их словно кто попутал, возникла какая-то ситуация, из-за которой оперативники быстро покинули место преступления. Им сверху не дают вести это дело, просят быстрее его закрыть.
— Зоя, это не квартира, а сокровищница! Сам не знаю на что смотреть от удивления.
— У нас всего несколько часов на осмотр. Снаружи свет из квартиры не виден. Какая-то хитрость есть в окнах. Поэтому в квартире никто крики Алевтины не слышал, если крики были.
— Давай помолчим и посмотрим. Кто что увидит - тем и поделится.
Они замолчали.
Илья Львович обнаружил еще три комнаты, еще одну кухню, еще одну дверь на выход из квартиры в соседний подъезд. Что из этого? А женщина замерзла на гнилой картошке на захудалом балконе. Не сочетается все это, события не складываются. Он подошел к балконной двери. Не похоже, что ее вообще открывали. Дверь, словно бронированная. Звуки через нее явно не проходили. Что за человек здесь жил или живет? Вопрос становился интересным.
Зоя вскрикнула. Илья подошел к ней.
— Зоя, что-то интересное нашла? Перед нами пусть и не дворец, но хозяин здесь непростой живет или жил.
Зоя стояла у выдвинутого ящика комода. Ящик был разделен на ячейки. В каждой ячейке лежал уголь обыкновенный. Кусочки угля.
— Мы в квартире шахтера? Перед нами образцы его труда? Смешно.
Зоя задвинула ящик с образцами угля, потом выдвинула следующий ящик. В нем были такие же ячейки, в которых лежали мерцающие минералы.
— Понял, мы в квартире геолога! Марк Веревкин, что не знал об этом? Первый этаж! Окна без решеток! Чтобы это все значило? Или здесь профессор живет? Тогда кто он и где?
Раздался телефонный звонок. Марк звонил Зое.
— Зоя, вы в квартире еще находитесь? Нашелся хозяин. У вас минут пять осталось. Потом расскажу. Он домой едет. Посмотрели и хватит, ключи отдадите мне. Квартира под охраной, я ключи у охраны взял. Хороша квартирка?
—  Марк, не болтай, мы уходим, — проговорила Зоя, задвинув ящик комода.
Детективы вышли из квартиры, закрыли дверь и поднялись вверх на этаж. Их разбирало любопытство, очень хотелось увидеть хозяина странной квартиры.
Прошло минут семь.
К двери подошел натуральный господин: мужчина с тросточкой, в перчатках, в меховой красивой шапке. Пальто на нем сидело как влитое.
Зоя еле удержалась от восхищенной реплики. Мужчина был просто сказочным для такого многоквартирного дома без консьержки. Квартира ему явно подходила, а балкон нет. Такого мужчину и соседи не заметили? Быть этого не может! Или они к нему привыкли и не удивлялись его облику.
Мужчина исчез в квартире как-то бесшумно, а дверь за ним закрылась непривычно тихо для такой массивности.
Илья и Зоя переглянулись и вышли молча на улицу. Здесь они вздохнули полной грудью и выдохнули. Они готовы были смеяться, что не попали господину на глаза.
Вечерело. Детективы отвезли ключи Марку Веревкину.
— А! Довольны? Интересно? Мне - нет! Дело не закрывают, его теперь хотят довести до логического конца.
— Марк, ключи я оставляю тебе, а мне надо подумать. — сказал Илья Львович и быстро исчез.
Илья вышел на морозную улицу с блеском фонарей, с темнотой там, где фонарей нет и не было. Мужчину это тронуло странным образом, он быстро направился в сторону дома, где жил господин с тросточкой. Он обошел дом, остановился в стороне, света в окнах господина не заметил. У соседа, жена которого замерзла на балконе господина, горел свет. Ничего необычного он в этом не нашел.
Можно было бы идти домой.
И тут детектива кто-то толкнул. Он упал лицом в колкий подмороженный снег. Пока он поднимался, шутник исчез. Он почувствовал, что лицо слегка побаливает. Он посмотрел в сторону окон, света в двух квартирах не было.
Илья быстро пошел домой. Длинный день близился к завершению. Но не тут-то было, он почувствовал укол под лопаткой. Быстро оглянулся. Рядом стоял господин с тросточкой.
— Милостивый государь, что Вам нужно было в моей квартире?
— Я детектив, на Вашем балконе замерзла женщина. Ее тело вчера обнаружили.
— Балкон общий, я к нему отношения не имею.
— Странно все это. Сегодня я порядком устал. У меня к Вам нет вопросов.
— Согласен, поговорим завтра. Я буду с утра в вашем офисе «Блеф». Не удивляйтесь, я много знаю, — улыбнулся человек с тросточкой и исчез в темноте.
Илья почувствовал странное равнодушие ко всей этой истории, он поспешил домой, где его никто не ждал. Где-то жили-были его бывшие семьи, но сейчас он был одинок до мозга костей.
Утром Илья Львович собирался как-то механически: встал, привел себя в порядок, выпил черный кофе, оделся и пошел по типу: куда глаза глядят, но пришел в офис «Блеф». Его уже ждал посетитель с тросточкой. Радости от его вида у него не возникло.
— Доброе утро! Я Вас внимательно слушаю, — проговорил он словно робот.
— Илья Львович, здравствуйте! Вы не рады меня видеть? Я Вам не угодил? Что Вы хотите узнать—услышать от меня? Говорите женщина замерзла на моем балконе на мешках с картошкой? Но у меня нет мешков с картошкой!
Илья опешил от скороговорки внешне чопорного человека.
— Серафим Сергеевич, — Илья прочитал имя на пропуске. — Что лежит в Ваших мешках на балконе? Уголь?
— Как Вы догадались? Именно уголь и лежал в мешках! Дело в том, что у каждого угля своя температура горения. Это моя работа проверять температуру горение угля. Один уголь печку топит и пирожки жарит, другой уголь легированную сталь варит.
— Вы дома проверяете температуру горение угля?
— Что Вы, у меня лаборатория на производстве, проверяем поставляемый нам уголь. Хорошие сплавы без качественного угля не получить.
— Серафим Сергеевич, откуда у Вас такая шикарная квартира, если Вы занимаетесь лабораторными работами? Почему на балконе запах гнилой картошки? Уголь не пахнет!
— Пустяки, среди мешков с образцами угля лежал действительно мешок с картошкой, который мне подкинули соседи по ошибке.
— Как Алевтина Кузнецова попала на Ваш балкон? Меня больше интересует этот вопрос.
— Наверное захотела посмотреть, как я живу через балконное окно. Упала, ударилась и умерла. Я ее видал и знал раньше, она у меня работала домашней помощницей.
— Балкон со всех сторон открытый, так обо что можно на нем удариться? Ногу перекинул через перила и человек у Вас в гостях.
— Простота обманчива. Упала женщина на мешки с углем, а не с картошкой. А у угля кроя неровные, иногда острые. Все, мне стало скучно. Можно я уйду?
— Пожалуйста, пока Вы свободны. Секундочку, Серафим Сергеевич! А Вы золото дома не плавите?
Господин с тросточкой вздрогнул всем телом.
—  Откуда Вы знаете? Это правда.
— Предположил. Золото в домашних условиях можно расплавить газовой горелкой, для этого не обязательно держать мешки с углем на балконе. У Вас вид аристократа, квартира антикварная. Вы не ювелир случайно?
— Мне стало интересней с Вами. Пожалуй, я еще посижу.
— Серафим Сергеевич, повторяю - Вы свободны. Меня интересует гибель женщины, а о ней Вы ничего не знаете.
— Как же не знаю. Знаю я Алевтину! Она у меня работала приходящей домашней работницей! Она виртуозно поддерживала чистоту в доме и мне вопросов не задавала.
— Значит, Алевтина на балкон вышла из Вашей квартиры? Вы ее убили своей тяжелой тросточкой и кинули на морозные мешки? Или ее Вы не убивали, а она споткнулась о мешок с картошкой, которого раньше не было, а ударилась об уголь в мешках при падении? У нее нашли гематому на голове, которую она получила при жизни.
— Где она и где я! Неужели я подниму трость на простую женщину.
— Ну Вы - лорд! Опер Марк Веревкин, который занимается Вашим делом, Вас ждет у себя. Какие у Вас отношения с Григорием Спиридоновичем Кузнецовым?
— Знать такого не знаю! – рассердился лорд Серафим и гордо покинул офис.
В офис зашла Зоя, щеки ее пылали от утреннего морозца.
— Я что-то упустила? У меня есть что Вам сказать, — проговорила на ходу Зоя, снимая с себя легкую шубку. – У Алевтины нашли, точнее на теле Алевтины нашли золотой пояс! Лихо? Чистое золото!
— Не удивила. Она работала у лорда Серафима, спеца по плавке золота, а что он еще делает я не знаю пока. Мы с тобой не обошли всю его квартиру, чтобы узнать.
Серафим Сергеевич вышел из офиса фирмы «Блеф», посмотрел на заснеженные ели и исчез спиной назад в подъехавшем автомобиле. Не дали лорду зайти к оперативнику Веревкину. А кто не дал — детективу неизвестно. Лорда Серафима изолировали от общества до суда. Его домработница Алевтина мертва. Кузнецов, заказчик этого дела, стал отказываться от продолжения расследования. Илья Львович невольно прекратил поиски виновного в смерти Алевтины, обвитой по поясу золотой лентой, которую Зоя назвала поясом.
Все замерло на полгода.
Наступил август. На пороге офиса «Блеф» появился Григорий Кузнецов.
— Илья Львович, у Вас ничего нет нового по нашему делу?
— Чтобы Вы хотели от меня узнать? Кто убил Алевтину? Ее убил лорд Серафим набалдашником своей трости. Он арестован, но в убийстве не признается. Суда пока не было. Хотя доказана причастность его трости в убийстве Алевтины. Кто кроме него мог держать в руках трость? Только он.
— Я не согласен с Вами. Не виновен лорд Серафим! Его разозлить невозможно. Он невозмутимый человек, словно человек высшего сословия.
— Григорий Спиридонович, только кажется, что лорд Серафим невозмутим. Это пока его не взяли за живое для него дело. Вот Вы знаете, что он богат? Он очень богат, потому и лорд.
— Почему тогда лорд живет в нашем доме?
— Лорд действовал по принципу, что лучший сейф – сшитая сумка в цветочек. Бабушки такие сумки носят. Вид с балкона, словно нищета в квартире живет. Дом без охраны.  И он был прав, пока твоя Алевтина его не раскусила. Она у него обнаружила залежи – золота. Есть сусальное золото, а у него были золотые мотки лент. Такой золотой лентой она себе талию обмотала, с ней и умерла.
— Можно сказать, что лорд Серафим Алевтину убил в состоянии аффекта?
— Лорд Серафим Алевтину не убивал!
— Вы сами сказали, что доказано, что Алевтина убита набалдашником трости лорда Серафима!
— Григорий Спиридонович, тут загвоздка вышла. Мы не можем найти трость, которой она убита.
— Вы чего меня путаете? Чтобы лорд Серафим да без трости ходил, такого быть не может! Он завсегда опирался на трость при ходьбе.
— Получается, что у трости был двойник. Бывают двойники преступники, а тут надо искать двойник трости. Его трость идеально подходит под орудие убийство, но на самой ручки трости не обнаружены микрочастицы эпителия Алевтины.
— Ничего себе! Помыл он трость и все! Расстрелять его и дело с концом.
— По суду его могут выпустить на волю, подержали сколько могли, больше не можем. Так как дело с запахом за окном?
— Август. Тепло. Родители Алевтины больше картошку нам не привозят и на балкон от большой щедрости не забрасывают. Вам нужна трость, такая как у лорда Серафима?
— У вас есть такая трость? – насмешливо спросил Илья Львович.
Открылась дверь, появилась Зоя.
— Илья Львович, есть информация, кто мог сделать такую трость по заказу. Сама трость стандартная, а к ней набалдашник прикручен –настоящее произведение искусства. Материал кости найден. Это кость мамонта! Вот!
— Мать моя женщина! Лорд Серафим бивнем мамонта убил мою Алевтину, а она была обмотана золотой лентой! Круто! Нет, на мамонта у меня денег точно нет! Я тут не при делах.
— Хорошая мысль! Если у лорда Серафима набалдашник выполнен из бивня мамонта, то у убийцы он мог быть из другого материала! – хлопнул в ладоши Илья Львович.
— Илья Львович, Марк говорил, что на виске Алевтины были обнаружены частицы металла. Возможно, по рукоятке из бивня был сделан отпечаток, как для ключей, а потом выполнена отливка из металла. Ой, все как сложно.
— Надо искать трость с металлическим набалдашником, — заключил итог разговора Илья Львович. – а лорда Серафима надо выпускать, нет причин для его задержания. Итак, мы вместо двух суток почти полгода продержали лорда Серафима под разными предлогами.
— Я знаю, где у нас литьем в городе занимаются. Дайте фото рукоятки трости – найду того, кто отлил ее в металле, — спокойно предложил Кузнецов.
— Чего людям неймется! – воскликнула Зоя. – Григорий Спиридонович, я пойду с Вами на производство.
Ушли из офиса заказчик дела и помощник детектива.
Илья Львович позвонил Марку Веревкину, передал разговор.
Лорда Серафима выпустили домой без суда и следствия.
Появилась Зоя, она скривила недовольно лицо, потом сказала, что в городе таких отливок не делали. Дело осталось незавершенным.
— Зоя, тебя лорд Серафим не знает? Нет? Есть мысль, наймись к нему домработницей. Сможешь поработать на благое дело?
— Спрашиваете! Самой интересно.

Серафим Сергеевич пришел домой, обошел квартиру, посмотрел на балкон. Ему показалось что там что-то блестит, но выходить на балкон не захотел. Он решил, что пора бы остеклить балкон дабы не было сюрпризов. Приход Зои он одобрил, пусть работает, если хочет.  Ей он и сказал про блеск на многострадальном балконе.
Зоя тут же пошла на балкон, три мешка с углем лежали домиком, то есть два снизу, а один сверху. Вот между мешками и лежала вторая трость. Увидев ее, лорд Серафим помахал своей тростью в воздухе. Похоже было, что трость с литой рукояткой подкинули или раньше на нее не обратили внимания.
— Серафим Сергеевич, Вы меня простите, но я пришла к Вам по поручению детектива. Трость мы нашли, моя функция у Вас окончена.
— Голубушка, я Вас сразу узнал, поэтому прошу мне помогать по хозяйству, пока не найду Вам замену.
Зоя была вынуждена остаться.
Трость, точнее обе трости отдали экспертам. С первого взгляда дело подошло к концу.
Зоя не выдержала и спросила:
— Серафим Сергеевич, откуда у Вас моток золотой ленты? Для чего нужна золотая лента?
— Я давно ждал этого вопроса. Золото предназначено для храма, я помогаю восстанавливать древний храм, а из так называемой ленты, сделают сусальное золото для украшения храма. У меня золото в доме недавно находится, пора его отдать настоятелю храма, пока кто-нибудь его на себя не намотал.
— Одной загадкой меньше. Второй вопрос. Откуда у Вас такая презентабельная квартира?
— Вопрос еще проще. Отвечать на него нет желания. Не сегодня. Кухню найдете, поесть хочется.  Без Алевтины мне совсем плохо.
Зоя посмотрела на уставшего лорда Серафима и пошла на кухню.
Вопрос из серии «Кто убийца Алевтины» оставался без ответа. Результаты осмотра второй трости не дали особых результатов. Было ощущение, что дело останется незавершенным.
Зоя открыла на кухне ящик с ложками—вилками и села на табурет от неожиданности. Среди ножей и вилок лежал набалдашник от трости, нанизанный на палку от скалки! Орудие убийства было в засохшей крови, пятна крови покрывали некоторые ложки и вилки.
Зое стало жутко.
Она хотела крикнуть, горло словно сдавило, она промолчала и резко закрыла ящик стола. Ей показалось, что лорд Серафим стоит сзади со своей тростью. Но этого быть не могло. Его трость еще не привезли после экспертизы сравнения со второй тростью. Зоя посмотрела на наличие продуктов и просто стала готовить ужин.
Между делами она отправила короткое сообщение шефу, чтобы он приехал к ней быстрее. Сообщение они оговорили заранее, оно было не читаемо для других. Страх ее сковывал, но внешне она была абсолютно спокойна.
Илья Львович появился, когда лорд Серафим сидел за столом и ел. Хозяин посмотрел на детектива без всякого удивления. В его лице читалась скука.
Зоя принесла из кухни на подносе явное орудие убийства – набалдашник на ручке скалки для теста.
Лорд Серафим посмотрел на него равнодушно.
Илья Львович взирал на окровавленный предмет с явной заинтересованностью. Зою не покидал страх.
— Ко мне вопросов нет? – спросил лорд Серафим.
— Серафим Сергеевич, я забираю от Вас Зою и орудие убийства. Ваши отпечатки пальцев в нашей базе есть. Если их нет на данном предмете, завтра верну Вашу трость.
— Зоя неплохо готовит, ее бы я оставил.
Но парочка детективов торопилась к экспертам. Они ушли оба.


Глава 3

Лорд Серафим не особо расстроился из-за ухода детективов. Он встал легко и без всякой тросточки обошел квартиру, в которой не был полгода. Пыль-пылью быль-былью, но ему захотелось покинуть пылесборник времени. Опер Марк Веревкин не взял с него подписку о невыезде из города, чувствуя свою вину за полгода отсидки Серафима, поэтому Серафим Сергеевич почувствовал себя вольным человеком. Он подошел к зеркалу и отшатнулся, затем рассмеялся.
Решил мужчина привести себя в божий вид. Вызвал цирюльника. Его подстригли, побрили, подкрасили – омолодили. Стал он выглядеть молодцом. Наградив цирюльника по-царски, лорд Серафим осмотрел свой гардероб, который ему тоже не понравился. Нашел в сети покупку и доставку новой одежды. Он почти успокоился.
Остался один вопрос, который лорд Серафим даже от себя скрывал — куда ехать? Кем лорд был на самом деле? Испытатель, да его волновал антрацит и любой уголь по долгу службы, но быть антрацитовым лордом ему надоело. Быть золотым лордом – не хотелось. Он вызвал церковнослужителя, передал ему моток золота на храм, взяв с него расписку на всякий случай. Теперь лорд почувствовал облегчение.
Доброе дело сделано.
Лорд Серафим оглядел свою квартиру еще раз, ничего шикарного в ней не было, прилично, но не отлично. Ему правда не хватало Алевтины для домашних работ. Зоя ему понравилась, но ее забрали. Хотелось высоты и простора.

О! У лорда была неразделенная любовь, звали ее Сюзанна, жила она последнее время одна на тридцатом этаже в новой квартире из двух больших комнат. Но она всегда хотела опуститься этажом ниже.
 Так в чем дело? А телефон зачем?
— Сюзанна, Серафим Сергеевич беспокоит, предлагаю дружеский обмен на год и более, ты едешь в мою квартиру, а я в твою!
— Серафим Сергеевич, я Вас целую вечность не видела и такое предложение! Я согласна!
— Чудесно, но переехать тебе надо сегодня. Забери свои личные вещи, все остальное найдешь у меня. К вечеру жду, а пока я сам соберу свои вещи для переезда.
— Уже собираю вещи, — обрадованно сказала Сюзанна.
Серафим Сергеевич опустился в любимое кресло. В голове появилась мысль, что на работу надо отдать свою коллекцию угля. Он позвонил своему сотруднику:
— Костик, это Серафим Сергеевич, можешь забрать у меня коллекцию угля с названиями месторождений?
— Серафим Сергеевич, я рад, что Вы вернулись! Я уже еду.
 У лорда была еще одна коллекция, он собирал набалдашники для тросточек. Они лежали в гостевом диване, на котором он никогда не сидел. Он открыл диван—книжку, вытащил ящички с набалдашниками, сложил их в сумку на колесиках. Диван закрыл, теперь на нем можно было сидеть. Еще в одну сумку уложил личные вещи первой необходимости. Карточки с деньгами и наличные переложил к душе поближе. Привезли заказанную одежду, лорд переоделся. Все, теперь он был готов покинуть свою обитель. 
Тут появился Костик и забрал весь коллекционный уголь без лишних вопросов, он знал особенности лорда.
Не прошло и часа на пороге квартиры возникла Сюзанна с чемоданами на колесах. Она посмотрела на лорда.
— Эх, Серафим Сергеевич, Вы прекрасны! Спасибо за обмен.
— Сюзанна одна просьба, я даю тебе деньги на остекление балкона, мне было не до него. Подъемные тебе тоже не помешают.
Они обменялись ключами.
— Спасибо, Серафим Сергеевич.
Лорд Серафим вызвал такси и сразу направился к выходу. Он отвез коллекцию набалдашников в квартиру Сюзанны. Мужчина обошел квартиру, обставленную по последней моде. Светло, тепло, высоко над землей. Слегка трусливо посмотрел в окно, быстро отошел от него. Ему почудилось, что башня немного качается. Он в молодости работал на шахте, добывал уголь, а после шахты подняться на тридцатый этаж – слишком круто. Сможет ли он жить на уровне облаков? Вопрос оставался открытым.
Сюзанна знала квартиру Серафима, как свои пять пальцев. В ней было четыре комнаты и кухня, в одной кухне была кладовка. Что говорить, квартира состояла из двух двухкомнатных квартир. Первый этаж после тридцатого этажа – совсем неплохо, словно на даче. Она села в кресло лорда Серафима.
Раздался звонок в дверь.
В квартиру вошел мужчина, достаточно высокий, полноватый, с ежиком волос.
— Женщина, Вы кто? Где Серафим Сергеевич?
— Я здесь живу, Серафим Сергеевич здесь больше не живет!
— Я опер Марк Веревкин, вот мой документ. Ваши документы!
— Пожалуйста!
— Сюзанна! Имя какое! Что Вы в это квартире делаете? Здесь произошло убийство, следствие не закончено. Пришел сказать, что пальчиков Серафима Сергеевича на орудии убийства не обнаружено. А вот Ваши пальчики придется проверить.
— Понятно, Вы ищите кто Алевтину пришил? Лорда Серафима закрывали зря, он не виноват.
— Так Вы в курсе всех событий! Поделитесь своими знаниями.
— Когда-то мы съехались с лордом, объединив две двухкомнатные квартиры, одна была его, вторая моя. Мы думали, что у нас любовь, но это была оттепель отношений. Поэтому Серафим Сергеевич мне купил квартиру на тридцатом этаже, а сам остался здесь. Теперь он уехал в мою квартиру, а я переехала сюда. У нас с ним все честно и прозрачно.
— А, что Вы знаете об Алевтине и ее муже Григории?
— Та еще парочка.
— Мог Григорий убить Алевтину?
— Нет, он ее любил, все прощал, никогда не попрекал. Золотой мужик.
— У Алевтины мужчины кроме мужа были?
— Я ее с детства знаю. Алевтина балаболка, легкая на подъем, но не гулена.
— Кому она могла навредить? Кто ее мог убить?
— Да кому она нужна! Мышь серая. Приходила три раза в неделю к Серафиму, готовила ему еду и убирала квартиру.
— Могли у них возникнуть личные отношения? Любовь?
— Это не про них. Они каждый сам по себе.
— Сюзанна, Вы могли бы убить Алевтину из ревности?
— Никогда! Оно мне надо? Меня устраивала ее забота о Серафиме Сергеевиче. Человек он непростой, мне с ним всегда было сложно находиться на одной территории.
— Кто мог взять в руки орудие убийства? – спросил Марк и вытащил из сумки пакет со скалкой и с набалдашником.
— Ха! Орудие убийства! Да я этим орудием всегда отбивные готовила, мясо отбивается только так. Это на нем Вы искали пальчики?  Я сама набалдашник надела на скалку.
—  Если мясо отбивали, почему не помыли?
— Вы заметили, что на орудии убийства кровь – говядины, а не человека? А не вымыла, так получилось, я на столе все оставила. К Серафиму тогда кто-то пришел, а он немытое в стол кинул.
— Мы пальчики на скалке искали, — обиделся Марк, женщина Сюзанна на него явно странно действовала.
— Ладно, я Вам помогу. На балконе у Серафима Сергеевича лежал уголь для испытаний. Любит он уголь, что тут поделаешь. Три мешка. Батька Алевтины кинул на уголь мешок картошки. Балконы перепутал.
— Я все это знаю. Две трости проверили. Молоток для отбивки мясо проверили. Известно, что на нем кровь коровы. Вопрос один, сколько тростей с таким набалдашником существует?
— Серафим Сергеевич большой любитель набалдашников, никто не знает сколько их есть или было. Могу сказать, где он делал отливки дубликатов.
—  Очень интересно, Сюзанна!
— Далеко ходить не надо. Мастер цеха, где льют болванки—набалдашники, он и есть муж Алевтины – Григорий Кузнецов.
— Удивили. А наши искали и не нашли. Почему-то Григорий Спиридонович был вне подозрения, он нам сказал, что не знает, где в городе делают отливки ручек для тросточек. Похоже, круг подозреваемых замкнулся.

Серафим Сергеевич купил билет на поезд до Холодного города, расположенного всего в ста пятидесяти километрах от Ледовитого океана.  Знакомый для него город, в котором самое теплое место – угольная шахта, в ней относительно тепло круглый год. На земле тепло или холодно, а под землей что лето, что зима – температура почти одинаковая. Самые чистые люди на земле – шахтеры, они моются дольше и больше, чем медики.
Первое время в шахте бывает жутко, потом человек привыкает. Дома шахтеры любят заводить рыбок в аквариуме, и смотреть в него, как в телевизор. Глаза от угля отдыхают. Сам город расположен в субарктическом климате, суровый климат. Молодежь не выдерживает и уезжает, а старые шахтеры живут и поживают. Мерзлота, вечная мерзлота.
Времена в городе были всякие, население часто состояло из ссыльных. Численность города то росла, то уменьшалась. Дома, построенные во время расцвета города, постепенно ветшали и пустели.
Некогда столичные родители Серафима переехали на север.
Мать Серафима постоянно работала в бухгалтерии шахты, покидать город она не собиралась. Звали ее Елена Григорьевна. Люди ее возраста все на пенсии, а она привыкла к работе, к городу и никак не хотела переезжать к сыну. Он из-за нее объединил две квартиры, а она живет за полярным кругом и не уезжает. Ей здесь комфортно.
— Серафим! Радость-то какая! Я и не думала, что тебя когда-нибудь увижу. Красавец, ты совсем не стареешь. Весь в отца. Твой отец в шахте четверть века отработал, кашляет, но еще жив, почти здоров. Уехал на юг отдыхать—греться.
— Мама! Жива! Я за тобой приехал!
— Пустой разговор. Я - северянка. Лучше скажи, как дела с нашим углем?
— Мама, ваш уголь – лучший в мире. Легированную сталь только на нем и можно варить. Ваш город подсоединили к газовой трубе, чтобы не тратить драгоценный уголь на отопление домов.
— Дожила я до счастливого момента. С газом-то значительно теплее. Деньги за свет почти не трачу, все на газе готовлю.
— Увольняйся, мама, едем со мной. Отец к тебе присоединиться. У меня первый этаж, все удобства. Живите.
— Старые мы для переезда. Холодно тут, но мерзлота стала привычной. А у вас дожди, сырость. Я была у тебя, знаю.
— Мама, у папы случайно не остались набалдашники к тросточкам?
— В кои-то веки приехал, а все про ручки к тросточкам спрашиваешь. У отца есть штуки три. Мастер новые набалдашники вырезал из бивня.
— И ты молчишь? Покажи.
— Серафим, так и скажи, что приехал за резными болванками. Они твои, отец работу резчика оплатил.
— Спасибо! Спасибо большое!
— Теперь ты домой поехал или отца подождешь? Через неделю он вернется.
— Сейчас еще август, здесь могу пожить недельку—другую.
— Живи. У твоей бывшей девушки Галины ребенок родился. Ты давно сюда не приезжал. Я посмотрела на ребенка, мальчик очень на тебя похож. Но Галина вышла замуж за другого, о тебе слышать не хочет.
Серафим посмотрел на мать и промолчал. Он ушел в другую комнату и уснул. Его словно отпустило. Он – отец!

Отец Серафима, Сергей Прокопьевич, возвращаясь с юга, заехал к сыну домой. Звонить он не любил, вот и попал к Сюзанне, вместо Серафима. Сюзанна открыла дверь и воскликнула:
— Серафим, ты за неделю так постарел? Что с тобой?
— Я – Сергей Прокопьевич. Я приехал к сыну на недельку, а теперь, стало быть, мне надо ехать восвояси. Серафима - нет?
— Серафим Сергеевич мне не докладывает. Сергей Прокопьевич, а Вы могли бы в этой квартире пожить недельку один? Ваш сын уехал, а куда не сказал. Я приеду через неделю. Вот вам ключи. Сейчас соберу вещи и уеду.
Сергей Прокопьевич не успел оглянуться, как остался один в квартире сына. Он первым делом пошел на балкон посмотреть: как там да что там. А там и воз поныне там. Сюзанна взяла деньги, но на балкон тратить их не захотела, она решила на них отдохнуть. Пожилой человек любил порядок, но не в квартире, а на воздухе, то есть на балконе. Почти на земле.
Август. Солнце. Красота. Деревья еще зеленые. Ох, хорошо!
На этом месте Сергей Прокопьевич споткнулся о мешки с углем и воскликнул невольно:
— Ну, сын, на кой тебе нужен уголь на балконе, когда дома и так тепло?
С соседнего балкона высунул любопытную голову Григорий Спиридонович.
— Здравствуйте! Вы кто? Что тут делаете? На этом балконе жену мою Алевтину убили, теперь все туда ходят и ходят.
— А, ты - Гриша, я знаю, что ты сосед моего Серафима. Знаю, что моему сыну твоя Алевтина по хозяйству помогала. Он на нее не жаловался.
— А кто-то ее убил набалдашником от трости.
Сергей Прокопьевич весь передернулся от таких слов. Он знал о коллекции сына.
— Дед—сосед, что с тобой? Не заболел часом? Открой дверь я к тебе зайду, Алевтину помянем.
— Приходи сосед, дверь открою.
Два мужика сели за стол. Холодильник, благодаря стараниям Сюзанны, пустым не был. Григорий принес коньячок. Сергей Прокопьевич сообразил закуску. После пары рюмок, когда они нужную информацию друг другу рассказали, мужчин потянуло на пресловутый балкон.
— Григорий, давай выкинем этот каменный уголь, я тут кресло поставлю. Буду сидеть на природу вашу смотреть. Здесь лежат мешки на пару ведер, в каждом 35 килограммов угля не меньше.
Они подняли первый мешок с углем, но внезапно опустили.
— Прокопьевич, а вдруг Серафиму Сергеевичу уголь нужен по работе? Давай посмотрим, что лежит в мешке.
Они окрыли первый мешок. Аспидно-черные угольки радостно заблестели на солнце.
— Красота! Как можно выкинуть такой качественный уголь? – залюбовался Григорий. – Мы мешки сдвинем в одну сторону, туда войдет твое кресло. А еще лучше занесем их в квартиру, там у вас место много.
Мужчины поднапряглись и занесли каменный уголь в квартиру. Потом вынесли любимое кресло хозяина на балкон.
— Вот спасибо тебе, Григорий. Мне тут недельку жить, я хоть на воздухе посижу, до погляжу на свет белый.
— Прокопьевич, я здесь рядом. Если что кричи – выгляну.
Сергей Прокопьевич даже обрадовался одиночеству. Хорошо-то как! Он прошел по квартире, сдвинул в сторону все шторы—портьеры. Посветлело.
Немытые окна притянули взгляд. Старого шахтера это не испугало, решил на следующий день вымыть все окна. Его смущали мешки с углем. Он расстелил старое покрывало и стал вываливать на него уголь. В первом мешке и во втором был самый настоящий каменный уголь. Он открыл третий мешок.
Раздался звонок в дверь. Пришел Илья Львович, но Прокопьевич с ним был незнаком.
— Вы кто? – спросил Прокопьевич.
— Я – детектив Илья Львович. А Вы кто? Где Серафим Сергеевич?
— Я его отец, Сергей Прокопьевич. Вы по поводу смерти соседки Алевтины? А я решил проверить мешки с углем.
— Давайте вместе посмотрим на содержимое мешков! – предложил Илья Львович.
Они мельком глянули на уголь. Прокопьевич взялся за третий мешок и отскочил.
— Сами смотрите!
Илья подошел к третьему мешку, у него волосы зашевелились на голове. Он молча смотрел на находку.
— Если это не мешок Серафима и ему подкинули этот мешок? – спросил с надеждой в голосе Сергей Прокопьевич.
Илья Львович прикрыл мешок и спросил:
— Простите, Вы знаете все увлечения сына?
— Серафим всегда изучал уголь, хотя чего его изучать? Сын всегда собирал набалдашники к тросточкам. За это его с детства прозвали лордом.
— Для чего ему то, что находится в третьем мешке?
— Я высыплю содержимое на другое покрывало.
Прокопьевич стянул покрывало с дивана, кинул на пол и высыпал содержимое. К их ногам покатились металлические отливки набалдашников и пара черепов, отлитых из пластмассы телесного цвета.
— Здесь ничего страшного нет! – воскликнул обрадованно Прокопьевич.
— Действительно, ничего. Но черепа, как натуральные. Мне стало не по себе. Надо посмотреть на отливки набалдашников, нет ли на каком следов крови Алевтины. Ее точно убили такой штукой. Вызову опера Веревкина, пусть приобщится к поискам.
Марк Веревкин минут через десять приехал в сопровождении Зои.
— Россыпи черные давно надо было пересмотреть, — заметил Марк.
Зоя включила весь свет. Антрацит весело засверкал. Отливки набалдашников помрачнели. Следов крови на отливках не нашли. Посидев еще немного, поговорив уже хотели расходиться.
Зоя вдруг сказала:
— Мужчины, а кто-нибудь в кустах за балконом искал такую отливку? Хорошо бы узнать сколько было отливок и сколько всего осталось. Забыли про телефон? Позвоните Серафиму Сергеевичу.
— Не надо звонить, я знаю число отливок. Посчитайте отливки в мешке. Учтите, что одной отливкой мясо отбивали, — заметил Григорий, заглянувший к соседям.
—  Здесь одни отливки набалдашников и два черепа, — посчитал Марк отливки.
— Точно. Одну надо искать.
Четыре человека покинули квартиру для поиска одной отливки. К ним подключился Григорий. Они светили фонариками от телефонов. Засветил уличный фонарь. Темнело, но еще не было темно совсем.
К ним подошел мужчина с овчаркой.
— Мужики, надо помочь искать? Мой пес поможет.
Псу дали понюхать отливку. Григорий принес платочек Алевтины. Пес рванул и остановился у густого куста сирени. Пес лаял на куст. Марк посветил фонариком туда, куда смотрел пес. Отливка лежала в тонких ветках, словно кап на березе. Публика вздохнула. Пес горделиво ушел с хозяином. Отливку положили в чистый пакет и увезли на экспертизу.
Григорий пожал руку Сергею Прокопьевичу:
— Полгода дело на месте стояло, а Вы приехали – и все нашли. Может быть, и убийцу теперь вычислят.
Илья Львович заключил, что кто-то вынул отливку из мешка и ударил или кинул в висок Алевтины, словно булыжником. А кто это сделал? Вопрос оставался открытым. Булыжник – оружие пролетариата. Где тот пролетарий из-за которого улетела душа Алевтины?  А кто пролетарий из тех, кто был на виду этой истории? Григорий работает мастером в цехе. Сергей Прокопьевич – бывший шахтер. А кто лорд Серафим? Коллекционер? А еще есть какая-то Сюзанна. О ней рассказал отец Серафима.

Серафим Сергеевич проснулся. С трудом вспомнил, что ему говорила мать вечером, оказывается у него есть ребенок. Кино — да и только. Отец еще не приехал, дома была только мать.
— Мама, мне приснилось или правда, что у меня есть ребенок?
— Ты нормальный? Я сказала, что ребенок родился у твоей бывшей подруги Галины, ребенок похож на тебя, но я не сказала, что он твой.
— Я здесь жил давно, приезжал ненадолго, откуда у меня дети?
— Галину забыл? Я напомню.
— Девушка с кудряшками? Веселая хохотушка? Я с ней только пересмеивался.
— Она, да только она не всегда смеется. Сейчас Галина серьезная женщина, с тобой смеяться не станет.
— Зачем ее вспоминать? Замужем – пусть живет счастливо. Я за тобой приехал. Отец за тобой поедет. Все вместе станем жить.
— Глупость говоришь, ты взрослый мужчина! Мы сами доживем свой век. Не надо нас трогать, если захотим – приедем. Представь, если здесь месторождение каменного угля, значит миллионы лет назад здесь росли огромные деревья, то есть тут было тепло. Древесина превратилась в уголь. Сейчас здесь вечная мерзлота, ну и что? Мы живем здесь.
— Понял я, понял. Пройду по городу. Посмотрю на людей, пока тепло.

На самом деле лорду Серафиму надо было уточнить в управление шахты поставки угля для сталелитейного производства. Он прорекламировал местный уголь, теперь нужно было оговорить поставки. Дело серьезное, о нем он никому не говорил. На работе ему оформили командировку. И никакой фантастики. Серафим Сергеевич – деловой человек.
У него было еще одно дело, которое получилось из его коллекции. На заводе, где работал сосед Григорий, делали отливки по образу и подобию его костяных и прочих набалдашников. Нашлись люди, которые литые болванки дорабатывали, покрывали декоративным покрытием в соответствии с заказом и устанавливали их на ручки кресел или даже на качели для дач. Цена у таких изделий зависела от   покрытий. Дело пошло в гору.
Естественно, что Серафим Сергеевич был заинтересован в новых образцах, и подарок родителей из трех резных костяных набалдашников или рукоятей был весьма кстати. Понятно, что рукояти из дерева со змеей покупают и изготавливают чаще, но это дело вкуса.

Сергей Прокопьевич прижился в квартире сына. Ему было в радость мытье окон на первом этаже. Его сразу полюбили все соседи, он был разговорчив и улыбчив. Народ к нему тянулся. В душе его кошки скребли из-за расследования убийства соседки Алевтины. И однажды его осенило! Она сама себя убила по неосторожности. Упала на мешок с отливками, отливка и отпечаталась в ее виске. И чего они там ищут? Появился Илья Львович.
— Сергей Прокопьевич, проверили отливку, найденную в кустах сирени. Она в ветвях провисела и в снег, и в дождь. Отпечатков пальцев не удалось найти.
— Илья Львович, мое мнение одно – ударилась Алевтина при падении о мешок с отливками и померла. Вот и все расследование.
— Возможно, что Вы правы. Дело с места не двигается. Счастливо!
Всегда так: или нет никого, или люди идут один за другим.
Ушел детектив.
Появилась Сюзанна с чемоданом на колесах.
— Здравствуйте, Сергей Прокопьевич! Я приехала, а Вы можете уезжать. У Вас случайно нет денег на остекление балкона?
— Мысль хорошая, но я не домашний кассир. Жена лишних денег не дает, надо у нее просить.
— Ладно, проехали. Когда уедите?
— Сын возвращается, завтра приезжает. Поговорю с ним и уеду.
— Спасибо, что предупредили о возвращении Серафима Сергеевича. Вы так качественно окна вымыли! Он будет рад. Продукты я куплю.
Сергей Прокопьевич решил лечь спать на балконе.
Сюзанна легла спать в маленькой комнате.
На балкон старик вытащил старую раскладушку из кладовки, а кресло вернул в комнату. День был поистине теплый, поэтому вечер казался южным без ветерка. Прокопьевич с удовольствием вытянулся на раскладушке. Звезд сквозь листву деревьев не было видно, соседний дом тоже был рядом, фонарь одиноко светил. Северянину было тепло, он укрылся легким покрывалом и уснул.
Утром Сюзанна собралась в магазин, но не нашла в квартире Прокопьевича. Она выглянула на балкон. Лучше бы она не смотрела. Старик был мертв.
Почти сразу приехал лорд Серафим. Он посмотрел на печальную Сюзанну.
— Что случилось?
— Там Ваш отец! – Сюзанна показала рукой на балкон, из глаз ее вырвались слезы.
Серафим подошел к балкону, на раскладушке вытянувшись лежал его отец. На виске зияла кровавая масса.
— Я просил тебя сделать остекление балкона! Отец был бы жив.
— Сергей Прокопьевич приехал сразу после Вашего отъезда. Он здесь хозяйничал и мыл все окна.
— Давно он умер?
— Я только что заметила, а Вы сразу появились, я еще никому не успела позвонить.
— Звоню оперу Веревкину, пусть разбирается! – прокричал лорд Серафим.
Он сам позвонил оперу и уснул, была у него такая особенность – засыпать в трудную минуту.
Приехала вся честная компания: Зоя, Марк, Илья Львович и еще пару человек. Стали изображать заинтересованность.
А Серафим Сергеевич продолжал спать.
Сюзанна махнула им рукой, чтобы не будили – бесполезно.
Пресловутые мешки стояли в комнате. Тут уже все и все знали. Говорить никому не хотелось. Все жалели Прокопьевича. Балкон чуть не под микроскопом изучали. А дед его так отмыл, что прежних отпечатков нигде не было. Должны быть новые отпечатки пальцев, но их не было. Никакой болванки рядом с телом Прокопьевича не лежало. Не было на балконе орудия убийства.
— Сюзанна, в квартире были только Вы. Прокопьевич спал на балконе. Мог кто-нибудь проникнуть в квартиру?
— Все что угодно могло быть. Старик все шторы сдвинул, все окна вымыл, но вряд ли он все окна закрыл. Он весь был открыт для всех. Могли забраться на балкон, дверь балконная была открыта всю ночь. Можно все окна осмотреть. Этаж первый – заходи кто хочешь! —  прокричала нервно Сюзанна. – Люди, можно я домой уеду? Свой адрес и телефон я вам написала. Лучше я буду жить на своем тридцатом этаже.
Марк сжалился и сказал:
— Сюзанна, подпишите бумагу, что не покинете город и свободна. Подождите, если окна и балкон были открыты, почему Вы остались живы?
— Очень просто, в квартире есть одна комната, в которой дверь закрывается изнутри, и окно я закрыла перед сном, поэтому звуки ко мне не долетали. Пластиковые окна.
— Вы свободны, если что сам вызову.
Стоило Сюзанне уйти, как проснулся лорд Серафим.
— Здравствуйте! Я что-то отключился, ехал с севера, был у матери. Что я теперь ей скажу, что отца в живых не застал?
— Серафим Сергеевич, не спешите матери сообщать, надо еще во всем разобраться. Два раза в одну воронку снаряд не попадает, а тут два раза в один балкон болванка влетела. Постойте, а если некто закинул на балкон отливку? Чего проще – кинул и попал, — выговорился опер Марк.
— Если бы кинули отливку, она тут бы и лежала, а ее нет, — возразил детектив Илья Львович.
— Мое мнение никто не спрашивает? – напомнила о себе помощница детектива Зоя. – Приехал человек с севера, распахнул душу, а она и улетела. А кинуть болванку могли с соседнего балкона, а потом легко забрать отливку.
— Если бы кидали болванку с соседнего балкона, удар прошел бы по касательной, а тут удар четко перпендикулярный, — уточнил Марк. – Еще, если ударить прямо в висок, старик бы сдвинулся с места, он бы слетел с раскладушки. Все странно.
— Получается, что деда кто-то держал, а потом резко ударил. Старик ничего не понял, у него выражение лица безмятежное, не успел испугаться. Или его во сне убили, он проснуться не успел. Удар – точный и сильный, – размышлял детектив.
— Кому Прокопьевич насолил? – спросила Зоя.
— Хороший вопрос: кто был его врагом или убийство было ошибкой, — заметил Марк. – Серафим Сергеевич, Вам впору делать металлические решетки на окна и балконную дверь.
— Я подумаю над эти вопросом, так как есть я не оставлю. Сюзанна теперь сюда не скоро вернется. Вы оставьте мне Зою, девушка она смелая, наблюдательная, поживет в комнате, которая закрывается. Заодно обед приготовит или борщ сварит.
— Зоя тебя просят остаться, — разрешил Марк.
— Я не возражаю, если дело этого требует.


Глава 4

Сюзанне без общества стало скучно, ее тянуло в квартиру на первом этаже. Ключи от квартиры у нее никто не забирал, оставаться одной без лорда ей не хотелось. Ей становилось интересно из-за чего погибли люди. Совесть ее глодала за балкон. Она не выполнила просьбу лорда. Девушка посчитала финансы, позвонила в балконные компании, нашла приличный вариант и явилась на первый этаж.
Дверь открыла Зоя.
Взгляды удивления.
Сюзанна не выдержала первой:
— Зоя, Вы теперь можете покинуть квартиру. Я вернулась, мастеров балконных заказала, сделают из балкона бронированную конфетку.
— Я рада, что Вы вернулись. Еда готова, следующий раз готовить Вам.
— Я справлюсь.
Зоя покинула странную квартиру, но это дело за ней осталось.
Не прошло и часа, как приехала мать Серафима Сергеевича. Сюзанну этот факт не обрадовал, но она сделала приличную мину на лице:
— Елена Григорьевна, примите мои соболезнование. Сергей Прокопьевич умер, похороны завтра.
— Как это случилось? – спросила пожилая женщина.
— Он спал на балконе, получил удар в висок. До него там полгода назад умерла соседка по балкону от подобного удара.
— Почему он спал на балконе? Места в доме полно!
— Прокопьевичу было дома жарко, пошел сам на балкон спать.
— Против него не поспоришь. Что надумает, то и исполнит. Окна сверкают. Его работа?
— Да, он сам вымыл все окна.
— А мне, что делать? Где Серафим?
— У Серафима Сергеевича дела. Вам нужно покушать, кухня в Вашем распоряжении. Сами справитесь?
— Тебе надо уходить? Иди, а я дома одна останусь, — предложила Елена Григорьевна и опустилась в кресло, в котором совсем недавно сидел ее муж Прокопьевич.

На улице к Сюзанне подошел Григорий.
— Сюзанна, какая-то глупость все эти убийства. У меня мысль появилась, а не поспать ли мне на соседнем балконе?
— Балкон застеклят на следующей недели, у тебя несколько дней есть, чтобы уйти за своей Алевтиной на тот свет.
— Вот, что ты такое говоришь? Я не буду спать, я буду изображать конька—горбунка. Хочу поймать убийцу на живца.
— Ой, криминалист родился. Смотри не умри от любопытства. Сами детективы сдались и покинули место преступления.
— Оно им не надо, а я хочу все знать!
— Ты через балкон полезешь? В доме появилась мать лорда Серафима. Крепкая женщина, она тебя на балкон не пустит.
— Залезу через балкон. Там мешки лежат?
— Представь, бабка приехала и одна мешки из комнаты выволокла на балкон. Дед мешки занес в комнату, а бабка на балкон их вернула. Семейка у них еще та.
К ним подошла молодая женщина с ребенком на руках, за собой она катила чемодан на колесах.
— Не подскажите, как попасть в подъезд? Лорд Серафим здесь проживает?
— А Вы кто? – изумилась Сюзанна.
— Я – Галина, приехала вместе с матерью лорда Серафима, но немного от нее отстала.
Григорий почувствовал, что его план может сорваться:
— Галина, я Григорий – Ваш сосед. А чей ребенок у Вас на руках?
— На руках у меня сын лорда Серафима — Ефим.
— Чей сын? Откуда взялся Ефим? – возмутилась Сюзанна.
— Родился. Серафим Сергеевич в курсе, — невозмутимо ответила Галина.
— Вы замужем не за лордом, я о Вас слышала, — заметила Сюзанна.
— В жизни все бывает, дверь мне откройте.
Сюзанна набрала код, открыла дверь, показала рукой на дверь.
Григорий помог занести чемодан и вышел на улицу.
— Вот это поворот. Что будешь делать, Сюзанна?
— Что и раньше: поеду к себе на тридцатый этаж.
— Вижу, что не хочешь ты домой ехать! Иди ко мне, поможешь мне быть коньком—горбунком.
— Григорий, а ты знаешь, я согласна. Пойдем к тебе. Три хозяйки и для лорда Серафима в тягость будут.
— Лорд ревновать не станет тебя?
— У него теперь тьма проблем без меня.
Ба. Зашли они в квартиру и забыли обо всем. Их поглотила пучина невостребованных чувств. Оставим их на время. Взрослые люди.

Зоя приехала в офис агентства Блеф, села на свое место.
Вошел Илья Львович.
— Зоя, ты так быстро отработала у лорда Серафима?
— К нему приехала Сюзанна. Вы не все знаете, Сюзанна позвонила, сказала, что приехала мать лорда и его дама с ребенком.
— Как быстро ситуация меняется. Есть дело. Литые болванки набалдашников используют на заводе для декоративных целей. Надо бы туда съездить. У Григория в цехе детали отливают и отвозят в другой цех на доработку и сборку. Могли ли быть там люди, которым свойственна месть?
— Ну Вы сказали! Поняла. Съезжу.
Зоя развернулась и поехала на завод.
Ей позвонил Марк, она ему сказала цель своей поездки.
— Зоя, что за бред! Куда едешь? Делать тебе там нечего. Мастер цеха уже у меня сидит, приезжай ко мне.
Зоя подумала, что за день выдался, за что не возьмется, все тут же меняется в обратную сторону.
В кабинете Марка Веревкина сидел невзрачный мужчина в рабочей спецовке.
— Зоя, вот начальник цеха утверждает, что лорда Серафима в глаза не видел, все дела он ведет через Григория Кузнецова.
Мужчина утвердительно закивал головой:
— Нам литые детали привозят, мы их дорабатываем под свои изделия. Заказчики приезжают и забираю готовые изделия. Серафима Сергеевича я в глаза не видел.
Зоя заметила, что глаза говорящего усиленно избегают на нее смотреть.
— Это вся правда? – спросила она насмешливо.
— Да. Мне нечего добавить. Я не знаю, где живет этот лорд Серафим.
— Правильно, Вам и не надо знать, где он живет. Но Вы знаете, где проживает Григорий Спиридонович!
Мужчина улыбнулся:
— Конечно я знаю Григория! Я и его жену Алевтину хорошо знал, она у нас в столовой заводской одно время работала. Работница питания. Жаль, что она погибла. Хорошая женщина.
— У нас всего один вопрос: «Кто мог ее убить?»
— У нас никто. На заводе ее уважили за вкусные щи—борщи.
— Могли ее убить случайно? – спросила Зоя.
— Нет, конечно. Заводские не могли.
— Марк, отпускай мастера.
Мастер ушел.
 Остались Марк и Зоя.
— Зоя. Дело странное. Оно не поддается ни с какого бока. Ни одна ниточка расследования не тянет к преступнику. Алевтина была хорошая. Сергей Прокопьевич был хороший…
— Надо отвлечься от этого дела. Конец рабочего дня. Я у лорда готовила, теперь есть хочу, готовить не хочу. Как только повара готовят изо дня в день?
— Идем ко мне, я приготовлю мясо.
— На ночь только мясо и есть. Я домой поеду, у меня сегодня день многозначный.
Они разъехались в разные стороны.
Серафим Сергеевич вернулся домой. Его встретили мать и Галина с сыном Ефимом. Вот счастье-то после несчастья. Галина явно бы при другой ситуации к нему бы не приехала. Лорд Серафим смотрел на сына Ефима не отрывая глаз. Он вздохнуть боялся, чтобы не сглазить. Понятно, что им было не балкона. Бабушка от внука боялась отойти. Им всем надо было еще прийти в себя.

Илья Львович сидел один в офисе. Зоя уехала и не вернулась. Ему все казалось, что они упускают нечто важное, что должно быть на поверхности двойного убийства. Или это был двойной несчастный случай.
Сюзанна и Григорий опомнились. Чувства, вспыхнувшие на ровном месте, притихли. И они притихли в разных креслах. Ой. Ей. Ей. А не было ли у них таких ситуаций раньше? Вот в чем вопрос. Алевтине бы это не понравилось.
Зоя пришла в свой пустой дом. Она жила одна, так сложилось. Любви с Ильей и Марком Веревкиным у нее не получалось. У них был служебный легкий флирт, который ни к чему не обязывал. Ей стало тоскливо. У лорда готовила, а дома предстояло поесть. Она открыла холодильник, взяла джем из черной смородины, намазала на кусок батона, сверху положила кусочек сыра. Налила зеленый чай. Вот и ужин. Вкусно. Сытно. Быстро.
Она задремала, едва сняв одежду. Но спать ей не дали.
Ночь. Звонок.
— Зоя, поднимайся, у нас убийство. Опять этот первый этаж! —  кричал в телефон Марк Веревкин.
Зазвонил телефон еще раз.
— Зоя, я за тобой заеду. Пресловутый балкон! – выпалил Илья.
Зоя натянула на себя одежду. Взяла телефон, ключи и вышла из квартиры.
Илья Львович уже подъехал к ее подъезду. Они доехали до дома лорда довольно быстро по пустым дорогам.
У балкона толпились люди. Зло явно не отдыхало в этом месте. На балконе лежала Галина в позе Алевтины. Один в один. Но на мешке с отливками, а не с картошкой. Что за отливки, которые там лежали?
Приехал мастер цеха, он сказал, что на балконе лежит пробная бракованная партия изделий. Но Галине от этого не легче. Остался грудной ребенок.
Сюзанна, которая ночевала у Григория, поняла ситуацию правильно и пошла к ребенку. Елена Григорьевна стояла у окна комнаты и смотрела на балкон. Ей не спалось, она обнаружила Галину в странной позе на балконе. Она сказала о Галине Серафиму, тот позвонил Марку. Такие вот дела.
Надо ли говорить, что Галину убили точно так же, как Алевтину и Сергея Прокопьевича?
Оказалось, что Галине звонил муж, чтобы с ним поговорить, она вышла на балкон. Телефон нашли на балконе. Видимо, она присела на мешок и разговаривала с мужем, который не знал, что Ефим сын лорда Серафима.

У Ильи появилась мысль, что покойнички до смерти стояли спиной к перилам балкона или сидели на пресловутых мешках или на раскладушке, как в случае с Прокопьевичем. В таком состоянии они получали удар в правый висок, потом убийца их укладывал, чтобы запутать следствие.
Балкон расположен в сорока сантиметрах от земли, кто-то подходил, ударял, укладывал и исчезал, но следов не оставлял. Почему? И кто? Судя по удару - крепкий человек. 
Так или не так.
Прокопьевич разговаривал с женой.
Галина разговаривала с мужем.
С кем разговаривала Алевтина на чужом соседнем балконе? Кто был у нее дома?
Илья Львович заметил, что Сюзанна пришла от Григория. А, если это было много раз? Тогда убийцами Сюзанна и Григорий быть не могли. У них взаимное алиби любви. Но они могли быть причиной нахождения Алевтины на зимнем балконе по соседству.
Тогда, где была Алевтина до балкона, если у нее в доме была другая женщина? Что за вопрос, она работала у лорда Серафима, ее святая обязанность быть у него дома. А Сюзанна считалась женщиной лорда. Круг-то сужается – подумал Илья.
Марк почти не думал, он осмотрел место происшествия и покинул его со спокойной совестью, правда отвез Зою домой, но к ней не заходил. Марк жил один. Зоя ему нравилась. С ней было просто и легко работать и общаться, но не более того. Никто не знал, что у Марка была женщина, а звали ее Алевтина.
Именно Алевтина бывала иногда в доме Марка Веревкина. Как веревочка не вьется… Но это не значит, что он убивал людей на балконе. Мог бы, но не он. Никто не знал о его любви к Алевтине Кузнецовой. Тайна за семью печатями. Если бы да кабы они обнародовали свои чувства, возможно, Алевтина осталась бы живой…

Зоя зашла домой. У нее возникло ощущение, что Илья Львович почти все понял, а позже ей все расскажет. А она просто хотела спать. Но сон не шел. Женщина задумалась о себе. У нее никого не было из близких людей, она поздний и единственный ребенок. У нее было такое восприятие жизни, что семья складывается поздно, как у ее родителей, которых уже не было. Она подумала, что у людей чаще или реже меняются партнеры по жизни, но иногда надо вернуться к началу всех их отношений. Кто-то приходит кто-то уходит.
Вся история началась с Григория Кузнецова и его погибшей жены Алевтины, после ее смерти он менял женщин, пусть не как перчатки, а как шапки. За это время кто-то покинул этот мир. Но старая любовь не ржавеет, Григорию все еще нравилась Сюзанна. Женщина старела красиво и без пластики была хороша в своем возрасте. Алевтина в его памяти стала стираться, но кто ее убил до сих пор было не ясно. Ведь тогда погибли три человека.
Илья Львович выяснил, как произошло убийство, но убийцу он не нашел. Марк Веревкин, добавил звездочек на погонах, но дело так и не раскрыл.
Можно вспомнить всех героев событий, и балкон лорда Серафима теперь забронирован и повторение невозможно. На живца не поймать, да и двадцать лет свое берут. Живы еще лорд Серафим, Сюзанна, Григорий, Марк, Ефим, Зоя. Каждый из них прокрутился в других историях за это время.
Илья Львович чувствовал свою вину от незавершенного дела. Он помнил, что все три убийства произошли ночью, что напротив дома с пресловутым балконом стоял дом стороной, на которой не было подъездов. Между домами росли только крупные деревья, которые стали еще выше. Видео камер тогда не было вовсе. Автомобили между домами не стояли. Но была детская площадка, на которой стоял один столб с фонарем.
За два года площадка явно несколько изменилась. И Илья решил съездить на эту детскую площадку. Ему очень захотелось позвать Зою. Она приняла его предложение.

 Два взрослых человека сидели на лавочке напротив песочницы, но осматривали два дома. У них было некое единение мыслей, но мыслей достойных внимания не находилось.
Григорий выглянул в окно и увидел парочку детективов, он вышел к ним. Илья осмотрел всех и подумал, что все должно проясниться, по логике вещей он и должен всем все рассказать. Но в голове звенела пустота.
— Григорий Спиридонович, я смотрю Ваш балкон зияет пустотой, никакой защиты от непогоды, — проговорил Илья Львович.
— Оно мне надо. Вышел на балкон и уже на улице.
— А почему на Вашем балконе ничего подобного не случалось?
— А надо, чтобы случилось? Два года минуло. Мы другие стали.
У торца дома остановился лимузин из него вышел лорд Серафим. Григорий подошел к лорду.  К ним подошла Сюзанна. Явно образовался кричащий треугольник. Зрители у песочницы невольно улыбнулись.
Первым заговорил лорд Серафим:
— Зоя, не вижу твоего Марка. Ты его бросила?
— Забыла Марка Веревкина, легко забыла, если Вам это интересно. У него есть женщина. Не вижу Марка.
— Правда. Все здесь, а Марка нет, — подтвердила Сюзанна.
— Напомню, что погибли люди Серафима Сергеевича: домработница Алевтина, его отец и мать его сына, — тихо заговорил Илья Львович. – У кого есть мысли?
— Я понял, меня хотите заподозрить, — рассердился лорд Серафим. – А вы знаете, что отцом Ефима являюсь не я? Не знаете? Мой отец и есть отец Ефима! Удивились? А я - нет! Отец очень бодренький был мужчина. Мы все сдавали анализы на отцовство, но тайно.
— Интересно, Алевтина в чем провинилась? – спросил Илья Львович.
— Алевтина видела через окно Григория с Сюзанной.
— А Галина в чем провинилась? – спросила Сюзанна. – Хотя и так понятно. У нее ребенок был не от мужа, не от Серафима, а от его отца. А я занимаюсь воспитанием Ефима, как своего сына. Но для этого мне пришлось выйти замуж за Серафима, а потом мы развелись.
— Итак, получается, что Галина и Сергей Прокопьевич – родители Ефима, а Алевтина к ним отношения не имеет, — заключила Зоя.
— Нужно понять, кто у Алевтины был кроме Григория, — заметил Илья.
— Я знаю кто. Алевтину любил, вы не поверите, Марк Веревкин, — проговорила Зоя.
— Что? Что? – закричал Григорий. – Моя жена и Веревкин? А я, где был?
— Забыл. Ты был с Сюзанной, — жестко и ревниво напомнил лорд Серафим.
— Я никогда не был с Сюзанной, у нас с ней деловые отношения – заявил торжественно Григорий.
— Из этого следует, что Веревкин не убивал Алевтину, и тем более Галину и отца Серафима, то есть Сергея Прокопьевича, — подвел итог Илья Львович.
К группе подошел Марк Веревкин.
— Легок на помине, — заметил зло Григорий.
— О чем речь? Смотрю все здесь, словно двух лет и не было, — усмехнулся Марк. – Ищите виноватого? Не найдете. Подумайте, кому хуже всех было в этой ситуации? Лорду Серафиму.
— Но Алевтина к лорду Серафиму прямого отношения не имеет! – воскликнула Зоя.
— А так ли? Она у него работала, могла что-то интересное услышать. Могла знать секрет, который вы только что все узнали.
— А! Если знала секрет Алевтина, то его мог узнать господин Марк Веревкин, — догадался Григорий Кузнецов. – Он вообще все мог знать два года назад!
— Ты прав, — сверкнул глазами Веревкин. – Секрет – секретом, но виновным мог быть только лорд Серафим.
— Нашли крайнего! Я всех тупее в этой ситуации? – возмутился Серафим Сергеевич.
— Так у тебя всегда с собой трость с набалдашником! — крикнул Григорий.
Все одновременно посмотрели с осуждением на лорда Серафима, словно первый раз увидели.
— А вы не подумали о том, что у Галины был законный муж? – спросил лорд Серафим. – Никто не спросил у меня, откуда на моем балконе были мешки с шикарным антрацитом. Я – не шахтер. Шахтер муж Галины. И он сюда приезжал. Это он предложил мне проверить уголь на качество, чтобы им на Севере жилось лучше. Он знал, что у Галины ребенок не от него, он женился на ней, когда она ждала ребенка. Хороший человек.
— Все шахтеры скажут, что он не виновен, — заметила Зоя.
— А не пора ли всем по домам, темно стало, — предложил Илья Львович, — Зою и Григория я попрошу остаться.
Никто не возразил ему, публика разбрелась по домам.
Светил единственный фонарь. Шуршали первые опавшие листья. Смеркалось.
— Зоя, ты смелая женщина, не хочешь ли ты посидеть на балконе Григория с телефоном в руках? Григорий, думаю, согласиться.
— Не возражаю, хотя мог и Сюзанну оставить на дежурстве.
— У меня другой план, так получилось, что у меня есть пару париков одинаковых. Один парик наденет Зоя, покрутится на балконе стоя минут двадцать, потом сядет показательно на стул спиной к улице. А я ее незаметно заменю на куклу в парике. И на четвереньках заползет в комнату Григория, оставив куклу на дежурстве.
— Я согласна с твоим планом.
В комнате свет не включали, но сквозь тюль следили все втроем за балконом.
Потом Григорий ушел.
Остались Илья Львович и Зоя.
Дверь наружная бесшумно открылась и закрылась.
Зоя первая заметила, что над куклой взметнулась клюшка для игры в хоккей с мячом. Но на клюшке что-то еще было. Кукла в парике упала. На улице послышались шаги и крики.
Илья Львович выскочил на балкон. Посмотрел на улицу. Григорий стоял под балконом, удерживая за шкирку мужика. Илья перемахнул через перила на улицу. Первый низкий этаж.
Илья схватил руки мужика, которого удерживал Григорий. Но мужик оказался куклой, кукла обмякла.
— Григорий, что за шутки?
— Это не моя шутка, я обошел дом и увидел мужика, который клюшкой замахнулся на мой балкон. Я побежал к нему. Он бросил в меня большую куклу в мужском парике и убежал в темноту среди кустов.
Зоя смотрела на них с балкона, но смеяться ей совсем не хотелось. Она поняла всю серьезность опасности.
А Илья Львович подумал, что, либо квартира Григория прослушивается, либо его балкон просматривается. Скорее второе, балкон лорда-соседа тоже просматривался. И откуда мог человек видеть то, что творится на балконе, на обычном балконе ночью. Теперь было ясно, что убивали клюшкой, на которой был закреплен литой набалдашник.
Зоя не думала о том, как найти преступника тройного убийства.
Она странно подумала о лорде Серафиме…
Зоя давно поняла, что Сюзанна только по работе общается с лордом Серафимом и Григорием Кузнецовым, но близкие отношения у нее были исключительно с бывшим мужем, которого Зоя в глаза не видела. И Галина не была женой лорда Серафима.

Все так, но Илья Львович внезапно вспомнил фразу, типа «господин шпион живет этажом выше». Вот ведь как получилось, в расследовании он упустил главное, не проверил того, кто живет этажом выше. А этажом выше жил хоккеист, но есть хоккей с шайбой, а он играл в хоккей с мячом. И он знал всех героев данного романа с детства. Мало того, он слышал то, о чем говорили жертвы по телефону перед его нападением на них. Он любил холод и воздух, он спал на балконе, как турист, а они ему своими ночными разговорами спать мешали. Хоккеист и на землю не спускался, а перегнувшись через перила второго этажа хоккейным ударом расправлялся с жертвами. От удара они даже сдвигались с места. Ведь он легко жал килограммов 80—100. И звали его Костик, и они все его зрительно знали.
Костику всегда нравилась Сюзанна, поэтому он мстил за нее лорду Серафиму, убивая людей на его балконе. Парень был мстительный по природе. Он и Сюзанне мстил когда-то. Но лорда Серафима он опасался, а лорд, словно чувствуя опасность, никогда не выходил на балкон. Или выходил?
Так вот, именно Костик был бывшим мужем Сюзанны!
Илья Львович обсудил свою мысль с Зоей, она полностью его поддержала. Марку Веревкину осталось только задержать преступника-хоккеиста Костика, который прилетел с очередных сборов или соревнований.
Сюзанна сидела за столом, из-за которого ее практически не видно тем, кто входит в комнату. Полка на нем выполнена во весь стол. Между полкой и столом есть ниша для документации. Получилась мини крепость. На полке стоял принтер, плоский системный блок, и росла бело – зеленая трава в длинном ящике.
Она не верила, что Костик мог убивать людей на балконе лорда Серафима. Костика задержали. Он был под следствием. На него повесили три убийства.
Сюзанне было не до шуток. Она прекрасно знала всю историю про отливки, именно она занималась координаций выпуска изделий, поэтому ей приходилось общаться с лордом Серафимом и Григорием Кузнецовым. Но другого обвиняемого кроме Костика, у Марка Веревкина не было.
Зоя решила уточнить отношения лорда Серафима и Сюзанны. Ей это удалось.
Сюзанна вспомнила одну историю, когда она работала вместе с Серафимом. Именно Новый год вновь принес Сюзанне удачу в виде любимого человека со стоячими волосами, зачесанными назад. Что еще надо молодой женщине? Море чувств обрушилось на ее высохшее сердце. Бальзам на душу пролился из молодых бездонных глаз. Все было замечательно: его опыт и ее пылкость. Где он был? Неважно, но Серафим вернулся! Снег за окном. Он дома. А она не пошла к нему. Почему? У него темные стоячие волосы, зачесанные назад, и карие глаза. Он страус Серафим. Он умеет прятаться от нее головой в морской песок. И он далек от нее. День всех влюбленных Сюзанна и Серафим отметили полноценной влюбленностью. Вскоре лорд Серафим исчез в снежной пелене жизни.
   Попытки Сюзанны вернуть Серафима, ставшего ей близким человеком, не увенчались успехом. Нельзя сказать, что она его раньше не знала. Они были знакомы, почти женаты. Они встречались по работе в официальной обстановке. Но знала она его — плохо. Женщины бывают разные, а молодая женщина Сюзанна была влюблена в незабвенного лорда Серафима. В целом их отношения носили служебный характер.
Зоя выяснила, что было с Алевтиной Кузнецовой до ее гибели. Она поговорила с интересной женщиной по имени Сюзанна. И вот, что она узнала со слов женщины.


Глава 5

Алевтина уже попадала в неприятную историю…
    Теплое марево опустилось на землю, сжало тело своим теплом, ватной ленью. Ватное состояние души и тела, особенно мозга, трудно переносится. «Надо срочно сменить направление деятельности», — промелькнуло в мозгу Сюзанны. Дело в том, что она продолжала то ли отдыхать, то ли набирать информацию. Она взяла газету и стала смотреть объявления о продаже щенят, ей захотелось купить породистую собачку. Ничего подходящего она не нашла, но ее нашли.
   Сюзанна решила сменить имидж и зашла в парикмахерскую. Вскоре появилась соседка по подъезду, обладающая громким, пронзительным голосом. Женщину звали Алевтина, она кому-то рассказывала о своих щенках. Сюзанна прислушалась: разговор шел о щенках, словно специально для нее. С красивой прической Сюзанна подошла к Алевтине найдя ее по голосу. Они вместе поехали смотреть щенков.
   Три породистых щенка с острыми ушками смотрели влажными глазами. Один щенок Сюзанне понравился, она взяла его на руки. Щенок состоял из тонких косточек и скользкой шкурки. Он выпрыгнул из ее рук. Хозяйка взвизгнула от негодования, стала смотреть его лапки на целостность.
   Сюзанна загрустила и сказала, что сутки подумает, да и щенок стоил приличных денег, с собой такую сумму она не носила. По дороге домой Сюзанна приобрела сумку для переноски щенка, корм и еще некоторые щенячьи принадлежности и задумалась: а нужен ли ей щенок? Дома Сюзанну ждала относительная неприятность. У соседей по лестничной площадке произошел ряд событий весьма трагических. Молодой сосед по имени Серафим был крупным, улыбчивым, с небольшой лысиной. Он в этот день недосчитался заднего левого колеса на автомобиле, которое не сняли с машины, а подожгли.
   Отец Серафима, Сергей Прокопьевич, вышел из подъезда, когда машина задымилась, он бросился за водой, и... Дело в том, что пожилой мужчина шел на перевязку после операции; у него от резких движений шов разошелся, дикая боль пронзила его бренное тело. Машина, на которой его должен был отвезти сын, дымилась.
   Мать Серафима, Елена Григорьевна, посмотрела в окно. Она увидела, что горит их машина, что ее муж лежит на асфальте, схватившись рукой за рану после операции. Пожилая дама потеряла подвижность. У нее уже был один инсульт. Муж ее буквально выходил в больнице, а теперь сам лежал и не двигался на асфальте.
   Серафим ходил в магазин, а когда вернулся, то увидел горящую машину и лежащего на асфальте отца. Он бросился домой, чтобы позвонить пожарникам, но дома обнаружил лежащую мать. Серафим вылетел из своей квартиры с двумя ведрами воды и окатил водой из ведер соседку Сюзанну, открывающую свою дверь с огромными пакетами в руках. Поднятые парикмахером волосы на ее голове на должную высоту быстро опустились под ведерным запасом воды, превратившись в мокрые сосульки.
   Сюзанна не видела, что произошло на улице, так как она вошла в подъезд, когда на улице все было нормально, ее задержала другая соседка - Алевтина, показывая результат своего ремонта квартиры. Вечером у Сюзанны намечалось романтическое свидание, а теперь она была в мокрых сосульках волос...
   — Серафим, что ты себе позволяешь! — закричала она истошным голосом.
   — Сюзанна, у меня крупные неприятности, лучше помоги и посиди с мамой до приезда врача.
   — Сам не можешь? Ходишь тут с водой! — крикнула Сюзанна вслед убегающему парню. Однако, поставив дома сумки, вошла в открытую дверь соседей.
   Соседка лежала на полу. Она открывала рот, вращала глазами, но и звука не могла произнести.
   «Живая еще», — подумала Сюзанна и спросила:
   — Елена Григорьевна, ты чего не говоришь? Что с тобой?
   Молчанье было ей ответом и раскрытые от ужаса глаза пожилой женщины. Глаза показывали на таблетки, лежащие на холодильнике. Сюзанна взяла таблетки в руки и стала показывать соседке, та глазами выбрала нужные. После выпитого лекарства Сюзанна закрыла глаза, но ее дыхание было заметно по колыхающейся груди.
   Серафим, выбежав на улицу с пустыми ведрами, бросил их за ненадобностью, хлопнул себя по лбу и сквозь клубы дыма от горящей резины попытался достать огнетушитель из машины. Невдалеке от горящей машины остановилась черная машина, из нее выскочил Костик, сосед со второго этажа, с огнетушителем и быстро потушил горящее и дымящееся колесо.
   Рядом с отцом Серафима стоял Костик, разговаривая с ним. Сергей Прокопьевич так и держался за шов после недавней операции и не давал себя поднимать. Приехавшая скорая помощь забрала родителей Серафима.
Серафим, вернувшись от них из больницы, позвонил в дверь Сюзанны, чтобы извиниться и излить душу вместо воды.
   Сюзанна открыла дверь с крупными бигуди на голове.
   — Как дела? — спросила она Серафима.
   — Нормально. Отца перевязали и отпустили домой. Мать положили в палату, из которой недавно выписали. Колесо я сменил, — проговорил Серафим, плюхнувшись на собранный диван. — Сюзанна, а ты что такое объемное купила?
   — Собачку хочу купить, вот и купила перевозку для нее, домик, поводки с камнями. Серафим, посмотри, какие они красивые, — и Сюзанна достала ошейник и поводок с крупными украшениями.
   — А куда с прической собиралась? Я заметил твою шикарную прическу перед тем, как ты сникла под водой из моего ведра.
   — Серафим, ты мне вечер испортил, у меня сегодня свидание!
   — Правильно, что я тебя облил водой! Я не хочу, чтобы ты шла к другому мужику!
   — Слушай, мы с тобой только соседи! Какое тебе дело до моих мужчин? Ты мне не муж!
   — Я твой сосед с тех пор, как себя помню! Ты мне как родная, можно сказать.
   — Глупец, я свободная женщина и могу выбрать себе мужчину своей жизни или нет?
   — Можешь выбрать меня.
   — Так, ты еще со своей женой не развелся, сбежал от нее и живешь у родителей.
   —  А если я тебя люблю?
   В это время на улице загорелось колесо машины Костика, который истратил свой огнетушитель на автомобиль Серафима. Дым повалил черный и едкий. Окна хозяина машины выходили на другую сторону дома. Он сам пожара не видел.
Дело в том, что вездесущий Григорий некоторое время жил с Алевтиной в квартире. Дом находился относительно недалеко от аэродрома для малой авиации. Григорий освоил полеты на самолете для собственного удовольствия.
   Дворник Алевтина, хорошо владеющая большой метлой, рядом со своим домом разбила цветник. Ей очень мешали автомобили, заезжающие на газон, и она придумала хитрость. Если машина заезжала на газон одним колесом, то вторым невольно ехала по асфальту и включала зажигалку, спрятанную в асфальт. «Против лома нет приема», — так думала ведьма с метлой и ломом пробила в асфальте ямку, заточила в нее зажигалку и подлила керосина.
   Колесо включало зажигалку, керосин горел, колесо дымило и горело. Это был секрет Алевтины, придуманный для охраны газона с ее цветочками. Чего она хотела? Чтобы ее и ее газон показали по телевизору. И Алевтину показывали по телевизору вместе с ее цветочным газоном.
   Ситуация сложилась от ее поджога колеса автомобиля по типу бумеранга. Потерпевший Костик отомстил Алевтине, но не ей лично, а ее Григорию. Григорий Кузнецов, помимо работы на заводе, увлекался малой авиацией. Костик сделал так, что шасси его самолета не смогло спрятаться после взлета. Такая ситуация не смертельна, но весьма опасна. Две неприятности или два минуса неожиданно сложились в один плюс: самолет приземлился, но взлететь не смог.
На аэродроме прошел слух, что самолет Григория Кузнецова потерпел крушение. Алевтина словно потерялась от такой новости и жила рядом с запасным аэродромом. Почему аэродром запасной, ей было не понять, но он ей безумно нравился. Странный аэродром, чаще всего на нем стояли самолеты малой авиации. Иногда приезжали летчики, садились в самолеты и улетали. Алевтина на глаза им не попадалась.
   В ограждении аэродрома был лаз, она его никому не продавала, сама подкопала, сама лазила и закрывала ветками перед уходом. Надо сказать, тем и жила. Аэродром обслуживали несколько человек, иногда вообще никого не было видно, поэтому вездесущая Алевтина чувствовала себя на нем как дома. Она знала, где стоит горючее, как открыть двери, как их закрыть. У нее был такой беспробудный вид, что, глядя на нее, все пытались ее в упор не видеть и не видели на свою голову.
   В ветвях дерева Алевтина не поленилась и сделала насест, она забиралась на него и ощущала себя летчицей, наблюдая за обстановкой на аэродроме. Ей нравились летчики, нравились военные в форме. Мужчины что надо, но не для нее, это она безрадостно осознавала. Алевтина ходила в брюках и куртке, списанных служителями аэродрома. Волосы ее никто не видел, на голове у нее всегда была кепка, которая менялась непонятным образом.
   На аэродром приехали машины. Мужчина в военной форме и местный летчик сели в небольшой самолет. У военного на погонах была одна звездочка. Алевтина разбиралась в их количестве, но не в качестве.
   Военный с одной звездочкой улыбался задорной улыбкой. Алевтина так и обомлела, он ей понравился. Она уже жалела, что горючее взяли из ангара, которое она сама лично разбавила. Каким образом? Все вам расскажи, что она, зря жила под его забором, можно сказать, в землянке?
Рядом с аэродромом шла траншея времен войны, в одном месте этой траншеи была землянка, ее Алевтина и облюбовала себе в качестве летней дачи. За подобное жилье она, естественно, не платила, но кушать ей всегда хотелось.
   Она нашла мужичка без особых примет и внешности, он у нее покупал авиационный керосин. Так и жила Алевтина на своей летней даче. Сидя на насесте, ей пришло в голову, что люди могут обнаружить отсутствие горючего или его утечку. Алевтина решила, что не позволит такого обстоятельства, нет, она не вредитель, она — Алевтина. Все, и стала Алевтина носить воду. У нее было две канистры — в одну керосин вливала, из другой добавляла воду. Все путем, как в аптеке. Дебет и кредит.
   Самолет набрал высоту и заурчал, словно в его желудке было много пива, а не керосина. Алевтина прищурилась, глядя в небо. Она чувствовала, что военного с одной звездочкой на погонах ей больше не увидеть. Телевизора в землянке у нее не было, газеты она читала крайне редко, но сердцем чувствовала, что сделала большую глупость. Правильно чувствовала.
   Самолет пошел в пике и нырнул в землю. Алевтина прямо ахнула. Она этого не хотела, у нее самой журчало в желудке, и она покинула аэродром в поисках пресловутой пищи. Ей перепал пакет молока, булка, и больше у нее денег не было. Алевтина пошла к своему насесту с пакетом молока и булкой.
   Впервые ее задержали с этим пакетом молока, но молоко спасло, и ее отпустили. Народу понаехало, мужиков видимо—невидимо. Все вокруг упавшего самолета суетились, еле пробралась она к своему насесту. Видит Алевтина сквозь листву, что останки собирают, два ведра набрали. Ужас охватил ее. Решила она, что не будет больше керосин разбавлять, а то такие мужики в землю врезаются, жуть какие красивые. Через сутки народу стало поменьше, и она пошла на место падения самолета. Бульдозеры уже почти все сровняли. В луже лежала рука, в другом месте она обнаружила ухо, под ухом была родинка или грязь.
   Все, что насобирала, положила на бугорок и исчезла. Нашла погон с одной звездочкой и взяла его в качестве сувенира от красивого военного. От молока шумело в голове, не ее это напиток, ей бы бутылку, и голова не болела. Молоко промыло одну извилину в ее мозгу. Алевтина вспомнила, что у нее был муж Григорий, что он летал на самолете, поэтому она и живет рядом с запасным аэродромом. Она еще что—то пыталась вспомнить и не хотела вспоминать, а чего она не хотела вспоминать, она не помнила.

   Алевтину осенила простая мысль, что надо помянуть погибших, а нечем. Тут она заметила, что на аэродром идет женщина в сопровождении двух военных, в форме такой же, как у погибшего майора. На аэродром их не пустили, появилась охрана, а только что никого не было. Они постояли и ушли, оставив... Алевтина сорвалась с места и правильно сделала: у ворот стояла бутылка и лежала закуска. Алевтина потянулась за бутылкой.
   Охранник схватил ее за руку:
   — Куда, Алевтина?! Не для тебя стоит.
   — А ты откуда меня знаешь?
   — Ты меня не помнишь?
   Алевтина напрягла всю свою память, но не могла вспомнить ровным счетом ничего.
   — Не помню! — вскрикнула скрипучим голосом Алевтина.
   — Я Костик.
   — У меня нет мужей с именем Костик. Я одна! — гордо заявила Алевтина.
   — Совсем ты плохая стала, а какая красавица была, — заговорил Костик.
   — Ты меня не тревожь. — сказала Алевтина, описывая рукой в воздухе движения.
   — Ты что, за воздух держишься?
   К ним подошла Сюзанна, которую вызвал охранник:
   — О, опять ты, Алевтина, здесь бродишь! Ушла бы ты куда подальше, пока идет выяснение падения самолета.
   — И эта меня знает, — пробурчала Алевтина.
   — А кто тебя не знает! — в сердцах сказала Сюзанна. — Раньше от тебя всегда пахло цветочными духами, а теперь! — И она с горечью махнула рукой.
   — Сюзанна, ты не волнуйся за нее, побродит тут лето и уйдет. — сказал Костик.
   — Алевтина, ты пол можешь мыть? — с надеждой на понимание спросила Сюзанна.
   — У меня земля вместо пола, ее мыть не надо.
   — Уборщицей будешь работать в административном здании?
   Взгляд Алевтины покрылся мглой, и она побрела к насесту.
   — Сюзанна, она не в себе, что ты от нее хочешь? — спросил Костик.
   — Вернуть к жизни.
   — Напрасны твои усилия. Ты лучше скажи, почему самолет разбился?
   — Черный ящик нашли, такие люди разбились! — воскликнула Сюзанна и всхлипнула.
   Алевтина побрела вдоль рва, зарастающего травой и кустарником, к своей землянке. Рядом с землянкой стояли люди; она спряталась за большой куст и стала слушать.
   — Здесь нашли погон погибшего майора.
   — А что, если он жив?
   — Это невозможно, его останки обнаружены на месте аварии.
   — Да, но кто—то в кучку сложил останки именно майора, их узнали его друзья.
   — Странно, есть вероятность, что в старой землянке живет человек. Надо ее сровнять с землей и поставить плиту.
   — Будет выполнено, товарищ...
   Алевтине дальнейшее было не интересно; ее летнюю дачу собирались засыпать, заасфальтировать. Она пошла в сторону от людей, от траншеи, куда глаза глядят.
Споткнулась, упала, очнулась Алевтина в палате.
   — Костик, Алевтина в себя пришла. — сказала Сюзанна.
   — Алевтина, ты меня узнаешь? — задал свой обычный вопрос Костик, он ей задавал его уже не первый раз, его глодала совесть, но признаваться в своей вине он не собирался.
   — Костик, это ты? — прошептала Алевтина.
   — Я! Узнала, она меня узнала! — закричал Костик. — Только я не понял, зачем ты подожгла мою машину?
   — Алевтина, у меня для тебя есть духи, цветочные. — сказала Сюзанна, перебивая вопрос Костика.
   — Спасибо, проведи ими рядом с носом, я так соскучилась по этим приторным запахам прошлого! — громче произнесла Алевтина, не отвечая Костику.
   — Алевтина, твоя мама приехала, позвать ее? — спросил Илья.
   — Кто она? Я ей не нужна.
   — Ты мне нужна.
   — Костик, зачем я тебе такая нужна?
   — Ты красивая, ты сама не знаешь, какая ты красивая! Ты вылечишься, и все будет хорошо!
   — А я болею? Чем?
   — Тебе было плохо, очень плохо. Твой муж не погиб. Только почему ты говоришь, что твой муж Григорий летчик? Он мастер на заводе!
   — Не помню мужа. Не помню Григория. Тебя помню. Сюзанну помню. Маму не помню.
   — Ты нас видела последнее время, а мать свою давно не видела.
   — Алевтина, ты можешь работать дворником с метлой? — спросила Сюзанна.
   — Хочу, но я не помню, что значит работать.
   В палату вошел врач, интересный блондин.
   — Больная пришла в себя? Ей надо отдохнуть.
   — Доктор, она тут помнит, тут не помнит. — сказала Сюзанна.
   — Она вспомнит! Через неделю приходите, раньше не надо.
   Через неделю в палату пришел Григорий, живой и здоровый, принес цветы, фрукты и платье.
   — Алевтина, здравствуй! Я к тебе с подарками.
   — Вот спасибо — платье в цветочек! Здорово как! По сезону. Размер мой.
   — Надевай. Пойдем гулять в парке, тебе разрешили прогулки.
   Григорий вышел. Алевтина взяла платье, уткнулась в него носом и разрыдалась, она впервые заплакала после гибели летчика, в смерти которого она себя винила. Со слезами утекало ее состояние «помню — не помню», она все вспомнила. Посмотрела Алевтина на платье, в нем появилась мокрое пятно. Она его встряхнула, надела, умыла лицо водой из-под крана. Покрутилась Алевтина перед зеркалом.
   Женщины в палате затаили дыхание: Алевтина из жалкого создания на их глазах превратилась в цветущую даму в платье с цветочками. Алевтина вскочила, посмотрела на ноги, на тапочки неизвестного размера, и села на кровать. Одна из женщин сообразила и дала ей свои босоножки. Алевтина взлетела от радости, надела их, они ей были как раз, и выскочила из палаты.
   Григорий смотрел на дело своих рук и светился от счастья, что Алевтина, прекрасная Алевтина, вернулась к жизни. Она гордо сошла с крыльца и пошла с мужем в парк, спрятанный от посторонних глаз забором. По парку ходили люди, иногда встречались известные актеры, Алевтина их узнавала, улыбалась и шла дальше.
   — Хочешь, скажу, за что я машину Костика подожгла? Я и тебе скажу. Григорий, не приставай к Сюзанне, это очень опасно!
   Город был покрыт чистым асфальтом, и чтобы найти грязь, надо было зайти на рынок, где грязь имелась международного масштаба. Сюзанна побрела по сухим островкам рынка, пересекая его раз вдоль и раз поперек. На рынке существовали магазинчики с умными поставщиками, приходилось иногда в них заходить. Послать в магазин некого, вот сама Сюзанна и ходила за необходимыми предметами, которые в обычной семье должен покупать мужчина, — это электротовары или сантехника.
   В такие минуты она всегда про мужчин вспоминала, но, выйдя с рынка, забывала. А, пусть живут! Она обойдется без мужской помощи. Ей очень нравился магазин с люстрами, она его обошла по спирали, а теперь заглянула в него за лампочками. Если честно, ей больше магазина понравился один продавец. У него фигура танцора и лицо умное! Но не приставать ведь к мужчине?
   Однажды она зашла в магазин и купила электрический чайник, вода из чайника лилась не только из носика, но и из щек. Кипяток водопадом выливался из чайника, но ей его не заменили, пришлось купить чайник металлический.
   Сейчас Сюзанна заглянула в тихий магазин с люстрами, где шум стоял невыносимый. Два покупателя снимали с головы третьего люстру, упавшую с потолка. Потерпевший кричал. Девушка с кассы и та к ним подбежала, в это время двое мужчин выносили из магазина то, что дороже, пользуясь свободой передвижения. Непонятно, как могла люстра оборваться?
   Сюзанна подошла к группе и посмотрела на люстру, было ощущение, что ее подстрелили, она и упала, как утка на охоте. Кассирша опомнилась и пошла на свое место. Прибежал со склада красивый продавец, оценил ситуацию. Извинился за упавшую люстру, а те трое еще кричать стали, что нужна компенсация. Продавец почесал в затылке и сказал, чтобы тихо выходили из магазина, пока он охрану не вызвал. Три мужика вышли на улицу и сообразили на троих, им было кем—то уже заплачено за концерт в магазине.
   — А кто стрелял? — спросила Сюзанна у продавца?
   — Никто не стрелял!
   — Почему люстра упала? Я поняла, люстру мужику на голову надели и шум подняли.
   — У нас все люстры на потолке!
   — А где они ее взяли?
   — Они несли люстру на кассу, я им сам ее дал!
   — Но у вас тут было воровство в чистом виде!
   — Шла бы ты куда подальше!
   — Не могу уйти, у меня лампочки перегорели, мне нужны лампочки вон на ту люстру! — и она показала на потолок, но увидела в дыре на потолке прямо над собой чье—то лицо.
   Сюзанна опустила голову и пошла из магазина.
   — Эй, женщина, Вы хотели лампочки купить! — услышала она себе в спину крик продавца.
   На улице она еще раз посмотрела на хилое строение огромного рыночного объекта и пошла в павильон меньшего размера, где люстры на потолок нельзя было повесить при всем желании продавцов, да их там и не было, но лампочки были, перламутровые, белые лампочки. Для их приборов они подходили. Одна лампа ее удивила. Она была черная. Круглая черная лампочка лежала рядом с синей лампочкой на витрине. Сюзанна задержалась у витрины, соображая, что черная лампа напоминает черный шар. У нее закрутилась мысль, а не придумать ли черную лампу, излучающую полезные лучи через маленькую неокрашенную поверхность.
   Детектив Илья Львович прибыл на место преступления. В хорошо отремонтированной квартире лежал труп хозяйки без всяких следов насильственной смерти. Три его помощника осматривали квартиру, следов грабежа не было. Все в квартире было аккуратно расставлено, пыли и той нигде не было. Полированные поверхности мебели сияли первозданной чистотой. Хрустальная ваза стояла монументом чистоты на связанной крючком салфетке. Стулья, как солдаты на параде, ровно стояли по обе стороны стола. Редко группе приходилось видеть такую чистоту на месте преступления. Все предметы стояли на своих местах. И даже мертвая хозяйка лежала на раскрытой постели, в которую она легла в опрятной ночной рубашке с кружевами и уснула красиво вечным сном.
   У входа в квартиру стояли два человека, вызванных из соседних квартир в качестве понятых при осмотре места преступления. Соседи осмотрели квартиру и сели на два стула в комнате, где лежала хозяйка. Даже эти два стула всегда стояли при входе в комнату.
 Илья Львович и его люди пожимали плечами, они не понимали, зачем их вообще вызвали? Зачем одна из понятых их вызвала, а сама сидела и молчала, с ужасом разглядывая лежащую хозяйку квартиры?
   Недоволен был вызовом Илья Львович, не видел он, куда можно приложить свой ум великого сыщика, все здесь было так славно, даже умершая женщина лежала красиво. Он с сотрудниками покинул помещение, в него пришли другие люди с другими задачами. Звонок из морга нового к делу ничего не добавил, там поставили диагноз: сердечная недостаточность.
   Раздался телефонный звонок.
   — Илья Львович, — заговорил человек, в чью обязанность входило давать последнее заключение в жизни человека, — понимаешь, эта женщина, из квартиры с идеальной чистотой, умерла так же странно, как еще два человека до нее. У нас в городе я один даю медицинский отбой населению, других людей нет. Могу сказать, что в ее смерти есть нечто странное. Я поставил дежурный сердечный диагноз, но моя совесть и мозг пребывают в неспокойном состоянии.
   — Тебя что в этом вопросе тревожит?
   — Есть ощущение, что это похоже на отравление неизвестным мне веществом. Химия наука еще та — неизвестно, что эта женщина вдохнула перед смертью.
   — Но внешне она не казалась отравленной, следов мучения на ее лице не было.
   — В том-то и дело, что больше похоже на сердечный приступ. Я тебе дам фамилии еще двух человек с очень похожей смертью. Поищи, что между ними общего...
   Илья Львович и его бригада сыщиков в городе были единственными представителями сыскной братии. Не было у них конкурентов, все дела городка были у них. Он, мужчина в самом расцвете лет, был главой местной полиции. Но данные о трех подозрительных смертях были так малы. Хотя, как сказал Марк Веревкин, обошедший все три квартиры умерших людей, на которых из морга дали наводку, во всех трех квартирах был недавно сделан ремонт, чувствовалась одна бригада ремонтников.
   Соседи подтвердили недавний ремонт в трех квартирах, описали внешний облик ремонтной бригады. Описания бригады во всех трех случаях совпали. Илья Львович решил найти ремонтную бригаду, после которой хозяева квартир умирали. Новость поползла по городку, и народ сам стал делать весенние ремонты. Распространители новости часто собирались в магазине, где продавали товары для ремонтных работ. Спрос на ремонтные бригады резко упал.
   Илья Львович зашел в одну такую квартиру, а точнее в последнюю, чистую, медленно заполняющуюся пылью, сел на стул у двери и как истукан стал осматривать единственную комнату в квартире умершей женщины в сорочке с кружевами. Родственников у нее не было, жила она одна, вот решила сделать ремонт в однокомнатной квартире с помощью бригады — и сделала на свою голову.
 Спрашивается, куда торопилась? Илья Львович сидел на стуле и осматривал комнату. Он был уверен, что смертельная опасность таилась в этих стенах или потолке. Он посмотрел на люстру, но там, где обычно висят люстры, был чистый и ровный потолок. Он встал и включил свет.
Над постелью вспыхнуло бра, на противоположной стороне вспыхнули ярким светом такие же лампочки бра. Он улыбнулся. Бра излучали яркий свет из ламп, а плафоны скрывали модные лампочки.
Илья Львович пошел в магазин, где продавали такие красивые бра. В магазине сказали, что помнят женщину, купившую два бра. В этих бра стояли трансформаторы, понижающие напряжение, в результате лампы светили от 12 вольт, очень экономичные в употреблении. Цифра 12 засела в голове детектива. Он вспомнил, что все соседи утверждали, что хозяева квартир умерли через две недели после ремонта, или через 14 дней.
   В магазине продавец посмотрел на бра со стороны трансформаторов и сказал:
   — В одном бра есть непонятное устройство, его здесь не было, мы проверяли его перед продажей. Что это за устройство, я не знаю.
   Илья Львович взял бра, положил в коробку, которую услужливо дал ему продавец, и пришел в отдел. Он вспомнил, что бра с лишним устройством висело над постелью пострадавшей. «Вот и ладно, осталось выяснить, что это за устройство», — подумал детектив и отнес бра на экспертизу. Экспертиза показала, что это устройство способно извергать отравляющее вещество по сигналу встроенного таймера. Устройство питалось через трансформатор, время действия — тринадцать дней...


Глава 6

   Алевтину выписали из больницы. Григорий встретил ее у входа и довел ее до дома. В памяти Алевтины опять появилось состояние «помнит — не помнит», но она решила, пусть об этом думает Григорий. Он привел ее в квартиру, находящуюся на первом этаже. Соседки узнали Алевтину, радостно закричали, потом заплакали.
   Подошел Илья Львович, он посмотрел на эмоции женщин, отвел одну старушку в сторону:
   — Скажите, что здесь произошло?
   — О, молодой человек! Тут такое было!
   — Ладно, Алевтина из этой квартиры? — и он показал рукой на окна квартиры, где умерла женщина под бра.
   — Алевтина наш человек, она из этой квартиры, да ее мы давно не видели.
   — Что в квартире произошло без нее?
   — Я по порядку расскажу. Первым исчез Григорий, — заговорила старушка.
   — Это я знаю, дальше.
   — Приехала его сестра, сказала, что квартира ее, и выгнала Алевтину.
   — Вот оно как! Но у Григория сестры не было!
   — А Алевтина поверила. Она ушла.
   — Она ушла к аэродрому, где последнее время учился летать Григорий.
   — Да? А в квартиру въехала его сестра, потом она позвала артель строителей, они сделали ей ремонт, а она через две недели после ремонта и умерла.
   — А как в квартиру попасть?
   — Милый ты наш, да тут полиция туда—сюда ходит, у них ключи.
   — Спасибо, пусть Алевтина с вами посидит на скамейке, я найду ключи.
   — Да, ладно, присмотрим за ней.
   — Еще вопрос: а как вы определили, что в квартире мертвая женщина?
   — Этаж первый, собаки выли, опять же форточка была открыта, запах пошел, дни теплые стояли.
   — За Алевтиной присмотрите. — сказал Илья Львович.
   Алевтина вернулась в свою квартиру. Она сидела на лавочке в окружении старушек, и по мере их рассказов ее глаза прояснялись. Бродила она месяц без квартиры, а ей показалось, что вечность. Потом в больнице лежала недели три. Квартиру открыли. Алевтина зашла, села на стул и заплакала. Старушка заглянула в квартиру и тут же вышла. Алевтине дали поплакать, потом отдали ей таблетки, их ей дала еще в больнице медсестра в бумажных кулечках. Женщина успокоилась. Илья Львович принес два бра, сам их повесил. Алевтине разрешили жить в квартире.
   Третье убийство частично оголилось, как провода, зачищенные перед пайкой. Кто поставил устройство, детективу было неизвестно, но кое—что было ему понятно. Два первых дела были в состоянии целины. И где та бригада, что ремонты делала, было совсем неизвестно.
   — На малом аэродроме потерпели крушение два самолета, — вещал диктор.
   «Не связана ли гибель летчиков с теми двумя квартирами?» — подумал Илья Львович. И решил заняться расследованием гибели летчиков в быту. Сел он в машину и покатил в сторону аэродрома. Дежурная повела его на место падения самолета.
   — Скажите, а что Алевтина здесь делала? — спросил детектив.
   — Шаталась как неприкаянная. Я не нянька взрослой женщине.
   — А вы ее раньше не могли в больницу отправить?
   — Так она как лань пуганая, к ней не подступишься. Ее в лесу нашли, лежала без сознания, тогда и отправили в больницу.
   — Еще вопрос: что она могла бы сказать о гибели летчиков? Как охраняются самолеты и горючее, есть к ним доступ? Загадка для местных товарищей, а мне подробней, пожалуйста.
   — Умный вы! Тогда посмотрите на горючее в натуре.
   В ангаре стояли цистерны без особого присмотра, рядом с одной цистерной все было натоптано женскими ногами, почти босыми.
   — Это следы Алевтины?
   — Не мои следы, это точно. Алевтина иногда босая ходила. Других женщин на аэродроме нет.
   — Возьму я горючее на экспертизу. Еще вопрос: из этой цистерны для последнего полета самолета горючее брали?
   — Брали.
   — Подождем результатов. И расскажите мне о погибших.
   — Это не тайна, что они погибли, но не все знают, где погибли, кто погиб. Тайна небольшая сохраняется.
   — Мне их данные нужны: где жили, с кем дружили.
   — Один наш летчик. Второго прислали из центра, о нем мало чего знаю: майор, и все.
   — Все о вашем летчике...
   — Так я здесь и отдел кадров, адрес так скажу, жена у него осталась.
   Илья Львович посмотрел на адрес: адрес совпал с одним из тех, что они взяли под контроль из-за убийства после ремонта.
Теплым вечером подошел детектив к дому, подсел на лавочку к одинокому старику. Дед сидел, переживал, а сделать ничего не мог. Результаты экспертизы были плачевными: водная эмульсия горючего из цистерны с трудом называлась горючим для самолета. Судить Алевтину за разбавление горючего водой смысла не имело, ее вменяемость была относительной. Дежурную можно было привлечь за халатность.
Илья Львович решил не лезть в разборку полетов и падений, а заниматься гражданскими делами. Два дела имели окончание на летном поле, как два провода, по которым бежит ток через устройство для впрыскивания ядовитого облачка.
   Покупка дома к убийству не относилась, но над ремонтом дома трудилась бригада, по внешним данным подходившая под все описания квартир после ремонта. В смерти двух женщин было виновно устройство с газом, но не сам ремонт. Илья Львович посмотрел на бригаду и ничего не сказал их бригадиру. Кто поставил устройство с газом и включил таймер? Вот в чем оставался главный вопрос этого дела. Кому мешали люди? Но этот вопрос завис в воздухе с парами авиационного топлива.  Что касается Григория он оказался живым, уезжал в дальнюю командировку.
В настоящее время деревенские поселения, в которых настроили дома в 10-20-30 этажей – называют городским поселением.
Предложение, если в городе нет достойной набережной, способной удержать реку в русле, то такой город надо перевести в статус – деревенское поселение. Понятно, если в деревне есть храм, то это село. Тогда надо город назвать большим селом, пока набережную не постоят.
Еще момент.
Если есть забор, то ищите в нем лаз. Если есть дамба, то человеку лень через нее переходить. Следовательно, люди хотят не только жить на берегу реки, но еще и быстро к ней проходить. И почему лаз прогрызли мыши, а не люди с лопатой. По карте, напротив обрушенного участка дамбы у реки, в эту реку впадает еще река.
Вывод напрашивается сам собой: дамба, загораживающая людей от реки, должна иметь герметичные двери, которые должны быть открыты в обычное время и закрываться на время паводка!

  Сюзанна окончательно вернулась к Костику.  Снег чистыми мягкими волнами простирался в бесконечность зимы. Мороз крепчал. Сюзанна по асфальту уходила от своего преследователя — бродячего пса. И чего он от нее хотел? Господи, у нее в сумке лежала колбаса! Если бы она взяла целый батон колбасы, он бы не излучал пахучую энергию мяса. Она умудрилась купить триста грамм колбасы нарезкой. Какая глупость! Бродячий пес клюнул на запах из сумки и теперь преследовал ее во все тяжкие голодного желудка. Она остановилась. Остановился и рыжий пес.
   — Ты хочешь колбасу?
   Глаза собаки налились голодной надеждой. Она потянула молнию на сумке, достала колбасу. Рыжая собака сделала стойку, и все триста грамм колбасы нарезкой оказались в голодной пасти пса.
   — Как жить легко, но так все трудно! Ежедневная борьба за жизнь, главное условие относительно спокойной жизни. — сказала Сюзанна назидательно рыжей собаке, пока та уминала колбасу, и пошла по своим делам.
   Собака лениво посмотрела ей вслед, теперь она была сыта и благодушна. Чего не скажешь о Сюзанне. Она шла к своему бывшему молодому мужу. Она переехала к нему на некоторое время. Костик пришел с работы больным и уставшим. Он уже не первый день ленился и лечился, вот Сюзанна ему и купила колбасу, а себе бананы. На бананы рыжая собака не польстилась.
   — Сюзанна, ты не могла мяса купить для поднятия моих жизненных сил?
   — Костик, жуй хлеб и бананы!
   — Ты не знаешь, как мне сегодня было плохо! Слабость, кашель, насморк.
   — Съешь антибиотик!
   — Ты что, не знаешь, что у меня слабость от антибиотиков, я от них потом долго отхожу!
   — Отходи, — сказала Сюзанна с неким раздражением в голосе, она уже шла на кухню.
   Домашние условия жизни у Костика неожиданного для него резко ухудшились. Его любимая мама из южного населенного пункта вновь привезла бабулю, то есть его бабушку. Жил себе парень в новенькой квартире, сидел на плечах у мамы и не работал пару лет. Хорошо жил, играл на приставке к телевизору, бил баклуши с утра до вечера. Хорошо! Благодаря бабушке им снизили оплату за квартиру, пенсию за бабушку получала мать, сама она постоянно работала и подрабатывала. Так они и жили.
   Случайно мать Костика встретила бывшего знакомого и через него устроила сына на работу. Парень попал в монтажный цех. Потихоньку втянулся в работу, деньги от лени не тратил и копил. И все же однажды он потратил деньги на покупку холодного оружия. Он купил целый набор, который в сувенирах числится. Костик смотрел все фильмы, где показывали, как надо обращаться с саблями и кинжалами.
   Когда мать уходила на заработки, он тренировался: прыгал с оружием и повторял все упражнения, которые видел в фильмах. Мышцы тела окрепли, жира у него не было. Сухощавый, с хорошими мышцами, он легко повторял упражнения с саблей и кинжалом. На работе рядом с ним сидела монтажница лет на пять старше, она и помогала осваивать новую работу. Костик повторял все, что она делала.   
Через год Костик превзошел свою учительницу. Его оценили, работу стали давать более сложную, а его напарницу просто сократили. Костик стал мастером в монтажном цехе. Зарплата у него стала выше, накопления стали прибавляться быстрей, он не пил, не курил. Мечтал о компьютере, но не знал, как к нему подойти.
   В соседней комнате—офисе за компьютером работала Сюзанна, он случайно узнал, что у нее достаточно высокая заработная плата по меркам фирмы. Костик неназойливо изо дня в день стал появляться рядом с ней. Ему очень нравилась ее зарплата, а остальное не имело значения. У нее была семья, но ее семья ему не мешала, мужа у нее давно не было, поэтому его все устраивало в ее семье. Сюзанна привыкла к Костику, он подарил ей подарок на восьмое марта, но тут ее сердце не растаяло.
   Шли нулевые годы 21 века. О, Костик уже знал, что нужно для компьютера, он приобрел цифровой фотоаппарат. И он понял, что в освоении компьютера и фотографий он превзошел свою учительницу. Сюзанна его перестала интересовать. В организме Костика возникли перебои. Пришлось сдать все анализы, и один врач все время ему повторял, что детей у него быть не может, но такой прогноз его сильно и не огорчил. Заводить детей он не собирался. Ему не было и тридцати лет. Костик привык жить у Сюзанны, комнату он занял основательно, двери закрывал и с ней самой порой сутками не разговаривал.
   Захотелось Костику машину. Но Сюзанна много тратила денег просто так, деньги не копились, а напротив, только исчезали. Вся ее зарплата уходила на его высококачественную кормежку, чего молодой мужчина просто не замечал. Он ел икру, красную рыбу, мясо очень дорогое и качественное. Пил самые дорогие соки. Ел самое дорогое мороженое. Он не пил просто чай, а только купленный чай в бутылке. Ел виноград и не опускался до ягод. Любил булки и торты на ночь, но не толстел.
   Сюзанна выбивалась из сил, она его обслуживала. Покупала красивое постельное белье. Она стирала, готовила, убирала, гладила, а он о ней просто забывал, иногда заходил к ней в комнату и ругался с полчаса, потом уходил к себе в комнату и играл на компьютере. Копил Костик на машину, жил за счет Сюзанны, и еще ему чего-то недоставало. Очень лень иногда ходить на работу, и иногда работу он стал пропускать. Костик пришел к выводу, что пара пропущенных дней ему не повредит, и за хорошую работу пропуски ему прощали.
Так получилось, что Сюзанна и Костик жили то у нее, то у него.
В комнате Костика появились и новая постель, и новый диван, и новый ковер на полу. Сидит он за новым компьютером, играет в игры, и все хорошо. Деньги он исправно отвозил домой и там прятал в укромное место. Его бабуля все просила купить ей билеты и отправить ее домой, но стоило сказать, что билеты ей купят, как она говорила, что никуда не поедет. Сюзанна сердилась, что Костик ей деньги совсем не дает, но постепенно привыкла к молодому мужчине и все ему прощала.
В квартире Костика жила его бабуля.
   На кухне бабуля Костика наливала лекарство в кружку, она считала:
   — Двадцать, тридцать, сорок две капли...
   Сюзанна посмотрела на дело рук бабули, почти все капли она налила на стол, в кружку они почти не попадали.
   — Бабушка, но вы все капли мимо налили!
   Бабуля смахнула лужицу лекарства рукой в кружку и выпила то, что налила, потом этими руками, взяла электрический чайник и стала в него цедить воду из-под крана.
   — Бабушка, а почему вы наливаете такой маленькой струйкой воду?
   — Так она чище, — ответила бабуля, держа под тонкой струйкой воды из крана руки в лекарстве.
   Сюзанна поняла, что чай в этом доме ей сегодня не светит и вернулась в комнату.
   — Кто мне интернет отключил? — кричал изо всех сил Костик.
   — Это не я, — смиренно ответила Сюзанна и взяла бутылку с минеральной водой.
   Костик пошел по проводу для интернета по комнате, вышел в прихожую.
   — Кто отрезал кабель интернета?! — вскричал он. — Кому мой провод помешал?!
   В двери повернулся ключ, пришла его мать.
   — Мама, кто отрезал кабель паутины?
   — Я отрезала, мне нужна дырочка, через которую кабель проходит, я через нее хочу протянуть кабель антенны для нового телевизора на кухню!
   — Ты что, телевизор купила?
   — Да, только что!
   — Если ты еще раз тронешь кабель интернета! — у него не хватало слов на ругательства, и они с матерью закричали, доказывая свою правоту.
Мать сама установила подставку для телевизора на стене, сама установила на него телевизор.
   Сюзанна взяла гладильную доску, утюг и пошла в комнату. Следом за ней влетела мать Костика:
   — Нельзя гладить в комнате! Сюзанна, я всегда глажу на кухне белье, в комнате будет много пыли!
   Сюзанна вспомнила бабулю, ее лекарство и упрямо стала гладить белье рядом с компьютером, за которым сидел Костик и не вмешивался в дела женщин. В ванной комнате в двух косяках дверей торчали два гвоздя своими остриями длинной в три сантиметра. В голове Сюзанны возникли ноги бабули, перевязанные именно в этих местах.
   — Костик, забей гвозди в ванной!
   — Какие гвозди?
   Огромные гвозди так и остались торчать, пройдя сквозь косяк, у них еще оставалось острие. Сюзанна села в кресло, перекинув ноги через подлокотник. Она знала одно, что мать мужа привезла в дом свою мать, когда Костик жил у нее.
   — Сюзанна, в этом кресле еще так хорошо никто не смотрелся. — сказал Костик, нажимая на руль компьютерной игры.
В дверь комнаты постучали, потом открыли дверь, это была мать Костика:
   — Я вам купила новый постельный комплект с сердечками, — примирительно заявила свекровь и протянула Сюзанне плотный полиэтиленовый чемоданчик.
   Сюзанна открыла молнию, вытащила из пакета желтое махровое чудо с яркими красными сердечками. Простыня по периметру была обшита бельевой резинкой. После стирки и сушки махровый комплект оказался на постели.
   Сюзанна крутилась, крутилась и сказала:
   — Постель колется, как точечный массаж.
   — Да, спать непривычно, — ответил в унисон Костик и всем телом потянулся к Сюзанне.
   Над постелью склонило свои ветви дерево в огромном кашпо, похожее на группу страусов. Что может быть противоречивее мыслей женщины?
В голове Сюзанны промелькнуло, как она к Костику заходила в гости. Он тогда ее мгновенно схватил на руки и завалил на постель. Любовь была столь экспансивной, быстрой и чувственной, что она сама от себя ничего подобного не ожидала...
   После продолжительной разлуки страсти были раскалены при одном взгляде на партнера. Им осталось ждать считанные минуты. Душу раздирающая любовь первобытной страсти без всякой подготовки — награда за длительную разлуку. Боль и радость объединения, какие—то спешащие движения. Он крепок и могуч. Она, неуспевающая пустить слюнки удовольствия, терпит боль вторжения. Сладость ли это? Скорее удовольствие от полной загрузки. Она встает, ощущая себя лишней через пару минут, одевается и уходит.
  Проходит пару недель история повторяется один в один, но после объединения он вспоминает о руках. Игра на ее нервах пальцами, нужна, коль то не вышло по — иному...
Третья встреча вообще была лишней, но парочка уделила ей ночь. Тела соприкасались с нежными чувствами, они работали телами и мышцами, и руками, и всеми фибрами души, уснули, но ничего не получилось...
   Утром Костик проснулся и включил классическую музыку, которая лилась из пяти колонок. Сюзанна оделась и ушла.
Четвертая встреча после загара оказалась злосчастно — счастливой. У Костика все получилось, у Сюзанны возникло чувство обмана. Он включил музыку. Чистые звуки музыки в сопровождении известных песен последнего десятилетия. Она оделась и ушла, выдержав три песни.
Бывший муж Костик медленно уходил в прошлое Сюзанны.
   Костик был последнее время единственным мужчиной Сюзанны. Нашлась женщина Костику. Вот он и занимался кормлением черепах, мыл аквариум и давал им прогуляться ластами по полу.
   Снежная каша на дороге местами мешала идти, но в целом приличная зимняя дорога, и Сюзанна шла по дороге своей жизни и уже не могла свернуть в сторону жизни некогда любимого мужчины олигарха. Теперь у нее иная дорога жизни и перекрестка на этой дороге нет, или пока нет, а есть экран монитора, и все, если Костик не совсем утопил в виноградном вине свой ум, то вполне может прочитать послание в свой адрес. Ау! Мужчина!
   Мать Костика копила деньги и складывала их в комнате бабули. И он прятал деньги в комнате бабули, так как это была его комната. Бабуля была сберкассой, но об этом не догадывалась. Она исправно каждый день зажигала фитиль в банке с подсолнечным маслом и на больных ногах несла открытый огонь в комнату. Свет старая женщина не признавала, свечи не зажигала, но очень любила живой огонек.
   Все бы ничего, но увлекся Костик другой женщиной Ириной, она ездила на своей машине. Машина была простенькая и много раз отремонтированная, однако это была машина. Костик стал ухаживать исподволь за женщиной с машиной. Ирину не надо было провожать пешком, значит, время на психологическую обработку уменьшалось. Он стал писать ей письма по Сети. Женщине его письма понравились. Но им стала мешать Сюзанна, сама о том не догадываясь.
   Мужчине прежняя женщина стала не нужна. Все ее накопления он у нее вытянул. Компьютер у него уже был. Мужчина рядом со своей постелью поставил саблю, а кинжал положил рядом с компьютером. В женщине поселился страх. Сюзанна боялась сесть к Костику спиной, она просто физически ощущала кинжал в спине и саблю на шее.
Костик вернул Сюзанне ключи, забрав компьютер из ее квартиры и свои вещи вместе с холодным оружием. У нее сильно разболелась голова. Она переживала уход молодого мужчины и в то же время была рада, что исчез постоянный страх за свою жизнь. Костик опять вернулся к маме, занял ее комнату и все силы направил на Ирину с машиной. Она научила его водить машину. Он научил ее быть женщиной в машине. Домой Костик к Сюзанне перестал ходить, домой к себе ее не приводил — там мама и бабуля.
   Костик был из серии чистоплюев, условия машины для любви его совсем не устраивали, и он вспоминал уютную квартиру прежней женщины, Сюзанны. Он всеми фибрами чувствовал, что ему такая жизнь не нравится. Хорошо было дома! У мамы пирожки да компоты. А у Ирины вообще ничего не выпросишь, она сама требует от него денег.
Давать деньги Костик психологически не мог, и поэтому Ирине, первый раз изменившей мужу, он вскоре просто надоел. Да и она ему была больше не нужна, он научился водить машину, а это было главной целью на тот момент.
   У его мамы скопилась приличная сумма денег, эти деньги очень нравились Костику, а вот где лежат деньги, он так и не знал. Компьютер издавал звуки стрельбы по мишеням. Бабуле казалась, что где—то стреляют, она чувствовала себя плохо при звуках стрельбы, в ней возрождался страх военных дней. Старая женщина нервничала, она принесла новый фитиль с огнем, больная нога у нее подкосилась, огонь упал на постель, тряпки загорелись, политые маслом из кружки, в которой бабуля носила открытый огонь.
   Костик почувствовал запах дыма, вышел в коридор и увидел дым, который почти незаметно шел из комнаты бабули. Молодой человек рванул дверь. Дверь была закрыта на задвижку, которую он сам делал для себя, когда жил в этой комнате. В комнате слышалась молитва из уст бабули. Он вспомнил о своих деньгах в этой комнате и сильнее рванул дверь. Дверь новая. Косяки хорошие. Костик пошел за саблей, решил ее в щель засунуть и открыть комнату.
   Сабля проникла в щель и резанула бабулю, которая сообразила подойти к двери, чтобы открыть задвижку. Раненая старая женщина, одурманенная дымом, потеряла сознание. Огонь вспыхнул с новой силой и охватил всю комнату. Костик пошел звонить в пожарную часть. В квартиру влетела мать. Она с кулаками набросилась на Костика, думая, что он закрыл бабулю и поджег ее. Костик скрутил кричащую благим матом мать и бросил на диван и вызвал пожарную бригаду.
   В соседней комнате трещал костер из старой мебели, мать с сыном новую мебель так и не купили. Послышался вой пожарных машин. Мать выла на диване, ведь горели ее мать и ее деньги, да еще и целая комната. Пожарные дверь в комнату открыли, пламя выплеснулось в коридор, но его быстрое затушили. Сухонькая старушка не издавала и звука. Она умерла. Пожар в комнате потушили.
   Костик с матерью бросились искать свои деньги, которые хранили в этой комнате, в общем—то, друг от друга. Деньги Костика обгорели со всех сторон, они лежали в шкафу, в большом, старом, замусоленном кошельке, который ему достался от отца. Деньги матери лежали в большой жестяной банке из—под печенья и были целыми. На эти деньги похоронили бабулю.

   Через день после пожара пришла Зоя, помощник детектива, выяснять причины пожара, из-за которых произошла трагедия. Капитан заметила саблю в комнате Костика. Она поняла, что именно этой саблей была ранена старая женщина, а он так и не убрал саблю с глаз долой. На сабле была кровь бабули. То, что дверь была закрыта изнутри, капитан знала из досье пожарников. У нее возникла мысль, что старая женщина была ранена внуком и пряталась от него в комнате. Но, узнав о странностях старушки, она пришла к выводу: мотив был прост — неосторожное обращение с огнем.
     В одну минуту можно стать нужным или ненужным человеком, граница между этими состояниями весьма призрачная. Сюзанна оказалась между небом и землей в своей семье. Она побросала свои вещи в пакет и побежала к Костику.
Костик одобрил действия Сюзанны. Они вместе зашли в магазин, купили немного продуктов и явились в его дом.
Мать посмотрела на сына, на его женщину и поставила чайник. Она положила в розетки тертую смородину, положила в тарелку пряники и сушки. Пьет мать чай и с Сюзанной разговаривает, прощупывает почву: надолго явилась к ней эта странная внешне женщина. Сюзанна выпила чай и с последним глотком чая сказала, что она на три дня приехала, пока у них в доме нервы успокоятся.
  Сюзанна зашла в комнату и услышала крики Костика и матери, они ругались из-за вешалок, освобождали вешалки в шкафу для Сюзанны. Мать ушла на кухню. Костик закрыл комнату на замок. Обнял мужчину свою женщину без страха. После того, как они объединились, их любовь только усилилась. Сюзанна боялась остаться без него, поэтому побежала за ним следом, а теперь их объединяла любовь до полного изнеможения. Они заснули.
   Утром мать напекла блинов, но первой фразой до слез обидела Сюзанну, которая села в комнате и заплакала. Мать заглянула в комнату и поняла, что была излишне строгой, и заговорила более спокойно. Чего боялась? Что у них Сюзанна приживется, а женщины ей в доме были вовсе не нужны.
   Только Сюзанна ляжет на разложенную тахту, книжку в руки возьмет, как в дверь начинает стучать мать. Костик сидел у компьютера и давил клавиши в игре. Мать десять раз постучала, десять раз зашла, на одиннадцатый Сюзанна села в кресло и поняла, что ей пора уходить из этого дома. Костик холодно посмотрел на сборы Сюзанны, он выманил у нее наличные деньги в очередной раз, и она была больше не нужна. Сюзанна улучшила жизнь Костика за сутки: заклеила окна, с ее помощью Костик купил вешалки и в ванную, и в шкаф. Костик безразлично посмотрел на Сюзанну.
   Сюзанна села в кресло в прихожей. Дойдя до внутренней истерики, до спазмов в горле, перехватывающих дыхание, она пришла к выводу, что пора немедленно прекратить себя жалеть! Необходимо перейти к любым положительным действиям. Судорога сжимала горло, она вновь села в кресло, поборола чувство жалости к себе любимой. Сказала вслух:
   — Может, мне снять гостиницу?
   В ответ услышала слова Костика:
   — Там очень дорого жить.
   Сюзанна проглотила таблетки, но они сразу не помогли, спокойствие мгновенно не дается. Как трудно менять стереотипы жизни! Необычайно трудно, у нее полоса невезения несколько затянулась. Вот чем заканчивается благородство: изгнанием благородного! Мать не давала ей жить со своим сыном! Как долго Сюзанна этого не понимала! Она мимо них прошла.


Глава 7

Костик с Сюзанной вспомнили о себе и решили вновь встретиться. Дом Сюзанны к этому времени имел весьма приличный вид. Костик хотел поразвлечься, а лучшей партнерши, чем Сюзанна, не найти. Женщина среднего мужского роста со средней женской фигурой и целым каскадом светлых кудряшек на голове была живым и жизнерадостным существом. Она росла с отцом, которого все боялись, и в тени его могущества могла позволить себе не бояться за себя.
   Пара сильно не готовилась к встрече, им хватило шампанского, курицы в вакуумной упаковке и конфет с виноградом. Жизнь для них смеялась их же улыбками. Подкрепившись и выпив вина, молодые люди расшалились в меру своих сил. Вечернее солнце светило в окна в доме напротив и, отражаясь от стекол, светило в их окна. В Костике была какая—то лень, которой совсем не было в Сюзанне. Поэтому она взяла на себя инициативу в любви, но одностороннее движение на шоссе любви к столкновению не приводит. Костик стал уклоняться от ласк Сюзанны. Может, мало выпил шампанского? Но он не из тех, кого для любви надо поить, совесть в нем заговорила или что другое, но Сюзанне сразу не удалось его совратить с пути истинного.
   — Костик, ты чего как не родной? Или я тебе не нравлюсь?
   — Сюзанна, ты прекрасна, сама знаешь. Подожди, не торопись, давай фильм посмотрим.
   — У меня от фильмов оскомина, — недовольно ответила Сюзанна.
   — А я всегда кино готов смотреть. Ты зачем меня к себе пригласила? Мне что у тебя здесь делать? Я думал, что мы делом займемся, но расхотелось, а ты не даешь фильм смотреть. Сюзанна, это я тебе семейную жизнь демонстрирую! Ты что думаешь, что мы с тобой любовью будем заниматься все время? Совсем нет. Просто мы не мешаем друг другу.
   — Здравствуйте! Ты совсем того, ненормальный.
   — Сюзанна, спасибо за быстрый ужин! Можешь чай принести?!
   — Я тебе что, прислуга? Пришла с тобой сюда, покормила тебя и домой? Нет, мне так не нравится!
   — Чего ты хочешь, моя радость?
   — Любви, мой козлик, самой простой любви!
   — А если у меня на любовь лимит? Ну, нет во мне желания! Не разбудила ты меня!
   — Чем тебя будить? Водой из чайника?
   — Собой, ласточка, собой, милая.
   —Тебе стриптиз показать?
   — Давай, дерзай, можно под музыку. Покажи танец живота, изобрази танцовщицу из гарема, давно я там не был.
   — Ах, вон оно что! Ты и в гареме был?!
   — Был, не каюсь, был по делам службы, на меня все жены шейха глаза открыли, чтобы потом у них желание к шейху проснулось.
   — Вот ты какой! А теперь и на меня сил нет!
   — Ложись рядом и смотри кино.
   — Ладно, на тебе верхом как на ослике из гарема.
   — Что ж ты такая непокорная?
   — Скажи еще необъезженная...
   Костик замолчал, перепалка с Сюзанной его утомила. Он просто уснул. Сюзанна посмотрела на спящего мужчину, легла рядом, не касаясь его, и уснула. Ночью Костик проснулся, посмотрел, а рядом спит кудрявое, симпатичное создание, которое от него не дождалось любви. Он обнял спящую женщину, стал целовать ее тело, лицо, зарылся к ней в волосы. Он ее хотел всю свою жизнь! Сюзанна проснулась и сразу обняла Костика, прижалась к нему всем своим существом любящей женщины. Ночь за окном светила звездами, и звезды им желали любви и счастья на двоих в эту тихую ночь.
Ой, как давно это было правдой…

Зоя опять изучала СМИ, она обожала певца Гутова, обаятельный и привлекательный певец радовал глаза и слух. Захвалили его? Да, нет. Помните Сухов писал жене письма. Вот и Гутов написал жене прощальное письмо. Кто такой Гутов? СМИ откройте, все о нем пишут, что он был известным певцом с хорошим голосом. Через день к хорошим словам ушлые журналисты стали добавлять нелестные для певца слова. Что он такой эдакий пил и не мог справится со своим с нервным состоянием вплоть до психологов.
Все так. Но он не так глуп и юн, чтобы от простой ссоры с женой отдать концы. Нет. Он слишком был одарен природой: внешность, голос, успех признание. Малые неприятности его бы не сломили. Так что тогда? Зоя предположила, что дело в том… Есть художники, которые копируют другие картины, дабы набить руку. Есть певцы, которые поют своим голосом под свою личную фонограмму.
А есть… Как бы это сказать: принц Крут от рождения, у которого есть все кроме голоса. Ему страшно не хватает популярности. Да он безмерно богат, да его царственная усадьба крутиться на фото в СМИ.  Да, он хозяин огромных залов, о численности которых не все еще знают.
У принца Крута есть маститые и известные предки, и женат он на принцессе, был по крайней мере.
Сухов, Белкина, Гутов, Крут – и круг замкнулся.
Чем известна Белкина? Она была голосом первой известной фонограммой, под которую пели разные певицы, добывая деньги для своих организаторов.
Из этого следует, что Гутов пел за принца Крута. Теорема доказана.
Но Белкина поет, живет и поживает. Почему Гутов, будучи голосом принца Крута, не мог наслаждаться жизнью и деньгами от принца? Люди по-разному устроены. Белкина – напористая женщина. Гутов – любил кутить, значит характер у него был слабее.
Голос. Если можно создать фонограмму, так ее можно разобрать на составные части, а этого не хотел принц Крут, человек с крутым характером. Вот где собака зарыта.

Зоя продолжала исподволь изучать участников своего расследования. Теперь ее интересовала Сюзанна.
Сюзанна - человек, который все признает только в исключительно правильном состоянии. Школу окончила с золотой медалью. Отец был директором школы, мать учительница химии. Родилась Сюзанна где-то на Дальнем Востоке Большой страны, туда отца направили после учебы в институте. Там и ее родители познакомились. Он был фронтовик, но раны его обошли. Когда Сюзанне было года три, родители переехали в Центральную часть страны, поселились в большом селе, недалеко от родственников матери. У Сюзанны уже был старший брат, и родилась еще младшая сестра, когда ей было лет 9-10. То девочка тут же превратилась в няньку.
Село, дом, огород, сестра, учеба – занятость была полная. Семья держала корову, значит и доить ее кто-то был должен кроме матери-учительницы. Еще девушка пристрастилась есть яйца, благо был свой курятник. В результате всех нагрузок и простого питания, Сюзанна выросла достаточно высокой и худой девушкой с огромной косой. И решила она переехать в город и там пойти в институт. Но поступила она только на вечерний факультет института, факультет у нее был с химическим уклоном.
Мать у нее ведь была учительницей химии. И влюбилась Сюзанна в крупного парня-однокурсника, но судьба была против сей любви. Нет, она ему тоже нравилась, смотрелись они оба хорошо. Но у ее матери было еще 4 сестры. Одна из сестер вышла замуж за мужчину из этого города. Вот и пригласила тетка племянницу на праздник к себе домой. А у мужа тетки был племянник, который учился в столице, а тут он домой на каникулы приехал.
Познакомились племянник и племянница. Задумал племянник женится на родственнице по дядиной линии. Вроде они родственники, а с генной стороны чужие люди. Сюзанна сильно любила однокурсника, но родственник тянул ее в столицу. Что-то стукнуло в ее голове, и она вышла замуж за сводного родственника Костика, перевелась в столичный институт. Не смогла она учиться в новом институте, но на работу успела устроиться, как студентка. Родила ребенка. И покатилась столичная жизнь свои чередом.
      Сегодня Сюзанна борщ сварила с мясной тушенкой. Обжарила нашинкованный лук и тертую морковь, добавила к ним тертую свеклу и томат, залила пол стаканом воды, потушила. В это время в кастрюле закипает вода с тушенкой, потом сюда добавляет тертый на крупной терке картофель и соль. Следом в кастрюлю медленно опускает содержимое сковороды, перемешивает, добавляет зелень. Через 15 минут борщ готов.
   Сняв с огня сковороду с овощами, ставит на нее кастрюльку с гречкой. В результате борщ и гречка сварились одновременно. Кастрюли, точнее крышки, закрывает одним полотенцем. Минут через двадцать можно есть. Ставит чайник на газовый огонь, когда вода закипит, заваривает сразу чай и кофе с имбирем, если это завтрак, заваривает мюсли в кружке с крышкой.
Еще раньше…
Независимо от событий в Большой стране жила и процветала большая семья. Звездная семья Костика. Главой звездной семьи был интеллигентный человек с тихим, хрипловатым голосом. Он - потенциальный отличник, обладатель почетной премии за свои заслуги в научных трудах. Он всю жизнь проработал на одной фирме на одном месте.
Его жена, сухопарая женщина, любившая одежду с изображением подсолнухов, была верна ему до мозга костей. Она умело создавала условия для дружбы своей звездной семьи с семьями, в которых были красивые и импозантные мужчины. Она не изменяла мужу тайно, она просто приводила в дом нужного мужчину вместе с его женой, которая должна была понравиться ее умному и начитанному мужу.
Они поженились по договоренности: оба отличники, оба сухопарые, оба из одной провинциальной области. Они знали друг друга с детства. У него появилась возможность стать столичным жителем. Он предложил ей пожениться. Времена были социалистические, когда денег платили мало, но создавали условия для жизни, у них появилось 20 квадратных метров в коммунальной квартире.
Через год после свадьбы у них родился сын Костик.

Март такой месяц, когда все ждут тепла и солнца, а оно задерживается. Если солнце светит, то не всегда греет. Аксиома или ситуация похожа на ту, когда читатели ищут новое произведение любимого автора, и они справедливо недоумевают, когда в новом тексте появляются знакомые ситуации. Но надо знать, что тексты сразу после написания уходят в сеть, текст у автора еще в работе, но уже пошел гулять по библиотекам. Листики обложки еще не появились, а текст уже зачитан, поэтому автор за него гроша ломаного так и не получит. Март, холодно и сыро.
Закинув ногу на ногу, положив сверху мини ноутбук, Зоя писала то, что успевала увидеть или придумать. За окном виднелось небо, словно продолжение снега, между ними стояли сосны. Март бродил малой плюсовой температурой по земле, обнажая на пригорке землю. Жизнь на земле продолжалась, несмотря на цунами, землетрясения и смену людского поколения.
   Помещение, в котором она сидела, было выкрашено в светло—бежевый цвет. Потолок, выложенный пористыми квадратами, местами прерывался лампами дневного света. Приятная атмосфера спортивного комплекса становилась для нее местом, где можно писать, ожидая того, кого растягивали на тренажерах. Зоя пробовала здесь читать, но здесь лучше пишется, чем читается. Иногда ей составляли компанию люди, ожидающие своих маленьких спортсменов.
   Она слушала их очень внимательно, поддерживая беседу, но нескольких бесед оказалось достаточно, чтобы исчерпать общие темы. Например, она узнала, как сжигают мусор на заводе. Где-то на природе валяются тонны мусора, который никто не сжигает, а на завод привозили сжигать конфеты, шоколад и упаковки шоколадных батончиков, срок реализации которых находился в критической стадии. Естественно, одни фиксировали утилизацию просроченных продуктов, другие пытались ее использовать, точнее не дать сжечь и съесть самим.
Зоя рассуждала. Новогодние праздники значительно расширили время и пространство. Елки стали ставить и наряжать за месяц до праздников, и убирать через три — четыре недели. Зачем? Для поднятия настроения. А еще главный Дед Мороз явно повысил внимание людей к празднику и своей особе: красивый, высокий (210см), обаятельный, привлекательный, великолепно одетый.
Появилось новое место для паломничества — Великий Устюг. Звучит изумительно. Чтобы застать Деда Мороза в Устюге, люди стали ехать к нему до середины декабря. С середины декабря и до середины января он главное лицо любого праздник и застать его дома проблематично.
Мыслей хватает на четыре строчки, события не цепляют друг друга. Сюжет не растет. Снег не идет. Неделя до Нового года. А температура воздуха до плюс семи — пяти градусов. Уже зонт из сумки убрала и под дождь попала. В лесу выросли декабрьские не опята, а поганки. Фотограф с большим объективом шастал по лесу и снимал аномалию природы.
На прошлой неделе был сильный ветер, который повалил огромную ель. Что интересно, корни у ели поверхностные, просто несоизмеримые с полуметровым диаметром ствола.
Еловый лес вообще представляет собой растущие ели и лежащие деревья под разными углами. Как очередной ели удалось упасть от ветра, так она и лежит, иногда опираясь на соседние деревья.
В городе поставили множество искусственных елей, украшенных гирляндами огней всех видов. Напоминание о том, что очередной год на исходе. Об окончание года напоминают увольнения, которыми на фирме награждают всех пенсионеров, и люди живут в состояние нервозного ожидания своей участи.
При первобытном заходе в интернет нужна была обычная карточка. Были некие салоны сотовой связи, судя по всему, не имеющие руководства. И вот представьте: в большом супермаркете «Пятерочка» существует дверь, над ней слова «Салон сотовой связи». Рядом за желтыми стенами магазин запчастей.
   Зои доставили несказанное удовольствие, свойственное в целом интернету: подставлять. Ее элементарно, как тетку с кошелкой, подставили. В этом салоне всегда была другая женщина, или Зоя на нее попадала, не первый год она покупала карточки для интернета. И вдруг новая продавщица с пучком волос, в чем-то одетая. После работы, после магазина, заходит Зоя в салон сотовой связи.
   — Мне карточку за триста рублей.
   Продавщица взяла пятьсот рублей и протянула карточку и две сотки.
   Зоя удивилась, почему она не записывает и чека не дает, но усталость и нежелание связываться победило. Пришла домой, на часах было 17.30.  Дома только в 20.00 села к компьютеру, решила внести счет. Достала карточку. Она показалась старой. Стала открывать — легко открылась. Стала набирать номер карты и пароль карты — интернет сообщает об ошибке. Посмотрела год выпуска: «Использовать до 2004».
Вот почему чек ей не дали!!! Сбывают старые залежи! Оделась Анна, взяла карточку и вечерние нервы и пошла в салон сотовой связи. В салоне сидела женщина с пучком, в светло-сером платье — комбинации со стразами. Пучок волос и наглые глаза остались при ней. Рядом с продавцом на стуле сидела девочка-подросток.
   Зоя обратилась к продавцу:
   — Что Вы мне продали старую карточку!
   — Женщина, у нас даже карточки в магазине нет!
   Зоя показывает на витрину, на ней стоят карточки данной фирмы.
   — Я была сегодня у вас после работы, вы взяли пятьсот рублей, дали две сотни и эту карточку.
   — Женщина, вы что, посмотрите по документам, у меня по ним все чисто! Я вас сегодня не видела, вы у меня карточку не покупали! Я своих покупателей помню!
   — Да, но я сюда хожу постоянно, это я вас здесь не видела, или за вас кто-то здесь сидел!
   — Нет, я подписку давала, что работаю без замены!
   — Так вот вы мне и продали карточку за прошлый год!
   Да, плохо ходить без очков по магазинам, но за всеми не проверишь...
   Зоя подошла к продавцу в соседнем отделе. Та сказала, что здесь конфликты постоянные. Около дома Зоя встретила молодого мужчину, который постоянно пользуется интернетом. Он сказал, что в этом салоне скандалы и недовольство — дело постоянное. И все как один не советовали пользоваться услугами салона сотовой связи. Карточка-обманка лежит и напоминает: проверяй! Зоя пришла в странное состояние от такого обмана. Было такое время, когда появились сотовые телефоны и Интернет.

   Сюзанна в спортивный клуб редко ходила. Она от природы была стройной девушкой, спорт ее не привлекал или необходимости у нее в нем не было. Спорт их разъединял, а соединяли разговоры о девичьих проблемах и работа.  Сюзанна работала в мужском гареме, в такой обстановке можно работать, но нельзя вычурно одеваться и разговаривать, и совсем нельзя видеть в упор тех, с кем работаешь. Техническая лаборатория — место для мужчин и редких женщин средней женственности. Здесь работают, создают новую аппаратуру, здесь мало курят и редко пьют. Ее задача выполнять все поставленные технические задачи и не озадачивать мужчин любовью и чувствами.
   Технических вопросов Сюзанне хватало на работе, поэтому с шефом Кузнецовым последнее время она мало разговаривала, а он поддерживал ее разговоры, не сильно углубляясь в любую тему. Стоп. Время обеда на работе, мужчины встали и разошлись кто куда. Идти в столовую или в кафе Сюзанне не хотелось. Из дома она взяла фрукты—овощи. Она достала новую кружку, посмотрела в тумбочку — чая не было. Пить кофе в обед не хотелось.
   Она вспомнила, когда эту кружку покупала, ей подсунули пакет с фруктовым чаем. Она засунула руку в стол, достала черный глянцевый пакетик, насыпала в заварочную часть кружки завитки чая. Она думала, что сейчас в кружке появятся кусочки фруктов. Но вместо плода в заварке оказались милые листики неизвестного растения. Однако напиток получился весьма милым. Закончив обед, Сюзанна приступила к делам, их все не переделать, мужчины постоянно что-то придумывают, и ей работы хватает.

Зоя думала о том, что касается прозы и поэзии. Все написано, доходов довольно известные романы и сборники стихов автору не принесли. Новое не пишется и смыла уже в этом нет. Взяла черный хлеб с зернышками и жую. Интернет дал прорыв народному творчеству. Писателей и поэтов стало больше, чем читателей и покупателей. Кто не пишет, тот играет в сети. И все заняты, только покупать никто не хочет книги. Люди быстрее сами напишут книги и сами себя прочитают.
Получила приглашение выступить на радио с рассказом о своем творчестве. Отправила ссылку на Самиздат и усилила свою страницу ссылками на саму себя. Вряд ли подойду. Привыкла быть автором интернета и не более.
Еще раз пересмотрела в сети издательства по требованию. Был момент их расцвета и все. Они замерли без ожидания и резко сменили сайты. Почему? Потому что со   стороны автора — это хорошо и бесплатно, с другой стороны издательства — невыгодно. Однако жизнь на сайтах издательств кипела, теперь они сменили первые страницы и стали невидными и невидимыми. А может все произошло из—за резкого повышения цен типографской краски.
Огромный всплеск писательского вдохновения вызывает интернет, но любое вдохновение, не подкрепленное финансами — исчезает. И страницы авторов зависают без продолжения. Мысль издавать книги по требованию — великолепна, но она под силу только книжным гигантам, а они пока делают тиражи, которые все меньше и меньше с годами.
Скорее нужен банк книг в электронном виде, которые всегда можно издать в бумаге по требованию. Пока все издательства ушли от книг по требованию. Жаль. Что скрывать я все книги многократно издала по требованию, но читать свои книги я могу исключительно в электронном виде. Значит, книги медленно дарятся и все».

Костик хромал на правый артрит. Его походка была неровной, ровным был природный загар. За последнее время он натворил много дел в разных странах, имея длинные руки гориллы. Он доставал все страны, в землях которых был газ обычный или сланцевый, или любой уголь.
Костик не вызывал симпатии у тех, у кого хотел забрать землю, вместе с газом. Ради добычи его люди изобрели и запускали в действие светящиеся бомбы. Они светили в воздухе и прожигали людей насквозь только за то, что они жили на земле, в которой был сланцевый газ.
Люди ему были не нужны, он их уничтожал, он уничтожал их дома и все коммуникации. Женщины с детьми бежали в соседнюю Большую страну. Ужас, страх и слезы застыли в их глазах. Из-за светящихся бомб в Большой стране отменили праздничные салюты, что-то в свечении бомб и салютов было общее.
Сюзанна напрасно вечером ждала салют, его не было. О нем умолчали в СМИ. Последнее время СМИ постоянно информировало зрителей и читателей о газовых проблемах, которые стояли на нуле отключения газа. Теплая страна несколько месяцев занимала в рейтингах СМИ первые позиции.
Сюзанна с Костиком была знакома, она знала о всеобщей ненависти к нему. Возникает ощущение, что знаменитым становится тот, кто хочет познать всеобщую ненависть из—за своей алчности, незнающей границ. Кто не хочет ненависти, тот и на должностях ведет себя по—человечески. Умного и справедливого руководителя народ всегда поймет и поддержит.
Цветок пока цветет, устремив пестик в облачное небо.
Смотреть жутко, но она сама лечила свой артрит и прочие болезни.

Как-то летом Зоя купила спирт, теперь пригодился.   Посмотрела она, как работают библиотеки в городе, но передумала развозить книги по библиотекам. Смысла нет. Сложила книги по разным сумкам, если сложить в одну, то ее не поднять. Без лошади не перевести. Она не лошадь. Прогулялась вчера с цветочницей. Нога разболелась так, что пришлось и таблетки пить, и ногу смазывать от пятки до верха.
   Когда-то ее отцу, раненному в ногу, за жалобу, что нога у него очень болит, один врач сказал, что ногу надо отрезать, а второй врач сказал, что надо меньше ходить и не больше 1 километра в день. Совет второго врача лучше, поэтому Зои надо явно сократить километраж прогулок. Да, получились удачные снимки цветущих растений, но очень больно было всю ночь ногу.
   Вещи еще не все сложила для переезда, оказывается, перекладывать вещи с полок в сумки лучше быстро, а, если начинаешь задумываться и тянуть время, то жизнь протекает в хаосе вещей. Чтобы выйти из хаоса, придется отменить прогулки. Нога двойную нагрузку не вынесет, а не купить ли ей костыль, точнее тросточку, дабы уменьшить нагрузку на ногу? Бывают женские тросточки? Вот поэтому люди и пересаживались на лошадей, на телеги, на велосипеды и машины. А она все больше пешком ходила.
   Казалось, еще недавно у нее была любовь, но прошло уже десять лет, остались только старые записи о любви. Мох не может быть брутальным, но он есть на деревьях и на северной части склонов. Старые люди могут быть брутальными, если они спортивные. Если дерево растет, а мох ему не мешает, значит, мох его украшает или выделяет. В городе мха меньше, в нем теплее, но в северной части города он необратимо присутствует.
Тут бы и остановиться. Все это в далеком прошлом.
В настоящее время у Сюзанны челюсти сводит от реальности жизни. Говорить не хочется. Что случилось? Телевизор, будь он неладный, как говорила ее мама, забарахлил. Точнее пошли полосы на экране, с каждым днем их становилось больше.  Понятно, если идет снег, то антенну снегом занесло, поэтому помехи.
Но всему есть предел. А зря. Нашла Сюзанна мастера по Интернету, сделала заявку. Разные женщины три раза мне перезвонили по этому поводу. Надо бы было их номера и проверить, но ведь так уверенно они вели разговор про помехи.
Ладно, приехал невысокий мужчина, лет тридцати, с крашенной головой под блондина. И на этом месте надо было бы остановиться.
Посмотрел он на помехи, отремонтировал разъем, настроил телевизор. Вот на этом месте надо бы было остановиться, но он стал говорить про приставку. Поехал за приставкой, взяв деньги, минут через сорок вернулся.
Тут еще надо сказать мастер работал под лай терьера – это такая псина, которая вовсе не молчит при посторенних. Лаял, лаял и лаял – это его работа. Мастер подключил приставку, настроил 113 каналов. Вот тут бы и остановиться, но в комнате была вырвана розетка и без подключения к новому принтеру остался ноутбук. Он сделал розетку. Обновил ноутбук, подключил к принтеру. И сколько это думаете стоит? 35000 рублей. А денег у нее – 33000, непосильные накопления. Он решил скинуть часть суммы, как пенсионерке.
Сбербанк выкинул фразу – мошенник. Вот тут бы и остановиться, но мастер сказал он не мошенник. Оплата прошла. Мастер ушел.
Через двадцать минут экран телевизора стал безнадежно голубым…
А до пенсии еще месяц…
Нашла Сюзанна телефон. Он дал схему подключения телевизора. Но на экране стояли упорные буквы – HD. Переключила на родные 10 каналов.

   Кризис жанра, кризис среднего возраста Зои. А кризис творчества? Вдохновение должно чем-то питаться или быть заинтересованным финансово, но тогда это не вдохновение, а работа. На первых порах стихотворного творчества Зои все шло от чувств и любви, да еще от красот природы. Вдохновение от природы и любви медленно приходит к упадку. Появляется. Что появляется? Появляется привычка и навык писать стихи, которые пишутся от любого эмоционального толчка извне.
И тут влияют окружающие, и некие настенные газеты времен развитого социализма. Стихи появляются в рукотворных газетах, принятых в то время, пока не появились первые компьютеры широкого пользования. Сразу стало легче выпускать книги, маленькие книги стихов, набранных на компьютере со старых блокнотов автора. Приход интернета – это всплеск поэзии, радость творчества, которое попадает на глаза читателям. Можно встать утром, написать стих, отправить в сеть и идти на работу с пустой головой, готовой исключительно к работе, не связанной со стихами.
Эйфория от стихотворных сайтов за три года поутихла. Появилась маленькая проза, которая выросла в романы за очередные три года. Писались то стихи, то проза, то их обработка, переделки произведений иногда носили нескончаемый характер. Пролетело 40 лет стихотворного творчества и 15 лет прозаического творчества. Переделки за переделками, которые просто гасят новое или его усредняют. Появляется чувство завершения написания и переделок стихов и прозы, их корректуры с корректорами. Все издано многократно, смысл писать новое отсутствует абсолютно. Вот и появилась страничка пусть не конечного результата творчества, но одного из тех, что получилось.


Глава 8

Родители Костика в свое время лет семь не думали об увеличении семьи. Но однажды они в отпуск поехали в Западные горы Теплой страны. В самом одиозном городе, по своим взглядам на жизнь, они заехали в гости к семье, которая гремела во всех газетах. В этой семье было десять детей. Популярность семьи была велика.
Частичка многодетной семьи попала в души отличников по жизни. Им очень захотелось иметь много детей. Захотелось, но дети сразу не получаются. Через пару лет у них родилась дочь, и через год еще один сын. Пять человек - звезда. Их владения расширились до ста квадратных метров, так их старания оценила Большая страна.
Частичка мировоззрения жителей Западных гор Теплой страны попала в мысли пятизвездочной семьи. Семья жила в Большой стране, где существовала армия. И вот тут пошла нестыковка. Старший сын Костик постоянно избегал призыва в армию, уезжая на время призыва в Восточную страну, куда повестки не доходили. Младший сын оказался изобретательнее и богаче, он купил стопроцентную справку, которая его опекала от призыва своими болезнями.
Сестра у братьев была маленькая, точеная, умная - Лиза. Она была достойна своей семьи, и с рождения разделяла мнения жителей Западных гор Теплой страны о жителях Большой страны. Такая вот оказия. Жила девушка в одной стране, а думала ей не в унисон. Частичка мыслей Западных гор запала ей в душу за два года до ее рождения.
Девушка выросла, вышла удачно. Она умела делать деньги и размножать жилплощадь. Вскоре у нее с мужем было две небольшие квартиры. Вся из себя: бездетная и обеспеченная, она поехала в очередную командировку, где и познакомилась с мужем. Страна была Жаркая, африканская, они оба были в командировке, они купались и загорали. Они любили друг друга без свидетелей.
В молодой женщине появилась частичка Жаркой страны и мужа, рожденного в Западных горах Теплой страны. Она развелась, ей досталась одна квартира после развода. Второй муж и стал столичным жителем Большой страны. Они поженились. Она махонькая и умная. Он высокий и целеустремленный. У них родилась дочь, похожая на отца внешне, а на мать внутренне.
Муж Лизы не может быть мужем, если у него нет дворца. Из своего дома, расположенного в Западных горах Теплой страны, он уехал с одной сумкой и малой суммой накопленных денег. Его карьера на новом месте стремительно шла вверх, он шел по головам сослуживцев. Жена давала ему ценные советы, которые быстро превращались в ценные бумаги, которые незамедлительно переросли во дворец. И это родня Костика.
   У Сюзанны были мысли, что муж стареет, но она так привыкла держать оборону от соперниц, что не верила в старость, а верила в измену. У нее самой в голове произошло короткое замыкание, и иные мысли в голову просто не шли. Ей хотелось весны. Она думала, что самые изнурительные морозы не первые, а последние, когда душа требует весны, а ее все морозят. И солнце, и небо, и мороз на исходе Галя, а сказать, что это прекрасно, язык не поворачивается. Март не апрель, в апреле морозы совсем невыносимы.  Бывают зимы с оттепелями, а минувшая зима была настоящей от первого дня до последнего. Кто выдумал потепление - неизвестно, она потепления не заметила.
О замужестве Сюзанна вспоминала так. Она для семьи была последняя служанка. Готовила еду для него, как шеф повар престижного ресторана. Ласкалась, как леди профессии номер один. Но любимый мужчина все забывал после полного изнеможения от любви.
   Вот когда зарождается ненависть! Когда любовь кончается! Нет, платоническая любовь может еще и живет, но физическая любовь на короткий момент времени завершилась и вполне успешно. Хорошо ли это? В момент завершения любви - безусловно, но через секунду после этого можно удирать от мужчины со скоростью света либо машины. Мужчина сыт заботой и любовью. Ему спать надо, ему не до нее, а проснется - вообще не вспомнит.
   Поэтому если хочется провести неделю рядом с любимым человеком, значит, неделю его надо слегка кормить, слегка любить. Разлука неизбежна после качественной любви. Тела больше не хотят соприкасаться. Глаза не хотят встречаться. Мобильные телефоны не перекликаются. Почта всемирной паутины глохнет. Забвение после любви. Ее этот вопрос волновал дано. Она бесилась, страдала, переживала! Она не знала в чем ее вина перед любимым человеком. И почему ее бросают после хорошей любви!? Это ж надо - сколько лишних мучений было в ее жизни!
   Все просто, вот она безграмотность в человеческой психологии! А когда знаешь, что и зачем следует - все счастливы. Вот почему одноразовые мужчины и женщины во все века пользовались популярностью и были необходимы обществу! Вот почему бывают любовники и любовницы! Все по пословице: сделал дело - гуляй смело! Но жены и мужья и в такой момент вынуждены сосуществовать на одной территории, мало того под присмотром родных людей. А это ведет к взаимным упрекам, которые естественны, после любовного пресыщения. Лучший способ уйти от ссор - уйти на работу или в хобби, или улететь куда подальше. Кошмар любви и от любви.
    Еще есть общество богаче и беднее. Когда находишься на своем уровне - все нормально, если начинают меня опускать или поднимать? Я не машина. Домкрат в богатстве не помощник. И получается, что надо находиться в своем измерении времени, в своем кругу ценностей и общественного положения. Кошмар. Так сразу станет скучно.
...Сериалы идут вперед. Возникла мысль: надо все, что написано превратить в сериал. Задача оказалась трудной, и ранее уже опробованной. Если держаться одного главного героя, и нескольких его ординарцев — хорошо, но прочитанные сериалы такой магией величия не обладают. Можно представить, что сериал — заплетенная коса, то есть должно быть три темных героя, а их судьбы должны периодически сталкиваться. Заманчивое направление, но при чтении такого романа, получается перенасыщение информацией, но очень длинные сериалы с такой задачей справляются. Правда сериалы понятны, если их смотреть, а вот смотреть все сериалы не получается.
   Хорошо смотрятся те сериалы, в которых есть симпатичные герои, то есть герои льют бальзам лести на душу зрителя, а если герои сами по себе и не затрагивают душу зрителя, то сериалу уделяется время между переключениями программ. Одним словом, она вновь работала и дома смотрела сериалы. Она не успокоилась.
   Кошка сидит на окошке. Две собачки бегают по квартире. Естественно, что Зоя живет не одна. Вязать надоело. Два дня подряд ходила на тренировки — перетренировалась, теперь пару дней — отдых от фитнеса. Гулять не хочет — нагулялась. Разговаривать не хочет — наговорилась. Пишет. Молчит. Сбросила все телефоны тех, с кем работала. Зачем травмировать себя и их звонками? Все в прошлом. Но они знают, где ее странички в сети. Привет! В городе некогда были одни большие государственные фирмы, но после 90—х они распались на маленькие составные части, у каждой части фирмы свой хозяин. Когда-то из княжеств Русь образовалась, а в данном случае из государственных фирм образовались три о, которые выживают, как могут, и серая зарплата иногда исчезает, и не до белой зарплаты. С одной фирмы так и пришлось уйти без белой и серой зарплаты.
   А сейчас тьма людей работает, как бог даст, то есть, как пан директор даст или не даст работнику деньги, независимо пенсионер это или нет. Так в чем проблема? В серых зарплатах? Скорее в отсутствии государственных фирм в городах и совхозов в деревнях. А так ловите серого зайца в поле...
Зоя летом ездила в горы на машине. Она просто в восторге от горных озер. У мамы есть дача, расположенная недалеко от озера. Один раз съездила и опять хочет поехать. Они молодцы. В прошлом году они еще на полуостров съездили, и очередь на паром их не остановила. Везде побывали: в Симферополе, в Бахчисарае и в Древнем городе с пещерами сфотографировались. Довольные...
   Есть один период в природе, который любят практически все — это период золотой осени. Осень парит в виде желто — красных листьев кленов, она царит в виде зелено — золотистых монет листьев березы. Она украшает дома, она застилает светлой листвой дороги.

Длинные волосы развевались над горами. У подножья гор был виден небольшой городок. Юная девушка, лет пятнадцати и молодой большеголовый парень гуляли по родным горам. Свидание в горах было их постоянной романтикой жизни. Девушка прыгала, как горная козочка, парень слегка тяжеловато ее догонял. Поцелуи мимолетные, как горный ветерок иногда радовали их целомудренные сердца. Они знакомы были всегда, учились в одной школе, дружба детская постепенно переходила в юношескую влюбленность.
   По горам Зоя и Марк гуляли часто, просто кроме гор здесь ничего интересного и не было. Горы и все. Водохранилище, собирающее воду горных ручьев, было создано для воды городка, к нему относились с уважением и не портили частым посещение.
   Зоя, как обычно прыгнула над небольшой расщелиной, и сорвалась, от невнимательности к горам, ее душа витала рядом с Марком. Зоя висела, зацепившись за уступ. Марк попытался ее вытащить, под тяжестью его тела, камень в который он упирался, сдвинулся со своего места, он потерял равновесие. Зоя заскользила вниз, нога ее подвернулась, дикий крик огласил горы. Марк умудрился ее вытащить, у него от ее крика появились необычные силы, и он донес Зою до горного городка.
   У Зои оказалась сломанная нога, переломана нога была между коленом и стопой. Длинные волосы ей стянули в косу, и делала на ноге операцию. После операции одна нога оказалась меньше другой на три сантиметра. Зоя не хотела всю жизнь хромать.
   Марк узнал, что есть хирург, который умеет растягивать ноги. Об этом он сказал несчастной Зои. Зоя согласилась поехать к знаменитому хирургу. Она переносила дикие боли по растяжке ноги. Хирург применял страшные металлические предметы: длинные стяжки, кольца, гайки и винты. Долгие месяцы терпела боли Зоя. Одна нога ее была искорежена, но ее восстановили насколько могли, разница в длине ног была уже незначительная, ее можно было скорректировать обувью. Ходить в юбке Зоя больше не могла, а в брюках она постепенно научилась ходить, и кто не знал о ее страшном увечье и не догадывался о нем, увидев молодую, стройную девушку с роскошными очень длинными волосами.
Он уехал жить в служебную квартиру в столицу. Зоя зарабатывала на себя сама. Ее ноги всегда были одеты в брюки.
   Марк не бросил Зою с ее несчастьем. Когда девушке исполнилось восемнадцать лет, они поженились. Зоя обладала огромной волей к победе, она умудрилась поступить в технический институт и его закончить. Марк и Зоя уехали из горного городка и поселились в городе на равнинной местности, оба пришли работать на одно промышленное предприятие, жили в общежитие, потом у них родился ребенок, и она получили однокомнатную квартиру.
   У Марка прорезались способности к администрированию, его рост был потрясающим, через пару лет он стал депутатом в новом городе. Его большая голова вызывала у народа уважение. Он всегда был со своей женой. Голову Зои украшала прическа из длинной косы. Они были хорошей парой, у них росла умная дочь.
   Была любовь. Жизнь покрылась сплошными проблемами, а Марк уже занимал в городе место заместителя мэра. Они получили очень большую квартиру, под сто метров общей площади. Марк дал название универсаму города в честь своей дочери. Марк рос, административно, его пригласили на работу в столицу. Он оставил Зою.
      Как давно Зоя не писала! Мысли не вырывались в строчки, а она элементарно выговаривались попутчицам. И такое бывает. Сидеть за столом ей не хотелось, писать лежа — лениво. Изо всех сил изображала пенсионерку: ходила с бабулями и вязала, иногда издавала то, что раньше написала. Сейчас издано то, что было написано раньше.
   Получилось, что голова ее дважды ушла на пенсию: и по работе, и по хобби. Как будто мысли из головы выбили от обиды. Когда она сама увольнялась — это одно дело, когда уволили ее по возрасту — совсем другое. Никакого удовольствия, но в лень она втягивается и уже удивляется: "А, как это она еще могла работать"?
   Видов семей — огромное множество, сочетания родственников в семье бывает разное. В неидеальных семьях появляются любовники и любовницы. Иначе сказать любовь у людей бывает короткой, ее хватает на непродолжительное время. Хорошо, если за это время появится ребенок, но воспитываться он уже будет не в семье папа — мама, а в той семье, где человек жил до ребенка. И за что унижать мать или отца ребенка, если у них любовь была короткой?
   Если у страны есть конституция, оговаривающая права и обязанности людей, то в семье нет ни одной бумажки, в которой бы были расписаны права и обязанности членов семьи. В семье было право: молчать в присутствии мужа. Это было главное условие мужа для сосуществования в одной квартире.
   Все остальное входило в обязанности: любить мужа, готовить еду и покупать продукты, убирать в квартире, стирать и гладить, работать на работе инженером 8 часов в день, отводить дочь в сад. Постепенно муж стал все больше отсутствовать дома, переложив на плечи Галины все права и обязанности, забрав с собою только любовь, он покидал дом в тяжелый час.
   Зоя была так подавлена жизнью, что сама никому не звонила. Но телефонный аппарат зазвенел. Она взяла трубку.
   — Зоя, привет! Как себя чувствуешь? — услышала она голос Сюзанны.
   — Здравствуй, — сказала Зоя, да так грустно и жалостливо, что та содрогнулась.
   — Что случилось на этот раз?
   — Все нормально, привыкаю к личной жизни.
   — Тебе помочь?
   — Да у меня тут все кто-то сделал, да еще телевизор какой-то стоит во всю стену.
   — Хороший вопрос. Могу купить его у тебя.
   — Не, я не продам, ни я его сюда поставила, не мне продавать, вдруг хозяин явится!
   — Согласна, тогда так, включай и пользуйся. Крутишь ручку, и перед тобой проходят регионы.
   — Спасибо, сейчас займусь просмотром земли, но мне непонятно, откуда ты все знаешь? — спросила Зоя и услышала гудки, и ей показалось, что это была не Сюзанна, а кто-то из мужчин говорил через фильтр для телефонов, искажающих голос.
   Зоя перезвонила Сюзанне:
   — У меня появилась возможность просматривать весь земной шар, а мне хотелось наблюдать только за одним мужчиной. По технике безопасности каждый человек должен быть заземлен или обесточен.
   — Как это выглядит на самом деле? — спросила Сюзанна.
   — Например. Мужчина лежит и смотрит телевизор или сидит у компьютера, либо читает книгу. По нему проходит элементарный ток желаний, если он случайно забрел на эротическую картинку или увидел некие моменты на экране. Через некоторое время у него возникает обычный голод и состояние неудовлетворенности.
   — Чего он хочет в такой момент?
   — Чтобы пришла та, которую он прогнал, и принесла продукты, и чтобы пищу приготовила, и его ленивого полюбила. И самое главное, чтобы после этого ушла, не выпив и чаю.
   — Как на такую ситуацию отвечает женщина?
   — Раз или два она вполне может отвечать всем таким желаниям, если. Если она этого сама хочет, а если не захочет ленивца, то она может быть его ленивее и не читать, и не смотреть эротические материалы. Так они и вымерли. От лени. Продумав такой вариант жизни, я усмехнулась и вспомнила тревожный и зовущий взгляд поверхностно знакомого крупного мужчины, но подходить к новому объекту женских страданий я не стремилась. Я еще поняла, общаясь с разными людьми, что обычный, зарегистрированный брак люди воспринимают не одинаково, и в это разнообразие мнений мне лезть совсем не хотелось.
   Зоя на это ничего не сказала.
Зоя? Она ухватила члена Союза писателей. У нее прорезался голос, она поет на сцене, а ее новый муж читает стихи или хвалебную прозу в честь дня рождения очередного писателя или поэта. Так и живут, в праздниках, которые устраивают для других
Мужчина уже выбежал из офиса, у него свои проблемы. Он занимается разработкой и настройкой аппаратуры, вряд ли он вел себя плохо. Приличный добропорядочный человек, но женат он дважды.
Зоя помнит, каким он был при первой жене, и каким стал при второй жене. В чем большая разница? Вторая жена одевает его по его размерам, а при первой жене вся одежда ему была элементарно мала.
   Иногда в голове Зои возникают жилищные варианты, которые сама и отвергает. Королевская жизнь у нее была недолгой. Если у нее нет денег, то и предлагать ей нечего. Мысли в мыслях остаются. Но у нее есть круг для прогулки, который проходит мимо мха. И жизнь медленно переходит в состояние мха, который растет с северной стороны длинного забора, отделяющего движение от тихого забвения. Купила замороженного окуня, мясо и еще что-то. Словно замороженный паек получила. На душе стала чуть легче. Просто так.
  Зоя открыла Интернет, зашла в издательство, 4 книги ее опубликованы и в магазинах, 5 книга отправлена на переделку. Она ее сбросила. Открыла стихи и прозу, сбросила 5 книгу, оставила страницы свои открытыми. Иначе она совсем потеряется в неизвестности.
   Обогреватель работает, руки не мерзнут. Все удлинители новые, один с предохранителем. У Зои основное дело выжить на новом месте и желательно с комфортом для себя. Не хватает Интернета. Жизнь ее проходит уже без мужей, без работы, без обычного местожительства. Зоя, словно пенсионерка, живущая в деревне, по воле себя.  Ужасно жить в квартире, выставленной на продажу, ощущение гостевое, которое надо отгонять прочь, чтобы жить спокойно. Изучила Зоя все продажи вторичного жилья новостроек, но, живя на пенсию, она не может ничего изменить в данной ситуации.
   Хочется Зои позвонить, поговорить. О чем? Все написано, а по телефону еще и за деньги. Будет возможность — напечатает. Реже вспоминает об увольнении, жаль, но уже не так жалит обида. Мысленно свыкается с долей пенсионерки. Любая поездка — трата денег, а, как их уберечь? Только молча и без трат, тогда можно не скулить о работе. Гулять с чужими детьми и собаками, мыть чужие полы — пока не может. Все требует нервных клеток, а с ними у нее большой дефицит.
   Всю жизнь надо было подстраиваться, соглашаться, выслушивать, выслуживаться, обслуживать. Всем не угодишь, взрывы чужого гнева неизбежны. Похвала нереальна. Оплата труда всегда маленькая, условная, не больше пенсии, а требований к внешнему виду — вагон и маленькая тележка. Если вернуть время вспять, что бы она изменила? Лучше не трогать, сил на что-то другое у нее нет. Делает то, что может сейчас. Выдохлась? Нет, она набирается сил. Для чего? Жизнь покажет.
К чему все это?  Ссылка в деревню… Что лучше?
   Чем больше распускалась листва, тем больше шли дожди, и было элементарно холодно для лета. На самом деле дождливый холод — это норма. Что дальше? Почему жизнь женщины обязательно должна крутиться рядом с мужчиной? Она, что сама вокруг себя не может покрутиться? Да запросто! В начале июня редко бывает тепло и солнечно. Погода словно диктует людям, чтобы они быстро покидали столицу и ехали на юг отдыхать. Хорошее время для домашнего заточения.
Как можно себе навредить? Просто. Надо похвалить то, что нравится. А Зои нравится один отель в чудном городе, расположенном у подножья гор на берегу моря и горной реки. У отеля есть бассейн. Во дворе цветут многочисленные кусты герани. Стоит скамейка, которая качается на двух столбах. И было у отеля три звездочки, следовательно, цена была доступная для обывателя. Зоя Романовна этот отель в сети похвалила, ему добавили две звезды и две тысячи рублей в стоимость за проживание.
И теперь отель стал неприступным и недоступным. И теперь он ей не по карману. Но еще есть отели, которые она не хвалила, у них цена на четыре звездочки. Вот туда она весной и поедет. На какие деньги? На те, что ей подарили на день рождения. Мечты. Она закинула удочки на сайт отеля, но что-то пошло не так, и мечта завяла.

     Прочитав книгу о счастье, написанную Зоей, Сюзанна благополучно не запомнила из нее не единой строчки. Вероятно, поэтому невозможно удержать в руке птицу счастья. Хотя она вообще не привыкла держать в руках нечто живое из числа птиц и животных. Во времена писем, до благословенной всемирной паутины, были распространены письма счастья, авторы, которых требовали переписать письмо большое число раз, потому что невозможно понять, что такое счастье с первого раза.
     Счастье - это иллюзия некоего состояния, к которому можно стремиться, но невозможно в нем долго существовать. Можно ли вдохновение творчества назвать счастьем? Меньше всего человек пишет в состоянии эйфории успеха, чаще всего вдохновение приходит, как выход из сложившейся ситуации, из которой выйти невозможно. Проще, чтобы что-то забыть, об этом надо написать, таким образом, мозги освобождаются для следующего этапа жизни.
   Короче, когда Сюзанна приходила с работы, то вокруг клавиатуры уже уныло стояли пустые упаковки, а в холодильнике кастрюли кричали о своей пустоте. Ладно, пусть кушает. В магазине она набирала продуктов в две сумки и шла домой готовить пищу для себя и своего домашнего монстра. 
Как Сюзанна вышла замуж? Молча. Костик тогда был несколько худее, с проснувшимся желанием любви, которого хватило на год. Что вспоминать? Было и прошло. Хотя, он однажды не вернулся из командировки. Вот жизнь накрутила!
     Работая в мужском коллективе, у Сюзанны не было элементарной возможности потрепать языком, надо было всегда работать молча. Первые годы, работая конструктором, она часто плакала, то от семейной, счастливой жизни, то от ошибок в конструкциях. Если сейчас проанализировать ее семейную жизнь, то ее однозначно можно назвать счастливой. Но тогда этого она понять не могла, сквозь постоянные перегрузки.
     Самое предсказуемое будущее, — это не непредсказуемое будущее, а почти существующее, но неосуществленное в настоящее время по причине несовершенства системы существования. Такой каламбур хорошо известен.
Погода царила нормальная, не морозная. В первый выходной день она умудрилась спину подорвать на пустом месте — не так встала. И все. Люди, которые прошли через боли в спине, знают, как ее лечить. Она почти знала, но боль этого не знала. Женщина крутилась от боли и не могла подняться с лежбища. Неделя ушла на борьбу за вставание. И вот, когда боль прошла, Костик позвонил, словно почувствовал, что у нее все в ажуре. Костик — молодой мужчина в расцвете лет. Он не красавец, но высокий, стройный, с гривой волнистых волос.
   Что еще надо женщине? Любовь. Если он позвонит сам, то любовь будет. Она сама ему не звонила. Но если звонил он, она откликалась на его просьбы и зов его сердца. Сюзанна была занята делами, которые сама и придумывала, но для Костика она старательно раздвигала все дела и освобождала местечко для встречи. Она довольно быстро привела себя в порядок, забежала в магазин и позвонила в дверь Костику. Его лицо любви и мыслей не отражало. Он не целовал при встрече. Она сама повесила верхние вещи в шкаф, зашла в комнату редких встреч и плюхнулась на новое покрывало, лежащее на диване. Сюзанна откинулась на спинку и оглядела комнату. Почти все знакомо, лишь предметы мягкой мебели стояли на других местах.
   Костик появился после небольшой водной процедуры. Удивительно, но они говорили о работе. Она пожаловалась на спину. Он, как фокусник, подал ей небольшой коврик с острыми иголками. Она легла на коврик спиной. И вся ее одежда вскоре лежала рядом, а он лежал на ней, а под ее спиной лежал коврик с иголками...

Зоя ушла в отпуск, она собрала все изданные книги за последние годы, получился большой баул в клетку. Она горестно подумала, что щедрость и доброту иногда наказывают. Хорошо. Зоя сама купила свои книги и их подарила разным людям. Некоторые берут книгу, упакованную в пленку, и дарят дальше, иные продают. Зачастую им дареная книга не нужна, они за нее хотят деньги получить, поэтому звонят в издательство, высказывают свои замечания. Потом ей звонят из издательства и с надрывом в голосе передают дареные замечания.
Кто виноват в водовороте такой щедрости? Автор не должен дарить свои книги жадным людям. Как их отсеять? На этом месте нужно быть немного детективом.
Когда она еще работала, то книгу подарила шефу, а у него есть жена. Его жена делает деньги из предметов. Например, ей в магазине подарили нечто, она нашла дефект в подаренном предмете, поставила на уши весь магазин, и ей отдали деньги за предмет, который она не покупала.
Зоя столько труда вкладывает в свои книги, а потом их дарит, поскольку продавать она не умеет по определению. Надо ли издавать собственные книги? Надо издавать только экземпляры для себя, для дальнейшей работы над произведениями. Люди, кто издает массовым тиражом свои книги, зачастую живут в домах из книг, возможно этой ситуации избегают легендарные авторы. Есть те, кто продают книги? Те, кто продают книги через магазины, тратят тьму денег на продажу и издание книг.
Жизнь так мудра, что легче не издавать, чем издавать книги, лучше не писать, чем писать. Но есть те, у кого пишется само, но само ничего не продается. Поэтому и возникают подарки. Что еще делают с подарками? Выкидывают, читают или передаривают, реже продают. Навязла в зубах эта тема.
Однажды Зоя издала книги в первом издательстве «Книга по требованию», она оплатила передачу обязательных экземпляров в книжную палату, денег у нее не хватало, сдала она все свои кольца, даже обручальные в ломбард. А на следующий год книжную палату закрыли. И вот теперь книжная палата вновь работает в новом корпусе. Из последнего издательства пришло письмо, что Зои надо оплатить обязательные экземпляры на 8 своих книг.
К этому моменту у нее были готовы обновленные варианты произведений, но золота уже не было, но поскольку она болела короной, была в реанимации, в больнице, в госпитале и санатории, то у нее немного денег скопилось, хватило на оплату обязательных экземпляров четырех книг, плюс 2-4 авторских книги. И все.
В сети многие тексты сохраняются, оказалось, что издательства постепенно переходят на признание изданных электронных книг в книжную палату, и совсем не обязательно выжимать автора на предмет обязательных экземпляров. Конечно, есть богатые писатели, которых издают и им еще деньги платят, а… не до шампанского.
Тогда кто пил шампанское в то время? Зоя - писательница на этом остановила свои мысли. Надоело. Страдания телесные у нее еще продолжаются… Тяжко. В состоянии полной внутренней пустоты, опустошенности, бесперспективности, безденежья, безволия должно хоть что-то в ней проснуться. Пусть пальцы побегают бесплатно по клавиатуре. Что опять не так? Деньги потратила она в два захода. Первый шаг оказался вторым снарядом в одну воронку.
Хотела Зоя опубликовать фантастику, а опубликовала сказку, которую написала лет пятнадцать назад, она тогда в конкурсе второе место заняла. И ладно. А потом по такой же цене купила себе курточку, очень качественную, которая была очень нужна ей год назад. Получается, что траты были заслужены временем. Ждала подарки на свое день рождение, но их изъяли сразу в день рождения для другой цели.  От личного праздника остался великолепный букет желтых роз и орхидея. Еще пряник остался от 8 марта, сухой пряник в красивой коробочке. Вот этот пряник она и грызет сегодня с холодным чаем.
   Пришла Зоя к простому выводу, что дарить книги — себе вредить. Люди к дареным вещам плохо относятся, без уважения. Она рада, что все эксперименты с изданием бумажных книг прошла на стихах, книги были поменьше размером. Первые попытки сделать книгу она предприняла очень давно. У нее была маленькая, оранжевая пишущая машинка, которую ей муж подарил. Она тогда сидела на кухне и печатала свои стихи на листках. Это был первый шаг вперед от блокнота. За ее спиной находился сервант с посудой, перед ее глазами была электрическая плита, мойка, холодильник, самодельные шкафчики, которые делал ее муж.
   Кухня была кабинетом, она раскладывала стол, отделанный пластиком с точками вместо рисунка. На стол ставила пишущую машинку и печатала с блокнота, куда записывала стихи. В то время она стихи могла писать, где угодно. Зоя писала практически каждый день. Поэтический всплеск. Выброс адреналина на бумагу в стихотворной форме, стихи – это светлая тень воспоминаний.


Глава 9

А тут Сюзанна превратилась в тень самой себя и потонула в странных мыслях...
   «Приятно находиться в тени, и смотреть на то, как солнце, освещая своими лучами царственных особ, теряет свою неиссякаемую энергию. За окном: небо, солнце, шум самолетов, листья, вымытые последним дождем. Там все, тут нечто. Где я — там тень. Тень создается вольно и невольно, или это она сама всегда находит себе прикрытие? Я — скромнейшая. Я — величайшая. Я — госпожа всевидящая тень. Я родилась. Я появляюсь каждый день, каждую секунду, каждый миг. Я везде, я повсюду. Меня знают все, я всевидящая тень событий. Я под каждым листком. Я под каждым кустом. Меня нет на солнце. Меня любят в жару, меня обожают, ища у меня прохладу в знойный час. Меня увеличивают в размерах, строя дома и подземные переходы. Иногда ко мне стремятся сильные мира сего, и я их на время скрываю в прохладных залах их дворцов. И однажды я, прохладная на чувства Тень влюбилась в Костика, он был обворожительным мужчиной. Я уже говорила, что люблю свет, из—за него и существую я — Тень. Он лежал под балдахином из утренних лучей, они струились из круглого окна в потолке, они сползали по прозрачной занавеси к его божественным ступням. Костик был весь на свету. Весь. У меня не было возможности подойти к нему. Я хотела подкрасться к нему, приласкать своей прохладой и не могла. Я была бессильна. Я стала маленькой, маленькой, я спряталась в его башмачках и стала ждать, когда ко мне придут его благословенные солнцем ноги. Кем я могла бы стать в его башмаках? Только маленькой, крошечной девочкой. И почему его башмаки так малы? А то я стала бы тенью! Мечты, мечты, как вы прелестны! Но еще прелестней Костик! Рядом с ним я теряю свою силу, свое могущество, он прямолинеен в мыслях и чувствах. В его душе нет места для меня».
Сюзанна встряхнула резко головой, ей почудилась, что она влезла в душу другого человека. Стало страшно. Но что-то мешало ей позвонить приятельнице.   Жизнь для Сюзанны принимала интересный оборот, вполне возможно, что по двери бил ее законный, но бывший муж Костик. Она исподволь, но чаще и чаще стала уходить из дома, и ни куда-то, а сюда, в эту квартиру давно знакомого холостяка Костика. Здесь не было особой радости, но дома, с давно известным мужем ей было намного хуже. Муж, вероятно, проследил, куда она ушла в темноте зимнего вечера. Жизнь шла обычным чередом в маленькой квартире, у холостяка Костика, все было чисто, красиво и немного пустынно. Сюзанне немного было здесь прохладно из-за того, что Костик курил, и открывал для проветривания окна. Не все ей нравилось в нем, но он был ее спасенье в этот период ее жизни. В какой-то момент они оба друг другу надоели.

Зоя смотрела в окно. Мартовская погода переходит в апрельскую погоду очень быстро. Пару суток морозило по ночам до пятнадцати градусов мороза по ночам, потом теплело до нуля градусов днем. Еще несколько дней ночи стали с нулевой температурой, а дни с плюсовой. И вот к концу первой декады плюсы достигают днем 15 градусов, ночи от нуля и выше. И благодать полная: солнце и снег исчезает. Первым оголяется асфальт на солнечной стороне.
Как бы снег не таял в марте, растаял он почти мгновенно в начале апреля. Что тут удивительного? Снег исчез словно его и не было, появилась жухлая листва, которую осенью за были собрать. И появилась новость, которую Зоя не могла пропустить мимо своего разума, который мог любую новость перевернуть так, как никто в открытом доступе СМИ не делал.
Зоя, большая любительница собственных мыслей, опять задумалась на тему дня. Мысли у нее возникли с простого вопроса. Что такое пляж? Это место для загара? Нет. Это лежбище реки, моря или океана. У людей есть огромная способность уменьшать пляж-лежбище. Тогда они строят высокую набережную, уменьшая лежбище водоема.
Что такое пойма? Это луга-поля-перелески, которые заливаются периодически рекой. Что делает человек? Забывает, что река разливается в период половодья и дождей, начинает копать огороды в пойме реки. Разумное решение, главное – сезонное. Но человек не успокаивается, если есть огород, то начинает возводить дачку, а потом и дом, где один дом – там возникают поселения.
А река разлилась до своих пределов. Человек кричит: затопило!
Кто прав, кто виноват? Забывчивость. Появляются дамбы – насыпи своего рода. Если люди заселили пойму реки, то надо строить – набережную не из песка…
Еще один момент.

А вот и перовое приключение Зои…
   Как-то Зоя читала роман о доме, расположенном на скалистом берегу залива, окруженного горами. История была симпатичная, остросюжетная. И ей самой безудержно захотелось посетить дворец или гостиницу, расположенную подобным образом. Один раз она уже была в отеле, примыкающем к горе одной стеной.
  На днях судьба ее столкнула с мужчиной весьма необычным, импозантным, без возраста, потому что если у него и были седые волосы, то они были качественно окрашены в естественный цвет. У нее мелькнула мысль, вот бы ей этого мужчину по имени Костик Сергеевич для романтических отношений в отеле, расположенном на берегу озера, спрятанном во впадине или среди гор. Зачем? Этого Зоя не знает, но кто не мечтает, тот не пьет мартини с грейпфрутовым соком.
  Есть же элегантные мужчины! Хотя у них требования такие, что Зои они не по зубам. Зубы у нее почти все свои, относительно ровные, качественно восстановленные. Для улыбки вполне достаточно, а для сцены, может быть, и нет. На сцене всю челюсть до зубов мудрости надо показывать.
  Своего верного приятеля Марка она увидела недалеко от сцены, он не выступал в этот день на сцене, он сам по зрительному залу выступал так, что нельзя было сказать, что он шел между рядами сидений, он именно выступал! У бедной девушки Зои сердце екнуло при его приближении. Она ему сказала:
  — Здравствуй, Марк!
  Он только после этого исподволь на нее посмотрел и ожег ее своим божественным взглядом карих глаз. Волосы у него были темные, но не черные. Он бесконечно строен, шикарно скроен. В чем одет был этот денди? В чем-то черном, это его обычный цвет. А она? Она обычная девушка. Что это значит? Волосы светлой волной струились за ее спиной почти до пояса. Платье на ней было приталенное, расклешенное к низу, чуть ниже колен. Цвет? Пшеничный, на тон темнее ее волос. Очень скромная девушка, но если с ней заговорить, то можно будет понять, что амбиции у нее огромные.
  Через ряд от нее сидел юноша, очаровательный гибкий парень Марк, который непринужденно занял третье место на конкурсе чтецов собственных стихов. А девушка Зоя? Ей призовые места не достались, да и Марк куда-то ушел. Когда она спустилась в фойе, то с удивлением посмотрела на экран, на котором шла еще трансляция из зрительного зала. Она так расстроилась, что чуть не забыла про верхнюю одежду и чуть в платье не выскочила на улицу.
Было темно, горели фонари и окна, легкий снежок скрипел под ногами. Костика Зоя знала, он был директором своей фирмы, она всегда испытывала робость в его присутствии, когда видела. Они жили в одном доме, в одном подъезде. Она и пальто забыла, думая, что он ей его принесет домой.
  А он не принес! У него в голове совсем иные мысли. И никакой он не Костик! Он Костик! Он давно не реагирует на юных девушек, он достаточно взрослый мужчина, хотя живет один.
А девушка? Она соседка. Взгляды у нее тоже современные: в голове стихи, а на душе Марк. Надо ей так влюбиться и писать стихи! Зато стихи у девушки получаются душевные, пронизанные искренними чувствами. Но ходить в платье поздней осенью — неприлично. Пальто ей принес Марк, они вместе учились в школе и вместе ходили в клуб поэзии. Юноша спокойно реагировал на выходки одноклассниц, особенно поэтесс. Он знал про мечту Зои об отеле, расположенном между озером и горой и не просто горой. Все это должно напоминать нечто типа кратера вулкана, но с отвесными стенами.
  Выдумщица еще та. Ноябрь. Температура около нуля и ниже. Пасмурно. А Зои хотелось туда, где тепло и солнышко. Зачем? Мама ее и не думает о поездках, ее всегда устраивал ноябрь, она вообще чувствует себя комфортно в Средней полосе страны. Ее устраивает прохладное лето с редкими теплыми днями, ее устраивает зима, которая не сильно морозная по сравнению с Крайним Севером.
  Зоя на следующее утро надела на себя пальто, сунула руку в правый карман и обнаружила конверт. Она с удивлением отдернула от него руку, но потом медленно вынула конверт из кармана. Развернула конверт, в нем лежал сертификат на путешествие в южную страну. И лежала маленькая записка: "Зоя, Вы отличная поэтесса и шикарная девушка. Данный сертификат на Ваше имя, на нем указан адрес, где можно получить бронирование отеля и билеты на самолет!"
  Так вот почему она выскочила без пальто! Оно не висело на вешалке. Его кто—то на время забирал. Она съездила по указанному адресу, небольшая туристическая контора располагалась в центральном магазине, она легко обменяла сертификат на билет и квитанцию оплаты за отель. Ей еще выдали деньги в конверте. Конвертируемая валюта. Мать, посмотрев на тайную награду дочери после поэтического конкурса, тихо заплакала:
  — Зоя, отдай свою награду назад в туристическую фирму. Умоляю, верни!
  Дочь удивленно посмотрела на мать:
  — Мама, ты в своем уме? Я нигде не была дальше Клина, Коломны и Суздаля! Могу я поехать в другую страну!
  — Дочь, у тебя нет заграничного паспорта!
  — Есть у меня заграничный паспорт, я его летом сделала. Марк делал себе паспорт, и я сделала себе.
  — И мне ничего не сказала? Могли бы вместе сделать!
  — Мама, и ты бы поехала к оленям на Новый год? А я поеду туда, где лето.
  — Одна! Дочь, подумай, что там с тобой будет! Нельзя одной ехать!
  — Моя поездка не обсуждается, я еду! — гордо сказала поэтесса и пошла в свою комнату.
  Мать горько вздохнула, переобулась, переоделась и ушла в лес, чтобы успокоиться. Дочь села на диван, открыла шкаф и стала взирать на собственную одежду, висящую на плечиках или лежащую на полках. Задача собрать вещи была несложной, вещей летних у девушки было очень мало. До поездки оставалась пару дней. Зои предстояло оформить отпуск на работе. Одноклассниками Зоя и Марк были до прошедшего лета, а теперь у них была у каждого своя личная жизнь. Общими были подъезд дома и клуб поэзии. Марк учился в университете на дневной форме обучения, а Зоя работала и училась дистанционно в институте. Каждому — свое. Но в юности финансовые различия не столь заметны.
  До аэропорта Зоя доехала одна на такси, мать отказалась ее провожать, она, словно замерла в ожидании возвращения дочери. Дочь прошла в самолет, села. Рядом с ней место оставалось пустое. Она ждала чуда, что рядом сядет красавец из сказки, этакий эталон современности. Но так она и долетела в одиночестве. Такси дело хорошее в любом месте, ее довезли до отеля. Суть такая, она ехала по чистому полю, и не видела никаких строений. Шофер ей сказал, что ехать пару минут.
  Зоя смотрела во все окна, но ничего не видела. Сердце тревожно сжалось, она впервые подумала о своем необдуманном поступке. Об этой поездке. Когда она запаниковала, автомобиль остановился. Она вышла из машины. Шофер подал ей сумку из багажника и мгновенно уехал. Она вздохнула, покрутилась вокруг себя. Ее очередной платье, расклешенное от талии, закружилось.
  Солнце светило. Зеленый низкий газон улыбался. Мелкий песок на дороге показывал направление пути. Она пошла по дорожке и вздрогнула от неожиданности: перед ней была пропасть, далеко внизу блестела вода. Она робко подошла к кромке вселенной. Перед ней появилась площадка, из которой по периметру выросли перила, оставался проход для человека. Она вошла в лифт, который резко пошел вниз. Зоя покрутила свое платье, и поняла, что она в сказке своей мечты. Лифт ехал рядом с отелем, встроенным в вертикальный берег озера.
  Ничего необычного не произошло, на Зою действительно был забронирован номер на 10 дней. Ее окна выходили на дивное озеро, расположенное на дне искусственного кратера. Здесь раньше добывали полезные ископаемые открытым способом большими шагающими экскаваторами. Теперь предприимчивый хозяин отеля использовал полученный кратер по назначению. И люди ехали сюда. Интересно и необычно.
   Дней на 10 был проработан план мероприятий для посетителей отеля, хотя до города было не так и далеко. Пожилым предлагался комплекс для оздоровления и омолаживания, а молодым был подготовлен развлекательный комплект мероприятий. Плюс плавание в открытом водоеме. Главное люди и их переплетение судеб в местечке, очень ограниченном по перемещению. Обитатели пытались по отвесным берегам взобраться на верх, но не получалось и пресекалось служителями отеля.
  Номер у Зои оказался весьма просторным: с лоджией, с большой ванной, с личным тренажером, с собственным кинотеатром. Поначалу она радовалась благам номера, потом долго стояла на балконе, осматривая небольшой горизонт и небольшое озеро. С пейзажа ее взгляд переключился на людей в белых шляпах с широкими полями. Она припомнила, что в номере были белые тапочки, белый халат и белая шляпа. В таких шляпах люди становились относительно одинаковыми. Одежда на всех была светлая. В озеро уходила дорожка моста, которая заканчивалась круглой площадкой, окруженной перилами. Здесь вообще везде перила были одинаковые: в открытых лифтах, на лоджиях, на мостках.
  Зоя спустилась в кафе, где использовались лоджии для столиков. Удобно и на воздухе. Она посмотрела на небо, на нем не было облаков. Синь безбрежная отражалась в озере. Тишина звенела. Птиц не было. Столики были маленькие на одного человека. Вообще она заметила, что здесь все ходят по одному, по одному и сидят за столиками. Сплошное ненавязчивое одиночество. Первое любопытство вполне могло питаться в одиночестве.
  Но при второй волне эмоций Зои захотелось поговорить, но люди как роботы ее огибали. Она стала писать на планшете. Стихи вышли маленькой струйкой и затихли. Влаги мыслей им не хватило. Что делать? Вместо книги с меню ей принесли распорядок дня, где все было расписано по часам и указано: куда ей надо идти и что делать. Она поела, изучила мероприятия и осталась довольной.
  С первого взгляда могло показаться, что люди плавают в озере, но на самом деле они плавали в бассейне, или в большом корыте с отверстиями, установленном на сваи. Вода сама поступала в бассейн, потом сама выливалась. Зато глубина была определена, а выплыть в озеро никто не пытался. Зоя поплавала в бассейне, обошла озеро по узкому берегу с незабвенными перилами, и поняла, что делать здесь больше нечего. После этого она заметила множество лестниц, расположенных хаотично по вертикальным стенам берегов. Люди пытались по ним вылезти наружу, но они нигде не доходили до верхней кромки. Это были обычные тренажеры.
  Человек не мог покинуть отель раньше срока своего. Ощутив все радости в полной мере, Зоя не очень расстроилась. Солнце светило. Температура воздуха была комфортная. Все здесь само делалось. Нужно было только выполнять распорядок мероприятий. Не было человеческого общения, не было Интернета и сотовой связи. Так без этого люди всегда жили, не считая последних лет.
  Написав стихи по этому поводу, девушка попыталась заговорить с белой фигурой за соседним столиком. Человек ответил на непонятном языке. Она повторила свой вопрос на английском языке. Человек опять ответил на своем языке. Тогда она посмотрела еще раз в свою бумагу с рекомендациями. В ней была приписка, что в отеле находятся люди разных национальностей, не говорящих на одном языке. Говорить было не с кем. Деревьев не было. Листва не шумела. Тишина. Музыка не звучала. Танцев не было. Стало скучно. Горизонта тоже не было! Глубина такого удовольствия была метров тридцать не меньше.
 Суток было достаточно, то есть экскурсия прошла — и на выход, но его не было. Наружный лифт оказался невидимым, он привозил людей и отвозил только по брони и куда—то исчезал. В отеле явно были хозяйственные блоки и лифты. Отель был многоэтажный, комфортный и современный. Белоснежный лайнер, прилипший к стене, в которой возможно прорыты туннели для лифтов. Но это не для посетителей. В таком месте пора писать прозу, а не стихи. Зоя полазила по лестницам и вернулась в номер. Работал местный телевизор, в котором можно было выбрать свой язык. И то хлеб. Речь диктора была несколько корявой, словно переводил автомат. Она легла на большой кровати и уснула. Дневной сон еще никто не отменял.
  Проснувшись, Зоя обнаружила на столе небольшой прибор, типа телефона. На нем располагался огромный перечень языков. Она нашла переводчик! Она набрала фразу, нажала на произвольный язык и зазвучала речь на заданном языке. Нормально. Можно общаться с людьми. Зачем? Чтобы было, хоть пару фраз сказать и то приятно. В кафе вечером она вновь заговорила с соседской фигурой. Это оказалась женщина, которая охотно показала на переводчике свой язык. Несколько фраз резко улучшили настроение. Ходить вдвоем всегда интереснее. Но вдвоем ходить им не дали, когда постояльцы поняли прелесть переводчика, рядом с Зоей образовалась группа людей. Всем захотелось говорить. Поэтому они все пошли на большой язык — мост с перилами, заходящий в озеро.
  Народ разговорился, развеселился, засмеялся. Переводчики работали на полную катушку. Зоя объявила конкурс стихов, в переводимых фразах особых рифм не наблюдалось, но был смысл и идея фраз. Этот конкурс она выиграла! И дни стали быстро идти к своему завершению.
Кто подарил Зои сертификат?  Костик, который негласно вел за ней свои наблюдения. Зачем? Надо.
   Дома происходит смена климата. Такое бывает, когда семейство вырастает до очередной черты, на которой уменьшается общие интересы. Что происходит? Тает общность, начинает период раздельного питания. То есть, кто—то из семьи откалывается, как кусок льда на реке, и переходит в самостоятельно плавание. Момент раскола бывает нервный.
   Залезть в колбу из четырех стен, когда народ вышел с портретами на проспекты, это для определенных людей, которые не любят быть в центре важнейших событий страны. Все там, а она тут. Где? Дома. У всех людей выходной день, то есть они вышли из дома, а у нее не выходной. Она из дома не выходила.

Сюзанна заехала домой взяла документы, деньги у нее были, не такая она и дурочка, чтобы быть дурой без средств к существованию. У нее даже диплом об образовании был. Она еще раз позвонила Лиане и сказала, что уехала в санаторий по путевке, и звонить ей не надо, приедет – позвонит. Татьяна, не привыкшая к вниманию подруги, звонить сама и не думала.
Утро. Пять часов утра. Слышно монотонное и сонное бормотание. Это Влад говорит по сети с кем-то, кто ночь играл в игру и еще не уснул. Татьяна Петровна сделала себе кофе, а Владу чай. Он съел вечерние сырники, до которых за ночь у него руки не дошли. Тихо. Видимо игрок уснул. А она проснулась. Вязать не очень хотелось.
Что тебе снится? Татьяна была в реальной землянке партизан в брянском лесу. Лет через 5 муж погиб. Еще через пару лет приснился сон, в котором муж ходил по землянке и показывал, где он лежал и болел. Потом долго не снился и сведения о нем отсутствовали и отсутствуют до сих пор.
  Часто были сны про институт, Татьяна во сне все училась, все надо было сдавать зачеты. Снов было множество, и даже во сне она постоянно отвечала, что учится, но институт окончила уже давно. Позже оказалось, что это Влад учился в институте, и пока он его не окончил, ее эти сны с зачетами преследовали. Сейчас сын всем говорит, что его дед окончил умный институт. Да, часто сны бывают о работе, все работаю во сне, но в основном сны не запоминаются.
   Самое обидное, что во сне все веселились сами по себе, этому способствовали современные танцы, абсолютно лишенные половых признаков, а толпа топчется на месте, каждый в своем ритме. Блондинка с фигурой типа амфоры была слишком ленива для длительных интимных отношений. В их кругу платонической любовью не страдали. Любовь за большие деньги с одним партнером им тоже приелась.
Костик иногда сопровождал Сюзанну в фитнес—клуб, к косметологам он не ходил, и как сквозь сон повторял действия своей женщины в отношении чтения книг, но он читал детективы, а она — любовные романы. После чтения книг оба перешли каждый к своему компьютеру и писали то, что шло из их отдохнувших голов. Фильмы Сюзанны крутили на телеэкране, их приобретали другие страны, фильмы переводили на другие языки, а она писала нечто новое. Такое у нее было хобби.
Холодный дождь и чистый воздух привычно окружают мир. Еще недавно пили воду, и часто бегали... Парил... Слово должно быть иным. Сюзанна сжалась от негативных явлений, которые сквозь позитивную погоду обрушились на нее. Ей стало тоскливо.
   Страшно. Жутко. Да, только, что показывали по ТВ повтор дымовой завесы, которую она прошла вместе со всеми. Ее долго не было дома, в котором лет двадцать не было и примитивного вентилятора, не говоря о кондиционере. Прохладное и дождливое лето повторялось из года в год. Сюзанна давно не покупала платьев без рукавов и забыла, зачем нужны юбки. Из года в год она круглый год была спрятана от посторонних взглядов одеждой. Короче, лето в Клюквенном крае выдалось для коротких юбок.
   После рабочего дня она вышла в жаркий, сухой воздух с мыслью, что надо купить хотя бы вентилятор. Она второй день, как вернулась из отпуска и еще не привыкла к новой жизни. В руки ей попалось объявление, в котором обещали все виды вентиляторов. Она рискнула и поехала по адресу, который знала ориентировочно. Номера домов были хаотичны, а улиц в городе не было вообще. Она запуталась в новых домах. Воздуха не хватало, хотелось прохлады.
   Сюзанна зашла в ближайшее кафе с белыми стульями, и перевернутыми фужерами. Здесь продавали холодные напитки и мини торты. Дорого, но прохладно. Она подкрепилась, охладилась, и поняла, что вентилятор среди незнакомых домов ей не найти. Она пошла туда, где мог быть вентилятор. И купила последний напольный вентилятор. Несколько ночей спала под спасательными струями воздуха. А теперь вентилятор стал ненужным. Из окна струился холодный воздух.
Она пришла домой, посмотрела на постель, удивительно, но кровать была покрыта легким пледом. Сюзанна легла на постель, вытянулась.
Жарко. Все еще очень тепло. Она включила пультом вентилятор, поскольку так и не установила кондиционер. Время для нее остановилось в легкой дреме. Вспоминать прошлое или думать о прошлом ей не хотелось.

Сюзанна одна решила поехать на море, чтобы просто отдохнуть одной. Последнее время обеспеченные люди летали самолетами по одной причине: аэропорты располагались за пределами первого кольца, а железнодорожные вокзалы на нем гнездились, что не давало возможности рассчитать время прибытия к вокзалу из-за неопределенной скорости передвижения по сказочному транспортному кольцу. Вероятно, поэтому в поездах бывали пустые места и проводники смело торговали удобствами: подсаживать вам пассажиров в купе или нет. Вторые полки в купе занимали сами проводники для личного отдыха. Сюзанна уезжала в отпуск с надеждой на возвращение. В город, где рос бамбук, она ездила пару раз, в основном на поезде. А однажды она полетела на самолете. Как страшно лететь над морем, душа у нее в пятки уходила.
   Сюзанна выбрала самую южную точку страны, расположенную у моря. За окном горы Кавказские, чистое небо, пара облачков над одной из вершин и постоянный звук стройки. Чтобы не слышать ударные звуки стройки, пришлось закрыть все окна. Приглушенные звуки ударов и переговоры строителей теперь еще слышны, но уже позволяют сосредоточиться над своими делами.
Отпуск Сюзанна решила провести там, где заканчивается железная дорога на побережье. И ей это удалось. Она долго думала, куда лететь, но цена билетов на самолет из Шереметьева туда и обратно равнялась ее зарплате. Купейные вагоны стоили несколько дешевле, они приближались к цене билетов на самолет из Домодедова. Чтобы доехать до Домодедова, надо потратить время и деньги. Она пошла в железнодорожные кассы, которые объединили с кассами на самолеты. В небольшом помещении сидели две женщины и мужчина. Одна из женщин продавала билеты на поезд.
   — Мне нужен билет на поезд. — сказала Сюзанна, обращаясь к женщине, рядом с которой стояли заветные три буквы: РЖД.
   — Какой поезд? Купе или плацкарт?
   Сюзанна назвала два фирменных поезда, время отъезда и приезда.
   — На них нет билетов. Обратных билетов нет совсем. Можно уехать ночным поездом. Возьмете верхнее место, плацкарт. Поезд уходит в 2 часа ночи. Но учтите, обратных билетов нет.
   В это время со своего места поднялся представительный мужчина:
   — Билеты на самолет вас не интересуют?
   — Нет, — ответила Сюзанна и покинула кассу, в которой нет билетов.
   Она еще раз решила подумать над тем, куда поехать. Посмотрела ситуацию с Крымом. Билеты до Севастополя оказались странными и непонятными по цене и по времени полета. Прошло два дня.
   — Сюзанна, ты купила билеты? — спросил ее лорд Костик.
   — Пока нет. Может, мне никуда не ехать? — робко спросила Сюзанна.
   — У тебя отпуск! Лучше ехать, чем ты будешь дома сидеть.
   Сюзанна ринулась к компьютеру. Она отчаянно набрала «Железнодорожные билеты». Она вписала номера поездов, на которые в железнодорожной кассе сказали, что билетов нет. Билеты были туда и обратно. Мало того, появился еще один поезд, укомплектованный плацкартными вагонами, и на него тоже были билеты. Она выбрала поезд, вагон, место, нажала кнопку «Оплатить». Она оплатила банковской картой. На электронную почту ей пришел билет, осталось его распечатать. Она вошла в состояние гончей собаки и выбрала отель. Нажала кнопку «Оплатить». И вскоре на электронную почту пришло письмо с подтверждением оплаты и бронирования.
   Остался обратный билет. Она написала в поиске нужные поезда, на которые в железнодорожной кассе сказали, что билетов нет совсем. Билеты были! Осталось оплатить и распечатать билеты, которые пришли на электронную почту. Она сделала распечатки писем и успокоилась. До отпуска было две недели. Была мысль взять с собой внука, но он был увлечен ее соседкой и ездил с ней на велосипедах. Вот для чего он купил себе новый велосипед. Сюзанна оказалась совершенно одинокой. Она две недели собирала чемодан, то сумку возьмет, то чемодан на колесиках. Собралась.
Костик довез Сюзанну до вокзала и высадил:
   — До вокзала сама дойдешь?
   — Дойду.


Глава 10

   Сюзанна покатила чемодан в сторону вокзала. Древний вокзал внутри был совсем новый. До поезда еще было время. Она сидела в зале ожидания и изучала вокзал вместе с чемоданом, который катился рядом вместо собачки. И под букву «Ж» вместе заехали. После этого она отравилась на платформу, где висело табло с номерами поездов. Она вдруг захотела пирожок из киоска, плоская лепешка с признаками капусты тушеной и оказалась пирожком. Пока она медленно его жевала, на табло появился номер пути, можно было ехать на нужную платформу. Чемодан, стоящий на четырех спаренных колесах, мог легко ехать вертикально с небольшим усилием по асфальту, по квадратикам типа брусчатки он ехал плохо.
     Сюзанна с электронным билетом еще не ездила и немного переживала. На соседней платформе стоял монстр — двухэтажный поезд. Она увидела, как молодой человек подал проводнице распечатку билета, а проводница сверила ее со своей распечаткой. Сюзанна немного успокоилась, значит, электронные билеты — это нормальное явление. Подошел поезд хвостом к вокзалу, и она покатила чемодан в сторону своего вагона. Проводница то не выходила, то выглядывала, но вскоре вышла к людям. Сюзанна к ней. Проводница буркнула:
   — На электронный билет еще не пришла распечатка. Проходите в вагон, а ваш билет я пока оставлю у себя.
   Сюзанна ринулась на свое место. Вагон плацкартный, новый, пустой. Матрасы скручены, белье разложено на верхней боковой полке. Она села на нижнее боковое место. Вскоре пошел народ. Она пошла к проводнице за билетом, в это время позвонил Костик:
   — Сюзанна, ты в поезде?
   Сюзанна в это время брала билет у проводницы.
   — Да, у меня все нормально.
   — Позвони, когда доедешь.
   Вагон заселился приличными пассажирами. Только Сюзанна опустила столик, как подошел молодой человек с правами на верхнюю полку. Они восстановили столик. Сюзанна села на место, ее чемодан уже лежал на третьей полке, а дорожная сумка стояла рядом. От парня веяло армией, хотя он был в джинсах и майке.
   К парню подбежал мужчина и сунул ему пару тысяч:
   — Приезжай на недельку, — шепнул мужчина и исчез.
   Парень достал телефон и стал разговаривать с матерью. Из разговора поняла Сюзанна, что ее сосед через шесть часов приедет домой. Соседи из купе стали стелить постель. Парень сидел и говорил по телефону. Сюзанна с тоской уткнулась в подушку, ее матрац, подушка и белье лежали на столе. В вагоне народ переходил на горизонтальное положение, а она сидела, а сосед все говорил по телефону. Свет померк. Сюзанна обратилась к соседу:
   — Все, свет слабый, можно стелить постель.
   Парень постелил свою постель и забрался на вторую полку, предварительно закинув одежду в пакете и сумку на третью полку. Сюзанна постелила постель и легла, теперь она посмотрела на соседей из купе. Изящная девочка лет четырнадцати—пятнадцати сняла с себя белые кроссовки и застегнула их, потом очень аккуратно поставила под скамейку. Ее мама, еще молодая, но полнеющая уже уткнулась в небольшую электронную книгу. Их сосед справа, весьма крупный мужчина, долго выглядывал на электронное табло, гласящее:
   — Туалет занят или туалет свободен.
   Вскоре он сменил светлые джинсы на цветные шорты.
   По вагону пробежала проводница:
   — Господа, товарищи, женщины, у нас новый туалет, бумагу не бросать. Нажимайте на кнопку, если бросите бумагу, то придется вам ходить в соседний вагон.
   Пробежав по вагону, на обратной дороге проводница прокричала:
   — Заказывайте чай черный и зеленый, кофе черный и с молоком. Я что, зря воду грела?
   Сосед в шортах достал электронную книгу и стал читать. Вагон засыпал. Сюзанна проснулась в три часа ночи, плацкартный вагон был полностью заполнен. Табло гласило, что путь к туалету свободен. Два туалета были рассоложены рядом. Она попыталась в кабине найти кнопку, о которой всем напоминала проводница. Красная кнопка не нажималась, рядом с ней стоял обычный выключатель света. Она нажала на него, послышались устрашающие звуки, и все стихло.
   Сосед сверху тоже проснулся и вновь лег спать. Сюзанна проснулась в следующий раз, когда молодой человек стал превращаться из гражданского человека в морского волка. Он достал с третьей полки пакет, в котором оказался парадный костюм. Он надел брюки, застегнул пояс. Стройный парень на глазах превращался в красавца в парадной одежде. Лампаса из трех цветов флага ему шла. На перроне его ждала мать. А Сюзанна вслед ему пожелала, чтобы ему повезло с невестой. Она уснула с чувством, что ей можно теперь отдыхать до конца дороги.
   Утром все внимание перешло на мать с девочкой подростком. Девочка спала долго, как спят дети после экзаменов. Мать, почитав Электронную книгу, сказала пару слов Сюзанне, потом пару слов крупному соседу по купе. И все. Они стали разговаривать и проговорили часа три подряд. Сюзанна за это время успела выпить зеленый чай, принесенный проводницей. Естественно, что она чай предлагала интересному мужчине, но тот отмолчался, и Сюзанна попросила себе. Второй раз история повторилась спустя два часа, но проводница пошутила:
   — Чай в постель вылить? — и поставила на ступеньку, с которой поднимаются на вторую боковую полку.
   Мужчина слушал женщину и ее около часа.
   В купе справа ехала семья из шести человек: мама, папа, три сына и дочь. Кино не надо, достаточно посмотреть на быт многодетной семьи. Редкий пример для подражания. Им приносили сразу по шесть чаев, на остановках покупали по шесть мороженых. Мама с детьми играла, папа оплачивал и вел общее руководство. И все они ехали на море. В купе слева ехали две пары, одна на верхних полках, вторая на нижних полках. В этих парах женщины проявляли слабость или болели, мужчины поддерживали и гладили по голове. Сюзанну никто по голове не гладил, она меняла свое положение на нижней боковой полке и невольно наблюдала за соседями или смотрела в окно.
   Пейзаж за окном — это мелькающие кусты и деревья, реже поля и овраги, еще реже реки. На небольшой остановке на перроне продавали картошку с котлетой, огурцы, запеченную в тесте рыбу, и вся продукция была фирменно упакована. Сюзанна купила себе пласт судака в тесте. Одна речка тянулась долго узкой полосой, на которой через сто метров сидел рыбак, а рядом с ним на берегу стояла машина. Потом речка стала большой, и на ней появились белые корабли, мосты и величественный город. Мороженое на перроне пассажиры поезда расхватали быстро, оно оказалось вкусным и холодным.
   Наступил вечер. В купе девочка взяла все внимание на себя и рассказала миниатюру о Любе, не знающей географию, несколько наигранно.
   — А дальше? — спросила Сюзанна.
   —  Я дальше на память не знаю.
   — Расскажи своими словами.
   Последовал обычный пересказ. Естественно, она хотела поступить в театральный институт. Девочка была с хорошей фигурой от занятий плаванием и ходила в драматическую студию. Мама ее опекала постоянно. Если такая девочка поступит в институт в другой город, то без мамы—рабыни ей будет очень тяжело. А мать хотела, чтобы дочь получила хорошее образование. Здесь все относительно. Сюзанна поняла, что они еще не все знают, чего хотят. Вечер подходил к концу. За окном поезда становилось темно.
Утром она проснулась раньше всех и смотрела на горные пейзажи за окном. Из еды у нее была вода и сухари, поэтому спустя два часа она взяла кофе у проводницы, и все потому, что свою кружку и кофе она положила в чемодан, лежащий на третьей полке. Налила бы кипятку стакан, потом сама кофе заварила. Проехали.
   Постепенно люди выходили в пригороды большого города, Сюзанна доехала до конечной остановки. К ней подошел человек и предложил довезти. Она знала, куда надо ехать и номер автобуса, но согласилась. Зато водитель автобуса не знал отель, который она назвала вместе с адресом. Она говорила ему, куда и как ехать. Доехали.
   У Сюзанны была электронная распечатка и ваучер об оплате отеля через интернет. Администратор сказала:
   — Вашу фамилию я помню, но номер на вас не забронирован. Я позвоню директору.
   Сюзанна сидела на диване, чемодан стоял у стола администратора.
   — А вы как оплачивали бронирование отеля? — спросила администратор.
   — Карточкой. Я оплачивала ваш отель, но вышло через свисток.
   — Мы им перезвоним. Номер вам готовят на пятом этаже.
   В отель вошел мужчина, внимательно посмотрел на Сюзанну, на ее красивый чемодан с колесиками и ничего не сказал. Зато сказала администратор:
   — Можно подниматься в свой номер, вот ключ от него.
   Сюзанна взяла карточку, закинула сумку на плечо, взяла в руки чемодан и пошла на лестницу.
   — Здесь есть лифт.
   — Спасибо, я не пользуюсь лифтом 6 лет, — ответила Сюзанна и пошла по ступенькам из красивого кафеля на пятый этаж.
По результатам поездки можно сказать одно, что главной купюрой является 100 рублей и монета 10 рублей. Без монет в 10 рублей чай, квас, кофе — трудно купить. 100 рублей стоили два пирожка с капустой в Москве, 100 рублей — судак в тесте на полустанке, 100 рублей вода на перроне, 90 рублей мороженое. И таксисту надо было дать 300 рублей. У него денег совсем нет. Зашли в отель. Пришлось дать 500 рублей администратору в счет будущих услуг и попросить 200 рублей (100 рублей одной бумажкой у нее было) и отдать шоферу. Ей сразу дали талон на обед, его стоимость 300 рублей. Юмор произошел после ухода водителя.
   Отель три звездочки, а Сюзанна дала бы ему все четыре. Все красиво. Все есть. Все удобно. Даже электронный ключ. В номере стояло две кровати, правда, она снимала номер одноместный. Холодильник она так и не включила. На номер три зеркала, может, они говорят о звездности? Кондиционер, плоский телевизор, две тумбочки, шкаф — вот составляющие ее номера. Сюзанна поставила чемодан, положила сумку и пошла в душ. Счастье ехать в поезде, но еще большее удовольствие все снять после дороги и окунуться в чистые струи воды в душевой кабине. Она чистая и довольная оделась и стала разбирать сумки. Потом пошла на обед. Местная столовая вполне может называться — кафе. Столы, стулья, оранжевые круги пластиковых салфеток, бар и раздача. Она подала талон.
   — Есть первое, второе, закуска, компот. Что не будете есть? — спорил шикарный парень на раздаче.
   —  Все буду, — ответила Сюзанна, которая вчера вечером ела мороженое.
   Еда оказалась вкусной. Второе и закуска уместились тремя маленькими аппетитными кучками на большой тарелке. Здесь и отказываться не от чего, — подумала Сюзанна, пытаясь, есть медленно, но быстро съела все и запила чистым компотом из сухофруктов. Спускаясь на обед, Сюзанна прихватила с собой полотенце, а под одежду надела раздельный купальник. После еды она пошла в бассейн, который был при отеле. Рядом с бассейном было несколько белых пластиковых лежаков и некое количество деревянных на металлических каркасах. Белые пластиковые лежаки медленно сдавали позиции.
   Все чудесно: голубая вода в голубом бассейне, голубое небо, стройка с одной стороны бассейна, и на уровне ее глаз работало человек десять мужчин, но если лечь на лежак, то их не было видно. Зато прямо по курсу виднелись окна трех гостиниц, учитывая, что сам бассейн расположен в торце отеля. Полежав немного, она пошла в воду, явный запах хлорки говорил о ее безопасности. Вода прохладная, но несколько кругов вполне можно проплыть в присутствии мужчин, строящих второй этаж очередного отеля. В городе отель примыкает к отелю, он, как из мозаики, составлен из отелей всех мастей.
   Итак, жизнь прекрасная: солнце, море и вода. Сюзанна пошла к морю, к ближнему пляжу, и ошиблась. Она пошла по набережной по левому берегу реки М и пришла к месту ее впадения в море. На берегу моря стеной стояли мужчины и ловили рыбу. Дельфины резвились на волнах реки, медленно исчезающей в море, и тоже ловили рыбу. «Мужской пляж», — подумала Сюзанна, немного постояв среди рыболовов, она пошла назад, но другой дорогой.
   Отели, кипарисы, цветущие цветы и кустарники. Милая дорога, но Сюзанна слегка заблудилась среди незнакомых зданий. На ее дороге оказались павильоны, продающие пляжные принадлежности. Девушки примеряли закрытые пластмассовые тапочки для хождения по пляжной гальке. Сюзанна купила себе обувь для купания в море. Пришлось выйти на набережную, с которой она уже знала дорогу до отеля. Чтобы не сбежать домой, она выкупила у администратора завтраки, обеды и ужины на все время отпуска. Осталось просто отдыхать и не гоняться за мороженым, пирожками и ягодами. Одно плохо, ее телефон не выходил на связь с сестрой, и интернет в отеле не работал у нее на компьютере.
   Утром она пошла на нормальный пляж, где люди загорали, но почти не купались. Море оказалось холодным, небо чистым, солнце горячим. В тапочках для купания она меньше чувствовала гальку, но в море зашла по колено, облила себя руками водой — и все купание. После обеда она нашла песчаное место на берегу и ринулась в морские волны. Здорово! И холодно. Вода обжигала особенно руки.
Глаза завидуют, а руки загребают — такое состояние порой возникает от встречи и разговоров с новыми людьми. Хуже того, мысли переключаются на новые действия. Когда Сюзанна выбирала город магнолий для отпуска, у нее была мысль пройти по улицам города, где растут магнолии. Но восемь дней царила жаркая погода, и ходить по улицам было не с руки. Она усердно купалась в море или бассейне, загорала и страдала от боли обгоревшей кожи. Дней через семь загар прилип, но кожа стала облазить.
   Вечером она поговорила с новой знакомой, та уезжала на день раньше. Мозги Сюзанны заклинило, спать не могла, все хотела раньше уехать. Утром встала, плотно позавтракала и пошла в разведку и на экскурсию одновременно. Магнолии благополучно росли на центральной улице города, вот она и решила пройти по ней от центра города и до конца, то есть до железнодорожного вокзала. Путь она начала через мост, построенный в год ее рождения, о чем вещала надпись перед входом на мост.
   Тучки украшали горы и небо. Погода прохладная. Она шла по городу своей мечты мимо домов, но люди говорят, что в городе магнолий нет домов, а есть одни отели. Магнолии цвели. Кустарник цвели. Дома, качественно отремонтированные или новые, радовали взгляд. Увидела Сюзанна на небольшом доме вывеску: кассы железнодорожные и авиа. Она перешла дорогу. Вошла в небольшое помещение, подошла к расписанию самолетов.
   — Расписание самолетов старое. — произнесла единственная сотрудница касс.
   Сюзанна стала смотреть расписание поездов.
   — Мне нужно сдать свой билет и купить билет на самолет. — сказала Сюзанна и подала своей электронный билет.
   — Электронные билеты можно сдать только в кассе железнодорожного вокзала.
   — А до него далеко идти?
  — Двадцать минут по этой улице. Идти прямо и никуда не сворачивать. Можно доехать на автобусе.
   Сюзанна вышла и пошла дальше по улице, где цвели магнолии. Когда она приехала, то таксист к ней подошел прямо на перроне и сбоку вывел к машине. Она вокзал и не видела. Теперь она рассмотрела вокзал со всех сторон: великолепное сооружение с лестницами и лифтами. Ее личную сумку заставили проехать вместо чемодана, на входе в вокзал ее спросила дежурная:
   — Куда и зачем идете?
   — Мне нужны железнодорожные кассы.
   — Кассы дальнего следования по эскалатору направо.
   Сюзанна спустилась на первый этаж. И здесь билеты продавали через автоматы. Менять билеты ей расхотелось.
   — У вас какой вопрос? — спросила ее кассир официальной железнодорожной кассы.
   — У меня билет электронный. Что-нибудь надо еще делать?
   — Придете с распечаткой электронного билета и с паспортом на посадку. У вас пройдена электронная регистрация.
   Все. Сюзанна успокоилась, но голова от двухчасовой прогулки по главной улице с магнолиями закружилась. Она поднялась на второй этаж, где и находился выход к поездам. Она купила себе плитку шоколада. Давление в горах в этот день было низкое, у нее самой давление пониженное, переутомление от похода надо было погасить хорошим шоколадом. Она посмотрела на расписание электричек «Ласточек», но пошла к автобусам. Сил у нее не было любоваться морем, которое было видно с перехода к автобусам.
   Три дня погода была облачной и прохладной. За это время обгоревшая кожа загрубела и стала облазить, то есть Сюзанна из стадии розового поросенка перешла в стадию змеи, меняющей кожу. На третий прохладный день она ринулась в бассейн, где накануне сменили воду. Вода была холодной, но она немного в ней поплавала, потом вышла из бассейна, полежала без дозы солнца на лежаке, еще раз окунулась в воду и поняла, что пора идти в номер.
Промерзшее тело она укрыла одеялом и уснула. Проснулась, а делать нечего. Кофе полстакана выпила и пошла в парикмахерскую. Тучи стояли над центральной частью города, поэтому она пошла в ближнюю парикмахерскую, где суетилась молодая девушка. Она в длинном в пол платье стригла мужчину. Вскоре подошла вторая девушка на высоких танкетках. Именно и она занялась волосами Сюзанны, которая захотела в сотый раз на голове сделать химическую завивку.
   — Женщина, я всех предупреждаю, что химия получается без мелких кудряшек! Состав импортный.
   — Пусть будет без кудрей. Мне и нужна слабая химия. Волосы у меня отросли, закрутить можно на крупные палочки.
   — Где у нас коклюшки?! — воскликнула парикмахерша, стоявшая за спиной Сюзанны.
   — В верхнем ящике тумбочки, — ответила девушка в длинном голубом платье, подстригая сидящего перед ней молодого мужчину.
   В салон вошел молодой человек с кудрями вокруг лысины:
   — Девушки, вы меня подстрижете?
   Девушка в длинном платье тихо сказала девушке на танкетках:
   — Возьми его ты на стрижку.
   Парикмахер Сюзанны сказала:
   — Зайдите через час.
   — Я приду ни минутой позже, — многозначительно сказала кудрявый и вышел.
   «Химию за час не делают», — подумала Сюзанна, которой на голове сделали проборы и накручивали на бумажки коклюшки.
   В это время пришел еще мужчина, которого две девушки послали за их заказом в столовой. Он вышел и достаточно быстро принес нечто в тесте. Сюзанне докрутили голову, обмотали лоб жгутом из ткани, нанесли губкой состав и оставили на двадцать минут. Девушки ушли кушать. Мужчин в салоне больше не было. Потом одна другой сделала прическу, прицепив ей накладные пряди. Сюзанне смыли состав и нанесли новый прямо над мойкой для головы. После всей процедуры на голове у нее действительно кудрей не оказалась, ей сделали укладку феном и расческой.
   Пришел кудрявый молодой человек на стрижку, а Сюзанне покрасила брови и ресницы девушка в длинном платье, так нажав на педаль кресла, что Сюзанна в нем почти лежала, потом она рассчитала Сюзанну и подсунула рваную купюру. На этом в парикмахерской все дела завершились для Сюзанны. «Статная женщина», — Сюзанну назвала продавец одежды. Сюзанна купила себе платье, пиджак. А потом ночью проснулась от мысли, что юбку к пиджаку не купила. Дня через два купила. В результате вещей стало больше, чем она принесла. В день отъезда пришлось целый мусорный мешок заполнить своими старыми вещами. Не все так просто, когда из средней полосы страны приезжаешь в субтропики.
   Пальмы, кипарисы, магнолии — это хорошо, но здесь ходят в обуви с держателем между пальцами. А Сюзанна югом не избалована, в пальцах у нее нет углубления для пляжной обуви. Кому смешно, а она все ноги стерла и купила три пары обуви. Одни, чтобы по гальке в море входить. Другие, чтобы от отеля до моря по асфальту и гальке до моря дойти. Третьи, чтобы пройти до магазина или вечером прогуляться по набережной.
   Сюзанна уехала в отель, где попыталась выйти в интернет. Она взяла маленький ноутбук и спустилась в холл к администратору. На стойке стояла табличка с кодом местной сети. Сигнал оказался слабым. Пока она делала попытки выхода в сеть, подошли два мужчины с багажом к администратору для заселения в отель. Один молодой и красивый с ходу стал шутить с девушкой, стоящей рядом с администратором. Второй, немолодой и некрасивый, волновался за сохранность своих вещей в отеле.
   — У вас номер как сейф, ключ электронный, — не выдержала Сюзанна нытья старшего из мужчин.
   — В номере есть сейф, — объявила администратор.
   — Вы так думаете? И не такие замки вскрывали, я ценные вещи буду относить администратору.
   Всем сразу стало с ним неинтересно. Сюзанна просто пошла в свой номер, первого она не запомнила, но второй отсутствием импозантности врезался в память. Так выглядят изобретатели типа ее отца. Вечером она решила перед ужином сходить в парк южных растений. Она взяла фотоаппарат и пошла, а навстречу ей шел чудак—человек в другой одежде, и выглядел он намного интереснее. Ладно, сняла она все интересные деревья, лебедей и отдельно цветущие магнолии. В парке были люди, которые сами снимались на фоне южной экзотики. И правильно.
   Солнце светило и грело. Сюзанна так и не купалась в море, боялась слишком холодных волн. Сегодня она пришла к выводу, что если уйти дальше от места впадения реки в моря, то там вода должна быть теплее. Точно, чем дальше она шла, тем песка было больше, людей больше на суше и в море, да и море теплее, а разница метров триста по берегу. Три раза она зашла в морские волны, а потом загорала. Народ прибывал. От человека до человека на пляже стало сантиметров 20. День выходной.
   Все плечи припекло. Сюзанна вскочила, надела блузку на мокрый купальник, пляжный платок подсунула под лямки купальника, с ног стряхнула песок, похожий на мак. В море плавали катера, бананы, плюшки за катером, но она метнулась в сторону отеля. Сюзанна шла по пеклу мимо мороженого, мимо кваса, мимо фруктов. Остановилась, выпила воду из бутылки — и в отель, пешком на пятый этаж. Она сняла с себя мокрый купальник, с нее посыпался черный песок. Встала под душ. Оделась. Мокрое полотенце и купальник прищепками зацепила к балкону. Теперь стало легче. Прохлада кондиционера успокаивала, главное не ставить его на 17 градусов, а ставить на 22 градуса. Холодный черный кофе — пара глотков, и мозг очистился от лишних мыслей.
   Сюзанна посмотрела на кафельный пол, раскрашенный под дерево, на окно. Она вышла на балкон. Слева серебрилась река. Горы и хутор виднелись справа на горизонте. Стройка была прямо перед глазами, рабочие делали четвертый этаж дома, справа внизу царила кузница под окнами. Немного послушав трудовые будни города, она спряталась в тишину номера и закрытых окон.
   Она включила телевизор, фильмы шли исключительно исторические, но изображение дергалось, словно по нему, а не по железу ударял кузнец. Праздник, даже горничные не рвутся в бой. Для отдыхающих сегодня большое шоу фигуристов на льду, но идти в холод не хотелось. Без такси не доехать. Автобусы ходят по городу, но Сюзанна их не понимает. Люди стоят, как на остановке, но никаких табличек, что это остановка — нет. Город имеет так много частных отелей, что нечто общественное в нем мало приветствуется.
Зато заглянула на рынок, который полностью принадлежит одной южной республике, товары и продавцы — все из той страны. Это хорошо, когда южная республика делится своими летними одеждами и обувью с южным городом, но все это только здесь и можно носить. Дома Сюзанне в этих вещах будет холодно. Короче, желание бегать и покупать себе нечто — пропало. Сегодня Сюзанна так накупалась и позагорала, что ощущает себя рыбой жареной. Она бы уже домой сбежала, но сама себя она ограничила отпуском.
   Жареная рыба на сегодня не хочет больше плавать. Да, вода теплая, день жаркий — все, как она мечтала, но организм не хочет идти в пекло или в воду. Кондиционер. Комната. Одиночество. Кстати, она здесь стала молчаливая. Говорить не с кем, можно иногда сказать пару фраз и не больше. Не жизнь, а счастье, с одной стороны, и скука — с другой стороны. И сбегать далеко, дорого и жарко. Делать из отпуска пытку не стоит, раз сегодня праздник, значит, число пыток жарой и водой можно сократить. Уговорила сама себя.
Пока Сюзанна просто пошла на пляж. На пляже 70 процентов — это женщины всех возрастов и дети. Мужчин мало, красивых мужчин еще меньше. Она пришла на муниципальный пляж, сюда приезжают не только со всех городов Большой страны, но и из соседних городков. Есть лежаки за деньги и песок даром. Вот и разделение между людьми. Почему красивых мужчин мало? Не любят они загорать или отдыхают не здесь.
С обгорелыми плечами она ринулась пешком в горы, держа аметист в обычной маленькой сумочке. Вид у нее был обычной тетки под голубой прозрачной накидкой, накинутой на обгорелые плечи. Шла, она шла, дошла до небольшой возвышенности. Поднялась на нее и увидела, как из такси люди выходят.
Подошла к такси, сказала таксисту, что хочет посмотреть олимпийские места.  Он согласился увезти ее в горы, сказав, что у нее будет всего 10 минут свободного времени. Ей хватило.
Так, если она не видит красивых мужчин, значит, она сама стала некрасивая или немолодая, что почти одно и то же. Нет, ни с кем на берегу у нее романчика не получилось. Она сама в себе. Она теперь любит себя: занимается спортом, делает массаж, купается, загорает и выглядит как копченая рыба. Если честно, то отдых в командировке — это тяжелая работа, если не сходишь на пляж, чувствуешь неудовлетворенность. Желание поговорить практически исчезает. Здесь не говорят, а переговариваются по ходу движения или месту, где загорают.
 
Глава 11

  Странной собеседницей оказалась девочка. В бассейне при отеле с утра плескались дети, а их мамы лежали под стеной в тени, к полудню тень исчезала, и шумная компания покидала бассейн. Все ушли, осталась девочка лет десяти. Девочка оказалась разговорчивой. Прилетела она с берегов реки, впадающей в озеро Байкал, но сам Байкал не видела. У нее был маленький братик из серии капризных маленьких тиранов, ему не было еще года. Братик много ел, но ходить не хотел. Девочка к нему относилась плохо, он мешал ей спать, отдыхать, поэтому она предпочитала уходить из дома и быть одной. Сюзанна попыталась с ней разговаривать на уровне сказок, девочка обиделась.
   Впервые Сюзанна поняла, что эта девочка как маленький волчонок. Ей все не нравилось. Не нравилась стройка, которая примыкала к отелю и бассейну, не нравились самолеты, летящие низко над городом и совсем рядом с бассейном. Ей не нравился кафельный пол, потому что братик на него падает и плачет, а ходить совсем не хочет. Девочке все не нравилось. При этом она спросила у Сюзанны, что надо делать, чтобы жить очень долго, она сказала:
   — Я понимаю, что надо правильно питаться и заниматься спортом. А еще что влияет на продолжительность жизни?
   Сюзанна удивилась такому вопросу, но ее братик был в отеле с мамой и бабушкой, возможно, она за бабушку волновалась.
   — Надо быть благожелательной к людям. — сказала Сюзанна.
   Девочка удивленно на нее посмотрела:
   — Это еще что такое?
   — Надо по—доброму относиться к людям. Надо помогать братику ходить, чтобы он не капризничал.
   — Он не хочет ходить, он только ест и ползает, — с ожесточением в голосе, проговорила девочка.
   — Надо видеть хорошее вокруг себя. Посмотри: небо голубое, солнце светит, цветы цветут. Красота!
   — То, что плохо, находить легче, чем хорошее, — ответила девочка. — Я в этот отель никогда больше не приеду.
   — Здесь хорошо кормят.
   — Мы не ходим в столовую, мы едим у себя в номере. В нем не было даже кровати для меня, ее принесли и оставили.
   — Вы на самолете прилетели? — спросила Сюзанна.
   — Да, мы прилетели на самолете. Летели пять часов. Мне лететь понравилось.
   Сюзанна поняла, что девочка живет в таком номере, где она живет одна, а их четверо там живет. Поэтому Сюзанна приехала на поезде, а если бы она прилетела на самолете, так и у нее не было бы денег на питание в столовой при отеле, нет, она бы нашла выход. Если от стоимости билета на самолет отнять стоимость проезда в плацкартном вагоне, получается стоимость еды при отеле.
Арифметика. А их прилетело четыре человека, и летели они долго. Девочка через час убежала в номер, прихватив все свои вещи. После ужина Сюзанна решила подняться к бассейну, расположенному на уровне второго этажа. Она видела, как туда унесли поднос и три высоких стакана. В левом углу от бассейна сидели три парня, которые пили пиво. Справа от них сидела девочка. Поздно вечером некая женщина ходила по этажам отеля и кричала имя. Может, так звали эту девочку? Дня через два Сюзанна мельком увидела мать и девочку перед своим отъездом домой.
   Ладно, что там говорить, хуже то, что из отеля надо выехать в 12 часов дня. Это бич нервной системы. Поезд идет в 20 часов, что делать 8 часов? Мало того, Сюзанна встала и до завтрака собрала все вещи, она спустилась с пятого этажа с вещами без лифта, позавтракала, взяла обед сухим пайком. И пошла она с вещами до автобусной остановки через мост, построенный в год ее рождения. На вокзале она была в 10 утра. Можно бы еще куда съездить, но чемоданное настроение съедает физические силы. Она сдала чемодан в камеру хранения, пошла на берег моря. Посидела на берегу, на море посмотрела, на небо. Почернело небо от туч, пришлось идти в здание вокзала. Она села и уснула. Проснулась — за окном дождь идет. Над головой постоянно звучат объявления, которые не рассчитаны на длительное пребывание в здании вокзала. Вокзал огромный, залов ожидания достаточно, звукоизоляция от объявлений отсутствует.
     Стоило ли ехать в город магнолий и моря? Скорее да, чем нет. Сейчас перед Сюзанной огромное окно вокзала, слева море, прямо перед ней железнодорожные пути, справа идет поток машин. Если смотреть прямо перед собой, то за железнодорожными путями видны горы и сам город Сочи. Над морем, недалеко от берега, парит воздушный шар. Очень хочется встать и пойти к морю, ждать еще долго. Пошла Сюзанна к морю второй раз, пока ждала поезд. К ней подсела женщина с древними ногтями. Ей было под восемьдесят лет. Что она могла сказать о себе? Оказалось, что она работала инженером энергетиком и в старые времена ездила по санаториям. Теперь она старая, но самостоятельная старушка, живет недалеко от моря. Сюзанна позагорала, поговорили, поснимала море и пошла в здание вокзала, по дороге со старушкой энергетиком она разминулась.
   Поезд ждала долго, но подошел он быстро. Электронный билет она едва предъявила, как проводница сказала, что она уже знает, что Сюзанна едет в ее поезде. Прогресс за две недели. Электронные билеты стали набирать силу. Приятно. Вагон — просто прекрасный. Купе — отменное, с диванами. Сюзанна разместила свои вещи, переоделась и залезла на вторую полку. На следующей станции в купе зашла пожилая женщина с пареньком и независимая молодая женщина. На сутки — это и была компания Сюзанна. С вечера она уснула и проспала половину суток. Остальные тоже спали после отдыха.
   Пожилая женщина оказалась разговорчивой, но говорила она исключительно о внуке и его образовании. К ней подключилась с разговором молодая женщина, которая говорила о дочке, оставленной с няней на море. «Жизнь у них удалась», — так думала Сюзанна, слушая соседей по купе. Самой ей исповедоваться совсем не хотелось, она скромно лежала на верхней полке. Пару раз она подсаживалась к соседкам, больше слушая, чем говоря.
Пожилая дама оказалась с характером, ей было 65 лет, из них два года она не работала, чему очень радовалась. Теперь она ездила с внуком то по югу, то по северной столице. Внук явно был с гуманитарными способностями и легко сопровождал бабушку по музеям и паркам. У нее был муж, который и являлся их спонсором, а сам он ездил на машине, встречаясь с ними в местах путешествий и расставаясь. Круто.
   Молодая дама была из серии деловых женщин. Она вся в делах, о муже сказала мельком. Ей много приходилось ездить и работать. Она постоянно разговаривала с няней по телефону. Поезд шел быстро, за окном мелькала зеленая растительность всех типов. Кондиционер работал. Край магнолий и кипарисов пришлось покинуть. Отпуск кончился. Что удивительно, у Сюзанны возникло ощущение, что все ее оставили в покое.  Все! Она свободна от прошлого! От полетов в прошлое!

День всех влюбленных Сюзанна и Костик отметили полноценной влюбленностью. После любви Костик исчез в снежной пелене жизни. Попытки Сюзанны вернуть Костика, ставшего давно близким человеком, не увенчались успехом. Нельзя сказать, что она его раньше не знала. Они были женаты. Они встречались по работе в официальной обстановке. Но знала она его - плохо. Женщины бывают разные, а молодая женщина Сюзанна, была влюблена в незабвенного Костика.
 Костик с Сюзанной вспомнили о себе и решили встретиться. Дача Сюзанны к этому времени имела весьма приличный вид и нравилась Сюзанне. Костик не был сексуально голоден, ему хотелось поразвлечься, а лучшей партнерши, чем Сюзанна не найти.      
Жизнь Сюзанны шла вперед с долей грусти, страха, отчаяния, с постоянной борьбой за спокойствие, хотя бы внешнее. Нельзя реветь. Нельзя много говорить. Жизнь ее состояла из сплошных запретов и практически бесплатной работы. Есть люди, кто работает за деньги, а она всю жизнь работала за спортивный интерес. А человек без денег – всегда не прав, всегда всем должен, всегда обязан обслуживать тех, кто с деньгами, кто сильнее физически, или наглее по человеческой природе.
     Зеленые растения. Зеленые платы. Белый снег. Белые чертежи. Коричневый кофе или коричневый чай появляются в кружке на столе. Жизнь умственная и физическая переплетаются. На черном фоне компьютера появляются белые и зеленые линии будущего изделия. Чай исчезает из кружки. Вентилятор обогревает снаружи. Жизнь продолжалась.
             В одно прекрасное, зимнее утро Костик пропал. Сюзанны не было на работе недели четыре. Когда она появилась на мраморных лестницах фирмы, его фигуры нигде не было видно. Женщины при встрече с ней молчали, шуток не извергали. Мужчины бросали в ее сторону настороженные взгляды. Вакуум. Костика нигде не было, и все молчали. Она зашла в его лабораторию, но его царственное место извергало безмолвие. Она звонила ему, но в ответ слушала пустоту.
         Сюзанна стала ходить без каблуков, с прямыми волосами, с бесцветными ногтями. Она не поднимала глаз на встречных людей, практически никого не приветствовала. Она превратилась в серую мышь, которых люди травят ядами. И ее отравили, но дозу не рассчитали. Врачи привели ее в чувство.
        День ото дня становилось ей хуже. Нет, физически она пришла в себя, но внутри ее была пустыня. Ее жалобы никто не воспринимал всерьез. Внешне она вела обычную жизнь. Она по-прежнему жила, работала, но как-то все было не так, как надо. Любила ли она? Когда-то да. Она осталась одна. Костик исчез.      
   Снег за окном. Он дома. А она не пошла к нему. Почему? У него темные, стоячие волосы, зачесанные назад и карие глаза. Он страус - Костик. Он умеет прятаться от нее головой в морской песок. И он далек от нее. 
Солнце светило почти в окно. Окно отражалось в больших очках. Сюзанна покрутила в руке аметист и продолжила писать. Она, когда брала аметист в руки, всегда испытывала желание писать, или вспоминать, или придумывать новые истории или конструкции. Аметист олицетворял осколок ее вдохновения.

   С годами Сюзанне жутко надоело смотреть на рыбу, стоя над плитой и пытаясь ее поджарить. Сейчас она рыбу готовит так: в сковороду наливает растительное масло, воду, майонез, чайную ложку муки. Мороженое филе режет на куски и кладет на сковороду в холодное приготовленное месиво. Добавляет горстку замороженных овощей из пакета. Готовит минут двадцать на тихом огне после кипения.
   Сюзанна вспомнила, что где-то на полочке стоит скипидар, или точнее скипидар. Она собрала остатки воли, поднялась, включила воду в ванну, налила в нее скипидар для поднятия давления и для понижения давления. Температура воды была около тридцати семи градусов, она еще кинула в нее какую-то соль, что под руки подвернулась и легла в воду.
   Рост у нее большой, ванна небольшая, поэтому вся она в ней не умещается, так и перемещается, то одно греет, то другое. Через полчаса она вышла из ванны и легла под теплое одеяло на полчаса, но уже включила телевизор и осознанно смотрела на экран. Через час она уже гладила белье, забыв, что полтора часа назад концы отдавала. Вот и весь выход из стопроцентной слабости и внутреннего охлаждения, хотя температура в комнате была нормальной.
Сюзанна с января месяца стала ходить на атлетическую гимнастику. Это не штангу поднимать, а просто час заниматься с гантелями или с палкой на коврике.  Таким образом, она приобрела еще одну группу знакомых. Группа состояла из женщин и одного мужчины, который через месяц перестал ходить на занятия.
 Самые рекламные диеты — кремлевская и японская. Сюзанна не в Кремле и не в Японии, ей бы что попроще, и чтобы чувство голода не угнетало ее своим остросюжетным состоянием. Лучше читать остросюжетные романы, чем ощущать острый голод. И все же — начинает сбрасывать на то, что эта борьба при жизни прекратится, ничем не подтверждается. Сняла острые моменты, появляются тупые, а сними бороться труднее, из-за несговорчивости тупых проблем.
   Можно не бороться и пустить здоровье на самотек. Поэтому становится понятно, почему людей отпускают на пенсию, им предоставляют время на борьбу за остаток собственной жизни, и дальнейшая судьба зависит от самого человека, а, чтобы сильно не прибавляли в весе, пенсия носит весьма умеренный вид. И пока это время свободы не наступило, все попытки восстановить молодость в стареющем организме мало имеют общего со словом «удача», но кое—что сделать удается.
   Наконец-то найдена причина холодной кожи на ногах! Ура!? Ясно, что теперь надо лечить, но именно это никогда не удастся сделать. Или можно? А как на работу ходить на этих, холодеющих ногах? И вот появляется мини отпуск для больших дел. А в успех не верится. Массажи? Много средств за мини эффект. Голодовки или жизнь на грани диет? В выигрыше из всех вес, а не хранить свой обычный. Ставит рядом с собой сок, рекомендованные по группе крови, и пьет, а остальное, то есть вид выбранной диеты, сохранит она в тайне до поры, до времени.
А время идет и проходит…
   Что произошло на земном шаре? Серия землетрясений — если не верить, что цунами произошло естественным путем из-за смещения пластов на дне океана, то уже сделали люди предположение, что произошел неудачный ядерный взрыв. Закрученная волна, снятая из затопленной машины, обошла Всемирную паутину. Красивая волна, но страшные у нее последствия. Выводы одни — жить надо на материке, а не на островах, но людям этого не объяснить. Вид на океан их привлекает больше, чем вид на леса и горы.
Итак, жизнь прекрасна, но адские боли не утихали. На работе Сюзанна Ивановна почти не вставала с рабочего места, ходячая работа накапливалась. Она на пенсии, но работает. Кошмар! Теперь понятно, почему существует пенсионный возраст, наступает предел здоровой жизни, остается период разрушения организма. Упорство — главная черта женщины в жизни, лечь на пенсию она не хотела, и она ела витамины, восстанавливающие функции организма. Дико заболела рука. Ой, мама, больно! На пятый день боли стали стихать. Она проснулась и, не вставая с постели, стала делать лежачую гимнастику. До чего она дошла! Гимнастику делают в постели, чтобы заставить их двигаться без боли. Ой, она пошла на работу.
   Попытки поднять ногу на десять — пятнадцать сантиметров для того, чтобы подняться с проезжей части дороги на пешеходную дорожку, не увенчались успехом. Она шла из магазина с двумя сумками домой, но домой она не могла попасть из-за такой нелепости. Электра Ивановна прошла туда-сюда по проезжей части, нашла пологий переход, и пошла по пешеходной дорожке. От лифта ее отделяли три ступеньки на улице, и восемь ступенек в подъезде. Цепляясь за все что можно, она поднялась по ступенькам.
  С каждым днем ее ноги стали вести себя хуже и хуже. И тут она поняла, почему женщины идут на пенсию раньше, позвоночник практически вышел из строя, ноги двигались с большим трудом. Боли в ногах становились нестерпимыми. При этом она работала, она продолжала ходить на работу, но это было ужасно. С утра ей могла позавидовать только баба-яга. К врачам она не обращалась с незапамятных времен, больничные листы ведут только к увольнению.
   Следовательно, и в такой ситуации Сюзанна должна была быть — здоровой! Не даром она любила мебель семнадцатого – восемнадцатого века, когда женщины были – сударыни! Но она не могла даже сесть. Она приходила на работу и кружила вокруг стула, пытаясь — сесть. Хуже всего было после четырех часов, поэтому она сократила рабочий день на один час, чтобы вообще дойти до дома. Она шла так медленно, что черепаха ее могла легко обойти. Боли и полное непослушание со стороны ног довели ее до того, что она стала смотреть в сети, какие костыли бывают и для чего. Вот тебе и сударыня… Достаточно ныть.

Все помощники хороши на один раз, благородство быстро надоедает.
Самоизоляция – дабы не заражали. Теперь все ОРВ вне закона, чтобы не болеть – надо гулять, теперь – надо сидеть дома. А все ли смогут выйти не улицу после длительной самоизоляции?
— Так вот почему существуют особняки, дворцы и замки?! В них есть, где гулять! – воскликнул Костик.
— Есть вещи, которые трудно понять.  Трудно понять, когда уничтожают красную икру браконьеров. Ну, нашли – так отдаете – Съедят люди. Когда уничтожают новые дома, если их не совсем там построили. Глупость несусветная. Подумайте, может, они на месте встали?! Уничтожают продукты в магазинах, нет, чтобы за два дня до срока людям отдать.
— Почему это вспомнилось?
— Сегодня пошла в Сети информация, если соседям по дачному участку ваши постройки не понравились, вы их обязаны снести.
— Что это, если не призыв к вражде между дачными соседями?! – воскликнул Костик.
— Короче, у всех, кто создает законы и ограничения, есть особняки. 
Так разрешите пожилым людям сесть на скамейку у дома!!!
По поводу совместимости. Капуста и сосиски – классика, пирог с капустой – нормально, сосиски в тесте – обычная вещь. Поэтому жена сделала пирог с капустой и сосисками. И что? Есть надо сразу, потом неинтересно.
— Уже следующий эпизод рассказали о смерти на скамейке у дома. Но далеко не пожилой женщины. Ее на вирус проверяли. Довезли до скамейки, а она через минуты умерла.
— Что показала самоизоляция? – спокойно спросил старче.
— Что метро, самолеты – все это, может быть, а может и не быть. И если все сидят дома, то бордюры отдыхают, по ним никто не ходит. Что соседние страны и регионы легко друг от друга закрываются. Что лес и детские площадки принадлежат не народу.
Что все могут работать и учиться удаленно, если они сами не касаются того, что придумывают. Что людям мало надо.  Но, они начинают сдвигаться по фазе и искать замену общения.  Потом скажут цифры. Нельзя одним возрастом грести как граблями. Люди разные. Это я прочитал, что людей в 70 лет на дачу не пустили.
— По закону должны пропустить, — устало сказал старче и пошел на самоизоляцию по возрасту.

   Домашняя пальма улыбалась чистыми листами двум любящим друг друга людям. Сюзанна улыбалась. Серафим Сергеевич хмурился. Кто из них пальма? Но сейчас не об этом.  Он долго ждал ее, очень долго, недели две. Он писал письма не е—мейл ежедневно, но она не отвечала. Он посылал приглашения в ресторан, но она не приходила. Он писал стихи собственного сочинения, но она молчала. Он стал худеть, и мало бриться, его лицо стало хмурым, непроницаемым.
   Сюзанна погрязла в рабочих и домашних проблемах, мельком читала его сообщения в почте и сбрасывала их в один файл. Дела цеплялись одно за другим, возникали предвиденные и неожиданные проблемы. Сюзанна в добавок свалилась со стола, на который залезла, чтобы..., но это неважно. У стола подломились две ножки. Полет в пространство был неожиданным. Вся оргтехника на столе наклонилась и съехала с него, как с горки. Компьютер выдержал падение и вновь заработал. Головокружение от падения прошло через полчаса. Ссадина на ноге...
   А теперь они лежали под домашней пальмой на огромном лежбище. Ссадина на ноге сверкала всей своей красой.
   — Я тебя звал, звал! Когда ты одна, ты только падаешь! Ты даже рану не смазала.
   Серафим достал йод, крем, для заживления ран, смазал рану:
   — Следующий раз, когда придешь с двумя новыми ссадинами, хоть эта заживет.
   Он обнял ее, она сдвинула ногу в сторону, чтобы до ноги мужчина не дотрагивался.
   — Сюзанна, я готов жениться на тебе! — воскликнул Серафим и потонул в недрах ее души.
   — 'Если б я была царицей', — сказала Сюзанна, лежа на плече у мужчины.
   — Зачем тебе это нужно? — спросил он, обнимая ее.
   — Я бы наложила запрет на любое строительство в центре города! Изменение структуры земли в центре города за пределами здравого смысла. Жажда наживы женщинам, когда они зарабатывают от столкновения с мужчинами, земле—матушке, когда ее долбят сваями, здоровья не приносят. Изрытые, многократно застроенные земли просят отдыха. Снесли гостиницу, а взамен скверик посадить и все.
   — Значит, я порчу твое здоровье? Земля в центре города меня не волнует, а за экономический ущерб тебя и дня царицей не продержат.
   — Жаль, землю жалко, — пропела она и поцеловала его в щечку.
   — Птичек лучше пожалей. Их совсем извели, — нервно изрек Серафим и крепко сжал в своих объятиях не царицу, а — женщину.
   — Знаешь, почему две башни протаранили самолеты? — спросила Сюзанна провокационно у мужчины, поднимаясь с постели, свесив ноги с одной ее стороны.
   — Террористический акт — ответил Серафим, свесив ноги с другой стороны постели.
   — Акт он и есть акт.
   — Ты, чего попугая изображаешь: акт, акт, акт.
   — Две башни — это ноги.
   — Чьи ноги, великана? — спросил мужчина, направляясь к двери комнаты.
   — Не знаю. Если ты лежишь на пляже, перед тобой стоят ноги и мешают смотреть вдаль.
   — Ты еще подумай. Стоэтажные башни, ноги, пляж, — проговорил он.
   — Башни мешали смотреть вдаль, но кому? — протянула Сюзанна, наливая кипяток на щепотку растворимого кофе в чашке.
   — А, что изображали два самолета, тараня башни? — спросил Серафим, наливая воду, в кружку.
   — Две стрелы амура.
   — Хочешь сказать, что кто—то мстил за поруганную любовь? Ведь сильно пострадали рестораны, а повар вылетел в окно.
   — Мужская месть, — заметила Сюзанна и вышла из квартиры.
  Сюзанна подождала, пока Серафим закрыл входную дверь в квартиру, и подошел к ней. Почти одновременно открылись двери лифта. Женщина посмотрела на себя в зеркало на стене лифта, перевела глаза на лицо мужчины.
Серафим неожиданно спросил:
   — Почему свая угодила в вагон метро?
   — Потому что я позвонила тебе, что еду к тебе, забыл?
   — Ты кого из себя возомнила?
   — Себя и возомнила царицей.
   — Ладно, проехали, ты ведь не была в том вагоне метро.
   — Я долго делала прическу, это меня и спасло, я опоздала в тот вагон. Когда я подъехала к метро, вход был уже закрыт, поэтому взяла такси, а когда подъехала к следующей остановке метро, и эта станция метро закрылась, так и приехала к тебе на такси.
   — Стоп, — сказал Серафим, открывая дверь подъезда передо мной, — почему из—за тебя вонзили сваю?
   — Ты забыл, что я работаю в большой компании, что мой телефон на прослушивании, когда я сказала, что еду к тебе, шеф дал команду, ударить сваей по моей измене.
   — Ладно, свая в метро местная, но две башни они за морем—океаном находились, с кем ты там говорила? — спросил Серафим, выходя на дорогу, покрытую асфальтом и редкими наплывами льда.
   — С подругой говорила.
   — Что?! Ты и там успела поговорить? Я в шутку спросил.
   — Она была в том ресторане на шестидесятом этаже за сутки до катастрофы.
   — Врешь или придумываешь?!
   — Еще чего, ее перелет через океан есть в списках аэрофлоте.
   Они остановились на дороге.
   — Так, а какое отношение ты имеешь к птичкам? К петушкам и курочкам, которых уничтожают?
   — Я еще про башни не договорила. Известная парочка встретилась в одной из башен, по принципу, народу много не заметят.
   — А кто им мстил?
   — Не знаю. Я предполагаю.
   — Тогда говори про птичек.
   — Не скажу, я про птичек сказку сочинила, она в конкурсе победила.
   — Из-за конкурса объявили птичий грипп?
   — Не знаю. Может быть.
   И они пошли дальше.
   — Я все насчет сваи, Сюзанна, если я твой единственный мужчина на данный момент времени, то какая может быть измена тебя со мной? — спросил лорд Серафим.
   — И я так думаю, какая? — ответила она.
   — Сюзанна, логики у тебя никакой нет, — заключил Серафим.
   — Есть логика, я обычная турмалиновая особа. Ты любишь каменный уголь, а я люблю турмалин.
             — Логично, главное благоразумно.

Зоя сидела в офисе детективного агентства «Блеф» и писала о том, о сем. Ступор, отчаяние, безделица и пустота. К чему все это? Завершение работ, надо бы из воздуха взять тему для романа. Ау, тема? Не слышит. Муть требует от нее написать расследование преступления, но и без жути многое в жизни муть, но об этом молчок, темы не ее. На каждую тему есть почитатели и писатели. И почему она постоянно прошлое участников событий вынуждена тревожить?
Она за рекламу денег не получает, а ей достается писать неизвестно что. Еще бы понять о каком событии она еще не писала. Ау, десятое колено из вечности, подскажите тему!
Зоя сидела в офисе и от тоски вспоминала дело с набалдашниками лорда Серафима. И не зря, в офис зашел шеф Илья Львович. Одежда на нем была странная, словно из другого мира.
- Илья Львович, что с вами? – недоуменно спросила Зоя.
- Вас Зоя зовут? – спросил шеф.
- Вы, что меня совсем забыли, Илья Львович?
- Слабо было ответить на мой вопрос? А. Зоя?
- Вы кто? – Зоя на компьютерном кресле отъехала от своего стола.
- Сообразила, что я не ваш шеф. Я – его двойник Костик Пион! Не слыхала обо мне?
- Слышала о ваших подвигах, но это был так давно!
- Уже проще лицо сделала. Слушай, у меня к тебе дело! До меня долетали слухи об убийствах какими-то набалдашниками. Дело осталось почти нераскрытым, но мне это ни к чему. Мне нужны набалдашники!
- Круто! Кого убивать собрались, господин Пион?
- Зоя, умеешь говорить! Мне нравится такое обращение.
Зоя посмотрела внимательнее на Костика Пиона.
- Мне нужны набалдашники не для убийства, а для раскрутки моего бизнеса!
- Решили кресла со львами выпускать?
- Слабое предположение. Я хочу одну приморскую деревушку сделать процветающим центром отдыха!
- И каким образом?  Намекните свою цель, тогда скажу у кого набалдашники можно взять.
- У ты какая! Все просто. Все любят драгоценности, но желательно даром, и не на блюдечке, чтобы с интересом.
- Отливки не драгоценности, а костяные образцы из бивня мамонта денег стоят.
- Молодец! В приморской деревеньке водятся в середине лета только медузы в прибрежных водах, из них отливку не сделать, но можно сделать приманку.
- Круто, еще немного и я вас пойму.
- И понимать нечего. Я хочу литые болванки покрыть как минимум позолоченной краской, засунуть их в крупные медузы, и разбросать по берегу. Пригласить типа журналистов, пусть поведают миру о находках.
- Смешно. Медузы с вами согласятся?
- А куда они денутся, есть паренек, который прямо в море в них вложит золотые самородки и сам на берег вынесет.
- А их в траве никто не заметит. Траву морскую сами убирать будите?
В целом, забавно. Но набалдашники в ведомстве лорда Серафима и его соседа Кузнецова. Между ними курсируют некая Сюзанна. С кого начнете, господин Пион?
- О, мне имя подходит! Телефончик Сюзанны не дашь, Зоя?
- Но у меня предложение, не надо медузы из моря вытаскивать, пусть они останутся в море, у самого берега, но не с набалдашниками, а золотыми шарами. Кузнецов вам их отольет из чего хотите, и меньших размеров, дабы медузы их не сразу отвергли.
- Голова! Я с тобой играю. Тогда дай номер этого Кузнецова!
- Люди у берега плавают на катамаранах, с них медузы с шариками заметят. А если в них вложить светодиоды, то ночью будет просто морской шик.
- Зоя, я твой навеки! Авантюра – это мой второй профиль.
- А вам какая выгода, если берег засветится?
- Сколько мне быть на побегушках? Хочу открыть небольшую гостиницу на первой линии, сейчас ее можно купить недорого, но нужны постояльцы. А, где их взять, если их нет.
- У… Оно вам надо. Шарики вам дорого обойдутся. Если вы бедный такой. Дам мысль проще. Купите шарики теннисные и сделайте светящимися, но в медузах.
- Ба, как женщина! Тогда зачем мне Сюзанна! Мне и Зоя подойдет.
- Без отчества я явно моложе. Могу с вами поехать, а то мой шеф любит свою деревню, а я поеду в вашу деревеньку.
- Так это они рядом находятся. Есть у меня умелец, он сделает золотые шарики с подсветкой. Слушай, а, если гирлянду в море кинуть, изолированную от воды?
- Тогда вы не господин Пион, а просто Костик. Гирлянда – неинтересно. А медузы – забавно. Нужен маленький секрет для большой компании. Есть некий Костик, мой бывший, он вам все сделает.
- Ха. Так я слышал, что этого Костика-хоккеиста и обвиняют в убийстве трех человек.
- У вас ложная информация. Он чист. Виновник наказан.
- Скучно. Мне стало скучно. Болванки могли упасть на дно, их бы стали искать, а шарики всплывут и никого не привлекут.
- Согласна. Не хотите иметь дело с Костиком. Тогда вам к Сюзанне, она к Костику неравнодушна. Еще она не ровно дышит к Кузнецову и к Лорду Серафиму.
- Она любит красные вещи? Меня вся эта мужская тройка интересуют, а она между них как медуза в море.
Зоя написала телефон Сюзанны и протянула бумажку клиенту.


Глава 12

     Во сне Зое приснился лифт нового поколения без дверей. Шахта в лифте имела пару рельсов по высоте шахты, по ним скользила площадка. И все! Вся техника. Просто до безобразия и надежно. Если площадка лифта, где и застрянет, так воздух останется и сообщение с теми, кто идет по лестнице. Короче, лифт должен быть прост и надежен! Когда лифтер открыл дверь в лифте, и выпустил женщину на волю, он невольно воскликнул:
   — Вы хорошо выглядите для человека, который час посидел в лифте.
  Зоя не знала, что не все выдерживают сиденье в лифте. В этом году в ее подъезде умерло несколько человек, которые не выдержали перебоев в работе лифта. Сердце. Не так страшно находиться в закрытом лифте, как плохо без воздуха.
   И кто сказал, что пятиэтажные дома — это плохо? В них не было лифта, и это было хорошо, но жители об этом не знали, поскольку не коротали время в лифте. Она стала ходить пешком по ступенькам. По ТВ показали новый высотный дом высотой в полтора раза выше телевизионной вышки.
Да, она узнала человека, построившего небоскреб. Как человек вырос! А она постоянно изображает нищету. Да она могла бы накрыть царский стол и жить в доме без лифта, но чувство самосохранения заставляет быть ее осторожней. А все почему? Потому что, она родилась со страхом.
Страх страхом, но Зоя пришла в свой офис. За окном остался дождь и сон. В офис вошел сам Илья Львович.
- Здравствуйте, Илья Львович.
- Привет, Зоя! Я думал, что ты уже забросила этот офис.
- Вас очень долго не было.
- Да, поехал в отпуск на юг. Хотел с сестрой познакомиться, да еще и женился. А сейчас мы почти в разводе. Что тут было без меня?
- Приходил Костик Пион, я ему дала телефон Сюзанны. Она из него тракториста сделала.
- Неплохо, много я его шуток в свое время пресек.
В офис вошел представительный мужчина, с зонтиком. А капли дождя он явно сбросил на крыльце.
- Костик Петрович, какими судьбами? – спросил Илья Львович.
- Наслышан о вашем деле с набалдашниками для тросточек.
- Мир узок. Вам они к чему?
- Была у меня тросточка с бриллиантами, а теперь хочу тросточку от лорда Серафима.
- Интересно девки пляшут. Мы – какое-никакое агентство, а не филиал лорда Серафима.
- Мне бы его телефончик или адресок, я бы был премного благодарен.
- У нас есть телефон Сюзанны, - вставила фразу Зоя.
- Сыщица заговорила. Сюзанна, Сюзанна. У меня есть Сюзанна Ивановна. Забыла?
- Трудно забыть Алмазную даму.
- И это правильный ответ. Так как насчет лорда Серафима? Уж больно хвалят его тросточки. В открытом доступе его данных нет.
- Лорд Серафим – сотрудник серьезной фирмы. Набалдашники – его хобби. Я давала телефон Сюзанны, в результате у нее с клиентом получился тракторный роман. Сюзанна все знает о лорде Серафиме.
- Хорошо, дайте телефон Сюзанны. Она любит красное вино?
Илья Львович с укоризной посмотрел на Костика Петровича.
Зоя протянула бумажку с номером телефона.
Костик Петрович взамен протянул купюру Зое и откланялся.
Илья Львович нахмурился. У него возникло чувство, что он что-то в жизни упустил.
Дождь за окном кончился. Стало тихо-тихо.
В офис вошла Лиана.
- Мужа могу найти только на рабочем месте, - проговорила она спокойным голосом.
- Лиана, мы с тобой все решили. Ты живешь на море, я на суше. Извини за каламбур. Нормальные семейные отношения. Что ты от меня хотела?
- Ровным счетом ничего. Мимо проходила. И зашла.
- У нас затишье. Только что вышел заказчик. Денег особых у меня нет.
- Я хотела сказать, что уезжаю к родителям в соседнюю область.
- Как все запущено. А дочь Лина с тобой уедет? Все бросит и уедет?
Хочешь, слетай на свой Нетронутый остров и возвращайся домой.
- Мысль хорошая. Одной лететь не хочется.
- Я понял, тебе нужны приключения. Найди их, съезди к родителям и возвращайся.
- Я подумаю, - прошептала Лиана и вышла из офиса.
Зоя посмотрела в окно, из-за туч появилось солнце. Она подумала, что Жемчужная леди себе верна. На Лиане были бусы из черного жемчуга.
 - Зоя, давай прикроем лавочку и разойдемся по другим рабочим местам.
 - Надо создать свой сайт или страничку с объявлением, или дать рекламу.
- Дожили.
В офис зашла Марина. Зоя прекрасно знала, что она первая любовь Ильи Львовича, еще она сотрудница Изумрудного мага.
- Марина, здравствуй! Что случилось?
- Илья Львович, Инга волнуется, куда-то пропал Костик Пион.
- Я уже слышал, что Костик стал трактористом.
- Ты шутишь?
- И чего твоя подруга Инга беспокоится? У нее и без него тьма защитников.
- Костик – первый друг Инги, если не второй.
- Марина, Костик в порядке. Жив, здоров. Живет в деревне. Хотите, ищите его там. Он сменил амплуа.
Марина посмотрела на Зою, подняла руку в знак приветствия или прощания и вышла.
Кашляя, в офис занырнул некий Степан Степанович.
- Приветствую, господа хорошие!
- Здравствуй, Степан Степанович. Что Вас к нам привело? Дело ваше давно закрыто.
- Скучно стало. Слышал я про ваше дело о набалдашниках.
- А вам то они к чему?
- Хорошую вещь всегда можно пристроить. Но, где их взять – нигде не пишут. Алевтина меня надоумила, к вам послала. Иди говорит и без болванок не приходи.
- Набалдашники из аметиста.
- А нам сменить направление, только подпоясаться. Телефончик не дадите?
-  Сюзанна всех не выдержит, - заметила Зоя и усмехнулась.
Так или не так, а Зоя опять сидела в офисе. Пришел Костик. Сел устало на стул.
- Зоя, я устал от Сюзанны.
- А я здесь каким боком?
- Помните мы мечтали о медузах? А я встретился с Сюзанной и стал – трактористом, а не бизнесменом.
- С кем поведешься.
- Мутит любовь Сюзанна здорово, но она от меня ушла к лорду Серафиму.
- Я вас предупреждала, что она девушка, скажем проще, энергичная.
- Ну, да. Без фантастики и авантюризма.
- А как деревня поживает?
- Я в деревне между трех собственных теток заблудился на тракторе.
- Сочувствую. А у меня собачки, они вас не примут.
- Да, понял, я понял. А как все красиво начиналось…
- Еще не поздно начать все снова.
Вышел Костик, а вскоре пришла сама Сюзанна.
- Зоя, ты зачем ко мне людей присылаешь? Я не знаю, что им говорить. Серафим Сергеевич и Григорий Спиридонович отказываются говорить на тему болванок для тросточек.
- Сюзанна, люди просят номер телефона лорда Серафима. Что мне им отвечать?
- А ты лучше ответь конкретно на простой вопрос «Кто убил трех человек на балконе Серафима?»
- Ответ есть на твой вопрос: «Всех троих убил муж Галины!» Напомню. Галина родила не от мужа. Алевтина была первой любовью мужа Галины. Галина сама достала Костика, он выехал из квартиры и там временно жил муж Галины, еще до ее родов. Мотив его поступков – месть обыкновенная.
- Ладно, Зоя, присылай ходоков до отливок. Теперь все понятно, и я думаю, что работа над набалдашниками продолжиться…
На столе Зои стоял маленький кактус в горшке, запаха от него не было никакого.
   Зоя купила дом рядом с конюшней. Тем временем котята в конюшне подросли, их подкармливали, а они исправно ловили полевых мышей, дабы лошади на мышей внимания не обращали. А вот Зоя перестаралась. Она грамотный сотрудник. Ей стали на дачном участке переделывать часть газопроводной трубы, в соответствии с планом. Она посмотрела, сколько стоят трубы, потом засекла время работы газорезчиков, и отсудила у них половину денег, заплаченных ею местному Газпрому. Когда дело дошло до оформления бумаг, то все службы встали против нее. Короче, пока она не заплатила в два раза больше выигранной в суде у них суммы, ей бумаги не оформили.
   Лучики из глаз Зои оказывали огромное влияние на мужа Марка, он без нее жить не мог. Она устала от всестороннего вмешательства с его стороны в ее жизнь. Его шутки ее достали так, что она перестала верить в них. Зоя стала ощущать себя холодной, бесчувственной женщиной и подумала, что любовь без взаимной страсти — не любовь.
   Закончив работать с компьютером, Зоя пошла домой. Скоро должен был прийти муж Марк Веревкин. Поэтому она и брала часть работы на дом, чтобы муж мог прийти не в пустой дом. Она любила наблюдать вечерами, как сын и муж играли друг с другом через сеть, но каждый на своем компьютере. Она считала свою семью счастливой, пока не появился постоянный чужой запах духов на муже. И зачем люди пользуются качественными духами? И у нее возникла мысль, что вторая их квартира подойдет мужу, тогда от него не будет пахнуть чужими духами.
Зоя сидела на своем рабочем месте, она вдруг поняла, что вся история, которая началась с запаха роз, вполне может закончиться запахом чужих духов. У нее возникло ощущение, что она сплела косу из судеб женщин, которые прямо или косвенно коснулись истории, которую условно можно назвать «Загадки этажом ниже».
Зоя посмотрела в поисковике Яндекса, там есть Бар, есть Базар, но нет Бар де Базар. А, если взять Бор де Тор? Звучит? Бор де Дор. А это кто? Пляж де Кряж. Кряж де Кураж.
О, это крупный мужчина прямо скажем, и не тщедушен. Независимый. Если он на вас посмотрит, то окажется, что за вами стоит другая женщина, а он смотрит сквозь вас на нее, а может он смотрит на ту, которая за той. Отбой. Итак, есть мужчина беспечных лет, на которого с удовольствием смотрят женщины. Но он неуловимый, два раза женатый, естественно, что он всегда холостой. Дети есть, но живут отдельно. Не мужчина, а цветок прерий.
Он морж. Купается круглый год в открытых водоемах и эти настораживает. Его волосы вьются после купания в речке. Он не коренастый, а ровный и высокий.  Имя Кряж де Кураж ему не подходит.  Бар де Базар вообще не катит. Он не ходит в бары, но за ягодами заходит на базар. Каков мужчина! Но ему все, как с гуся вода. Он Гусь де Грусть. А гусь свинье не товарищ. Точно, Зоя не совсем свинья, но и не гусыня.  Ой, это не Зоя, пусть это будет женщина, которая стояла за ней, а он на нее смотрел. Как ее назвать?
Море не горе. Роза с мороза. Мадам де Люкс, которая смотрит из-под век на Кряжа де Куража.  Обнуляем вымышленные имена, получаем конкретные имена героев. Ее зовут, честно ее имя неизвестно, но можно назвать ее Сюзанна. Его имя неизвестно, а назовем его Крем де Крендель. Он бы обиделся, если бы узнал, как его величают. В голове Зои нет свободных мужских имен.
Пусть будет – Марк Веревкин. Фамилия его безразлична обществу. А женщину назовем Сюзанна. Не звучит. Она любит пляж и не любит воду. Она постоянно меняет купальники и лежит на пляжном песочке. Сюзанна. Подходит. Дело в том, что Сюзанна умеет быть богаче окружения. Нормально. Родились герои вероятного романа.
Думаете, Зоя не обиделась, когда Веревкин заговорил с Сюзанной, а не с ней? Легкая обида была. Короче, они втроем были на остановке городского автобуса. Миллиардерам этого не понять. Сюзанна сидела на лавочке автобусной остановки. Зоя стояла. Веревкин стоял и сквозь Зою смотрел на Сюзанну. На столбе висело табло с указанием маршрутов и временем прибытия автобусов на остановку.
Автобусов проходило через остановку штук восемь не меньше. Оказалось, что им всем нужен был один автобус. В автобусе три двери. Они четко зашли все в разные двери. Вышли на разных остановках. Но оказались на одном водоеме. Нарочно не придумаешь, автобус ходит по городскому кругу.
Но Веревкин был на другом берегу пруда. Сюзанна лежала в пляжной зоне, где солнце печет сильнее. Зоя расположилась ближе к воде, на траве. Кузнечики в траве не прыгали, но с прибрежных кустов ветер сдувал белый пух, явно не с тополей. Что-то белое летало в воздухе.
Зоя пластом легла лицом вниз. Солнце грело. Она посмотрела на Сюзанну, до нее было метров сто. Она лежала в сплошном купальнике и в темных очках. Зоя о ней ничего не знала, и совсем не знала отношения между ней и им. И ей было не до них. Первый визит на пляж в текущем году интриговал сам по себе.
В прошлом году недалеко от Зои на раскладном стульчике сидела уютная бабуля. Она всегда приходила утром на пляж, садилась в тени кустов на стульчик и так радовалась жизни, иногда она заходила в воду. Зоя в воду не заходила, прыскала на себя распылителем воду и была довольна жизнью. А однажды жара ее достала.
Бабули на стульчике не было. Зоя по водной тропе сквозь осоку вошла в воду, окунулась, поплыла. Бабуля виднелась в воде в странной позе. Она зацепилась за осоку. Короче Зоя вышла из воды с независимым видом. Сердце упало, в груди заныло.
Минут через пять в воду пошел мужчина и обнаружил бабулю. По водоему плавали спасатели на катамаране, он им и крикнул. И тут все закрутилось, завертелось. Зоя тихо покинула пляж. Бабуля жила одна, дети были, но жили отдельно, ее дом был на другом берегу водоема.
Что ж такое? Зое с этим водоемом везет относительно. Года три назад в этом водоеме плавали катамараны. Она пришла тогда не одна, а со своим мужем. Был у нее некоторое время молодой муж Марк де Брак. Они сели на катамаран, отплыли от пристани на сто метров, развернулись. Только стали плыть по центру водоема, как из-под катамарана взлетел труп мужчины.
Зоя ничего Марку не сказала, плывут они по центру, жмут на педали. Когда плыли назад, то картина была такая: на берегу, где находился причал, стояла странная машина, а труп лежал на берегу. Рядом стояли люди. Зоя и Марк сдали катамаран и ушли. Марк так ничего и не заметил. Внимательностью он не отличался, а Зоя промолчала.
А в прошлом году на этом пляже недалеко от осоки Зоя просто стояла и смотрела на воду. Рядом стояла интересная женщина, это сейчас она понимает, что это была Сюзанна. И говорит ей эта женщина, что у нее был любовник Марк. До сих пор Зоя не поймет: Сюзанна знала, кому это говорила или нет? Она стала рассказывать Зое о ней самой, о том, как Марк от нее к ней ходил. Вот надо такое!
А Зоя слушала и не комментировала, только поддакивала. Дальше больше, Сюзанна оказалась дочкой женщины, с которой Зоя одно время работала, но ее мать была значительно старше Зои. Мать Сюзанны перевела Зое подписку на медицинский журнальчик с нехорошими болезнями, такая маленькая подлость.
А Зоя была замужем очень короткое время. Хорошо, что почту из почтового ящика всегда она сама брала. На журнальчике было зачеркнута фамилия Сюзанны и написан адрес Зои. Возможно, кто-то просто принес журнальчик и кинул в ящик. А теперь дочь той сотрудницы отобрала у Зои мужа Марка. А тут нарисовался Веревкин. Сюзанна на остановке показала, что у нее на него виды. Мало ей милорда! Вод ведь как! Любовь к водоему что делает!
Что Зоя помнит о матери Сюзанны? Назовем ее Анна Борисовна или Вилкина старшая, которая родилась в столице. Жили они в квартире с подселением, то есть в коммунальной квартире. Женщина долго не выходила замуж, окончила техникум, потом вечерний институт. Она безумно любила мороженое, ела его всегда по дороге, чтобы дома не видели. Замуж она вышла за немолодого мужчину, для него это был второй брак. Вилкина старшая родила дочь Сюзанну и сына, которого Зоя не знает.
В это время Зоя с ней и работала на одной фирме. Не помнит она ее трудовых заслуг, помнит вязание, которое она приносила на работу. Она вязала узоры исключительно двумя нитками, а на пенсию она ушла в 55 лет и больше не работала. Но работала она тогда за квартиру, то есть ездила из столицы в пригород много лет, успела получить трехкомнатную квартиру до пенсии.
В этой квартире и жила теперь Сюзанна, в эту квартиру ходил к ней муж Зои - Марк. Судя по всему, Вилкиной старшей к этому времени уже не было на этом свете, но дело ее жило. Получается, что Марк ушел к Сюзанне, а теперь еще и Марк Веревкин с нее глаз не сводит.
Зое скучно до жути. На улице декабрьский мрак. Не видно солнца и небо, серая мгла. Люди ходят в масках и перчатках иногда. Стоят друг от друга поодаль. Разговаривают в сокращенном варианте. Жизнь переместилась в Интернет. Школы, точнее здания школ практически отдыхают. Учителя стали дикторами на экране, школьники стали кружками на экране, не все могут включать дома свое изображение, поскольку не у всех есть личные комнаты. Жизнь без проблеска общения.
Закрыты все культурные заведения, где люди общались по интересам. Пойти некуда. Смертность повышена. Болезнь - 2019. Как ее не назови, но она безумно многогранна в своих проявлениях. Дома работает большое число людей. Как-то так. Новость: союзы писателей объединились с союзом издателей, получилась ассоциация. У собак третьи сутки любовь, вроде не весна, а развлекаются. Так и людей при общей неблагоприятной обстановке, может согреть любовь. Где любовь взять в декабре?
Веревкин? Он ходит каждый день к водоему и купается в проруби, получая морозный адреналин. А потом проходит мимо, если остановится, то начнет чихать. У него любовь к русалкам, которые с ним в прорубь ныряют.
Вспомнила Зоя Вилкину старшую. Так вот, в то время с ними работала Стелла, которая дружила с Вилкиной старшей. Разница в возрасте у них была не меньше 10 лет. Стелла столичная штучка, всегда одевалась на грани долгов и моды. Работала она без напряжения и нервов, и не рвалась по служебной лестнице. Она не вязала и не шила, просто доставала модные вещи.
С первым мужем Стелле не повезло, ребенок у нее родился внешне здоровый, но с периодическими приступами агрессии. Все свои печали Стелла выкладывала в уши Вилкиной старшей, но некоторые проблемы доходили и до Зои.
С ними в ту пору работал весьма импозантный ведущий инженер. Стелла подчинялась лично ему. Продолжать? Работали, они работали и поженились. Он развелся со своей женой, оставил жене дочь и квартиру, а сам переехал жить к Стелле. Они стали жить счастливо? Как бы ни так! Стелла однажды сказала: «Если бы я знала, что так тяжело жить во втором браке, я бы никогда не вышла замуж!»
У пары родился красивый и здоровый сын. Проблемы быта, обязанностей и совместной работы часто мало совместимы. Стелла ушла работать в сферу недвижимости, она стала менять квартиры другим и себе. Зоя ее встретила через некоторое время.
Стелла шла с Вилкиной старшей под ручку. К этому времени Стелла жила одна в собственной квартире. Ее второй муж вернулся в свой бывший дом после смерти своей первой жены. У второго сына Стеллы родилось двое детей, с которыми она и общалась, а еще она не забывала Вилкину старшую.
А! Зоя им тогда сказала, что у нее есть муж Марк! Вилкина старшая рассказала о Зое дочке Сюзанне, а та в свою очередь забрала у Зои Марка. Вот и вся цепочка интересов или взаимосвязи обычной души.
Итак, хвалебные слова Зои оставили ее без мужа Марка, ей осталась любовь домашней парочки собак, у которых в декабре – весна
Зоя отвлеклась от животрепещущей темы. Счастье для глаз оказалось рядом с горем. Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Ей очень нравился лорд Серафим, герой ее дела «Этажом ниже». Она знала о его привязанности к Сюзанне.
 Чистое лицо без морщин радовало, огромные глаза лорда Серафима с белыми белками завораживали. Его скучающий взгляд говорил о том, что ему надоела история с Сюзанной. Он сегодня с бородкой и с усами, элегантен до неправдоподобности с черным галстуком на фоне черной рубашки. В нем играют рифмы правильно подобранной одежды. Он высокий, статный красавец. Ему подойдет огромная спальня с барельефной кроватью. Он достоин роскоши, и только звезда с портрета могла дать ему роскошь.

Деревья утопали в собственной темно—зеленой листве, большие кусты картофеля цвели мелкими цветочками. Яблони были усыпаны яблоками, но еще кисловатыми с белыми зернышками. Малину варили на зиму. По деревне брел аромат варенья от дома к дому, варенье варили в медных ковшах. Костик всегда был первым красавцем на деревне, в которой его родители всегда имели дачу, был забыт своей же девушкой.
Она, первая умница на деревне, единственная спортсменка класса, кинула его не просто так, а замуж вышла за его друга Льва Николаевича, золотого медалиста из города.
Костик и сам учился в техническом вузе города на дневном отделении механического факультета, а Сюзанна училась на дневном отделении института, она его всегда любила и в детстве, и в юности, и вдруг поменяла Костика на городского золотого зяблика Костика. Костик места себе не находил от измены Сюзанны, но благоразумно не прореагировал на измену, а просто перевелся в другой город, в другой вуз, он исчез из ее жизни.
Сюзанна, выйдя замуж за Костика, переехала жить в большой дом мужа из общежития, где она жила в городе во время учебы. Молодая женщина ревела горючими слезами и за свою первую измену в жизни, и за то, что вышла замуж за медалиста. Еще она рыдала от своей свекрови, которая над ней издевалась. Свекор помогал ухудшать настроение невестки.
Пыталась молодая жена найти свою первую любовь, но никто не говорил ей, куда Костик уехал из-за ее предательства. Костик, мужчина умный, внешне не реагировал на страдания красавицы жены. Он умел быть рядом с ней и не участвовать в домашних переделках, его задача была одна — быть умным, быть самым умным.
В жены он нашел себе красавицу — спортсменку, его дети должны быть золотыми медалистами, больше его ничего не волновало.
Женился Костик после того, как окончил институт на студентке, но эту студентку он знал с детства, она была его сводной родственницей. Привел он в дом девушку с тонкой косой, а вверху косы красовался бант, но в день свадьбы косу ей остригли и сделали химию и укладку. Долго она после этого отращивала свой знаменитый конский хвост.
Сюзанна стройная и худенькая была намного ниже Костика. Сюзанна и Костик никогда не отдыхали на берегах морей, все больше отдыхали в деревне. Но однажды жизнь забросила их на морское побережье, проехав его по всей длине на машине в жаркий летний месяц, они умудрились загореть до черноты и искупаться на всех пляжах.
Мудрый Костик привез Сюзанну в одну семью своих родственников, где было десять человек детей, он хотел, чтобы жена захотела детей. Она захотела, но дети сразу не получались. Их у них просто не было... год, а после поездки она, наконец, стала будущей матерью, но тянуть учебу, работу, беременность, мужа с родственниками, их большой дом, ей оказалось не под силу.
Первой отлетела учеба, она не успевала учиться в институте при остальных нагрузках. Серафим лишь изредка разговаривал с женщиной, и отбирать ее у Костика не собирался. А они, как легли вместе на одну кровать под два одеяла, так этого уже никогда не нарушали. Она не могла пойти в другую комнату и лечь на диван, такое действие жены строго каралось Костиком.
Сюзанна рассказывала Зое, каким хорошим и красивым был Серафим, а жила при этом в одной постели с Костиком. Дочь Мая еще больше усложнила ее жизнь. Сюзанне никто из семьи Костика, особо не помогал, все они работали. Сил физических, из-за сильной худобы, у нее было мало, и нести одновременно продукты и ребенка ей было очень трудно. Работа естественно ушла в сторону. Остался ребенок и дом супруга. Тело ее стало сухожильное, а тут еще мастит нагрянул с огромной температурой. Выжила и за дела домашние...
 Костик понял, что в их жизни надо что—то менять, и они уехали из его родного дома. Первым уехал Костик, он нашел себе временную работу и снял на свою семью квартиру. В большой комнате жили втроем, маленькая комната была закрыта. Но съемная квартира не вечна и молодые вскоре приобрели свою квартиру. Появились новые дома, вырос город.
Время шло, дочь отдала Сюзанна в детский сад, и окончила институт. И вот тут ей подвернулся вновь Серафим. Когда-то он учился с ней в одной школе. Он приходил к Сюзанне по работе, садился рядом с ее столом, а уйти от нее уже не мог. Они вновь влюбились друг в друга. Сюзанна работала по специальности после окончания института. Поэтому, как села она на один стул на работе, так его и не покидала, а на соседнем стуле, в любую свою свободную минуту появлялся Серафим, весьма крупный мужчина. Она вновь купила туфли на каблуках. Прическа у нее всегда была хорошая.
Все мужчины умные. Костик заметил Серафима рядом с женой, но наказал он их совсем неожиданно.


Глава 13

У Серафима в то время была жена, женщина маленького роста, ее звали Галина Михайловна, об этом Костик навел справки, и предложил своей жене привести Серафима и Галину к ним в дом на домашний праздник, на его день рождение.
В день рождения мужа Сюзанна старательно приготовила праздничный стол, сама оделась красиво и с нетерпением ждала гостей. Серафим пришел со своей миниатюрной женой Галиной, они принесли красивый подарок. Костик тут же подсел к Галине и больше ее не покидал. Рядом с ней он себя чувствовал замечательно, они даже пошли танцевать, и танцевали весьма романтично.
Так родился союз четверых. Отныне все праздники две семьи проводили вместе. Острая боль в душе от любви к Костику у Сюзанны стала притупляться и отходить за горизонт. Галину стали преследовать удачи. Она сменила свою работу на ту, где ей платили значительно больше. Еще ей два раза в год стали выделять путевки в санаторий. Она расцвела и всегда, при встречах четверых, радовала Костика своим присутствием и вниманием.
Для встреч были отведены четыре дня рождения и все общие праздники страны. У Серафима сил ревновать жену Галину к Костику не было, ему хватало внимания и добрых слов Сюзанны.
Как-то пригласили они Зою на общий праздник, а точнее на день рождение Сюзанны. А пары у нее в этой компании не было. Она и рванула к Костику, как к своему давнему другу, подсела к нему, потанцевала с ним, и немедленно приобрела двух противниц: Галину и Сюзанну. Зоя сразу почувствовала, что Костик под хорошей опекой, но от этого на чужом пиру похмелье ей не понравилось. Эта четверка ее раздражала, она в ней пятое колесо в телеге, но хорошо осведомленное о делах всех четырех колес.
Сюзанна повзрослела. Что ей оставалось? Жить одной ей было скучно, она всегда жила со своим единственным мужем и мужчиной — Костиком, но теперь они жили в разных комнатах.
Идеальная семья – он, она, ребенок и, помогающие им бабушки, дедушки и государство с детсадами, поликлиниками и школами. Но так славно бывает далеко не у всех.  Не так давно на одном популярном шоу шли СМС зрителей о женах и любовницах. Сюзанна бы не унижала ни тех и ни других. Идеально, когда мужчина и женщина создают семью и живут в браке.

Сюзанна совершенно случайно встретилась с Зоей. Они странно поговорили по душам. Между ними состоялась обыкновенная беседа. Сюзанна вспомнила добрым словом мужа.
   — Зоя, мне просто повезло, что удалось встретить настоящего мужчину. Без него я бы не узнала, какие они — настоящие мужчины. Жаль, что так все получилось. Я его любила, я думаю, что он еще жив.
   — Сюзанна, мое мнение, чтобы быть 100 процентным мужчиной нельзя: пить с юности, нельзя курить, нужно быть спортивным, необходимо быть работоспособным до старости, а это совсем не всем дано, — проговорила Зоя на отвлеченную тему.
   — Постоянство не всем дано, — подхватила Сюзанна.
   — Школу мальчики одолевают. Институт — далеко не все. Армию — боятся. Вскоре девушки появляются в их жизни, которых надо обеспечивать и любить. А для того, чтобы любить не на словах, а на деле у парней иногда нет сил или смелости. Не могут, — продолжила мысль Зоя.
   — Пиво и все спиртные напитки съедают в мужчинах их мужской потенциал. Могут любить, но мало, — заметила Сюзанна, большая любительница любви.
   — А любить лет 15-20 возможно? — спросила Зоя. — На мою долю таких мужчин не выпало.
   — Слабо. Физическая любовь дается мужчинам, как величайшее благо. Что для этого надо? Хороший возраст: 26 —35 лет. Надо быть физически активным. Есть мясо до любви. Трезвая любовь с пьяной сравниться не может. Помнишь Костика? Он пил больше, чем любил. Любовь должна быть трезвой. Мужчинам надо знать особенности женщины, но не настолько, чтобы ее учить, а лишь направлять умело и неназойливо. Найти с партнершей то, что именно им одним подходит. И получается, что такой идеал не для всех, — ответила Сюзанна, разрезая, принесенный торт.
   — А люди других возрастов? — задала вопрос Зоя, разливая чай по чашкам.
   — Они больше рассуждают, пытаются найти виновных в своих неудачных попытках, — гневно ответила Сюзанна, отправляя вилкой торт в рот.
   — Может ли быть любовь у людей более зрелых? — спросила Зоя, отпивая чай из чашки.
   — Да. Но им нужна подпитка. У более зрелых людей любовь с женой часто маловероятна. Мужчине надо в кого-то влюбиться, потом прийти домой и, как положено, любить законную жену, и то редко. А поэты, они любят стихами. И это их выход. Иногда появляются любовницы, — завершила пылкую речь Сюзанна, вынимая кусочек торта.
   — Нужны ли мужчинам любовницы? — спросила Зоя.
   — Несомненно. И это благо, если есть любимая женщина, пусть на раз или на годы, — уверенно ответила Сюзанна.
   — Мораль у тебя такая? Я такую мораль не приемлю! — коротко бросила слова Зоя.
   — Когда жизнь частично прожита — остается сплошная вынужденная мораль, и только активные годы жизни питают человека всю оставшуюся жизнь, — грустно сказала Сюзанна.
   — Что такое любовь? — спросила Зоя, посматривая на дно пустой кружки.
   — Любовь — обостренное восприятие двух человек между собой. Я и Илья были связаны мистической силой передачи мысли на расстоянии, у нас была резко повышена чувствительность кожных покровов к соприкосновению друг к другу. Мы чувствовали поле любимого человека и на близком расстоянии. Появлялась огромная сила притяжения, при отсутствии возможности встречи, энергия переходила во, что угодно. Это чувство не зависит от брачных уз, но у нас зависело, — бодренько проговорила Сюзанна, покачивая грудями, словно они сами съели торт.
   — Что такое брачные узы? — не унималась Зоя задавать вопросы, глядя на свои небольшие выпуклости в районе груди.
   — Брачные узы — это добропорядочность человека, принятые в цивилизованном обществе для выживания в этом обществе. Брак поддерживается любовью, если она есть, если нет: мысленно любят, того, кого вам бог дает, а наяву, того, кого дали по печати в паспорте. Ситуация очень сложная для миллионов людей, скрываемая людьми, вызывающая, огромное количество нервных срывов, — выговорила Сюзанна, запивая третий кусочек торта.
   — А, что худшее в отношениях мужчины и женщины? — спросила Зоя, поглядывая на торт.
   — Худшее — ревность, во всех ее проявлениях, — быстро сказала Сюзанна и сбегала за яблоками.
   — Так, что такое любовь? — настойчиво переспросила Зоя, взяв в руки яблоко.
   — Удача. Что еще можно сказать о теме, исписанной до невозможности? Она скучна. Надоедает все: поцелуи, прикосновения. Тело устает. Мужчина становится противным и несносным, как этот торт, который в горло больше не лезет.
   — Что делают люди в таком случае? — спросила Зоя, откусывая яблоко.
   — Меняют партнеров, меняют места любви и их опять настигает — скука. Идут в места, где им демонстрируют женщин в танцах, песнях, движениях вокруг трубы, добавляют мужчин. И опять — скучно. Смотрят парно фильмы — скучно. Живительная сила любви растворяется в скуке от излишнего ее употребления, — уверенно изрекла Сюзанна, покручивая яблоко в блюдце.
   — Что делать, чтобы скуки не было? — деловито спросила Зоя, откусывая яблоко, и не отводя глаз от торта.
   — Беречь партнеров. Чувствовать, когда надо остановиться. Любовная сила обладает огромным даром: накоплением новой энергии, — красиво высказалась Сюзанна, наливая чай в чашку.
   — Тогда что такое верность? — вопросы сыпались как из рога изобилия. — Возникает вопрос: верность в чем?
   — Верность в любви, — ответила Сюзанна. — Любовь — чувство более длительного хранения. Вот он есть и с избытком, а вот и прошел, и вернуть невозможно. Физические силы человека недолговечны. А любовь жить может в душе человека, она его еще и воодушевляет, и эта же пресловутая любовь дает огромные силы для вдохновения.
   — А верно ли это? — спросила Зоя, скрестив руки на груди.
   — Часто люди гоняются за миражом верности. Им не верность нужна, они ищут потерянную любовь, а это от людей зависит мало. Поэтому и описывают поэты и писатели неуловимое счастье, которым иногда одаривает людей Природа, — заверила подругу Сюзанна.

   Перед отъездом дамы поговорили еще.
   — Зачем тебе нужен муж? — задала свой вопрос Зоя, ощущая голод после еды.
   — Действительно, зачем? Живешь спокойно, перебираешь парней, ищешь одного — единственного, а, в конечном счете, выбирает он тебя. И вот Он тебя нашел, — стойко ответила Сюзанна.
   — А дальше что? — нервно спросила Зоя, удерживая себя от искушения взять кусочек торта.
   — Он начинает завоевывать. А ты от него уходишь, улетаешь, уезжаешь. Он находит. Он пытается поцеловать — не сопротивляешься. Он пытается — повалить — начинаешь драться, — ответила Сюзанна.
   — А если ему это не понравится? Ладно, он сможет со своими желаниями справиться, а если нет? — настойчиво спросила Зоя.
   — Жизнь начинает впервые зависать, как компьютер, это опасно и для человека. Поцелуи, объятия: Стоп! Черт возьми! И черт берет, а вы не готовы. Нет, не физически, а в своем уме, в своей голове еще не созрели. И он начинает обрабатывать вашу голову, ваши мысли. Он вам звонит, пишет, рассказывает: заметьте, о вине и прочим речь не идет. Говорим о трезвой голове. Дошли до признаний в любви на всех языках, он три слова на любом языке скажет. Он вас пронесет над землей. И вы к нему все ближе, ближе. Вы уже сидите на его коленях, но еще не лежите с ним, а лежать удобно начинать: с пляжа — это так невинно. И фигура: вы к ней привыкаете. Время и привыкание делают свое дело. Оба вспомнили о регистрации брака. Внимание! В этот момент надо смотреть за здоровьем близких и родственников, и друзей, до вашего знакомства. — сказала Сюзанна и отпила чай, как заслуживший его оратор.
   — Как они все эту весть перенесут? — спросила Зоя, отрезая тонкий кусочек торта.
   — Перехлест всех мнений надо выслушать. А он уже не в силах ждать. И вы объединяете силу любви. ЛЮБОВЬ. И пустота. Он добился, он признается во всех грехах. Вы все проглотили, вы — женаты. Он начнет наводить порядок в вашей внешности, в ваших поступках. Все, вы под контролем. Второй контроль после родителей, и значительно сильнее. Узнаете, где находится любимый женский врач. — сказала Сюзанна, осмотрев свою фигуру.
   — Почему появляется ревность, почему она часто является причиной трагедий? — спросила Зоя.
   — Ревность появляется из-за неправильного восприятия окружающей действительности. Ее смакуют, ее описывают, а просто, еще в начальной школе надо сказать детям: человек влюбляется всю жизнь, пока живет, но замуж выходит (женится) за одного человека. Не все хорошо учатся, могут и не понять. Нет виновных в том, что появляются приятные люди, объект для очередной влюбленности, и это надо принимать за счастье, — выговорилась Сюзанна, убирая со стола.
   — Что такое семья? — спросила Зоя, весело посматривая на Сюзанну.
   — Семья — это святое. С годами она может измениться и изменяется, а очередные влюбленности дают возможность жить, порой мысленно, но нормально. Природа плохо относится к смене мужа, любовника. Это уже тяжелая весовая категория отношений. Это опасно. Опасно для жизни. Ревностью пытаются охранять постоянство, привязанность одного человека, — мудро ответила Сюзанна.
   — Что такое влюбленность? — спросила, смеясь, Зоя.
   — Влюбленность — это поэзия. Любовь — всегда хорошо и плохо, в одном состоянии души, выбирайте, и находите верное решение. В сет я постоянно сталкиваюсь с проблемами или отношений между людьми. Эти проблемы можно отталкивать, но они в любом виде могут вынырнуть там, где их не ожидаешь встретить. Мудрец для меня был личностью, это сейчас даже трудно осмыслить и увидеть сквозь призму времени, — с сожалением проговорила Сюзанна.
   — Почему ты не послала мужа подальше после таких отношений? — спросила Зоя.
   — Я с ним не могла справиться. Обычные отношения между мужчиной и женщиной должны быть, но лучше умеренными, хотя мне всего досталось, но это на грани срыва всегда. — сказала Сюзанна.
   — Твои пожелания себе? — спросила Зоя, тяжело вставая с кресла.
   — Благоразумия в любви! — ответила Сюзанна, закрывая за ней дверь.

   Мелкие кудряшки заполнили промежуток между цветком и принтером, потом они медленно стали разворачиваться. Перед Сюзанной появилось милое, курносое личико. Лицо поплыло в улыбке, щечки подобрались, глаза просто смеялись. Тонкие брови подчеркивали утонченный образ. Это молодая девушка по имени Лера ворвалась в офис. Она могла играть на гитаре, когда все сотрудники ели весенние шашлыки, она могла петь, она была украшением любого общества, и это все, как-то сразу ей понадобилось. Она работала снабженцем.
    Лера была востребована. Поклонников было так много, что она их попросту не ценила, и не остановила свой выбор на том, от которого бы у нее появились дети. Постепенно все поклонники женились, обзавелись детьми. А она все изображала девочку с гитарой, и мелкие кудряшки все меньше содержали в себе искрометной юности и веселья. Кудряшки стали распрямляться.
  Лера чуть не резанула свои вены. Зачем? Ей показалось, что жизнь прошла, и она не живет, а существует. Ушел от нее потенциальный любовник Костик. Еще не прошло пяти дней после его ухода. Костик звал ее к себе в квартиру, где они были бы вдвоем. Кровь потекла из перерезанной руки, и в этот момент в кудрявой голове, вспыхнула обида.
   Костик ее не любил! Он ее не уважал! Он ее унижал! Так зачем ей умирать, если он ее не ждет? Лера быстро нажала пальцем на руку, вену она не перерезала. Она сжала пальцы в кулак, притянула согнутую руку к телу, и перебинтовала рану.  Она захотела услышать живой голос. Но подруг у нее практически не было. Подруги были ее недостойны, а когда чувство собственной красоты прошло, то ее душила обида, и было не до подруг. Она посмотрела на свой телефон, выбрала телефон мамы, позвонила и поехала к ней.
 Но Лера недооценила своей слабости. Одна рука у нее не действовала, рулить приходилось одной рукой. Город наводнен водоворотами из машин и дорог. Иногда можно ехать сидя вальяжно за рулем, но бывают моменты, когда этот руль надо крутить и выкручивать почти мгновенно. От успокоительных лекарств реакция на движущиеся машины изменилась. Перед ее взором за стеклом мелькнуло лицо любовника – не покойника. На миг она ослепла от его сияния и врезалась в чужую машину, как некогда врезалась в чужую семью.
  Ее потенциальный любовник так и не был ее любовником. Они встречались на работе. Они были невысоко роста, круглолицые. Лица у них необыкновенно чистые и ясные, глаза солнечные. Они безумно подходили друг к другу. У нее не было семьи, но были родители. У ее милорда-начальника была жена красавица и сын. Жена рядом с ним выглядела еще красивее.
Костик и Лера то ли влюбились друг в друга, то ли так привыкли друг к другу, что плохо осознавали, кем они друг другу приходятся.  Отношения перешли на подсознательный уровень. С семьей Костик жил в одной квартире, а с кудрявой девушкой Лерой встречался в другой квартире. Он был многоплановый труженик. Есть красавцы, которых люди сразу запоминают, а его образ никто не запоминал, он просто примелькался на работе.
   Они были одно поля ягоды во всех отношениях. Редкие встречи в пустой квартире их вполне устраивали. Но на эту квартиру стал претендовать еще один человек. Проще говоря, очередная жена Костика, почувствовала чужие духи, исходящие от одежды мужа, а когда ситуация стала повторяться, а любовь перестала ей доставаться, она встревожилась. 
В голове жены возникло видение пустой квартиры. Она предложила мужу Костику сдать квартиру. Он не согласился. Тогда она нашла человека, которому срочно понадобилась запасная квартира мужа.
 Костик по природе был человеком нервным, он не любил, когда его узнавали на улице. Он просто ходил кепке, и надвигал козырек на лицо. Он так уставал от работы, от заботы, что на женщину с кудряшками у него сил уже не оставалась. Он элементарно старел, а она этого не понимала. Она искала с ним встреч, а он убегал от всех. Он хотел быть один. Он хотел лечь и смотреть в небо через окно.
Костик шел с Лерой. Глаза Костика и Сюзанны встретились. В его глазах промелькнул испуг, украшенный чистой ненавистью. Листья каштана пожухли кусочками. Его плоды напоминали нечто, но ей было не до шуток природы. Сюзанна только привыкла к тому, что Костик жив-здоров, а он уже с другой женщиной топает! Вот он вернулся и прошел мимо! Догнать и уши надрать! Но у нее опустились руки и мысли выветрились, недаром ее приучили к спокойному поведению. Женщина пошла домой, где не было этого притворщика. И, что ей сердиться, она ему больше не нужна...
Неожиданно Костик решил покаяться, он рассказал историю из своего прошлого. Он жил в десяти минутах от Кремля, в доме бывших офицеров, огромные квартиры, по меркам квартир семидесятых годов 20 века. Минуя театр на Таганке, пройдя вдоль Садового кольца и повернув вправо, попадаешь в дом на набережной Москвы реки. Что Елена Григорьевна там забыла? Здесь люди меняли квартиру, и ее квартира их чем—то устраивала. Ее квартира маленькая с низкими потолками, у них квартира огромная с высокими потолками.
Сюзанна задумалась. Деревенское затишье - славное время, если его правильно использовать. Погода и та балуется и шутит то солнцем, то ливнями и грозами. Насытившись впечатлениями и любовными утехами, можно приступать к их воспоминанию, поскольку больше ничего на короткое время не остается. Чувство удовлетворения всегда может закончиться обыкновенной ненавистью. А она чего хотела? Вечной любви? Если любовь и вечная, то эта вечность длится мгновения. Можно трупом лечь ради любимого мужчины, служить ему как женщины? Так, так, так... И Сюзанна уснула.  А сколько страниц пьет кофе Сюзанна? О, она бы с удовольствием добавила в кофе и сахар, и молоко, и бутерброды, что иногда и делала, но при хорошем настроении пьет черный кофе с яблоком...
Детектив Илья Львович решил совместить приятное с полезным, то есть любовь и работу. Он чувствовал себя зрелым сыщиком, поэтому решил освоить знакомства по интернету.
   " Если читать новости о газовом спектре проблем, которые завязли в таких финансах, что нам и не понять", — написал мужчина, нагнетая обстановку.
   " И не говорите, сама ночь не спала, все новости читала: дали газ или нет. Я, чисто по-женски думаю, что если вопрос с газом так высоко подняли, то дело в нефти!" — уверенно написала Нина.
   "Тут вы правы, цены поднимут на нефть, и пробки автомобильные уменьшаться, значит, ваш дом не снесут для расширения автострады", — написал самодовольно мужчина.
   "Ну, вы скажите! Хотя мне такое и самой в голову приходило", — написала в унисон Нина. — "Я больше скажу, потеря пятнадцати процентов газа по пути следования газопровода, — это немного".
   "Деточка, да вы умница! И я так думаю, в производстве всегда часть продукции в брак идет, главное вовремя сделать отбраковку. Наверное, самим газ нужен, вот и не продают".
   " Я посмотрела в Интернете, где газ добывают: места холодные, непроходимые, расположенные далеко от городов. Не так легко газ дается, как это может показаться".
   " Я с вами полностью согласен, думаю, что мы можем сходить на первое свидание! Зря, я с вами по телефону проговорил? Нет! Эта электронная сваха хорошо пары подбирает".
   "Какая сваха? Я СМС посылала, чтобы быть лидером на странице, вы на меня и клюнули, чтобы самому не платить!"
   "А мне ваш портрет понравился, я и решился сделать вам комплемент, а вы ответили, и телефон мне скинули. О чем говорить с вами? Только о газе. Мужа у вас нет, или есть?"
   "Был, да сплыл", — обиделась Нина и сбросила себя с сайта знакомств.
Нина забыла свое знакомство на сайте знакомств, но ее там не забыли. Некий человек с сайта вдруг материализовался и встретил ее лично. Она уловила знакомую интонацию его бархатного голоса, слышанного ею по телефону. Его звали Илья, имя его она запомнила. Помнила она и его фотографию на сайте, а теперь она видела его в реальной жизни. Он был то, что надо, но ей было не надо на данный момент времени. Илья Львович шуток и отказов не принимал, его Нина зацепила, он ее запомнил из многих особ, достававших его на сайте. Он реально ее хотел, а она еще ничего не хотела. Попытка отшутиться от Ильи и уйти, ни к чему не привела.
   Весна разбросала свои сети, и в них оказались Нина и Илья Львович. Уязвленный отказом мужчина не хотел его воспринимать всерьез. Нина не на шутку забеспокоилась. Они стояли на улице, но ситуация требовала конкретного решения. Она хотела уйти от него без объяснения. Он не понял и резким движением схватил ее за руку и привлек к себе. Нина почувствовала, что находится в мужских тисках неподдельной страсти.
   — Нина, я не понял! Ты меня сама соблазняла, ты согласилась на свидание после телефонного разговора, а теперь ты меня избегаешь! Не хорошо, — проговорил мужчина страшным голосом.
   — Илья, простите, но я не знала, что вы женаты! — пыталась возразить Нина.
   — Слушай, а ты думала, что на сайте знакомств люди глупостями занимаются? Нет, они делом занимаются, они судьбы свои устраивают.
   — Но вы женаты! — опять промямлила Нина.
   — На вид ты умная девушка, но произносишь отъявленную глупость.
   — Но вы сами сказали, что вы женаты.
   — Я не силен в математике, но до трех считать умею. Если я ищу для себя женщину, то остальное ее не должно касаться. Мало ли с какой точки зрения люди идут на женитьбу. Я — свободен от отношений и предлагаю их вам, Нина. Вы мне симпатичны.
   — Но я не совсем свободна. У меня есть мужчина, а когда я вам писала письма, его здесь не было.
   —Так не пойдет! — взревел мужик. — Ты за свои слова отвечай, ты меня зазывала. Я — здесь! Зови меня дальше! На твой отказ от меня я не согласен!
Тут на ее счастье мимо прошел человек, и Нина элементарно убежала от Ильи Львовича и заодно с сайта знакомств.
     Сегодня ночью в ее окне маячила звезда. Нина не поленилась и выглянула в окно, но звездного неба и луны не обнаружила. Но звезда висела на месте: что ли, она одна вышла сегодня погулять? Она взяла очки и нацепила их на нос. Звезда не приблизилась. Муть какая-то видна сквозь очки. Тогда она взяла бинокль. Но в бинокль она увидела в небе не звезду, а мини фургон, и в нем горел свет! Что мог делать фургон в небе? На летающую тарелку он был не похож. Это ж надо! До звезд убегать с сайта знакомств.
Но в следующий раз Илье Львовичу повезло больше, к этому моменту он развелся с женой, с которой давно не жил.

Илья Львович зашел на сайт знакомств и увидел самое обычное фото женщины Нины. Чувствовалось, что на этом фото ничего не убиралось и не добавлялось фото графом. Лицо серьезное, стрижка короткая, на глазах очки. Да и сам он был с шевелюрой по краям головы и в очках. Он написал ей. Она пригласила его в театр. Они встретились у входа в театр. Кстати, театр отличное место для первой встречи: безопасно и людно. В театре можно проверить человека на благородство души и состояние его кошелька. На улице царила зима, когда на деревьях нет листвы, когда трава в инее и нет снега.
Дама пришла на свидание вся в белом: белые сапоги, белая куртка с белым воротником. Когда она сняла куртку и сапоги, то оказалась аккуратной женщиной, у которой все было на месте. На ее ногах царили чулки телесного цвета, а не черного, как у всех! Туфли на среднем каблуке хорошо сидели на ее ножках. Прямая юбка эффектно облегала бедра. Тонкий джемпер давал возможность светиться серебряной цепочке на ее шее. Серебряные ажурные серьги на ее ушах гармонировали с кулоном на серебряной цепочке. Просто и со вкусом.
   Мужчина был сражен наповал внешним обликом такой чудесной женщины. Сам он был одет прилично, но не до такой степени, чтобы себя описывать. У него в голове не умещалась мысль, как такая женщина могла оказаться без мужчины? Довольно скоро он узнал, что ее муж погиб. Почему? Она не знала ответа на этот вопрос.
   Некоторое время она жила одна, то есть без мужчины, но со своими детьми. И вот однажды зашла на сайт знакомств и сразу увидела Ильи. Он ей понравился, да и жил он недалеко от нее.
   После театра он сидел дома один и ел апельсины. Он не пил, не курил, дам домой не водил. Идеальный мужчина Илья Львович для одинокой женщины по имени Нина. Мужчина был разведен, его дети жили отдельно от него. Его бывшая жена жила сама по себе, то есть без него и без детей. Так или не так все было, история умалчивает.

   Утром иней опутывал траву. На газоне образовались равномерные завитки травы, покрытые белым инеем. Больше ничего не напоминало о зиме. Хотя на площади уже неделю собирали ель из отдельных искусственных веток.
   Мир новостей сообщал о событиях, которые не прошли мимо журналистов. Но жизнь так устроена, что не все новости появляются на экранах телевизоров и в Сети. Чаще всего утром Илья узнавал новости из Интернета, а вечером с удовольствием просматривал новости на плоском экране телевизора, который легко можно было бы превратить в экран компьютера, но ему этого делать не хотелось.
   Нет, он не был ленив, прошло всего два дня, как он вернулся из прекрасного городка. Он ездил к своей бабушке. Он ездил совершать житейский подвиг, связанный с ее переездом. К бабушке он улетел на самолете, а вернулся на поезде, в котором проспал почти все время от усталости. К себе он не мог взять бабушку, поскольку жил в странной квартире. Вся его квартира состояла из пятнадцатиметровой комнаты, включающей в себя спальню и кухню, и узла с сантехникой, состоящего из душа и сиденья с крышкой. Изумительная мизерная квартирка, не вмещающая иных родственников, кроме него самого. Результат развода.
   Нина на следующем свидании, прошедшем в виде прогулки по парку, рассказала Илье то, что знала по поводу гибели своего мужа. В то время она работала в столице и ездила на работу в электричке. Получается, что на работу она проехала мимо трупа мужа, чего она не знала. Она ехала с тяжелым чувством неизвестности, потому что ее муж не пришел с работы домой.
   На работе от внутренней напряженности Нина не могла работать, она сидела и обзванивала больницы. И вдруг ей позвонили из полиции и сказали, что ее муж Витольд погиб под поездом, когда он переходил ночью через железнодорожные пути. Ее телефон они узнали в городской библиотеке. Оказывается, у мужчины с собой была библиотечная книга его жены, что помогло найти жену погибшего.
   Короткая история из серии умных поступков полиции не давала объяснения причины гибели трезвого мужчины под колесами поезда в месте, расположенном совсем недалеко от подземного перехода через железнодорожные пути.
   Никто не выяснял причину гибели мужа Нины, но Ильи этот вопрос взволновал, он хотел знать причину гибели мужчины. Бывают «черные вдовы», а Нина была «белой вдовой»! А так ли все на самом деле? Он хотел жить долго, а для этого ему надо было знать, что было до него в биографии столь аккуратной женщины.
Илья и Нина продолжали встречаться, при этом он исподволь продолжал выяснять причины, приведшие к гибели ее гражданского мужа.

Трагическое событие с мужчиной Нины, Витольдом, произошло в канун Нового года, когда у входа в старый подземный переход стояли лотки с игрушками и гирляндами. На этом месте могли продавать семечки, носки, цветы и елочные украшения. С другой стороны перехода продавали журналы и газеты.
   Витольд нес с собой библиотечную книгу, значит, на работе у него не было Интернета, да и денег у него особых не было, если он новую книгу не мог купить. Итак, мужчина был семейным, деньги отдавал семье, сам жил более чем скромно, то есть он вполне мог перейти через подземный переход, скрывать ему от людей было нечего.
   Алкоголя в его крови не обнаружили. Трезвый, честный, бедный — и зачем он пошел через железнодорожные пути? Мог бы и дальше жить без особых потребностей, никому не мешая, помогая семье по мере сил.
   Постепенно встречи Нины и Ильи перешли из парков и театров в дом. Поначалу они встречались в его мини-квартире, потом встречались в ее квартире, где она жила с дочкой Анжелой. Вот тут-то и познакомился второй раз Илья с дочкой Нины. Знакомство произошло на дне рождения Нины.
   Илья излишне подозрительно смотрел на Анжелу, чем-то она его поразила. Теперь он мог уверенно сказать, что Нина не была виновата в гибели мужа, но ее дочь вызывала подозрение. Анжела была одного роста с мамой, на этом их сходство заканчивалось. Рядом с Ниной было спокойствие, а рядом с Анжелой появлялась нервозность. Нина не курила. Анжела курила.
   Нина тянула лямку материнства, а Анжела тянула деньги на игровые комплексы. Было время игровых автоматов, именно в них Анжела оставляла деньги. Авантюрная молодая особа — вот что о ней думал Илья. В принципе, он уже считал, что с Ниной можно связать свою жизнь. Она действительно «белая вдова» или вдова не по своей вине. Но ощущения, что поиск виновного окончен, у него не было.
   Горожане украшали деревья светодиодными гирляндами — они не просто светились, а еще и бегали сверху вниз по ветвям. Приятное зрелище. Ильи осенила мысль, что погибший Витольд пытался Анжелу спасти от игры на автоматах. Он бежал через железнодорожные пути к бару с автоматами, расположенному по той прямой, по которой он переходил рельсы. Он слишком торопился спасти дочь от долга и погиб, не заметив в ночи поезд. Сейчас этого бара уже нет, но в тот год, когда Витольд погиб, он был на пути его следования. Вот и весь ответ.


Глава 14

     Сидел Илья Львович весьма довольный жизнью и ел соленую соломку, дабы не потолстеть. Но тут позвонила Нина и сказала, что им необходимо съездить вдвоем к матери Витольда. Илья только охнул, но согласился поехать в гости в выходной день. Мать Витольда оказалась бабулей подвижной, но ворчливой. Жила она с отчимом Витольда.
   Та еще парочка.
   Мать Витольда постоянно ворчала на его отчима. Пожилой человек умудрялся не реагировать на нравоучения пожилой супруги, так они уживались уже лет сорок. И у детектива стукнула в голове мысль: «А как реагировал Витольд на свою родную мать? Могла ли она его довести до белого каления?» И сам себе ответил: «Могла». Есть люди, напичканные нравоучениями и поучениями. Мать была из этого числа.
   Теперь Илья постоянно думал, что это именно мать довела Витольда до невменяемого состояния, и теперь сам пытался отгородиться от ее нравоучений всеми способами. Например, если на семейный праздник приезжали все родственники Нины, то он приезжал на праздник последним, когда мать Витольда уезжала. На этом он и остановился в смысле поиска правды о погибшем муже Нины.
   Однажды за ее квартиру давали две комнаты, а сами потом получали большую квартиру, а она так, промежуточный вариант в цепочке обмена. Но это было лет тридцать назад. Две огромные комнаты по двадцать шесть квадратных метров, таили в себе огромный древний шкаф, которые хозяева не хотели увозить, он неподъемный, антикварный. А во второй комнате в двух клетках жили птички и смотрели из окна на Москву-реку. Нина основательно забыла об этой квартире, а вчера...
   Бизнесмен с лицом в следах пластических операций, как у великого черно—белого певца из-за океана, показывал птичку в клетке, в телевизионной передаче, а квартира была столь знакомой! А еще она узнала шкаф, который так не хотела брать в наследство и не стала участвовать в обмене. Этот обмен ей лет десять снился, она просыпалась с ужасом: обменялась или нет? Потом смотрела на низкий потолок и успокаивалась.
   В той квартире было четыре комнаты, кухня и, в общем, там можно сделать квартиру, в которой не стыдно жить бизнесмену — стилисту.
Нина была вынуждена слушать истории о зиме и лете, сидя под золотой листвой березы. Ветер иногда приносил холодные потоки воздуха, и она куталась. Ей вдруг показалась, что в этом году она вообще не знает чувства времени.
    Жизнь правит бал переживаний. Самый главный бал зимы — Новый год. Илья вздрогнул от предчувствия, он боялся схода родни Нины за общий стол, который она накрывала за их общий счет. Он боялся этой встречи. Он уже обвинил мысленно Анжелу и мать Витольда. Что таится в Нине? Вот в чем вопрос.
   Город плотнее одевался елками и покрывался гирляндами. У перехода под железнодорожными путями продавали игрушки и маленькие елки. Илья пошел через переход. В переходе сидела дружная компания, состоящая из двух продавцов и одного музыканта. Здесь продавали нательное белье и цветы. Рядом с продавцами сидел баянист, который иногда играл нечто известное всему народу. Илья остановился у живописной группы. Ему показалось, что эта компания знала мужа Нины.
   Теперь Илья уже знал, что Витольд последнее время работал сварщиком на стройке. Дома строили по новой технологии, поэтому без сварочных работ сборочный процесс домов не обходился. Он строил дома в новом районе, а жили они в старом районе города. При сварке бывает такая красивая иллюминация, что не хуже салютов смотрится со стороны.
   А, когда сварщик успевал книги читать на работе? Или он читал во время обеда? При сварке точно книгу не почитаешь. Спрашивается, почему он шел с библиотечной книгой? У Ильи в голове пролетели вопросы целым роем.
   — Мужик, чего застыл? — спросила полная баба в цветастом платке, продающая цветы.
   — Не знаю, как к вам обратиться. У меня есть один вопрос, — растерянно проговорил Илья Львович.
   — Задавай свой вопрос, — разрешил баянист.
   — Дело в том, что я женюсь на женщине, у которой муж погиб под поездом, когда он переходил железнодорожные пути. Это было год назад.
   — Ты на бабе Витольда жениться хочешь? — удивилась баба в цветастом платке.
   — А вы Витольда знали? — в свою очередь удивился Илья.
   — А то нет, он тут завсегда проходил. Витольд нашему музыканту Георгиевичу в шапку деньги за музыку кидал. У меня цветы жене Нине покупал. Он с нами разговаривал, а то некоторые идут и за музыку не платят, — ответила баба.
   — А вы, часом, не знаете, почему Витольд пошел не через подземный переход, а через железнодорожные пути? И, вообще, непонятно, почему вы знаете, что он погиб? — спросил с отчаянием в голосе Илья.
   — Да кто его знает, почему он пошел через пути?! — возмутился баянист. — Ты не первый, кто у нас про Витольда спрашивает! Год назад нас постоянно опрашивали по этому вопросу. Мы ничего не знаем.
   Илья положил бумажную купюру в шапку баяниста и пошел дальше по переходу под радостный крик музыканта. Он хотел посмотреть на дома, которые строил Витольд. Дома стояли похожие один на другой и были готовы для новоселов.
   В голове у Ильи было три варианта ответа. Случайность. Спасал дочь Анжелу от игровой зависимости. Мать, любившая всех обзванивать, довела его упреками и нравоучениями. Почему-то в эти варианты не входила Нина. Илье женщина нравилась, и он не мог даже в мыслях ее упрекнуть. У одного нового дома Илья заметил небольшую группу рабочих. Он подошел к ним и стал пристально рассматривать.
   — Кого ты здесь ищешь? — спросил рабочий, одетый в синюю куртку, похожую на ватник.
   — Я ищу того, кто знал Витольда-сварщика, погибшего год назад.
   — Мы его знали, — ответил строитель. — Хороший был мужик. Работящий. Земля ему пухом. Помянуть бы его не грех, год прошел.
   — А вы, случаем, не знаете, почему он погиб? Почему он не пошел через подземный переход?
   — Кто его знает! Я точно не знаю, почему его черти через пути понесли! — воскликнул зло рабочий. — Может, он устал! Или замерз! Или заболел! Сварщики порой на улице работают!
   — Простите меня, — попятился Илья. — Вот, помяните Витольда-сварщика, — и он протянул купюру рабочему.
   Рабочие кивнули ему в знак благодарности.
   Илья пошел вновь к пресловутому подземному переходу. Он не был богат, раздавая деньги, он элементарно покупал свою жизнь у случайностей.
   — Подождите! — услышал он сдавленный крик.
   Илья остановился, оглянулся: за ним быстро шел молодой парень.
   — Мне надо с вами поговорить, — нервно выдохнул молодой человек.
   — Я вас слушаю, — ответил спокойно Илья Львович.
   — Я работал с Витольдом, я его ученик. После его смерти вся его работа на стройке на меня свалилась. Я знаю, как ему было тяжело работать. У него были большие проблемы с глазами, он часто смотрел на сварку, но не всегда подбирал правильные очки. Я себе купил защитные очки для сварки, а он на себе экономил. Он просто мог не заметить поезда.
   — Но он мог его услышать! — воскликнул Илья.
   — На стройке столько шума, что слух притупляется, — ответил молодой сварщик.
   — Спасибо вам большое! — произнес Илья, пожимая руку парню.
   У подземного перехода Илья поджидала баба в цветном платке.
   — Мужик, что я тебе скажу, — проговорила она шепотом.
   Но договорить она не успела, ее кто-то просто оттолкнул от него, потому что мгновенно появилась толпа из электрички. Баба исчезла в толпе или растворилась в пространстве. Он медленно пошел к остановке, но на его пути встала баба в цветном платке, словно из-под земли выросла.
   — Мужик, я чего вспомнила: Витольд плохо видел. Мужчина он был обходительный, шибко мне нравился. Он мне одну историю про себя рассказал. Когда ему было лет девять, он уже был красивым, а в школе, значит, у них зрение проверяли. Фельдшер ему в глаза жидкость закапала, от которой у него зрачки расширились, но назад так и не вернулись. Мальчишка почти ничего не видел. Его глаза долго лечили, но особо не вылечили. Он всегда в очках ходил. Он же еще сварщиком работал, прутки сваривал, очки другие надевал, так еще хуже зрение стало. Вот, — выдохнула тираду слов баба и исчезла в сумерках.
   Илья пришел домой. Его мини-квартира сияла чистотой. Пахло вкусной едой. На тренажерном велосипеде сидела Нина в футболке и бриджах, крутя педали.
   — Еда готова. Я тебе не помешаю, если покручу педали? — спросила Нина.
   — Крути педали. Ты мне не мешаешь, — ответил Илья и стал переодеваться.
   Незаметно мужчина посмотрел на элегантную женщину на велосипеде, вспомнил бабу в платке и понял, что для Витольда они были равны из-за плохого зрения. Ему захотелось сделать подарок Нине.
   — Нина, а какие у тебя очки? Минусы или плюсы?
   — У меня очки для работы и для дали, поэтому я ношу с собой всегда двое очков.
   — Ты мне свои данные только запиши, чтобы я не перепутал.

   Илья заказал для Нины дорогие модные очки, в которых были все нужные ей для нормального зрения диоптрии. Через неделю он подарил ей очки. Женщина растрогалась, поцеловала любимого человека и расплакалась, но как-то быстро успокоилась и сказала:
   — Илья, у меня есть проблема, я тебе о ней не говорила. Анжела больше года снимала квартиру у музыканта, он в подземном переходе играл. Витольд Анжеле сосватал эту страшную квартиру.
   — Почему страшную квартиру? — насторожился мгновенно Илья.
   — Квартира однокомнатная, так вроде и ничего, но плита сожженная. Я ее сама отмывала, но так и не смогла отмыть. Туалет еле отмыли. В ванной плитка облетела. Запахи жуткие.
   — А сейчас что случилось?
   — Музыкант жил у какой-то бабы, а квартиру свою сдавал моей Анжеле. А тут он как сбесился. Кричал на нее, просил немедленно выехать из квартиры. Анжела выскочила из квартиры, а когда вернулась, то застала музыканта в ванной. Висел он на штыре для душа. У Анжелы страшный стресс.
   — Анжела одна жила в этой квартире?
   — Нет, со своим гражданским мужем, которому буквально месяц назад дали квартиру за выездом. Теперь они могут пожениться и жить в его квартире.
   — Как такую квартиру Витольд ей мог посоветовать?
   — Я тебе не говорила, Витольд плохо видел с детства, а последнее время и запахи не различал. Он был в той квартире, но ему все как с гуся вода. Другой бы не предложил снять дочери такую квартиру.
   У Ильи сердце упало и вновь забилось. Ему стало плохо. Это заметила Нина:
   — Не переживай, Илья, Анжела выехала из той проклятой квартиры. Она со своим мужем живет сейчас на его территории.
   — Нина, у твоего мужа Витольда враги были?
   — Ты чего такое говоришь? Он добрый был.
   — Или очень добрый, — обронил Илья и посмотрел на заснеженные ели за окном. — Нина, а как обстоят дела у твоей второй дочери?
   — Люба не моя дочь!
   — Я думал, она твоя, у вас и рост одинаковый.
   — Любу привел Витольд из-под земли, точнее из перехода подземного. Он добрый. Мы вообще тогда только поженились, я в институт поступила. А он привел домой маленькую девочку. Шли девяностые годы. Ее отец задолжал кому-то или проигрался в пух и прах. К ним пришли два мужика домой, которые расстреляли ее родителей. А Люба в шкафу под одеждой просидела, ее не заметили.
   — Она одна жила?
   — Нет, у нее есть тетка, она в подземном переходе цветы продает.
   Илья с изумлением посмотрел на Шуру, у него слов не было от подобной цепи совпадений.
   — Не удивляйся, она от своего родного отца переняла любовь к азартным играм. Когда Витольд погиб, она ведь проигралась до долгов! А Витольда она как отца любила. Его смерть очень переживала.
   — А почему она не с теткой живет?
   — Тетка личность странная, если не сказать больше.
   — Но сейчас Люба взрослая женщина. Замуж не собирается?
   — Есть у нее один строитель, он сварщиком на стройке работает. Кстати, ученик Витольда.
   На этом месте Илья сел, закрыл рот рукой, крякнул:
   — Что-то в горле першит.
   — Я тебе чаю налью.
   — И она слоняется без квартиры, когда у нее есть своя квартира?
   — Илья, все перемелется, но не сейчас. Пей чай. Витольд боялся за Любу и не хотел, чтобы она жила в квартире родителей.
   — А кого он боялся?
  — Не знаю! — крикнула Нина и уткнулась лицом в плечо мужчины.

     Илья понял, что он тоже не знает ответа на все вопросы этой истории. Итак, он стал жилеткой для слез. А голова у него для чего? Все люди из этой истории друг с другом связаны и судьбой повязаны. У него впервые возникла мысль, что сварщик Витольд, баянист Георгиевич и родители Любы — звенья одной цепи. Но какой? Чем и кому они навредили? Еще он понял, что через подземный переход ему идти не хочется. А надо бы посмотреть, что там делается.
   И он пошел в переход, прошел его и никого не нашел. Люди шли из электрички целой толпой, но никто не играл и не продавал. Он пошел к новым домам, но и там строителей не было. Все невольные свидетели трагических событий исчезли с его пути.
   Что Илья знал? Что родители Любы были убиты много лет назад, что Витольд погиб год назад, а баянист повесился вообще недавно. Вот! А сам ли погиб Витольд? Сам ли повесился баянист? Куда делась баба в цветном платке? Ее не было в переходе. А если убийца родителей Любы был в местах, где вместо асфальта деревянные доски? Почему нет? Значит, убийца вышел на свободу год назад и убрал второго отца Любы?! Чем провинился баянист? Он жил с теткой Любы, то есть был ей дядей...

   Так или не так, а на свете жил бедняк. Кто этот мститель? В голове Ильи стало пусто. Он испугался не на шутку! Ведь теперь он гражданский отчим Любы! Ему стало страшно! И надо ему было искать даму через Интернет?! Что делать? Куда бежать? Кого бояться?
   В голове возник образ строителя в синей куртке, похожей на ватник. Так и этот молодой человек находится под ударом? Ильи заклинило, он уже не боялся за себя — боялся за незнакомого парня-сварщика. В памяти возникли слова Нины, что Анжела и ее парень живут в квартире, куда Витольд не пускал их жить!
   Елку на площади собрали до конца. В витринах магазинов появилась мишура с подсветкой. Новый год приближался. Нина не любила горевать, на работе по Интернету она заказала четыре билета в театр и через интернет банк заплатила. Она хотела, чтобы дочки со своими парнями развеялись от грустных мыслей. Но Анжела отказалась идти в театр, сославшись на плохое самочувствие. Поэтому Нина предложила Илье пойти с ней в театр. Он обрадовался такому предложению, узнав, что в театр придет Люба со своим молодым человеком.
   Все четверо сидели в одном ряду. Илья сидел как на иголках. Он спиной ощущал холодок чужого взгляда. Рядом с ним сидел молодой человек. Ему казалось, что они оба затягиваются одной петлей. Он чуть не закричал от воображаемой реальности. В полусумраке зала он чувствовал свою погибель. Илья не мог смотреть на сцену, либо смотрел, но ничего не понимал. Ему хотелось оглянуться: казалось, что за ним сидит мужик в куртке, похожей на ватник. Но этого быть не могло — в теплом театре не сидят в рабочих куртках.
   До его плеча дотронулась чья-то рука. Илья весь передернулся от страха. Он невольно посмотрел мельком на Любу, а сзади его по шее ударили торцом ладони. Он вжался в кресло. Ему захотелось сползти на пол, но он повернул голову назад в ожидании удара. Перед ним сидела баба с цветным полушалком на плечах. Она прошипела ему на ухо:
   — Не заглядывайся на мою Любу!
   Илья вздохнул с облегчением: за его спиной сидела охрана в лице бабы в полушалке. Поговорить с девушкой и ее парнем ему не удалось.
На следующий день он подумал, что все страхи и проблемы он выдумал. Нет никакой для него опасности.
   Мужик в синей куртке под ватник работал на стройке больше года крановщиком. Звали его Зураб. С виду он был обычный человек, но иногда быстро становился злым или, точнее, озлобленным. К этому привыкли и не особо замечали те, кто с ним работал. Витольд чаще других с ним разговаривал за жизнь в минуты затишья. По работе они мало пересекались, а поговорить могли.
   Случайно и под выпитую водку по поводу собственного дня рождения, Зураб разговорился. Он рассказал Витольду, что работал на золотом прииске бульдозеристом. Однажды его сменщик взял отгул. Зураб остался один. Был момент во время короткого обеда, когда бульдозер не работал, он чуть было не уснул.
     Зураб никогда не спал в обед, а тут его сморил странный сон. Он прикорнул, потом чутьем волчьим почувствовал что-то странное. Он краем глаза посмотрел в окно и увидел, что ему два мужика почти под острие бульдозера бросают нечто блестящее. Он подумал, что ему это снится, и сделал вид, что спит и ничего не видит.
   Выходить и брать дары людей он не стал, а выждал, когда сеятели золота ушли, и приступил к работе. Естественно, что он взял в ковш бульдозера то, что ему подбросили. В ковше лежали огромные слитки золота. У Зураба возникла мысль, что слитки искусственные, потом он эту мысль отбросил. Один слиток весил больше десяти килограмм, еще пять слитков были весом меньше килограмма. Слитки он завернул в промасленную тряпку и спрятал в кабине бульдозера. С собой ценный груз он не понес. Вскоре Зураб золото перепрятал и стал мечтать о новой жизни.
   В это время уже летело сообщение в министерство от неизвестного человека, что найден самородок, достойный выставки, но его дальнейшее нахождение неизвестно. Приехали на прииск сыщики, которые искали эти самородки.
   Но никто не догадывался, что самородки спекли умельцы для поднятия цены на золото. Задача заказчика была простая: надо было сделать золотые самородки, потом добыть их из земли и подбросить на столичную выставку в качестве самородков.
   Зураба взяли с самородками, когда он по простоте душевной пытался их вывезти на большую землю. На это и рассчитывали заказчики этого проекта. Его посадили. Самородок выложили на главной выставке страны, потом его убрали на склад, откуда он исчез в неизвестном направлении. Родители Любы работали на золотом прииске. Они участвовали в изготовлении ложных самородков, поэтому их и убили.
   Через год к Нине подошел человек и попросил написать стихотворение. Она написала первое за этот полусонный год стихотворение, и вошла в штопор. У нее произошел срыв воспоминаний о погибшем любимом человеке, срыв привел ее в странную поликлинику. Ей опять сделали укол, но в больницу не увезли, и она лечилась на ходу. Сама приходила на уколы. После этого лечения она что-то стала понимать, ее мозги очистились от страха воспоминаний! Она стала писать о муже стихи! Она писала каждый день по стихотворению, она писала ему стихи целый год!
   Пошел второй год после смерти Витольда, ему было написано огромное количество стихов, и вдруг, Нина написала стихотворение поэту, который сидел рядом с ней в поезде. Поэт поэта вылечил. Они ехали в поезде и писали друг другу стихи. С этого момента она перестала жить прошлым, она вошла в настоящее время.
   С поэтом она ходила по берегу Волги. Днем и вечером они ходили по городу вдоль и поперек. Они оба были в командировке, но это не мешало им ходить по городу, одетому в золото бабьего лета. Они смотрели на памятник вождю, но зайти в крытый музей она не смогла. Город, укрытый золотом листвы, и огромная река Волга ее окончательно вернули к жизни. Она перестала вспоминать, она увлеченно смотрела на пейзажи, на поэта — она жила!
   Нет, она не влюбилась в полненького поэта, со слегка лысеющей головой, но рядом с ним ей было легко. Он был такой мягкий, сладкий, уютный! Он был добрый и до безобразия симпатичный! Она ходила рядом с ним, рядом с трамвайными путями и была почти счастлива. Но стоило их рукам соприкоснуться, как начались проблемы, упреки и всякая ерунда, но это была жизнь, текущая жизнь, а не прошлая жизнь, канувшая в лету. Через пару месяцев поэт перешел на другую работу, не смог он быть рядом с Ниной, но это было уже неважно.
   В ее жизни наступил период перебора струн человеческих сердец, она увлекалась то одним, то другим, каждому писала пять стихотворений и меняла партнера, платонического партнера. В серьезные, близкие отношения она долго, а может еще год, до следующего ноября ни с кем не вступала, она боялась потерь. Она ходила в темно-синем платье с белым воротником, почти с белыми волосами, уложенными в короткой стрижке. Она нравилась всем мужчинам от студентов до седых мудрецов, она мимоходом писала всем стихи и рядом ни с кем долго не находилась.
  Нина стала приобретать популярность, ее пригласили выступить на новогоднем вечере. Она ходила в вишневых полусапожках на длинной шпильке, в вишневом костюме и белой блузке или в черном, тонком свитере. В таком виде она выступила, но видимо это не было ее призванием.
   Прошло еще пару лет после утраты, а она все не находила себе партнера, да, не находила! Все стихи, да поэты, а поэты любят словами, а не сердцем. Поэтическая любовь зашла в затяжную фазу. Годы бежали.
В литературном обществе побывало много симпатичных поэтов, она лет несколько ходила в это приятное общество, но однажды наступил предел допустимого общения. Нина покинула реальное общество поэтов и перешла в виртуальное общение. Какой вывод из этой истории? Поэт от неприятностей защищен стихами, а тогда, давно, она не смогла сразу потопить свое горе в стихах.
Нина встряхнула головой, она вспомнила Илью, конечно, она его раньше встречала. Конечно, у нее остались визитки от лучших времен, когда Витольд и Зураб были живы. И не всегда она работала дворником. Она вспомнила, что Анжела что-то говорила ей о Илье, явно они были хорошо знакомы. Она подумала о Илье, о его сообщение, и вот именно оно стало ей абсолютно безразлично. Да кто он такой!? Она его знать не знает, покопался в ее жизненной ситуации, так зачем о нем горевать.
Мысли промелькнули в голове Нины веером и исчезли. Она отвезла Илью домой, потом вытащила из телефона симку, купила новую, словно поставила крест на всей этой истории. Нина на телефоне с новым номером набрала номер телефона Анжелы. Дочь безумно обрадовалась ее звонку. Мужскую траекторию Нина завершила, дальше она хотела жить только ради дочери. А Анжела тут же сообщила матери Нине, что Люба со своим мужем улетели туда, где ее родители золото добывали.
Можно подумать откуда права у Нины? Так она их получила до гибели Витольда. Она еще покопалась в своих мозгах, которые стали вдруг работать с бешенной скоростью, она решила сменить тоже местожительства. Люба уехала далеко. Анжела живет с гражданским мужем на его территории. Дворницкая квартира Шуру больше не привлекала. Илья ее послал по СМС. От Ильи Львовича она открестилась симкой. Люба? Ей она свой номер не скажет. Зураб? Этот деревенский богатырь на тракторе? Обойдется, он и так первый парень на деревне.
Как-то так и интерес Ильи Львовича к Нине был потерян.


Глава 15

   Лариса в хорошую погоду выходила гулять в обед в ближний лесопарк, по которому дорожные службы проложили дорожку из белых камешков. Летом от белых камешков обувь становилась белой, осенью грязь и листва уравнивали камни до одной высоты, чему способствовали проезжающие с бревнами машины. В лесу постоянно на одном месте жгли лишнее ветки и распиленные бревна. Зачем? Возможно, что они золу производили для таблеток. Совсем рядом находилось производство по изготовлению лекарства.
   Подберезовики после дождя с удовольствием росли рядом с пешеходной дорожкой. Они не любили расти зря, им очень хотелось почувствовать тепло человеческих рук. Нина видела грибы под любым листиком, за любой корягой. Она не могла пропустить милую шапочку гриба, особенно маленького. Один гриб подарил ей пилочку для ногтей. «Интересно, как сотрудница Нина в лесу могла ее уронить»? — мелькнула мысль в ее умной головке.
   Среди деревьев мелькнул мужской силуэт в светлой одежде. Он явно искал грибы в десяти метрах от дороги. Лариса слегка поежилась, она превратилась в ежика с колючками. Шла она одна по дорожке лесной и не думала, что в лесу еще есть люди. Она резко свернула в сторону от тропинки к кусту, обсыпанному малиной, и с удовольствием поела спелые ягоды. Но вдруг Лариса почувствовала взгляд. Она приподнялась и увидела у куста с малиной, расположенного в трех метрах от нее, мужчину на корточках, который ел малину, а на нее поглядывал с усмешкой. Она наклонилась к самой нижней ягоде, а рядом с ягодой лежал складной нож. Ей захотелось крикнуть:
   — Мужчины, кто нож потерял?
   Вместо этого она ногой толкнула нож в кусты, медленно встала, незаметно оглянулась и пошла к автомобильной трассе. Сзади послышался щелчок, скрип. Она остановилась от страха, потом сообразила, что это старые деревья скрипят от соприкосновения. Навстречу ей по дорожке шла женщина с платком на голове и с корзинкой в руке:
   — Женщина, не подскажите, как выбраться из леса?
   — Вы не на ту дорожку вышли, надо вернуться до развилки и повернуть на другую дорогу. Лесной перекресток путает дороги.
   — Вот спасибо! Я чувствую, что машины уже рядом, а выйти из леса не могу.
   Лариса всей душой готова была пойти рядом с женщиной, и она пошла рядом с ней. Женщина заметила:
   — Что такая грустная?
   — В подберезовике нашла пилку для ногтей, — ответила Лариса.
   — Бабы уронили, у них ножей нет, так пилкой смотрят, червивые грибы или нет. Так все просто.
   — С грибами все просто, у меня вот приятельница Нина с отпуска не вернулась, она в лесу все дороги знает, я всегда с ней ходила и ни о чем не думала. Я думаю, что это ее пилка.
   — Что с ней произошло? — спросила женщина.
   — Не знаю. Я тоже отдыхала на юге, где и сейчас находится Нина, но я уехала на неделю раньше. Мы отдыхали там, где раньше рос бамбук. Бамбуковая роща, а рядом море. Теперь в городе все стало красивее, и вместо бамбука растут пальмы и кипарисы. Ой, а я вас не задерживаю, мы уже дошли до дороги?
   — Может, ваша приятельница еще вернется?
   — Сомневаюсь, на работу она не вышла. Когда она приехала к морю, то очень захотела вернуться домой. Она мне это сама говорила. Женщина она худенькая, шустрая.
   — Что с ней могло произойти?
   — Если скажу, не поверите. Вы не спешите?
   — Я могу вас выслушать. — сказала женщина.
   — Когда я приехала в бамбуковый город, на вершинах гор еще лежал снег, а море было холодное. Нина приехала через неделю, и море уже стало теплее. В горах много горнолыжных трасс. Море постоянно штормило. В городе проходил фестиваль, из-за которого неделю разгоняли облака. Солнце светило на лыжные трассы и нагревало снег. Нет, я не скажу вам свое предположение по поводу отсутствия Нади.
   — Ой, нет! — воскликнула женщина и быстро пошла к автобусной остановке.
Лариса посмотрела женщине вслед и тут же услышала за спиной мужские голоса. Страх пробежал по ее спине, и она пошла к стоянке машин. Из леса вышли двое мужчин в светлых брюках и светлых рубашках. Мужчины, переговариваясь, подошли к своим машинам на стоянке. Ей стало стыдно, она повернула назад, чтобы найти нож в малине и отдать им, но ее отвлекли другие события. Когда Нина вернулась из отпуска на свое место, то на столе увидела свою пилку для ногтей, которую она потеряла в грибочке. А нашла ее Лариса во время прогулки в обед, в ближнем лесу. Как-то так.
Встреча Серафима и Сюзанны на берегу пруда была более чем случайной. Между ними стал устанавливаться любовный, эмоциональный мост отношений. Серафим всегда выделялся из толпы, как цинния среди цветов, вроде и цвет тот же, да благородства больше.
   Жизнь жены с мужем начиналась или продолжалась обычно. Молодые супруги гуляли у пруда. Шпильки зеленых изящных босоножек проваливались в песке, когда Сюзанна шла по пляжу. Она была довольно милое создание с приличной копной светлых волос, сверкающих в лучах заходящего солнца, падающих на плечи.
   Одета она была явно не для пляжа, а для работы на твердой поверхности, где-нибудь в офисе под светом неоновых ламп. На лице ее играла вымученная улыбка, готовая исказиться гримасой в любой момент. Она шла так, словно ожидала, что ее непременно догонят. Нет, быстрым ее шаг нельзя было назвать, он скорее был настороженным.
   Пляж был городским, урбанистическим, ухоженным. Песочная полоска соприкасалась и исчезала в пруду, с другой стороны к пляжу подходили современные строения, которые построили в первой линии от пруда, и предназначались для офисов преуспевающих фирм.
   В нескольких шагах от женщины шел божественный мужчина, грациозный и гибкий в каждом своем движении. Он был одет просто и одновременно несколько торжественно: черные брюки и кремовая рубашка, которая неуловимо гармонировала с волосами женщины.
   Но его слова совсем не подходили его внешности:
   — Сюзанна, когда ты научишься ходить на шпильках?! Если еще раз твои каблуки утонут в песке, то я уйду от тебя навсегда! — кричал Серафим молодой женщине.
   Женщина вздрогнула всем своим хрупким телом, из ее глаз брызнули слезы и покатились по ровным молодым щекам.
   — Вот чертова баба, ходить на каблуках совсем не умеет! Можешь ты понять, что при ходьбе на каблуках наступают на носки, а на каблуки наступать нельзя! Каблуки не должны касаться песка!
   Молодой муж ускорил шаг, догоняя жену.
   Сюзанна шла, глотая слезы, но шла дальше, а ее тонкие шпильки медленно поднялись из песка и зависли в воздухе. Она пошла на носках босоножек, боясь коснуться песка каблуками. Слезы на ее глазах высохли, но осталась горечь в душе. Они вышли на асфальтированную дорогу.
   — Сколько можно тебя учить ходить на каблуках! Покажи каблук! Ты испортила песком шпильку! Совсем ты обувь не бережешь!
   — Серафим, перестань на меня кричать. — сказала Сюзанна. — В песке всегда каблуки проваливаются. Зачем ты повел меня на пляж? Если бы мы шли на пляж, я бы надела босоножки без каблуков.
   Мимо высоких домов они шли молча. Она училась молчать рядом с ним. У нее появлялась мысль, что ему она после свадьбы абсолютно не нравилась. Зачем она ему была нужна, она не понимала, но она была не молода, и ей льстило внимание молодого мужчины. Она была ему нужна для любви физической? Да. Но для нее главнее не это. Ни на одном пляже не было красивее его мужчин. Ноги стройные и длинные, тонкая талия, плавно переходящая в мощный торс и широкие плечи. Тонкие запястья, прекрасные ладони, пальцы, ухоженные ногти. Красавец, а не мужчина.
   Страх возникал у жены Сюзанны в присутствии мужа Серафима, и такое чувство редкостью для нее не являлось. Она всегда прятала кухонные ножи в стол. Она боялась сказать мужу слово поперек. Она выполняла все его прихоти и терпела его нескончаемую любовь. Сюзанна была хорошей девушкой, парней не меняла, занималась прилежно своими делами и не страдала от любви и сопутствующих чувствам проблем. Она вышла замуж, когда ей не было и двадцати лет. Скорее это он на ней женился. Он к ней пристал как банный лист. Издеваться над ней или учить ее он стал сразу после свадьбы. Она еще слово "муж" не научилась произносить, а он уже постоянно делал ей замечания.
   — Что у тебя сегодня за прическа? Что это за конский хвост сзади тебя болтается?! — кричал муж, едва оторвав голову от подушки. — Неужели ты не понимаешь, что хвост из волос — это не прическа для женщины?! Я хочу, чтобы ты была настоящей женщиной, а не девчонкой с хвостиками! Господи, на чем я женился?! — с болью в голосе говорил мужчина, отправляясь в ванную комнату делать себе прическу, и делал ее с чувством, с толком, чтобы волосы стояли по стойке смирно.
   Жена закрутила кончики волос, а потом целый час сидела у зеркала и делала гнезда для птиц из волос на голове. Она старалась быть красивой и делала на голове парадные прически, если была для этого возможность.
   — Красивая прическа! — вскричал муж и повалил жену на постель.
   Прическа из птичьих гнезд превратилась в гнездо. Жена устала делать прически из больших волос. Да еще муж подарил ей журнал о прическах и все хвалил одну прическу. Это была прическа из коротких волос, хорошо уложенных на голове явно не без помощи крупных бигуди. Жена пошла в парикмахерскую, подстригла волосы, сделала химию и накрутила на крупные бигуди.
   С новой прической жена пришла домой. Муж, увидев, что жена ему открыла дверь с новой прической, бросился бежать вниз по лестницам. Она побежала за ним по ступенькам вниз. Они остановились на лестничной площадке у мусоропровода.
   — Ты что сделала со своими волосами? Ты для кого сделала такую прическу? Все! Ухожу от тебя!
   — Я хотела тебе понравиться!
   — Правда?! Пошли домой.
   Дома муж после ужина лег с женой на постель, погладил ее волосы, а они легко легли на свое место. Мужу понравилось играть с волосами жены, потом с ее телом, потом с ее ногами. И забыл мужчина, что обиделся на прическу женщины.
   Любовь бывает приятной и противной в исполнении одного и того же человека. На протяжении совместной жизни каскад страха и унижений менялся. Любовь мужа воспринималась женой как адское наказание. В таких случаях самое большое ее желание было — прекратить любовь. И самое большое желание — остаться одной. На следующее утро муж сменил тему. Жена вышла на балкон. С третьего этажа деревья казались совсем близкими. На балконе появился муж.
   — Сюзанна, в чем ты ходишь?! Посмотри на свой халат!
   Молодая женщина прекрасно знала, что на ней новенький халатик с воланами из той же ткани, расположенными по удлиненному вырезу на груди.
   — Куда смотришь? Посмотри на длину халата! Колен не видно! Укороти халат немедленно! Сделай на две ладони выше колен!
   Она зашла в квартиру. Ее зубы почти скрипели. Она отрезала подол халата на пятнадцать сантиметров и подшила его так, как требовал мужчина. Мужчина увидел на женщине халат новой длины: все ноги женщины были видны. Схватил мужчина женщину и понес ее в кровать. Халат он сбросил с нее в первую очередь.
   У жены было новое платье вишневого цвета с воротником под горло. Молодые супруги собирались пойти в кинотеатр на премьеру фильма. Муж презрительно посмотрел на воротничок платья женщины.
   — Что это такое! Что за воротник у тебя на платье! Сделай вырез!
   — Можно после похода в кино?
   — Ладно! И это моя женщина?! На чем женился!
   После фильма жена сделала на платье глубокий вырез. Надела платье. Мужчина посмотрел на женщину в платье с вырезом, оголяющим ее юную грудь, и унес ее в кровать. Платье оказалось на полу. Люди Сюзанну узнавать перестали, так она менялась в последнее время и все больше хмурилась.
     — Сюзанна, ты, в чем пришла!? Ты кто, женщина или полицейский?! Ты дома! А дома ты женщина!
     Сюзанна из последних сил переоделась в короткий халатик, причесала волосы и пошла на кухню.
     — А, что ужин еще не готов? Женщина, ты, где была? Почему я прихожу домой и не нахожу еду на плите?
     Сюзанна вынула из кармана короткого халата пистолет, приложила его к виску мужчины:
     — Пошел ты... — и нажала на курок.
     Это был ее сон о Серафиме, она его опять давно не видела.