Великий незнакомец

Очень рано он понял, что  пустота уносит и в никуда, рано понял, что надо отсекать от главного второстепенности, что большое дело и мечта протягивает силу, о которой и не догадывался, надо только быть верным  делу и себе , что нужна душа, питаемая  верой   — вот как он все это  понял так рано? Это я думаю  о АлиетРамазановиче Чубокове, который отдал свой научный гений и свою жизнь для разгадки самой великой тайны  в человеке — его мозга. Многое, многое  успел, вплотную подошёл к её разгадке и погиб. Не умер, а сгорел, погиб в схватке с противостоянием мозга, не желающего раскрывать свои тайны. И вынужденный это сделать под  силой его воли, страсти, дара.

12 марта день рождения у Алий Рамазановича.
День рождения человека, который  посвятил свою жизнь,  свой мощный научный дар разгадке тайн мозга, самой  значительной и во многом еще недосягаемой научной загадке  в природе человека.
И загадка эта, захватывающая все—мысль, эмоции, внушения, безумия, откровения, память…, — решительно сопротивлялась разгадке.
Али Рамазанович отважился ранее очень слабо  преодоленное и метафизическое сопротивление, во многом преодолеть.
Кратко:
Золотая медаль  средней школы Нижней Жемталы.
Диплом с  отличием Северо-Осетинского  медицинского  института.
 Приглашение  в аспирантуру Института нормальной и патологической физиологии Академии Медицинских наук СССР.
В 1971 году  блестящая защита кандидатской диссертации и начало работы в Институте биологической физики клетки АН СССР в городе Пущино Московской области.
Позднее здесь у него будет, им возглавляемая лаборатория нейромедиаторных систем.
(Не представить, не осмыслить,  что включают эти системы.  А это нейронные связи и  — у каждой из 100-200 млрд нервных клеток около 10 тысяч отростков — каждая клетка связана в этой сети с другой через 3-4 рукопожатия. И вещество  передач нервных импульсов от нейронов к мышечной ткани и есть  нейромедиаторы, коими и занималась лаборатория Чубакова.)
Тему докторской работы Чубакова: "Моноаминергическая регуляция развития мозга в постнатальном онтогенезе" (морфологическое исследование на культуре ткани), с успехом защищённой в1989 году, тоже надо расшифровывать долго. И в ней открытия, в ней решение ранее неизвестных механизмов для  понимания структуры мозга и методов  его лечения, прояснения фундаментальных загадок органа, в нервных клетках которых  заложено все, что делает человека человеком и сбои в них превращают его в растение.
Терзала Али Рамазановича власть этих незримых отклонений, и в своих многочисленных изобретениях и открытиях, за которые он решением Государственного комитета  СССР по делам изобретений и открытий, получал  авторские свидетельства , есть решения   лечения мозга.
Заместитель директора Института биологической физики АН СССР Масулис И.С рассказывала:
-Относительно научных работ Али Рамазановича, пролистывая список его публикаций, причем в очень авторитетных международных журналах,  я обратила внимание на то, что многие задачи, которые он ставил и решал в своей научной работе чрезвычайно актуальны и по сей день и его можно назвать основоположником и родоначальником некоторых научных проблем, в частности исследования  механизмов  дифференцировки и формирования межнейронных связей по действием разных медиаторных систем. Это актуальные проблемы для биологии развития, для решения проблем механизмов формирования ранней психики сознания, памяти.
Алий Рамазанович, будучи одержимым, великим ученым так же имел дар наставника и воспитал блестящую плеяду  учеников.
К сожалению, многие из них в 90-е годы – сложные для отечественной науки, вынуждены были уехать за рубеж.
Но методы, и сам подход к постановке научных проблем, остались в стенах института, и во многом это огромная заслуга Али Рамазановича.»
Среди коллег Чубакова уехавших в США и доктор биологических наук Семенова Татьяна Павловна, которая  поделилась воспоминаниями:
  -Часто думаю о Алий Рамазановиче.
Открытый человек, спокойно и мудро подходящий к решению самых разнообразных вопросов в лаборатории, заботливый и внимательный к сотрудникам  пользовался огромным авторитетом и уважением всех.
Его захватила тема
исследование моноаминергических механизмов регуляции активности структур центральной нервной системы, непосредственно включенных в регуляцию процессов памяти и обучения.
    С каким огромным энтузиазмом и увлеченностью он погрузился в этот чрезвычайно трудоемкий и сложный метод, параллельно создавая собственный кабинет культивирования нервной ткани. И воспитанная  им целая группа таких же энтузиастов-сотрудников, готовых круглыми сутками работать в специальных стерильных боксах, «беседуя» с нейронами и расшифровывая их ответные реакции на различные нейрохимические воздействия. 
Бесценным в его работах  было использование комплексного подхода, позволяющего сопоставлять электрофизиологические реакции нейронов различных структур головного мозга с ультраструктурными изменениями в них в условиях изменения соотношения активности нейромедиаторных систем регуляции.
Бесспорно, что Али Рамазанович внес огромный вклад в становление нейрохимических исследований в институте биофизики АН СССР.
Об этом говорит обширный список его научных трудов, которые посвящены влиянию различных нейромедиаторных систем на формирование нейронных связей в культуре. Это на самом деле очень экспериментально тонкая, филигранная работа. Это очень сложные методики и Алий Рамазанович  виртуозно владел ими.»
За циклы работ "Структурно-функциональная организация мозга под влиянием биогенных аминов" Чубакову присуждался диплом именной премии имени В.П. Воробьева Академии Медицинских Наук СССР, его монографии, более ста научных работ, научные симпозиумы, им проводимые  и многое, многое другое, стало  сегодня ценнейшим, уникальным  ядром, основой современной неврологии и психиатрии.
В 1992 году в Москве в издательстве "Наука" вышла из печати фундаментальная монография Чубакова "Биогенные амины и развитие мозга",  ставшая сразу  незаменимым , необходимым источником нового знания и опыта для специалистов.
Было Алию Рамазановичу 50 лет, пора расцвета всех способностей, приближение к новой вершине, обострение интуиции, оснащенной огромным опытом — столько планов впереди и внезапная болезнь.
Да, невероятно напряженная работа, чрезвычайные нагрузки, сами условия труда, могли спровоцировать болезнь смертельную. Но осмелюсь на предположение условно мистическое— Алий Рамазанович Чубаков очень близко подошёл к величайшей загадке мозга и ее разгадке, а была она преждевременной.
Без последствий не остались и нравственные муки от перестроечного распада, обрушившей и на фундаментальную науку.
Растекалось все, что с таким трудом он создавал, уезжали те, кем дорожил, кому верил, бесследно исчезли и ряд его разработок
Но остаётся огромным счастьем рождение Алий Рамазановича и глубокой   скорбью его ранний уход для всей мировой нейробиологии и нейрофизиологии, для всех, кто понимал, кто пришёл на землю и кто ушел, кто любил его.
А любили его все, кому пришлось встретиться с ним.
Обаяние доброты, ума, таланта было властным.
Отдельная тема —  сила связи Алия Рамазановича с родной землей. Она, наверное,  из детства в изгнании и это только одно из объяснений.
Захваченный глобальными научными проблемами, абсолютно лишенный понятия — свободное время, он находил это время для встречи с земляками, для каждого, кому нужна была его помощь, находил возможность каждое лето приезжать на сенокос в родное село и в его  доме вдали от родной земли всегда звучала балкарская речь, его дети знали язык лучше сельских…
Трудно  и неловко писать о необъятном, великом,  значительном  столь поверхностно и торопливо.
Есть надежда, что будут другие работы.
Нам  ещё предстоит  знакомство с великим незнакомцем — Чубаковым Алием 
 Рамазановичем.