КН. Глава 30. Битва железных генералиссимусов

Глава 30. Битва железных генералиссимусов.
Выпроводив несостоявшихся генералов, последний великий русский главком со всё-таки испортившимся настроением приказал адъютантам привести к нему давно томящиеся в грановитых предбанниках главные презенты из ада, также благополучно перезимовавшие там, затем до срока воскрешённые, стратифицированные и подготовленные к высеву, то есть, допросу первой степени. Привести их, завести, или пока что занести головой вперёд, пока не суть важно как. Ясно стало другое, самое важное, что Люцифер ему теперь не одну похожую кознь подстроит. Приложит максимум усилий подорвать его изнутри. Расшевелили дьявольский улей, что называется. Теперь попрут инфернальные ловушки из каждого адского релоканта! Ладно, одним врагом или десятью больше, сути теперь ничего не меняет. Хуже не станет. Некуда.

Сталина, бывшего главковерха победоносного Советского Союза Джугашвили Иосифа Виссарионовича, партийная кличка «Коба», что всегда означало «Верховный жрец» и неизменно вызывало трепет даже у царских жандармов, к новому Верховному без всяких кличек действительно внесли на руках, словно калечное диво дивное, скромно позвякивающее всего лишь двумя звёздами Героя. Потом усадили на столь небольшое креслице у ног нового хозяина страны, что там он показался чуть ли не пигмеем, на коленях перед гигантом мысли и духа стоящим. В действительности опытный подпольщик и каторжанин, инфернальный душегуб с большой дороги по кличке Коба довольно быстро смекнул, что к чему, поспешно убрал свои декоративные звёзды в карман, можно сказать втянул, но полностью не сразу вошёл в уготованную ему, когда-то же вполне привычную роль. Сейчас он по проснувшейся инерции вдруг стал резать правду-матку, как это всегда проделывал на заседаниях легендарного комитета государственной обороны. Саму историческую истину принялся изрекать во всеоружии своего действительно беспрецедентного опыта. По ходу вновь выдвинул свой главный тезис о том, что обстоятельства никогда нельзя ломать под себя, потому что не ты их придумал, не ты и подставил себе для скачек. Так было когда-то, но не так оказалось сейчас, когда на всякую заслуженную задницу всегда найдётся свой ремешок. Но в это генералиссимус покамест не до конца въехал.

После того, как его бесцеремонно бросили к ногам нового Верховного Главнокомандующего, усадили в кресло, а он оттуда сполз, беззвёздный Иосиф Виссарионович драматически ползал по ковру вокруг нового центра действующей силы, словно бы возле грозного кутаисского полицмейстера, вновь решающего его судьбу, грозящего то столыпинским галстуком, то новой бессрочной ссылкой в Туруханский край. Бывший повелитель трети мира обнимал ноги очередного несокрушимого царя Всея Руси, умолял избавить от столь нереальной ноши, как новая жизнь, некими лихими молодцами непонятно как насильно всученная ему, да так искусно, что даже он, Коба, не смог отказаться. Однако Верховный последней модификации на эти мольбы пока никак не реагировал. Оставался предельно хладнокровным, бесстрастным и предупредительным. Только тихо и ласково спросил, предварительно раскачивая собеседника:
- Иосиф, как думаешь, зачем я тебя из ада вытащил?! Мне что, больше делать было нечего?! Скажи, пожалуйста, по-твоему вот для чего?! А то я запамятовал. Что-то ты непохож на нашего великого генералиссимуса, одержавшую величайшую победу в истории страны! Чего ты вдруг ползать начал?! Детство вспомнил?! Может тебе игрушку дать?!
- Товарищ новый главком! - Чуть не заплакал Иосиф Виссарионович. – Я пока ничего не понимаю. Даже не знаю, как мне вас по-правильному звать-величать! Я, так же, как и вы, больше всего в жизни ненавижу предателей. Впрочем, как и наш общий друг Люцифер. Ох, это я оговорился! Простите! Все мои действия во время Великой Отечественной войны были в первую очередь направлены против них, предателей, и только затем против немцев. Другое дело, что тех иуд вдруг появилось миллионы, включая целые народы. Даже великий русский народ оказался величайшим предателем самого себя, хотя я и поднимал за него тост, как за единственного победителя, на том банкете перед парадом Победы, может быть вы про него знаете.
- Так и я это делаю! Ты должен будешь это заметить, если уже не заметил. – Сухо заметил новый великий вождь страны. – Но я не поэтому вытащил тебя из преисподней, чтобы чокаться за великий и могучий русский народ, нет-нет, Иосиф, не поэтому. И не чтобы просто так поговорить о вездесущей гопоте человеческой, испокон веков захватывающей скрижали общества и не дающей спокойно жить нам, великим. А поскольку демоны тебе все мозги проели похлеще старых большевиков и ты ничего ещё не просекаешь в глубину, тогда я тебе скажу о сути моего отзыва тебя на этот свет, коли сам не догадываешься. «Дядюшка Джо», так ведь тебя называли англосаксы?! Так вот, «дядюшка», я не собираюсь ставить тебя во главе армий или фронтовых направлений, хоть ты по чину и генералиссимус и главнее тебя в этом смысле никого нет. Нет-нет, ты мне нужен скорее всего как советник или консультант. Ты-то вон какую войну осилил, не чета моей!!! Так скажи мне, дорогой генацвале, в чём состоял твой самый главный секрет победы, о котором ты никому не рассказывал, скажи, а?! Посоветуй, что мне необходимо сделать, чтобы остановить эту сумасшедшую лавину предательства и резко пришпорить действия фронтовых и армейских группировок, чтобы действительно переломить ход и характер боевых действий?! По срокам той войны ты бы сейчас выдвигался в самый центр Европы, к самой Германии подходил, Балканы захватывал, наконец брал Берлин. А я топчусь, считай, на самой границе и у меня всё за спиною горит и взрывается. И сильно так.
Главком походил по огромному кабинету, крутнул огромный глобус в углу и тот преданно зажужжал, мелькая городами, странами, параллелями и меридианами. Остановился и продолжил без всякой улыбки и какого-либо сочувствия к нелёгкой участи пристрастно допрашиваемого им главковерха из далёкого прошлого.

- Скажи, дорогой мой генералиссимус, только честно, что НА САМОМ ДЕЛЕ больше всего помогло тебе в том грандиозном успехе?! Знать это мне позарез нужно и важно. Предатели, воры и мошенники и вправду множатся, как гнус в тувинской или туруханской тайге. Тебе такая аллегория близка, а, бывший каторжанин?! Их наплодилось столько, изменников и перемётных сум, что весь ваш девятый круг ада такого количества не вместит. Куда мне их теперь всех девать, что с ними делать, да так, чтобы при этом не чересчур озлобить мой зажравшийся народ, не дать сорваться роковой лавине?!
- А то вы не знаете историю, товарищ как вас там правильно называть?! – Внезапно осмелел Сталин, вновь усаживаясь поудобнее в своём маленьком кресле. – Вы прекрасно осведомлены, что именно я тогда делал, чтобы переломить ход невероятной схватки, но только боитесь последовать за мной, потому что якобы «народ уже не тот». Однако формула победы везде и всегда одна и та же! Да и народ-то повсюду и испокон один и тот же. Начальники только у него бывают разные. Есть такие, которые порой и гробят, выбивают из-под себя то наследие, на котором сидят. Так вам перечислить основные мои достижения, как в ваше время выражаются, и которых у вас нет и в помине?! Вспомните мой приказ № 270 в 1941 году! А расстрел проштрафившихся командующих фронтами?! А приказ № 227 в июле 1942 года?! А создание ГКО, Ставки ВГК, института всевластных представителей Ставки ВГК? Когда офицеры штаба фронта или армии стрелялись от одного только известия, что к ним едет мой заместитель маршал Георгий Жуков! А «Вся страна – единый военный лагерь», а «Всё для фронта, всё для победы»?! Слабо?! А штрафбаты, заградотряды, СМЕРШ?! А каждого несогласного и брюзжащего к стенке?! А детей на завод к станку?! А карточная система?! Слабо?! Или всех поголовно выслать в Среднюю Азию, включая непокорные народы, элита которых позаканчивала там государственные университеты и потом никак не могла этого простить России?! Ага-а, на это поджилки трясутся?! Ничего! Ничего из этого вами не было сделано! Вот потому-то вы и расхлебываете последствия своей преступной нерешительности, пока вас не смяли враги родины! Дошло до того, что вы из фронта сделали всероссийскую «откидочную» для освобождаемых для фронта зеков. Я тоже освобождал заключённых, были у меня и штрафбаты, но у меня не шли в бой сразу со скамьи подсудимых, не заключали позорную сделку с правосудием, получая миллионы по контракту с минобороны, на котором вдобавок наживались бессовестные и продажные генералы. Взамен воспитания подлинного патриотизма, вы даёте голые деньги, которые до воюющего солдата часто ещё и не доходят, по пути разворовывают. Вместе с металлом и цементом для передовой! У вас по-настоящему никто и ни за что не отвечает! Вы не расстреливаете воров и казнокрадов перед строем или в прямом эфире, на всеобщем обозрении. В этом основная причина вашего тлеющего поражения и причина последующего прибытия к нам в круг седьмой. Будьте уверены, а ведь так и будет! Станете там вместе с Наполеоном и Гитлером в одной спецзоне чалиться! И на жизнь неудалую друг другу жаловаться, как Манштейн утерянные победы под лупу рассматривать.
Иосиф Виссарионович настолько вошёл в обвинительный раж, что довольно быстро совсем потерял берега и даже перешёл на «ты», хотя обычно никогда так не делал.

- Почему же всё так и будет?! Ты посмотри как на самом деле устроен твой фронт. Как работает твой тыл?! Действительно ли у тебя «Всё для фронта! Всё для победы!»?! Зона боевых действий давно у всех на виду и на слуху - прежде всего как всероссийская «отмывочная» для жуликов и казнокрадов всех мастей. Она завязана лишь на формальное обслуживание фронтовых нужд под видом какого-то там волонтёрского движения, созданного опять же для чьей-то поживы. Жуликов и предателей у тебя имеется намного больше, чем настоящих воюющих фронтовиков. Мы о таком ужасе даже и подумать не могли. Появись у нас тогда что-то хотя бы отдалённо похожее – без разговоров к стенке. Только так, а не иначе! А вы всё миндальничаете, всё в демократию играете! Смотрите – доиграетесь!

- Вот уж спасибо, Коба, просветил! – Засмеялся действующий главком страны. – Всё это я давно по мере сил и возможностей делаю! Да так иногда, что тебе и не снилось. Разве что публично не расстреливаю. Но, понимаешь, сейчас, к сожалению, этого крайне мало. Весь наш многонациональный народ в Среднюю Азию не сошлёшь, да и она теперь не наша, временно, конечно. Всеобщую мобилизацию, как ты, тем более не могу объявить, слишком опасно. Создать штрафбаты в их чистом виде тоже. Тогда избалованный, всякую ориентацию потерявший народец вновь побежит через границу спасаться, всё ущелье Верхний Ларс, как совсем недавно было, брошенными при бегстве автомобилями завалит. И это я только частичную тогда объявлял! А если всеобщую мобилизацию назначу, что тогда произойдёт?! Весь автопром страны в то ущелье свалится! Страшно представить! Нет-нет! Я по-другому сейчас делаю. Просто призыв в армию у меня теперь бессрочный, круглогодичный, а не так как раньше весной и осенью. Он у меня даже не дозированный, а как бы медленно сочащийся изо всех пор, чтобы не перейти болевой порог у страны. Поэтому непосредственных мотивов для повального бегства как будто бы нет. Хотя приходится иногда прибегать к тактике противника и хватать новобранцев прямо на улице, отменяя бронь и отсрочки. Суд никому из них не поможет, потому что он у меня, как и у тебя полностью ручной. И тут тебе тоже хвалиться нечем! Всё не так, как тебе кажется! Ты просто не в те ресурсы заглядывал. А может их тебе мои генералы подсовывали?! Признавайся, Иосиф?!
- Ты хочешь сказать - что всё не так, как оно есть на самом деле?! Политбюро на тебя нет! У тебя нет в твоём руководстве обратной связи! Поэтому оно изнутри давно гнилое. Никто тебя не критикует, кроме врагов, но те откровенно поносят, тупо и злобно бранят, а это лишь бодрит, и то со временем надоедает. Разве не так?! Народ у тебя потому и разбегается, что у него нет внутреннего стержня! И, главное, страха! – Не переставал восклицать изумлённый собственной храбростью Иосиф Сталин. - А ты позаботился о том, чтобы у твоих людей возник настоящий морально-политический подъём, подлинный, а не формальный патриотизм?! Только это и может быть стержнем у человека! Я никого из советских людей просто так не покупал, как покупаешь ты. Только за боевые подвиги у меня что-то получали. Привёл «языка» - принимай две банки американской тушёнки. Сбил «Мессершмитт» или «Юнкерс» – вот тебе не только орден, но и банка наркомовской и десять тушёнки. Вот это была валюта так валюта! У меня сёла скидывались на танки для действующей армии! А у тебя хотя бы один твой любимый режиссёр, писатель или поэт подарил фронту пускай одну боевую машину пехоты?!
- Всё-всё это давно сделано и делается. – Снисходительно усмехнулся действующий Верховный. - С помощью новых историков и попов все святые имена давно вытащены из запасников. Пыль сдута, тряпочками протёрли всех до единого. Патриарх с митрополитами и другими пропагандистами денно и нощно всенощные устраивают. Как белки в колесе, круглосуточно крутятся в эфире, словно дятлы вдалбливают тупоумным гражданам гордость за великую страну, прививают пылкое стремление её защищать, в том числе и на новообретённых исторических землях. Именно они некогда были отданы соседнему государству стараниями как раз твоего режима, товарищ Коба, в том числе твоего плясуна Хруща, освободившего всех врагов страны и вместе с тобой раздарившего все русские земли так называемым «братьям» и бандеровцам. Именно его и ленинскими стараниями я и получил себе такой геморрой в виде новой войны с Западом. Если бы не вы, уважаемые предшественники, у меня бы такой войны точно не было!

Сталин пренебрежительно махнул рукой:
- Это всё семечки! Всё равно этого очень мало! А тени великих предков ты не пробовал по-настоящему поставить под ружьё, без вашей формальности и начётничества?! Действительно великие и святые имена, кроме тех, на которые тебе указал твой патриарх, вчерашний ревизионист комсомолец?! А новое по-настоящему великое крещение Руси ты осуществил?! Где у вас настоящие, с хватающей за сердце мелодикой, песни о Родине?! Чтобы снились целым поколениям?! Чтобы их люди по домам пели и плакали?! Сплошь одно невнятное бездарное фуфло, вот что я успел сейчас услышать у вас. Его же никто из нормальных людей воспроизвести не сможет! И этим бессвязным шаманским бредом ты хочешь поднять народ на защиту Родины?! Хоть бы не позорился! Какой же ты Верховный после этого?! У тебя что, совсем нет музыкального слуха и чутья?! Такие вещи ведь происходят на уровне инстинктов и души народной!
Нужны такие песни, чтобы весь народ, от малышей до стариков их подхватывал, хватаясь за оружие. Где ваша новая «Землянка», «Катюша», «Тёмная ночь»?! Хотя бы одна такого же уровня! А ведь наши великие песни даже немцы у себя в окопах распевали вслед за нами. Одна такая, но действительно настоящая русская песня, от которой и вправду мороз по коже, стоит многих армий, поверьте мне, уж я-то знаю! Я же не в одном языкознании знаю толк! Поверь!
На нашей стороне встала колоссальная сила, которая европейцам и не снилась - умело разбуженное и безупречно направленное, говоря партийным языком, «культурное и духовное творчество масс». И куда более высокий, чем у вас сейчас, профессиональный уровень мобилизованных творцов из «писательских рот», «композиторских батальонов», «поэтических взводов» и «драматургических отделений». У тебя сейчас есть хоть что-то подобное?! Где твоя пьеса «Фронт»?! Мы же в своё время создали настоящую армию духовных творцов нашей великой Победы. А всё материальное за этим подтянулось со временем. А ты конкретно своего что сделал?! Только потерявших страх и совесть казнокрадов гоняешь туда-сюда. Но всё равно без толку! Даже в такое страшное время они продолжают разворовывать чуть ли не на твоих глазах великую страну! Почему ты их публично не расстреливаешь и не вешаешь?! А ведь это вторая сторона истоков народного энтузиазма. Народ давно смеётся над твоими многомесячными судебными разбирательствами, вынося вам свой вердикт. Ты его знаешь: «Ворон ворону глаз не выклюет!». Слышал?!
Подлинную битву за душу русского народа тогда под Гитлером соединённая Европа проиграла нам с самого начала. Они никак не смогли мобилизовать русский духовный потенциал, а вот мы сумели! Скольких русских людей одна только щемящая русская песня подняла на смертный бой - десяти немецким фольксштурмам и не снилось! Нам удалось показать и реальную, смертную альтернативу трусам, паникёрам и предателям! Встряхнуть, растормошить и призвать в свою армию великую Русскую Душу, а западным интервентам -  нет, не удалось. Они её попросту спугнули своим тупым орднунгом.

От нас же впереди армии фактической, стреляющей, колющей, рубящей, режущей, душащей, топящей, сжигающей - на западников повалило нечто для них немыслимое. Это была рать поющая, плачущая, воющая, расцарапывающая. Воинство колокольное и песенное, оно и красное, оно и христово. Чувственная, страстная, взбаламученная стихия. Вот она-то их всех и захлестнула! И потопила к чёртовой матери!
Сейчас вам как никогда нужны только такие песни, чтобы все наши враги и сейчас вслед за нами их повторяли, чтобы и они пели и плакали от одного только явления великой русской души! Только тогда мы вновь победим Запад! А ты своих солдат и тыл сейчас одними деньгами подкармливаешь. Куда это годится?! Нет-нет, с русскими так нельзя, сколько бы они ни были обезображены вашими перестройками под западную плутократию! Они же понимают, что ты их просто покупаешь! Но как можно продать или купить любовь к Родине или к маме?! В каких денежных эквивалентах измерить?!

К тому же кто у вас сейчас поёт?! До чего убогая песнопень звучит отовсюду! Тупое шаманское камлание! Полнейшая стыдуха! В лучшем случае – одни перепевы нашего старого наследия времен Великой Отечественной войны. А своего-то, сегодняшнего у вас ничего нет. Просто ничего! Практически полный ноль! Всё заёмное! Только прыгают по эстрадам фальшиво и невразумительно воющие белёсые шаманы с бубнами, да какие-то мутные эскадронщики. И вот этим откровенным мусором, товарищ новый главком, ты сейчас хочешь поднять русский народ на новый смертный бой и победить?! Опомнись! С Россией так нельзя! Это я тебе говорю, грузин, человек русской культуры.
И вот что я тебе скажу. Как ты думаешь, господин-товарищ новый Верховный главнокомандующий, а почему у вас на самом деле нет хотя бы одной такой песни про идущую войну, какие были у меня?! Опять же, повторюсь, ни «Землянки», ни «Тёмной ночи», ни «Катюши»! Ни одной, чтобы не по команде, а сами по себе пели её и молодые, и среднее поколение и старики? Чтобы действительно цепляла за душу, чтобы и в самом деле мороз по коже шёл от этого?! Может быть, я и ошибаюсь, но мне кажется это потому так, что душа народная вам не принадлежит. Вы с ней абсолютно чужие! Несмотря на все ваши ухищрения по искусственному раздуванию патриотизма и гордости за мою победу, присвоенную вами, невзирая на беспорядочные и непоследовательные репрессии и деньги, она всё равно чувствует глубокую неправедность и неоправданную сверхжестокость этой войны с теми, кого буквально вчера считала своими братьями.

Наконец, главное, что на мой взгляд угрожает сейчас стране. Извини, главком, но продолжу говорить всё подряд, может быть и невпопад, но уж больно накипело, пока я целый месяц в вашем госпитале окунался в вашу текущую проблематику. Чуть с ума не сошёл. Это же надо было довести страну до такого состояния?! Мне стыдно, что я когда-то управлял этим восточным базаром!
Итак - первое. Потому ты и завис на всех фронтах, а это тебе любой честный военно-политический аналитик скажет, что ты явно недооценил противника и переоценил себя. В точности, как нас немцы во вторую мировую войну. Вот от чего у меня сейчас мороз по коже! А не от песен твоих казённых, словно вымученных из одного места. Как можно было так опростоволоситься?! У тебя что, нормальной разведки не имелось, серьёзных, ответственных аналитиков, пусть как-то, но всё-таки независимых от тебя прогностов?! Как можно было, не просчитав далеко идущих последствий, очертя голову, ввалиться в противостояние со всем миром и даже свои золотовалютные накопления отдать противнику?! Хотя бы можно было попробовать в авральном режиме вывести свои активы с Запада! Просто уму непостижимо! Так глупо опростоволоситься! Весь этот безответственный непрофессионализм выглядит как дурной сон для всей страны! Вы с вашим Совбезом, подозреваю, решительно пустоголовые бараны. Где ваше настоящее, умное и дальнозоркое политбюро?! Почему ты единолично принимаешь подряд все решения во всей огромной стране, даже самые малые?! Ты сам господь-бог?! И швец и жнец и на дуде игрец во главе колоссальной державы! Всё на ручном управлении одного и того же человека. С ума сойти! Ты такой всезнайка и всеумейка?! Где твой ГКО, твоё настоящая команда?! Где пленумы правящей партии?! Где иной аналог подлинно коллективного руководства страной?! Всюду только ты один! И, полагаешь, - одного тебя надолго хватит?! Вы нормальные были, совершая настолько грандиозный шаг с открытием войны против всего Запада?! Как всякие неучи, потеряли элементарную ориентацию и думали запросто выхватить себе победу, на халяву проскочить поперёд всех неумолимых обстоятельств не в вашу пользу. Даже не верится, что можно было оказаться настолько безграмотным руководителем! Так облажаться! Стянуть на себя власть настолько необозримую, что и царям не снилась, и так жидко в итоге… прости, слов не хватает! Можно, я по-грузински добавлю?!

Бесконечно задолбывая народ не своим, а именно моим днём Победы, ты фактически полностью обесценил её. От бесконечного употребления всуе твоими кликушами и начётниками она попросту истёрлась! Она же моя, эта Победа, а вовсе не твоя и не их! Добытая при других обстоятельствах, их и её никогда не повторить! Не ты её добился путём неимоверного напряжения сил и пролития морей крови. Почему же ты, как вор, не своим всегда так помпезно бахвалишься?! Примазаться хочешь, сам ничего в багаже не имея, кроме неоправданных и непоследовательных репрессий?! Твой режим правления до предела износил и стёр величие моей Победы над немцами, прежде всего от слишком частого славословия, им ты попросту извратил её, девальвировал. Вывернул наизнанку, как твои враги говорят, посредством неимоверно изматывающего людей, занудного, словно бы психически уязвлённого «победобесия». Ты что, не знал, что умножение сущности сверх необходимого всегда приводит к её уничтожению?! У вас в КГБ не учили «бритву Оккама»?! Признайся, товарищ новый Верховный главнокомандующий, ты наверное свою победу просто так приманиваешь, по-шамански заклинаешь, чтобы она хоть какой и к тебе пришла?! Вместо того, чтобы самому к ней прорываться и творить её! Столько лет топчешься на одном месте, воюя со своими братьями! Какой позор для великой русской армии! Лучше бы пестовал, взращивал действительно талантливых военачальников, а не сажал их или выгонял фактически безвинно! А доказанных коррупционеров не в тюрьму определял, а немедленно расстреливал на месте как бешеных собак, как это делал я или как сейчас практикуют в Китае. Вот поэтому-то он и стал первой экономикой мира, что у них начальники даже подумать о воровстве боятся!

Скажи по чести, почему ты и в самом деле не только не расстреливаешь своих казнокрадов, а фактически закрываешь глаза на их преступные деяния, подрывающие основу твоего государства?! Получается, что правду говорят твои враги, что у тебя самого рыльце в пушку?! Формальная логика! А что другое можно тут подумать?! Только это! Вот поэтому-то ты и не в состоянии остановить своих зарвавшихся соратников. Они наверно и есть та самая пятая колонна, которая рано или поздно ударит тебе в спину, наплевав на вашу пацанскую дворовую этику. Неужели враги России правы, говоря, что ты только потому свою пятую колонну не трогаешь, что сам крепко висишь у неё на крючке?! Мол, слишком большой у неё компромат на тебя.

Неужели так и есть?! Надеюсь, всё же вряд ли. Не хотелось бы в это верить. Не такой же ты дурак, в самом деле! Зачем тебе в принципе какие-либо деньги, коли у тебя и без них есть всё что угодно?! Знаешь, сколько у меня на книжке лежало в момент моей смерти в марте пятьдесят третьего?! Тридцать семь рублей. А у тебя сейчас - сколько во всех банках мира?! Говорят, богатейший человек на планете. Ты что, так до сих пор и не понял, что сейфы никогда не ходят за катафалками и что Туда с собой ничего не возьмёшь?! Всё равно уйдёшь таким, каким и приходил – голым, голодным и холодным как язык утопленника. Вроде бы и взросленьким тираном стал, с большим опытом жизни, как будто думающим, толковым. А так… объе… Честно, даже не подберу слова, чтобы тебя не обидеть, товарищ оплошавший главковерх! Кто тебя туда, наверх, только пропустил, не иначе какой-нибудь полностью отчаявшийся алкаш! Аналогичным дуриком туда попавший. Чем ты его так подкупил?! Налил на опохмел души чего-нибудь этакого, заморского?!
Наконец, скажи-ка мне, товарищ Верховный главнокомандующий последнего созыва, а почему твои дети и дети твоей элиты не на фронте?! Вот просто никого из вашего племени там нет! Никто тем более не погиб на Родину. Ты хочешь после этого хоть какого-то доверия к своей двуличной власти?! Всех призываешь погибать за свободу и независимость родины, а собственных детей прячешь. Вспомни первую мировую. Та же императорская фамилия спокойно отпустила своих детей на фронт. Императрица Александра Фёдоровна благословила всех своих дочерей пойти сёстрами милосердия во фронтовой санитарный поезд. Царевны выносили отхожие горшки из-под раненых солдат и офицеров русской армии. У меня оба сына воевали, один погиб. У Хрущёва также из двоих один погиб, у Микояна воевали, да и у многих других моих соратников и единомышленников. Почему же ваших детей нигде нет?! Вот просто нигде! А тебе не кажется, что это первый признак двуличности твоей власти и очевидной неправедности ведущейся ею войны?! А народ это всё подмечает. Какой у него после этого может быть боевой дух?!

Товарищ нынешний главком, хочу тебе на прощание сказать, точнее, предупредить или остеречь. Как раз по поводу твоих могильщиков из пятой колонны, прячущих своих детей от фронта, впрочем как и ты сам, раз уж я о ней, той колонне заговорил. Зря ты так безоглядно полагаешься на эту банду, при твоей власти слишком давно кормящуюся. Они ведь мало того что лютые казнокрады и ненавистники России, так они же все поголовно ещё и безмозглые, как тараканы! В наши времена практически все руководители страны имели научные труды, политические и философские книги, не то что нынешние и, кстати, ты сам. Это самым плохим образом сказывается на интеллектуальном качестве руководства страною, честно говоря, никаком, абсолютно недальновидном и непросчитанном, если вы о «бритве Оккама» даже не слышали. Вот у тебя есть что-нибудь вроде ленинских «Материализма и эмпириокритицизма», «Философских тетрадей», «Государства и революции» или моей фундаментальной книги по языкознанию?! Я-то историю хорошо знаю, получше некоторых, хотя бы потому что сам её и создавал.
Так вот тебе, товарищ новый Верховный, на посошок мой лёгкий отсыл в прошлое. Для науки побеждать. У гетмана Малороссии Богдана Хмельницкого, того самого, на Переяславской Раде воссоединившего Украину с братской и единоверной Россией, имелся любимый писарь, без которого он был, что называется, без рук. Этот бумагомарака, примерно, как и служба твоего пресс-секретаря, писал гетману его эпохальные речи, озвучивал мысли и попроще, то есть, считался личным другом, каких мало. Звали его Иван Выговской.
Со временем этот личный писарь, непременно бессменный пресс-секретарь по-вашему, оказался фактическим руководителем пятой колонны от польского короля, стремящейся похерить все дела и свершения знаменитого гетмана. Через подложенную Хмельницкому прекрасную панночку-шпионку, Выговской отравил шефа, а сам впоследствии забрал гетманскую булаву. После этого сразу отменил воссоединение с Россией, вступил в военно-политический союз с крымским ханом и разгромил русские войска в битве кажется, под Жёлтыми водами. Памятуя об этом, я всегда тщательно чистил своё ближайшее окружение. Так продолжалось довольно долго, пока оно всё-таки меня не доконало, почти как Богдана, только без панночки, к сожалению. Я даже дела врачей, явных отравителей меня и Жданова затевал, однако Лаврентий спускал его на тормозах. Меня напоследок Лида Тимашук предупреждала, что роковой час как никогда близок. Предчувствуя назревший финал, я даже отстранил и выгнал своего многолетнего писаря, секретаря Поскрёбышева. Но всё уже было предопределено и абсолютно жёстко. Пятого марта пятьдесят третьего моя пятая колонна своего таки добилась. Своего генералиссимуса они всё же отравили. Моих врачей-отравителей и пресс-секретарей сразу же выпустили на свободу. С Лиды Тимашук лично Берия сорвал орден Ленина и выгнал с работы с волчьим билетом.

Учти, дорогой мой преемник, тебя может постичь точно такая же участь от похожих персон из твоего самого близкого окружения, какая была у Хмельницкого, а потом появилась у меня и била пока не добила. Твои близкие друзья и соратники в своём подавляющем большинстве и есть твоя пятая колонна предателей, из-за которой ты всегда во всём запаздывал и промахивался. Именно они рано или поздно тебя уничтожат. Это даже неизбежно. Вопрос, как и у меня, остаётся только в одном – во времени?! Наверно, лишь когда жаба титьку даст. Сейчас они выжидают подкатывания всеобщей финальной точки. Она близится просто потому, что народ всё более устаёт от ожидания конца явно затянувшейся кровопролитной войны. Все невероятно устали! Народ не может слишком долго терпеть боль! Она ведь всегда должна быть скоротечна, иначе плохо станет всем. В какой-то стремительно приближающийся момент твои писари обязательно сломают тебе шею, учти! Своей смертью ты не умрёшь, это же совершенно очевидно. Но это и хорошо, потому что именно в этом заключена участь всех великих, смирись! Ты всё равно станешь заложным покойником, то есть, уйдёшь не по своей воле, никак не естественным путём, а потом вселишься в умы оставшихся после тебя жить на много поколений вперёд. Такова наша доля, великих правителей. Помнишь, как предупреждал Сенека таких, как мы?! «Мы живём на вражеской территории. Отовсюду нас подстерегает смерть!». Но зато с неизбежной гибелью своей ты войдёшь в пантеон великих преобразователей истории и почти сравняешься со мной, а также Наполеоном и Гитлером. Поскольку только смерть от неестественных причин подводит черту и делает великого великим. Принадлежащим сразу обоим мирам, тому и этому свету. Гордись своею участью!

И вот тебе самое последнее моё соображение, просто так даю, для общей эрудиции. Это по поводу того, от чьей именно руки падёшь. Послушай, как именно звучал генеральный приказ Суворова по войскам в декабре 1790 года, непосредственно перед началом штурма Измаила, как я понял, впоследствии почему-то щедро подаренного русскими совершенно другой стране. Он звучал так: «Лекарей и писарей – на левый фланг! Дабы не пугали коней господских!». Александр Васильевич лучше многих понимал, кого большому начальнику стоит опасаться прежде всего, какой именно пятой колонны. Прежде всего собственного писаря, у которого в руках практически всё и находится, все улики и все средства. Того, кто находится рядом, за спиной, всё знает и всё умеет и ему ничего не стоит вонзить шефу ледоруб в затылок, как пресс-секретарь Рамон Меркадер своему шефу Льву Троцкому. Или отравить с помощью лекарей, прекрасной панночки, которую писарь Иван Выговской использовал против своего гетмана Богдана Хмельницкого, после чего сам захватил его гетманскую булаву.
Вскоре и у тебя так или иначе, с помощью лекарей или писарей, по хорошему или по плохому, но всё пройдёт и закончится. По большому счёту перед лицом вечности это не так уж и важно. Главное, какую память мы после себя оставляем. Как ты думаешь, товарищ новый главком, через 80 лет после того, как уйдёшь, о тебе также будут вспоминать, как обо мне сейчас?! И так же станут молиться о том, чтобы ты вернулся, как сейчас мечтают многие о моём возвращении к управлению государством и обществом?!

Действующий Верховный ещё больше потемнел, изменился в лице и продолжал зловеще молчать, играя желваками на скулах. А Сталин всё равно продолжил:
- То-то и оно, что нет и сто раз нет! Я не буду говорить об очевидной антинародности твоего режима, я тоже много в чём перегнул по части террора, зато сохранил почти все идеалы и многие даже воплотил. При мне даже цены снижали, а у тебя хоть раз такое было?! Ты реставрировал не просто капитализм, а самую звериную, самую антинародную его форму. При тебе разница между богатыми и бедными слоями населения выросла как нигде в мире. Вот это справедливость мы устроили в самой справедливой стране мира! Твоё правосудие никогда не выносит оправдательные приговоры, а у меня даже в тридцать седьмом году их было больше восьми процентов. Ты похерил все завоевания Октября и все достижения социализма. И всё это ты называешь справедливыми устоями, считаешь, брат, что вся сила твоя вот в такой правде, от которой давно стонет зашуганный тобою народ?! Он тебе этого никогда не простит, хотя и боится, почти как меня. Но, поверь, в том имманентном его страхе и моя, прямо скажу - львиная - заслуга! Вот так, мой преемничек, в действительности обстоят наши дела! И что можно предпринять сейчас - просто ума не приложу!

Зависла настолько нехорошая тишина, что казалась почти ляскающей и нервно сглатывающей тираннозаврихой где-то там, совсем рядом за кулисами истории. Выпалив всё-всё, что он успел накопить в себе, находясь на психологической реабилитации со смартфонами в руках, опустошённый Сталин притих, медленно осознавая, что теперь-то будет с ним самим, правдорубом. Впрочем, скорее всего, слишком страшного ничего. Подумаешь, какой-нибудь ледорубик или новейший «Новичок» в миксе с древесно лягушачьей отравой. Дорожка к седьмому кругу ведь давно протоптана, да и тамошние друзья наверно по нему крепко соскучились. Обступят гурьбой, станут расспрашивать, мол, а как там, на воле, небось, уже при коммунизме там все, давно какаву чаем запивают. А что я им скажу?! Что воз и ныне там?! И что братья нам удавку на шею ладят?! А прогрессивное человечество галдит в нетерпении?!

Действующий Верховный главнокомандующий выдохнул, одновременно разомкнул блок суеверно сцепленных кистей рук перед собой, отразивший весь поток преисподнего негатива, после чего по новейшей методике, присланной другом Си, провёл ряд восстановительных  дыхательных упражнений, словно бы изгоняя некую скверну из себя. И только затем его глаза сузились:
- Ага-а, вон ты как заговорил, мой чрезвычайно милый дядюшка Джозеф! Всё поня-атно!!! Но постой-постой! Ты же никогда не был выдающимся оратором, товарищ бывший генералиссимус и отец народов! И где твой знаменитый акцент?! Что случилось?! В преисподней от своих недобитых патриотов нахватался?! Или тамошние англосаксы, те же почившие Рузвельт с Черчиллем из твоего седьмого круга, каким-то образом тебе напели, покропили на дорожку?! Что ж, отлично!
Послушай теперь меня, уважаемый Иосиф Виссарионович. На последнем при тебе девятнадцатом партийном съезде в большевистских френчах были только ты и Георгий Маленков. Остальные делегаты все до единого сидели в западных костюмчиках и непременно при галстуках. А ты знаешь, как на Руси и в нашей церкви западные галстуки называют?! Иудины удавки. Это опознавательные стигмы реальных служителей ада. Что-то вроде и современных красных ниток на запястьях. Это ты, как бывший семинарист, должен лучше меня знать. Иудины удавки именно при тебе массово размножились в народе и правящей элите, а вовсе не при мне. Ты сам переродил свой строй, сам его фактически угробил, сведя на нет свою великую Победу. Это ты воспитал и взрастил целую армию иуд, продавших и предающих не только идеалы революции, но и свою родину, развративших некогда добродушных и покладистых великороссов. Что я, не понимаю с кем сейчас имею дело и от кого всё на самом деле пошло?! Именно ты оставил Россию с чем-то пострашнее термоядерной бомбы, а теперь в своих собственных грехах обвиняешь меня?! Интересно рассуждаешь, товарищ Сталин! Теперь я должен за тобою все твои говна подбирать?! За тобою и твоими зажравшимися наркомами разгребать ваши зловонные кучи народу предстоит ещё не одно десятилетие.
А что?! А давай-ка сейчас и в самом деле, попробуй вместо меня?! Вернись-ка к своему народу, так тоскующему по тебе. И посмотри, как быстро он тосковать перестанет. Дашь ли ты ему тот уровень жизни, к которому он давно привык?! Да у тебя через пару лет вспыхнет цветной бунт и тебя твои же апологеты скинут и распнут. А потом тобою зарядят Царь-пушку для второго выстрела в сторону заката.
- Да уж, пожалуй, не стоит! - Оторопело выдавил из себя Сталин, ковыряя носком сапога пол.
- В таком случае придётся, Коба, мне тебя просто нанять и вместе с Ворошиловым на фронты послать. В качестве представителей теперь уж моей Ставки ВГК. Но ещё лучше - мотострелком на броню возьму, так называемой «штурмой». С пением твоей «Катюши» в нашей «Землянке»! У меня под Херсоном генерал Кутузов погиб, хоть и однофамилец Михаила Илларионовича, но войска тогда как-то всё же встряхнуло. Твоя же героическая смерть, представляешь, насколько бы вдохновила армию, до какой степени воодушевила народ?! Сколько хватающих за сердце песен тогда сложит народ о тебе?! Он бы этих англосаксов погнал до самой Антарктиды, пока не попросили бы у императорских пингвинов политического убежища! Так те ещё и не дадут!

Итак, решено! Я считаю, дядюшка Коба, что ты у меня станешь сакральной жертвой. Это очень важно на самом деле. Готовься к новой мученической кончине! Без жертвоприношения в истории ведь никуда! Ты же учился в семинарии и должен понимать, что без великой и действительно исторически высокозначимой жертвы великие победы не достигаются! Вот ты ею и станешь! Мы самого тебя принесём в жертву на алтарь нашей новой Победы и всё сразу у нас наладится! Звучит, не правда ли?! Автора той Победы на алтарь этой! Класс! Вот нам и будет преемственность поколений победителей! Гордись, Коба! Ты вновь войдёшь в историю, только теперь, как великомученик, не хуже убитого вами нашего императора Николая с семьёю! Попы ещё тебя канонизируют в ранге святого великомученика, добьют, можно сказать!

Сталин обнимал маленького, но непреклонного главкома за колени и тоненько верещал, словно кролик перед удавом:
- Товарищ Верховный главнокомандующий! Не губите душу генералиссимусову! Умоляю, отпустите обратно в ад на покаяние! Не хочу я заново на эти грабли становиться! Лучше там сразу принимать адовы муки, чем здесь хоть как-то пытаться управлять этой необыкновенно замечательной страной! Поймите, я из-за неё столько греха взял на душу, так натерпелся, зачем же мне возвращаться?! Вовек не отчищусь! Меня тогда ни одна преисподняя не примет, перед носом захлопнутся все адские круги вместе взятые!.. Послушайте, у меня идея! Помните, как первый наш генералиссимус Христофор Миних говорил, что такой страной, как наша, может управлять только бог и никто кроме него не потянет?! Так вот, а призовите-ка богородицу! Она же покровительница Руси, Христа рожала! Настала её очередь отдуваться за свою крестницу! Пусть теперь она поуправляет, людям-то такое точно не по силам, история показала. Мне одному чудом удалось как-то прорваться и то лишь благодаря англосаксам, которые снова теперь против вас! Богородица единственная Россию не предаст. Вы же знаете, я ходил на поклон к Матроне Московской в критический момент осенью 1941 года. Она меня как раз именем Богородицы в решающий момент и благословила. Поможет и вам сейчас! Я уверен! Да, чуть не забыл. По её совету я тогда и мумию Ленина на три года в Сибирь сослал, как бы на передержку. Икону Казанской божией матери на самолёте много раз над фронтом запускал и кружил там, а над погибающими войсками армий Западного фронта дьякон читал молитвы об изгнании немецкого Антихриста. Может быть, вы не до конца знаете, но я и вправду второе крещение Руси организовал, тысячи новых храмов открыл, после долгого перерыва патриарха избрал. Коминтерн и комиссаров разогнал. Золотые погоны вернул. «Интернационал» отменил, написал новый гимн, живой и поныне. Спросите у историков! И ведь помогло же! Помогло! А у тебя кто во главе церкви стоит?! Да хоть бы не позорился!
Что касается проблем с послевоенной демобилизацией, прежде всего неизбежного разгула бандитизма. Что ж, признаюсь, и у меня они были. Несколько лет каждый месяц в стране по «Чёрной кошке» накрывали. Почти все бандиты там были недавние фронтовики, им давно без разницы стало, кого убивать, хоть самих себя. Даже дуэли вернулись. Кровь не переставала литься довольно продолжительный период. Тогда же вдобавок была и война на западе страны со всё теми же бандеровцами и «лесными братьями». Но так справился же я и с этим…

Сталин всё более запинался, заглядывая в стремительно холодеющие глаза нового Верховного. Тот внутри себя лишь посмеивался, с презрительным удовольствием посматривая на откровенно струхнувшего генералиссимуса, автора Великой Победы над нацизмом. Этот слабосильный старик вместе с могущественными англосаксами еле-еле выпутался из передряги, а я один против всех те же пять лет стою! Есть разница?! Так не хочется отвечать ему его же монетой, но всё-таки придётся, не то так и уйдёт с осознанием своей правоты.

- Стоп!  Плохо же ты справился с порученным заданием! Но с чем же в таком случае я сейчас имею дело столько же времени, не с той же борьбой русского народа за своё выживание?! И даже больше. За своё историческое будущее.
- Виноват, товарищ новый Верховный Главнокомандующий! Больше не повторится!
- Не смеши! А в завершение я вот что тебе скажу, дорогой ты мой генералиссимус. Да – та Победа не моя, а твоя, а точнее всенародная. Это так. Но больше ничем я не могу народ заклясть, кроме как исторической памятью о том действительно эпохальном подвиге, так уж вышло. Но сегодня и тебе Победа не снилась бы! Будь уверен.
Сталин непонимающе поднял голову.
- А скажи-ка, дядюшка Джо! – Верховный положил руку на плечо почти рыдающему от жидко пронёсшегося катарсиса бывшему красному генсеку. – Чего на самом деле стоили все твои мужественные эскапады передо мной, когда ты, не успев освободиться от них, сразу превратился в размазню, едва лишь тебя даже не столько прижали, а пока только примеряться стали?! Скажи, а, храбрый осетинский портняжка и бывший семинарист? Чего ты там в аду успел в себе растерять?! Где твоя непреклонная стальная воля?! В чём правда, брат Сталин?! В том, что ты не побоялся мне всё это рассказать?! И только-то?! Нет-нет. Правда заключена в том, что я тебе сейчас скажу. Не ты, а я скажу! Потому что у нас в наши времена имеется такая сверх-правда, против которой ты, даже образца твоего победного 1945 года, и дня бы не выстоял. Можешь мне поверить!
Ты хоть представляешь себе, что это за такое оружие, которое из стратосферы молотит по тебе, живого места не оставляя?! И не видно - откуда. Ты в состоянии реально вообразить себе согласованно пикирующий с семикилометровой высоты многотысячный рой дронов-камикадзе при полном боекомплекте самонаводящихся мин, снарядов и бомб?! И возле земли рой рассыпается и каждый летающий убийца ищет свою отдельную цель и всегда находит. Буквально охотится на людей. Причём у каждого беспилотника свой интеллект, своя тактическая соображалка, куда и как именно ему бить надо! Да плюс к тому вся эта армада Судного дня исключительно точно управляется американскими спутниками с орбитами, понимаешь, из кос-мо-са?! Ты хоть понимаешь, откуда это?! И тех спутников там, в космосе, ближнем и дальнем, многие тысячи и какая именно тысяча управляет этой армадой никогда не понять, пока не заглушишь их всех. А попробуй это сделать без уничтожения всей Земли в немедленной термоядерной войне?! Да никак! Тебя в момент размажут со всеми твоими танками, самоходками и даже стратегическими ракетоносцами. Ты и пикнуть не успеешь! Не то, чтобы отбить такую атаку из стратосферы!
И какие тут к чёртовой матери могут быть песни, катюши-матюши?! Да хоть запойся сейчас! На один звук твоего голоса или инфракрасное излучение твоего тела тебя непонятно откуда закидают тучами снарядов и ракет! Тебе тако-ое прилетит!!! И ты никогда не сообразишь, а что это было! Тебя просто опять не будет. И сотен тысяч твоих солдат. Вот и всё! Просто сейчас у нас всё другое. Как в фантастическом фильме происходит! Или в страшном сне. Реально существуют воюющие роботы на земле и в море. Ну и как ты с ними со всеми сразишься, вдобавок, когда англосаксы и Европа против тебя, когда они угрожающе придвигают свои вот такие именно фантастические армии, а ленд-лиз отдают твоему противнику?! Да перед всеми ими ни одна преисподняя не устоит. Думаю, мои ребята-спецназовцы это успели вам доказать!
 
Иосиф Виссарионович всё понял и бессильно понурил голову. Прямо-таки обвис. Как на вешалке кожаное пальто с регланом, которое, впрочем, никогда не носил. Даже Верховному стало его жалко:
- Нет-нет, дорогой товарищ Коба! Извини, что потревожил твой прах. Я понял, сейчас ты ноль без палочки. Зря я тебя к себе вызывал, столько сил и средств потратил на это. Понадеялся, а вдруг ты что-то такое помнишь, чего я не знаю. Оказывается, нет. И ты не знаешь. Поэтому мы с тобой отныне в одном окопе, вместе с Рыгорычем, тем самым непокорённым батькой, который как Сальвадор Альенде с автоматом бегать умеет. Даже не с ракетой. Но это тебе всё-таки не Горбач обделанный, который при первом же танковом выстреле в штаны наложил и мою державу сдал в обмен на пустые обещания врагов. Впрочем, ладно, в окопе из тебя проку мало будет. А езжай-ка ты, Коба, обратно в свою Грузию, а?! Посмотрим, что земляки с тобой сделают. Говорят, ты туда очень рвался, чуть ли не в трусах по снегу бежал через границу. Вперёд, дорогой генацвале, я тебя больше не смею задерживать! Распоряжусь тебе «зелёную улицу» сделать до самого Гори!

Когда трясущегося и рыдающего Сталина под руки увели неведомо куда, на какую-то там «зелёную улицу» в никуда, действующий главком ещё посидел немного, полностью расслабляясь, как его учили дружественно настроенные китайские врачи, завершил положенную медитацию, затем прочёл положенную молитву, подмигнул помощнику и вызвал адъютантов, вновь усмехаясь с непоколебимо холодной уверенностью в себе:
- Теперь введи ко мне Гитлера, затем по очереди – Рузвельта и Черчилля. Посмотрю, да послушаю, что эта троица мне пропоёт, хотя в целом всё стало понятно. Наш дорогой генералиссимус, он же дядюшка Джо по классификации НАТО, всё мне прояснил, вывернулся до самого своего виртуального донышка. Думаю, и с англосаксами Рузвельтом и Черчиллем также вряд ли получу действительно стоящие рекомендации. Они друг друга стоят! Всё тот же отстой обомшелый! Пылью да паутиной покрытый. Время, оказывается, не стоит на месте, кто бы мог подумать?! Это просто другие люди из другого века и тысячелетия, с которыми у нас просто не может быть общего языка. Не на тех мы ставили, приходится признать. Верно, Сергей?! Но мы всё равно послушаем, не так ли?! Зря, что ли, добывали их, а потом везли сюда через все адские кордоны?! Столько средств и в самом деле потратили, столько нервов!
- Да-а, уж! Конечно. Пусть поговорят, с нас не убудет. Хотя и без того всё стало ясно. - Задумчиво подтвердил необыкновенно грамотный руководитель гражданской администрации главкома. - Всякое поколение сильно лишь в своё время, которое всегда стремительно уходит! Парадигма этих деятелей давно и главное что безвозвратно отдала дьяволу душу, после чего всё вокруг окончательно изменилось. Форточка судьбы нации ещё тогда захлопнулась за ними и всё связанное с ними вихрем унеслось вслед! При любой попытке воскрешения прежних идеалов предстаёт лишь полный отстой, на который попросту невозможно смотреть и тем более слушать с близкого расстояния! Зря мы этого грузина волокли сюда из самой преисподней.