Шкодники

Дорожный Указатель с надписью «КРКА» на обочине Волоколамского шоссе по дороге из области в Москву был виден издалека. Проезжая на машине мимо него, доктор Рощин мгновенно вспомнил забавную Историю из своей студенческой юности…
Шёл 1981 год… Анатомический корпус 1 ММИ им. И.М. Сеченова — старейшего медицинского ВУЗа страны — находился неподалёку от станции метро «Проспект Маркса» (ныне «Охотный ряд») во дворах, зажатый с трёх сторон Манежной площадью, улицами Горького и Герцена.
Нельзя сказать, чтобы учёба на кафедре анатомии человека давалась студентам-медикам легко, скорее, наоборот. И Вадим Рощин не был здесь исключением. Ежедневная зубрёжка латинских названий из учебника и атласа буквально сводила с ума. Да и с преподавателем предмета, честно говоря, проблемы взаимопонимания возникли едва ли не с первого дня обучения. Доцент кафедры, заведующая учебной частью была воистину «железная леди». Жёсткое лицо, будто высеченное резцом скульптора в камне, не оставляло никаких надежд на поблажки в учёбе. К слову, характер у доцента был такой же… Впрочем, практически вся кафедра анатомии лояльным отношением к будущим врачам не отличалась. В том числе профессура. Особенно один… Мало того, что он постоянно третировал студентов мужского пола, девушек же, вообще, приводил в ужас своими шутками с сексуальным подтекстом.
-Ну-с, дорогуша… Принесите мне из Музея кафедры орган Любви…
И когда жертва озабоченного темой секса профессора приносила ему банку с заспиртованным половым членом, он демонстративно разводил руками, как бы в недоумении, говоря:
-А в моё время это было сердце…
Разумеется, студентки краснели и бледнели от подобного обращения. А профессор, приходя в восторг от своего «юмора», продолжал издеваться:
-Кстати, что за препарат вы мне принесли? Это разве член? Это не Penis, а непонятно что… Вы, например, видели мой?
И, испытывая садистское наслаждение от вида едва не рыдавшей жертвы, добавлял:
-Я имел в виду препарированный лично мной половой Член, хранящийся в нашем анатомическим Музее. А вы что подумали?
Видя подобную одержимость проблемой секса у профессора, будущие врачи как могли язвили на заданную тему. Как-то товарищ Рощина, отличавшийся талантом к рисованию, изобразил на листке бумаги мужской орган, который пилили двуручный пилой два маленьких чёртика. Подписав рисунок «Что бы это значило?», он отправил записку лектору. Профессор в конце лекции стал привычно отвечать на вопросы слушателей и, развернув записку, побагровел…
-Девочки, выйдите сейчас же в коридор. А мужскую половину попрошу остаться.
И после того, как двери аудитории закрылись за последней девушкой, продолжал:
-Здесь какой-то шутник в записке нарисовал Penis. И спрашивает, что это значит? Так вот, отвечаю… Это Х.. И им я ваш курс на экзамене в… Усекли?
Понятно, что после подобного заявления, желание продолжать шутки в адрес профессора у большинства будущих врачей резко поубавилось. Но только не у Рощина. Он не забыл, как в прошлом семестре профессор грубо выставил его из аудитории за перешёптывание с однокурсницей.
Вадим решил «отмстить неразумным хазарам»… И накануне Праздника Великой Октябрьской социалистической революции, вместе с однокурсником Миколой — сыном вице-президента Югославской фармацевтической компании «КРКА», устроил профессору сюрприз. Стянув втихаря из лаборантской комнаты лоток с препарированным половым членом, они отнесли его к двери кабинета профессора, перевязав для красоты голубой ленточкой.
-Вадим, ты же в КВН играешь, стихи пишешь… Сочини что-нибудь подходящее к случаю…
Обратился к Рощину приятель. Серб по национальности — Микола прекрасно говорил по-русски…
И буквально за одну минуту Вадим набросал экспромтом:
-В великий Праздник Октября
Желаем жизнь прожить не зря…
Проклятым империалистам
Покажем Орган сей мясистый…
Всем мужикам страны Советов
Рекомендуем делать это…
И пусть расправятся морщины
На члене каждого мужчины…
Записку друзья аккуратно подложили под ленточку…
На следующий день на лекции профессор бушевал…
-Вчера получил от кого-то из вас очередной Подарок. Опустим нюансы… Я уже предупреждал о последствиях подобных шуток. Учтите, узнаю кто это сотворил — добьюсь исключения из Института.
Через час за углом анатомического корпуса на улице — месте, отведённом администрацией института для курения, состоялось экстренное совещание.
-Микола, как думаешь, правда из института отчислят, если узнают про нашу проделку?
Слегка мандражировал Рощин…
-Знаешь, Вадим, если дознаются, вали всё на меня. Я — иностранный подданный. Меня не отчислят… В крайнем случае, отец заступится. Он же большая шишка… Ну, схулиганили немного… Это не повод для отчисления. А кроме хулиганства нам предъявить нечего. Наоборот, даже стихи патриотичные написали и приложили.
Увещевал Рощина приятель…
-Что ж, будем надеяться на лучшее, Микола…
Однако, гром всё-таки грянул… Как говорил в известном фильме один из главных персонажей:
«Даже в самом запутанном деле всегда найдётся человек, который что-то видел, что-то слышал, о чём-то догадывается…».
Вадим так никогда и не узнал, откуда администрации кафедры стало известно об их проделке. Но вызов на разговор к декану факультета младших курсов не заставил себя ждать. Через несколько дней его попросили зайти в деканат.
-Рощин, нам стало известно, что дурацкая шутка над профессором — ваших рук дело…
-Моих? Кто вам такое сказал?
Косил под дурачка Вадим…
-Именно… Ваших и вашего товарища из дружественной нам страны.
-Быть такого не может… Поклёп…
-Так вот, что я вам скажу, студент… Ваше счастье, что за вас заступился отец вашего приятеля. Я созванивался с ним, и он был у меня вчера. Мы в итоге договорились уладить это дело без какой-либо огласки. Учтите, профессор не знает о вашем проступке. Во всяком случае я ему ничего не говорил. Но если что-то подобное повторится, пеняйте на себя.
Я лично поставлю его в курс дела и тогда на экзамене вам придётся туго. Вплоть до отчисления из ВУЗа… Вы поняли меня?
Рощин молчал… Сказать «да»  или кивнуть головой означало признаться в содеянном. А что если декан просто берёт «на понт»? Впрочем, его молчание всё равно было истолковано деканом однозначно.
-Идите на занятия, Рощин… И помните мои слова…
Сегодня, проезжая мимо завода известной фармацевтической компании, Вадим Владимирович вспомнил ту давнюю Историю с улыбкой.
-Микола-Микола… Где-то ты теперь? Как сложилась твоя жизнь? Жив ли? Здоров ли? Сколько уже друзей-однокурсников Рощина ушли в Мир иной, как говорится?
За прошедшие десятилетия много воды утекло… 40 лет — ни много, ни мало… Как один миг… Нет больше СССР, нет более и государства Югославия. Осталась только память о счастливых и беззаботных студенческих временах. И пока мы живы — живут в нас и наши друзья. Бог даст, свидимся…