Замочек на чемодан N1

Меня мучили сомнения: «Идти или не идти, или пусть остаётся так, как есть. Дело не в стоимости, а в самом факте свершившегося. Нельзя оставлять без внимания, необходимо наказать человека и отбить желание так поступать. Чтобы ей пусто было, чтобы у неё руки отсохли... или плюнуть и не думать об этом, ведь вещь пустяковая.. Но не такая уж она и пустяковая, всё-таки дорогая и мне очень нравилась». Андрей, сосед по столу в столовой санатория посоветовал пойти на ресепшн, где распределяли прибывших в корпусе.
— Нет, мы никакие сведения не даём, мало ли какие у вас отношения были с вашей соседкой по комнате, разрешение даёт заведующая отделением Елена Владимировна.
Елена Владимировна также отказалась предоставить какую-то информацию и посоветовала сходить в службу приёма и размещения. Там мне разъяснили, что в договоре прописано о неразглашении сотрудниками санатория личных данных и предложила встретиться с юристом санатория. Юрист рекомендовала обратиться в полицию.
— Позвоните по телефону 112, и к Вам придут прямо в номер, нет необходимости сидеть в отделении полиции в такую жару.
Третий раз приезжаю в Ессентуки в санаторий отдыхать по социальной путевке, второй раз в «Викторию». Завожу новых друзей. Меня всё устраивает: питание диетическое — деликатесы ждут дома, в санатории кормят качественной едой. Не надо покупать продукты, готовить еду и мыть за собой посуду. Только лишь за одно это стоит благодарить. Ну, а если ещё иногда какое-то вкусное блюдо приготовят, то это просто праздник души. За 18 дней три раза на завтрак давали бутерброды с красной икрой. Ничего, что всего пять икринок на один зуб (но всё же икра!) Довольна я и тем минимумом набора лечебных процедур, положенных по пенсионной путёвке. Главное — свежий горный воздух, солнце, минеральная вода, нормализующая уровень сахара в крови. И уборка номера меня удовлетворяла: каждый день пылесосили, протирали пол в прихожей и в душевой комнате. Много зависит от того, с кем окажешься по-соседству. Первой моей соседкой была Людмила Владимировна, бывший работник торговли. После пенсии несколько лет работала сестрой хозяйкой в онкологической больнице, уволилась. Грузная невысокого роста моя ровесница с седыми волосами, выглядела примерно на 5 лет старше меня. Она с утра до вечера лежала на кровати и читала текст, скаченный в телефон, прерываясь лишь походами в столовую. Отвечала односложно, в основном, «Да», «Нет». Каждое утро мы желали друг другу «Доброе утро». На этом наше общение заканчивалось. Мы с Людмилой Владимировной тихо сосуществовали, но порой без всяких причин у неё возникала неприязнь ко мне, проявляющаяся в мелочах. Например, она то и дело запихивала мои тапки подальше под кровать. Я молча с трудом доставала их оттуда. Но моё молчание, кажется, только подливало масло в огонь.