Неоимпериализм и США как тоталитарная империя

Термин (нео)"империализм" не потерял своей актуальности и потенциальных описательно-познавательных возможностей, он вполне может использоваться в научной литературе, но для того ему требуется переосмысление и уточнение.

Термин империализм использовался в английской литературе, как о том можно понять из введения "Империализма" (1902 г.) Джона Гобсона, но именно благодаря труду английского экономиста новое понятие обрело свое современное литературное значение. Гобсон отличал империализм как политику территориальной экспансии прежних государств до 1870-х гг. XIX в. от нового империализма (неоимпериализм), как политику расширения государств по экономическим (и демографическим) причинам - с 1870-х. В отличие от Ленина, он никогда не путал и не смешивал империализм и неоимпериализм. Английский экономист указывал на множество факторов, способствующих проявлению политики империализма. Приведу основные:

= патриотический, что выгодно монархам с точки зрения национализма (наше государство могущественное и большое);

= самореализации аристократии на военном и гражданском поприще;

= социальный: возможность избавиться от людей беспокойного нрава, предоставив им занятие в армии и во флоте, военных кампаниях, вместе с тем, давая им возможность заработать военной службой (понятное дело, в годы войн еще грабежом и насилием);

= демографический: отток переизбытка населения на захваченные земли;

= экономический: поиск новых рынков сбыта промышленной продукции и место для вложения финансов (фактически финансовое вторжение капитала из метрополии с целю экономического подчинения иностранного/колонии рынка для получения прибыли).

Главный фактор политики неоимпериализма Гобсон все же сводил к экономическому детерминизму, за что его справедливо критиковали. Гобсон не учитывал фактор субъективности. Если одна из крупных держав территориально расширялась в ходе очередной военной кампании, то остальные ревностно смотрели на это расширение, видя в том угрозу своим интересам, особенно Англия, интересы которой распространялись по всему миру (затем точно так же США начнет повсюду в мире видеть угрозу своей безопасности). Например, она инициировала войну в Афганистане (1878 - 1881), боясь за свои экономические позиции в Индии, ревностно наблюдая за продвижением России по регионам Средней Азии. Захват территорий колониальными державами к концу XIX в. был уже не столько экономически детерминирован, сколько предопределялся во многом психологически-конкурентными особенностями правительств мировых колониальных держав - одна держава захватывает больше территорий, значит их остается меньше, следует в ответ захватить тоже новые территории или не дать это сделать конкурентам.

По мысли Гобсона "империализм отвергает принцип свободной торговли: он покоится на экономической основе протекционизма. Поскольку империалист логичен, он откровенно признает себя протекционистом" (Гобсон Дж. Империализм. Ч.1. Гл.5. М., 2021. С.70.

Также, Гобсон утверждает: "Вступив в эти страны для торговых целей, мы остаемся в них ради их промышленной эксплуатации, обращая в свою пользу принудительный труд низших рас. Это типичное явление империализма, поскольку он касается управления низшими расами; если последних не убивают, их насильно подчиняют белому начальству, преследующему свои цели". (Там же. Ч.2. Гл. 4. С. 202.)

Таким образом создавались предпосылки к геополитическому расизму. Наиболее полно их выразят США в своей тоталитарной империалистической политике. Они продолжили политику колониальной экспансии Великобритании, но уже в виде неоколониализма, для установления единственной (своей) мировой империи.

В середине XX в. господство Великобритании сменилось господством американской империи. Фактор субъективности в политической экспансии США исследователями учитывался слабо, либо вовсе не учитывался. Марксисты слишком упрощенно подходили к американскому экспансионизму, ориентируясь на логически ошибочную и публицистическую работу В.И. Ленина "Империализм как высшая стадия капитализма. Популярный очерк" (1916 - 1917). Автор этого любительского очерка сознательно подменял термин Гобсона неоимпериализм империализмом. Ленину важно было изобразить Россию неоимпериалистической (=колониальной) державой, чтобы обвинить в развязывании Первой мировой войны и показать Россию капиталистической страной. Хотя всего его аргументы и приведенные статистические таблицы свидетельствовали об обратном - как раз именно Россия являлась полуколонией неоимпериалитических держав, прежде всего Франции, а капитализм в нашей стране находился в зачаточном состоянии. Таким образом, Россия не имела развитой промышленности, следовательно крупного промышленного капитала, чтобы искать рынки сбыта и места для финансовой интервенции. Россия скорее в конце XIX в. пыталась больше подражать колониальным державам, имитируя возможности вложения финансов, без какой-либо серьезной промышленно-капиталистической основы. Попытки искусственного создания своих колоний в той же Средней Азии толком ни к чему не привели - слишком слаба была российская промышленность. Так что, ни о какой пролетарской революции по рецепту Маркса в России не могло идти и речи. Путем подмены понятий неоимпериализма европейских капиталистических держав на просто империализм (захват чужих территорий и превращение их в провинции) в отношении России, заодно отождествив их, Ленин снимал все революционно-идеологические вопросы и противоречия марксизма по отношению к российской действительности. В целом, ошибочно-ангажированный взгляд Ленина, догматично воспринятый советскими исследователями (и без всякого критического осмысления, попавший в целом в марксистскую литературу), оказался упрощенным видением геополитической стратегии Америки в годы Холодной войны и много ранее.

Ленин глубокую мысль Гобсона о новом империализме свел к финансовым монополиям и их экспансионистской политике (позаимствовав идею у Гильфердинга из "Финансового капитала", 1910 г.). Собственно идею финансового империализма развивали вслед за Гобсоном, помимо Гильфердинга и Ленина, - Каутский, Роза Люксембург. Работы Бухарина по теме даже упоминать не хочется.

Возвращаясь к США, надо сказать, что в лице СССР они сталкивались не просто с чуждой и непонятной страной, внезапно ставшей мировой державой после ВМВ, но и с враждебной капитализму идеологией - коммунизмом. Соответственно, советские и вообще марксистские исследователи не понимали сложность американских геополитических интересов.

Американская политическая экспансия обуславливалась не только сугубо финансово-экономическими причинами (неоимпериализм), как пытались описывать марксистские исследователи, используя термин империализм, но и политическими. В отношении стран Латинской Америки Соединенные Штаты проводили так называемую неоколониальную политику - экономически подчиняли себе её страны. Соответственно, ставка делалась на местные олигархии или местные армейские группировки, из которых выходили будущие лидеры - диктаторы. Как замечал
аргентинский публицист Грегорио Селсер, Пентагон "наладил в нашей Америке серийное производство диктаторов".

Если в Латинской Америке Вашингтон прикрывался угрозой вторжения коммунистов, иногда потоком штампуя местных диктаторов, то в отношении остального мира для Вашингтона играл субъективный фактор. Прежде всего Белым домом рассматривалось расширение своего политического влияния, выстраивание удобных политических союзов и коалицию покорных правительств. Вряд ли при подобной стратегии всегда оценивалась экономическая составляющая. Конечно, она, по случаю, учитывалась, но не всегда. Здесь влиял все тот же фактор субъективности - быть первыми во всем и везде. Окружить СССР и коммунистические режимы покорными себе странами, построить вокруг них милитаризованный пояс в виде военных баз, чтобы легче было перебрасывать военные силы в случае начала международного конфликта. Наконец, уничтожить коммунистические государства.

Еще у американской внешней политики имелся психологический фактор - перенесение неких личностно-общественных представлений, мотивировок в мир абстрактной геополитики. То есть ревностно следить за конкурентами, не дать им расширить своего военно-политического влияния. Ослабление американского присутствия в любом регионе означало не только поражение абстрактного американского государства на международной арене, но и лично американского правительства и американцев в целом. Психология американцев строилась на примате быть первыми и лучшими. Сам американский капитализм базировался на идее победителя, что значило сломить и убрать с дороги всех конкурентов. Американская психология в её политическом проявлении не терпит своеволия и инакомыслия. Все должны быть, как американцы, делать то, что они скажут, альтернативного мнения быть не может. В этом проявляется не только американский гегемонизм, но и американский мессианизм.

К сожалению, наши политики, ни в середине 1980-х, ни в 2000-х не понимали "психологию победителя", исключающую равные партнерские отношения. Америка проводила политику мировой политической экспансии не для того, чтобы сосуществовать с Советским Союзом, наладить с ним диалог, а для того, чтобы его победить и уничтожить. Если советское правительство периодически проявляло желание поиска компромисса по тем или иным жизненно важным проблемам (фактически отказавшись от идеи мировой революции), то у американского правительства имелись совсем другие установки и совсем иные политические интересы, где места диалогу и компромиссу попросту не оказывалось. Сама идея сосуществования американского капитализма с Советским Союзом в форме равноправных отношений попросту отсутствовала. Возможен был вынужденный или временный компромисс, первенство неизбежно должно остаться за Америкой. Так она устроена и так устроено (через воспитание, образование, культурные проявления) американское общество.

США уже в 1823 г. была провозглашена "Доктрина Монро", в одностороннем порядке определявшая Западное полушарие сферой интересов только Соединенных Штатов. Ни одна другая (европейская) держава не имела права распространять свои интересы на данном направлении. В дальнейшем американское правительство поддерживало национально-освободительные движения в Латинских странах, чтобы лишить старые империи своих колоний, навязав новым "независимым" правительствам долговые обязательства, которые те уже не имели права разорвать.

Как цитирует и пересказывает американские документы по военно-политическому вмешательству американского правительства в разных уголках планеты Уилл Ирвин в книге "Насильственная демократизация...": любое коммунистическое или просоциалистическое правительство расценивалось американцами как угроза безопасности Америки. Тем самым американцы развивали установку "доктрины Монро" теперь уже в отношении всего мира, всей планеты, не ограничиваясь одним Западным полушарием. И снова, как ранее в истории Англии, Америка сама определяет, кто представляет угрозу её безопасности, безопасности её экономических интересов, а кто не представляет.

Таким образом, можно говорить о сложной и многослойной геополитической стратегии Америки. Стратегия здесь - условно-обобщающее слово, поскольку у правительства Америки какой-то четко прописанной доктрины не существовало. Имелись некие внешнеполитические установки (противостояние коммунизму и СССР, поддержка различных возможных союзников или лояльных себе режимов и т.п.), а геополитические интересы менялись в зависимости от ситуации (например, конфликт между СССР и КНР давал повод за сближение США с Китаем).

Капитализм Соединенных Штатов Америки, являясь продолжением капитализма Великобритании, по существу использует в сущности инструменты империалистической политики бывшей метрополии, несколько приспособив под свои нужды. Империализмом можно назвать комплекс воззрений на внешнюю экспансию, под которой скрываются не только сугубо экономические интересы, но и интересы геополитического превосходства своего государства и своей нации в планетарном масштабе; а так же под политикой империализма скрываются вопросы психологического, внутриполитического, идеологического свойства - как групп людей, так и отдельных индивидуумов...Американский империализм приобрел свои специфические черты в виде создания тоталитарного государства планетарного масштаба: оно имеет право определять свои интересы по отношению к другим странам, материкам и частям света с помощью мер принуждения и тотального контроля. Такой империализм вполне можно называть тоталитарным.