Друзья на Севере

Середина зимы 564 года. Север, Дальние Границы.
***
Метель пронизывала тело до костей. Леденящий холод пробирался через одежду, просачивался через кожу, забирался так глубоко внутрь, что казалось кровь начинает замерзать.  От него не спасал ни меховой плащ, ни тепло от еле горящего костра. Но Грэм не оставлял попыток хоть как-то согреться, он еще плотнее запахнул своё дорожное одеяло и начал энергично растирать под ним свои занемевшие ладони. Уже вторую неделю они были в пути и с каждым днём, ему всё больше хотелось сбежать. Вот только потом он вспоминал, что бежать некуда. Здесь в одиночку не выжить. Два дня назад они переправились через реку с забавным названием — Фаирова Струя. У местных кланов есть одна очень гостеприимная традиция: они любят встречать гостей с обнаженными топорами.
Смотреть на последнее полено в костре было тяжело, оно догорало, намекая на то, что нужно вылезать из-под одеяла и идти за новым. Грэм перевёл взгляд на своего спутника. Молчун сидел к нему спиной и продолжал вглядываться в белую пустоту, он уже несколько часов сидел неподвижно.
«Как будто там можно, что-то увидеть, — подумал Грэм, но тут же ему в голову пришла мысль, от которой ему стало еще холоднее. — Что, если Молчун просто окоченел?».
Грэм окликнул его, Молчун медленно обернулся и уставился на него своими белесыми зрачками. От этого взгляда мурашки пробежали по спине. Грэм так и не смог привыкнуть к его лицу, слишком уж оно пугающее. Цвет зрачков сливался с цветом глазного яблока, отчего казалось, что он постоянно ходит с закатанными вверх глазами.  Верхнюю губу парня пересекал косой шрам, тянущийся до ноздрей.
Молчун ненадолго задержал взгляд и отвернулся. Грэм облегченно выдохнул и тут же пожалел о том, что отвлекся от костра, потому что полено уже потухло. Тяжело вздохнув, он скинул с себя одеяло и потянулся за топором.
— Пойду, нарублю еще немного, — бросил он Молчуну, тот еле заметно кивнул.
Грэм не стал далеко уходить, благо дерева в лесу было с избытком. Найдя поваленный ствол, он принялся методично его рубить. Работа топором немного согревала. Расколоть промерзшую древесину было тяжело, но мысль о хоть каком ни будь тепле в этой глуши придавала сил. После нескольких ударов ствол, наконец, поддался. Грэм расколол его на несколько поленьев, срубил немного сучков и, обвязав всё это шнурком, двинулся обратно.
Солнце медленно опускалось, метель утихала. Он шёл к лагерю и думал о своём пустом желудке. В пути еда постепенно заканчивалась и последние несколько дней они шли полуголодные. На подходе к лагерю он внезапно вздрогнул. Молчуна в лагере не было. Сердце Грэма бешено застучало, рука сильнее сжала топор. От камня, на котором лежали вещи Молчуна, тянулась вереница свежих следов.
— Твою мать… — он выругался и пошел по следам.
***
Молчун сидел и неотрывно смотрел в сторону, куда несколько часов назад ушел Вольф. Он сильно замерз, и его клонило в сон, но он заставлял себя держать глаза открытыми. Он слишком хорошо знал о том, что будет если закрыть глаза на таком морозе – потом уже вряд ли их откроешь. Поэтому он продолжал смотреть вдаль, пытаясь высмотреть силуэт Вольфа. Они встали лагерем в полдень, солнце клонилось к закату, то, что Вольф до сих пор не вернулся, не предвещало ничего хорошего.
— Молчун! — окликнул его Грэм.
Юнец – рекрут-разведчик которого отправили вместе с ним и Вольфом. Он обернулся и посмотрел ему прямо в глаза, так, как он умеет. Парня передёрнуло, Молчун, удовлетворившись эффектом отвернулся. Этот паренёк нравился ему, по крайней мере, больше чем остальные люди в форте. Было видно, что ему тяжело, но он особо не жаловался и продолжал идти вместе с ними. Хотя в этом плане выбор у него был невелик. Дезертирам одна дорога на виселицу, а одному из этих мест даже до неё не добраться. При мысли о виселице у него неприятно зачесалось горло. Он думал о том, что они будут делать, если нарвутся на северян. Их слишком мало чтобы дать бой, а люди здесь, мягко говоря, не особо гостеприимные.
Размышления прервал голос Грэма, тот сказал, что пойдет за дровами, Молчун кивнул и продолжил всматриваться вдаль. Спустя несколько минут ему почудилось, какое-то движение в низине в сотне шагов от их лагеря. Он тут же притушил костёр, хотя в этом не было особой надобности, полено прогорело, а угольки еле заметно тлели. Молчун стал следить за двигающейся фигурой. Постепенно она приближалась ближе. Определённо человек, но это был не Вольф. Этот был на три головы выше ростом. Северянин, и вряд ли он здесь один. Человек аккуратно продвигался вперед, немного огибая холмик, на котором они разбили лагерь.
 Молчун подобрался к кустам на склоне, и лёг под них, высматривая человека. Снег с веток предательски осыпался ему за шиворот. Молчун замер.
Человек остановился, снял лук со своей спины, аккуратно прицелился и отпустил тетиву. В месте куда попала стрела, растеклось красное пятно.
«Подстрелил кого-то. Метко», — подумал Молчун. Человек подобрал дичь, убрал её в мешок и ушел прочь. Молчун провожал его взглядом, пока тот не пропал из вида. Обеспокоенный, он направился обратно к лагерю.
***
Грэм осторожно продвигался вперёд, держа топор наготове, хотя если быть честным, он не знал, что будет делать при встрече с врагом. Хоть он и поступил на службу год назад, оружие применять ему еще ни разу не приходилось. Ему было страшно, но он продолжал идти по следам. Молчун появился также внезапно, как и исчез. Он просто вылез из заснеженных кустов. Грэму даже и в голову не могло прийти, что Молчун может испытывать такие же физиологические потребности, как и простой человек.
— Облегчился? —  с тупой улыбкой спросил он.
Молчун, не поняв вопроса, нахмурился, помотал головой и указал рукой в сторону, где видел человека.
— Ты что-то видел? — настороженно спросил Грэм
Молчун коротко кивнул.
— Северяне? — здесь голос Грэма немного сорвался
Снова короткий кивок
— Сколько ты видел?
Молчун показал один палец.
— Он точно не один, как думаешь, сколько их может быть тут еще?
Молчун, немного подумал и пожал плечами.
— Хреново…
Снова короткий кивок.
— Нужно дождаться Вольфа, пойдём обратно в лагерь.
***
Прошло еще несколько часов, вокруг заметно потемнело, Грэм сидел, завернувшись в одеяло. Зубы стучали барабанную дробь, метель закончилась, но после того, как Молчун увидел человека, они не решились разжечь костер заново.
Молчун сидел на том же месте, и смотрел туда же, куда смотрел пару часов назад. Странный он все-таки, хотя то упорство, с каким он высматривал Вольфа, успокаивало Грэма. Или может он наконец-то окоченел. Грэм невесело усмехнулся и потянулся к своему мешку. Немного пошарив в нём, он извлёк на свет, а вернее уже на мрак, небольшую фляжку. Сделав глоток, он немного поморщился, но продолжил пить, постепенно привыкая к отвратительному вкусу напитка. Горло обожгло, и приятное тепло начало медленно разливаться по всему его телу.
Он окликнул Молчуна, и предложил ему выпить. Тот взял флягу, сделал три больших глотка, коротко кивнул и вернул её обратно. Пока Грэм копался в мешке ему на мгновение показалось, что он услышал какой-то странный хруст. Они были в зимнем лесу, здесь все что угодно могло издавать странный хруст, но только сейчас он понял, что за последний час не слышал почти никаких звуков. Он взял топор в руку и крепко сжал. Сердце начало биться сильнее, он попытался успокоить себя тем, что это наваждение, как вдруг, над его головой надломилась ветка и послышались быстрые взмахи крыльями. От наступившего облегчения, он почувствовал небольшое давление внизу живота.
— Мне нужно отлить, — бросил он Молчуну и пошел в сторону от лагеря. Тот последовал за ним. — Спасибо, но не думаю, что я потеряюсь. — Молчун нахмурился, но все же вернулся на свой камень.
***
Юнец прошел мимо него и скрылся за заснеженной елью. Спустя пару мгновений раздался испуганный вскрик.
— Какого…! — и снова наступила тишина. Молчун рывком поднялся и обнажил свой короткий меч.
— Лучше оставайся там, где стоишь, — послышался грубый и немного хрипящий голос, откуда-то сбоку, спустя пару мгновений появился и сам обладатель этого голоса, с луком направленным прямо на Молчуна. Человек давно выжидал подходящего момента – он весь был припорошен снегом. 
Выглядел он жалко: растрёпанные волосы выглядывали из-под дырявого капюшона, одежда больше напоминала рваные, наскоро сшитые тряпки, ботинки были разные, причем один был больше другого. Но его жалкий вид полностью компенсировала направленная на Молчуна стрела.
— Сядь.
Молчун сел на камень.
— Тис! — позвал северянин
Из-за ели вышел огромный человек, одетый в потрепанные шкуры, одной рукой он тащил за шиворот обмякшего Грэма. Морда у него была такая как будто ей не один раз били о наковальню, причем наковальне явно доставалось больше. Нос его был почти плоским, а челюсть, заросшая темной бородой, немного скосилась влево.
Молчун узнал этого человека, его он видел внизу охотящимся. Поразительно, что такая гора может передвигаться так тихо. На поясе у него висел длинный нож, а за спиной виднелось торчащее древко. Этому чтобы выглядеть угрожающим, даже оружия не пришлось доставать. Молчун обратил внимание на кулак Тиса, он лишь немного уступал в размере голове Грэма, тот при желании мог бы поднять парня, держа его за голову. Но пока он этого не сделал.
Человек с луком снова заговорил.
 — Сколько вас?
Молчун не ответил.
— Откуда пришли?
  Молчун кивнул в сторону реки, хотя они оба прекрасно понимали, что другой дороги сюда нет.
— Ты как я вижу неразговорчивый.
Молчун снова ничего не ответил.
— Сафир! — человек кого-то позвал, но никто не вышел. Молчун увидел беспокойство в его глазах, человек еще раз крикнул, — Сафир выходи! — но никто не появился.
***
И зачем с ними разговаривать раздумывала она, лежа в сугробе и наблюдая за двумя южанами у потухшего кострища. Облака затянули небо, и тусклого света от луны не хватало, чтобы человек на камне её заметил. Но отец решил, что сначала они должны узнать, что здесь делают южане и сколько их. Сафир было все равно, сколько их и какого хрена они тут жопы морозят. Если бы решала она, то убила бы их ночью без лишних разговоров. Но отец решил, что сначала они должны узнать кто эти люди. Где-то сломалась ветка, и она краем глаза увидела улетающую сову. Паренёк встал и пошёл прямо к ели, за которой прятался Тис. Она хищно улыбнулась, вот сейчас здоровяк раскроит ему голову.  Тут сзади послышался хруст снега. Она резко обернулась, и получила сильный удар по голове.
***
Грэм открыл глаза. Весь мир вокруг него было таким ярким, и как-то странно кружился. Он не помнил, где он и что здесь делает, голова, если она еще была на месте, раскалывалась от боли. Он сдавленно застонал. Память начала возвращаться к нему. Он на севере. Они на Дальних Границах. Молчун, сидящий на камне. Он отошел по нужде. А потом на него обрушилось небо. Перед глазами все до сих пор расплывалось. Он услышал незнакомый голос.
— Сафир! Сафир! Сейчас не время для шуток, выходи!
— На Дальних Границах вообще шутников мало, — ответил знакомый Грэму спокойный голос, почему-то было очень тяжело вспомнить, кому именно он принадлежал.
Зрение понемногу приходило в норму, и он разглядел в появившемся силуэте первого разведчика Вольфа. Тот медленно выходил вперед, держа перед собой другого человека с прижатым к горлу лезвием ножа.
— Отпусти парня, — бросил он коротко.
Видимо «парнем» был сам Грэм, потому что в следующее мгновение, он упал лицом в холодный сугроб.
***
Ситуация складывалась самым отвратительным образом. Охотник оказался добычей.  Хигелаку стоило невероятных усилий сохранить ледяное спокойствие после того, как он увидел свою дочь с ножом у горла.
— Отпусти её, — процедил Хигелак.
— Даю слово, что не трону её, если опустишь свой лук, — человек говорил спокойно и размеренно.
Выругавшись, Хигелак ослабил тетиву. К его удивлению, незнакомый человек убрал нож от горла Сафир. Краем глаза он заметил, как Тис напрягся, он знал, что если нужно, этот великан может быть быстрым, очень быстрым. Он поднял руку в предостережение. Человек с белёсыми глазами медленно поднялся и начал отходить назад, к нему присоединился выбирающийся из сугроба паренёк.
— Вы не похожи на мародёров, — задумчиво проговорил человек, державший его дочь. После этого он аккуратно встряхнул Сафир, и, убедившись, что она окончательно пришла в себя, отпустил её.
Только сейчас Хигелак увидел, что этот человек довольно низкий, он едва доставал Сафир до плеч. С ножом у горла его дочери он казался выше.
Хигелак повесил лук на спину и помог дочери подняться.
— Дерьмо, — пробормотала Сафир потирая ушибленную голову. — Вы кто, мать вашу, такие!? — рявкнула девушка, рывком вытянув нож из-за голенища.
— Сафир, прежде чем хвататься за оружие, попробуй поговорить с людьми! — сказал Хигелак, схватив её за руку.
— Поэтому ты сказал Тису прибить того парня? — съязвила Сафир, но нож опустила.
— Меня зовут Вольф, первый разведчик Фаира. Со мной Молчун, — он указал на хмурящегося человека без зрачков, — И Грэм, — Вольф кивнул в сторону парня. — Люди бегут с Дальних Границ, рассказывают о нападениях северян на их деревни. Мы здесь, чтобы разобраться в этом.
— Я Хигелак. Великана зовут Тис, иногда кличут Кувалдой.
«Интересно, а гвозди он головой забивает?» — подумал Грэм.
— Это Сафир, моя дочь, — Сафир смачно сплюнула в сторону, когда отец назвал её имя. — Мы идём на запад, к предгорьям. Тильд – вольный город, он не подчиняется королю Севера, там мы надеемся найти убежище.
— Король Севера значит… — пробормотал Вольф. — Беженцы только о нём и твердят.
— Как видишь, я честен с тобой, первый разведчик. Не могу сказать, что мы друзья, но у нас общий враг. Думаю, вам будет интересно меня выслушать.
— Это же северяне, они дикие! Им нельзя верить! — пискнул Грэм, и тут же пожалел о сказанном, когда все посмотрели на него.
— Ударь я чуть сильнее, ты уже был бы мертвым, — низкий голос Тиса, разорвал тишину, как гром среди ясного неба. — Немного вежливости ничего не стоит, запомни это, если хочешь прожить долгую жизнь.
У Грэма встал ком в горле, проглотить его удалось только со второго раза. Молчун скрипел зубами, по нему явно было видно, что он с удовольствием бы прирезал эту троицу, свалившуюся на них, как снег на голову.
— Так что скажешь, Вольф, первый разведчик Фаира, поговорим? — обратился к нему Хигелак.
— Ты серьезно хочешь говорить с южанами!? — прошипела Сафир.
— Не забывайся, Сафир. Я твой вождь и отец, и я буду решать, что мы будем делать, — спокойно ответил Хигелак.
— Тис, хоть ты скажи ему! — взмолилась Сафир.
Тис молча пожал плечами.
Вольф задумчиво оглядел северян.
— Раз наша небольшая стычка окончилась бескровно, я думаю, вреда от разговора не будет.
— Наш лагерь в паре сотен шагов отсюда. К тому же Тис подстрелил кролика. — Хигелак выдавил из себя подобие улыбки, морщины на его лице немного разгладились.
Сафир вогнала нож обратно в голенище.
— Я в лагерь, — буркнула девушка. Быстро развернувшись, она ушла.
Ногами она топала так сильно, как будто представляла, что идёт, наступая на глотки южан. Хигелак устало вздохнул. Тис коротко хохотнул и пошел за ней.
— Собирайте вещи, я вас подожду, — сказал Хигелак и сел на камень, который Молчун полировал своей задницей добрую половину ушедшего дня.
***
Они брели в полумраке, тусклый свет луны еле проникал через кроны заснеженных деревьев. Грэм плелся сзади, засунув руки в подмышки. Его трясло от холода, зубы стучали барабанную дробь. Разгребая ногами сугробы, он наткнулся на торчащую корягу и упал. Выругавшись себе под нос, он отряхнулся и нагнал остальных.
Где-то далеко раздался ужасный, приглушенный визг. Звук был такой, как будто зверя рвали на части живьём. Он длился недолго, всего пару секунд и затем резко оборвался. Послышался протяжный, леденящий кровь вой. Через мгновение на него ответили несколько глоток. Молчун трясущейся рукой похлопал себе по поясу. Нащупав рукоятку ножа, он немного успокоился.
— Загнали кабана, или еще кого-нибудь. Нас много, на нас не нападут, — успокоил его Хигелак, и добавил еле слышно, — надеюсь.
Вольф шел чуть позади него. Северянин показался ему честным человеком. По крайней мере, они могли с легкостью убить его людей, но не сделали этого. «Пока не сделали» — мысленно поправил Вольф сам себя. В прошлом ему приходилось терять людей, плохо, но ничего не поделаешь. На Дальних Границах идиоты долго не живут.
Через несколько минут показался маленький огонек. Обойдя кусты и пару деревьев, они оказались на небольшой полянке. У двух деревьев был сооружен импровизированный шалаш из веток, под ним были расстелены несколько меховых одеял. Такая конструкция защищала спящего от ветра, немного, но все же лучше, чем ничего. Тис сидел у костра на срубленном пеньке и жарил небольшую освежеванную тушку.  Сафир сидела рядом с накинутым на голову капюшоном. В руках у неё был внушительного размера нож, который она демонстративно затачивала кусочком песчаника. Всем своим видом она показывала неприязнь к южанам.
— Места у костра хватит всем, — Хигелак указал рукой на несколько горящих поленьев.
Грэм нерешительно сел на свой мешок в доброй дюжине шагов от костра.
— Не боишься замерзнуть? — спросил его Тис. — Садись ближе, по голове больше бить не буду.
— Сядешь ближе, я ударю тебя по голове, — зло бросила Сафир, и так сильно полоснула камнем по ножу, что высекла сноп искр.
Тис хлопнул её рукой по колену и засмеялся. Сафир, скорчив болезненную гримасу, притихла.
— Сафир, прошу тебя… — голос Хигелака прозвучал устало. — Вольф, садись.
Молчун сел у костра напротив Тиса и сложил руки на поясе, так чтобы в случае чего он мог быстро выхватить свой нож.  Грэм немного подумав сел рядом. Вольф и Хигелак расположились с разных сторон, каждый рядом со своими людьми.
— Кролик почти готов, — заметил Хигелак. — Вы наверняка хотите есть, — предположил Хигелак, хотя сам последний раз ел вчера утром.
— Нам и самим жрать нечего, а ты еще решил их накормить? — Недовольно пробормотала Сафир.
— У меня есть немного виски. — Грэм пошарил в своём мешке и вытащив флягу, протянул её северянам. — Помогает согреться.
— Засунь её себе в жопу! — вежливо отказалась Сафир.
— Глупое расточительство, — прогудел Тис и выхватил флягу. Принюхавшись к ней, он сделал пару больших глотков. — Неплохо, но с медовухой горцев не сравнится, — Тис вернул флягу Грэму.
Грэм смотрел на кролика, которого Тис медленно прокручивал над костром. Стекающие с мяса, капельки жира весело шипели, попадая на угли. Тушка местами подгорела, но выглядела очень аппетитной, наверное, и запах у неё был волшебный, но нос у Грэма был заложен, поэтому оставалось только предполагать.
— Так кто вы такие? — спросил Вольф, обращаясь сразу ко всем северянам.
Хигелак открыло было рот, чтобы ответить, но его перебил чих Грэма. Чихая, он сложился пополам, ему показалось, что в этот момент над его головой, что-то пролетело и с глухим стуком воткнулось сзади. Все замерли. Грэм вытер рукавицей сопливый нос и обернулся. В стволе дерева торчало древко стрелы.
— Что за херня? — удивленно воскликнула Сафир.
В этот момент со всех сторон раздались крики.
— Аааааа! — Тупой и бессмысленный рев нескольких глоток перед боем. Вторая стрела вылетела почти сразу после первой и попала Тису в плечо. Среди деревьев замелькали быстро приближающиеся темные силуэты.
— Засада! — крикнул Вольф и вытащил меч, Молчун и Грэм вскочили вместе с ним.
— Стойте, это за нами! — ответил Хигелак, и в подтверждение своих слов пустил стрелу между деревьев, кто-то еле слышно ойкнул. — Они не могли так быстро нас найти!
— Скажи это тем орущим мудакам! — Сафир огляделась вокруг: черные силуэты окружили их лагерь и быстро приближались. — Их больше, чем нас!
Тис с рычанием обломал застрявшую стрелу и схватил лежавшую рядом секиру.
— Это поправимо, — процедил он сквозь зубы.
Грэм снял с пояса свой топор. Из леса на него выбежал довольно крупный человек с обнаженным мечом. Лицо его являло собой смесь безумия и ярости. Дикий рёв, с которым он бежал вперед, повергал в ужас. За его спиной показалось еще как минимум трое. Грэм подумал, что, если тоже закричать, это придаст ему храбрости. Он открыл рот, но кричать не получалось. Он хотел поднять топор, но руки его как будто не слушались. Он оцепенел от страха. Когда между ним и нападавшим оставалось меньше пяти шагов, он сжался и зажмурил глаза. Северянин занес руку с мечом для удара. В маленькую щелку он увидел, как Тис с огромной секирой и еще более диким рёвом врезался в человека плечом.
— Сдохни падаль! — заорал он и, замахнувшись секирой, рубанул с плеча по лежащему человеку.
Лезвие рассекло северянина от ключицы до живота, кровь брызнула во все стороны. Тис, не обращая внимания на судороги умирающего, вырвал секиру. На него мчался еще один воин. Тис сделал быстрый шаг вперед и впечатал древко оружия в нос человека. Раздался отвратительный хруст, а за ним полный боли крик. Краем глаза Грэм заметил осевшего на землю Молчуна, тот держался за грудь, а рядом с ним лежало мёртвое тело.
Сзади кто-то положил руки Грэму на плечи и резко развернул. Он увидел лицо Сафир.
— Дерись мать твою! — рявкнула она ему в лицо, обрызгав его слюной, и добавила ощутимую пощечину. — В лесу стрелок, бегом туда!
Лицо обожгло огнём. Появилась злость, потом и силы поднять руки, с приходом сил прошли ужас и оцепенение. Сафир пропала из вида.  Грэм вскинул топор и побежал в том направлении, откуда стреляли.
***
Сафир полоснула мечом сбоку, опасный и быстрый удар должен был распороть скалящемуся ублюдку брюхо. Тот ловким движением парировал удар и пронеся меч над своей головой ударил её с противоположной стороны. Она в последний момент успела нырнуть под меч. Вместо головы клинок встретил её бедро, оставив пульсирующий порез. Она вскрикнула от боли и упала, набрав при этом полный рот снега. Меч вылетел из руки.
«Всегда крепко держи меч в руке, потеряешь меч - потеряешь жизнь», — говорил ей отец, когда учил её драться.
 Она перекатилась на спину и попыталась нашарить клинок, но почувствовала ногу на своей руке.
— Убить дочь Бледного, хорошая байка выйдет, — нападавший явно был доволен собой.
— Не выйдет, — Сафир подтянула кровоточащую ногу к груди и, выхватила из голенища ботинка наточенный нож.
«Да и хер с этим мечом, если у тебя нож остался» — подумала Сафир и от души полоснула нападавшего по обратной стороне бедра. Тот зашипел от боли и схватился за ногу. Внезапно его шипение сорвалось на бульканье. Он медленно осел на здоровую ногу, одновременно зажимая шею и рану на бедре. Из его горла торчала застрявшая стрела. Сафир пнула его здоровой ногой. Тело безвольно упало. Она попыталась встать, но ногу пронзила острая боль. Сафир стиснув зубы, стала ползти по красному снегу от общей суматохи.
***
С каждым шагом вокруг становилось темнее, Грэм еле разбирал, куда он несётся. «Вроде бы стреляли отсюда», — размышлял он на бегу, но пока стрелок ничем себя не выдал.
Замедлив шаг, он прислушался. Не считая стихающих криков на поляне, почти ничего слышно не было. Хотя нет, что-то всё-таки было. Грэм на пару мгновений перестал дышать. Кто-то всхлипнул, совсем рядом. Он крепко сжал рукоять топора, до боли в пальцах. Ладони, несмотря на холод, неприятно вспотели.
Грэм немного прошел вперед и услышал учащенное дыхание. В паре шагов от него лежал человек, опираясь спиной на ствол небольшого дерева. Из его живота, чуть пониже рёбер торчала стрела, руками он пытался остановить обильное кровотечение, снег под ним был черного цвета.
— Помоги, прошу, — просипел человек. Грэм присмотрелся к парню: наконечник вошел глубоко в тело, наверняка задев внутренние органы – он нежилец.
Грэм присел рядом с ним, ему, почему-то вдруг стало очень жалко этого парня. Возможно, из-за того, что они были похожи. Оба молодые, оба оказались не там, где хотели бы, оба не хотели умирать. Но желания и реальность редко пересекаются между собой. Грэм оторвал небольшой кусок ткани со штанины парня и зажал его рану, ткань сразу покраснела.
— Ты потерял много крови, — сказал Грэм и удивился тому, как твёрдо прозвучали его слова. — Я ничем не смогу помочь.
Парень заплакал. Какое-то время он просто тихо всхлипывал.
— Ты не похож … на остальных, — наконец сказал он.
 Дрожащей рукой парень потянулся к своей шее. Его лицо перекосило от боли, резким движением он сорвал тонкую верёвочку, на которой висел небольшой камешек. Это стоило ему огромных сил.
— Это подарок, — он говорил еле слышным шепотом. — Его носят, чтобы…не забывать. — По телу парня прошлась судорога. — Вед-Хавет, деревня к востоку от Ордруфа, отдай девочке, — он протянул Грэму окровавленную руку с зажатым в ней камнем. — Номи. Прошу.
— Как тебя зовут? — спросил Грэм и принял камешек, ладонь парня была холодной и липкой. — Кто ты?
Человек не дышал.  Грэм закрыл ему глаза. Со стороны поляны не доносилось никаких звуков. Грэм тяжелыми шагами направился обратно к лагерю.
***
Вольф ничего не видел. Перед глазами была темнота. Голова ужасно болела. Почему он ничего не видит? Почему лицу так холодно? Тут до него дошло, что он лежит лицом в сугробе. Попытался подняться — не получилось. Попытался еще раз — получилось.
 Как же он пропустил такой очевидный удар?  Увернулся от выпада, отбил несколько ударов мечом и тут же получил кулаком по челюсти. «Старею», — невесело усмехнулся Вольф. Во рту был соленый вкус крови. Сплюнув, он почувствовал, что вместе с кровью вылетело что-то твёрдое. Прощупал зубы языком, одного не хватало. «Легко отделался», — подумал он.
Почему он до сих пор жив? Почему его не добили? Посмотрел в сугроб, из которого вылез. Там лежал человек с торчащей из спины стрелой. «Ага, вот почему».
 Оглядевшись, Вольф увидел, что битва закончилась. На поляне лежало несколько трупов. От костра остались только разбросанные, тлеющие угли, о судьбе кролика, в этой суматохе, можно только догадываться. Хигелак помогал Сафир сесть. Молчун лежал без движения рядом с телом северянина. Вольф подошел к ним поближе. Из живота Молчуна, торчала рукоятка ножа. Вольф тихо выругался.
— Каким он был человеком? — Спросил Тис, подойдя сзади.
— Что? — удивлённо переспросил Вольф.
— На севере, когда человек умирает в бою, те, кто бился вместе с ним, должны почтить его память. Какую жизнь он прожил?
— Был крестьянином, потом прибился к бандитам. Его должны были повесить, но я забрал его в разведчики, ловкий был парень.
— А почему Молчун?
— Сдал своих, — Вольф невесело усмехнулся. — Они ему за это язык укоротили. Вместо слов только мычать может. 
Тис задумчиво почесал голову. Торчащий из плеча обломок стрелы, ему, казалось, нисколько не мешал. — Так если ему язык отрезали, как же он тебе всё это рассказал?
— Палач рассказал.
— Хм, дрался он храбро, за предательство ответил сполна. Здесь его больше ничего не держит. — Тис присел и положил свою ладонь на грудь Молчуна. — Доброй дороги тебе среди звёзд Молчун.
Вольф услышал приближающиеся шаги.
— Это я, — раздался слабый голос Грэма. — Их лучник мёртв.
— Не он один, — отозвался Вольф.
На поляне лежало полдюжины убитых северян. Подойдя поближе, Грэм увидел человека, которого Тис разрубил пополам. Перекошенное от ужаса лицо с закатанными зрачками смотрело в чёрное небо. У Грэма появилось странное чувство радости за то, что это не он лежит в снегу с рассечённой грудью. А потом он увидел Молчуна. Его тут же стошнило.
— Мы его не похороним: копать нечем, да и земля промёрзлая. Грэм помоги мне оттащить его, хотя бы тело снегом присыплем. — Вольф говорил спокойно, видимо не первый раз он «хоронил» товарищей.
Проходя мимо кашляющего Грэма, Тис похлопал его по плечу.
 — Привыкнешь. — Тихо сказал он.
***
Сафир дрожала от холода. Штаны её были спущены до колен, небольшая алая струйка стекала с раны на бедре. Хигелак стоял на одном колене рядом с ней, в руках он держал небольшой кусок ткани и что-то бормотал себе под нос.
— Как она? — спросил Тис.
— Ничего серьёзного, неглубокий порез, затяну потуже, сможет ходить.
Тис коротко кивнул и пошел обшаривать мертвых. Вольф и Грэм уносили тело Молчуна.
— Тебе повезло, пройди лезвие чуть пониже, нам бы пришлось тебя нести.
— Но не прошло ведь, — огрызнулась Сафир.
— Да, — кивнул Хигелак. — Не прошло. 
Он достал бурдюк и аккуратно промыл рану остатками воды.
— Нам нужно быть осторожнее, Морн нашел нас слишком быстро. Встреча с южанами, возможно, спасла нам жизнь.
— Или добавила новых шрамов мне и Тису.
— Убив южан, мы остались бы втроём против этих людей, сколько их там сейчас лежит? Шесть? Семь?
— Восемь, если тот придурок, действительно убил стрелка.
Хигелак начал обматывать ткань вокруг еще кровоточащей раны. Сделав несколько витков, он сильно затянул ткань и завязал узел. Сафир сдавленно вскрикнула.
 — Ты это специально? — спросила она, натягивая штаны обратно.
— Я не люблю южан, но на севере у меня почти не осталось друзей, а враг моего врага — мой друг. Их человек погиб, сражаясь в нашей битве. Прояви к нему уважение.
— Да, ты прав … наверное.
— Натягивай штаны, а то отморозишь себе всё.
Хигелак положил руку ей на шею и прислонялся лбом к её голове.
— Ты молодец, — прошептал он. — Будь аккуратнее. Ты единственное что у меня осталось.
Сафир положила ладонь ему на щеку, отросшая борода немного кололась. Его кожа была холодной, он поднял взгляд на неё.
— Всё будет хорошо, — в её голосе пропала злоба, так и сквозившая последние несколько часов. Она улыбнулась, Хигелак улыбнулся ей в ответ.
— Нужно помочь Тису.
Сафир коротко кивнула.
Вокруг понемногу начинало светать. Вольф и Грэм вернулись на поляну, Тис обшаривал трупы в поисках наживы.
— Тис, нужно вытащить обломок, — окликнул его Хигелак.
— А это обязательно? — великан ухмыльнулся. — Я к нему уже душой прикипел.
  Тис снял с себя шкуру и приспустил рваную рубаху. Из его плеча торчало обломанное древко, длиной чуть меньше большого пальца. На обнажившейся коже, виднелись кучи старых порезов и ссадин, совсем рядом с наконечником красовался шрам, от стрелы полученной несколько лет назад. 
— Придется немного разрезать, чтобы не рвать стрелу вместе с мясом.
— Делай что нужно, — ответил Тис.
Хигелак набрал в кулак снега и, почистив им небольшой нож, аккуратно принялся за работу. Тис зарычал от боли, но продолжал сидеть. Когда Хигелак вытащил наконечник, к ним подошел Грэм и протянул флягу.
— Здесь осталось немного, будет щипать, но рана не загниёт.
Хигелак принял флягу и благодарно кивнул в ответ. Как только он закончил с Тисом, Вольф позвал его. Вместе они отошли на пару шагов от разрушенного лагеря.
— Ты хотел мне, что-то рассказать, но нас прервали. Так что происходит на Дальних Границах?
Хигелак усмехнулся.
 — Дальние, они только для вас – южан. Для нас они скорее ближние. Морн, один из старых вождей, последние несколько лет объединяет кланы.
— С какой целью?
— Тридцать лет назад, южные берега Струи принадлежали северу. Но вожди решили, что им этого мало, сколько тогда длилась война?
— Два года, вы глубоко продвинулись в наши земли, но потом вас оттеснили обратно к струе и отогнали за другой берег. Я тогда еще был оруженосцем у Железной Руки.
Хигелак устало улыбнулся.
 — К сожалению и я был там. Я прошел всю войну, а потом еще и участвовал в грызне между кланами.
— Ты так и не ответил на мой вопрос.
— Север готовится к новой войне. К войне такого масштаба, с которым вы еще не сталкивались. Морн уже подчинил себе половину кланов. Оставшиеся покорятся, когда – это вопрос времени. Ходят слухи, что он заключил союз с горцами. Война тридцатилетней давности не единственная, были и другие. Но вы сражались с разрозненными кланами, вождей было много, каждый пытался урвать себе кусок побольше и пожирнее, всё это неминуемо затягивало войну и вело к поражению. Новообретённый король Севера выступит на вас единой армадой.
Вольф нахмурился.
 — Зачем ты рассказываешь мне это?
— Потому, что я уже старый. Я видел и творил такие зверства, которые не смогут присниться в самых извращенных кошмарах. Морн утопит север в крови, с ним ни у моего, ни у вашего народа не будет будущего. У меня есть друзья у восточных предгорий. Морн пока еще не добрался до них. Мы вместе с Сафир  и Тисом направляемся туда. Я попытаюсь убедить вождей, дать Морну отпор.
— Похоже, что слухи не лгали, — Вольф тяжело вздохнул. — Хигелак, я могу предложить другой путь. Если, то, что ты рассказал мне, правда. Нам понадобятся союзники в этой войне.
— Южане и северяне под одним флагом, звучит как начало пьяной шутки.
— Я могу устроить для вас аудиенцию с Железной Рукой.
Повисло молчание. Хигелак задумался.
— Не раньше, чем я встречусь с вождями Предгорий. Если мне удастся их убедить, мы обсудим это вместе с Железноруким. Я принимаю твоё предложение, первый разведчик Вольф.
Хигелак крепко пожал протянутую Вольфом руку.
— Похоже, сегодня юг нашел друзей на севере.