22. Лето 1611 года, Иван Заруцкий

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Отношения между коллегами Трубецкого по триумвирату продолжали накаляться. И Ляпунов, и Заруцкий по амбициям своим стремились к единоначалию, а также к тому, чтобы играть самую важную роль у трона будущего господаря.

Заруцкий собирался сделать царём новорождённого сына Марины Мнишек. При нём он, подобно Годунову, становился бы регентом. Ляпунов сначала не имел своей кандидатуры, но очень быстро решил протащить на царство шведского королевича. Бутурлин, отправившийся мирить новгородцев с Делагарди, долженствовал хлопотать об этом деле.

Раскол усугублялся тем обстоятельством, что казаки, которыми управлял Заруцкий, своим свободолюбивым поведением отличались от остальной части ополчения. Часто по собственному почину они оставляли осаду и отправлялись в разъезды, грабя людей и отвращая их от ополчения.

-Такое поведение недопустимо! - говорил Ляпунов Заруцкому. - Оно вносит в наши ряды раскол и вызывает в народе ненависть. Мы ведь освободители, а не завоеватели! Я собираюсь пресечь сей произвол!

И он исполнил своё обещание. Под страхом смерти казакам было запрещено уходить в разъезды и чинить грабежи. Эти и другие меры дисциплинарного характера вызвали ненависть к Ляпунову со стороны казаков. Заруцкий исподволь лелеял в них чёрное чувство, но как свалить соперника за власть пока не знал. Слишком влиятелен он был среди земских.

В итоге избавлению от Ляпунова атаман оказался обязан не только казакам, но и полякам. Во время переговоров с Гонсевским по поводу обмена пленных поляки передали в руки казакам некие грамоты, где именем Ляпунова было написано о скорейших репрессиях против казаков после сдачи Кремля.

Взбудораженные казаки закатили бунт, требуя Ляпунова на круг для объяснений. Тот не хотел идти и даже подумывал о бегстве, однако ему гарантировали безопасность. В ходе разбирательств Ляпунов заявил, что почерк похож на его, но сам он к документу не имеет отношения. Поэтому потребовал прекратить бунт. Высокомерная форма, в которой Ляпунов призывал к порядку, возмутила казаков. Началась потасовка, переросшая в драку. Ляпунов был... зарублен.

К глубокому разочарованию Заруцкого, гибель конкурента не принесла ему триумфа. Сторонники Ляпунова и земские стали покидать стены Москвы. Труд по дальнейшей осаде поляков всё сильнее ложился на плечи одних лишь казаков. Этим воспользовался Ян-Пётр Сапега, который вернулся к Москве и прорвался к сидельцам с продовольствием и оружием.

-А ещё, - доложили Ивану Мартыновичу, - свейский воевода Делагарди взял Новгород. Он объявил о его отторжении от Русского господарства и возрождении древней республики под протекторатом короля Карла. На этом честолюбие свеев не заканчивается. Они хотят посадить на русский престол одного из своих королевичей.