5. На трезвую голову

ОГЛАВЛЕНИЕ
Эпизод двадцать первый. Once Upon a Time…
Эпизод двадцать второй. «Перестройка начинается с…»
Эпизод двадцать третий.  мы с Ельциным меняем работу
Эпизод двадцать четвёртый. Сумгаитский погром
Эпизод двадцать пятый. Нина Андреева, XIX партконференция, отстранение Громыко и появление триколора
Эпизод двадцать шестой.  Народные депутаты и шахтёры
      
      
      ЭПИЗОД ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ.
      ONCE UPON A TIME…
      
      Смертью Константина Устиновича Черненко 10 марта 1985 года завершилась «пятилетка пышных похорон». Помимо череды Генеральных секретарей ЦК КПСС, за это время много чего случилось со мной, страной и миром. Одни перемены происходили внутри меня, другие бросались в глаза, о третьих, не менее важных, я не догадывался.
      То, что наша страна спивалась, было видно невооружённым глазом. Статистические данные о потреблении алкоголя при Брежневе, Андропове и Черненко не публиковались, да если бы и публиковались, не дали бы представления о масштабах происходящего: статистика учитывала только легальную продажу алкогольных напитков; а при копеечных ценах на сахар и хлеб и при наличии в деревнях фруктовых садов самогон не гнал только ленивый.
      На рубеже 1970-х – 1980-х годов доходы от алкоголя составляли примерно треть налоговых поступлений государства. Когда в 1981 году для пополнения госбюджета цены на водку были увеличены, народ реагировал стойко:
      «Было три, а стало пять – всё равно берем опять!
      Даже если будет восемь – всё равно мы пить не бросим!
      Передайте Ильичу – нам и десять по плечу.
      Если будет больше – сделаем, как в Польше,
      Если станет двадцать пять – Зимний снова будем брать!»
      Я видел, что число пьяных на улицах Москвы зашкаливает. Зато совершенно вне поля моего зрения происходило падение мировых цен на нефть и газ; а именно оно окончательно расшатало неуклюжую советскую экономику и стало одной из главных причин распада СССР.
      И у нас, и в США многие склонны приписывать падение цен на нефть Рональду Рейгану, избранному в 1980 году Президентом США: якобы он приказал Саудовской Аравии залить мировой рынок нефтью, и саудовцы послушно выполнили приказ. Американцы за это Рейгана хвалят, а наши ругают.
      Но Саудовская Аравию не та страна, чтобы США могли ею командовать. Резко наращивать производство нефти саудовцев побудил не Рейган, а тупое брежневское Политбюро, доживавшее свой век по принципу «после нас хоть потоп». Саудовцы много лет ограничивали производство нефти ради поддержания высоких цен, а потерянные ими рынки перехватывал Советский Союз, который с 1970-го по 1980 год увеличил ежегодное производство нефти с 353 до 603 млн. тонн, а экспорт нефти и нефтепродуктов – с 98 до 160 млн. тонн. В конце концов саудовцам надоело понапрасну терять деньги, и с 1981 года они тоже стали увеличивать производство. На мировых рынках предложение значительно превысило спрос, и цены на нефть, достигшие в 1980 году 35 долл./баррель, к середине 1980-х годов упали о 10 долл./баррель; в ценах 2025 года это примерно соответствует  падению со 140 до 40 долл./баррель. (Цифры с учётом инфляции, которые приведены в Википедии и бродят по Интернету, были пересчитаны примерно 15 лет назад).
      В результате падения цен на нефть советское государство начало всё глубже увязать  в долгах.
      Обязательства перед собственными гражданами по всяким там облигациям или страховым полисам советскую власть никогда не волновали. Ии Брежнев, и Андропов, и Черненко, и Горбачёв втихую тратили деньги, которые граждане держали на вкладах и наивно считали своими: их ведь в самом деле можно было снимать и тратить – в масштабах обшей суммы вкладов это были сущие пустяки. А вот когда в 1991 году вкладчики захотели узнать, куда подевались их кровные денежки, все шишки зосыпались на Гайдара, который имел наглость признать реальное положение дел.
      К сожалению, из-за падения цен на нефть начал расти и ВНЕШНИЙ ДОЛГ. Советский Союз имел репутацию исправного плательщика и считался надёжным клиентом: в самом деле, ну куда он мог деться? Ему охотно давали кредиты. Разные источники приводят очень разные цифры, пересчитанные по текущему курсу в разные годы, но динамика такова: с 1980-го по 1985 год ВНЕШНИЙ ДОЛГ СССР увеличился ом примерно в полтора раза
      Как известно, берёшь чужие деньги и на время, а отдавать приходится свои и навсегда. Парижский клуб кредиторов и даже европейские социалистические страны, входившие в Совет экономической взаимопомощи (СЭВ) – это не то, что беззащитные советские граждане, с которым можно было делать что угодно. Наглые иностранцы как привяжутся, так и не отвяжутся, они ещё и на царских долгах не поставили окончательный крест.
      С ЧИСТО ФОРМАЛЬНОЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ внешний долг выглядел совсем не страшным: по отношению с валовому внутреннему продукту (ВВП) СССР он в 1985 году составлял всего 1,5-2 %, и даже к 1990 году вырос всего-навсего до 4-5%. У большинства западных стран, особенно у США, соотношение между внешним долгом и ВВП было гораздо хуже.
      К сожалению, в данном случае цифры не столько ГОВОРЯТ, сколько СКРЫВАЮТ. ВВП США и других стран Запада состоял из стоимости товаров и услуг, КОТОРЫЕ ПРОДАВАЛИСЬ И ПОКУПАЛИСЬ НА СВОБОДНЫХ РЫНКАХ ПО РЫНОЧНЫМ ЦЕНАМ ЗА СВОБОДНО КОНВЕРТИРУЕМУЮ ВАЛЮТУ. А СОВЕТСКИЙ ВВП СОСТОЯЛ ИЗ ПРОДУКЦИИ, КОТОРАЯ ЧАСТО НЕ ПОЛЬЗОВАЛАСЬ СПРОСОМ ДАЖЕ У НЕПРИХОТЛИВЫХ СОВЕТСКИХ ГРАЖДАН. Поэтому расплачиваться с дпо кредитам Советский Союз мог только за счёт экспорта сырья – преимущественно нефти и газа.
      К моменту смерти Черненко финансовое положение у нашей страны было пиковое, но советские граждане об этом не догадывались. Впрочем, их государственные финансы и не интересовали. Они, как и крепостных XIX века, были уверены, что у власти безразмерный карман, и не желали утруждать себя экономическим анализом.
      За что периодически расплачивались.
      
      ЭПИЗОД ДВАДЦАТЬ ВТОРОЙ.
      «ПЕРЕСТРОЙКА НАЧИНАЕТСЯ С…»
      
      Пока на мировых рынках происходили судьбоносные перемены, а в СССР где-то далеко в верхах несколько стариков грызлись друг с другом за право умереть Генеральным секретарём ЦК КПС, я, полный сил и энергии, старался устроиться получше, чтобы приносить больше денег жене и дочери, родившейся во время Олимпиады-1980.
      В апреле 1981 года по рекомендации Олега Капутовского, однокурсника по МГИАИ, работавшего в ЦНИИ «Электроника» Министерства электронной промышленности (МЭП), я тоже перешёл из ЦБНТИ Минпромтсроя СССР в этот институт. В Минпромстрое центральный орган НТИ существовал как самостоятельная организация, а в МЭП подобный орган в рамках ЦНИИ «Электроника» совмещался с отраслевой АСУ и Главным информационно-вычислительным центром (ГИВЦ).
      Переходил я на такую же должность старшего инженера и на такую же зарплату, как на прежнем месте, но надеялся добиться повышения. К тому же МЭП входил в число оборонных отраслей («девятки»), возглавляемых Военно-промышленной комиссии (ВПК) Совмина СССР. Здесь были и зарплаты повыше, и регулярные квартальные и тематические премии. Жил я в десяти минутах ходьбы от станции метро «Проспект Мира», а институт находился, прямо у входа на станцию «Проспект Вернадского», дорога занимала около 45 минут.
      На новом месте меня удивила замкнутость сотрудников. Здесь очень часто проводились политзанятия, разговоров на политические темы коллеги избегали, и я поначалу решил, что людей замучили идеологией. Но потом догадался, что опасались МЕНЯ: новый человек, да ещё член партии, мог оказаться стукачом.               
      Это скоро прошло.
                *** 
      По-моему, буквально через несколько дней после прихода в «Электронику» меня позвали к телефону в одну из ближайших комнат. Судя по словам звонившего, это был мой отец, с которым мы после пустячной ссоры (тоже при разговоре по телефону) год или два не перезванивались. Но голос был совершенно незнакомый, к тому же на прежней работе я не говорил, куда перехожу. Не помню, назвал ли меня тот, кто звонил, по имени. Он спросил: «Ты на меня не сердишься?». Я ответил «нет, что ты, всё нормально». Кажется, на этом разговор и закончился.
      Я до сих пор не уверен, с кем тогда разговаривал. Спрашивали-то меня, но голос… Думаю, это всё-таки был отец. Я слышал, что голос у человека иногда меняется до неузнаваемости перед смертью. Что касается моего перехода в «Электронику», то отец обладал непревзойдённой способностью узнавать то, что узнать было вроде бы неоткуда.
      Больше я с ним никогда не разговаривал и не встречался.
                ***
      В моей новой лаборатории коллектив оказался отличный. Начальником её после ухода на пенсию Клавдии Васильевны Дмитраченко стала Люба Куреева, жена заместителя Председателя ВПК Юрия Антипова, – жизнерадостная и общительная светловолосая красавица, цитировавшая из «Карнавальной ночи»: «А я одна, совсем одна, с моим м здоровым коллективом».
      Вообще в институте существовало мнение, что у нас представлены ЖОРы, ДОРы, ЛОРы и СУКИ – «Жёны Ответственных Работников», «Дети Ответственных Работников», «Любовницы Ответственных Работников» и «Случайно Уцелевшие Квалифицированные Инженеры». Не знаю, насколько это было верно; если родственники высокого начальства и были, то ни квалификацией, ни поведением они не выделялись среди от остальных сотрудников. Помимо Любы Куреевой, я знал только дочь нашшего же главного инженера Бориса Авдонина, одно время работавшую в нашей лаборатории, да ещё Кето (Кетеван) Орахелашвили – предположительно внучку расстрелянного Сталиным вождя грузинских большевиков Ивана Орахелашвили. Зато было очевидно, что кадровая политика директора института Юрия Борисовича Митюшина включала как элемент наличие множества красивых женщин, в том числе в должностях начальников лабораторий и отделов.
      С помощью Любы денег мне скоро прибавили, а в августе 1985 года сделали ведущим инженером, и зарабатывал уже побольше, чем на заводе. Правда, и цены к тому времени поползли вверх, – разумеется, не так быстро, как сейчас, но ощутимо. Средства массовой пропаганды не уставали подчёркивать, что на продукты первой необходимости цены остаются неизменными в течение десятилетий, отсюда два тогдашних анекдота.
      «Почему жизнь дорожает? Потому, что она не относится к предметам первой необходимости».
      Брежнев и Косыгин думают, на что ещё поднять цены. Решили ткнуть карандашом в книжку – в какую букву попадут, на такие товары и повысят. Ткнули, попали в букву «ф». «Значит, – говорит Брежнев, – будем повышать на фсё!».   
                ***               
      Если в строительстве систему НТИ патронировал ЦИНИС Госстроя СССР, то в «девятке» в НТИ господствовал институт с безликим названием ВИМИ – Всесоюзный институт межотраслевой информации. (Вообще в «девятки» были в ходу названия, ничего не говорящие о характере деятельности: Министерство среднего машиностроения, Министерство общего машиностроения, Институт теплотехники, НИИ «Восход» и т. п.). Для самодеятельности здесь места не было, да я и нужды в ней не испытывал, поскольку быстро нашёл свою нишу.
      Наша лаборатория занималась постановкой задач, разработкой лингвистического обеспечения и структур баз данных по электронной технике и элементной базе для АСНТИ МЭП. Создавалась АСНТИ на СУБД «ОКА». Содранная с американской IMS, «ОКА» поддерживала базы данных с иерархическими структурами, и мои коллеги рисовали именно такие структуры. Но я скоро обнаружил, что они, включая руководителя группы, не представляют, как их рисунки воплощаются на магнитных носителях. Вообще программисты и постановщики задач, которые писали для них техзадания, говорили словно на разных языках. (По словам моей дочери-программиста, в их организации и сейчас та же ситуация). Стал я наведываться к прикладным программистам, сидевшим за стенкой. (Кстати, начальником у них тоже была красавица – Виталия Владимировна Яблонская, невысокая брюнетка с коротким каре а-ля Мирей Матье, блестящими глазами и необыкновенно живой манерой общения, которой очень шло имя Вита). Я разобрался в порядке записи и упаковки данных, в системе адресации для иерархических структур, и заделался чем-то вроде переводчика между постановщиками и программистами. Ходил я и в ГИВЦ к системным программистам, которые сидели двумя этажами ниже. У них я познакомился с сетевой СУБД ADABAS, она мне понравилась больше «ОКИ», но тут уж я ничего поделать не мог.
      У меня была интересная работа, хороший коллектив, хороший начальник, неплохая зарплата… Так что лично для меня «пятилетка пышных похорон» оказалась самым спокойным и приятным периодом трудовой деятельности.
                *** 
      Покой, впрочем, постепенно начинал сходить на нет.
      В начале весны 1985 года в верхах решался вопрос об избрании нового Генерального секретаря ЦК КПСС.
      Члены Политбюро и секретари ЦК КПСС начали обсуждать его сразу после смерти Черненко, случившейся 10 марта 1985 года в 19 часов 20 минут, и, по-видимому закончили переговоры не позднее 14 часов 11 марта. О том, как это обсуждение происходило, сведения противоречивы.
      Часто повторяется, что основными претендентами на пост Генерального секретаря были 70-летний Виктор Гришин, 62-летний Григорий Романов и 54-летний Михаил Горбачёв. Но это явно не была равная конкуренция. Черненко с самого начала правления добился для Горбачёва права вести в его отсутствие заседания Секретариата и Политбюро ЦК. В своих мемуарах бывший первый заместитель председателя КГБ СССР Филипп Бобков писал, что ещё в начале 1985 года из-за болезни Черненко Горбачёв председательствовал на заседаниях Политбюро и уже тогда был вторым лицом в государстве и преемником на посту генсека.
      Гришина А. Н. Яковлев впоследствии назвал единственным реальным конкурентом Горбачёву. По его словам, «ближайшее окружение Черненко уже готовило речи и политическую программу для Гришина», и якобы был даже составлен список нового Политбюро, в котором Горбачев не фигурировал. Но в действительности, утверждает Яковлев, Гришин не имел реальных шансов», так как «на Горбачёва ставило большинство ЦК». Возможно, конечно, что Яковлев имел в виду Политбюро ЦК, а не остальных цекистов, всегда единогласно голосовавших за всё, что предлагало Политбюро. С другой стороны, при расколе в Политбюро могло играть важную роль мнение всех трёхсот с лишним членов ЦК, которых активно обрабатывал в пользу Горбачёва секретарь заведующий Орготделом ЦК Егор Лигачёв.
      Существует версия о том, что споры в Политбюро начались ещё на стадии обсуждения кандидатуры председателя комиссии по организации похорон Черненко. Якобы Гришин предложил кандидатуру Тихонова. Большинство поддержало Гришина, однако вмешался Громыко и предложил Горбачева, в итоге принято было его предложение.
      Существуют свидетельства того, что первое заседание Политбюро состоялось уже через 2 часа 40 минут после смерти Черненко, т. е. в 22 часа 10 марта 1985 года. Это время называет Николай Рыжков, тогда секретарь ЦК КПСС, участник этого заседания, созванного по инициативе Горбачева.
      По свидетельству генерала Михаила Докучаева, заместителя начальника 9-го управления КГБ, обеспечивавшего безопасность высших партийных и государственных деятелей, первым на этом заседании выступил Романов. Он сослался на некое завещание Черненко и предложил кандидатуру Гришина. Против этого возразил Громыко, который заявил, что «хватит нам гробы носить», и настоял на кандидатуре Горбачева. Но дело в том, что в момент смерти Черненко Романова в Москве не было, он отдыхал в Паланге, а сообщение о смерти Черненко получил с 10-часовым опозданием. И хотя он заставил экипаж самолёта, несмотря на очень плохие погодные условия, лететь в Москву, присутствовать на вечернем заседании 10 марта он физически не мог.
       «Горбачёва никто всерьёз не рассматривал, – заявил вопреки очевидности Романов через много лет после описываемых событий в интервью американскому журналисту, – но к тому времени, как МЫ ПРИБЫЛИ В МОСКВУ НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ, он уже всё проделал, не дожидаясь нас, хотя этого требовали правила, существовавшие в Политбюро. Он уже заключил тайную сделку с ними со всеми».
      И всё же КТО-ТО сразу предложил на пост генсека Гришина, а воспротивился этому якобы председатель КГБ Виктор Чебриков. Поверить данной версии трудно: КГБ в то время ещё вполне подчинялось руководству КПСС, а Чебриков ещё не был ни членом Политбюро, ни секретарём ЦК. С другой стороны, уже в апреле 1985 года Горбачёв ввёл Чебрикова в состав Политбюро, что можно рассматривать как знак благодарности за помощь. Во всяком случае после дебатов Гришин взял самоотвод, но взамен предложил Романова. Однако кто-то (предположительно Егор Лигачёв) напомнили, что «один Романов у нас уже был» (хотя правильнее было бы сказать, что Романовы правили Россией 300 лет), и народ может не понять... Поднялся Громыко, который обычным своим безапелляционным тоном заявил, что кроме Горбачева, другой кандидатуры быть не может. А согласно собственным воспоминаниям Гришина, он сам отстранился от борьбы за пост, так как не имел таких амбиций, и сыграл на выдвижение Горбачёва. Таким образом, вопрос о генсеке был решён.
      11 марта, согласно протоколу мероприятия, оформленного в качестве официального заседания Политбюро (если такое заседание в самом деле имело место), все его члены (кроме всё ещё предусмотрительно находившегося в пути Щербицкого), в том числе Гришин и Романов, дружно выступили в поддержку Горбачёва. Вечером того же дня на Пленуме ЦК КПСС Громыко от имени Политбюро внёс кандидатуру Горбачёва на пост Генерального секретаря ЦК, а участники Пленума предложение единодушно одобрили.
      Мы о Горбачёве знали только то, что он вроде бы со Ставрополья, а в ЦК КПСС отвечал за сельское хозяйство – отрасль самую хлипкую, на которой погорел уже не один партийный деятель. В шестиэтажном здании ЦНИИ «Электроники» наша лаборатория располагалась на верхнем шестом этаже, а на пятом находилась дирекция, и там в коридоре висели портреты членов Политбюро. Наша сотрудница Лидия Ивановна Шантурина сходила на пятый этаж и, вернувшись, сказала, что лицо у Горбачёва вполне интеллигентное. Этим и ограничивались на тот момент наши знания о новом руководителе нашей страны.
                ***            
      Как и при предыдущих генсеках, за плотной завесой секретности шло своим чередом «узбекское дело». 25 марта 1985 года следователи во главе с Гдляном прибыли в Хорезмскую область, чтобы арестовать находившегося под следствием Рузмета Гаипова, который с 1964-го по 1983 год являлся 1-м секретарём Кашкадарьинского обкома компартии Узбекистана. Перед самым арестом Гаипов покончил с собой, нанеся себе 17 ножевых ранений восточным кинжалом.
      В Москве 23 апреля состоялся ещё один Пленум ЦК КПСС, на котором Горбачёв провозгласил – разумеется, при всеобщем одобрении, – курс на всестороннее ОБНОВЛЕНИЕ общества и УСКОРЕНИЕ социально-экономического развития страны. Пленум избрал членами Политбюро секретарей ЦК Егора Лигачёва и Николая Рыжкова, а также Председателя КГБ СССР Виктора Чебрикова.
      17 мая 1985 года в Ленинграде на встрече с активом Ленинградского горкома КПСС Горбачёв впервые упомянул о необходимости ПЕРЕСТРОЙКИ общественно-политической жизни: «Видимо, товарищи, всем нам надо перестраиваться. Всем». Слово «перестройка» было подхвачено СМИ и стало лозунгом начавшейся новой эпохи.
      В повести Виктора Астафьева некто Командор размышляет: «”Всё-таки и мы, когда захочем, умеем кой-что делать”… Мысль была приятная, утешающая, она начала было развиваться в том направлении, что если-де нам мобилизоваться внутренне и внешне, не филонить, работать всем дружно, то, пожалуй, этих самых капиталистов-империалистов не только по количеству, но и по качеству уделаем, как мелких».
      Похоже, дальше подобных рассуждений ни Горбачёв, ни его соратник Лигачёв тогда не заходили. И первым, что предприняло в плане ПЕРЕСТРОЙКИ слегка подновлённое Политбюро, стала борьба с пьянством, которую инициировали Соломенцев и Лигачёв. Они, как и Андропов, видели главную причину переживаемых Советским Союзом трудностей в упадке морали и производственной дисциплины, во многом связанным со всеобщим пьянством. В самом деле, пили все и дома, и на работе, пили рабочие, пила интеллигенция, а особенно здорово пили колхозники; во многих деревнях не просыхали ни мужики, ни бабы, ни даже дети.
      7 мая 1985 года ЦК КПСС и Совет министров СССР принимают постановления о мерах по преодолению пьянства и алкоголизма и искоренению самогоноварения. Всем партийным, административным и правоохранительным органам предписывается решительно усилить борьбу с этими явлениями. Одновременно предусматривалось значительное сокращение производства алкогольных напитков, числа мест и времени их продажи. 16 мая Указ Президиума Верховного Совета СССР дополнил принимаемые меры административными и уголовными наказаниями. Указ продублировали все союзные республики. Милиция отлавливала тех, кто пил в общественных местах, и сообщала на работу. За употребление спиртного на рабочем месте увольняли с работы и исключали из партии. Было строго запрещено употребление алкоголя на партийных, советских и комсомольских мероприятиях, на банкетах в организациях, на предприятиях и в связи с защитой диссертаций. Стали пропагандироваться безалкогольные свадьбы. Появились так называемые «зоны трезвости», в которых спиртное не продавалось вообще. Газеты, журналы, теле- и радиопередачи, в чьих редакциях пили не меньше остальных, внедряли в сознание людей лозунг «Трезвость – норма жизни». Повсюду распространялись как бы полулегальные и потому особенно притягательные ксерокопии со статьями академика АМН СССР Ф. Г. Углова о вреде и недопустимости потребления алкоголя ни в каких дозах и ни при каких обстоятельствах, о том, что пьянство не свойственно русскому народу, а спаивают его, естественно, евреи. Цензурой удалялись и перефразировались тексты литературных произведений и песен, удалялись алкогольные сцены из театральных постановок, вырезались из кинофильмов.
      Производство алкогольных напитков резко сократилось: 1985 год – 199 млн. декалитров абсолютного алкоголя, 1986-й – 121 млн., 1987-й – 93 млн. Из-за уменьшения алкогольной составляющей ежегодный розничный товарооборот в среднем сократился на 16 млрд. рублей. Пищевая промышленность вместо прежних 60 млрд. рублей дохода принесла 38 млрд. в 1986 году и 35 млрд. в 1987-м. А ведь за счёт выручки от алкогольных напитков дотировались стабильно низкие цены на хлеб, молоко, сахар и некоторые другие продукты питания.
      Популярная «андроповка», которая стоила до начала кампании 4 р. 70 к., исчезла с прилавков, с августа 1986 года самая дешёвая водка стоила 9 р. 10 к. После начала борьбы с пьянством в стране было закрыто большое количество магазинов, торговавших винно-водочной продукцией, в других магазинах ограничивалось время продажи алкоголя с 14:00 до 19:00. За водкой о выстроились огромные очереди с толкотнёй, руганью и драками. Пропаганда объясняла всё это заботой партии о здоровье нации и повышении рождаемости. Одновременно подорожали некоторые продукты питания.
      Мой тесть, режиссёр Центрального телевидения, снимавший БАМ, космонавтов и сельское хозяйство, ежедневно выпивал по пол-литра водки. Но алкоголиком он не был, то есть зависимости от алкоголя у него не возникло. Когда оказалось, что за водкой нужно выстаивать часы в очереди, он резко бросил пить. Его организм, лишившись привычного средства расширения кровеносных сосудов, отреагировал повышением давления, результатом стал инсульт.
      У «простых людей», которых выпивка интересовала больше здоровья, появилась аллергия на перестройку.
      «Водка стала 9.10,
      8.40 – колбаса...
      Х… стоит у Горбачёва,
      У рабочих волоса!».
      Дополнительным раздражителем явилась Раиса Максимовна, жена Горбачёва. Эта приятная женщина вопреки советским традициям часто появлялась на людях и тоном лектора (кем она и была по профессии) высказывала своё мнение по разным вопросам.
      «По России мчится тройка –
      Мишка, Райка, Перестройка».
                ***            
      Разумеется, общественная жизнь не ограничивалась антиалкогольной кампанией. Были и другие радости.
      1 июля 1985 года состоялся ещё один Пленум ЦК. По предложению Горбачёва он освободил 62-летнего Григория Романова от обязанностей члена Политбюро и секретаря ЦК по оборонной промышленности «в связи с уходом на пенсию по состоянию здоровья».
      Летом 1985 года (не ранее 1 июля) вроде бы был приведён в исполнение смертный приговор директору Геленджикского треста столовых и ресторанов Берте Бородкиной. Однако документа об исполнении приговора нет, как нет и даты смерти на её могиле.
      27 сентября 1985 Николай Рыжков сменил своего тёзку Тихонова на посту Председателя Совета министров СССР. Надежды вселяло уже то, что новый премьер был на 24 года моложе прежнего.15 октября на очередном Пленуме ЦК Тихонов покинул Политбюро.
      19 ноября 1985 года начался суд над руководителями торговой сети Москвы, а 24 декабря Виктора Гришина в должности 1-го секретаря Московского горкома КПСС сменил Борис Ельцин. Он сразу начал кадровую чистку партийного и советского аппарата столицы, освободив от занимаемых должностей многих руководящих работников МГК и первых секретарей райкомов КПСС. Популярность Ельцину принесли также личные проверки магазинов и складов, организация продовольственных ярмарок, демонстративные поездки в автобусах и троллейбусах, введённый запрет на снос исторических зданий и устройство празднований Дня города.
      Председатель Мосгорисполкома Владимир Промыслов был снят 3 января 1986 года, его место занял Валерий Сайкин.
      Следователь Владимир Коротаев пишет: «Приход к власти Ельцина перепутал все карты наших противников. Он объявил решительную борьбу с бюрократизмом, взяточничеством и казнокрадством. Первым из руководителей такого ранга он поддержал работу нашей группы и выступил в защиту группы Гдляна и Иванова. Вспоминаю, как все громкие процессы сразу стали освещаться в центральной прессе, а суды перестали возвращать нам на доследование дела, да и прокурор республики поутих. Он уже не требовал сужения расследования по Москве. Освобождение же Ельциным почти всех первых секретарей РК КПСС города Москвы только оздоровило обстановку в столице. И НИ В ОДНОМ ОСВОБОЖДЕНИИ ОН НЕ ОШИБСЯ. Я заявляю это не голословно, поскольку за три года работы в следствии в Москве узнал, кто из них чего стоит».
      А вот Юрий Прокофьев, которого в бытность его 1-м секретарём Куйбышевского райкома КПСС города Москвы приятель Трегубова Байгельман снабжал бесплатно коньяком и икрой, в 1986 году просто сменил должность заведующего Организационным отделом МГК КПСС на более нейтральное место секретаря Мосгорисполкома.
                ***          
      16 декабря 1985 года Сергея Лапина на посту председателя Гостелерадио СССР сменяет Александр Аксёнов. Его карьера давала мало оснований видеть в нём «прораба перестройки» и «глашатая гласности»: секретарь ЦК комсомола, зам председателя КГБ и министр внутренних дел Белорусской ССР, затем 1-й секретарь Витебского обкома, секретарь ЦК КП Белорусии и председатель Совета Министров Белорусской ССР, а с 1983 года почему-то посол СССР в Польше. До его прихода на нашем ТВ, где, кроме некоторых фильмов и телеспектаклей, смотреть было нечего, на новостную программу «Время» выхолили погулять с собакой (я раз застрял с собакой в лифте и не смог досмотреть «Стакан воды» с Аллой Демидовой и Кириллом Лавровым); при  Черненко телевизор можно было вообще не включать неделями. Теперь на этом заскорузлом телевидении стали появляться смотрибельные передачи. Уже в 1986 году был возобновлён показ программы «КВН», закрытой в кое 1971 года. Интересным стал даже «Сельский час», где ведущий Юрий Черниченко пучил возможность рассказывать о реальном положении дел в сельском хозяйстве. В Интернете я встретил утверждения, что Черниченко вёл «Сельский час» с 1989 года, но он снимал эту программу с моим тестем-режиссёром и не раз бывал у нас дома, а тесть ушёл с ЦТ после инсульта не позже 1987 года. 
                ***
      28 января 1986 года на 73-й секунде полёта взорвался американский космический корабль «Челленджер» системы «Спейс шаттл». Погибли семеро членов экипажа в возрасте от 35 до 46 лет, в том числе две женщины.  Показанные по телевизору кадры взрыва были ужасны.
                ***
      18 февраля 1986 года Пленум ЦК КПСС освободил Гришина от обязанностей члена Политбюро ЦК в связи с уходом на пенсию. Пленум избрал Бориса Ельцина кандидатом в члены Политбюро ЦК, освободив его от обязанностей секретаря ЦК в связи с переходом в Московский горком КПСС. 
      25 февраля на XXVII съезде КПСС Горбачев впервые заявил о необходимости ГЛАСНОСТИ при проведении преобразований в стране. А спустя два месяца, 26 апреля, произошла авария на Чернобыльской АЭС. 27 апреля были эвакуированы жители ближайшего к Чернобылю городка Припять; в первые дни после аварии эвакуировано население 10-километровой зоны.  Но советские СМИ об аварии молчали. Только вечером 28 апреля ТАСС передал: «На Чернобыльской атомной электростанции произошла авария. Повреждён один из атомных реакторов. Принимаются меры по ликвидации последствий аварии. Пострадавшим оказывается помощь. Создана правительственная комиссия».
      Горбачёв был плотью от плоти советской системы, где засекречивались все неудобные факты, – от Голодомора, резкого сокращения поголовья скота из-за коллективизации и пакта Молотова-Риббентропа до сбитого при Андропове пассажирского «Боинга» и числа тех, кто пытается уехать из СССР. Причём секретились сведения от советского народа, потому что на Западе про всё это прекрасно знали.
      Теперь катастрофу всемирного масштаба Горбачёв тоже попытался скрыть. Он приказал Владимиру Щербицкому, 1-му секретарю ЦК Компартии Украины, не создавать панику и ни в коем случае не разглашать информацию о Чернобыле. И пока западные СМИ обсуждали угрозу жизням людей и демонстрировалась карту воздушных потоков в Центральной и Восточной Европе, разносящих радиоактивные осадки, в Киеве и других городах Украины и Белоруссии по личному указанию Горбачёва проводились праздничные демонстрации и гуляния, посвящённые Первомаю.
      Видимо, этот неудачный рецидив брежневско-андроповской манеры реагировать на неприятности хорошей миной при плохой игре, не прошёл для Горбачёва даром. В отличие от большинства высших партийных руководителей, он умел усваивать уроки. Гласность в самом деле НАЧИНАЕТ пробивать себе дорогу.
      Ещё в январе 1986 года близкий к Черненко сталинист Ричард Косолапов, главный редактор теоретического органа ЦК КПСС журнала «Коммунист», направил Горбачёву письмо, где напоминал о своей борьбе против югославского и чехословацкого ревизионизма и еврокоммунизма и выражал опасения по поводу мелкобуржуазного уклона – применения в советской экономике рыночных механизмов. Суть письма сводилась к двум тезисам: «ни шагу от Ленина» и «план, п не рынок». При составлении государственных планов надо отказаться от ведомственного подхода, лучше изучать спрос, и тогда всё у нас получится. В конце января Косолапова отправили в отставку, главным редактором «Коммуниста» стал помощник Горбачёва Иван Фролов. По словам философа и яркого публициста Александра Ципко, «когда помощником Горбачёва по идеологии стал Иван Фролов, на вооружение был взят „молодой“, не революционный, но всё же Маркс с его теорией коммунизма как „подлинного гуманизма“»
      В мае 1986 года главным редактором журнала «Огонёк» был назначен Виталий Коротич, сменивший посконно-советского Анатолия Софронова – автора популярной комедии «Стряпуха». В августе 1986 года главным редактором газеты «Московские новости» стал Егор Яковлев. Эти издания, ранее совершенно безликие, пошли нарасхват, за ними выстраивались очереди. В том же 1986 году с приходом на пост главного редактора Виталия Игнатенко одним из самых интересных печатных изданий становится еженедельник «Новое время» И уж совсем неожиданно большую популярность приобретает дотоле, кажется, никому неведомый «Век XX и мир», Я тогда даже не обращал внимания, что его издавал Советский комитет защиты мира, через который КГБ поддерживал в США и Европе пацифистские движения за одностороннее разоружение Запада. Оказалось, что эту организацию в 1987 году вместо официозного политического комментатора Юрия Жукова возглавил Генрих Боровик.
      28 июня 1986 года состоялся телемост Ленинград – Бостон «Женщины говорят с женщинами», который, однако, вели мужчины – Владимир Познер и Фил Донахью (на ЦТ программа вышла в записи 17 тюля). Во время этой передачи одна из советских участниц произнесла ставшую знаменитой и вызвавшую град насмешек фразу «секса у нас нет». Слово «секс» в России тогда было синонимом разврата, так что её слова прозвучали вполне в рамках советской традиции «давать отпор» любым обвинениям в наш адрес.
      На самом-то деле и разврата, и проституции в тогдашнем СССР вполне хватало.
                *** 
      Зять Брежнева Юрий Чурбанов летом 1986 года отправлен в отставку с формулировкой «по выслуге лет».
       Примерно тогда же мне пришла повестка из райвоенкомата. Но пришла она на медведковский адрес, где я был прописан, а жил я у жены. Повестку сестра передала мне с опозданием, и я в военкомат не явился. Потом пришла повторная повестка, я попросил сестру скорее мне её передать, а получив, отправился лся в военкомат. Оказалось, призывали мужиков на ликвидацию Чернобыльской аварии. Меня по всем статьям должны были взять: служил в стройбате, ребёнок уже есть, в случае чего урона рождаемости не будет. Если бы я явился по первой повестке, наверняка бы и загребли; но к моему приходу военкомат план по набору в Чернобыль уже выполнил, и меня отпустили. В противном случае вам вряд ли пришлось читать то, что здесь написано.
                *** 
      31 августа 1986 года в бухте Новороссийска столкнулся с сухогрузом и затонул круизный пароход «Адмирал Нахимов». Погибли 423 человека.
                ***
      8 сентября 1986 года суд огласил приговор руководителям московской торговли: Начальнику Главмосторга Николаю Трегубову дали 15 летЮ начальнику орготдела Главмосторга Генриху Хохлову и директору ГУМа Борису Тверитинов по 10 лет, и т. д. Только Мхитар Амбарцумян, заведующий Дзержинской плодоовощной базой, был приговорён к расстрелу.Суд не учёл ни чистосердечное признание, раскаяние и добровольную сдачу всех ценностей, ни участие в Великой Отечественной войне. В период заключения в камере смертников Амбарцумян был лишён свиданий или письменного общения с семьей и близкими, несмотря на отсутствие каких-либо замечаний. Существуют предположения, что Амбарцумян был расстрелян именно за то, что стал сотрудничать со следствием –называл имена и фамилии, суммы взяток. Его смерть помогала обрубить концы нитей, ведущих верхушке Московского горкома КПСС и Исполкома Моссовета, к Гришину и Промыслову.
      Издёвкой выглядит то, что приговор Амбарцумяну был приведён в исполнение 8 ноября 1986 года – на празднование очередной годовщины Великой Октябрьской социалистической революции.
                ***
      6 октября 1986 года в Атлантическом океане затонула советская атомная подводная лодка К-219.
                ***   
      23 октября в США 56-летний астрофизик Чарльз Латиф Хайдер, весивший 136 кг, начал бессрочную ую голодовку, требуя ядерного разоружения. В СССР началась массовая акция в его поддержку, хотя ходили слухи, что он лечится голодом от рака. Хайдер голодал 7 месяцев, только пил воду и принимал витамины, и похудел вдвое. Умер он в 2004 году.
                ***
      6 ноября на станции Користовка в Кировоградской области Украины столкнулись лоб в лоб два поезда, погибли 44 человека, 100 получили ранения.
      19 ноября в СССР сдан в эксплуатацию саркофаг на Чернобыльской АЭС и принят закон «Об индивидуальной трудовой деятельности». Закон легализовал различные виды деятельности, которые основаны «исключительно на личном труде граждан и их семей (иначе – «эксплуатация человека человеком!»).
      12 декабря советский Ту-134, летевший из Минска, при посадке в Берлине рухнул в лесу недалеко от города. Из 82 пассажиров и членов экипажа выжили 10.
      16 декабря 1986 года по решению Москвы в ходе рекордно короткого пленума ЦК Компартии Казахстана, длившегося всего 18 минут, Динмухаммед Кунаев снят с поста 1-го секретаря, на его место по рекомендации Горбачёва избран 1-й секретарь Ульяновского обкома КПСС Геннадий Колбин. Это приводит 17-18 декабря к массовым протестам молодёжи в Алма-Ате, вошедшим в казахскую историю как «Желтоксан» (каз. «Декабрь»). Командующий Среднеазиатским военным округом генерал Владимир Лобов, будущий начальник Генерального штаба СССР., отказался привлекать подчинённые ему войска к разгону молодёжи. Министр внутренних дел СССР Александр Власов самолётами перебросил в Алма-Ату несколько тысяч солдат из внутренних войск. В ходе столкновений около 1900 человек получили тяжёлые травмы (в осном черепно-мозговые). Двое были приговорены к расстрелу, ещё 97 – к различным срокам тюремного заключения, тысячи арестованы, допрошены, оштрафованы, исключены из институтов.
      Похоже, Горбачёв не понял причины случившегося, как он вообще не понимал остроты десятилетиями подавляемых в СССР национальных чувств. Между тем события в Алма-Ате были первым звоночком…
                ***
      23 декабря 1986 года академик Андрей Сахаров вместе с женой Еленой Боннэр возвращён в Москву. Он продолжил работать в Физическом институте имени Лебедева в должности главного научного сотрудника.
               
      ЭПИЗОД ДВАДЦАТЬ ТРЕТИЙ.
        МЫ С ЕЛЬЦИНЫМ МЕНЯЕМ РАБОТУ
      
      Как вспоминал бывший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР Владимира Калиниченко, начальник следственной части Каракозов с ним советовался, «идти на арест или нет. Я сказал, что, по-моему, это будет ошибочное решение – там больше политической ангажированности и конъюнктуры, чем реальной вины». 14 января 1987 года Чурбанов был арестован по подозрению в коррупции по «узбекскому делу» и исключён из рядов КПСС. В ходе обыска на его даче, куда следственная группа выехала с отбойными молотками и перевернула буквально всё, был изъят только мраморный бюст самого Чурбанова, а у его сестры нашли около 40 золотых украшений, которые тоже приобщили к делу.
                *** 
      27-28 январе 1987 года состоялся Пленум ЦК КПСС, принявший постановление ««О перестройке и кадровой политике партии»», где призывы к ПЕРЕСТРОЙКЕ и ГЛАСНОСТИ несколько конкретизируются: коренная перестройка управления экономикой, смягчение цензуры в СМИ, снятие запретов на обсуждение тем, которые раньше замалчивались.
      Цензура в самом деле начинает ослабевать. Гавные редакторы СМИ и журналисты  шаг за шагом прощупывают почву: «Про это написали – и ничего? Значит можно. А вот если про это? Вроде тоже прошло». Выдвигаются лозунги о необходимости «избавить социализм от деформаций», о возвращении к пресловутым «идеалам Октября» и «ленинским нормам» (о ленинских требованиях усиления террора писать ещё нельзя). Раздаются призывы к построению «социализма с человеческим лицом», демократизации всех сторон жизни общества, реформировании политических институтов. Появилось множество интересных публицистов, анализировавших прошлое и настоящее советского общества: Дмитрий Волкогонов, Юрий Карякин, Татьяна Корягина, Отто Лацис, Рой Медведев, Людмила Сараскина, Александр Ципко, Юрий Черниченко – это просто первые, кто вспомнились.
      Границы дозволенного раздвинулись не сразу: время от времени тот или иной автор или редактор получал взбучку от кого-нибудь из партийного начальства, в том числе от Горбачёва, но вроде бы никого не увольняли.
      На страницы газет и журналов, на экраны телевизоров хлынул океан негативной информации, накопившийся за семь десятилетий тотального вранья. Стали писать о финансировании Ленина немцами, о подлинной роли Троцкого  в революции и Гражданской войне, об ужасах коллективизации, о липовых политических процессах 1936-1938 годов, о Катыни, пакте Молотова-Риббентропа… Немало интересного узнали мы и о современности: о дедовщине в армии, об «опущенных» в лагерях и тюрьмах, проституции, наркомании, люберах, и т. д., и т п. И всё это обрушилось лось на головы людей, большинство которых выросли на романах типа «Вечного зова», где во всём советском дерьме виноватым оказывается единственный отщепенец Полипов, а то и на фильмах «Кубанские казаки» о богатой и счастливой жизни колхозников на послевоенной Кубани и «Светлый путь», где Любовь Орлова марширует по проходу между рядами станков, вылупив от энтузиазма зенки и истошно вопя «нам нет преград ни в море, ни на суше!». У множества людей началась ломка вроде той, которую в пророческом романе Стругацких «Обитаемый остров» испытывают одурманенные жители Страны Неизвестных Отцов после отключения излучающих башен. Гласность прозвали «бешенством правды-матки».
      Начинают легально публиковаться запрещённые ранее произведения Гроссмана, Платонова, Замятина, Булгакова, Пастернака, но «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына смогли опубликовать только в 1989 году, а «Раковый корпус – 1990-м. Резонанс в обществе вызывают и новые произведения – «Плаха» Чингиза Айтматова, «Дети Арбата» Анатолия Рыбакова, «Белые одежды» Владимира Дудинцева, «Факультет ненужных вещей» Юрия Домбровского, «На золотом крыльце сидели…» Татьяны Толстой.
                ***
      27 февраля ё987 года в рамках «хлопкового дела» расстрелян министр хлопкоочистительной промышленности Узбекской ССР Вахобджан Усманов.               
                ***         
      В феврале 1987 года Совет Министров СССР принимает ряд постановлений, разрешающие под видом кооперации частное предпринимательство в сфере общественного питания, бытового обслуживания населения и производства товаров народного потребления. Те, кого недавно именовали «цеховиками», судили и сажали, превращаются в кооператоров. 13 марта 1987 года Постановлением Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ № 321 при райкомах комсомола организуются так называемые Центры НТТМ – «научно-технического творчества молодёжи», в которых комсомольские начальники никаким творчеством не занимаются, а заколачивают бабки продажей и перепродажей чего угодно, – преимущественно сырья, купленного по государственным ценам. Руководителям государственных предприятий кооперативы и центры НТТМ служат для обналичивания и воровства бюджетных средств.
                ***   
      В марте 1987 года вышла в телеэфир программа «До и после полуночи». Её автор и ведущий Кирилл Молчанов позже говорил в интервью: «В принципе нам было просто. Поскольку зрителю больше ничего не предлагалось, то нас смотрела вся страна».
      В августе 1987 года родился «Прожектор перестройки» Александра Крутова; в 2000-х годах это название спародировали создатели передачи «Прожекторперисхилтон».
                ***      
      Как председатель общества книголюбов ЦНИИ «Электроника» я проводил конкурсы на знание литературы, через вышестоящие структуры Общества книголюбов доставал книги для награждения победителей (из продажи более-менее интересные книги любого жанра давно исчезли), устраивал встречи с писателями, но из выступавших у нас помню только Натана Эйдельмана.
      Сотрудникам давали талоны на посещение магазина «Польская мода». Однажды после очередной раздачи талонов, спустившись по окончании рабочего дня в метро «Проспект Вернадского», я увидел  целую толпу женщин в одинаковых стёганых пальто розового, светло-голубого и салатового цвета.
      Мужчин посылали дежурить в ДНД ( «Добровольные народные дружины»), и как-то раз мне довелось помогать милиционеру в задержании буйного наркомана. Парень пытался прорваться на кухню к ножам, а когда это не удалось, разбил стеклянную дверцу шкафа и вооружился куском стекла, но милиционер его как-то обезвредил и повалил; у меня в памяти остался только момент, когда лежащего и брыкающегося нарка милиционер удерживал за одну руку, а я за лругую – правда, за левую, но и она у него была на удивление сильная. . Когда потом па суде, выступая свидетелем, я сказал, зачем, по моему мнению, подсудимый рвался на кухню, адвокат объявил это моими домыслами.
      В другой раз дружинников с разных предприятий и учреждений собрали в отделении милиции, а может, в опорном пункте ДНД, и сказали, что антисоветская организация «ДС» попытается устроить провокационную вылазку, а мы под видом простых трудящихся (кем мы, собственно, и были) должны будем эту вылазку пресечь. Нам выдали не то ватники, не то бушлаты (очевидно, именно так, по мнению начальства, должны были в 1987 году в Москве одеваться «простые трудящиеся»), и мы стали ждать сигнала на выход. Но таинственный «ДС», так и не появился, видимо, убоявшись нашего народного гнева; а то представляю себя в схватке с Новодворской или Дебрянской!
      По-моему, это происходило в 1987 году: в 1988-м была другая атмосфера. Если это так, то «ДС» («Демократический союз») реально существовал уже тогда, а не создан  8 мая 1988-го, когда состоялся его учредительный съезд.
      ЦНИИ «Электроника» открылся где-то в середине 1960-х годов, между совнархозами и отраслевыми министерствами. Из института редко увольнялись, люди (особенно женщины) работали здесь десятилетиями. Люба Куреева пришла одной из первых, а Лидия Сергеевна Новикова, начальник параллельного отдела, даже раньше неё, когда здание института ещё достраивалось. И вот сидим мы в нашей лаборатории, отмечаем 20-ю годовщину Любиной работы в институте (кажется, борьба за трезвость уже поутихла), Лидия Сергеевна её поздравляет и по ходу речи сообщает, во что в первый рабочий день Люба была одета! Я и до этого часто встречал рассуждения о разнице мужской и женской психологии, но только после речи Лидии Сергеевны по-настоящему осознал, насколько по-другому устроены у женщин мозги.
      В институте было принято отмечать 50-летие сотрудников. В нашей лаборатории Валера Захарченко, Таня Родова и я были одногодками. В 1987 году обстановка ещё выглядела стабильной, но что-то, видимо, в воздухе уже витало; мы решили, что до 50-летних юбилеев здесь не удержимся, и отметили 40-летие. Я родился в августе, мне преподнесли памятный альбом и подарили кроссовки (а может, кеды, – никогда не понимал разницы), и я начал бегать по утрам. А в сентябре 1987 года Лидия Сергеевна, державшаяся королевой или по меньшей мере герцогиней, пожаловала мне лен – место начальника лаборатории в её отделе. Лаборатория была так себе, одно название, что лаборатория: оазработок не вела, занималась обменом так называемыми «научно-техническими достижениями» – НТД (проще говоря, новинками техники) с другими министерствами «девятки», вся её деятельность была регламентировано отраслевыми стандартами. Расставаться с моим коллективом и после 17 лет в качестве разработчика АСНТИ превращаться в канцелярскую крысу я не жаждал, тем более что на новом месте коллектив был сплошь женский и довольно склочный. Но отказаться я не посмел: зарплата и премии у начлаба были намного выше, а денег в семью хотелось приносить побольше.
      В следующие несколько лет моя работа представляла собой коктейль из скуки, нервотрёпки, надежд и тревог. Надежды и тревоги были связаны с переменами в стране и в институте, а скукой в сочетании с нервотрёпкой меня с избытком обеспечивала моя новая лаборатория.
      Мой стол находился напротив двери, в левом углу возле окна. Сижу я за этим столом, работаю и одновременно прислушиваюсь, что происходит права и сзади. Вот Раиса Осиповна у противоположной стены что-то тихо сказала. Алевтина Константиновна, сидящая поближе ко мне, также тихо ответила. Раиса Осиповна высказалась погромче, ответ тоже прозвучал более внятно. Следовал обмен всё более колкими репликами на всё более повышенных тонах, – и понеслась душа в рай: шум, гам, крики, слёзы… Разнимать ссорящихся женщин, особенно если они старше тебя, – удовольствие на любителя. Так что жизнь мне мёдом не казалась.
      В качестве начальника этой лаборатории я побывал на предприятиях МЭП в нескольких городах России, а также в Киеве, Вильнюсе, Кишинёве и Ташкенте. В Киеве «жизнь была тишайшей»; мне запомнилось чьё-то высказывание: «В Москве в метро по эскалатору бегут сто человек, в Ленинграде – десять, а в Киеве один, и тот командировочный из Москвы». В других республиках я слышал одну и ту же фразу, произносимую с оттенком гордости: «Я здесь двадцать лет живу, а по-ихнему два слова знаю!». Меня это поражало: узнать чужой язык, чужую культуру – это же интересно! В Вильнюсе я на следующий день научился говорить «лаба дена» и «лабас ритас», начальник отдела Альгирдас Золубас даже похвалил моё произношение, – не знаю уж, насколько искренне. Он просил называть его просто Альгис, но мне было некомфортно обращаться к человеку старше меня без отчества, которого я теперь не помню.
                ***
      На волне гласности и новых разоблачений снова всплывает тема сталинских репрессий, В сентябре 1987 года создаётся комиссия Политбюро ЦК КПСС по реабилитации жертв сталинских репрессий, которую возглавляет Алксандр Яковлев (с марта 1986 года – секретарь, с июня 1987-го член Политбюро ЦК КПСС. В понятие «сталинских репрессий» теперь включают уже не только казни сталинских соратников в 1937-1938 годах, но и пресловутое «раскулачивание» времён коллективизации, процесс «Промпартии», уничтожение Сталиным Каменева, Зиновьева, Бухарина, Рыкова, Томского, Рютина и прочих вождей большевистской революции.
                ***
      2 октября 1987 года впервые вышла на \краны и вскоре обрела огромную популярность программа «Взгляд» (ведущие Владислав Листьев, Александр Любимов, Дмитрий Захаров, Александр Политковский, Владимир Мукусев).
                ***
      21 октября 1987 года Борис Ельцин в выступлении на Пленуме ЦК КПСС раскритиковал работу Секретариата ЦК под руководством Егора Лигачёва, медленный темп перестройки и предупредил о возникновении «культа личности» Михаила Горбачёва, после чего попросил освободить его от обязанностей кандидата в члены Политбюро и 1-го секретаря МГК КПСС. Участники Пленума, как всегда, накинулись на бунтаря. Ельцин покаялся, а восточный подхалим Нурсултан Назарбаев, председатель Совета министров Казахской ССР, предложил немедленно исключить его из ЦК за «клевету на Политбюро и Секретариат ЦК. Однако Горбачёв ограничился принятием постановления Пленума, в котором выступление Ельцина признавалось «политически ошибочным».
      3 ноября Ельцин направил Горбачёву письмо с просьбой оставить его в должности 1-го секретаря МГК, а 9 ноября предпринял настоящую или показную попытку самоубийства, нанеся себе несколько ударов в грудь канцелярскими ножницами. Его нашли лежащим в крови и доставили в больницу, – по официальной версии, с сердечным приступом. Видимо, ничего особенно опасного у него не нашли, потому что 11 ноября 1987 года он присутствовал и выступил на пленуме МГК. Здесь обвинения в его адрес были более агрессивными, чем на Пленуме ЦК. Несмотря на покаянную речь, он был освобождён от должности первого секретаря МГК КПСС. По распоряжению Горбачёва специально под него была создана должность министра без портфеля, первого заместителя председателя Госстроя СССР, которую Ельцин занял 14 января 1988 года. 18 февраля Пленум ЦК КПСС принял его отставку с поста кандидата в члены Политбюро, оставив его членом ЦК. 1-м секретарём МГК стал Лев Зайков, являвшийся одновременно секретарём ЦК КПСС.
      Сплавив Ельцина в Госстрой, Горбачёв считал, что навсегда удалил его с политической арены. Вероятно, так думал и сам Ельцин, – иначе с чего бы ему было каяться, просить не ставить его в угол, а потом колоть себя в грудь?
      Но ощущения и поведение людей во многом зависят от «цвета времени» и от того, как они этот «цвет» воспринимают,
      В начале 1820-х годов у молодых участников «Союза благоденствия», варившихся в собственном соку, сложилось впечатление, что Россия вполне созрела для Конституции. Но обстоятельства поражения и вся дальнейшая обстановка заставили их ощутить себя каплей в океане царистской России. Поэтому даже самые стойкие из них просили у царя прощения, – не ради смягчения собственной участи, а потому, что действительно уверились в своей неправоте.
      В 1990-х годах картина была обратной. Арестованные члены ГКЧП ощущали себя авантюристами, идущими против воли народа, и каялись в содеянном. Однако спустя некоторое время они обнаружили, что большинство этого народа, измученное ростом цен и отсутствием работы, – на их стороне. И тогда они принялись надувать з1ки и грозно барабанить кулаками по грудной клетке.
      В 1987 году массы уже тихо (пока ещё тихо!) ненавидели КПСС, доведшую страну до ручки и вконец дискредитированную «вновь открывшимися обстоятельствами». а при демократичном Горбачёве УЖЕ НЕ СТРАШНУЮ. Для миллионов задёрганных людей Ельцин стал мучеником, выразителем их пока ещё невысказанных чувств. Первоначально он действовал полу-инстинктивно, но скоро начал осознавать происшедшую перемену и стал сознательно её использовать. Первый секретарь Свердловского обкома и Московского горкома КПСС превратится в ПЕРВОГО НАСТОЯЩЕГО ПОЛИТИЧЕСКОГО ДЕЯТЕЛЯ внезапно реанимированной (на короткий срок) эпохи политической борьбы образца 1917 года.
                *** 
      Следователь Коротаев вспоминает: «После осуждения Трегубова и его группы началась активная подготовка оперативно-следственных действий по материалам, выделенным из этого дела. Планировалось привлечь к ответственности ряд секретарей РК КПСС, работников правоохранительных органов, в том числе судей, а также адвокатов. Доказательств их криминальной деятельности было достаточно. Но... в 1987 году, после ухода Ельцина с поста первого секретаря горкома партии, по указанию Емельянова (Сергей Емельянов – Прокурор РСФСР, ранее Прокурор Москвы. – А. А.) следственная бригада была расформирована, дела в отношении высших должностных лиц прекратили под надуманными предлогами. Прокуратура города Москвы из 97 выделенных в отдельное производство уголовных дел и материалов в суд направила только два. Остальные прекратила.
      Расформирование бригады производилось в такой спешке, что мне не дали возможности даже передать по акту дела и ввести в курс московских следователей. Никто из руководителей Прокуратуры РСФСР даже не пожелал меня выслушать, приказ Емельянова о выдворении меня из Москвы в 24 часа они выполнили оперативно. Мои жалобы в МГК КПСС Зайкову и прокурору СССР Рекункову остались без ответа. Жаль, что подобное случилось в период перестройки, и обидно, что с таким трудом начатое дело не было доведено до логического конца.
      Более того, “рубились концы” – чтобы мы не докопались до тех, кто стоял во главе пирамиды коррупции. Для этого в срочном порядке даже применили высшую меру – расстрел – в отношении Мхитара Амбарцумяна, проходившего по делу. Казалось бы, участник штурма Рейхстага, Парада Победы на Красной площади в 1945 году заслуживает снисхождения. Но он много знал, мог о многом рассказать... И уже начал давать показания... За что и поплатился жизнью».
                ***
      За отстранением Ельцина почти незамеченным в России прошло одновременное отстранение Гейдара Алиева, которого Андропов сразу после смерти Брежнева поставил первым заместителем Председателя Совета министров СССР. Помощник Горбачёва Анатолий Черняев в своём дневнике за 9 октября 1987 года записал: «Потом напомнил о деле Алиева. Копаем, говорит, и дело вроде образуется почище рашидовского». 21 октября 1987 года Пленум ЦК КПСС по просьбе Алиева освободил его от обязанностей члена Политбюро ЦК «в связи с уходом на пенсию по состоянию здоровья». 23 октября его освободили и от должности первого заместителя Председателя Совмина СССР. 
      Отстранение Алиева спустя год аукнулось на Кавказе, а плохое состояние здоровья не помешало ему прожить ещё 16 лет, в течение 10 лет править Азербайджаном и передать власть сыну Ильхаму.
                ***               
      В декабре 1987 года на ленинградском ТВ появилась новостная программа «600 секунд» Александра Невзорова, которого иногда заменяла Светлана Сорокина.
      С 1 января 1988 года и вступил в силу Закон СССР «О государственном предприятии (объединении)». Закон декларировал полную хозяйственную самостоятельность предприятий на условиях самоокупаемости и самофинансирования – но только за пределами обязательного выполнения государственного плана, который теперь стали называть ГОСУДАРСТВЕННЫМ ЗАКАЗОМ. Под госзаказ выделялись деньги из госбюджета, а за пределами госзаказа предприятие могло реализовывать продукцию по своему усмотрению, исходя из спроса, – иными словами, выкручиваться как знает. Часть прибыли оставалась в распоряжении предприятия и направлялась в фонды развития производства, материального поощрения и социального развития. Предприятия получили право устанавливать прямые договорные отношения с партнерами и потребителями.
      Закон также предоставлял уже не формальные, как в андроповским законе 1983 года, а реальные права трудовым коллективам. Им позволялось выбирать руководителей всех уровней – директоров, начальников цехов и других подразделений. При этом представителем трудового коллектива в новом законе объявлялась не администрация, партийная и профсоюзная организация, а новый орган –выборный Совет трудового коллектива (СТК), который получил право участвовать в управлении предприятием. Правда, это торжество производственной демократии омрачала одна закавыка: директора, выбранного коллективом, должно было утвердить отраслевое министерство.
      На 1988 год отраслевые министерства запланировали госзаказ в размере 100 % фактического объёма производства. Так что последствия нового закона начали сказываться только в 1989-1990 годах, и расхлёбывать их пришлось всему советскому народу, в том числе коллективу ЦНИИ «Электроника» и мне лично.
      
      ЭПИЗОД ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТЫЙ.   
      СУМГАИТСКИЙ ПОГРОМ
      
      Противники Горбачёва обвиняют его в том. что он развалил страну, но по обычаю всех российских консерваторов не уточняют, КАК они это сделал и в что КОНКРЕТНО они ставят ему в вину.
      Советский Союз, как впоследствии и европейский социалистический лагерь, был создан победами Красной Армии и ДЕРЖАЛСЯ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО НА НАСИЛИИ. Горбачёв УБРАЛ ПАЛКУ, которая десятилетиями висела над каждым советским человеком, к чкоторой многие из них привыкли, а кое-кто и полюбил.
      В то, то палки больше нет, граждане СССР поверили не сразу.  Два года Горбачёв ездил по стране и пытался расшевелить людей: «Товарищи, перестройка начинается с себя!». Всё зависит от вас! Берите дела в свои руки!». А толпившиеся вокруг него граждане (в значительной степени специально отобранные местным начальством) радостно выкрикивали: «Правильно, Михаил Сергеевич! Горячо одобряем решения съезда/пленума/совещания! Перестройка! Гласность! Наконец-то! Так держать, дорогой Михаил Сергеевич!».
      Но «начинать с себя» можно только в собственных делах, – например, бросив курить, занявшись бегом трусцой. Перестать хамить окружающим и попытаться сдерживать свои эмоции уже гораздо сложнее, потому что связано с реакцией других людей.  А в экономике государства, где предприятия и организации в 1988 году продолжали выполнять спущенные сверху планы, переименованные в госзаказ, где все они сбыли связаны единой системой взаимных поставок, «начинать с себя» было бесполезно.
      Новому премьеру Николаю Рыжкову вряд ли можно было позавидовать. При всеобщем дефиците товаров ? промышленной продукции СССР приходилось на тяжёлую индустрию, основу которой составляли предприятия военно-промышленного комплекса. В мемуарах Рыжков описал, как во время поездки на Урал ему показали огромное поле, уставленное заваленными снегом танками. Включать в госзаказ для оборонных предприятий гражданскую продукцию начали фактически только с 1990 года, когда управляемость народным хозяйством была уже утеряна…            
      Горбачёву удалось наконец расшевелить «многонациональный советский народ», который десятилетиями приучали помалкивать и делать, что велят. Откуда было знать партработнику со Ставрополья, какого монстра он разбудил? Марксисты вообще склонны обращать внимание на экономические, а не этнические особенности, а большевики тем более пытались стричь все наци под одну гребёнку и, насаждая единый образ жизни в Прибалтике, на Украине, на Кавказе и в Средней Азии. Волнения в Казахстане руководителей перестройки, похоже, ничему не научили. Спустя год ещё более грозные события развернулись в Закавказье. У них был сложный исторический фон, о котором Горбачёв и остальные члены Политбюро ЦК КПСС вряд ли имели хоть какое-то представление и который уж точно не принимали в расчёт.
                ***               
      Армянская нация существует около трёх тысяч лет. В первые годы IV века от Р. Х. Армения стала первой в мире христианской страной. Дальнейшая история армян происходила в постоянной борьбе с иноземными, преимущественно мусульманами завоевателями, – персами, арабами и тюрками.
      Азербайджан как географическое понятие тоже существовал с древности, но азербайджанцы как нация оформились только в пролом веке. В исторических источниках мусульмане Азербайджана именуются тюрками, татарами или кавказскими мусульманами. Красная Армия присоединила Азербайджан к Советской России, и с образованием СССР он стал одной из советских республик. Чтобы выделить его население из общей массы тюркских мусульман, в конституции Азербайджанской Советской Социалистической Республики 1937 года местных тюрков переименовали в азербайджанцев; этот этноним сохранился и в конституции 1978 года.
      Карабах в течение многих веков являлся объектом борьбы армянских и тюркских феодалов. Решением Кавбюро ЦК РКП(б) от 5 июля 1921 года нагорной части Карабаха с преимущественно армянским населением была предоставлена широкая автономия в рамках Азербайджанской ССР. Так появилась Нагорно-Карабахская автономная область (НКАО) – армянский анклав на территории Азербайджана.
      Благодаря политике Горбачёва армяне, как и остальные народы Советского Союза, почувствовали ослабление суровой московской узды, осмелели, и со второй половины 1987 года в НКАО и в Армянской ССР шли многолюдные митинги с требованием присоединения НКАО к Армянской ССР. На этой почве в НКАО начались столкновения между азербайджанцами и армянами, а азербайджанцы, компактно проживавшие в Кафанском и Мегрийском районах Армянской ССР, начали уезжать в Азербайджан. С середины февраля 1988 года в Баку появились сотни беженцев из Армении.  Их размещали в пригородах, и ПО ЧЬЕМУ-ТО РАСПОРЯЖЕНИЮ ежедневно развозили автобусами по предприятиям и студенческим общежитиям Баку; там они рассказывали, как их притесняли в Армении. Фуад Мусаев, 1-й е секретарь Бакинского горкома Компартии Азербайджанской ССР, писал: «Автобусы организовывал Зохраб Мамедов, первый секретарь Апшеронского райкома АКП, сам выходец из Армении, из кадров Гейдара Алиева».
      20 февраля Совет народных депутатов НКАО в Степанакерте обратился к Верховным Советам СССР, Азербайджанской и Армянской ССР с просьбой передать НКАО Армении. В столицу НКАО Степанакерт двинулись азербайджанцы из соседних азербайджанских Шуши и Агдама; 22 февраля произошли столкновения с применением огнестрельного оружия. Бегство азербайджанцев из Армении усиливается, а в Баку распространяются лживые слухи о массовых убийствах азербайджанцев в Нагорном Карабахе. Поняв, что дело идёт погрому, Мусаев приказывает перекрыть все дороги к Баку из поселков, где размещались беженцы из Армении и Карабаха. Приказ был выполнен, и  автобусы стали направляться в Сумгаит – город га Апшеронском полуострове на побережье Каспийского моря в 35 км к северо-западу от Баку.
      Сумгаит возник фактически на пустом месте вокруг построенных после 1939 года заводов – нефтехимического, каучукового, кирпичного, трубопрокатного и алюминиевого. Его первоначальное население составили рабочие из Баку, переезжавшие сюда в поисках жилья, жители соседних сёл Апшеронского полуострова и деревень других районов Азербайджана.
      С 26 февраля 1988 года на центральной площади им. Ленина в Сумгаите начались митинги. Зазвучали обвинения и угрозы в адрес армян, которые живут в Сумгаите лучше многих азербайджанцев, имеют благоустроенные квартиры и дома и занимаются только интеллектуальным трудом – иными словами, более образованны. Выступавшие с трибуны через мегафон призывали отомстить за азербайджанских «беженцев и мучеников из Кафана», убивать и гнать армян из Сумгаита, из Азербайджана вообще. Взывали к долгу мусульман сплотиться в войне с неверными, и в конце практически каждого выступления звучал призыв «Смерть армянам!».
      Джордж Сорос в статье, опубликованной в 1989 году, предположил, что к армянским погромам имела отношение местная «мафия», руководимая Гейдаром Алиевым. В любом случае в происходивших событиях, помимо ярости мусульманской массы со средневековым сознанием, явно имелись признаки организованности, причём не на местном, а на республиканском уровне. В Сумгаит заблаговременно были завезены булыжники, составлены списки армян, присутствующие на митинге 27-го февраля прибыли на площадь по указанию руководителей предприятий и учреждений, толпе бесплатно раздавали водку и наркотики. На промышленных предприятиях заранее было изготовлено холодное оружие. В ряде районов были отключены телефоны. Партийные и советские органы власти города и республики не реагировали на происходящее, сумгаитская милиция в ряде случаев помогала погромщикам.
      Рассыпавшись из центра по всему городу, митинговавшие азербайджанцы приступили к погромам, Сумгаит полностью находился в их руках. Банды численностью от десяти до пятидесяти и более человек слонялись по городу, били стекла, жгли автомобили, но главное – искали армян. Вооружённые заточенными арматурными прутьями, пиками, ножами, топорами и молотками, погромщики врывались в армянские квартиры, намеченные заранее. Людей убивали в их домах, но чаще выводили на улицы или во двор для публичного глумления. Редко кому пришлось погибнуть сразу от удара топора или ножа. Большинство ждали мучительные издевательства. Избивали до потери сознания, обливали бензином и сжигали заживо. Нередки были случаи группового изнасилования женщин и девушек, часто насилие происходило на глазах близких, после чего их убивали. Не жалели ни стариков, ни детей. В число погромщиков затесался (добровольно или вынужденно) Эдуард Григорян, рабочий с тремя судимостями, которого после смерти отца-армянина вырастила (слово «воспитала» здесь вряд ли уместно) русская мать. Зато некоторые азербайджанцы, рискуя собственными жизнями, прятали от погромщиков армян – своих друзей и соседей.
      Лишь 29 февраля в Сумгаит был переброшен самолётами полк внутренних войск МВД СССР и прибыли курсанты Бакинского общевойскового училища. Но у них не было боеприпасов и приказа на применение к погромщикам силы и оружия; наоборот, им приказали соблюдать нейтралитет! Поэтому убийства и погромы в некоторых районах продолжались, войска ограничились оцеплением очагов беспорядков, эвакуацией пострадавших, охраной мест их сосредоточения и задержанием наиболее активных участников погромов. Григорий Харченко, заместитель завотделом ЦК КПСС Георгия Разумовского, представлявшего в Азербайджане Политбюро ЦК КПСС, видел на улицах изрубленные топорами трупы. По его словам, «армянские семьи из 17-го квартала и из других мест пришлось свозить на центральную площадь возле Дворца культуры энергетиков, что напротив горисполкома: « Мы организовывали там питание для сотен армянских семей, обеспечивали их безопасность».
      (Обращаю внимание на абсурдность термина «Дворец культуры» в сочетании с видом валяющихся на улицах изрубленных трупов. В Сумгаите начали рушиться картонные советские декорации, скрывавшие до поры до времени средневековую суть ряда южных республик).
      Погромщики, видя бездействие военнослужащих, стали нападать и на них. Их забрасывали их бутылками с зажигательной смесью и наносили стальными заточками колотые удары по ногам. По оперативным сводкам, всего в ходе беспорядков пострадало более 270 военных.
      В Москве лишь во второй половине дня 29 февраля состоялось заседание Политбюро ЦК КПСС, на котором был рассмотрен вопрос «О дополнительных мерах в связи с событиями в Азербайджанской и Армянской ССР». По настоятельной просьбе  Георгия Разумовского и министра обороны Дмитрия Язова было принято решение установить в Сумгаите комендантский час. Язов также предлагал «ввести хотя бы один парашютно-десантный батальон» в Сумгаит, а также «батальон милиции в Степанакерт, чтобы не было там этих сборищ». В тот же день в Сумгаит были переброшены морские пехотинцы из состава Каспийской флотилии. 137-й парашютно-десантный полк 106-й воздушно-десантной дивизии высадился на аэродроме близ Баку, совершил марш в Сумгаит и сходу приступил к выполнению поставленной задачи. Было объявлено о введении комендантского часа с 23:00. Затем Министерство обороны СССР перебросило самолётами 3 тысячи военнослужащих внутренних войск МВД СССР. Но военные вновь получили приказ сохранять нейтралитет и на призывы о помощи отвечали, что им приказано не вмешиваться. А погромщики продолжали нападения на военных, в результате чего получили травмы и были ранены ещё 140 военнослужащих.
      Только к вечеру 29 февраля армия приступила к решительным действиям, и погром затих. Военным комендантом города был назначен генерал-лейтенант Владимир Краев, первый заместитель начальника Главного штаба войск Южного направления. Решительные действия военных позволили положить конец насилию в городе. В ходе операции по вытеснению бушующей толпы из автовокзала и прилегающей территории незадолго до начала комендантского часа несколько погромщиков были убиты.
      Спустя почти два года после Чернобыльской аварии первым побуждением горбачёвского руководства было скрыть масштабы, этнический и религиозный характер погрома. Всю неделю советские средства массовой информации сообщали о беспорядках в Израиле, Южной Африке и Панаме, но ни словом не обмолвились о событиях в Азербайджане. Вечером в воскресенье 28 февраля, когда в Сумгаите уже шли погромы, программа «Время» сообщила лишь, что армянские рабочие выступили с инициативой отработать сверхурочно простои, чтобы компенсировать производственные потери за время забастовки на предыдущей неделе. В мартовских сообщениях ТАСС сумгаитские события были представлены как нарушения общественного порядка, в ходе которых погибли люди различных национальностей – 26 армян и 6 азербайджанцев. Органам печати настоятельно не рекомендовалось публиковать статьи о Сумгаите, а некоторые уже подготовленные к печати публикации были сняты. Такова была гласность спустя три года после избрания Горбачёва генсеком.
      Материалы следствия и судебных процессов, связанных с погромами в Сумгаите в феврале 1988 года, содержат сотни свидетельских показаний выживших жертв, очевидцев из числа местного населения, сотрудников правоохранительных органов и партийных работников. Среди них:
      Каринэ Межлумян, у которой отец, мать и сестра получили тяжёлые травмы;
      Самвел Арушанян, потерявший близких в ходе погрома;
      С. Гулиев, местный житель, который видел избиение человека прямо под окнами отделения милиции, в то время как сотрудников на улицах не было;
      Маркарян, участник погрома, давший признательные показания после очной ставки со свидетелем Орловым;
      Света Пашаева: вдова из Баку, которая давала показания о прибытии беженцев из Армении незадолго до событий в Сумгаите;
      В общей сложности после событий было арестовано около 400 человек, уголовные обвинения были предъявлены 82 азербайджанцам, одному русскому и одному армянину – преимущественно подросткам и юношам. В ходе судов по этим делам, проходивших в Москве, Волгограде, Воронеже, Куйбышеве (ныне Самара), Баку и Сумгаите около восьмидесяти человек было осуждено. Один из них, Ахмед Ахмедов, был приговорён к смертной казни. Во всех случаях о национальной ненависти не упоминалось, мотивами преступлений назывались «хулиганские побуждения». Такой подход исключил возможность выявления вдохновителей, организаторов и подстрекателей массового насилия. Прокуратура СССР отвергла наличие доказательств подготовки резни. Государственный обвинитель В. Д. Козловский заявил, что наравне с армянами в Сумгаите пострадали и представители других национальностей. В средствах массовой информации были упомянуты лишь два первых процесса, остальные же прошли незамеченными.
      Британский журналист, специалист по Кавказу Томас де Ваал пишет: «К концу 1988 года, когда состоялись эти суды, атмосфера в Азербайджане изменилась так радикально, что некоторые экстремистски настроенные участники демонстраций в Баку несли транспаранты, прославляющие „героев Сумгаита“».
      Списки убитых и пострадавших не были опубликованы. По официальным данным Генеральной прокуратуры СССР, в ходе «беспорядков» погибли 32 человека – 26 армян и 6 азербайджанцев, причём последние, вероятно, были бунтовщиками, убитыми советскими военными  В сватье от 6 сентября 1989 года в The Washington Post американский журналист Дэвид Ремник отмечал, что в армянской общественности распространено мнение, что в ходе погромов погибло по меньшей мере 200 армян. Армянский писатель Серо Ханзадян утверждал, что жертвами погромов стали 450 армян. Американский историк Джордж Бурнутян считает, что были убиты, изнасилованы, искалечены и сожжены заживо сотни армян, их имущество было уничтожено. Британский историк Джеффри Хоскинг указывает, что число убитых армян, возможно, исчислялось сотнями.
      Несмотря на националистическую истерию в Азербайджане, ряд представителей азербайджанской интеллигенции, спасая честь своего народа, чётко осудили резню в Сумгаите; среди них были мои любимые писатели Анар Рзаев, Максуд и Рустам Ибрагимбековы.
      Как отмечает Алексей Зверев, «неспособность центральных властей применить силу для защиты гражданских лиц имела серьёзные последствия для дальнейшего развития этнических конфликтов на Кавказе и в Средней Азии: создав впечатление, что насилие себя оправдывает, она сформировала условия для повторения бесчинств. Стало ясно, что любое изгнание национального меньшинства с мест своего проживания под угрозой террора останется безнаказанным».
      Сейчас, при Президенте Ильхаме Алиеве (сын Гейдара Алиева), в Азербайджане господствует мнение, что погром в Сумгаите в феврале 1988 года организован КГБ СССР и «армянскими экстремистами», чтобы дискредитировать Азербайджан и создать повод для отделения Нагорного Карабаха. Ключевой фигурой в официальной интерпретации событий считается всё тот же уголовник Эдуард Григорян, армянин по отцу, руководивший бандой подростков-азербайджанцев. Тысячные толпы убийц и насильников, нападавшие на советских солдат, оказались невинными жертвами провокации Григоряна. Фамилии тех, кто и по чьему указанию свозил людей автобусами на митинг, кто этот митинг организовывал, кто раздавал камни и водку, кто через мегафон призывал к сплочению мусульман против неверных и орал «смерть армянам!» – все эти фамилии остаются за рамками официальной версии.
               
      ЭПИЗОД ДВАДЦАТЬ ПЯТЫЙ.
      НИНА АНДРЕЕВА, XIX ПАРТКОНФЕРЕНЦИЯ, ОТСТРАНЕНИЕ ГРОМЫКО И ПОЯВЛЕНИЕ ТРИКОЛОРА
               
      Инженер-технолог химик Нина Андреева, 1920 г. р., закончила Ленинградский технологический институт (некогда Технологический Институт Императора Николая I, в котором учился мой прадед Михаил Петрович Степанов), работала в альма матер старшим преподавателем, была членом партбюро и группы народного контроля. Вероятно, она принадлежала к породе правдоискателей и не боялась плыть против течения. В 1979 году, вскрыв в институте воровство, она не стала молчать, как это, видимо, сделали другие народные контролёры. Спустя 10 лет в газете «Панорама» она рассказывала: «Я тогда написала об этом несколько писем в ЦК за подписью „химик-технолог“. В результате меня выгнали с работы и из партии. Намекали на мое психическое нездоровье, что часто делали в те годы с людьми, обладавшими независимой позицией. Но в КПК с меня сняли все обвинения».
      13 марта 1988 года газета «Советская Россия» публикует статью Нины Андреевой «Не могу поступаться принципами», содержащую критику гласности и несогласие с нападками ряда СМИ на КПСС и Сталина. Нина Андреева становится символом антиперестроечных сил и настроений.
                ***    
      С 28 июня по 1 июля 1988 года в Москве проходит XIX Всесоюзная конференция КПСС. Её заседания транслируются по ТВ и смотрятся как детектив. Люди прильнули к телевизорам, поражаясь невиданному зрелищу: на партийном форуме выступающие открыто и без бумажки говорят то, что на самом деле думают. Ельцин, успевший оправиться от поражения, был выбран делегатом конференции от парторганизации Карельской Автономной ССР, – бывшей Карело-Финской ССР, где полвека назад начинал карьеру комсомольский вожак Юрий Андропов. 1 июля Ельцин выступил на конференции, вновь предложил вывести Лигачёва из Политбюро, критиковал привилегии партийной элиты и утверждал, что в «застое» нельзя винить одного Брежнева, а виновато всё Политбюро «как коллективный орган». В заключение он попросил отменить решение октябрьского Пленума ЦК КПСС, признавшего ошибочным его тогдашнее выступление. Отвечая Ельцину, Лигачёв несколько раз обращался к нему «ты, Борис». В общественном сознании его слова наложились на реплику «ты не прав, Федя!» из анекдота о культурном сантехнике, которому напарник уронил на голову гаечный ключ, и превратились в ходячую фразу (по-нынешнему мем) «Борис, ты не прав!».
                ***
      Громыко сыграл важную роль в избрании генсеком сначала Андропова, а затем Горбачёва. Но похоже, в Горбачёве он вскоре разочаровался и считал его некомпетентным. После разговора на повышенных тонах с Горбачёвым, в ходе которого тот сорвал визит Громыко в Северную Корею, Громыко принял решение уйти на пенсию.
       30 сентября 1988 года состоялся Пленум ЦК КПСС, который освобождил Громыко  от обязанностей члена Политбюро и рекомендовал избрать  Горбачёва Председателем Президиума Верховного Совета СССР вместо уходящего Громыко, что и было реализовано на сессии Верховного Совета на следующий день, 1 октября. Пленум отправил на пенсию также члена Политбюро Соломенцева и кандидатав в члены Политбюро Демичева и Долгих. Членом Политбюро был избран секретарь ЦК Вадим А. Медведев,  Кандидатом в члены Политбюро - Анатолий Лукьянов, председателем Комитета партийного контроля – Борис Пуго.
                ***
      7 октября 1988 года на митинге на стадионе «Локомотив» в Ленинграде в пику советскому красному флагу был впервые публично поднят бело-сине-красный триколор. Флаг принёс член историко-патриотического объединения «Русское Знамя» Сергей Лошаков. Я примерно в то же время увидел такой флаг в Москве у стадиона «Олимпийский», где его в небольшой группе единомышленников развернула богемного вида дама в длинном чёрном платье.  Триколор смотрелся непривычно; у моего не старого ещё дяди майора Виктора Мудрецова, у которого в Великой Отечественной войне погиб отец (и, вероятно, у многих других) он вызывал ассоциации с армией генерала Власова.
                ***
      В среду 21 декабря 1988 года авиалайнер Boeing 747-121 авиакомпании Pan American, совершавший рейс по маршруту Франкфурт-на-Майне—Лондон—Нью-Йорк—Детройт, но через 58 минут после вылета из Лондона в его грузовом отсеке в носовой части произошёл взрыв пластичной взрывчатки семтекс, уничтоживший самолёт. ; горящие обломки лайнера рухнули на город Локерби (Шотландия). В катастрофе погибли 270 человек: все находившиеся на борту самолёта 259 человек (243 пассажира и 16 членов экипажа) и 11 человек на земле.
      В 2003 году Муаммар Каддафи признала ответственность Ливии за взрыв «Боинга» В соответствии с соглашением, достигнутым между представителями Ливии, Великобритании и США, Ливия выплатила семье каждого из погибших по $10 млн. в обмен на полное снятие с неё экономических санкций.
      
      ЭПИЗОД ДВАДЦАТЬ ШЕСТОЙ.
      НАРОДНЫЕ ДЕПУТАТЫ И ШАХТЁРЫ
      
       2 марта 1989 года в Воркуте на шахте «Северная» прошла забастовка, переросшая в голодовку, в которой приняли участие 107 человек. 4 марта 1989 года в забой спустились ещё 58 ,оддержавших забастовку и отказавшихся подниматься на поверхность.
                ***
      26 марта 1989 года состоялись выборы народных депутатов Союза ССР, – первые  выборы высшего органа власти Советского Союза, на которых избиратели могли  выбирать между несколькими кандидатами. Впервые происходило публичное обсуждение различных предвыборных программ (в том числе и на теледебатах). Ер выборы были нормальными не полностью.  Из 2250 депутатов треть (750) избирались не по избирательным округам,  а от общественных организаций на их съездах и пленумах, в том числе 100 непосредственно от КПСС, ещё 575 – от подконтрольных ей ВЦСПС (профсоюзов) , ВЛКСМ (комсомол), «старых» кооперативов (колхозы и Центросоюз), , Комитета советских женщин, организации ветеранов войны и труда. Остальные 75 мест пришлись на долю других общественных организаций: научных обществ (включая Академию наук СССР), творческих союзов (писателей, журналистов, кинематографистов, художников, архитекторов), Советского комитета защиты мира, Фонда культуры, общества «Знание», Красного Креста, Всесоюзного общества слепых, Всесоюзного общества филателистов.
      Я не знаю, что происходило у филателистов и слепых, но на итоговом собрании Академии наук после острой политической борьбы были избраны Андрей Сахаров, Юрий Карякин, Николай Шмелев и Виталий Гинзбург.
      В Союзе писателей существовал глубокий раскол между сталинистами, «почвенниками» и сторонниками реформ. Поэтому на 10 выделенных мест были выбраны соучредитель Белорусского народного фронта Василь Быков, главред журнала «Знамя» Григорий Бакланов, публиковавший произведения ранее запретных авторов, защитники окружающей среды Сергей Залыгин и Леонид Леонов, защитники советского строя Юрий Бондарев и Сергей Михалков, «почвенник» Валентин Распутин, а также официозные конформисты Олесь Гончар и Чингиз Айтматов, раньше подписавшие письмо с осуждением Сахарова и Солженицына, а теперь державшие нос по ветру.
      Жители крупнейших городов России и граждане ряда других советских республик (прежде всего прибалтийских) в массовом порядке отказывали в доверии правящей партии. Так, в Ленинграде не был избран ни один партийный и советский руководитель города и области, включая первого секретаря обкома и даже командующего военным округом. Ельцин был избран народным депутатом СССР по национально-территориальному округу № 1 (город Москва), получив 91,53 % голосов москвичей при явке почти 90 %. Избраны также были Тельман Гдлян и Николай Иванов.
      Но в российской провинции, а тем более в республиках Средней Азии,  руководство КПСС по-прежнему крепко держало власть. Благодаря этому и выборам от общественных организаций среди 2250 депутатов оказалось 139 членов и кандидатов ЦК КПСС, 23 члена Центральной ревизионной комиссии КПСС, 74 первых секретарей ЦК компартий союзных республик, крайкомов и обкомов партии, не входящих в состав центральных выборных органов КПСС, а сколько секретарей горкомов и райкомов КПСС, мне выяснить не удалось.
      В ходе избирательной компании многие кандидаты говорили о необходимости перехода к многопартийной системе и отмены 6-й статьи Конституции СССР, которая гласила: «Руководящей и направляющей силой советского общества, ядром его политической системы, государственных и общественных организаций является Коммунистическая партия Советского Союза».
                *** 
      В Польше с 6 февраля по 5 апреля 1989 года за Круглым столом в Варшаве проходят официальные переговоры представителей ПОРП, правительства, профсоюза «Солидарность» и других организаций. В марте принимается закон о забастовках, в центре которого обеспечение прав бастующих. 4 апреля подписано соглашение, главными пунктами которого являются проведение свободных выборов, введение поста Президента и верхней палаты Сейма – Сената.
                ***
      В ночь на 9 апреля 1989 года в Тбилиси армия разгоняет оппозиционный митинг у Дома Правительства с применением газа «черёмуха» и сапёрных лопаток. Погиб 21 человек, пострадали 290. В Грузии началась всеобщая забастовка. В Москве митинг протеста на стадионе «Лужники» против действий советского правительства собрал от 100 до 150 тыс. человек. Массовые митинги протеста прошли в Ереване, Ленинграде, Киеве, Риге.
                ***
      Одним из показателей бурной общественного жизни стало то, что Пленумы ЦК КПСС, которые при Брежневе проводились дважды в год, становятся чуть ли не ежемесячными.
      Пленум 15-16 марта 1989 года избрал 100 народных депутатов СССР от КПСС.
      Пленум 25 апреля отправил в отставку по возрасту 74 члена ЦК, 24 кандидата в члены ЦК и 12 членов Центральной ревизионной комиссии. Он перевёл из кандидатов в члены ЦК 24 человека. Жёсткой критикой на этом Пленуме подвергся Председатель Гостедерадио Александр Аксёнов в связи с заявлением 21 апреля 1989 года в эфире программы «Взгляд» режиссёра Марка Захарова о необходимости похоронить Ленина «по-христиански». Критика Ленина в рамки горбачёвской гласности не вмещалась. Аксёнова отправили в отставку, его сменил Михаил Ненашев, до этого занимавший должность  председателя Государственного комитета СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли.
      Пленум ЦК 22 мая рекомендовал Горбачёва для избрания Председателем Верховного Совета СССР на предстоящем I Съезде народных депутатов СССР.
      Пленум 2 июня рекомендовал Рыжкова для избрания Председателем Совета Министров СССР.
                ***   
      Государственная монополия внешней торговли была введена по инициативе Ленина 22 апреля 1918 года декретом Совета народных комиссаров «О национализации внешней торговли».Упразднена она была спустя 71 год. 18 мая 1989 года Совет министров СССР принимает постановление «О развитии хозяйственной деятельности советских организаций за рубежом», обеспечившее предприятиям и организациям прямой выход на внешний рынок. Результатом на первых порах стал массовый вывоз сырья за рубеж, а предприятия-экспортёры получили в своё распоряжение большие объёмы не обеспеченных товарной массой денег, что при сохранении регулируемых цен привело лишь к увеличению товарного дефицита.
      В тот же день 18 мая 1989 года Верховный Свет Литовской ССР принимает Декларацию о государственном суверенитете.
                ***
      21 мая 1989 года в Москве на стадионе «Лужники» состоялся массовый митинг с участием около 200 тыс. человек. На транспарантах были лозунги: «Завоевания Октября защитим!», «Вся власть Съезду народных депутатов!», «Ключ перестройки – реформа политической системы», «Программу Ельцина – в жизнь!». На митинге выступили Андрей Сахаров, Борис Ельцин, Юрий Черниченко,  Тельман Гдлян; рядом с Ельциным на трибуне стоял среди других Глеб Павловский.
                ***               
      25 мая 1989 года открылся Съезд народных депутатов СССР, который в первый же день работы на безальтернативной основе избрал Горбачёва Председателем Верховного Совета СССР. Работник Заполярной геофизической экспедиции Александр Оболенский тоже выдвигал свою кандидатуру на этот пост, но его не включили в бюллетень для голосования.
      Снова телезрители могли в прямом эфире насладиться яростными спорами между своими избранниками. Они впервые увидели выступления академика А. Д. Сахарова, который в частности сказал: «По действующей Конституции, председатель Верховного Совета СССР обладает абсолютной, фактически ничем не ограниченной личной властью. Сосредоточение такой власти в руках одного человека крайне опасно». Горбачёв спорил с Сахаровым, Лигачёв – с Ельциным. В результате телерепортажей со съезда приобрели всесоюзную известность и превратились в ярких политиков заведующий кафедрой МГУ Гавриил Попов (впоследствии мэр Москвы), заведующий кафедрой ЛГУ Анатолий Собчак (впоследствии мэр Санкт-Петербурга), депутат Верховного Совета СССР от города Грозного Сажи Умалатова (в 2013 году она публично предложила за оскорбление чувств верующих отрезать язык), ректор МГИАИ Юрий Афанасьев (впоследствии ректор РГГУ), инженер-инспектор штаба ВВС Прибалтийского военного округа, член оргкомитета Интернационального фронта трудящихся Латвийской ССР Виктор Алкснис и др. Все эти люди с противоположными взглядами до того времени спокойно уживались в КПСС!
      26 мая Съезд избрал Верховный Совет СССР, который по новой Конституции должен был руководить страной между съездами народных депутатов. Борис Ельцин не был избран членом Верховного Совета, однако 29 мая депутат Алексей Казанник уступил ему своё место в Совете Национальностей Верховного Совета.
      30 мая Горбачёв в своём выступлении официально подтвердил наличие серьёзного кризиса. Одной из причин он назвал «огромные потери, связанные с падением мировых цен на топливо и сырье», включая уголь.
      Съезд горячо обсуждал события в Тбилиси. Горбачёв отказался взять на себя ответственность за развитие событий во время разгона демонстрации и возложил всю вину за жертвы на армию. Правительственной версии, согласно которой демонстранты напали первыми, и солдаты только оборонялись, съезд не поверил и избрал собственную комиссию во главе с Собчаком.
       В последний день Съезда депутаты-реформаторы создали Межрегиональную группу народных депутатов (сопредседатели группы: А. Д. Сахаров, Б. Н. Ельцин, Ю. Н. Афанасьев, Г. Х. Попов, В. А. Пальм). Виктор Цыпляев, слесарь-сборщик Кировского завода в Ленинграде, избранный депутатом от ВЦСПС и усиленно противопоставлявший рабочих болтунам-интеллигентам, заявил: «То, что вы сегодня предложили Съезду создать фракцию, — это безумие. Опомнитесь, что вы собираетесь делать! Надо накормить народ, надо оздоровить экономику! Вы же пока вносите разброд в работу Съезда и отвлекаете его от насущных проблем».
                ***
      15 апреля 1989 года скончался от инфаркта член Политбюро и бывший Генеральный секретарь ЦК Компартии Китая (КПК) Ху Яо-бан, который на посту генсека проводил курс на либерализацию режима. В Пекине с 15 апреля на центральной площади Тяньаньмэнь (Ворота Небесного Спокойствия) начались многолюдные студенческие митинги – сначала траурные, а затем с требованиями демократизации. Ранним утром 4 июня 1989 года по решению руководства страны выступления были подавлены армией с применением огнестрельного оружия и танков. Оценки численности погибших варьируют от нескольких сотен до нескольких тысяч, тысячи были ранены.
      Нового генсека ЦК КПК Чжао Цзы-яна консерваторы сочли излишне мягким, 24 июня 1989 года его сменил  Цзян Цзэ-минь. А 9 ноября 1989 года Цзян сменяет и Дэн Сяо-пина на посту Председателя Военного совета ЦК КПК.
                ***
      13 июня 1989 года в Венгрии начинаются переговоры оппозиционного блока ОКС с Венгерской социалистической рбочей партией (ВСРП) и её сателлитами, получившие официальное наименование «Национальный круглый стол». 16 июня 1989 года, в 31-ю годовщину казни Имре Надя, Пала Малетера и Миклоша Гимеша, их останки, а также тела погибшего при подавлении восстания 1956 года полковника Йожефа Силади и умершего под следствием министра Гёзы Лошонци торжественно перезахоронены в будапештском Сквере Героев.
                ***
      В Польше на выборах, состоявшихся 4 июня 1989 года, блок «Солидарность», объединявший множество политических течений, получает 99% мест в Сенате и 35% мест в Сейме. Сформировано правительство, которое под руководством премьера Тадеуша Мазовецкого и вице-премьера, министра финансов Лешека Бальцеровича начинает либерализацию цен и приватизацию госсобственности. 19 июля 1989 года Президентом ПНР избран Войцех Ярузельский; за это голосуют 270 депутатов Сейма и сенаторов, против 233 (из общего числа 544 имевших право голоса). При этом Ярузельский выходит из руководства ПОРП.       
                ***
      9 июля 1989 года Верховный совет Латвийской ССР принимает декларацию о государственном суверенитете.
                *** 
      Из выступления на съезде Горбачёва шахтёры сделали вывод, что их отрасль находится под угрозой. В июне 1989 года шахтёры Донбасса потребовали отставки министра угольной промышленности Щадова, направляя телеграммы в Верховный Совет, чтобы предотвратить его повторное утверждение в должности. Игнорирование этих сигналов высшим руководством усилило напряжённость. Шахтёры Междуреченска (Кемеровская область) передали большое письмо с перечнем своих требований в Верховный Совет СССР. 10 июля 1989 года около 300 шахтёров Междуреченска отказались спускаться в шахту и предъявили администрации около двух десятков требований, главные из которых были связаны с оплатой труда в вечернее и ночное время, с установлением единого выходного дня, обеспечением шахт и шахтёров моющими средствами и питанием во время работы под землёй. Официальный профсоюз угольщиков оказался не на стороне шахтёров, а на стороне властей. Это вызвало взрыв возмущения в Междуреченске и во всем Кузбассе. Уже через два дня забастовка охватила все шахты Кемеровской области. Министр угольной промышленности Михаил Щадов дал телеграмму на шахты Кузбасса, обещая немедленно удовлетворить требования шахтёров. На сессии Верховного Совета СССР Михаил Горбачёв назвал требования шахтёров Кузбасса справедливыми и заявил, что ЦК КПСС и правительство страны могут дать твёрдые гарантии удовлетворения требований шахтёров Кузбасса. Шахтёры других регионов поняли, что могут чего-то добиться от властей. В июле массовые забастовки начались в Печорском угольном бассейне (Коми АССР) и Карагандинском угольном бассейне (Казахстан). Забастовки сопровождались демонстрациями, многотысячные митинги шахтёров длились по много часов. На большом митинге в Воркуте 21 июля 1989 года были зачитаны требования Межшахтного забастовочного комитета Воркуиы, выработанные на шахте «Воргашорская» для предъявления прибывшей в Воркуту правительственной комиссии/ Несмотря на большой объём, привожу их полностью, потому из них хорошо видно, как переплетались тогда бытовые, производственно-финансовые и  общественно-политические вопросы.
          «Отменить выборы в Верховный Совет СССР от общественных организаций.
         Отменить статью в Конституции СССР о руководящей и направляющей роли партии.
         Прямые и тайные выборы Председателя Верховного Совета СССР, председателей местных Советов, начальников городских, районных отделов Министерства внутренних дел на альтернативной основе.
          Отменить практику лишения слова депутатов на сессиях и съездах Верховного Совета СССР путём голосования. Каждый депутат имеет право голоса, независимо от мнения большинства. Перечисленные вопросы решить на втором съезде народных депутатов.
      Выразить недоверие т. Щадову и Сребному (Михаил Сребный – председатель ЦК Профсоюза рабочих угольной промышленности СССР. – А. А.) как руководителям отрасли, не сумевшим проводить эффективную, сбалансированную экономическую и социальную политику. Отменить продолжающийся формализм и волокиту в работе аппарата министерства.
       Предложить народным депутатам СССР т. Максимову и Лушникову поставить вопрос на следующей сессии Верховного Совета СССР о работе МУП СССР в обеспечении эффективной, сбалансированной экономической и социальной политики в отрасли и о незамедлительном сокращении аппарата министерства на 40 %.
       Предлагаем Верховному Совету СССР пригласить в страну экономиста Леонтьева В. В. для разработки конкретной экономической модели выхода страны из экономического кризиса. (Василий Леонтьев – экономист, в 1925 году после неоднократных арестов эмигрировал из России, работал в США, лауреат премии по экономике памяти Альфреда Нобеля за 1973 год. – А. А.).
      Предоставить полную экономическую и юридическую самостоятельность шахтам.
      Ликвидировать объединение “Воркутауголь”.
      Производить доплату за работу в ночное и вечернее время в размере 40 и 20 % из централизованных фондов.
      Установить общий выходной день – воскресенье.
      Вернуть размер северных и коэффициента, существовавших до 1 марта 1960 года (100 % и 1,8), и распространить их на весь прямой заработок.
      Производить оплату труда за всё время пребывания в шахте (отметка “спуск” и “выезд”).
      Сократить пенсионный возраст для женщин, работающих на Севере, занятых на переработке и отгрузке угля, до 45 лет – при общем стаже 20 лет, во вредных условиях – — 10 лет.
      Ввести для женщин, работающих на технологическом комплексе поверхности, 6-часовой рабочий день (отгрузка, переработка и транспорт).
         Для шахтёров Заполярья установить пенсионный возраст 45 лет при подземном стаже 10 лет.
      Юношам и девушкам, проживающим на Севере 5 и более лет, при поступлении на работу выплачивать северные надбавки сразу и полностью, а до 5 лет – дифференцировано к годам.
      Передать углесбытовые организации шахтам.
      Просим Верховный Совет СССР издать закон, обязывающий МПС возмещать предприятиям 100 % ущерба по себестоимости продукции за недопоставку вагонов и сверх госзаказа (по договору), поставка должна быть только в исправных вагонах.
          Для работающих на УОФ (углеобогатительные фабрики. – А. А.) на выборке породы, у кого отпуск 45 дней – установить 60 дней.
       Установить 70 % пенсий от общего заработка, но не менее 300 рублей (шахтёрам).
       При начислении пенсии брать любые пять лет из стажа по желанию работника.
       Валюту 25 %, полученную за реализацию на экспорт, предоставить в распоряжение СТК шахты.
       Просить Верховный Совет СССР о скорейшем решении вопроса о статусе народного депутата (до второго съезда).
      Сохранить северные надбавки при расчёте и переходе рабочих и служащих с одного предприятия на другое, а также при любых увольнениях.
      Дисциплинарный устав отменить и ликвидировать ПДК (постоянно действующие комиссии по ТБ).
      При сдаче жилья в Воркуте предоставлять жилье в других регионах в течение 2-х месяцев безвозмездно.
      Выплачивать северные надбавки неработающим пенсионерам, проживающим на Севере. Размер пенсии ежегодно корректировать по мере изменения стоимости жизни.
      Гарантировать снабжение г. Воркуты через Главсеверторг.
      Обеспечивать товарами зимнего сезона в достаточном количестве и ассортименте, особенно детскими.
      Отменить вычеты алиментов из северных надбавок, если дети живут на юге.
      Возобновить строительство ЗКПД-2 (Завод крупнопанельного домостроения. – А. А.) для ускоренного решения проблем жилья в Воркуте, право распределения строительных материалов предоставить местным Советам.
      При 20 годах подземного стажа – выход на пенсию без ограничения возраста.
      Ускорить строительство и ввод в эксплуатацию до 4 квартала 1990 года межшахтного профилактория в пос. Воргашор.
      Предоставить право на распределение отпусков участкам.
      Отменить действующее постановление Совета Министров о соотношении между ростом заработной платы и производительности труда.
      Решить экологические проблемы Воркуты (ТЭЦ, цемзавод, птицефабрика и т. д.) к 1990-91 гг.
      Установить продолжительность отпусков шахтёрам – 60 дней, а всем остальным работникам поверхности — 45. Предоставить отпуска и рассчитывать средний заработок, исходя из 5-дневной рабочей недели.
      Для жителей Крайнего Севера один раз в три года предоставлять бесплатный проезд в отпуск, а каждый год – давать дни на дорогу за свой счёт.
       Оплату билетов производить по фактическому использованию транспорта для проезда в отпуск.
        Оплату бастующим произвести из расчёта присвоенных тарифных ставок, окладов из централизованных фондов и скорректировать план добычи и проходки на дни забастовки.
      В случае каких-либо преследований участников забастовки со стороны администрации решения выносить по согласованию с забастовочным комитетом.
      Отменить привилегии администрации и партаппарата на всех уровнях нашего государства.
      Просим председателя Верховного Совета ответить на основные требования шахтёров Заполярья по телевидению».
      Замечательно требование шахтёров, чтобы зарплата росла независимо от повышения производительности труда. Они явно были уверены, что только из-за Щадова и Сребного власти отказываются компенсировать падение мировых цен на уголь из каких-то безразмерных «централизованных фондов». Так в XIX веке русские крестьяне были убеждены, что царь может отдать им помещичью землю, а помещиков вознаградить из своего бездонного  кармана: на то ведь он и царь! Разумеется, никто даже не пытался объяснить, что СССР в долгу, как в шелку, что Брежнев, Андропов и Черненко набрали за рубежом кредитов, которые приходится возвращать, и без спросу залезли в карманы советских граждан – владельцев сберегательных вкладов, облигаций и страховых полисов, а Горбачёв с Рыжковым делают то же самое в ускоренном темпе. В США, где через федеральный бюджет распределяется 20-25% ВВП, споры из-за его формирования приводят к ежегодным шатдаунам. В СССР через госбюджет распределялись практически 100% ВВП, но публику он не интересовал. Россиянам органически чуждо понятие о государственных финансах как об ИХ ОБЩИХ ДЕНЬГАХ, от которых зависит их собственное благосостояние. Они всегда чего-то требуют от властей, но в глубине души РАССЧИТЫВАЮТ ТОЛЬКО НА СЕБЯ И ИЗ ЛЮБЫХ СОЦИАЛЬНЫХ ПЕРЕДРЯГ  ПЫТАЮТСЯ ВЫБРАТЬСЯ ПООДИНОЧКЕ.
      Объяснять шахтёрам истинное положение дел и в этот раз никто не собирался. Чтобы остановить протесты, правительство и Верховный Совет пообещали выполнить большинство требований, включая повышение зарплат, увеличение отпусков и улучшение снабжения. Осенью 1989 года стачечное движение привело к созданию «Союза трудящихся Кузбасса», был учреждён печатный орган рабочих региона.
      Забастовки то затихали, то разгорались вновь до 1990 года.