Ранняя весна

Проснулся не от каких-либо звуков, разбудивших меня, а просто так, от того что организму, видимо, просто надоело спать. Глаза оставались, прикрыты, лишь через щёлочки век пробивался дневной свет. Сознание постепенно наполнялось всевозможными звуками. Они приходили не все сразу, а по очереди. Первым, который уловил мой слух, была капель. Она исходила со стороны ближнего к кровати окна, выходящего во внутренний двор дома. Капало где-то рядом, равномерно, настойчиво, но без раздражения. И я уже было вновь, стал погружаться в нирвану сна, как первый звук, стал дополняться следующим. Он издавал журчащие звуки. Это уже была не капель, а хоть и маленькая, но всё, же струйка воды. Она так же не доставляла беспокойства, продолжая своё ненавязчивое стройное пение. Я знал, откуда они берутся, и можно было бы обратиться в управление дома с просьбой устранить дефекты пришедших в негодность сливных каналов, но тогда я бы лишился этого волшебного концерта. А в период прихода весны, вперемешку с холодным, но каким-то особенно чистым воздухом и солнцем, это всё создавало атмосферу праздника.
Приход весны это, несомненно, праздник. Пробуждение всего того, чего так хотелось после затяжной, вполне себе холодной зимы. Снег ещё лежит на большем пространстве земли, но он уже не тот, что был совсем недавно. У каждого дерева появилась своя личная округлая проталина. Он просел, обнажив в себе множество всевозможного мусора, который опал с деревьев ещё в самом начале зимы. Ночью застывают от минусовых температур небольшие лужицы, превращаясь днём в смесь грязного, рыхлого снега и воды. Зато кругом и всюду журчат ручьи, один погромче, другой еле слышно. В них отражается небесная синь, облака и солнце. Оно уже греет лицо своим теплом. Зимой стоило лишь поднять немного глаза, что бы узреть его, а теперь приходится задирать голову вверх, что бы дать ему  себя поцеловать.
Вспоминается далёкое уже теперь детство. Мы  в основном мальчишки, ещё в зимних одеждах, но при этом в резиновых сапогах, надетых на тёплый, связанный бабушкой носок, несёмся вдоль этих живых журчащих вод, поправляя палочкой свой, у кого какой придуманный самим кораблик, или баркас, а может, и даже теплоход. Детская фантазия безмерна. Зная много о других странах, пиратах, индейцах, да и о всевозможных баталиях, можно себе вволю пофантазировать, играя роль того или иного героя. Кораблики у всех разные и в основном самодельные. С любовью выточенных из подручных средств, где самими, а где и с помощью взрослых. Те только наблюдают издалека, снисходительно улыбаясь, глядя на наши забавы. Возможно, вспоминают своё, не такое уже и счастливое детство. Наше детство было настоящим. Таким, которое позволяло мечтать. А главное  быть дружными и нужными друг другу. Конечно, не обходилось без ссор и даже кулачных боёв до первой крови. Но всё это было на уровне абсолютной справедливости. Возможно, это мне только так повезло, но это, выходит, было и с теми, кто был дружен со мной, а значит, нас таких было много.
Помню, что на Новый год мне достался в подарок небольшой пластмассовый кораблик. Я всю зиму мечтал, как выйду с ним весной на наши гонки, и каково же было моё разочарование, когда выяснилось, что он не способен плавать по таким мелким водяным каналам, как уличные, да и не каждая лужа обладала такой глубиной, способной дать тому уверенно стоять на воде. То, чего я с таким нетерпением ждал, оказалось невыполнимо. Ожидание праздника было испорчено. И когда мне всё же удалось найти для него достойное «море», тут фортуна отвернулась от меня. Пока я старался не набрать в свои сапоги воды, тот устремился за потоком и исчез в водовороте, я лишь успел ухватить его за парус, а остальная часть безвозвратно была проглочена водяной массой. Но это почему-то меня нисколечко не расстроило. Недалеко болтавшаяся девчонка, видя мою потерю, подошла и, ткнув меня в бок , протянула вполне себе прилично сделанный из коры плоский кораблик и, махнув на прощание, молча исчезла в воротах дома, в который мы никогда не ходили. Это был подарок так подарок. Я ещё не один день ошивался в районе этого дома, но её так и не встретил, что бы отблагодарить. Это получилось сделать позже, летом, когда мне пришлось отбивать её от разъярённой собаки, которая набросилась на неё у ворот. За что и получил укус в причинное место от обезумевшего зверя, пока закрывал её своим телом. На шум выскочила её мама и отогнала пса, а меня, ревущего, отвела к ним домой. Обработав  укус, она зашила мои штаны, пока мы с  девочкой надувались чаем с баранками и вкуснейшим вареньем, и потом отвела меня домой, долго благодарив мою маму за такого сына. Я, конечно, был горд собой, но до сих пор с опаской отношусь к собакам, появляющимся рядом со мной.
Но это всё было в прошлом, а сейчас неторопливо журчит ручеёк и мерно капает с крыши, вдалеке слышится гомон отсутствовавших до этого ворон. Появились грачи со своими огромными клювами. И вновь стали возвращаться утки, впервые за несколько лет не проводившие зиму в городском парке. А совсем скоро появятся крикливые чайки. Но те прилетят только с появлением на парковом озере воды. Расселятся по крышам домов и будут надоедать своим криком до самого выводка птенцов и сопровождения тех на воду. Ещё будут лопаться и распускаться почки на кустах и деревьях, испуская волшебный аромат новой жизни. Порадует свежая мягкая травка     вперемешку с желтками первоцвета.
Ещё много чего будет радостного. А пока лишь осевший, грязный, с прошлогодними листьями снег нисколько не раздражающий своим видом и мягко ласкающее твоё лицо ласковое солнце.