Настасья Марковна Петрова - супруга протопопа Авва

          За каждым великим мужчиной стоит великая женщина. Бернард Шоу.

     Петрова Настасья Марковна (1624 г. село Григорово Нижегородских приделов - 1710 г. Москва) - супруга и сподвижница протопопа Аввакума.

         И в 17 веке любить умели! Мятежный протопоп Аввакум и его супруга Настасья Марковна.

     Русская история 17-го "бунташного" века сегодня далека от наших современников. А между тем это было время острых политических, экономических и социальных и религиозных противоречий, оно и завершило эпоху Русского Средневековья.

     Сама эпоха строилась на идеях "Домостроя", в нём чётко регламентировались отношения между людьми, личность подчинялась воле церковных канонов и народных традиций.

     Согласно "Домострою" супруги должны вступать в брак по воле родителей, хранить себя в чистоте, рождая детей, муж должен защищать свою жену, а та, в свою очередь, жить в послушании мужу, следуя за ним туда, где ему доведётся быть.

     Именно этот идеал христианской семьи считался богоугодным и спасительным. На него следовало ориентироваться.

     Идеал всегда трудно воплотим в жизнь, но бывали и исключения. Стремился жить по "Домострою" протопоп Аввакум - один из самых известных вождей русского старообрядчества. Он происходил из небольшого села Нижегородской земли, подростком остался без отца, и его мать выбрала для него невесту - осиротевшую 14-летнюю дочь кузнеца Настасью Марковну.

     После свадьбы и рукоположения молодые жили в мире и согласии. Однако семейная жизнь усложнялась необыкновенной ревностью к вере, она была характерна для молодого священника.

     За свой аскетизм, стремление к исполнению церковных правил ещё в молодости был неоднократно бит прихожанами и осуждаем другими священниками. Но он не боялся никого и ничего и стремился во что бы то ни стало донести до людей Слово Божие и заставить их жить по канонам церкви.

     Много выпало лишений на долю священника и его семьи! Настасье Марковне на сносях и с маленькими детьми пришлось однажды бежать из села, где служил супруг, в итоге их дочь родилась у чужих людей, приютивших их по дороге. Но,казалось, мытарства их закончились, когда Аввакума заметили  церковные деятели Москвы. Даже царь Алексей Михайлович оценил его обширные познания, рвение и благочестие и помог стать протопопом, и получить хорошее место для службы.

     В то время патриарх Никон задумал церковную реформу для того чтобы привести русское православие в соответствие с древними общепринятыми канонами. Москва рассматривалась в смелых планах Никона и царя, как "Новый Третий Рим" - великая держава, которая объединит все христианские народы. Реформы касались, в том числе, исправления богослужебных книг. Однако этому горячо воспротивился Аввакум, считавший, что книги переписывать - это изменять само Слово Божие, а значит, служить не Богу, а его известному оппоненту.

     Протопопа переубеждали, как могли, но он стоял на своём. В итоге мятежного Аввакума вместе с семьёй, которая в ту пору стала уже многодетной, сослали в Сибирь. В своём Житии, написанном на склоне лет, протопоп рассказывает о тех лишениях, какие довелось пережить ему и верной жене Настасье Марковне. А испытаний на их долю выпало немало, это была и трудная дорога в Тобольск, и расприи с местным воеводой Пашковым, и голод, от которого у Аввакума и Настасьи умерли двое малолетних сыновей.

     Описывая подвиг своей жены, Аввакум рассказывает о таком разговоре с ней:
   Приду - она пеняет:
   "Долго ль муки сей нам будет, протопоп?"
   А я ей: "Марковна, до самой смерти".
   "Добро, Петрович,
   Ино дальше побредём".

     Кротость и смирение Марковны Аввакум рассматривает как важнейшую христианскую добродетель, как покорность воле Бога и жертвенную любовь  к мужу и детям.

     Ссылка протопопа и его семьи продолжалась 10 лет. Но царь Алексей Михайлович благодаря заступничеству своей жены Марии повелел Аввакуму вернуться. В то время в Москве произошли перемены: патриарх Никон бы в опале, и ссыльных встретили ласково. Но протопоп ничего не хотел слушать, а твёрдо выступал за возвращение "старой веры". Он читал проповеди, отказывался служить по-новому в храме, не слушая просьб жены, она умоляла его ради детей смириться и замолчать.

     Аввакума вновь уговаривали прекратить своё горячее сопротивление, но он оставался таким же твёрдым, как кремень. Начались новые гонения, Аввакум снова вместе с семьёй был сослан на тот раз в Окладникову слободу на реке Мезень, в самую даль и холод Архангельской земли. Верная Марковна, недавно родившая Аввакуму их последнего, девятого ребёнка, отправилась с детьми в новую ссылку.

     Правда, здесь мятежный священник пробыл только полтора года, его вернули в Москву, стали вновь уговаривать принять новые церковные обряды, потом расстригли и предали анафеме, вызвав недовольство народа и консервативной части боярства и духовенства.

     Многих соратников Аввакума подвергли пыткам и казням, его же только наказали кнутом и посадили в земляную тюрьму в заполярном городе Пустозёрске, который находился в тысяче километров от Москвы.

     В этих нечеловеческих условиях Аввакум и трое его искалеченных сподвижников с усечёнными языками и обрубленными кистями рук провели 14 лет. Но даже здесь верная Марковна не забыла о своём супруге, пересылая ему с верными людьми посылки. Узников содержали на хлебе и воде, поэтому забота протопопицы была очень востребованной.

     Впрочем, и самой семье Аввакума в Мезени пришлось трудно.Настасью Марковну и двух её старших сыновей посадили в тюрьму. Детей приговорили к повешению, которого избежали, написав вместе с матерью письмо царю, что не являются врагами церкви ("соборной и апостольской церкви ни в чём не противны"). Приговорённых не казнили, но и свободы им не дали. Дочери Аввакума при этом были лишены всякого пропитания и вынуждены были жить на то им приносили люди из милости.

     Между тем дух Аввакума ничем нельзя было сломить. Даже узнав об отречении сыновей и верной Марковны, он не осудил их, а только пожалел, что те, устрашившись смерти не захотели надеть на себя "венец мученичества". Сам же он был готов к любому концу и желал умереть так, как это делали первые христиане.

     Протопоп потерял всякий страх, рассылая по стране свои письма с осуждением царя и призывами отречься от новой веры.

     Это переполнило чашу терпения царя Фёдора Алексеевича, он приказал подвергнуть бывшего протопопа и его сподвижников казни. В 1682 году Аввакум и его соратники были заживо сожжены в деревянном срубе в Пустозёрске.

     Узнав о смерти мужа, настасья Марковна написала царю слёзную челобитную с просьбой об освобождении её и сыновей. Её просьба была исполнена  только спустя 10 лет. Вдова вернулась с детьми в Москву, где и скончалась в 1710 году, пережив своего супруга на 28 лет.

     Так завершилась жизненная история супругов. История, не во всём понятная нашим современникам, но вызывающая уважение к твёрдости убеждения протопопа и смирению его верной жены.

          Источник: dzen.ru