Два берега

 Рассказ из будущего сборника "Чудесные новогодние истории из многоквартирных домов"


 Когда найдешь на дороге купюру - как вот нашел сторублевку недавно совсем на заснеженной белой обочине молодой человек по имени Дима - так каждый раз потом на этом месте начинаешь инстинктивно оглядываться вокруг, да тщательнейшим образом осматривать всю дорогу - лишь только припомнив об этом, столь дивном, событии, с тобой приключившемся. Словно здесь эти деньги растут на обочине, и может быть ты, вот, застанешь теперь новый их урожай. Точно так же и с девушкой. Дима вот уже как целый месяц всё ждет - не увидит ли девушку снова в своем старом лифте, раз увидал там уже один раз?.. Эта девушка ехала сверху, а он подсел в лифт на своем, на седьмом, и хотя оба вышли на первом и разошлись потом в разные стороны - с тех пор уже образ таинственной незнакомки из Диминого сознания всё никак не хотел выходить. Из лифта вот вышел - пожалуйста!.. А из сердца - отказывается всё до сих пор, как ты его ни уговаривай. И почему?.. Чем образ этот настолько хорош?.. Девушка не особенно как-то красиво одета была - нет, напротив по-старинке как-то совсем уж: как будто из бабушкиного и прабабушкиного шкафов вместе взятых. Только наушники на шее современные более или менее, и подводка на глазах тоже - кажется свеженькая. Остальное же - допотопное. Но за это её как-то было и жалко. Очень-очень даже жалко. До встречи в лифте жалел всегда Дима себя: что, вот - он какой такой бедный-несчастный - живет один, денег нет, нет нормальной стабильной работы - а всё только временные шабашки одни - если что-нибудь постоянное и предлагают: то всё не по вкусу его и какое-то малооплачиваемое. И это ведь с хорошим его образованием, на которое он убил столько времени просто в надежде что обеспечит оно ему хорошую, стоящую, любимую работу однажды. Но литературоведов, коим он быть бы хотел - что-то, вот, как-то не ищут. А если и ищут - то не находят его. Находят кого-то получше на их странный взгляд. Знал бы Дима что всё равно ему после филфака придется ходить на разгрузку-погрузку мебели и прочая - так не тратил бы время, наверное, а просто бы жил, и уж книжками увлекался в свое удовольствие собственное, а не с научным подходом, который был нужен ему для того лишь, чтоб собственную большую любовь к литературе обратить как-нибудь ещё и в стабильный доход. Да вообще - так уже Дима заметил за жизнь свою, не совсем ещё длинную, что всё, что бы ни делал ты ради денег в их чистом виде - ну непременно не удается. Не удается и потому даже может быть, что Диме претить начинает идея корысти ещё при её самом первом же появлении в сознании - а потому он, хотя не откидывает её на совсем, и продолжает идти в первое время к ею установленным целям - но все-таки шагом нетвердым идет, сомневаясь всё время, оглядываясь на свою совесть, оставленную ради этого пути где-то там - позади - и поминутно жалеет о том что путь этот избрал. А от того и не добивается, видимо, на нем результата. Другое же дело - когда появляется стимул что выше денег и материальных благ, что использует сам их и всё с ними связанное для более возвышенных задач, и корысть, коей Дима считает даже обычнейший заработок на жизнь - наконец-то становится не конечным уж пунктом назначения, и не высочайшим звеном в иерархии - а только лишь пешкой, обслугой у высшей цели, этапом большого пути к чему-то поистине ценному. Вот например - когда маме он раньше хотел к Дню рождения сделать подарок, так всё сразу же начинало тогда ладиться: и работа тотчас находилась, и её проживал Дима более или менее просто - ведь труд свой теперь посвящал не банально деньгам, а цели высшей, прекрасной - и деньги скопить удавалось на эту цель, что была выше их самих, как таковых. Вот и теперь - с ним случилось почти то же самое. Не знает ещё Дима - встретит ли вовсе хоть раз ещё девушку в лифте или вообще где-нибудь - но увидев её раз - перестал уж жалеть он себя окончательно и начал жалеть вместо этого её (это во-первых) - ведь, вот: он мужчина, всегда где-то сильные руки нужны для работы, всегда значит где-то на жизнь заработать он сможет - а это девушка: тоненькая, хрупкая, слабая. Вот как ей искать где работу?.. Нет - где-то уж точно и ей что-нибудь да найдется в большом шумном городе. Но... ведь ей и работать ещё тяжелей чем ему?.. И чего он ещё, тогда, жалуется?.. Он, хоть вот, одет по-нормальному. А у девушки средств и одежду купить нет - ходит, бедная, невесть в чем доисторическом, и сама такая, внутри этой одежды... ти-ииихая... жалкая. Одежда ей, кстати, идет, как ни странно. Лицо очень-очень красиво в ней выглядит. Но вообще как-то кажется Диме что ЭТО ЛИЦО - в чем угодно смотрелось бы дивно. Поэтому... Появилась у Димы теперь одна, новая цель - сделать что-нибудь наконец со своей этой жизнью не ради себя и не ради уж своего, наконец-то, достатка - раз всё равно эти цели ему не дают, своей низостью, себя достигать - а ради нее. Да, ради незнакомой абсолютно девушки которой ему с каждым днём, когда он раз за разом вспоминает лицо на фоне кнопок лифта склонившееся так тихо вниз - хочется  всё больше и больше подарить счастье какое-то, жизнь настоящую - жизнь без нужды, без печали, без тягот тяжелого и нелюбимого труда. Он твердо решил что теперь станет просто работать - где только придется - чтобы если вдруг встретит её ещё хоть один только раз в своем лифте, ну или где-нибудь вообще в большом этом мире - суметь предложить эту жизнь, а не полный отчаянный нуль, что пока ещё был у него. Влюбиться ведь мало - влюбился и шут с тобой: и ходи сам влюбленный. Но только другого не трожь, если знаешь что жизнь его только лишь хуже способен ты сделать. А если ты хочешь влюбленности дать этой шанс - то ты должен всецело себя посвятить не тому чтобы выиграть чего-нибудь сам для себя - а чтобы другому хорошее что-нибудь сделать. Имеешь любовь к бедной девушке в сердце своем - с любовью к литературе стоящую вместе теперь уж на книжной полочке души - так подумай о ней, а не сам о себе. Как приходить в её жизнь и не иметь ничего, что бы мог предложить ей хорошего из своей собственной?.. Нужно сначала в своей что-нибудь хоть, но организовать - а потом уж: лезть с нею и к жизни чужой. Дима в этом убежден оказался твердо и принялся что есть силы пахать. И искать себе, тоже, работу в три раза усиленнее. И вот чудо - на большую цель и работа поймалась крупнее. Сначала шабашки получше, а после - наконец-то и должность корректора в крупном издательстве. Не литературовед - но ещё, в чем-то, лучше: работаешь с новым, со свежим, с непрочитанным ещё точно никем, в том числе и тобой - а значит: прекрасно. Он и не стал бы искать себе такую работу, если бы не девушка. Только благодаря ей он зашел и на сайты с теми объявлениями, что, раньше ему казалось, совсем его не касались. И вот - хорошая работа. Всё только благодаря ей. Она сама бедная, на одежду нормальную даже нет денег - а вот ему подарить смогла хорошую работу и зарплату - смогла обогатить его, хотя сама ничего не имела. Вот чудесное дело - любовь, правда?Дела его вновь, в общем, пошли на лад, и уже смог впервые за съемную двушку он заплатить теперь сам, не воспользовавшись возможностью попросить помощи у родителей, и уже даже стал он подумывать о том чтобы, если прибавят зарплату ещё ему в будущем - так начать снимать квартиру получше, чем нынешняя... Но, во-первых, стыдно перед девушкой - а вдруг завтра она в его жизни появится, и ей понадобится помощь, а он лишние средства растратит на личную роскошь?.. Нехорошо. А во-вторых - этот дом, где живет он сейчас - его единственное с ней связующее место. Уедет он и шансы встретить её где-то в мире совсем сократятся до минимума - в то время как и уже всё никак она, что-то, ему не встречается, хотя продолжают они, видно, жить в одном доме. И Дима отбросил пока что свою эту, невыполнимую как кажется из-за всех обстоятельств, задумку, решив копить лучше для девушки (если вдруг даже выдастся эта возможность - копить) - вдруг она согласится, действительно, в жизни шагать вместе с ним уже дальше по миру, когда они снова с ним встретятся? Вдруг пригодится накопленное на исполнение её, собственных, целей, мечтаний, идей?.. И дела всё налаживались. Вот, в довершении, даже купюра нашлась на обочине этой недавно - настоящая, в сто рублей. Не крупное чудо - но всё же... Приятно. Когда деньги сваливаются уж совсем тебе как-то так из неоткуда под ноги - то это всегда почти кажется добрым знаком. И значит - ты движешься в верном теперь направлении. Сегодня, опять проходя по тому самому месту, где на дороге нашел деньги Дима всего пару дней тому назад, он разулыбался от мысли что делает, видимо, всё совсем правильно, оглядывая тщательно дорогу между тем, и замер внутренне в чудном том предвкушении, что охватывало его абсолютно всегда теперь, при приближении к дому - а вдруг он её встретит снова?.. Сегодня?.. Вдруг?..
 Но не встретил. По пути домой никакой такой девушки не было, и Дима, уже решив для себя что сегодня ждать точно нечего, сел дома с дороги перекусить, почитал чуточку, и  после пошел прогуляться немного по зимнему морозному городу, раз вечер остался свободен сегодня. Вызвал лифт и принялся ждать, уже ни на что не рассчитывая - ведь сказал себе что пожалуй наверное хватит волнений бесплодных: когда её встретит, тогда уж и встретит. А до того - нечего и переживать. Слишком уж трепетным и волнительным стал для него каждый путь по подъезду и в его окрестностях, из-за надежды увидеть девушку. Пора отвыкать от этих лишних нервов. В конце концов кто сказал ему что он и вообще её встретит ещё раз?.. Быть может она вообще ведь живет и совсем не зде...
 Двери открылись перед Димой, и испуганно на него из-за них поглядели заплаканные, растерянные глаза той самой девушки.

- Здр...равствуйте.- только и нашелся что сказать от неожиданности Дима.

- Здравствуйте... - тихо кивнула ему девушка, что была уже чуть в другой одежде сегодня - но всё ещё в очень старой, поношеной и бесформеной - и опустила глаза. Зря. В них смотреть Диме хотелось ещё и ещё, не переставая. Да и как долго он ждал одной этой возможности - в них наконец посмотреть!..

- Вы вниз?.. - зачем-то узнал он, хотя и сам видел что кнопка с циферкой один горит красным - наверное хотел ещё раз хоть услышать её дивный голос.

- Да... - тихо кивнула незнакомка.

- Тогда и я с Вами. - и Димашагнул нерешительно внутрь. Нажал по привычке сразу же кнопку закрытия дверей, как делал всегда в таких случаях - чтобы закрылся лифт поскорее и уехал вниз тоже быстрей... и сразу же тысячу раз пожалел об этом внутренне. Вот зачем же теперь?!. Когда каждое мгновение рядом с НЕЙ - так бесценно...

 Закрылись двери. А девушка, потихоньку кивнув одобрительно, отвернулась к зеркалу и глядя в пол попыталась не плакать. Но плакала. Всё равно. А вместе с её отражением в зеркале - плакала даже в два раза сильнее. А вместе с её отражением в Диминой душе - плакала в тысячи миллионов раз больше, сильнее, невыносимее... Дима знал что ещё очень мало ей может чего предложить в своей жизни - даже и взявшей уже курс на взлет. В кармане его всего только пятьсот и осталось рублей после встречи вчерашней с квартирным хозяином. Дима знал что ещё очень рано брать на себя дерзость - хоть как-нибудь трогать другую прекрасную жизнь... но если сейчас ей, действительно, плохо - другой этой жизни... Если, вот, она плачет у зеркала тихо и незаметно... Если Дима, в конце концов, ждал этой встречи так долго, и неизвестно - дождется ли снова ещё хоть когда-нибудь... То почему бы не предпринять ему что-нибудь хоть, уже прямо сейчас?.. Хотя бы заговорить с этой девушкой для начала.

- Простите пожалуйста... Я... - начал Дима неуверенно и осторожно, решив про себя что попробовать надо, - Извините что спрашиваю - а Вы в этом доме живете?.. Я, просто, давно как-то очень увидел Вас здесь же вот - в лифте - и тогда запомнил очень хорошо. Всё с тех пор ждал - не увижу ли снова? Но... как-то, вот, Вас не встречал. Сегодня - впервые с тех пор.

- Нет... - тихонечко ответила девушка, - Я... не здесь. В другом месте. Я в таких домах вообще никогда не жила... многоквартирных. Я больше - подальше от цивилизации. - улыбнулась она неловко. - Вот, только... к знакомым могу приехать и...

- Яааа-асно... - промямлил Дима, у которого всё внутри перевернулось от того, насколько же бедна, оказывается, эта несчастная девушка... Она ещё и деревенская. Такого он даже и предположить сам не мог, хотя и жалел всегда, и без того, эту таинственную незнакомку... И ещё Дима внутренне изумился тому - насколько же более несчастные чем он живут люди на белом свете, а он ещё смеет при этом жаловаться... - Извините пожалуйста. Тогда теперь понятно - почему я Вас редко так вижу. Вы где-нибудь... ближе к природе, наверное, обычно живете?..- как можно деликатнее постарался выразиться молодой человек.

- Ну да... - кивнула девушка, сглатывая очередную свою партию слезок.

- Ясно... Вы плачете? У Вас что-нибудь случилось?.. - рискнул наконец спросить прямо Дима и замер до ужаса напряженно, пока за ним двери лифта со скрипом и скрежетом раскрывались на первом - ведь, кажется, сейчас разговор мог либо оборваться окончательно, либо наоборот - получить шанс продолжиться, и продолжиться как-то поглубже, чем просто дежурный обмен фразами между двумя незнакомыми друг другу людьми. Всё или ничего - теперь именно это должно было и решиться.

 Девушка вскинула глаза на него - огромные и заинтересованные - и уже по одному только этому взгляду, ещё до какого-либо хоть её ответа, Дима понял что разговору их, кажется, суждено будет продолжиться.

- Нет... так... Женская истерика - стандартная вещь!.. - засмеялась сквозь слезы девушка тихонечко, - Беспочвенная и беспричинная как ветер - приходит и уходит, немножечко портит макияж, но истинных её причин никто не может назвать точно - они все в неуловимых перепадах температур воздушных легких слоев: о них знает только холодный надводный туман и горячие солнечные космические лучи... Ха-ха-ха!.. - рассмеялась неловко девушка после такой длинной и красивой фразы, в то время как Дима стоял возле лифта и на нее ошарашенно очень глядел, - Ну это - если красиво сказать - а так: просто глупая очередная печалька по пустяковому поводу. Не обращайте внимания...

- Вы... - глядел на нее изумленно по-прежнему Дима, и никуда не сдвигался никак с места, ведь, во-первых - то поразило его что, судя по изобретательному такому ответу, девушка тоже не против с ним познакомиться, а во-вторых и ещё один факт... сейчас о нем Дима сам скажет. По этим причинам стоит он как столб, и поэтому девушке тоже пришлось уж пока что стоять на первом у лифта и не идти никуда по своим делам дальше - ведь некультурно идти, когда разговор ещё, вроде бы, не закончен, а собеседник стоит, вот, на месте как вкопанный. - Вы случайно не... писательница?..

- Ха-ха-ха... а что?..

- Вы... просто, знаете - мне кажется у Вас талант. Вы сейчас... фразу сказали - точь-в-точь почти как в... одной книжке. Вы её точно не знаете - она ещё не вышла. Я, просто, корректором в издательстве работаю - и сейчас как раз с этой книгой... сижу. Вот почти точно как Вы сейчас и сказали... прямо-таки дословно...

- А как её автора зовут?.. Может я знаю?

- Сергей... ой... Сергей... сейчас вспомню... Серге-еей... Никифоров кажется. Но могу ошибиться с фамилией. Ну, ноунейм писатель - но кстати хороший очень даже. Знаете, многих знаменитых писателей можно уверенно с ним сравнить. Мне очень нравится. Очень так... с чувством написано, вдумчиво. Советую Вам почитать когда выйдет. Он, правда вот, слишком большим уж количеством лишних тире и запятых, знаете, грешит. Исправлять много приходится... Ну и ещё у него одна беда - это паузы между абзацами там, где их быть не должно. Хотя... может быть - это его, просто, такое вот видение. Ладно... Так - человек, вроде бы, не безграмотный и довольно-таки умный. Во всяком случае - выражается с выдумкой. Просто в знаках препинания иногда, кажется, путается. Ну а Вы - прямо почти, вот, дословно и...

- Спасибо большое за рекомендацию. Постараюсь, когда выйдет - обязательно почитать. Я книги о-оочень люблю...

- Да? Я тоже. Просто невероятно! Всегда радостно встречать людей в современном мире, которые тоже ещё не бросили книги. - Дима наконец-таки сдвинулся с места и медленно с девушкой вместе стал продвигаться по лесенке к выходу, - Не многие теперь способны отдавать должное своему воображению, когда есть блокбастеры и спецэффекты, компьютерная графика и... тому подобное. Мне кажется - книги это такой вид источника информации, который заставляет тебя ещё и самого создавать её, а не только лишь потреблять в готовом полностью виде. Это тот вид искусства, воспринимая который ты сам ещё становишься немного творцом, а не только лишь зрителем... Вам туда - к остановке наверное?.. - остановился Дима возле подъезда, придержав дверь для девушки.

- Да... сама не знаю, если честно!.. Я так - погулять пока где-нибудь здесь, рядом думала, а потом ехать домой. Сама не придумала ещё: куда вообще сейчас иду.

- Да?.. И я тоже гулять. Просто так. Не могу Вам составить компанию? - сам удивляясь внутренне своей наглости, выпалил Дима, и даже немножечко за это себя похвалил, - Мне кажется - нам с Вами было бы о чем интересном поговорить. А не каждый ведь день встречаешь людей, с которыми можно найти общие темы для разговоров - это очень ценно.

- Хорошо. Я согласна. - улыбнулась немного грустно девушка, но в глазах у нее заблестели уже более веселые и радостные огоньки - хороший знак. - Может быть у Вас есть более четкий план куда нам идти?..

"Нам"!!! От этого слова у Димы внутри заиграл туш личный духовой оркестр.

- Да, есть. Я здесь неподалёку одно место знаю... Вы знаете - очень оно праздничное, на мой взгляд - вот, как из сказки. А все-таки Новый год скоро - праздники как никак - а настроение... настроение и у Вас, кажется, тоже не самое праздничное, правда?.. Мне кажется - надо его поднимать и настраивать на сказочный лад, пока ещё не поздно и праздники не прошли. Хотите туда сходим? Это недалеко, хотя немножко пройти и придется - здесь, за леском... ну, за парком, который через дорогу, знаете?..

- А-ааа... ну да-да... Давайте пройдемся. - замялась как-то девушка, но решительно кивнула в конце концов.

- Ну и отлично! Я Дима. - протянул руку Дима-корректор.

- Яна. - улыбнулась и девушка, протянув свою руку в ответ.

 И вот они уже шли к переходу подземному, что под шоссе, перекрикивая его шумное оживленное движение, и обсуждая какие-то книги и прочее, что имеет не очень-то большую смысловую ценность для уважаемого моего читателя, а потому и не стану я здесь приводить весь их разговор досконально - но для двоих собеседников ценность и смысл имело все это куда больший, глубокий: даже не тот, что в словах содержался, а в самой сути того что они говорят и, что самое главное - хотят говорить и вообще, вот, друг с другом. Перейдя под шоссе на другую его сторону и пройдя по дворам (или дворику только всего одному, уж скорее), они наконец-то вошли в старый парк, что, почти не имея в себе освещения - имел, зато, такое разнообразие лесных, чудных запахов, которые даже в морозное время здесь заполняли собою пространство - что они заменяли сполна собой образы зрительные. Сперва шли по ещё освещенным тропинкам - где фонари, грозно выпрямившись, сторожили границу между настоящим и прошлым - между миром огромных домов и шумных шоссе, и миром природы - такой же тихой, спокойной и первозданной, как двести-триста, а то и семьсот лет назад. Но вскоре, пройдя пограничную зону - погрузились в мир прошлого, где фонарей вовсе не было. Но зато была лестница - огромная преогромная - ведущая вниз с большого холмика, на котором они были теперь, как оказывается, в низину - к небольшой тихой речке.

 - Здесь дальше света нет. Но это не страшно. - объяснил Дима. - Потом опять должны будем к цивилизации выйти. Воо-он, видите - между деревьями дома уже видны?.. Вид красивый такой... Здесь, просто, иначе никак не попасть туда, куда я Вас обещал отвести. А место - замечательное! На берегу реки. Ну, вернее канала большого - здесь этот канал - он оканчивается и... Короче говоря мы с Вами сейчас с одного его берега на другой, как бы, проходим - обходя через лес. Я фонарик включу на телефоне, чтоб видно было что под ногами, и надеюсь - благополучно спустимся. Держитесь, чтобы не поскользнуться. - предложил свою руку Дима как истинный джентльмен, и сам начал, тут же, при спуске всё время скользить и шататься, но только не падать - ведь Яна, на счастье, держала его крепко.

Так и спускались тихонечко по длинной-длинной лестнице, мимо родника, о котором свидетельствовал в темноте только булькающий, журчащий хрустально в стороне, звук, а Дима о коем понарассказывал за время спуска всего, чего только знал - и историю, и легенды, и то как к нему люди ходят с бутылками, и то как он сам его впервые нашел в яркий солнечный день, что клонился тогда уж к закату, и ещё про свои путешествия по этому парку в другие одинокие дни... И наконец они оказались на ровном уже деревянном настиле над речкой, и пошли поспокойнее, выключив даже фонарик: ступенек опасных теперь больше не было, а все в целом было прекраснейше видно в вечернем зимнем свете, отраженном от снега, и отблесках огоньков большого жилого комплекса, который впереди виднелся за деревьями. Здесь разговор наконец-то пошел как-то чуточку более откровенно и более как-то о них, чем о ком-то и чем-то ещё, совершенно им постороннем. Дима вернулся к тому, о чем очень хотел бы сказать ещё с самого начала их сегодняшнего разговора, но как-то ему страшно всё было и начинать, пока они шли при свете и его видно было прекрасно, а девушку видно ему - а здесь, в темноте - чуть-чуть как-то полегче, вот, стало... Сказал кое-как осторожненько Дима о том как он долго ждал встречи с ней, вообще-то, и что... и что в его жизни столь многое складываться стало лучше как раз-таки благодаря ей, и что он, конечно же, ещё не совсем уж достойный и стоящий человек, чтобы хоть как-нибудь просить себе её внимания - но очень хотел бы хотя бы поблагодарить её за ту помощь, которую в жизни ему, сама даже не зная того, она оказала. Ведь именно она - виновник всех его настоящих успехов. А значит - без благодарности было бы как-то нечестно оставить её, не смотря на то что звучит теперь благодарность эта так странно и неуместно быть может... Да нет - почему же странно?.. И почему же и неуместно?.. Вполне она замечательно даже звучит... Да?.. Ну и славно... А то он боялся что... она... ну... рассердится. Да нет - почему же рассердится?.. Она и не думала сердиться. Она и не думала что вот так - ничего совершенно не сделав полезного толком, а только один лишь раз встретившись в лифте кому-то - способна будет так изменить его жизнь этим к лучшему. Она и не думала - что настолько она может быть небесполезной в этом мире... Да нет - конечно же она не бесполезная!.. Как же?!. Поэтому он ей про все это, вот, и сказал - что она очень-очень полезная, а наверное не знает об этом... раз плачет, вот, перед самыми праздниками... А она - вон какая полезная!. Немыслимо просто полезная! Достойная самых всех лучших вещей и людей в этом мире! (На личный, конечно же, Димин влюбленный взгляд)... И ему просто безумно хотелось бы сделать и жизнь вокруг для нее хоть чуточку более достойной её самой. Вот только ещё он не слишком справляется. Но... если бы только ему разрешили - дали шанс на то чтобы он занимался вопросом этим теперь уж не только так, как вот до этого - самовольно - но и ещё теперь с её разрешения - то он бы, наверное, достиг результатов куда больших и лучших, ведь знал бы что точно все это не зря, и она не откажется после воспользоваться результатами его усердного труда. Так разрешит ли она?.. Они остановились над речкой, прислушиваясь в темноте к дыханию друг друга, которое заменяло теперь собой каждому взгляд собеседника, по которому можно было бы понять - насколько он честен с тобой и серьезен... Прислушивались... И момент получился весьма романтичным -  похожим на кадр из киноленты или какую-нибудь строчку из песни (так это сейчас ощущалось, переводя с языка чувств на язык сугубо литературный)... И если бы только не глупая утка, которая в конце концов резко и громко закрякала прямо рядом с ними внизу, и захлопала по воде крыльями, из-за чего Яна громко ойкнула от неожиданности, а Дима, вздрогнув, сказал ей в ответ: "Ой, тьфу-ты..." - то момент получился бы жутко красивый и красоты его не разрушило бы, наверное, уж ничто. Но в результате - благодаря стараниям водоплавающего пернатого - сказала Яна в итоге что разрешает пожалуй - уже не серьёзно и тихо, а смеясь весело после такого-то внезапного испуга. И Дима тоже в ответ засмеялся, переспросив: "Правда?.." Ну а почему же не правда?.. Конечно же правда... Но только можно уж сильно и не стараться - ей и так неплохо живется, и главное - просто само его это желание. Уже от него хорошо. И Дима пообещал что стараться он все-таки будет, ведь самому теперь больше ещё только хочется сделать её жизнь прекрасной, да взял руку Яны в свою не как-нибудь там очень грустно и долго, как в романтическом кинофильме, а радостно, весело даже может быть, улыбаясь в темноте на своем неловком "Спасибо!", которое повторил несколько раз - да так же и зашагали они по мостику дальше: ещё продолжая друг другу радостно улыбаться, а не глядеть как актеры задумчивыми тяжелыми взглядами мимо камеры. И, кажется - так даже лучше. Мне не хотелось бы чтобы в книжке герои мои слишком уж много и беспричинно печалились как какие-нибудь там взрослые, и даже вещь радостную такую как любовь, смешивали всё время с тоскою и болью душевной. Пусть лучше смеются как дети и радуются - ведь это прекрасно, и описывать, всё же, не так долго как прочее (а значит ведь - мне же и легче), да и вообще - как-то это приятнее даже порою.

- А там о-ооочень богатый жилой комплекс сейчас начинается. - говорит Дима радостно, шагая с Яной к выходу из парка, - Очень дорогой. Элитный. Мы сейчас через него пройдем с тобой, чтоб на берег попасть - там другой маленький парк: очень красиво украшенный, да и сам по себе - тоже красивый и очень. Туда я и обещал тебя привести. Тут дома - ну сейчас сама увидишь - как, прямо-таки, замки какие-то! Хотя они и современные - но снаружи как дворянские усадьбы какие-нибудь выглядят. Прямо-таки архитектура такая...

 И скоро они уже, правда, шли вдоль небольшой пустующей автомобильной дороги, окруженной красивыми низенькими домами, что во дворах - за заборчиками.

- Вот, даже здесь уже - видишь как часто украшено всё так красиво - там, во дворах?.. Уже - словно настоящее такое Рождество с открытки, правда?.. И елочки эти светящиеся в окнах... и гирлянды на кустиках во дворах, и... ну сама видишь. Мне всегда здесь под Новый год всё очень напоминает такую красивую сказку... Дома эти, гирлянды, елочки... А на берегу - ещё больше всегда украшений. Я, правда, в этом году сам ещё здесь не был в зимний сезон - не знаю: может что изменилось... Если честно - тебя на свой страх и риск, вот, повел!.. Ха-ха, сам не зная куда!.. Но надеюсь что... всё красиво здесь будет. Знаешь... - Дима задумался, - Может быть... уж не знаю когда... но когда-нибудь... Может быть что и мы с тобой сможем здесь жить. Представляешь?.. Вот где-нибудь здесь, в этих домиках - в большой, просторной квартире... с несколькими комнатами... Ты сможешь сидеть у окошка, читать и смотреть из окна прямо на реку, или на парк... Да и можно было бы ведь тебе сделать в одной из комнат настоящую самую библиотеку!.. Ты представляешь?.. В таком большом доме и это можно... И елочка будет у нас под Новый год вот так же стоять, вот, наряженная, возле окна!.. Знаешь... может быть я когда-нибудь это ещё и смогу организовать. Конечно - это кажется сейчас почти нереальным, но... знаешь, ведь мне и то что вот так вот с тобой сможем мы с первого раза про всё поговорить, и всё вот так вот случится чудесно - казалось, ну... тоже неправдоподобным! Я даже мечтать ведь не мог о том что так быстро и... А теперь я сам очень и очень хочу что-нибудь, прямо-таки невероятное, для тебя сделать - за то что ты для меня сделала сегодня - тоже такое вот... сказочное... хорошее. И мне кажется, знаешь... почему-то так кажется... что у меня это может и получиться. Может быть просто сейчас ещё более темные времена в жизни... Ну - с работой не всё уж настолько прямо радужно, чтобы вот на такое жилье хоть когда-то хватило и... Но может быть - это, знаешь: как мы сегодня с тобой сюда шли: надо по темному лесу сначала пройти, чтобы потом наконец выйти на свет, и в такую вот красоту - но уже с нужными выводами и решениями. Как мы... поговорили вот там, ты мне чудо такое подарила - что, правда, вот так сразу со мной согласилась... дружить, да?.. вот, вместе... А теперь уж - и я очень сильно хочу тебе тоже чудо какое-нибудь, Ян, красивое сделать. Вот, знаешь что?.. Всё кажется невозможным... Но я постараюсь уже прямо в этом году как-нибудь, но сделать так, чтобы мы с тобой жили вот здесь. Ну не в этом ещё, то есть - а в следующем, наступающем... В этом - ещё уж конечно же не успею... Хотя-ааа мне так кажется - я теперь всё бы смог! Всё на свете!.. Мне, если честно, ещё даже просто не верится... что так, вообще, вот бывает... как... как теперь!.. Вот... Ян - это берег, который я тебе обещал. Ну, пока он на берег не слишком похож - здесь сначала, вот, елки и украшения... прямо как в сказке, да?.. А там - дальше - сам берег. С него другая, наша, сторона реки - откуда пришли, получается - такою невероятно красивою кажется!.. Сейчас посмотришь. Ну, вся в огнях разноцветных и... Там вот живешь и никогда не думаешь даже, что ты на красивом таком берегу. Это только с другой стороны вот так видно... Пошли пройдемся чуть-чуть, полюбуемся. Ты не слишком ещё домой спешишь?..

- Нет... я...

- Ну и здорово. А то - я ведь думаю: все-таки электричка наверное, или что-то... вдруг тебе надо ко времени?..

- Да нет, Дим, я...

- А хотя... знаешь, давай ты уже никуда не поедешь?.. Домой? Я, вот, двушку снимаю - пока у меня поживешь... Она не шикарная, уж конечно, довольно тесненькая, но... Если бы кран не тек в кухне - так и вообще было бы терпимо. Ян?.. Мне... мне очень не хочется отпускать тебя больше... куда-то...

- Да нет, Дим... спасибо большое тебе, но... Видишь ли... я пока... я бы лучше домой. Понимаешь, я не привыкла ещё просто к этим, таким, условиям, как у тебя и...

- Я понимаю. Я всё понимаю - но нужно к хорошему ведь привыкать!.. Нельзя жить всегда так, как... как ты живёшь... и... Я понимаю что непривычно, что... Ян?.. Знаешь, спасибо тебе. Спасибо, ещё раз, огромное за... за то что ты, вот, согласилась со мной... вместе быть... Ведь... понимаешь... - Дима заплакал, пытаясь слова подобрать, пока Яна глядела на него немного непонимающе и с желанием, кажется, его прервать чтобы что-то сказать, но Диму прервать было сложно - он слишком уж вдохновенно и беспрерывно болтал, чтобы можно было хоть слово сейчас вставить. - Понимаешь - ты ведь такая красивая и... чудесная... что... да ты в этом городе хоть кого угодно могла найти себе!.. Хоть... хоть миллионера какого-нибудь... хоть... кого-нибудь, кто вот здесь вот живет, например, да?.. А не меня... Тебе и богатый любой человек был бы рад, очень рад, ты поверь мне - ведь ты такая... такая... славная... А ты... вот меня выбрала. Ты и так жила плохо, в нужде - и ты не пожелала ради улучшения своего положения хоть кого-то получше меня найти... Ты снова... ты снова решила жить в нищете рядом... с таким вот, как я. Пусть я и немного богаче, выходит, чем ты - и живу в городе, а не в селе, и... вообще - у меня условия... но это ведь - только на капельку лучше?.. А ты... ты всё равно... меня... выбрала. Спасибо. Спасибо тебе большое. Я, вот, иду сейчас мимо домов этих, элитных - а сам ощущаю себя более богатым... гораздо более богатым человеком, чем те, кто живут там... И это - благодаря тебе. Ян... нет, Ян, ты меня не прерывай - ты помни пожалуйста всегда, во все годы наших с тобой будущих отношений - а я надеюсь что это ещё будут долгие-долгие годы - что ты, именно ты меня обогатила, и ты подарила мне счастье, ты улучшила мою жизнь, а не наоборот, понимаешь?.. Я, может быть, и богаче тебя материально но... вот, того что ты мне подарила - того не имел: чувства что кто-то меня ценит... кто-то может меня полюбить, понимаешь?.. Ты, именно ты... Слушай?.. Ты не замерзла?.. Нет, ты конечно же наверное замерзла - ты вон как легко одета... у тебя даже куртки нормальной ведь зимней нет... А я тут болтаю как идиот, и держу тебя на морозе. Всё, пошли сейчас чаю горячего выпьешь - вон, там продают. Там он, конечно же, дорогой - что жуть - в этих киосках, я никогда такой не покупаю, но... ты мне ещё, Ян, дороже. Гораздо дороже, чем эти, какие-нибудь, триста рублей... или даже четыреста... Ты самое... самое дорогое что у меня есть... И... и если сейчас... ты прости... я только вспомнил.... у меня пятьсот рублей только, пока вот, осталось... но послезавтра получка должна быть - да и завтра схожу тоже куда-нибудь подработать... но...то... то потом больше такого не повторится - чтоб были мы на нуле... Даже сейчас - этот нуль не считать давай вовсе нулем, потому что я чувствую что он не нуль - он только прекрасное начало, чудесная точка отсчета... И я чувствую что смогу... завтра же... а может быть - даже сегодня же... что-то ещё... как-то найти и... а пока вот - на чай точно хватит, и...

- Дим, ну... спасибо большое - но я бы лучше уже дома чаю вып... - начала было девушка, улыбаясь странно, но Дима, опять же, договорить ей не дал.

- Нет! Это не обсуждается. Даже не прекословь - лучше тепло сохраняй, не расходуй на разговоры. Теперь - это закон: если что-нибудь для меня слишком дорого, а тебе это нужно - то для меня это больше не дорого. Просто я слишком дешев для этого. Значит мне нужно больше работать, стараться, и всё у нас будет что нужно. Я буду стараться, Ян, буду - всегда и во всём - и я обещаю, что ты ещё сможешь увидеть ту, лучшую, жизнь, которую не захотела искать где-то там - сразу выбрав меня. Поэтому - всё что захочешь: проси. Будем думать - как это воплотить в жизнь. Всё - всё буду делать теперь... Здравствуйте... Можно пожалуйста у Вас чай... какой-нибудь... самый дорогой, какой есть?.. - обратился Дима к выглядывающей из маленького киоска-кафешки девушке продавцу.

- Самый дорогой?.. - растерялась девушка в окошечке от неожиданного такого заказа, в то время как Яна неожиданно прыснула со смеху, и расплакалась одновременно, и продолжала смеяться и плакать, чуть отойдя в сторону и согнувшись там почти вдвое. - Ну... А какой Вам?.. У нас несколько есть по четыреста тридцать - вот, все написаны... Можно ещё сиропа добавить, если хотите, на пятьдесят рублей и...

- Я... Сейчас... Ян?.. - растерянно обратился к своей спутнице Дима, отходя от прилавка, - Ян?.. Что такое?.. Что случилось?.. Я что-то не так сказал? Я если обидел - ты извини... Ян... Тебе... тебе... с шишками или... с брусникой?.. Там разные есть... Или... Или у тебя болит что-нибудь?.. - накидывал варианты молодой человек, не понимая вообще даже - смеется Яна теперь и ревет, когда лицо свое так закрыла ладошкой и зажмурилась, - Ты скажи, Ян?.. Ян, ты не плачь... если плачешь...  не плачь... Так на холоде и лицо ведь обветрится... Ян?.. Ну... Тебе... с шишками?..

- Да-да... - на чуть-чуть освободила лицо из ладошки Яна, - Ха-ха... с шишками... Дим... нет... Дим - с брусникой... С брусникой. - немножечко выдохнула девушка, - Я сама оплачу... - и решительно зашагала к киоску, - Пошли. Тебе какой взять?..

- Мне... мне никакой, Ян, я такой сам не пью, говорю же... Да и платить не надо - не вздумай!..

- Нам два брусничных с кленовым сиропом. Оплата картой. - обратилась тем временем Яна к кассирше.

- Ян... Да я всё сам. убери, убери карту... - продолжал спорить шепотом, чтоб не позориться, Дима, - Ну?.. Ты в своем уме, Ян?.. Ну это задача мужчины платить, это...

- Ди-ма!.. - по слогам весело перекрикнула шепотом его речь его же именем девушка. Секунду выдержала паузу, когда он наконец замолчал, и засмеялась сквозь слёзы, - Храни тепло!.. Ты слишком много болтаешь. Хотя и... прекрасно. Но я даже слова всё  вставить никак не могу!.. Дим... Всё, спасибо большое за всё - отойди, отдышись, а я сейчас подойду - потом поговорим... когда чай уже будет готов. Не-е спорь! - остановила она тут же новую, надвигавшуюся уже было на нее лавину слов из уст нового знакомого, - С меня не убудет. Иди, подыши - сейчас поговорим с тобой, ладно, по поводу денег и прочего?.. Нет, сливки не надо. - ответила Яна теперь уже девушке продавцу, - И нам ещё две булочки с орехом заверните пожалуйста.

 Дима растерянно отошел - большей частью из-за того только, что целых два чая, да и две булочки ещё к тому же - ему точно уж нечем сейчас было бы оплатить - а значит и убеждать Яну что он сам расплатится - вовсе бессмысленно. Поэтому он просто стал в стороне и глядел на красивую реку, отражающую в своих, не замерзших ещё пока, волнах другой яркий берег, и думал о том - как же стыдно всё это... что, вот - сколько он ни копил - всё равно всё отдал за квартиру и Яне совсем ничего не осталось... Пока Яна, улыбаясь, с двумя стаканами чая и бумажными пакетиками к нему не подошла.

- На, держи. Это тебе. Приятного аппетита. - улыбнулась, весело и с некоторой жалостью глядя на Диму, девушка.

- С...спасибо. - кивнул он с мертвенным выражением лица, и тут же затараторил опять, - Ян... Знаешь - я буду всегда, до конца жизни, теперь помнить вот этот вот чай. Спасибо что ты мне его принесла... и булочку. Они будут символом, знаешь, того - каким неудачником я всегда был до тебя. Пусть они будут... последним... Последним глотком этой жизни - горчайшим и необходимым, для осознания того, насколько же...

- Да Дима!.. Ну перестань уже разглагольствовать, в самом деле, а?!. - смеется девушка, - Как будто у нас ты писатель, а не я...

- Так ты, все-таки, тоже писатель?.. А что же ты молчишь!

- Я не молчу - мне сказать не дают. Дим, всё, хорош сетовать и геройствовать - давай просто чаю попьем и пойдем домой - греться. Я вон в этом вот доме живу - где балкон такой круглый, видишь? У меня окна прямо на реку выходят, как ты и хотел - вид очень даже красивый... Надеюсь тебе тоже понравится. И вообще - понравится твоя новая квартира. Я надеюсь что ты согласишься ко мне сам пока переехать, чтобы не я к тебе в двушку?.. Кстати библиотека своя у нас тоже уже есть. Вот только елочку у окна я ещё до сих пор не нарядила. Надеюсь - как раз и поможешь.

- Так... ты, что - здесь живешь?..

- Да... С сиропом сегодня что-то переборщили... А так - здесь брусничный вот этот всё время беру - очень вкусный. Ну что ты стоишь как статуя, Дим?.. Ну живу я здесь, ну и что?.. Ничего тут такого уж удивительно страшного нет. Не удивляйся так сильно и отомри, Дим. Теперь - более того - и ты тоже живешь здесь... надеюсь. Вот - привыкай...

- Ян, я... Нет... Что, правда что ли?..

- Правда.

- С ума сойти... А я тут тебе: "Посмотри какие домики!.. За заборчиками!.." Ну надо же... Ты извини... как-то глупо так получилось, прости... Я, просто... я тебя когда в первый раз ещё только увидел - решил почему-то так, что... ну, ты очень бедная. Ну - одежда, наверное, у тебя вот... такая... ну... старая. Извини... ты... не обижайся пожалуйста только ладно?.. Ты в ней очень-очень красивая... просто...

- Это... Дим... стиль такой просто... А так - это очень даже дорогие, дизайнерские вещи. Ну... ничего. Я и не обижаюсь. Они необычные - правда. Мне просто нравятся. Ну... Вот - так уж совпало, видишь?.. И это действительно чудно... Спасибо за то что привел меня к моему же собственному месту жительства и показал - насколько же оно красивое и чудесное со стороны. Иногда ценность вещей забывается, когда ты к ним привыкаешь. Особенно с самим собой так всегда... С самим собой - ты все время находишься, и слишком уж ценить перестаешь. Дим?.. Ты тако-оой ми-иилый!.. Вот честно! Знаешь что?.. Я тебе сейчас должна, кажется, вернуть твои слова. Прекрасные слова, Дим - но, вот, кажется они подходят чуточку лучше мне в нашем союзе. Не думай что я тебя чем-нибудь обогатила уж, ладно?.. Ты знаешь... знаешь почему я сегодня там, в лифте, плакала? Потому что... Я к одной женщине, соседке наверное твоей, хожу иногда, помогаю... ну - я с благотворительным фондом сотрудничаю, который тяжело больным деньги собирает. И, вот - навещать люблю тоже тех, кому как-нибудь помогла. Чтобы не только деньгами помочь, но и по-человечески как-нибудь поговорить, познакомиться, гостинцев каких-нибудь принести, ну... всякое. И вот - я не первый раз уже к женщине пожилой прихожу, которая живет в твоем подъезде. И... у нее муж - тоже такой старенький очень. Они люди бедные - нищие почти. И всегда, знаешь, были такими... А она - с детства ещё на коляске. Но ка-ааак он её сильно любит!.. Ты даже не представляешь... Хотя - ты вот, как раз и представляешь, наверное, Дим... Они мне о юности много рассказывают, о том как ухаживал в молодости он за ней, как потом вместе жили, с болезнью её много лет, вот, боролись. Сейчас он уже слишком старенький - сам не работает. А раньше - пахал где придется чтоб на операцию очередную ей заработать или на восстановление, и, вообще... И я вот думаю... такие славные люди!.. Такие счастливые, Дим! А ничего у них нет. Нищие как... как нищие. Но зато у них есть любовь. Вот у этой женщины, к которой я хожу - есть любовь в её жизни - любовь к ней вообще... ни за что... Не за то что она богатая: не за то что у нее есть деньги, или дом, или хоть какое-нибудь даже здоровье работать - нет... просто за то что она есть... И, знаешь - чего я плакала?.. Да вот - от того что подумала, что мне... мне никогда не видать такого счастья. Ко мне кто только ни сватается - но потому что не я им нужна, а мои... все мои блага, которые я, себе на голову, имею. Мне никогда, никогда, понимаешь, не видать той любви в жизни - которая бы пришла просто так: ни за что... за то что я есть... как твоя вот пришла. А вот - видишь... она и была уже у меня, как оказывается. Просто я ещё, видишь, о ней и не знала. Знаешь, я ведь сама себя даже любить не могу за себя за саму - я все время не знаю: где я кончаюсь и начинаются уже мои деньги?.. Очень трудно понять. Вот - за что я могла бы ценить себя?.. За способности, разве, какие-то? Ну... пишу, вот, я книжки. И что?.. Издавала всегда я их под своим именем раньше, и все мне рукоплескали мои знакомые, и я даже не знаю толком - им правда понравилось или просто... ну, просто хвалили меня потому что я - это я, что владею деньгами, которыми и владею?.. Я даже все время, как случай предоставляется - в жизни обычной кидаю какие-нибудь фразочки из ещё неопубликованного: чтоб посмотреть на реакцию. Особенно если мне с незнакомыми людьми выдается случай общаться. Вот - только в последний раз уже решила под чужим именем выпустить книгу: посмотреть - как откликнется в душах?.. Может быть и знакомым своим подарю - просто так, между делом - посмотрим что скажут... на этот раз. Я, знаешь, прямо-таки под мужским теперь именем выпустить книгу решила - чтобы уж точно никто из них не догадался... так что... Понимаешь ли - тут тоже очень все чудно совпало... Поэтому... Ты - то что уже переработал - то ладно... А дальше, пожалуйста, если можешь - то паузы между абзацами просто оставь так, как есть... Я, и действительно, так просто вижу.