Расплата

Лето 550 года. Восточная равнина Речной Долины.
***
Холодный дождь поливал окрестности Речной Долины весь день. Начавшись примерно в полдень, он продолжал идти до заката солнца, размывая и без того ужасную дорогу. Вокруг не было видно ни деревень, ни указателей, только бескрайние поля, поросшие бурьяном.  Единственным ориентиром был грунтовый тракт, который, как начинало казаться, ведет в никуда.
Лошадь везла на себе двух седоков, девушку и юношу. Животное изрядно устало за день и шло вперед не спеша. Размытая дорога и вес двух людей сильно замедляли движение. Копыта увязали в грязи, и каждый новый шаг отнимал больше сил, чем предыдущий.
Аэдона сидела сзади, прижимаясь к сгорбившемуся Итису. Несколько прядей её медных волос выбились из косички и облепили её лицо. Легкий дорожный плащ промок насквозь, а тонкая рубашка за время дороги из белой превратилась в желтоватую. Грубые холщовые штаны сильно натирали бедра.  Итис был одет так же плохо, как и она. Единственное отличие было в том, что ему не повезло разжиться верхней одеждой.
Сверкнула молния, а за ней раздался далекий громовой раскат. Лошадь резко подняла голову и испуганно всхрапнула. Итис успокаивающе погладил лошадь, животное сильно нервничало. Дождь усиливался. Аэдону передернуло от холода, она сильнее прильнула к спине юноши, но это не особо помогло согреться. Выждав некоторое время, парень судорожно прокашлялся. Они ехали молча еще некоторое время, пока, наконец, Итис не выдержал.
— Нам нужно, где—то переночевать, мы можем свернуть в поле и добраться до леса! — парень попытался перекричать внезапно начавшуюся грозу, но его голос потонул в раскате грома. 
— Нет, мы доберемся до города, Остифт должен быть рядом! — отрезала Аэдона, её хриплый голос не терпел возражения. Но тут же, немного мягче, она добавила: — Нельзя останавливаться, к тому же нам надо сменить лошадь.
— Мы еще вчера думали, что сможем там переночевать, а те люди из каравана могли указать нам неправильный путь, — Итис почти умолял. — В такую погоду ни один безумец не будет нас искать. Там мы хотя бы можем развести костер, этот тракт ведёт в никуда.
— Дорога должна куда—то вести! — голос девушки сорвался, она болезненно взялась рукой за горло.
— Аэдона…
— Нет, мы найдем Остифт, — уверенность, с которой были произнесены эти слова, немного успокоила Итиса.
Животное тяжело дышало, они продолжали идти вперед по тракту. Дождь неумолимо усиливался. Рядом сверкнула молния, на мгновение осветив все вокруг. Раздался оглушительный удар грома, лошадь в панике заржала. Итис резко наклонился вперед и начал ласково что—то шептать ей на ухо, при этом водя обеими руками по её шее. Как бы странно это ни было, но животное все же успокоилось.
— Что ты сделал? 
Итис молча положил свою руку ей на бедро. Прикосновение его ладони было горячим, как кусок раскалённого добела железа.
— Ай! И как только ты не обжигаешься, когда делаешь это?
— Я нагреваю не себя, а то, к чему прикасаюсь. Если долго что-то греть, то обожгусь и я.
— Ты специально нагрел меня так сильно?! — голос Аэдоны оживился от возмущения.
Итис только еле слышно хмыкнул.
Они продолжили ехать молча. Дождь, переросший в грозу, а затем и в ливень, сейчас грозился стать всемирным потопом. Можно было сказать, что они идут на ощупь. Аэдона постоянно щурилась, пытаясь разглядеть что-нибудь впереди. Спустя какое-то время вдали показался маленький огонёк. Она вытерла глаза рукавом, но огонёк не исчез, напротив, с каждым шагом лошади он приближался. Итис увлечённый разговором с лошадью не замечал его.
Девушка слегка ущипнула парня.
— Итис!  — позвала она, немного хриплым голосом.
— Не стоит так сильно ревновать, пускай даже эта лошадь гораздо симпатичнее, я все равно предпочту тебя, — парень захихикал, явно довольный своей шуткой.
— Будешь спать вместе с ней в стойле! — Аэдона указала пальцем на вырисовывающиеся очертания башни ратуши, — Остифт!
Итис посмотрел вперед, дождь лил стеной, но все же вдалеке угадывался одинокий огонёк. От радости и мыслей о горячей ванне он слегка подпрыгнул в седле. Кобыла явно это не оценила.
— Признаю, как это ни странно, но всё же, ты оказалась права.
— Как будто когда-то было иначе, — ответила Аэдона, самодовольно хмыкнув.
На подступах к городку они спешились с лошади и сняли с неё небольшие пожитки, которые ограничивались двумя дырявыми мешками. Животное, освободившееся от тяжести людей, несказанно обрадовалось. Городок был обнесен невысоким деревянным частоколом. Некоторые бревна были изрядно скошены в разные стороны, видимо, дожди в этих краях — не редкость. За частоколом виднелись деревянные и каменные дома, в некоторых окнах горел свет. Ворота у городка держались на честном слове. Они обещали продолжать висеть на петлях, при условии, что их не будут открывать.
— Стой за мной, — тихо произнес Итис.
— И что ты сделаешь? Разогреешь кого-нибудь до смерти? — ехидно ответила Аэдона.
Итис серьёзно призадумался.
— Одного, если он будет стоять на месте, вполне смог бы. Но я не уверен.
— Вряд ли нам пригодятся твои выдающиеся боевые таланты, — будь слова Аэдоны ядом, то Итис уже давно валялся бы в ближайшей луже с белой пеной во рту.
Парень решил промолчать. Он видел, на что способна Аэдона. Его фокусы с разогреванием предметов и рядом не стояли.
Они подошли к воротам вплотную, но никто их не встретил и не окликнул. Итис сильно постучал три раза. Какое-то время они стояли под дождем в полной тишине. С той стороны появился какой-то источник света.
— Эй! — Итис принялся энергично барабанить по воротам. — Есть там кто?
Внезапно открылась незаметная до сих пор створка ворот. Через неё в лицо Итису был направлен взведённый самострел. За самострелом, в свете фонаря, виднелась лысая макушка.
— Кем будете? Что здесь ночью делаете? —  раздался раздраженный голос с той стороны.
— А, э-э-э, мы… — Итис не сводил глаз с маленькой стрелы, вложенной в самострел, она сильно мешала сосредоточиться, было тяжело выдавить из себя что-то членораздельное.
Аэдона сделала шаг вперёд, стрела дернулась в её сторону.
— Добрый человек, впустите нас, мы с мужем простые фермеры из Кассино, мы сбились с пути и попали под сильный дождь.
Самострел опустился. Но ворота не открылись.
— Градо-мать-его-начальник запретил открывать ворота ночью, — голос с той стороны очень сильно гнусавил. — Сказал, мол, много сброда ночью тут у нас шастает. Характер у него, смердит хуже коровьей лепёшки, но мужик дело говорит. А я, знаете ли, согласен с ним.
— Снаружи очень холодно, — жалобно пролепетала Аэдона, никакой реакции не последовало. Девушка закатила глаза. — Мы заплатим.
С той стороны раздался короткий смешок. Створка закрылась, после этого раздался лязг засова и душераздирающий скрип открывающихся ворот.
Перед ними стоял низкий, полноватый мужичок, закутанный в старый серый плащ. Самострел он повесил на пояс, рядом с небольшим ножом. На лице у него было два подбородка, которые старательно, но не особо удачно скрывали за собой третий. В довесок к этому на шее красовался внушительный зоб, из-за которого он немного странно говорил.
— По восемь солидов за каждого из вас, и… — сторож призадумался, — и еще три за кобылу.
Мужик повесил фонарь на выступающий крючок и принялся загибать пальцы на одной руке. Сразу было видно, что со счетом у него явно проблемы; спустя минуту раздумий он не без удовольствия объявил:
— Всего двадцать три солида.
— Но, восемь еще восемь и три, это же… — Итис попытался объяснить сторожу арифметику, но Аэдона вмешалась быстрее.
— Это справедливая плата доброму господину за то, что сжалился над нами. Вот, пожалуйста, возьмите, — Аэдона протянула ему руку с двадцатью пятью солидами.
Сторож жадно сгреб их с ладони девушки, он был так поглощен деньгами, что не заметил лютого отвращения на лице Аэдоны.
— Добро пожаловать в Остифт, не слоняйтесь тут, идите сразу в таверну, скажете, что от меня, там меня знают.
— Премного благодарим Вас, — сказала Аэдона, но мужичок уже не обращал на них внимания, получив взятку, он закрыл ворота и тут же спрятался от дождя в небольшой бревенчатой сторожке.
 Девушка потянула Итиса за руку. Вместе они вошли в Остифт. Городок не имел за собой ничего примечательного. Покосившиеся дома, небольшая рыночная площадь, размытая дорога. Найти таверну было нетрудно. Единственное трехэтажное здание в городе уступало в высоте лишь каменной ратуше. Подойдя ближе, они разглядели выцветшую от времени вывеску — «Хромая Мария». В окнах виднелись тусклые блики свечей. Дверь таверны открылась, из неё вышел сгорбленный человек с зажжённой масляной лампой. Он посмотрел на запертые ворота, потом на путников с лошадью, после этого, еле заметно хмыкнул.
— Ищете кров на ночь? — вежливо спросил он и смачно сплюнул в сторону.
Итис вышел вперед.
— Нам нужна комната, горячая еда, свежая одежда, место для лошади и неплохо было бы помыться.
— Ха-ха, а мне нужна жена лет на тридцать помоложе, и все Речные Земли в придачу! — Человек судорожно расхохотался, но быстро спохватился и пришел в себя.
— Заходите внутрь, там за стойкой Мария, заплатите ей, это её таверна, — человек прошел мимо и взял их лошадь под уздцы. Зажав одну ноздрю, он громко сморкнулся, заглушив далекий раскат грома. Напоследок он добавил: — Будьте как дома.
Аэдона нетерпеливо потащила парня ко входу в таверну. Внутри было тепло и более-менее сухо, в обширном камине у деревянной стойки горели недавно заложенные поленья. Над стойкой красовался деревянный щит с гербом рода Анвелей, потомственных правителей Речной Долины. Три ласточки, кружащие над толстой каменной башней. Старая и ценная реликвия.
 За столом у двери сидели двое мужчин в стеганых куртках, рядом с ними спал, положив руки на стол, третий. За их спинами аккуратно стояло три коротких копья. На полу, накрыв голову лапами, лежала собака, она тряслась от страха и тихо поскуливала во время раскатов грома. На столе, рядом с тремя шлемами, стояли две большие кружки и тарелка с ароматным нарезанным хлебом. Они играли в карты, и судя по разящему от них пивному запаху, успели закончить пару десятков партий.
Тот, что сидел ближе к двери, увидел поздних гостей, и, что-то невнятно промычав, попытался встать, но друг удержал его за руку. Стражник обернулся, чтобы осмотреть пару, но не нашел ничего интересного. 
— Ведите себя тихо, — все, что он им сказал, после этого продолжил игру.
В дальнем углу таверны, полулежа на столе, похрапывал грязно одетый мужчина.   Рядом с ним на коленях стояла молодая девушка в потемневшем от времени синем платье и усердно оттирала тряпкой зеленоватое пятно на полу.
Услышав звук открывшейся двери, мужчина приподнял голову. У него было на удивление приятное лицо, хоть и слегка перекошенное. Тёмные, сальные волосы доставали ему до висков. Удосужься он помыться, его бы определённо находили привлекательным.
— Ик, друзья! — мужчина оказался в стельку пьяным. ¬— Прсойденятесь, ик. По кружке всем за славный дом Анвелей!
Пошарив в кармане, он выложил несколько монет на стол, пара из них укатилась на пол.
— Откуда у тебя только деньги имеются, — еле слышно прошептала девушка.
—А гордый наш стяг, под стрелами, ик, реял… — нараспев протянул пьянчуга. Конец он невнятно промычал, уткнувшись головой себе в локоть. Через пару мгновений он утих. 
Аэдону передёрнуло. Она осмотрелась.
 За стойкой, спиной к Аэдоне и Итису, стояла крупная женщина с двумя кружками, набирая в них пиво из жбана. Услышав звук открывающейся двери, она обернулась и приветливо улыбнулась гостям.
— Кого это занесло так поздно!? — зычный голос женщины был подобен раскатам грома, которые они слышали полчаса назад. — Приветствую в «Хромой Марии», лучше места для ночлега вы нигде в округе не найдёте, — и не стесняясь добавила, — потому что в округе кроме моей таверны больше ничего нет!
Аэдона откинула капюшон и приветливо улыбнулась женщине. Лицо Марии было похоже на раздутую бочку. У неё были круглые румяные щеки, внушительная, вываливающаяся из декольте грудь и огромные медвежьи ручищи.
— Я Кейра, это мой муж Донник. Нам нужен ночлег, ужин и новая одежда, — Аэдона заговорила жалобным голосом.
— Да я и сама вижу, — женщина осмотрела их с ног до головы, — вид у вас побитый.
— Мы сбились с пути, — смущенно ответила Аэдона.
— Откуда идете? — спросила хозяйка непринужденно.
— Из Виканеро, мы недавно поженились и решили навестить мою сестру в Кассино.
— Виканеро… — Мария как будто намеренно протянула это слово. — Далеко же вас занесло. Почему же вы не пошли по западной дороге, а сделали такой большой крюк?
— Мы просто… — Аэдона начала говорить и запнулась, она не знала, что сказать, они совсем не знали местность.
— А знаете, не моё это дело. Раз так пошли, значит вам так нужно.
Сзади хлопнула дверь. В таверну зашел человек, встретивший их у порога. За пару минут, проведённых на улице, он успел вымокнуть до нитки.
— Так что насчет комнаты?  — Робко начал Итис.
— У меня всегда найдется свободная комната и горячая похлёбка, — Немного помедлив, женщина добавила. — Если у дорогих гостей есть чем заплатить.
— Конечно, — быстро сказал Итис, — Этого хватит? — Парень высыпал горсть посеребрённых монет на стойку. Что-то порядка шестидесяти солидов. Этого должно было хватить с лихвой. — Нам бы не помешало во что-нибудь переодеться, а еще лошадь, её нужно покормить. — Итис, как мог, косил под дурачка. У него неплохо получалось.
Глаза Марии жадно сверкнули, она начала отсчитывать монеты, но почти сразу же решила не утруждать себя и просто загребла всю кучку своей огромной ладонью.
— Лина! — гаркнула женщина.
Девушка, оттиравшая пол, вздрогнула. Она кинула тряпку на ведро и, вытерев руки о передник, побежала к Марии. Аэдона посмотрела на руки девушки, они сильно тряслись. Лина спрятала руки за спиной.
— Проводи гостей наверх и переодень их во что-нибудь, — Мария посмотрела на девушку так, как будто пыталась прожечь в ней дырку. — Гарет, принеси им бадью и нагрей воду!
Гарет, который был здесь за конюха, горничную и дверника, пошаркал наверх, тихо причитая себе под нос.
— Ужин будет позже, — бросила Мария, относя пиво стражникам.
Она действительно хромала на правую ногу, забавно перекачиваясь из стороны в сторону. Женщина походила на косолапую медведицу, объевшуюся забродивших ягод.
Аэдона и Итис до неприличия долго наблюдали за странной походкой хозяйки, пока их не отвлёк пищащий голос Лины.
— Я провожу вас.
До чего же девушка была похожа на мышку.
Втроём они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. Лина отвела их в комнату. Посередине комнаты находилась небольшая двухместная кровать, рядом стояли два стула и ветхий стол с облупившимся лаком. Немного, но им больше и не нужно. На рассвете они уйдут отсюда.
— Вот ваши ключи, — несмотря на протянутую руку Итиса, Лина положила их на стол. — Я схожу за одеждой для вас, Карл скоро принесет вам полотенце и горячую воду. — Последние слова Лина произнесла, уже сбегая вниз по лестнице. Девушка явно нервничала, но мало ли что может заботить прислугу в таверне.
Итис затворил за ней дверь, несмазанные петли жалобно заскрипели.
— Странная она какая-то, — пробормотал парень.
Он снял небольшой мешок с плеча, чтобы разобрать его содержимое. Итис вытащил сверток ткани, размотав его, он взял пару сухарей и попробовал их на вкус, но все они были размокшие. Расстроившись, он отложил сверток на стол. Парень продолжил разбирать мешок. Пара отсыревших рваных носков, небольшой нож, грязное одеяло, которым они укрывались в дороге и еще куча всякой дряни.
— Они там? — Тихо спросила Аэдона, присев на краешек кровати.
Итис запустил руку поглубже и нащупал изнутри небольшой вшитый кармашек. Проведя по нему пальцами, он услышал приятное перестукивание. Драгоценные камни. Их пропуск в свободное будущее. Он улыбнулся и кивнул Аэдоне. Девушка выдохнула.
— Собери вещи обратно и засунь его под кровать, носки положи сверху. Их смрад отобьёт желание порыться в мешке, — Аэдона блаженно потянулась, а затем подошла вплотную к Итису и, положив ладони ему на лицо, нежно поцеловала его. Улыбка Итиса стала еще шире. Слегка отстранившись, она зашептала, — Осталось немного, в письмах герцог заверял меня, что корабль будет ждать нас столько, сколько потребуется.
— Ты ему доверяешь? — осторожно спросил Итис.
— У нас нет другого выбора, все порты под наблюдением: стоит сесть не на тот корабль, и мы очнемся связанные в трюме. В Валлинфорде нас будет ждать его человек. Мы сядем на личный корабль герцога до Черепашьего острова, оттуда доберемся до Алькира. Там нас не найдут.
— Алькирцы работорговцы и демонопоклонники, ты не хуже меня это знаешь, — с недоверием и нотками презрения произнёс Итис. — В их колониях трудятся тысячи невольников.
Аэдона лишь пожала плечами:
— Да, но им абсолютно наплевать кто мы, если у нас есть деньги, к тому же, я не собираюсь задерживаться там надолго. Через пару недель мы сможем выйти на контрабандистов, за разумную цену мы сможем добраться до Армавира.
Аэдона подошла к окну. На улице все также продолжался ливень, крупные капли барабанили по стеклу. Порывистый ветер угрюмо свистел через щели в оконной раме.
Девушка крепко зажмурила глаза. Она представила себе золотые пески пляжей Черепашьего острова. Великолепный дворец, на шпилях которого теплый ветер развевает зелёные флаги. Сердце Аэдоны неприятно сжалось. Нет. Они не смогут там надолго остаться, там их могут найти. Они сядут на первый же корабль, отбывающий в Шалон, сердечно поблагодарят герцога, и больше никогда не вернутся. Да, они сделают именно так. В её памяти еще была жива картина резни в Тельрифоне.
Переворот, затеянный советом Солнечного Шпиля, закончился быстро, слишком быстро. Перебили почти всех, легко, играючи. Она отчетливо помнила прикосновение морщинистой ладони Сульта, его печальный растерянный взгляд, блуждающий по колоннам тронного зала. Она стояла на коленях, пытаясь остановить кровотечение. Два арбалетных болта пробили его грудную клетку и разорвали легкие. Ни один лекарь не смог бы спасти его. Им обещали свободу, почет, уважение; они не получили ничего. Их предали.
Она вздрогнула от прикосновения.
— Ты не виновата в его смерти, — тихий голос Итиса раздался сзади. — Ни в его, ни в чьей—либо другой. Нас всех подставили.
В коридоре послышались шаркающие шаги, затем раздался стук в дверь. Девушка смахнула накатившие слёзы.
— Войдите!
Дверь открылась и ужасный скрип повторился. В комнату зашел Гарет, на его плече висело тонкое полотенце, в руках он держал бадью. Вслед за ним в комнату прошмыгнула Лина со стопкой белья. Девушка положила свежую одежду на кровать, что-то невнятно пробормотала и выбежала из комнаты.
— Что это с ней? — дружелюбно спросил Итис.
— Поди, разбери, что творится у этих баб в башке, — ворчливо отозвался Гарет.  — Ужин скоро принесут, — старик поставил бадью на пол и оставил любовников наедине.
— Чур я первый, — задорно выкрикнул Итис.
Он принялся энергично сбрасывать с себя одежду, пока не остался совсем нагим. Парень окунул полотенце в воду и тут же разочарованно воскликнул.
— Еле тёплая!
 Итис слегка прикрыв глаза, поднёс руки к воде. Мягкий свет от его ладоней заполнил комнату, через пару мгновений вода забурлила.
— Упс, слегка перестарался.
— Что ты делаешь!? — Аэдона зашипела на него.
— Я грею воду, — ответил он, нахально улыбаясь. — Весь город спит, внизу только трое пьяных стражников и полуживой бродяга, а у Марии с её людьми и так хватает забот, вряд ли они будут следить за нами.
Он еще раз опустил полотенце в горячую воду, слегка выжал его и принялся с удовольствием вытирать с себя грязь и пот, накопившиеся за несколько дней пути. Аэдона наблюдала за ним, развалившись на стуле. Через какое—то время ей наскучил голый зад Итиса, и она перевела взгляд на окно.
Дома стояли в кромешной темноте, лишь яркие молнии периодически высвечивали их силуэты. Очередная вспышка осветила шпиль ратуши. На самом его верху сидел большой белый ворон. Аэдона придвинулась поближе к стеклу, но наваждение уже пропало. Ни одна птица не сможет летать в такую погоду. Усталость с дороги дает о себе знать.
— Твоя очередь, — раздался весёлый голос Итиса, он закончил умывание.
Аэдона заняла его место. Она неспеша начала обтираться, Итис же всё это время пожирал её взглядом.
Закончив, они оба переоделись в одежду, любезно предоставленную им втридорога Марией. Пара рубашек, серое платье, две пары заштопанных штанов и поеденный молью жилет. Не густо, но хотя бы всё это было сухим.
Хозяйка не заставила себя долго ждать. Спустя полчаса она поднялась в их комнату вместе с двумя дымящимися горшочками, стаканами, и мутной бутылкой вина.
— Берегла для особого случая, — с улыбкой произнесла она, поглаживая бутыль.
Она пожелала им приятной ночи и без лишних слов уковыляла вниз. Пара уселась за обшарпанный столик. Оба горшочка были обжигающе горячими и источали дразнящий аромат тушеного мяса с картошкой и зеленью.
Юноша тщательно исследовал бутылку, но не нашел на ней ничего, что позволило бы опознать сорт вина.
— Итис, — с полуулыбкой отвлекла его Аэдона, — фермеры вроде нас с тобой не должны разбираться в вине, поэтому на бутылке ничего и нет.
— На шейке бутылки определенно раньше была привязана дощечка. Вот, посмотри, здесь есть небольшой след, оставленный верёвкой.
Аэдона закатила глаза и насадила на вилку большой кусочек картошки.
— Стой! — Итис резко остановил её, Аэдона в недоумении подняла одну бровь. —Дождись вина.
— Так открой его.
Итис, тихо причитая себе под нос, возился с пробкой. Она никак не хотела сдвигаться с места. Наконец, ему удалось открыть бутылку. В нос сразу же ударил резкий аромат пряностей. Первая половинка пробки лежала на столе рядом с ним, вторая плавала в темной жидкости. Итис аккуратно наполнил свой стакан до краёв, а затем с дьявольской осторожностью продолжил доливать вино выше кромки. Жидкость оказалась на удивление вязкой: вместо того, чтобы перелиться через край, она оставалась внутри стакана, образовав небольшой бугорок.
— Интересно, — протянул Итис и вполголоса добавил, — кто-то явно переборщил со специями.
— Что это значит? — понизив голос, спросила Аэдона.
— Пока не могу точно сказать, но лучше не есть и не пить то, что нам принесли. Вино отравлено.
Последние слова были произнесены шепотом, но в ушах они прозвучали громче раската грома. В комнате повисла мёртвая тишина.
Итис поднес руку к стакану и слегка разогрел его, после этого опустил палец в жидкость, поднес к лицу, тщательно обнюхал, попробовал на язык.
— Это безопасно? — обеспокоенно произнесла Аэдона.
— Если доза рассчитана на человека, то да. Нужно подождать немного, пока эффект проявится: так я смогу предположить, что туда подлили, — Итис изобразил задумчивое лицо. — Запах пряностей слишком резкий, перебивает все остальное.
— Если вино отравлено, то они знают.
Итис, после небольшой паузы, кивнул.
— Та девушка, — продолжила Аэдона, — она вела себя странно.
— Скорее нервно, она боялась. Возможно, что-то видела или слышала.
Итис подошел к окну и тщательно осмотрел всю округу. Ничего. Темнота и льющий дождь.
— Язык немеет, а палец сильно зудит, — Итис задумчиво смотрел на покрасневший кончик указательного пальца. — Скорее всего экстракт аконита, дорогой яд, к тому же его чрезвычайно сложно выделить.
Аэдона молча смотрела на него. Итис продолжил.
— Я работал с ним в Шпиле, мы испытывали его на мышах и крысах. Небольшая доза замедляет сердцебиение, сокращается дыхание, после наступает временный паралич.
— То есть нас не хотели убить этим?
Итис пожал плечами.
— Стоит утроить дозу, и сердце остановится, — Итис нервно хохотнул. — Перманентный паралич.
Мысли лихорадочно проносились в голове Аэдоны. Их нашли, но как? Они делали огромные крюки по пути в Валлинфорд, нигде не оставались надолго, всегда называли не свои имена. Но их выследили. До Валлинфорда оставалось всего четыре дня пути. Что делать? Бежать, однозначно бежать, но куда?
— Аэдона… — голос Итиса вывел её из раздумий. — Там, на улице, за домами какое-то движение, — его голос дрогнул. — Их много.
— Отойди от окна! — запаниковав, она сказала это гораздо громче, чем рассчитывала.
— Нас не видно с той стороны, — успокоил её Итис. — Нужно срочно уходить отсюда.
Аэдона нервно покусывала заусенец на большом пальце; она думала.
— На заднем дворе у них должна быть небольшая конюшня. Если они не увели оттуда лошадей, мы можем попробовать пробиться к ней, — в глазах девушки блеснула отчаянная решимость. — Мы поскачем в Валлинфорд, других шансов сбежать с континента у нас уже не будет. Забирай камни, остальное гнильё нам уже не понадобится.
Девушка подошла к нему вплотную. Итис нежно обнял её.
— Мы выберемся, — тихо сказал он.
— Убежим, вместе, как всегда мечтали, — на её глазах выступили слёзы. — Они не смогут остановить нас…
Вместо слов Итис поцеловал Аэдону и прижал её к себе ещё крепче. Они не хотели друг друга отпускать. Слишком долго они ждали свободы. Слишком долго прятались.
На лестнице послышался громкий топот.
— Они уже здесь, — прошипела Аэдона, отстраняясь от Итиса. — Следи за окном. Я удержу дверь на какое-то время.
Девушка закрыла глаза и глубоко вздохнула, воздух в комнате стал тяжелым. Аэдона подняла руку, из её ладони вырвался лёгкий голубоватый поток, который полностью окутал дверь, создав непроницаемый барьер.
Охотники уже были рядом, их было больше, чем она себе представляла. За дверью послышалась какая-то возня, её пытались открыть, но безуспешно. Кто-то тихо выругался. Итис стоял у окна с зажатым в руке ножом, Аэдона еле подавила истеричный смешок. До чего же Итис нелепо выглядел: его тонкие руки, привыкшие держать колбы и растения, сильно тряслись перед дракой.
— Давай! — раздался чей-то крик.
В ту же секунду что-то невероятно сильно врезалось в дверь. Аэдона вскрикнула от неожиданности, но дверь осталась на своём месте… в отличие от окна. Выбитое стекло полетело на пол комнаты, а вместе с ним в комнате оказался человек в маске с коротким клинком. Одежда из плотной, тёмной кожи, закрытое лицо. Убийцы из Тельрифона пришли за ними.
Итис, набросившись сзади, вогнал нож ему под ребра. Лезвие безрезультатно лязгнуло о вшитый в одежду металл. Раздался короткий смешок. Чёрный, как успел прозвать его про себя Итис, резко развернулся, попытавшись полоснуть парня, но тот в последний момент сумел отскочить назад.
В дверь ударили еще раз, Аэдона упорно продолжила удерживать её на месте. Еще пара ударов и петли не выдержат. Кажется, они пытались выбить её небольшим тараном.
Чёрный поигрывал своим клинком, выписывая в воздухе восьмёрку. Итис закрывал собой Аэдону, не давая ему напасть на девушку со спины.
— Всем вам гореть на кострах, сучьи выродки! — сказал Чёрный с таким отвращением, что, казалось, готов был сплюнуть в собственную маску. За его спиной показалось какое-то движение. Он резко вильнул телом в сторону. За оконной рамой, на крыше сидел еще один Чёрный, в руках он держал взведённый арбалет.
— Окно! — выкрикнул Итис.
Щелкнул спусковой рычаг, одновременно с этим в дверь ударили в третий раз. Время в комнате как будто бы замедлилось. Голубоватый поток, заколыхавшись, устремился от двери к поднимающейся руке Аэдоны. Её полураскрытая ладонь указывала на стрелка.  Девушка разжала пальцы. Вся мощь, вложенная в удар тараном, устремилась на Чёрных. Поток силы голубым дымом пробежался от её ног до оконной рамы. Арбалетный болт отскочил в сторону, оторванные половицы взлетели вверх, Итиса и человека с клинком отбросило к стене. Хуже всего пришлось стрелку и тем, кто стоял за ним. Поток вышвырнул убийц с крыши, а мощеная дорога встретила их тела с распростертыми объятиями.
Шквальный удар Аэдоны швырнул Итиса в стену, выбив из него весь воздух. Тяжело дыша, он приподнялся на четвереньки. Прямо перед ним лежал внушительного размера кинжал. Рукоятка идеально легла в его руку. Итис слишком поздно заметил, что Чёрный встал быстрее него. Убийца с размахом пнул парня ногой. Острая боль, молнией, пронзила ребро Итиса. От удара в глазах потемнело, его перекинуло на спину, а кинжал вылетел из ладони. 
Аэдона из последних сил удерживала разваливающуюся дверь. Пот градом стекал по её лицу и трясущимся рукам. Дверь больше не пытались выбить. Два огромных топора вгрызались в дерево, разрубая его на части. Она отчаянно пыталась найти выход из запертой комнаты. Они могли сбежать только через окно, но сколько ещё преследователей находилось на крыше?
Чёрный, немного пошатываясь, сделал пару неуверенных шагов к Аэдоне. Итис снова поднялся и неуклюже бросился сзади ему в ноги. Они оба упали, чудом не задев девушку. Человек быстро перекатился на спину и попытался пырнуть Итиса кинжалом. Парень успел схватить его за руку, правда тут же получил сильный удар в челюсть. Во рту стало солёно от крови.  Кажется, у того была клёпанная перчатка. Итис опять оказался на лопатках, в глазах двоилось.
Человек сел на него сверху и занёс кинжал для удара. Итис отчаянно схватился за запястья убийцы. Кончик клинка неумолимо приближался к горлу Итиса. Жестокие глаза сверкнули, предвкушая победу.
— Подавись, — Итис харкнул в него кровью.
 Ладони парня стали источать слабое свечение. Через пару мгновений Чёрный заорал от боли, его перчатки задымились, и он выронил кинжал. В комнате завоняло палёной плотью. Итис скинул его с себя и встряхнул горячие ладони. Человек сорвал перчатку зубами. Обугленное запястье было покрыто запёкшейся кровью. Крик Чёрного прервался, когда Итис всадил ему в грудь его же кинжал.
— Я больше не выдержу… нам нужно уходить.  — Тихий голос девушки заметно дрожал.
 Аэдона выглядела бледной, поддержание барьера сильно истощило её. Она начала медленно отходить к окну.
— На счёт три я уберу барьер, после этого сразу же выбираемся в окно.
— Понял, — невнятно пробормотал Итис. Голова сильно болела, и его слегка подташнивало.
Дверь насквозь пробил внушительный колун.
— Три! — Аэдона взмахнула рукой, которой подпитывала барьер.
Поток, сдерживавший дверь, мгновенно стянулся в одну точку и с оглушительным грохотом разнёс дверь в щепки. Аэдона, не оглядываясь, выбралась на крышу. Итис оглянулся и тут же пожалел об этом. У стены, медленно оседая, стоял Чёрный. Из его живота торчал большой обрубок доски. В дверном проёме показался еще один человек с взведённым арбалетом. Аэдона вовремя выдернула Итиса на крышу, болт со свистом улетел в ночь.
Черепица была скользкой. Внизу защелкали спусковые крючки. Аэдона вскинула руку. Бледно-голубая волна отбросила стрелы в сторону. У девушки потемнело в глазах.
— Наверх, на другой край, быстрее! Аэдона!
Девушка еле держалась на ногах. Итис схватил её за руку и рывком подтащил к себе. Вдвоём они укрылись за широким дымоходом. Стрелы застучали по камню и черепице.
Аэдона теряла сознание. Использование магии без сторонних источников быстро истощает силы. Итис легонько похлопал её по щекам, но это не помогло. Тогда он прислонил палец к её плечу, оставив точечный ожег. Аэдона вскрикнула от боли, но пришла в себя.
— Надо спуститься вниз, здесь мы как на ладони, — прошептал Итис.
Погода продолжала свирепствовать, ливень неумолимо заливал окрестности. Возможно, стихия поможет им скрыться, если они найдут лошадей.
По черепице начал подниматься человек. Итис выглянул из-за дымохода, Чёрный почти добрался до них. Пришло время Итиса спасать их с Аэдоной. Завязывать драку на крыше с профессиональным наёмным убийцей под прицелом десятка стрелков показалось ему глупой идеей. Зато он вспомнил, как подшучивал в детстве над друзьями. Он направил слабо светящуюся ладонь на кусочек черепицы, находящийся прямо под грудью Чёрного. Керамика с треском взорвалась. Дезориентированный убийца скатился с крыши.
Аэдона почти полностью пришла в себя. Она посмотрела вниз, до земли было чуть больше, чем пол ярда. Внимание девушки привлёк тканевый навес. Единственное место, куда можно было спрыгнуть. Оставалось лишь надеяться на то, что под ним есть что-то, кроме земли.
— Итис, за мной!
Аэдона мысленно попрощалась с жизнью и без колебаний спрыгнула на навес. Ей повезло, ткань оборвалась, смягчив удар. Девушка упала на мешки с чем-то мягким, относительно мягким. Её спина, ноги и бедра все были в чем-то вязком и кашеобразном. Она приземлилась на овощи! Она быстро поднялась с мешков и осмотрелась. Стойла на заднем дворе таверны пустовали, всех лошадей заранее увели. Сзади шлепнулся Итис. Двор был сквозной, она помогла Итису подняться на ноги. Кажется, у неё появилась идея, куда могли перевести лошадей.
— Пусто, — безжизненным голосом произнес парень.
— Бежим к амбару!
Они выбежали со двора, но под каменной аркой их поджидали трое Чёрных. Силы Аэдоны были на исходе, она не сможет остановить их, а Итис не был бойцом. Но он был алхимиком Солнечного Шпиля, и он взял оттуда кое-что себе на память.
— Не вдыхай, — шепнул он Аэдоне.
Парень выхватил из мешка маленький свёрток, скинул с него ткань и бросил под ноги приближающимся Чёрным. Едкий оранжевый дым повалил из разбившейся стеклянной сферы, моментально заполнив все пространство под аркой. Все, в том числе и Аэдона, моментально закашлялись. Дым быстро оседал под ливнем. Итис взял девушку за руку и потащил её наощупь сквозь завесу. Итис открыл глаза. В паре десятков шагов от них стоял огромный амбар. Он ринулся к дверям, но они были заперты массивным навесным замком. Он сосредоточился и начал плавить его. На это уйдет много времени, но выбора, к сожалению, не было.
— Отойди, — гаркнула на него Аэдона.
Итис еле успел отскочить перед тем, как голубой поток распахнул двери настежь, вырвав из дерева петли, на которых висел замок.
Они забежали внутрь и затворили за собой двери. На противоположной стороне, с краю, стояло несколько лошадей.
— Мы смогли! — облегчённо выкрикнул Итис и поцеловал Аэдону в губы.
Девушка непроизвольно улыбнулась.  Парень побежал к статной вороной лошади, которая была ближе всех к нему. Аэдона последовала за ним.
— Мы доберёмся до Валлинфорда, мы отплывём на архипелаг! — выкрикивал парень на бегу. Он радовался как ребёнок.
Итис зашёл в стойло, лошадь была осёдлана. Он взялся за узду, но в этот момент увидел, что в амбаре они были не одни.
— Аэдона, беги… — его голос внезапно сорвался.
— Есть хорошая поговорка, — незнакомый, слегка насмешливый голос раздался после того, как Итис замолчал. — Хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах на завтра. Я думаю, все существующие боги сейчас от души посмеялись.
Из-за угла показался Итис, а за ним вышел высокий седой человек. Итис с дикими глазами держался за рукоятку ножа, торчавшую у него в груди, аккуратно между ребрами. Алая кровь стремительно растекалась по его мокрой рубашке. Человек с хладнокровной изящностью вынул нож из раны и вытер его об рукав.
 Парень пошатнулся, но седой человек удержал его. Взяв парня за грудки, он швырнул его как игрушку через весь амбар к ногам девушки. Аэдону затрясло, она упала на колени и разразилась рыданием. Она лихорадочно удерживала Итиса руками, поочередно хватаясь за его лицо и рану.
Итис повернул голову к Аэдоне, он смотрел на девушку затуманенными глазами, стараясь запомнить её лицо, но очертания сильно расплывались.
— Ты — лучшее, что случилось со мной, — прошептал он, истекая кровью. Его влажная ладонь коснулась её лица.
—Нет! Нет! Итис, прошу тебя, нет!
Итис в последний раз взглянул на Аэдону, его глаза начали медленно закатываться. Он не дышал.
Она попыталась закричать, но не смогла. Грудь сдавило так, как будто на неё поставили наковальню. Аэдона прижалась головой к Итису. Вместо крика из неё вырывался дикий вой.
— Ему не было больно, — сочувственно произнёс Седой. — Он умер быстро, болевой шок еще не успел пройти.
 Человек медленно обходил её.
— Аэдона вель Аманди, дочь магистра Каспара вель Аманди, чародейка, изобретатель, талантливый учёный, почётный член Совета Солнечного Шпиля, а также, с недавнего времени, беглянка, опасная ренегатка, бунтовщица, и одна из виновных в расколе Совета и гибели огромного количества людей, — Седой, кем бы он ни был, смаковал каждое произнесённое слово. — Кажется, я ничего не забыл. Ах да, — он потряс в руке мешочком с драгоценными камнями, — еще и воровка.
Аэдона затихла.
— Ваша смерть необходима для восстановления порядка. Ты этого не знаешь, но для континента наступают тяжелые времена.  Таких как вы должно быть как можно меньше, — человек пожал плечами. — Не злись на меня сильно. Ты сама во всём виновата.
В Аэдоне проснулся всепоглощающий гнев. Отчаяние и скорбь о любимом человеке отошли на второй план. Седой занес над ней нож.
Аэдона внезапно ударила ладонями по земле. Голубой вихрь закрутился вокруг неё и Итиса, оттолкнув человека сзади.
— Ты действительно талантлива. Но этого мало.
 В свете собственной магии Аэдона увидела ухмылку на лице Седого. Его голова была покрыта коротким ежиком пепельных волос, морщинистое лицо наполовину скрывали борода и слегка топорщащиеся в стороны усы.
Седой метнул в неё два ножа, но оба они, подхваченные вихрем, отлетели в стороны. Аэдона сделала пару круговых движений руками, собирая вихрь в единое целое. Голубая эссенция обволакивала её руки и тело. Старик стоял, выжидая её следующее действие. Переполняющий её гнев многократно усиливал магию. Аэдона вытянула руки, сложив их лодочкой. Голубой поток сокрушительным тараном направился в сторону убийцы. Но там его уже не было. Аэдона не поверила своим глазам. Старик за мгновенье до удара исчез, а к потолку взмыл белый ворон. Собранный в единую кучу вихрь оставил амбар без дверей и части стены. Ворон, громко каркая, опустился к пятящейся Аэдоне. У земли птица растворилась в клубах серого дыма, а на её месте появился ухмыляющийся Седой. Аэдона замерла.
— Ты не человек, — прошептала девушка в ужасе.
— Нет, — спокойно ответил седой.
— Что ты, мать твою такое? — произнесла Аэдона, медленно отходя к лошади.
Старик коротко усмехнулся.
— Моё настоящее имя давно утратило свой смысл. Немногие из посвященных называют меня Зет.
Аэдона, в отчаянной попытке спастись, сбила его потоком магии. В обличье человека Седого отбросило на пару шагов. Воспользовавшись моментом, Аэдона вскочила на лошадь. Старик быстро поднялся и направился к ней.
— Как грубо с твоей стороны, — в голосе Зета появились стальные нотки. Ему надоела эта игра, он вытащил нож и метнул его в сторону девушки.
Аэдона закричала от боли, лезвие ножа рассекло ей бедро. Сзади послышался шум шагов. Зет обернулся, к амбару приближались Чёрные.
— А вот и гости… Что ж, до встречи, — бросил он и растворился в дыме. Из амбара на улицу вылетел белый ворон.
Аэдона, сидя в седле, мановением руки вышибла двери амбара и, пришпорив лошадь, пустилась прочь из города, проклиная его. Она обернулась, чтобы посмотреть на Итиса в последний раз. Он всё так же лежал, раскинув руки, разве что кровавая лужа под ним стала больше. Несколько Чёрных осматривали его тело, остальные, присев на колени, целились в неё. Пара болтов просвистела рядом с ней. Она пустила коня галопом из города.
Аэдона выехала на дорогу. Девушка свернула коня в поле, намереваясь скрыться в лесу. Она оглянулась — пять всадников с факелами скакали за ней. Аэдона нещадно лупила лошадь по бокам, подгоняя её. Каждый пинок отзывался острой болью в бедре. Аэдона потрогала рану. На ощупь порез оказался неглубоким.
Повсюду начали мелькать ветки и стволы деревьев, она добралась до леса. Кое-как ей удалось выбраться на протоптанную тропу. Отхлёстанное ветками лицо неприятно саднило. Лошадь продолжала неистово гнать вперёд. Аэдона тихо плакала, прижавшись к её загривку.
Дождь понемногу стихал. Лес становился все гуще, а лошадь постепенно перешла на шаг. Вокруг не было видно никаких ориентиров. Аэдона оказалась на небольшой поляне с невысокими деревьями. Животное фыркало и беспокойно переминалось с ноги на ногу, лошадь сильно нервничала.
Обширные кусты рядом с ними зашевелились.  Из листвы показались большие острые рога. На поляну вышел крупный олень. Животное осмотрелось, заметив их, олень угрожающе опустил рога в сторону лошади. Животное в испуге поднялось на дыбы. Аэдона не смогла удержаться в седле и больно ударилась о землю. Лошадь в панике ускакала с поляны.
Девушка приподнялась. Резкая боль пронзила левый локоть, она закусила губу, кажется, при падении она выбила сустав. Олень бил копытом землю, потрясая своими внушительными рогами. Аэдона, не сводя глаз с животного, медленно начала отползать назад на одной руке. Оказавшись на достаточном расстоянии, она рискнула опереться на выбитый локоть. Зря. Рука подкосилась, Аэдона вскрикнула от боли. Животное сорвалось с места. Их отделяло каких-то двадцать шагов. Олень опустил рога.
Вокруг Аэдоны вспыхнул багровый ореол. Она наотмашь взмахнула здоровой рукой, как будто отвесив воздуху пощёчину. Стремительный кроваво-алый поток ударил оленя сбоку. Животное разорвало на части.
 Аэдона взвыла от боли. Пальцы горели огнём, было такое ощущение как будто сотни раскалённых игл одновременно загнали в её кожу. Боль на удивление быстро утихла. Она внимательно осмотрела свою руку. Багровые всполохи обволакивали её ладонь, они клубились и исчезали, срываясь с кончиков пальцев. Когда они окончательно рассеялись Аэдона рассмотрела, что подушечки на её пальцах почернели. В ужасе она попыталась стереть черноту, но ничего не получилось, более того, она поняла, что ничего не чувствует почерневшей кожей.
Невзрачное кольцо с мутным камнем слегка вибрировало на её пальце. Она забрала его из Артефактория, перед побегом из Шпиля. Сульт рассказывал ей о нём, кольцо было привезено много лет назад из Алькира.
Страшная мысль пронеслась в её голове. Она полностью истощила свой магический запас в Остифте. Но её способности должно что-то подпитывать. Нельзя творить магию, не отдав что-то взамен.  Дрянь на её пальце использовала собственную кровь Аэдоны для подпитки заклинания. Она посмотрела на изуродованные останки оленя. В этой магии было что-то неправильное.
Девушка заплакала. Она не знала, насколько далеко ушла от преследователей. Её наверняка всё ещё ищут. По спине пробежали мурашки.  Зет, кем бы он ни был, умеет превращаться в ворона. Он найдёт её, это всего лишь вопрос времени. Аэдона вытерла слёзы, но продолжала периодически всхлипывать.
 Бедро сильно кровоточило. Странно, ей казалось, что кровь перестала идти. Она аккуратно оторвала рукав рубашки. Девушка попробовала пошевелить левой рукой. Малейшее движение доставляло ей острую боль, рука в локте не сгибалась. Аэдона кое как обмотала бедро тканью.  Узел она затянула, держа один из краёв зубами.
Девушка осмотрелась, сзади неё стоял большой валун размером в пол человеческого роста. Она села, опершись на него спиной. Спустя пару минут она более-менее пришла в себя. Зубы стучали от холода. Девушка поднялась, холодный камень быстро забирал её тепло. 
Аэдона прислушалась, где-то рядом шумела вода. Издалека донесся чей-то голос. Чёрные уже рядом. Девушка побежала на звук воды.
Деревьев становилось все меньше, она выбежала на широкую каменистую поляну. Оглянувшись, она увидела три быстро приближающихся огонька. Огоньки тоже увидели её.
— Вот она!
— Стой, сука!
Она побежала быстрее, здесь на открытой местности она была как на ладони.  Мимо пронесся арбалетный болт. Аэдона быстро выдохлась, но продолжила бежать из последних сил. Земля внезапно закончилась. Внизу ревела вышедшая из берегов река. Аэдона стояла на обрыве. Бежать было некуда.
Всадники выехали на поляну. Двое из них спешились, третий остался на коне. Они не спешили нападать, оба медленно заходили с боков окружая её. Тот, что был на коне обратился к ней.
— Бежать некуда. Ты уже выдохлась, магию не применишь.
Аэдона лишь усмехнулась. Лучше уж она вытянет из себя всю жизнь до последней капли, чем сдастся этим ублюдкам.  Двое Чёрных подходили все ближе. Она медленно начала пятиться.
— Нам не обязательно убивать тебя. Знаешь, мы даже благодарны тебе, за то, что ты устранила наших приятелей. За тебя положена большая награда. Мы доставим тебя обратно в Тельрифон.
— Доставите… в кандалах и с раздробленными пальцами! — Аэдона приподняла руки готовясь защищаться.
Человек хохотнул.
— Проницательно. Хотя знаешь, привезти твою голову будет проще чем тебя целиком. Убейте её.
Кольцо призывно завибрировало. Сладкий, еле различимый шепот упрашивал её покарать Чёрных. Девушка потянулась к собственной крови. Её глаза вспыхнули красным. Она почувствовала невероятное могущество, текущее по её венам. Оно опьяняло.  Сила звала её, умоляла выпустить наружу. Почерневшие пальцы начали нестерпимо зудеть.  Она на мгновение представила с каким удовольствием разорвёт их на части.
— Ну давай, — раздался насмешливый голос.
Аэдона вздрогнула. С глаз схлынула кровавая пелена, она как будто отрезвела. Черные молча приближались к ней, она пятилась. Никто из них не разговаривал с ней, но чей голос она услышала? И что это за странный шепот, или ей показалось?
  — Уже забыла обо мне? — голос доносился из её же головы. Черные не обращали на него никакого внимания.
Аэдона посмотрела за спину всадника, там, на камне, рядом с останками оленя, сидел белый ворон. Птица внимательно смотрела на неё. Аэдоне показалась что ворон ухмыляется.
— Но как… — Аэдона в панике схватилась за голову. Она в истерике завизжала, — Да кто ты такой!
Голос хрипло засмеялся.
— Ведьма из ума выжила, — пробормотал всадник.
— Бей суку! — гаркнул Черный, заходя сбоку. 
До края обрыва был один шаг. Аэдону окружили. Она посмотрела вниз. Течение реки было слишком быстрым. Если она не разобьётся о скалы, течение размозжит её о пороги. Хотя, наверное, лучше так, чем достаться Черным, или Ворону.
—Не стоит этого делать, — голос в голове прозвучал предостерегающе.
Аэдона улыбнулась. Она не глядя бросилась в бушующую реку.
***
Леди Анора Анвель с интересом рассматривала лежащую перед ней девушку.
— Кто она?
— Мы не знаем, госпожа. Её тело нашел рыбак, утром на берегу.
— Далеко от поместья?
— В двух лигах, госпожа.
— Что… Что у неё с пальцами?
Отвечающий ненадолго замялся с ответом.
— Не могу точно сказать госпожа, вряд ли это болезнь. Чернота только на пальцах, остальное тело чистое.  Лекарь осмотрел её, больше всего это похоже на сильные ожоги, но ожоги не бывают настолько черными, и не заживают подобным образом.   
  — Мама…
— Альвин, не сейчас. Лия побудет с тобой. Лия, уведи Альвина в сад, я скоро приду к вам.
— Сию минуту госпожа.
— Её раны…
— Много синяков и ушибов, скорее всего сильно билась о пороги, что стоят выше на реке. То, что она выжила это просто какое-то чудо. Однако, на бедре у неё сильный порез. Слишком аккуратный, как будто полоснули ножом. Она убегала от кого-то.
— Всё это очень… странно.
Женщина задумчиво перекатывала в руке кольцо, снятое с девушки.
— Я напишу письмо герцогу Бадвору. Сегодня ночью мы с Альвином отправимся в Гнездо. Подготовь экипаж и охрану, я поеду в закрытой карете.
— Мы… покидаем поместье, госпожа?
— Нет, сегодня вечером ты отправишься к Бадвору и передашь ему мое письмо лично. В Валлинфорде нам будет безопаснее. Я хочу знать, что случилось с этой девушкой. Отправь людей вверх по реке, сейчас же.
— Но…
— Ты не расслышал, что я сказала?
Мужчина склонился в глубоком поклоне.
— Да госпожа, но что прикажете делать с девушкой?
— Каррас избавится от неё, я лично передам ему.
— О… — мужчина явно был озадачен, но не стал перечить.
— На этом всё.
Мужчина бесшумно удалился.
Через пару минут, леди Анора Анвель неспешно-бодрым шагом, вышла из комнаты. Внутренний двор поместья представлял собой пышный сад. Повсюду росли цветы и кустарники. Фруктовые деревья бурно цвели, их ветви ломились от спелых плодов. В тени раскидистой груши, на деревянной скамейке расположилась пожилая женщина в лёгком кремовом платье. Рядом сидел шестилетний мальчик. Она увлечённо что-то рассказывала ему. Мальчик слушал историю с раскрытым ртом.
— … и когда ваш отец вместе с Железной Рукой, подоспели на помощь, их кавалерия напала на врага с фланга. Доблесть и отчаянное мужество, с которыми они сражались, повергло врагов в ужас. Ценой своей жизни, ваш отец спас очень много людей. Его похоронили со всеми почестями, как великого героя. Битва у Нависшей Скалы переломила ход войны. Люди обожали его…
— Мама! — радостно воскликнул мальчик.
Анора обняла своего сына.
— Альвин, проведай Башмака в кузне. Кажется, он поймал большую мышь.
— Ого! — мальчик сразу же умчался со двора.
— Госпожа, — женщина кивнула головой.
Анора, кратко кивнув в ответ, села рядом с ней.
— Лия, мне нужна твоя помощь. Не перебивай. Слушай внимательно и сделай вид что беседа лёгкая и непринужденная. — Женщина расслабилась, но в глазах виднелась явная озадаченность. — Сегодня ночью ты переоденешься в мою одежду и уедешь вместе с поварёнком в закрытой карете.
Женщина тщательно обдумала услышанные слова.
В паре шагов от них прошел садовник. Он приветливо улыбнулся и поклонился.
— Да госпожа, я попрошу кухарку, собрать вам в дорогу свежих фруктов, — произнесла женщина.
Анора продолжила.
— При тебе будет письмо, ты вручишь его герцогу Бадвору, он будет ждать тебя. Вечером приведи мальчика поиграть вместе с Альвином. Мальчика переоденут, а потом ты заберешь его и уедешь. Больше тебе знать ничего не нужно. Я рассчитываю на тебя. 
 — Да госпожа.
Анора молча ушла. Лия еще долго сидела в тени груши, наслаждаясь прохладным летним ветерком. Через какое-то время Альвин вернулся, держа в руках большущего черного кота.
***
Анора тихо затворила за собой дверь. В её покоях царил полумрак. Солнце уже давно село. Снаружи покрапывал мелкий дождь. В поместье практически никого не было. Вострит отправился к Бадвору, взяв с собой двоих рыцарей. Еще четверо отправились вверх по реке, и пока не вернулись. Остальные сопровождали карету, в которой ехали старая нянька и маленький поварёнок, которому пообещали столько сладостей, сколько он весит, если, конечно, будет вести себя тихо.
Она неспешно подошла к своему столу и зажгла пару свечей на канделябре. Взяв его в руку, она обернулась. Пламя свечей, осветило фигуру мужчины в походном костюме, раскинувшемся на её кресле.
— Каррас.
— Анора.
Они оба обменялись короткими кивками.
— Что с девушкой?
— Как ты и приказала, я устроил её в продуктовой повозке. Борван смотрит за ней. Нас никто не заметил.
— Карета?
Каррас хмыкнул.
— Дождь пришелся весьма кстати. Лия и мальчик надели плащи с твоим гербом, стража не заметил подвоха. 
— Что ж отлично. Когда всё закончится напомни мне тщательнее отбирать рыцарей в мою личную охрану.
— Они слишком сильно уважают тебя, чтобы перечить и задавать вопросы. К чему этот фарс с ложной каретой? — произнес он вполголоса. — К тому же ты вполне могла сказать Востриту о том, что ты задумала, он ведь твой личный распорядитель.
— Нет, я не хочу, чтобы он знал. Никто не должен знать про Альвина.
— Он сильно расстроится, когда узнает, что вас с Альвином не было в карете.
— Переживет.
Анора прошлась по комнате. Она заметно нервничала. Наконец она села у окна, напротив Карраса. Канделябр перекочевал из её руки на красивый резной столик.
— Знаешь в Остифте было больше убийц чем я рассчитывал. Девушка сильно их потрепала, но тот парень что был вместе с ней… он погиб, — Анора молчала, Каррас продолжил. — Я вообще то, рисковал своей жизнью, а ты даже спасибо не сказала.
— Спасибо, — кратко бросила Анора. Она продолжила задумчиво смотреть в стену.
— Ты собираешься что-то делать с ними?
— Я написала письмо Бадвору, он вышлет людей на их поимку.
— И еще мне не понравилась смерть парня. Его убили не тельрифонцы. Там был кто-то еще.
Анора вздрогнула.
— Кто это мог быть?
— Не знаю, но определённо стоит быть осторожнее. Кстати, где сам Альвин?
— Спит в своей комнате.
— Так просто?
— Зачем усложнять? Кто будет проверять его комнату если он уехал? Я разрешила ему играть на чердаке до ночи. После того как карета уехала, я отвела его в комнату.
  Анора, в нетерпении, ритмично постукивала ногтями по подлокотнику.
— Каррас, через сколько мы отправляемся?
— Еще два часа, нужно подождать пока слуги разойдутся по своим комнатам.
— Два часа… — задумчиво произнесла Анора. Она перевела взгляд на Карраса. Постукивание прекратилось.
Анора аккуратно взяла канделябр одной рукой. Слегка подув, она затушила крайнюю свечу. Каррас пристально следил за каждым её движением. Анора встала.
— Два часа… — повторила Анора, в её голосе послышался еле уловимый огонёк.
Она задула еще одну свечу и неспешно направилась в сторону Карраса. Её доверенный рыцарь встал с кресла и подался ей на встречу. Они стояли в шаге друг от друга.
— Я думаю мы сможем… скрасить ожидание, — Анора задула последнюю свечу.
***
Аэдона медленно открыла глаза. Голова была как в тумане. Всё тело невероятно болело. Она приподнялась на чём-то мягком. На постели?.. Нет это была не постель, бельё так не шуршит. Девушка огляделась. Она лежала на сене.
Где она?
Аэдона напрягла свою память. Воспоминания обрывками всплывали в её голове. Перед столкновением с водой создала вокруг себя воздушный пузырь. Ей хватило воздуха на какое-то время… течение уносило её вперёд, потом были пороги… каким то образом, она смогла попасть на берег.
Аэдона попыталась пошевелить локтем. Сустав ужасно ныл, но рука могла двигаться. Она стянула с себя одеяло. Всё тело было забинтовано. Чёрт как же всё болело.
Она взглянула на пальцы правой руки. Кольца не было.  Чернота полностью покрыла первые фаланги. Она ущипнула указательный палец, зажав его между большим и средним. Никаких ощущений.
— Я вижу ты проснулась.
Голос, мужской. Сзади неё. Животный страх, со скоростью молнии, пронзил самое её естество.
Аэдона вскинула здоровую руку, если сине-фиолетово-розовый цвет кожи можно считать здоровым. Её тут же схватили за запястье, не особо сильно, но уверенно и настойчиво. Слабый, еле различимый голубой поток иссяк, не успев появиться. Всё, чего она добилась, это негромкий хлопок в воздухе. В глазах потемнело.
— Я не причиню вреда, опусти руку, — голос звучал четко и размеренно, этот человек привык отдавать приказы.
Однако, в этом не было необходимости, её запястье безвольно повисло в стальной хватке человека сзади.
— Не бойся, мы можем помочь.
Второй голос, женский, откуда-то издалека. Пальцы на запястье Аэдоны медленно разжались. Её рука мешком упала вниз. Силы стремительно покидали Аэдону.
— Где… я? — хрипло выдавила она из себя.
— Ты в безопасности, не волнуйся. Мы позаботились о твоих ранах, — женский голос звучал почти заботливо.  —  У тебя очень много ушибов, тебе нужно отдохнуть. — Ты помнишь что-нибудь?
Аэдона захрипела.
— Итис…
 Свет в глазах исчез, а вслед за ним пропали голоса вокруг.
***
— … смотри, костёр можно развести даже из сырых дров. Самое главное, найти что угодно, хоть немного сухое. Если есть нож, можно попробовать снять немного бересты с дерева…
Аэдона открыла глаза. Она лежала на том же сене. Тело все также ужасно болело.
 — … вот так, видишь, а теперь попробуй сам. Отлично. Потом нужно собрать хвороста, желательно потоньше, например вот такой...
Осмотревшись, Аэдона поняла, что лежит в крытой повозке, где-то в лесу. Изнутри ей открывался небольшой кусочек темного неба, там сияли звезды. На поляне, она увидела мальчика и мужчину, голос последнего был знакомый. Вместе они, кажется, пытались развести костёр.
— … но ничего не получится, если у тебя нет трута.
— Что такое трут?
— Да что угодно, что сможет воспламениться от искры. Например, растертая сухая трава. Вот только в дождь её не найдешь, поэтому в походах всегда носи её с собой под одеждой. Отлично, выкладываем всё это аккуратным шалашом и начинаем высекать искру…
— Но зачем?  Я могу просто сделать так…
Мальчик присел у выложенного костра и зажмурившись вытянул руки. Мягкий свет стал разливаться из его ладоней, оранжевое пламя сорвалось с кончиков его пальцев. Костёр заполыхал.
У Аэдоны округлились глаза от удивления. Она приподнялась на локтях чтобы получше рассмотреть мальчика.
— Да уж, — протянул мужчина. — Всё время забываю, что ты так можешь…
Мужчина обернулся и увидел, что она проснулась.
— Альвин, позови маму, — мальчик тут же убежал с поляны. — Спокойно, — слова адресовались Аэдоне. Мужчина показал ей пустые руки. — Мы не враги.
Аэдона села. Неожиданно она поняла, что полностью раздета, кроме одеяла её прикрывали только многочисленные бинты. Мужчина с темными волосами подошел ближе, на нем был легкий охотничий костюм, весьма практичная одежда. Аэдона предостерегающе вскинула руку, но немного подумав опустила её. Мужчина хмыкнул. Его лицо было странно знакомым…
— Ты три дня провела без сознания, — медленно начал он. —  Ты, наверное, есть хочешь.
Аэдона слегка кивнула, она была очень голодна. Мужчина достал из сумки на плече ломоть хлеба и спелую грушу. Подойдя немного поближе, он протянул их Аэдоне. Девушка приняла еду.
— Я скоро приготовлю ужин, ты пока можешь переодеться, одежда лежит в…
— Где я? — перебила его Аэдона безжизненным голосом.
Мужчина медлил с ответом.
— В двух днях пути от Остифта.
— Ты там был…
— Да.
— Но кто ты?
— Сер Каррас из Кассино, мой доверенный рыцарь-следопыт, он спас тебя из реки.
 На поляну вышла женщина в плаще и лёгкой тунике. На вид ей было около тридцати. Каштановые волосы она заплела в длинную косу. Сделав изящный реверанс, она представилась.
 — Моё имя Анора Анвель, леди Речной Долины. — Из-за её спины вышел мальчик. Те же каштановые волосы, и такие же, как и у матери пронзительные голубые глаза. — А это мой сын — лорд Альвин Анвель.
Мужчина недоумённо уставился на Анору.
— Не надо так смотреть на меня Каррас, эта девушка далеко не дура, она бы все равно рано или поздно узнала кто мы.
Аэдона застыла в изумлении.
— Я знаю, что у тебя много вопросов, — немного мягче добавила женщина. — Я расскажу тебе, все что ты хочешь знать. Там стоит небольшой охотничий дом, — женщина указала рукой за повозку. — Я отведу тебя чтобы ты умылась и переоделась.
Аэдона укуталась в одеяло, и в сопровождении женщины зашла в хижину. Обычное временное жилище, ничего примечательного, за исключением большой кабаньей головы на стене. Там её ждала сухая одежда и небольшая бадья с теплой водой, где-то она это уже видела.
— Позволь помочь тебе.
У Аэдоны не было сил для отказа. Она молча села на стул, а женщина аккуратно принялась снимать с неё бинты. Ссадины на её коже почти затянулись, синяки стали лиловыми.
— Каррас сказал я три дня провела без сознания…
— Да, он вытащил тебя из реки и оставил на берегу, где тебя нашли мои слуги.
Сняв бинты с рук и груди Аэдоны, Анора начала аккуратно обтирать её кожу мочалкой.
— Впервые за мной ухаживает госпожа, — Аэдона горько усмехнулась.
— Всё когда-то бывает впервые.
— Что Каррас делал в Остифте?
— Хм… — Анора не спешила отвечать. Спустя некоторое время она всё же решилась. — Я отправила его туда, чтобы он… перехватил вас.
Аэдона еле сдержала слёзы, перед глазами всплыло бледное лицо Итиса.
— Перехватил?
— Каррас должен был отравить тебя и твоего спутника. — Аэдона замерла. Гнев забурлил внутри неё. Анора продолжила. — Прошу не злись, это должно было спасти вас. Тельрифонцы шли за вами, но они разбились на небольшие отряды, выследить всех было невозможно. Яд должен был парализовать вас ненадолго, а ночью Каррас вывез бы вас из Остифта. Но… вас нашли быстрее.
Аэдона слегка успокоилась. Итис говорил, что яд сложный и дорогой, обеспокоенная горничная, темноволосый пьяница в таверне… картина постепенно складывалась. Анора передала ей полотенце и одежду.
— Но, зачем?
— Мне нужна помощь, — Анора указала пальцем на мальчика за окном. — Я не доверяю своим чародеям, никто кроме меня и Карраса не знает о его способностях. Но Альвин не способен их контролировать. Иногда это происходит спонтанно. Мой сын — будущее Речной Долины, если люди узнают о его способностях, он лишится своей родословной, династия будет обезглавлена.
— Конкордат Солнечного Шпиля, — еле слышно прошептала Аэдона. — Маги, чародеи и алхимики лишаются наследства, свободы перемещения и права владеть своей землёй. Все они обязаны служить Совету. Так, чего ты хочешь?
— Научи Альвина подавлять силу.
Аэдона хрипло рассмеялась.
— Подавлять? Её невозможно подавить, она требует того, чтобы ей пользовались. Чувствительность к магии — это часть его естества, для таких как он, магия осязаема. Наш мир пропитан первозданной энергией, он неразрывно связан с ней. Ему необходимо её использовать, это такая же потребность, как сон, воздух или вода. Я лишь могу показать, как контролировать её.
— Научи моего сына. Дом Анвель будет в долгу перед тобой, — Анора посмотрела ей прямо в глаза. — Я знаю, что ты была среди зачинщиков бунта в Тельрифоне. Но если ты согласишься, я защищу тебя от преследования. Тебе будет предоставлена свобода передвижения внутри Речной Долины и любые средства. Проси о чем хочешь.
— Я…
 Аэдона задумалась. Итис мёртв. Драгоценные камни остались у Ворона. Без денег она не сможет отплыть из Валлинфорда. Её будут преследовать везде. А сейчас ей предлагают убежище.
 — Мне жаль твоего друга. — Сердце Аэдоны болезненно сжалось. — Но сейчас я предлагаю тебе начать новую жизнь. Что скажешь?
— Скажу, что похоже у меня нет выбора, — Аэдона выдавила из себя слабую улыбку. — Я согласна.
— Пойдём, — Анора улыбнулась ей в ответ. — Каррас должно быть уже вовсю готовит жаркое. 
На улице их встретил дразнящий аромат тушёного мяса. У Аэдоны свело желудок. Мальчик подошел к Аэдоне и протянул оставленную ей в повозке грушу с хлебом.
— Вы забыли еду в повозке, — Немного пошарив в кармане он достал пару карамелек. — А это от меня, угощайтесь.
— Ваша светлость очень добры ко мне, — Аэдона невольно улыбнулась и сделала неглубокий реверанс.
Мальчик слегка смутился такому официальному обращению.
— Мама учит меня, что достойный правитель всегда заботится о своих людях. Прошу, зовите меня Альвин.
— Хорошо Альвин.
— Аэдона, прошу тебя, садись ко мне, — Анора указала на импровизированную скамейку из поваленного ствола дерева.
Мальчик поклонился и вернулся к Каррасу. Последний периодически бросал на Аэдону недоверчивый взгляд. Анора заметила это.
— Не обращай внимания на Карраса. Он сильно привязан к мальчику, и переживает за него.
— Каррас ваш…
— Любовник. Доверенный рыцарь. Личный шпион и следопыт. Всё это в одном лице.
Аэдоне слегка опешила от такого откровения.
— Мне незачем притворяться перед тобой. Я вдова. Мой муж погиб в Северной Войне, мы были женаты около года. Я любила Карраса еще до замужества, но девушке с моей родословной не позволено выбирать себе партию самостоятельно. — Немного помедлив Анора добавила. — К тому же он прекрасно справляется с ролью отца, мальчику нужен тот, на кого он будет равняться. Как видишь я с тобой полностью откровенна, — в голосе женщины появились стальные нотки. — Надеюсь, что и ты не будешь ничего от меня скрывать.
— Я постараюсь…
— Аэдона, Каррас сказал мне, что помимо людей из Тельрифона, там был кто-то еще. Ты что-нибудь знаешь об этом?
Аэдона как будто оцепенела.
— Там был человек… вернее не совсем человек. Это существо, оно выглядит как седой мужчина, но оно может превращаться в белого ворона.
Анора задумалась.
— Ты уверена, что это тебе не привиделось? — осторожно спросила она.
— Видения не убивают, — неожиданно резко ответила Аэдона. Поняв это, она быстро взяла себя в руки. — Простите меня, я не хотела…
— Всё в порядке, — мягко ответила Анора. — Вы начнёте занятия с Альвином с завтрашнего утра. — Аэдона кивнула. — Мы пробудем здесь еще три дня, после этого отправимся в Ласточкино Гнездо. — Заметив замешательство на лице Аэдоны, Анора прояснила. — Это родовой замок Анвелей, у скал, неподалеку от Валлинфорда.
Поляна постепенно заполнялась дразнящим ароматом жаркого.
— Ужин готов, — раздался голос Карраса.
— Пойдём в дом, я обещаю, на этот раз в вине не будет аконита.
***
Аэдоне выделили гостевую комнату на первом этаже. Ночь была тяжелой, уснуть удалось только под утро. Мысли об Итисе, и о том, что ей теперь делать нещадно терзали её разум. Все планы, будущее на которое она рассчитывала, всё это рухнуло в одночасье. Нужно как-то жить дальше.
На следующий день, после завтрака, Аэдона начала обучение. Каррас настоял на том, что он должен видеть, то, чем ни занимаются. Аэдона не стала спорить. Втроём они отошли на небольшую поляну недалеко от хижины.
Каррас сел на старый пенёк и достал небольшую потрёпанную книжицу. Он немного осмотрелся, и начал увлеченно что-то зарисовывать в ней.
Аэдона около часа объясняла Альвину базовые принципы магии и чародейства.
— … например, чтобы что-то сотворить, всегда нужно что-то отдать. Маги используют для этого свою связь с миром. Они чувствуют первозданную энергию во всем, что их окружает. Они могут накапливать её внутри себя, а потом отдавать в окружающий мир.
Альвин зачарованно слушал её объяснение.
— Магия сродни физическим упражнениям, — наставляла Аэдона. — У тебя есть определённый запас внутренних сил. Не получится отдать в мир больше, чем ты взял. Хочешь покажу фокус?
Альвин кивнул.
Аэдона подняла левую руку. Усилием воли она образовала небольшой сгусток энергии. Голубые язычки магии срывались с её пальцев подпитывая формирующуюся сферу.  Девушка слегка покачивала кистью, раскручивая образование. После этого она полностью раскрыла ладонь. Сфера, крутясь как волчок, слетела с её руки и распуталась на сотни тончайших голубых нитей. Воздух заколыхался, создав небольшой, кратковременный вихрь.
Альвин был в восторге от этого представления. Даже Каррас отложил свою книжицу, чтобы понаблюдать за ними.
— А я так смогу? — с надеждой спросил мальчик.
— Альвин, наша с тобой сила имеют немного разную природу. Я чародейка, и могу манипулировать магией по собственному разумению, моя фантазия позволяет мне выделывать подобные фокусы. Твои способности иного рода. Ты маг. Такие как ты подчиняют себе дикую стихию в её первозданном виде. Я постараюсь научить тебя.
Альвин сильно поник. Заметив это, Аэдона решила перейти к практике, чтобы развеселить мальчика.
— Давай с тобой попробуем кое-что. Вытяни руку. — Мальчик послушно выставил открытую ладонь. — А теперь создай небольшой огонёк, заставь его гореть над твоей рукой.
— Но как? Я не умею. Все что у меня получалось это разжечь костер, или сделать пламя больше.
— Этому мы и будем учиться. Закрой глаза. Дыши глубоко. Почувствуй энергию внутри себя.
Ладонь мальчика стала источать слабый свет.
— Вот так. А теперь выпусти немного наружу. Но не позволяй ей вырваться полностью. Заставь силу слушаться тебя.
Лицо мальчика приняло сосредоточенный вид. Огненные всполохи появились над его ладонью. Пламя то увеличивалось, то уменьшалось. Альвин никак не мог заставить его принять нужную форму.
— Ай! — огонь исчез, Альвин стал энергично обдувать порозовевшую руку. — Он горячий!
— Как и любое другое пламя. Держи его на расстоянии от себя. Если ты можешь зажечь пламя, то ты можешь и указать ему направление. Давай попробуем еще раз.
— Но мне было больно.
— По-другому ты не сможешь научиться контролировать силу.
Каррас встал со своего места.
— Вы продолжите завтра, — сказал он. — Пускай Альвин отдохнет.
— Каррас не торопись, — на поляну вышла Анора. Она подошла к Альвину и осмотрела его ладони. — Всё в порядке, он может продолжать. А ты, пойдешь со мной, не стоит мешать им. — Каррас не сдвинулся с места. — Мы оставим Аэдону и Альвина на полчаса, я уверена, что ничего плохого не произойдет. — Последние слова Анора произнесла с явным нажимом.
Мужчина нехотя удалился.
— Ну что ж Альвин, продолжим? — мальчик замялся с ответом. — Не волнуйся, на этот раз я помогу тебе, дай мне руку.
Аэдона положила свою ладонь поверх его. Лазурная эссенция, мягким дымком, покрыла их руки.
— Оно… — Альвин попытался подобрать подходящее слово. — Прохладное…
— Да, — с полуулыбкой ответила Аэдона. — Я отвожу тепло от нашей кожи, так ты вряд ли обожжешься. Ну давай, попробуй еще раз.
Маленький лорд напрягся. Его ладонь снова засветилась. Агрессивная оранжевая магия Альвина наложилась на лазурный дымок Аэдоны. Над их ладонями вспыхнул огненный клубок. Мальчику было тяжело удерживать его. Огонь всё продолжал разрастаться, грозя опалить брови им обоим. По лицу Альвина начали стекать маленькие капельки пота.
— Не бойся, просто чувствуй его. Сфокусируй свои мысли на потоке.
Альвин зажмурил глаза и глубоко вздохнул. Он мысленно представил себе, как бурная река сужается в небольшой ручеёк. Клубок стал уменьшаться. Огонёк сжался до размеров небольшого яблока.
Альвин открыл глаза.  Он держал в ладони теплое пламя, оно не обжигало, скорее даже ласкало кожу... Только сейчас он заметил, что Аэдона убрала свою ладонь. Девушка улыбалась.
— Ты молодец Альвин. На сегодня достаточно.
Анора издалека наблюдала за ними. Она видела всё. Она улыбалась.
***
На исходе третьего дня пребывания в лесу они собрали вещи для возвращения в поместье. Оттуда, они отправятся в Ласточкино Гнездо. Аэдона решила, что в замке она и обдумает, что ей делать дальше.
Аэдона и леди Анвель вместе со своим сыном, сидели в крытом фургоне, лошадьми правил Каррас. Последний был очень рад факту возвращения в поместье. Они отправились в путь на заходе солнца, и должны были прибыть в поместье примерно к полуночи. Дорога оставляла желать лучшего.  Колеса то и дело нарывались на ямы, камни и торчащие из земли корни. Фургон трясся так, как будто из сидящих внутри него людей пытались взбить масло.
Анора коротала время, заплетая медные волосы Аэдоны в причудливую прическу. Эта женщина начинала ей нравиться. Простой, добродушный характер, переплетался в ней, вместе со стальными нитями властности и благородства. Анора безусловно была умной женщиной, с первой же минуты знакомства она безотказно расположила к себе беглую чародейку. Аэдона была нужна Аноре и её сыну, а Аэдоне просто был нужен кто-то. На этой почве, и начали строиться их отношения.
 Альвин показывал выдающиеся успехи. Для такого раннего возраста, он проявлял невероятную выдержку и сосредоточение. Он идеально научился контролировать огонёк в своих руках. Даже сейчас, сидя в повозке, он поигрывал пламенем, перебрасывая его из одной руки в другую. Это получалось у него до того ловко, что он начал прямо в полёте дробить огонёк на несколько маленьких, а потом объединять их в одно целое. По началу Анора запретила ему играть с магией, опасаясь, пожара внутри фургона. Но в конце концов, рассудила, что лучше уж пусть он играет здесь, вдали от чужих глаз.
Днём Аэдона чувствовала себе неплохо. Занятия с Альвином помогали ей не сойти с ума. Ночью, когда она оставалась одна было тяжелее. Белый ворон неустанно преследовал её в кошмарах. Девушка начала бояться темноты.
Сидя в фургоне, она смотрела на проползающие мимо кроны деревьев.  Непроглядный мрак разгоняли только горящий на шесте фонарь, да тусклая луна на черном небе.  За последние несколько часов картина особо не менялась. Аэдона постепенно привыкла к постоянной тряске фургона. Глаза начали потихоньку слипаться, её сильно клонило в сон. Её сознание готовилось провалиться в сладкую дрёму. Одна маленькая деталь помешала ей уснуть. На толстой ветке вдалеке сидел большой белый ворон. Птица повернула голову в её сторону. Аэдона услышала тихий шёпот.
— Беги…
Аэдона закричала. Открыв глаза, она увидела удивленных Анору и Альвина. Пейзаж снаружи фургона разительно изменился. Они ехали через обширное поле, вокруг них не было никаких деревьев. Девушку пробил холодный пот. Она задрожала.
— Что случилось!? — крикнул Каррас.
— Всё в порядке, — ответила Аэдона пытаясь отдышаться. — Наверное…
— Что с тобой? — спросила Анора. — Ты нас сильно напугала.
— Просто… Просто кошмар приснился. — Альвин, скажи, ты… жонглировал пламенем в фургоне?
— Да, а что?
Аэдона дрожащими руками прикоснулась к голове. Её волосы были аккуратно заплетены в сложную прическу, похожую на лукошко.
Это был не сон…
— Вы видели белую птицу на дороге? Вы видели её?!
— Аэдона, прошу тебя успокойся. Последние полтора часа ты спала. На дороге не было ничего подозрительного.
Девушка накрыла голову руками. Виски ужасно болели. Она отчаянно пыталась убедить себя, что это был сон, но выходило неубедительно. Эта тварь однажды уже забралась к ней в голову. Что мешает сделать ей это снова?
Анора взяла её за руку. Она смотрела ей прямо в глаза.
— Послушай меня, ты многое пережила. Но через пару дней мы будем в моём замке. Там тебя никто не достанет, ты будешь в безопасности.
«Смогут ли стены остановить птицу?»
  Аэдона в душе усмехнулась и натянула фальшивую улыбку.
— Ох, я совсем забыла, — Анора протянула ей пропавшее кольцо. По спине Аэдоны пробежали мурашки. Камень в центре слегка отливал багровым. — Я сняла его с тебя, когда лекарь обрабатывал твои раны. Это что-то важное?
— Обычная безделушка, — Аэдона нехотя приняла кольцо, но вместо того, чтобы надеть, убрала его в поясную сумку.
— Мы почти приехали, — весело крикнул Каррас.
— Отлично, в поместье нас никто не ждет. Утром сюда вернется закрытая карета и кортеж. Для всех это будет выглядеть так, как будто на полпути до Гнезда, мне взбрело в голову вернуться в поместье. Мы просто аккуратно подменим Лию и мальчика.
Анора была явно довольна своим планом. Она занавесила выход.
Фургон медленно приближался к, обнесённому каменным забором, поместью. Огни горели только у ворот, прислуга уже давно спала. Да и зачем им бодрствовать, госпожа ведь покинула поместье пару дней назад.
У ворот Карраса встретили двое стражников.
— Стой! Кто едет?
— Вискар, неужто не признал меня?
— А, это ты Каррас, проезжай. Сейчас открою.
Кованные ворота, высотой в три метра, плавно отворили двое рыцарей. Кузнец создавший этот шедевр, постарался на славу. На каждой створке, симметрично друг другу располагались две разлетающиеся ласточки. Каждое перо было выковано вручную из меди. Если бы Аэдона смогла увидеть эту красоту, ей бы определённо понравилось.
— Что у тебя в фургоне?
Каррас сделал самое честное лицо, на которое был способен.
— Беглая чародейка.
Какое-то время они вдвоём молча смотрели друг на друга. Стражник не выдержал.
— Иди спать, остряк хренов.
Каррас улыбнулся. Ворота за фургоном закрылись.
Лошади остановились у небольшой конюшни на заднем дворе. Шторки фургона резко раскрылись.
— Я отвлеку конюха, а вы все быстро внутрь, через черный ход.
Дом был пуст. Почти вся прислуга отправилась вместе с фальшивой каретой. Анора и Аэдона расположились в гостиной на втором этаже. Несмотря на позднее время Альвину разрешили немного посидеть вместе с ними. Каррас заканчивал свои дела во дворе.
Гостиная была обставлена со вкусом. Четыре резных кресла, с мягкими подушками, окружали изящный деревянный столик. Несколько шкафов из темных пород дерева были полностью заставлены книгами. Бегло осмотрев полки, Аэдона заметила пару любопытных экземпляров. Все предметы интерьера стояли на роскошном ковре с причудливыми южными узорами. Ковёр наверняка был привезён из Алькира.  На стене, напротив окна красовался огромный гобелен с родословной Анвелей.
Анора откуда-то достала пыльную зелёную бутылку. Она с интересом ознакомилась с дощечкой на горлышке.
— Гродгонские виноградники, урожай пятьсот четырнадцатого года.  Давно хотела попробовать. Аэдона, будь добра. Принеси бокалы, они в зале на первом этаже. Это прямо под нами. Заодно и дом посмотришь.
— Да, конечно.
Аэдона аккуратно обошла солдатиков расставленных Альвином. Она прошла в коридор и спустилась по широкой двойной лестнице. Девушка осмотрелась. У стены стоял винный шкафчик.   Она взяла из него три хрустальных бокала.
Входная дверь мягко отворилась, боковым зрением она увидела вошедшего мужчину. Дверь бесшумно закрылась.
— О, Каррас, поднимайся наверх, мы ждали тебя.
Лязгнул засов.
— Каррас?
Тончайший хрусталь выскользнул из взметнувшихся ладоней. Подброшенные бокалы на мгновенье повисли в воздухе. Голубая эссенция заструилась по телу Аэдоны, скапливаясь у её рук. Человек рванулся вперёд, вокруг него заклубился дым.
Аэдона стояла вполоборота к двери. Скрутив тело, она направила обе руки в сторону мужчины. Голубой шквал, сокрушительной волной распространился по комнате, сметая все на своём пути. Но у двери осталось лишь дымное облако.
Внезапно появившийся белый ворон, летел к Аэдоне сложив крылья. Удар девушки настиг его в полёте. Отброшенная птица исчезла, а из дыма возник седой человек. Он упал на лопатки и плавно подтянул ноги к груди.  Мягко перекатившись, нападавший мгновенно поднялся. Перед ней стоял Зет.
Бокалы разбились вдребезги.
— Здравствуй, Аэдона. — Сверху послышались быстрые шаги. — Прячешься у новых друзей?
— Зачем я тебе!? Дай мне уйти!
Зет ничего не ответил.
Чернота сгустилась у его ладоней. Тени стали шириться, мрак окутал комнату. Кромешная тьма волной накрыла чародейку.
 Девушка ничего не видела. Тьма была холодной, осязаемой, как будто живой. Аэдона подняла свои руки. Голубая эссенция вытекала из ладоней, растворяясь во мгле. Эта дрянь вытягивает из неё силу! Аэдона попыталась создать вокруг себя защитный купол. Голубой поток со свистом покинул её тело, мгновенно испарившись. Она упала на колени, многочисленные осколки хрусталя впились в её кожу, девушки закричала.
Внезапно тьма отступила. Зет шел к ней ухмыляясь, в руке он держал острый кинжал. Аэдона дрожала лёжа на полу. Тени Зета выжали её магический запас до последней капли. Но в её арсенале оставалось кое-что ещё.
Седой был в двух шагах от неё.
Пора.
 Девушка подняла голову, её глаза горели алым. Багровый ореол окутал истекающую кровью чародейку. Аэдона взмахнула руками, направив их на старика. Злоба и ненависть, обретшие физические форму заструились через её пальцы. Кровавый рой хрустальных осколков поднялся в воздух. Поддерживаемый нечестивой магией, он обрушился на убийцу.
Аэдона взвизгнула. Пальцы задрожали от боли. Сквозь собственный крик она услышала сдавленный вдох Седого. Зет неуверенно осел на полу, всё его тело было изрешечено осколками. Вместо крови из его ран валил черный дымок.
«Эту тварь можно ранить!» — девушка ликовала.
Анора появилась на лестнице, в руках она держала изукрашенный фамильный меч.
— Что происходит!? — Анора помогла Аэдоне подняться.  — Что тебе нужно в моём доме?
Зет не ответил. Он жадно и глубоко дышал, тени ползали по его телу будто змеи. С каждым вдохом его раны затягивались.
Аэдона не стала ждать момента, когда старик восстановит силы. Капельки крови испарялись с её кожи, превращаясь в багровую эссенцию. Алый сгусток сорвался с рук девушки, устремившись к убийце. Зет оказался быстрее, он резко перекатился в сторону и ударил в ответ. Стремительный поток тьмы отбросил девушку на несколько шагов назад.
— Что ты такое... — прошептала Анора.
— Если узнаешь, сможешь ли потом спокойно спать по ночам? — Зет уверенно направился в сторону Аэдоны. — Отойди, мне нужна только беглянка.
 Анора не дрогнула, закрыв собой распластавшуюся девушку, она упреждающе подняла меч. Леди Речных Земель не смогла бы так долго прожить после смерти мужа, не умей она обращаться с оружием.
— Прошу, отойди, — голос Зета отдавал печалью. — Ты вмешиваешься в то, чего не понимаешь.
— Так расскажи мне.
— Это не обязательно должно закончиться так.
Анора не сдвинулась с места.
— Ну что ж…
Зет напал мгновенно. Кинжал в его руке окутали тени, клинок вытянулся в длину в несколько раз. Он ударил почти без замаха, лезвие должно было рассечь Аноре горло. Женщина чудом успела отвести удар в сторону. Зет не дал ей передышки. Увлекаемый мечом, он по инерции крутанулся на месте и ударил Анору в левый бок. Анора задрала локоть вверх и провернула запястья, опустившись вниз, меч со свистом взрезал воздух.  Сталь ударилась о сталь.
После двух отраженных ударов Анора перешла в наступление. Она пронесла меч над головой и сильно рубанула старика слева. Зет играючи отвел клинок. Женщина ударила еще раз, в попытке задеть его левое бедро. Зет в последний момент успел отвести от себя лезвие. Ударить в третий раз Анора не смогла.
Возможно, ему просто надоело с ней возиться. Занося клинок, Анора успела заметить, как изменилось выражение его лица. Сосредоточение мгновенно сменилось лёгким раздражением. В следующий миг неимоверная сила врезалась в неё. Мрак, высвобожденный Зетом, опрокинул Анору на пол. Рёбра как будто сдавило тисками, дышать было почти невозможно. Он в один шаг оказался рядом с ней. Зет молча занёс меч над грудью Аноры, острие смотрело в то место, где находилось сердце.
— Нет! — на лестнице раздался мальчишечий крик.
В следующую секунду старика охватил стремительный огненный поток. Пламя поглотило Зета. Тени почти сразу же заструились по его телу, сбивая с него огонь.
Альвин выбежал в центр комнаты и ударил еще раз, отгоняя убийцу от тела матери. Зет растворился в дыме, появившаяся птица отлетела в сторону. Огонь опалил белому ворону перья на хвосте.
Анора через боль смогла подняться. Аэдона тоже успела прийти в себя.
Все трое бегом направились к лестнице.  На полпути Альвин развернулся и послал в старика широкую огненную дугу.  Зет без труда уклонился.
— Альвин, наверх! — Анора потянула мальчика за рукав.
Внизу разгорался пожар.
***
Зет огляделся. Огонь быстро распространялся. Входную дверь пытались открыть.
— Анора! Что происходит! — кричал мужчина. «Наверное её ручной следопыт» — подумал Зет. — Ломайте дверь!   
«Удачи, эта дверь останется на своём месте, даже если весь дом рухнет.»
Зет устало поднялся. Чародейка сильно потрепала его, еще и этот мальчик с огнём. Ночь становится всё интереснее. Он выпустил из себя несколько теней, они отогнали огонь, создав узкий коридор. Зет поднял кинжал с пола и пошел в сторону лестницы.  Нужно закончить начатое.
Коридор за его спиной схлопнулся. Помещение постепенно стало наполняться дымом.
***
— Что нам делать?! Огонь скоро доберется и до нас. — Аэдона сильно паниковала.
— Если он не доберется до нас раньше, — Анора указала на длинную тень, ползущую по стене. Зет шел к ним. — Альвин, спрячься.
— Но я могу помочь!
— Альвин… — Анора осеклась, стремительный поток мрака сбил их с ног
Белая птица влетела в комнату вместе с клубами едкого дыма. Аэдона не успела защититься. Ворон набросился на неё. Острые когти расцарапали девушке лицо. Он пытался выцарапать ей глаза. Аэдона хаотично махала руками пытаясь отбросить назойливую птицу. Ей повезло, случайный удар сбил ворона на пол.
Анора резко шагнула вперёд с занесённым над головой мечом. Зет начал исчезать в дымке. Анора ударила.
Зет, опершись на одно колено принял удар меча на кинжал. Он держал его над головой двумя руками, одной за рукоять, второй за плоскую часть лезвия. Оттолкнув клинок, Зет резко ударил Анору ногой под коленную чашечку. Она упала на четвереньки. Сразу же после этого он резким движением кисти метнул нож в Аэдону. Девушка успела вильнуть телом, нож пролетел мимо. Спустя несколько оборотов острие воткнулось в шкаф.
Зет перекатился назад и встал на ноги. Пожар разрастался, едкий запах гари забивал ноздри. Еще немного и огонь перекинется на второй этаж.
Альвин создал перед собой толстую огненную петлю. Аэдона завороженно смотрела на огненный круг, зависший в воздухе. Мальчик подпитывал его пламенем из собственных ладоней. Маленький лорд запустил своё творение в старика. По лицу Альвина градом стекал пот.
Зет среагировал мгновенно.  Он просто прыгнул вперёд, навстречу пылающему кольцу. Оторвавшись от земли, его ноги мгновенно исчезли в сером дыме. Появившийся белый ворон сложил крылья. Птица штопором взрезала ярко оранжевое пламя. На пол приземлились уже человеческие ноги.
 Непрекращающаяся череда неестественных превращений старика вскружила Аэдоне голову. Огонь полыхал уже и на втором этаже. Это безумие зашло слишком далеко.
— Анора, спасайтесь! — крикнула Аэдона.
Мать с сыном бросились в смежную комнату, но огонь добрался уже и до туда.
Глаза ужасно слезились, валящий отовсюду дым выедал глазницы. Аэдона зажмурилась. Поместье стремительно превращалось в огромный пылающий костёр. Жар валил отовсюду, капельки пота стекали по её телу, пощипывая изрезанные осколками колени.
В следующую секунду чародейка ударила убийцу волной багровой эссенции. На этот раз Зет не стал уворачиваться. Мрак вырвался наружу из его тела, схлестнувшись с кровавой магией Аэдоны.
Багровые язычки срывались с пальцев девушки. В голове появился приглушенный радостный смех. Кольцо было живым. Тварь, сидящая в нём, ликовала. Кровь стремительно покидала Аэдону. Чернота, полностью поглотив пальцы, стала медленно заползать на её ладони. Девушка завыла от боли и ужаса.
Чёрные как беззвездная ночь волны вырывались из груди и рук Зета. Магия покидала его, без неё, его физическая оболочка начала терпеть ужасные метаморфозы. Два его облика начали смешиваться воедино. На руках, сквозь одежду стали пробиваться перья. В сапогах появились дырки, а из них торчали уродливые когти. На его лице вытянулся огромный вороний клюв.
Девушка начала задыхаться. Дым полностью заполнил помещение. Она слабела, тьма ворона постепенно приближалась к ней. Наконец она не выдержала, тени отбросили её назад. Зет подошел к ней. Аэдона застыла в оцепенении.
Его лицо ужасно изменилось. Кожа покрылась мелкими, белыми перьями, а на том месте, где должны быть у человека нос и рот, вырос длинный вороний клюв. Зет снял что-то с пояса и кинул ей.
— Анора умирает. В твоей смерти больше нет смысла. Уходи.
Клюв не двигался. Голос эхом звучал в её голове.  Она ощупала вещь, которую отдал ей Зет — кисет с драгоценными камнями Итиса… Анора умирает. Откуда эта тварь знает об этом?
Получеловек полуворон развернулся в сторону комнаты, в которой укрылись Анора и Альвин. Огонь пылал повсюду, с потолка упала увесистая деревянная балка. Зет исчез в дыму.
Аэдона поползла к лестнице. На первом этаже было настоящее пекло. Она не чувствовала правую кисть. Она вся покрылась чернотой, пальцы отказывались её слушаться. В голове слышался отдаленный смех. Тварь из кольца ликовала. Левой рукой она сняла с себя проклятое украшение. Смех пропал.
Чтобы выбраться её придется пройти через огонь. Времени было мало, хоть она и лежала на полу, раскалённый воздух стремительно заканчивался. Скоро она потеряет сознание, или получит ожог лёгких.
Девушка сосредоточилась.  Где-то в глубине себя она почувствовала небольшой запас магии. Она встала и тут же сгорбилась, наверху было адски жарко. Лёгкий бледно-голубой туман начал покрывать её тело. Тот же фокус, что и с ладонями Альвина, только немного сложнее. Главное, чтобы хватило сил пройти через огонь.
Она сделала шаг вниз. Пламя заревело вокруг неё, а затем полностью поглотило.
***
Зет вошел в задымлённую комнату. Огонь охватил всё. Пол, стены, потолок, полыхало всё. В углу комнаты лежало два тела. Анора сидела на полу облокотившись о стену, руками она прижимала к себе сына. Огонь вел себя странно, в небольшом радиусе вокруг них почти не было пламени. Должно быть, мальчик всё это время удерживал огонь на расстоянии от себя и матери.
Зет подошел вплотную и наклонился. С каждым его шагом тени оттесняли огонь от его тела. Зет аккуратно повернул на себя голову мальчика. Альвин никак не отреагировал, он был без сознания. В глазах мальчика блестели слёзы. Грудь всё ещё поднималась. Зет осмотрел Анору, она не дышала, её сердце уже не билось.
Зет закрыл глаза, тени оттеснили огонь и дым назад, давая воздуху возможность просочиться к Альвину. Он мягко освободил его от еще теплых рук матери. Зет положил свои ладони на голову мальчика. Тонкие тени стали просачиваться через кудрявые волосы.
***
Альвин играл с солдатиками в своём саду. На голубом небе светило яркое, тёплое солнце. Ветер шелестел листвой грушевых деревьев. В тени раскидистых ветвей, за небольшим столом сидели его родители и что-то оживлённо обсуждали.
На земле развернулось нешуточное сражение. Он расставил солдатиков согласно рассказам Лии о битве у Нависшей Скалы. Два больших булыжника служили входом в широкое горное ущелье. Несколько рядов деревянных копейщиков храбро охраняли подступы. Но северные воины сильно теснили их. Солдатики Ингрии и Речной Долины падали, один за другим сдавая позиции.
Но вот со стороны форта Хогевен, который представлял из себя камень чуть поменьше, на помощь поспешила кавалерия. Северяне были застигнуты врасплох, теперь уже их солдатики стали падать один за другим. Но вместе с ними упал и всадник с тремя ласточками на плаще.
Альвин посмотрел в ту сторону, где сидел его отец вместе с мамой. Столик был пуст. Мальчик осмотрелся, к нему навстречу шел седой человек, в длинном плаще. Альвин не испугался его, внутреннее чутьё почему-то подсказывало ему, что не стоит бояться этого человека.
Человек печально улыбнулся ему. Он подошел и сел рядом с ним.
— Здравствуй.
— Здравствуйте, кто вы?
— Меня зовут Зет.
— А меня Альвин.
Какое-то время они просидели в тишине. Зет с интересом стал рассматривать солдатиков Альвина.
— Вы не видели куда ушли мои родители?
— Видел. К сожалению, они больше не смогут вернуться.
— Они бросили меня? — спросил мальчик отрешённо.
— Нет, но если бы они только могли, то обязательно остались с тобой.
— Тогда я хочу пойти за ними. Вы меня отведёте?
— Извини, но пока ты не можешь уйти к ним, тебя ждет еще много дел.
Альвин задумался.
— Но что тогда вы здесь делаете?
Зет улыбнулся.
— Я пришел, чтобы отвести тебя обратно, Альвин.
Зет поднялся и протянул руку мальчику. Альвин принял раскрытую ладонь.
— Куда мы пойдем? — оживившись спросил мальчик.
— Вперёд, — ответил Зет.
Альвин шел рядом со своим новым знакомым. Вокруг начинал витать едкий запах дыма.






Эпилог
Каррас
Прикованные руки ужасно затекли. На теле почти не осталось живого места. Он не знал сколько дней уже прошло. В его темнице не было окон. Воду и еду приносили неравномерно. Иногда между приемами пищи его били три раза, иногда один. Бывало, что он поест, потом уснет, и как проснется ему опять принесут еду. По своему запаху он прикинул, что находится здесь около недели.
Ему задавали вопросы. Много вопросов. На некоторые он отвечал, некоторые игнорировал. Смерть леди Аноры Анвель потрясла всю Речную Долину. Особенно герцога Бадвора, к которому она якобы отправилась из своего поместья. Письмо, отданное служанкой, лишь породило новые вопросы.
Каррас стал козлом отпущения. Приближенный рыцарь леди Анвель, везде и всегда следовал за ней. В смерти Аноры обвинили именно его. Он не мог рассказать про беглую чародейку, про то зачем она понадобилась Аноре, про то, где они были всё это время. Ответ на любой из этих вопросов, мог бы открыть тайну способностей Альвина. Каррас не мог допустить чтобы Долина лишилась единственного наследника. Поэтому он молчал. Молчал даже когда его начали пытать. Справедливости ради стоит отметить, что по-настоящему, за него пока никто не брался. Все зубы и части тела были на месте. Пока были на месте.
Вдалеке послышались шаги. Наверное, опять будут задавать вопросы, или ему повезёт и это окажется очередная порция дряной еды? Гулкий звук тяжелых сапог раздавался все ближе. Дверь камеры с адским скрипом отворилась. В проёме показались два человека. Каррас сощурился. Глаза, привыкшие к полной темноте, болезненно восприняли яркий свет факела.
— Оставь нас.
Дверь камеры затворилась, единственным источником света осталась небольшая свеча в руках у вошедшего. Было тяжело разглядеть его лицо, длинные свалявшиеся волосы Карраса лезли ему в глаза, а поправить их он не мог — руки были прикованы к стене.
Человек подошел к нему вплотную.
— Что произошло в поместье?
«Ого…» — на этот раз сам герцог Бадвор пришел к нему. Именно после разговора с ним, Карраса заперли в темнице.
— Я не знаю, кто-то напал на них.
— Кто?
— Не знаю.
Бадвор немного выждал, обдумывая следующий вопрос.
— Почему Леди Анвель послала ложную карету?
Каррас молчал. Бадвор начал закипать.
— Кто эта сука, которую нашли побитой у реки? Она и леди Анора пропали одновременно!
Каррас ничего не ответил.
— Где была Анора и её сын всё это время? Кто украл лошадь из конюшни и сбежал на ней?!
Тишина. Тяжелая ладонь наотмашь ударила Карраса. Из разбитой губы потекла струйка крови. Каррас молчал. Бадвор схватил его за тряпки, которые висели на его теле.
— Кому ты служишь мразь!? Ты предал собственную возлюбленную, выродок!
Каррас озверел. Он рванулся навстречу Бадвору, зазвенели цепи.
— Я не предавал Анору! — его дикий крик эхом разнёсся по всей тюрьме.
— Так расскажи, что произошло на самом деле! Мальчика как будто подменили, он не помнит ничего! Ничего! Ни девушку, которую слуги принесли, ни то, где он находился три дня до пожара! Где вы были Каррас, что там сука произошло?!
— Я… Я не могу сказать.
Бадвор в бессилие развел руками, чуть не потушив свечу.
— Что за тайну ты хранишь, упрямый ты осёл! Тебя четвертуют завтра, четвертуют, ты слышишь меня?! Ты сдохнешь как вшивая собака, даже хуже! Собакам не отрезают конечности, ожидая пока они истекут кровью, на глазах у многотысячной толпы.
— Я не предавал Анору… — тихо сказал Каррас. — Я умру за неё, и её сына.
— Мудак ты бестолковый, идиот, придурь деревенская, полудурок…  — герцог был в ярости, Каррас ничего не сказал за эту неделю. — Что только она могла найти в тебе?
Камера вновь погрузилась в тишину.
— Скажи мне что произошло, — Бадвор почти умолял Карраса.
— Не могу, я останусь верен леди Анвель, даже после её смерти…
— Даже после смерти говоришь…
Бадвор поставил свечу на пол. В его руке зазвенела связка ключей. Он поочередно открыл замки на кандалах. Каррас упал на холодный пол.
— Идти сможешь?
— Да.
— За мной.
Они вышли из темницы и долго шли по узкому коридору, петляя среди множества камер. Поднявшись по нескольким лестницам, они наконец выбрались на поверхность. У выхода, на привязи стоял конь с множеством седельных сумок.
Каррас непонимающе посмотрел на Бадвора. Его пышные, темные с проседью усы, забавно топорщились в стороны. В глазах читалась явная решимость.
— Там рядом со стойлом, — Бадвор указал рукой в сторону. — Там лежит мешок, иди переодевайся.
Каррас все так же непонимающе смотрел на Бадвора.
— Иди, или завтра я лично буду твоим палачом.
Каррас решил не раздражать герцога. Походная одежда оказалась добротной. Сапоги из толстой оленьей кожи, плотный, широкий плащ, теплая туника и холщовые штаны.
Когда Каррас вернулся, Бадвор уже держал лошадь под уздцы.
— Я верю, что ты не предавал Анору, я знаю, что ты искренне любил её.
Сердце Карраса болезненно сжалось.  Анора была для него смыслом жизни. Он помнил, своё состояние, когда слуги вынесли из дома обуглившееся тело. Он кричал пока не сорвал голос. Он рыдал рядом с её телом, до самого утра. За ту ночь, огромная часть Карраса умерла. Он просто перестал что-либо чувствовать.
Герцог продолжил.
— Анора умерла не по случайности, и ты это знаешь. Найди виновных. Отомсти за свою любовь.
Бадвор протянул ему руку, Каррас крепко пожал её.
— Прощай Каррас, и не смей приближаться к мальчику. Теперь я буду заботится о его безопасности.
— Я буду изгоем…
— Да, и тебя будут искать. Я объявлю о том, что ты сбежал. Так что к утру ты должен быть как можно дальше отсюда.
Каррас не ответил. Вместо этого он накинул капюшон на голову, и не смотря на боль во всём теле, одним движением оказался в седле.
Гораций Бадвор неспеша поднялся на крепостную стену, оттуда он проследил за удаляющимся силуэтом. Когда всадник пропал из виду он также неспешно спустился вниз. Впереди его ждало еще много работы.








Аэдона
Вонь морского порта Валлинфорда могла сравниться разве что с вонью её гниющей кисти. Одетая в закрытую одежду, с плотными перчатками на руках, она пробиралась через толпу горожан и приезжих торгашей. Уже несколько часов она расспрашивала людей про торговый корабль с Черепашьего острова. Все как один, моряки, торговцы, жители, бродяги, все отвечали, что последний корабль с острова, был в порту несколько месяцев назад.
С каждым ответом Аэдона понемногу начинала понимать. Никакого корабля не было изначально. Герцог, обещавший в письмах вывезти их с континента, предал её и Итиса. Вот почему Чёрные нашли их так быстро. Герцог вёл двойную игру. Но ничего, даже если он её предал, она найдёт другой корабль. Она сможет убежать. Слишком много людей погибло, чтобы сейчас сдаваться.
В поместье ей повезло. Зет преследовал какую-то свою, извращённую цель. Она до сих пор не поняла почему он пощадил её. Сбежать из поместья не составило труда. Пока немногочисленная прислуга была занята тушением поместья, она оседлала первую же попавшуюся в конюшне лошадь и ускакала в Валлинфорд.
Драка с вороном, не прошла для неё бесследно. Чернота от кольца поглотила её кисть. Она потеряла чувствительность и начала медленно гнить. Аэдона не знала, что делать. Возможно, в Алькире ей смогут помочь, а пока, она прятала руку в перчатке. Чтобы скрыть запах гнили, она каждый день смазывала кисть духами, на пару часов удавалось замаскировать смрад.
С наступлением вечера, толпа постепенно редела. Она подходила к окраине порта, сюда стекалась вся грязь торгового города, в прямом и переносном смысле. Слева от неё, у дверей дома удовольствия, стояли двое мужчин. Они явно следили за ней, даже не пытаясь этого скрыть. Аэдона ускорила шаг. Мужчины двинулись за ней.
Аэдона свернула в тёмную подворотню. У входа в грязный трактир валялся не менее грязный пьяница. Он отпустил похабный комментарий в адрес Аэдоны и хрипло заржал. Девушка переступила через него и пошла дальше. Перед поворотом на небольшую рыночную площадь она огляделась. Те двое шли за ней. Отлично.
Девушка начала неспешно обходить торговые ряды. Ничего примечательного здесь не было. Палатки с овощами, с одеждой, с зерном, с коврами и сапогами, в общем со всем, что можно было продать. Аэдона ненадолго задержалась у лавки с глиняными кувшинами.
— Десять солидов средний, пятнадцать большой! — темноволосый парень обратился к ней.  Молодой, лет семнадцать от силы и весьма симпатичный.
Аэдона открыла была рот, но парень перебил её.
— А если такая красивая девушка, назовет своё имя и поцелует меня, то я даже готов немного скинуть цену, — он широко улыбнулся ей.
У Аэдоны что-то перевернулось внутри, как же он был похож на молодого Итиса. Слёзы выступили на её глазах. Она отвернулась и быстро пошла прочь. Парень в растерянности почесал затылок.
Аэдона вышла с рыночной площади и свернула в узкий закоулок. Сзади за ней шел бугай из борделя. Но он был один. Чёрт, а где же второй? Спереди кто-то свистнул ей. Ага, а вот и второй. Она ускорила шаг и в очередной раз повернула. Она оказалась в тупике, на заднем дворе трактира. Идеально.
— А кто у нас тут такая красивая ходит? — человек преследовавший её оскалился и вытащил короткий нож. Он был невысокого роста, лысый и почти без зубов.
— А мы сейчас у неё и спросим, — второй человек показался из-за угла. Он сильно сипел и от него дико несло спиртом.
Аэдона сделала испуганный вид.
— Пожалуйста, я просто потерялась. Не надо прошу вас…
Бандиты подошли к ней почти вплотную. Тот, что покороче первым открыл рот.
—  У тебя уже был мужик, а? Ну ничего, сейчас узнаем.
Они подходили все ближе, Аэдона начала пятиться, пока не уткнулась в стену.
— Жить хочешь сука?
Аэдона ухмыльнулась.
— А вы?
На долю секунды ответ ввёл их в ступор. А дальше девушка взмахнула руками. Голубой поток взметнулся над ними, и по мановению рук Аэдоны пригвоздил обоих к земле. Коротышка заорал. Аэдона швырнула его потоком эссенции об стену трактира. Насильник затих.
Аэдона подошла ко второму нападавшему, он лежал на животе. Она приставила нож к его горлу.
— Не надо пожалуйста, отпусти меня, прости я не хотел, я… — пьяный мужичок тихо заскулил.
— Тихо. Я отпущу тебя, если поможешь мне.
Неудавшийся насильник немного успокоился.
— Мне нужно поговорить с контрабандистами. Ты знаешь кого-нибудь?
— Капитан Арно, он собирается скоро отчаливать. Он и его команда сейчас пьют в Одноногом Бродяге, здесь недалеко, я покажу…
— Спасибо, — Аэдона убрала нож.
Когда мужик поднялся, Аэдоны здесь уже не было.
Одноногий Бродяга представлял из себя большое питейное заведение. Сейчас здесь было очень шумно. Моряки пили так, как будто завтра наступит конец света, то есть как обычно. За пару солидов трактирщик отвёл Аэдону до двери комнаты, арендованной капитаном.
Аэдона постучала. За дверью послышались шаги, а затем раздался голос.
— Если ты опять пришел жаловаться на моих людей, то клянусь, на заре я повешу тебя на рее.
Дверь резко открылась. Перед ней стоял молодой мужчина весьма недурной наружности. Его лицо украшала пышная эспаньолка, длинные волосы были сзади закручены в замысловатый пучок. Одет он был по последней моде. Поверх белой рубашки с широкими рукавами, был надет косой бардовый жилет, с позолоченными пуговицами.  Вот только, штанов на нём не было, лишь короткие, белоснежные панталоны.
Аэдона потеряла дар речи.
— Я… Вы…
Капитан Арно, как будто не понимал, что могло смутить девушку.
— О, заходи, — Арно приветливо распахнул дверь. Аэдона хоть и немного ошарашенная, вошла внутрь. —  Раздевайся, выпить хочешь? — Арно взмахнул рукой и принялся стягивать с себя жилет.
— А… Подождите… Что? — Арно начал стягивать с себя панталоны. — Нет, пожалуйста оденьтесь!
Капитан недоумённо уставился на неё.
— Ты кто такая? — удивлённо спросил он, но панталоны всё-таки надел обратно.
Аэдона старалась не смотреть в его сторону.
— Мне нужны ваши услуги.
— А, так я к твоим услугам, — Арно потянул к ней руки.
— Нет… Да что вы делаете! — Аэдона завизжала и отскочила от него.
— Ты какая-то странная шлюха. Это что, такая замысловатая игра?
— Я не шлюха, с чего вы вообще это взяли?!
— Не знаю, у ребят традиция такая. Они в ночь перед отплытием всегда отправляют ко мне шлюху. Чтобы я утром добрее был. — Арно насторожился. — Если ты не шлюха, то что тебе нужно?
Аэдона выдохнула.
— Мне нужен корабль до Алькира.
Арно нахмурился еще сильнее, из любвеобильного придурка, он мгновенно превратился в опасного контрабандиста.
— С чего ты взяла, что я могу тебе помочь? — Арно осторожно подошел к своему столу и сделал вид что сверяется со счетами.
— Я заплачу.
— Не понимаю вас.
Аэдона потянулась к поясу.
Арно мгновенно вскинул руку в её сторону. На Аэдону смотрел, миниатюрный узорчатый самострел. Изящная вещь, наверняка очень дорогая и делалась на заказ.
Аэдона смотрела мужчине прямо в глаза. Она медленно сняла небольшой кисет с пояса.
Раздался металлический треск. Стрела вылетела из арбалета. Аэдона не успела среагировать. Стрела воткнулась в дверь в паре сантиметров от её головы. Девушка вскинула руку. Голубой поток врезался мужчине в грудь, опрокинув его на пол. Листы бумаги с его стола разлетелись по всей комнате.
Арно лежал на полу и с негодованием рассматривал самострел. Спустя пару мгновений он всё-таки понял, что произошло. Арно попытался подняться, но Аэдона упреждающе подняла руку.
Арно миролюбиво поднял руки вверх.
— Я не хотел стрелять, правда. Пружина не выдержала, механизм несовершенный.
Капитан поднялся на ноги.
— Моё предложение всё еще в силе, — как бы невзначай заметила Аэдона.
— Хм, до Алькира путь неблизкий.
Аэдона швырнула ему кисет. Арно поймал его налету. Заглянув внутрь, капитан присвистнул.
— Вы поставите мне отдельную кровать в вашей каюте. Я не буду спать вместе с матросами, — немного помедлив, Аэдона добавила. — Да и еще… Купите себе штаны.
Арно хмыкнул.
— Добро пожаловать на борт Бастиона.














Благодарности
В первую очередь я хотел бы сказать немного слов о процессе написания данного рассказа. Изначально история задумывалась, как небольшое предисловие к событиям предстоящей к написанию книги. Однако в процессе написания, сюжет постепенно обрастал новыми подробностями. Многие персонажи и события появлялись в тексте спонтанно, и наотрез отказывались покидывать его. Всё это сильно усложняло ход истории и процесс её написания. Но в итоге получилось то, что получилось.
 Я бы так и не смог закончить этот рассказ, без людей, которым я скажу спасибо в нескольких абзацах ниже. Вся эта страница целиком посвящается им, это самая малая благодарность, какую я могу выразить для них как начинающий автор.
Начну с моего давнего друга Андрея Волкова. Человек, который против своей воли, стал моим главным редактором. Почти каждый день я скидывал ему отрывки текста. Благодаря ему было сглажено много острых углов в тексте, а его идеи помогали мне, когда в голову совсем ничего не шло.
Благодарю Гулак Дашу, моего внештатного иллюстратора. Её рисунки и комментарии насчет внешности и характера персонажей, помогли мне понять, что не все видят персонажей также как я.
Говорю спасибо Роме, моему еще более давнему другу. Человек, который знает всё обо всех волшебных вселенных, и очень любит D&D. Наши беседы по дороге в универ и обратно, существенно пополнили энциклопедию моих знаний о фэнтези.
Благодарю своего самого преданного читателя – Анастасию Пуцелеву, которой всегда было интересно, когда же я напишу продолжение. Что ж, я дописал, надеюсь тебе понравится.
Низкий поклон людям, которые пускай и почти безрезультатно, но всё же пытались объяснить мне как применять знаки препинания, в особенности запятые. Спасибо всё тому же Андрею Волкову, Юрию Белякову, Анне Садовской и Анастасии Манковой. Возможно, мне всё же не стоило играть в Hearthstone на уроках русского языка в школе.
Спасибо всем читателям, вы мотивируете меня продолжать писать.