Иранизация и херонизация два лика Хири и Х1ири

Иранизация и херонизация: два лика Хири и Х1ири

«Херонизация Кавказа: анатомия предательства иранского наследия»


В истории общественной мысли существует категория заблуждений, которые из разряда добросовестных ошибок переходят в разряд осознанного вреда. Сегодня одним из самых подлых предательств по отношению к россиянам,  и славянскому миру является навязываемая кавказофобия — искусственное и злонамеренное противопоставление «Седому Кавказу». Это не просто политическая ошибка и не бытовой снобизм. Это попытка разорвать живую пуповину, связывающую русскую культуру с ее цивилизационной колыбелью. Это осознанное стремление «херонизировать» (осквернить и осмеять) историю собственных дедов — тех самых «даданов», как на Кавказе и среди русских почтительно называют предков.
Абсурд ситуации обнажается при взгляде на этимологию с буквальной «херонизицией»; ингушское  «Хири» («Ири», «Иран») и осетинское «ХIири» разделяет не просто фонетическое различие, но мировоззренческая пропасть: язык сохранил память о расколе между далекими древними иранцами («ставшими чужими», отколовшимися) и вчерашними осетинскими  соседями.

Вопреки расхожему мифу о «дикости» горских народов, первые русские академики недвусмысленно указывали на нашу глубинную связь. Василий Кириллович Тредиаковский, первый русский академик, прямо выводил этноним «кельты» (читай: древние европейцы) от славянского «желты» или «диданы» (деды). Прародину этих титанов он помещал в районы между Каспием и Понтом (Черным морем), близ реки Кир (Куры). Для него Титаны — это Аборигины, то есть первобытные, коренные народы. Следовательно, высокомерие по отношению к кавказцам — это глупость по отношению к собственным истокам, добровольная ампутация памяти.

Арийство как социальный идеал (случай ингушей)

Чтобы понять чудовищную нелепость русофобского или кавказофобского дискурса, достаточно взглянуть на социальное устройство древних ингушей. Истинное арийство (благородство) — это не расовый признак, а этическая категория, высшая степень свободы. Аммиан Марцеллин писал об аланах (предках ингушей): «Они не имеют понятия о рабстве, потому что сами происходят от благородных корней».

Это подтверждается археологически. Знаменитая ингушская триада (храмы, башни, склепы) — материальное свидетельство высокой духовной культуры. Погребальный обряд — строительство Малха-Каш (солнечных могильников) — уникален: тело не зарывали в землю, не сжигали, а оставляли в каменных усыпальницах с вентиляцией, чтобы плоть отделилась от костей, не оскверняя стихии. Это точное соответствие описаниям персидских обычаев у Геродота и Страбона.

Ритуал Нускал (невестки) — не просто быт, а космогония. Придя в дом жениха, девушка проходила четыре ступени освоения стихий: зажигала очаг (огонь), шла за водой (вода), заводила разговор (воздух) и рожала ребенка (земля). Где же здесь «дикость», о которой твердят идеологи розни?

Этимология как ключ к правде: от Халха до Ирана

Лингвистика позволяет за ярлыками «персы», «скифы» или «сарматы» разглядеть единый кавказский субстрат. Этноним «парс» (перс) по-ингушски означает «рука» — ответвление. Иранцы (парсы) действительно являются ответвлением от корня Халха (самоназвание ингушей, давшее имя халдеям). Само слово «Иран» восходит к ингушскому «Хири» (Ири) — «ставшие чужими», «отчужденные». Так называли тех, кто утратил кодекс благородства Эзди.

История алан и скифов — это история двухуровневой структуры: сакральным языком жрецов (магов) был язык гаргареев (ингушский), а языком войска — иранский или тюркский. Это подтверждает и лингвист Джоанна Никольс, отмечая предковый статус вайнахских языков для ряда индоевропейских диалектов.

Эту картину дополняют «божественные кратии» — общности, образованные от сакральных эпитетов, разлетевшиеся по карте Евразии.

· Эпитет Дзаур (Дозор) связан с грузинским «дзурдзуки», топонимом Заурово (Владикавказ), культом Дзаур-Аполлона и именем пророка Заратустра !
· Эпитет МагIи (Маги, «верхние, главные») отсылает к храму Маго-Ерда, древней столице Магас и жреческой элите Ирана.
· Эпитет Эза (Эзди) лег в основу закона Эздий, дал имя Йездану (эпитету Бога в Иране), отразился в именах Эздры и Язона. К нему восходят и социальные термины феодального Кавказа: «азаты», «азнауры», «уздени» — все они означают благородство, проистекающее из божественного источника.

Зороастризм и Кавказ

Зороастрийский дуализм, ставший великой религией Ирана, не возник на пустом месте. Он впитал древнейший пласт представлений Кавказа. «Так говорил Заратустра» — это, по сути, переложение на язык иранской культуры того самого выбора между Добром и Злом, что тысячелетиями осмыслялся в ингушских сказаниях о борьбе верхних и нижних нартов (как в писаниях об Аврааме и Нимроде). Забыть об этом — значит отсечь себя от корней «благой мысли» (Воху Мана).

Заключение
Ученные  лингвисты  и европейские историки спутали разные термины Хири и Х1ири, или намеренная мистификация — подсунули ложных  предков ? Европейцы ищут свои корни на Кавказе, отказавшись от своих крайностей..

Михайло Ломоносов говорил: «Народ, не знающий своего прошлого, не имеет будущего». Когда мы сегодня унижаем кавказские народы, мы унижаем не «инородцев», а тех самых Титанов и Аборигинов, от которых, по свидетельству первых русских историков, ведут начало «Московиты» и древние «Россы» у реки Кир.

Предательство здесь в том, что мы отказываемся от своего же наследия, от истории «общих даданов», меняя величие на мелкую национальную спесь. Будущее принадлежит только тем, кто способен узнать свое лицо в лице соседа, а не разбить зеркало истории топором ксенофобии.