Вечер у костра

Вечер  у костра

Начало осени. Тепло. Жаль расставаться с летом. Небольшая компания - три семейные пары - отправились на выходные в лес, отдохнуть, грибов набрать.
Ещё засветло, приехали на место. Мужчины занялись установкой палаток, женщины собирали хворост для костра.
Сумерки сгущались. Закипел чайник.  Танцующие языки пламени, искры, летящие в тёмное небо, деревья, погружающиеся во мрак, освещённые костром лица, всё создавало волшебную, мистическую атмосферу.
— Сейчас только страшилок не хватает, — пошутил Михаил.
— Мы не дети, — отмахнулась его жена Валя.
— Почему бы и нет, —сказала Женя, дуя на чай. — Я люблю мистику.
— Вот, вот. Начитаешься, потом полночи не спишь, —отзвался её муж Дима.
— Костёр, как портал в детство, — задумчиво протянула Лена. — Посмотрите: какая красота, словно солнышко спустилось на землю, время замедлило ход, вместе с дымом унеслись печали, покой на душе, волшебство.
— Вот и расскажи что-нибудь эдакое, — сказал Николай.
Словно не слыша его, Лена продолжила:
— В детстве мне на ночь бабушка всегда рассказывала сказки. Хорошие, добрые. Однажды я никак не могла заснуть, и бабушка таинственным голосом произнесла: «Спи. Морты всё видят, всё знают и за тобой наблюдают». Мне стало страшно интересно: кто это такие и почему они за мной наблюдают, но бабушка велела спать. «Всё потом, потом». Потом не наступило. Утром пришла телеграмма, мой дядя утонул. Бабушка поехала на похороны сына. Сердце её не выдержало. За одними похоронами последовали другие. Я так и не узнала кто такие морты. Подросла, много читала, но о мортах нигде ни слова. И вот, сейчас, сидя у костра, думаю: вдруг эти морты за нами наблюдают?
— Нет никаких мортов. Выдумки это твоей бабушки, — сказал Дмитрий.
— Ничего не выдумки, — перебила его Женя. — Мне одна женщина рассказывала, что это мёртвые языческие боги, которые заключают с людьми сделки, забирая их души.
— Девчата, придумайте что-нибудь поинтереснее. — улыбнулся Миша. — Мёртвые боги. Надо же.
— Ты, Миша, ничего не знаешь, — произнесла Валя. —В соседнем доме живёт баба Нина. Одинокая. Пожилая уже. Так женщины говорят, что в молодости она заключила сделку с мортами...
— Больше всякие сплетни слушай, — перебил её Михаил. — Она что, сама тебе говорила?
— Люди говорят.

 Быстро летит время. Сорок дней прошло. Тяжело. Несчастный случай. Не верю. Пятнадцать лет за рулём. И вдруг... занесло. Дорога скользкая. Нормальная была дорога. Подрезали его. Это я потом узнала. И ребёнок наш не родился. Потеряла я его. Мужа нет. Ребёнка нет. А эта мразь по земле ходит.
Спустилась с высокого крыльца церкви, пошла к калитке. Нищие сидят. Подала им денежку, чтоб помянули.
Вышла за ограду, села на скамейку. Сил нет. Цыганка подсела. Глаза чёрные. Бездонные. Завораживающие.
— Поделись. Легче будет.
Словно во сне голос услышала. Низкий. С хрипотцой.
Не люблю делиться горем, а тут как прорвало. Всё рассказала.  И о жизни нашей, о любви. Как ребёнка хотели, лечились. Не узнал он о нём. Не успел. Дальнобойщик. По рейсам мотался. Ипотека. В тот рейс ненадолго уезжал. Оказалось - навсегда. Через город районный ехал. На иномарке подрезали. Впереди две остановки почти напротив. Время пик. На одной автобус стоит, на другой толпа народа. Вот и врезался в столб, чтоб людей не покалечить. Через лобовое вылетел, перелом шейных позвонков. Надежды не было. Три «скорых» примчались. Кто-то сообщил: «КамАЗ остановку переехал».
В полиции сказали: «Не ищи. Смысла нет. Сын чиновника высокопоставленного. Несчастный случай. Занесло».
Живёт теперь этот «папенькин» сынок припеваючи. Мой в земле лежит. Где справедливость?
— Мёртвого не воротишь, а живой может «своё» получить.
Смотрю на цыганку, взгляд не отвести. Сомнения в душе. Грех это.
А голос вкрадчивый:
— Соглашайся.  Другого случая не будет.
Губы онемели. Слов нет.
— Соглашайся. Без согласия нельзя.
Глаза прикрыла. Головой кивнула. Тяжесть на душе.
— В пятницу. Тринадцатого. В двенадцать ночи приходи сюда. Морт ждать тебя будет. Всё обговорите. Через два месяца это будет. Не вздумай обмануть. Морты тебя везде найдут.
Глаза открыла - нет цыганки. Словно и не было никогда. А в голове словно метроном: «Пятница. Тринадцатое».
Два месяца, как в тумане. Уйму литературы перечитала. О мортах ни слова.
Может, не было ничего? Причудилось? Но морты? Откуда это взялось? Внутренний голос шепчет: «Не ходи. Грех». Понимаю - нельзя идти, но надо. Морты. Чёрт бы их побрал.
Двенадцатого, в четверг из рук всё валится. Делать ничего не могу. В голове стучит: «Морты». Не пойду. Спать пораньше лягу и всё.
Десять часов, одиннадцать. Не спится. Словно умом тронулась: собираюсь, чтобы к двенадцати на встречу успеть. Крестик на шею надела. Вдруг поможет?
И почти бегом к лавочке.
Никого. Обманула цыганка. Пошутила. Слава Богу!
Расслабилась. На небо взглянула. Звёзды мигают. Тишина.
Голову повернула, сидит на скамейке кто-то. Лицо капюшоном скрыто. Голос скрипучий:
— Заключим сделку?
— Какую? —  прошептала.
— Душу на душу.
— Нет!
— Твою мы всё-равно заберём. Но красавчик, мужа твоего погубивший жить будет, — усмехнулся. — Выбора нет: твоя душа к нам придёт, а он ещё многим жизнь испортит. Решайся. Благое дело. Ты уже наша.
В душе всё перевернулось. Не отступятся они от меня. Упустила я свою душу. Как быть?
Свечку чёрную мне протягивает. Рука в лунном свете бледная, словно у покойника.
Подальше на скамейке отодвинулась. Не возьму. Свою душу загубила. Ещё один грех брать на душу  не хочу. Не буду. Пусть тот гад живёт. Чёрт с ним. Жизнь длинная, может удастся выпутаться.
— И не думай. Мортов не знаешь. От нас никуда не денешся. Мы умеем ждать. Так как?
— Нет!
— Это окончательно?
— Да!
Рассмеялся:
— Вот ты и согласилась - «Да» произнесла.


Через пару месяцев узнала: утонул тот парень. Несчастный случай. Ночью на пикнике в речку полез.


Столько лет с этим грузом живу. Замуж не вышла. Детей нет. Поделиться ни с кем не могу. Не поверят. Чокнутой сочтут.
А жизнь-то оказывается не такая и длинная. Словно один миг промелькнула.
Как быть? Душу как спасти? Морты ждут.
Один опрометчивый шаг в порыве отчаяния и всё...

Долго ещё спорили друзья о мортах у костра. Решив взять под опеку бабу Нину, чтобы попытаться спасти её душу.