Случайная женщина

Ты выходишь в люди — и первое, что видят: улыбка, глаза, лёгкость. Ты пахнешь цитрусами и свежим бельём, смеёшься в нужных местах, поддерживаешь разговор. Никто не знает, что внутри, за этой витриной — депрессия, которая сворачивается клубком под рёбрами, и бутылка, которая ждёт вечера. Ты для всех — праздник, который всегда с тобой. И многие готовы провести с тобой ночь, день, неделю. Им плевать на тараканов, они пришли за конфеткой, а не за фабрикой.

Но ты сама знаешь, что фабрика — с перебоями, с цехами, где темно и пахнет затхлостью. И если кто-то захочет войти надолго — ему придётся разбираться с этим. Чинить, выносить, дышать этой пылью. Не каждый вывезет. Да и ты сама не факт что пустишь.

Сейчас ты на детоксе. В стакане вода с лимоном, прозрачная, строгая. Ты смотришь на неё и думаешь: сколько продержусь? Неделю? Две? Потом снова сорвусь — или нет? И в этом честном вопросе — вся ты.

Про тараканов. Да, их надо лечить. Не потому что кто-то скажет, а потому что с ними тяжело жить. Они шуршат по ночам, грызут мысли, не дают спать. Но с годами учишься с ними договариваться. Они есть — и ты есть. Иногда они побеждают, иногда ты. Главное — не притворяться, что их нет.

Про отношения. После тридцати приходит простота. Не циничная, а какая-то тёплая, своя. Ты перестаёшь вцепляться мёртвой хваткой, перестаёшь ждать, что вот этот — навсегда. Понимаешь: могут быть разные. И много. И это не страшно. Либидо работает как часы, напоминая, что ты живая, тёплая, настоящая. И это хороший советчик — оно не обманывает, не притворяется, оно просто хочет.

А самооценка — это лучшее, что ты купила за эти годы. Не в магазине, конечно, выстрадала, выносила, выходила. С ней можно одной, в тишине, с книжкой и бокалом (или без). И можно с кем-то — но уже не от голода, а от щедрости. Выбирать, брать то, что нужно, и не чувствовать себя должной.

Ты сидишь на кухне, за окном вечер, в стакане лимонная вода. Тараканы притихли, депрессия уползла в нору, до завтра. Ты смотришь на своё отражение в тёмном стекле — и оно улыбается. Не та, витринная, а настоящая. Которая знает про себя всё и всё принимает.

И это — твоя точка сборки.