Дом, внутри которого была гора

Мы поднимались с отцом уже больше часа. Тропа шла вверх между камнями, сухой жёлтой травой и редкими кустами. Камни были тёплые от солнца, и от них пахло пылью. Иногда попадались участки, где дорога была выложена плоскими плитами, будто когда-то здесь была старая дорога.
Ниже оставалась долина. Сначала я ещё различала там домики - белые, с красными крышами. Потом они стали похожи на коробки. Потом исчезли совсем.
- Далеко ещё? - спросила я.
Отец остановился, посмотрел вверх, прикрыл глаза ладонью от солнца.
- Почти пришли.
Мы прошли ещё несколько поворотов. Ветер стал сильнее, и в нём появился холод. Где-то рядом звенели цикады.
И тогда я увидела дом.
Он стоял почти на вершине, немного сбоку от тропы. Небольшой, серый, с низкой крышей из тёмной черепицы. Стены были грубые, каменные, и казалось, что их собирали из того, что нашли вокруг. Одно окно было закрыто ставней, другое - просто тёмное.
Дом выглядел так, будто его построили для пастуха или сторожа, а потом забыли.
Я даже оглянулась на тропу.
- Мы точно туда идём?
- Туда, - сказал отец.
Дверь была деревянная, потемневшая от времени. Отец толкнул её плечом, и она открылась с коротким скрипом.
Внутри сначала было прохладно и темно. Узкий коридор, каменный пол. От стен пахло сыростью и известью. Где-то тихо капала вода.
Мы сделали несколько шагов.
Коридор повернул, и пространство вдруг расширилось.
Перед нами начиналась лестница.
Она поднималась вверх вдоль стены, к галерее с деревянными перилами. Перила были потёртые, гладкие, как будто за них держались очень многие люди.
А выше, сквозь перекладины галереи, виднелись ещё лестницы. И мостики. И переходы.
Я остановилась.
- Подожди… - сказала я. - Снаружи дом же маленький.
Отец оглянулся, как будто проверяя, и кивнул.
- Да.
Он начал подниматься.
Ступени были каменные, слегка неровные. На стенах попадались пятна старой штукатурки, а местами камень был просто голый.
Мы поднялись на галерею. Оттуда открывался длинный коридор.
В конце было окно.
Я подошла и выглянула. Склон горы был совсем рядом - почти под самым окном. Камни, кусты, сухие ветки.
Я обернулась.
За моей спиной начиналась ещё одна лестница.
Мы продолжили подниматься.
Иногда лестницы становились такими узкими, что приходилось идти боком и держаться рукой за стену. Иногда коридоры неожиданно открывались в большие комнаты с высокими потолками.
В одной из них стояли два старых стула и стол.
На столе лежал камень.
Обычный серый камень, как будто его только что принесли с улицы.
- Кто-то здесь живёт? - спросила я.
- Нет, - сказал отец.
Мы пошли дальше.
Иногда за стеной слышался ветер. Иногда - тихий шорох камней, будто где-то далеко осыпался склон.
И постепенно у меня появилось ощущение, что мы идём не просто внутри дома.
Мы шли внутри горы.
В одном месте лестница стала почти вертикальной. Узкая, деревянная, с перекладинами вместо ступеней.
Отец поднялся первым.
Я полезла следом.
Наверху был короткий коридор и поворот.
Но когда я поднялась, отца там уже не было.
Я остановилась.
- Пап?
Ответа не было.
Я решила, что он пошёл дальше.
Коридоры продолжались, лестницы вели вверх. Иногда попадались окна. Из них было видно облака. Иногда - долину, но уже так далеко, что она казалась картой.
Я шла довольно долго.
Потом коридор вывел меня к большому окну.
Оно было почти от пола до потолка.
Я подошла ближе.
И увидела внизу дом.
Он стоял на вершине горы - маленький, почти игрушечный.
Тот самый дом, через который мы вошли.
Я смотрела долго.
Дом был слишком маленький, чтобы в нём могли быть все те лестницы, по которым я поднималась.
Я постояла ещё немного, потом повернулась и пошла вниз.
Спуск оказался короче, чем подъём. Коридоры становились проще, лестницы - ниже.
Стены снова стали грубые и старые.
Наконец я вышла наружу.
Ветер был холодный.
Дом стоял передо мной.
Он был таким же, как раньше - маленький, немного перекошенный, с узкими окнами.
Я отошла на несколько шагов и посмотрела вверх.
В одном из окон на самом верху стоял отец.
Он смотрел на горы.