Жрец в Золотой Маске. Рассказ первый

Варрисс как обычно с ней встретился. Они условились встретиться и погулять в замковом саду.

В этот раз Тирисс как-то по-особенному на него смотрела.

Мужчина изумился:

- Что с тобой? - загадочно улыбаясь, промурлыкал он.

Посмотрел прямиком ей в глаза.

Они задержали взоры друг на друге.

И она, набравшись смелости, решилась произнести это:

- Я люблю тебя!

Вот так вот. Просто. Без прелюдий. Ожиданий. И прочего. Простое «я люблю тебя».

Которое всего стоило.

Время застыло. Варрисс опешил.

- Я... Ты....

Мужчина ушел глубоко в себя. Но она мягко и слегка властно взяла его за подбородок и приподняла его голову.

- Посмотри на меня, - ласково и негромко проговорила она.

Их глаза снова встретились.

Варрисс просто не выдержал первый. Он мягко обхватил ладонями её лицо и нежнейшим образом поцеловал её.

И сосны перешептывались на ветру на ними этой полнолунной ночью. Ночью, где никто не посмел потревожить покой обоих.

Они целовались долго.

Варрисс прижал её к себе.

Женщина ощутила сквозь ткань животом его возбуждение. 

Он взволнованно проговорил, взяв её за руку:

- Пойдем.

И повел её вглубь сада - туда, где их точно никто не увидел бы. Там находилась белокаменная беседка.

Они сели туда.

Варрисс усадил девушку себе на колени. И принялся медленно и тягуче с ней целоваться.

***

Новоявленный Жрец издал закон, по которому все новоприбывшие в город были обязаны платить при заселении десятую часть дохода на протяжении первых пяти лет проживания. Эти деньги могли значительно развить город и укрепить его.

Многие с негодованием восприняли подобные реформы, но выступать открыто против никто не стал.

В конце-концов, десятина - это не так уж и много, если вдуматься.

Так что Варрисс, можно сказать, получил открытую поддержку своим действиям.

Далее он поспешил избавиться от Культа Быка в граде.

Это было необходимо для устранения конкурентов. Кроме того, те насаждали весьма деструктивные ценности в его обществе, и Варриссу это, мягко говоря, не нравилось.

Так что устранить прямых практически врагов было просто-напросто жизненной необходимостью.

Получив поддержку и здесь, ибо многие местные были весьма недовольны культом и его делишками, Варрисс пошел дальше. Он не собирался останавливаться на достигнутом.

Намереваясь и дальше насаждать свою власть.

Старейшин культа он решил показательно публично наказать.

Двух казнил, одного запытал до смерти.

Люди, конечно, возликовали, и власть Варрисса лишь укрепилась.

После смерти Тирисс он, наконец, стал приходить в себя и стал весьма жестким правителем. Тем самым, который был необходим его обществу в этот весьма непростой для общесва час.

Он стал жестким, твердым и сильным мужчиной - таким, каким он и должен был всегда быть.
И сейчас он просто делал.

Творил. То, что должно.

Ровно. Без сомнений, содроганий, суеты и всего такого прочего. Без страданий и сожалений. Чувств никаких не осталось. Надлежало лишь действовать. И всё.

Сделать то, что было необходимо.

Он Жрец. Он не Бог... но Длань Господняя.

***

Варрисс как обычно с ней встретился. Они условились встретиться и погулять в замковом саду.

В этот раз Тирисс как-то по-особенному на него смотрела.

Мужчина изумился:

- Что с тобой? - загадочно улыбаясь, промурлыкал он.

Посмотрел прямиком ей в глаза.

Они задержали взоры друг на друге.

И она, набравшись смелости, решилась произнести это:

- Я люблю тебя!

Вот так вот. Просто. Без прелюдий. Ожиданий. И прочего. Простое «я люблю тебя».

Которое всего стоило.

Время застыло. Варрисс опешил.

- Я... Ты....

Мужчина ушел глубоко в себя. Но она мягко и слегка властно взяла его за подбородок и приподняла его голову.

- Посмотри на меня, - ласково и негромко проговорила она.

Их глаза снова встретились.

Варрисс просто не выдержал первый. Он мягко обхватил ладонями её лицо и нежнейшим образом поцеловал её.

И сосны перешептывались на ветру на ними этой полнолунной ночью. Ночью, где никто не посмел потревожить покой обоих.

Они целовались долго.

Варрисс прижал её к себе.

Женщина ощутила сквозь ткань животом его возбуждение. 

Он взволнованно проговорил, взяв её за руку:

- Пойдем.

И повел её вглубь сада - туда, где их точно никто не увидел бы. Там находилась белокаменная беседка.

Они сели туда.

Варрисс усадил девушку себе на колени. И принялся медленно и тягуче с ней целоваться.

***

Новоявленный Жрец издал закон, по которому все новоприбывшие в город были обязаны платить при заселении десятую часть дохода на протяжении первых пяти лет проживания. Эти деньги могли значительно развить город и укрепить его.

Многие с негодованием восприняли подобные реформы, но выступать открыто против никто не стал.

В конце-концов, десятина - это не так уж и много, если вдуматься.

Так что Варрисс, можно сказать, получил открытую поддержку своим действиям.

Далее он поспешил избавиться от Культа Быка в граде.

Это было необходимо для устранения конкурентов. Кроме того, те насаждали весьма деструктивные ценности в его обществе, и Варриссу это, мягко говоря, не нравилось.

Так что устранить прямых практически врагов было просто-напросто жизненной необходимостью.

Получив поддержку и здесь, ибо многие местные были весьма недовольны культом и его делишками, Варрисс пошел дальше. Он не собирался останавливаться на достигнутом.

Намереваясь и дальше насаждать свою власть.

Старейшин культа он решил показательно публично наказать.

Двух казнил, одного запытал до смерти.

Люди, конечно, возликовали, и власть Варрисса лишь укрепилась.

После смерти Тирисс он, наконец, стал приходить в себя и стал весьма жестким правителем. Тем самым, который был необходим его обществу в этот весьма непростой для общесва час.

Он стал жестким, твердым и сильным мужчиной - таким, каким он и должен был всегда быть.
И сейчас он просто делал.

Творил. То, что должно.

Ровно. Без сомнений, содроганий, суеты и всего такого прочего. Без страданий и сожалений. Чувств никаких не осталось. Надлежало лишь действовать. И всё.

Сделать то, что было необходимо.

Он Жрец. Он не Бог... но Длань Господняя.

***

Она была для него всем. Целым миром.

Его личной Вселенной. Они оба были друг у друга, плотно пересекаясь своими мирами.

И этот мир у него отняли.

Его... любимую.

И, понимая, что это уже произошло... и это не поправимо. Нет смысла никого наказывать, и ничего уже не вернуть как прежде...

Осознавая это, Варрисс понимал очень точно лишь одно.

И во имя их любви Варрисс наденет эту чертову золотую маску. И станет жрецом.

Он станет тем, кем нужно. И понесет это бремя. Во имя Тирисс. Во имя их возвышенной любви.

Во имя их мечт, прекрасных разговоров наедине, трогательных поцелуев и духовного единения.

Он сделает это.

И даже сверх того. Всё, что потребуется. И это станет его миссией до конца.

До тех пор, пока Всевышний Владыка Бог не заберет его самолично в иной мир.

Да будет так!

Отрекаясь от самого себя, Варрисс нацепил на себя этот лик.