Глава 1.
По громкоговорителю объявили о приземлении очередного самолета. Приятный женский голос монотонно продиктовал полезную информацию, после чего зал ожидания вновь наполнился легкой новогодней музыкой. Иван Никонов устало посмотрел на часы – начало четвертого дня. Веселая рождественская мелодия, звучащая откуда-то из-под потолка, действовала на него расслабляюще, буквально, гипнотизируя. Он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Со стороны Никонов выглядел безупречно - все выдавало в нем преуспевающего человека, у которого есть, если не все, то очень многое. Действительно, у него были и деньги, и престиж, и авторитет перед коллегами. Не хватало только банального семейного счастья, которое в свое время не ценилось и даже не воспринималось им, как нечто дорогое и значимое. Первый брак распался практически сразу, как только бизнес начал приносить относительно хорошие деньги. Много запретных плодов моментально возникло в поле интересов обоих супругов, и они, конечно, не устояли. От этого недолгого семейного союза остался сын Феликс, который теперь вынужден был жить на две семьи: в США с матерью и в Москве с отцом. Собственно, именно его сейчас и встречал Никонов в зале ожидания аэропорта. Последнее время отношения между отцом и сыном были, мягко говоря, непростые, но Иван не терял надежды, что все однажды наладится.
Окончательно расслабившись, он больше не обращал внимания на суету, царившую вокруг. Реальность словно провалилась глубоко вниз, отбросив прочь все ненужные телодвижения и посторонние мысли. Мир замер, и именно в таком состоянии ему, наконец, удалось успокоиться и насладиться мгновением тишины и покоя, пускай, даже мнимого. Вся эта предновогодняя суматоха, отчеты, корпоративы, приправленные, кроме всего прочего, неурядицами в личной жизни, окончательно расшатали его, и без того, искалеченное нервное состояние. А ведь он был еще относительно молод - всего 42 года. Скорее всего, Никонов бы еще очень долго отдыхал от всего мирского в своей нирване, но в кармане зазвонил телефон.
- Ну, здравствуй, сынок. Прилетел? - несмотря на усталость, голос Ивана звучал невероятно ласково и по-доброму, - отлично! Жду тебя на прежнем месте.
Феликс был молодым 19 летним парнем, высоким и напоминающим классического рокера из-за своих длинных волос и прочей соответствующей атрибутики. Внешность не врала. Он, действительно, увлекался тяжелой музыкой, хотя отец и не терял надежды, что тот все же остепенится и пойдет по его стопам, продолжив семейное дело. Однако бизнес – последнее, что интересовало молодого парня, и Никонов-старший, вспоминая уже свою молодость, лишь грустно соглашался с тем, что в таком возрасте бесполезно давить своими резонными доводами и пытаться втолковать какие-то жизненные истины. Подрастет, сам все поймет - решил он и оставил сына в покое, чтобы не портить лишний раз и без того непростые отношения. К сожалению, данная уступка помогла лишь отсрочить неизбежное. С каждым новым визитом в Москву Феликс все дальше отдалялся от отца, словно это была отплата тому за разрушенный когда-то в молодости брак.
Когда сын появился в зале ожидания, Никонов радостно направился к нему навстречу.
- Привет! – радостно обнял он его, - рад тебя видеть! Как там мама?
- Привет, - без особой радости ответил Феликс, - У мамы все хорошо. Слушай, пап, подбрось до Парка культуры. У пацанов концерт завтра, хочу с ними порепетировать, чтобы тоже выступить. А потом уж к тебе.
- Подожди, - перебил отец, - какие пацаны? Какая репетиция? Ты прилетел только. Отдохни, прими душ хотя бы. Подождут твои пацаны. Да и я тоже соскучился. Три месяца не виделись…
- Пап, не начинай. Если что, закинь домой мои вещи, я сам доеду, - он снова достал свой без перерыва вибрирующий мобильный телефон, ловко напечатал и отправил кому-то сообщение.
- Ну хватит, - Никонов попытался забрать у сына мобильный, - убери телефон. И так дома не бываешь совсем. Теперь еще пацаны, гитары.
- Ну да, я музыкант, - вспылил Феликс, - короче, я погнал. Встретимся вечером.
- Да, подожди ты! Что значит, погнал? – отец схватил его за рукав куртки, - никуда ты не погнал! Едем домой. Погнал он. Ишь, взрослый стал…
- Да, хорош! Ты чего делаешь? – Феликс вырвал руку и чуть не замахнулся в ответ, - лучше б вообще не приезжал.
- Ну и не приезжал бы! – закричал Иван и бросил ему под ноги его вещи, - катись к своим пацанам!
Вернулся Никонов домой в одиночестве и злой. Он еще едва только успел разуться и гневно раскидать свои ботинки по огромной прихожей, когда в его кармане снова раздался звонок. Он неохотно ответил.
- Привет, Полина. Как ты?
- Привет, Вань, - радостно прошептала женщина в трубке, - я хорошо. Что у вас? Встретил сына?
- Да, но… короче мы разругались, и похоже, надолго…
- Боже мой. Мне очень жаль. Хочешь, я приеду? Погрустим вместе.
- Полина, извини. Я сейчас немного не в духе. Хочу побыть один. Понимаешь…?
- Ваня, скажи уже честно, я, вообще, нужна тебе? – резко сменила тон женщина.
- Слушай, не начинай…
- Что, не начинай? Полина, приедь. Полина, уедь. Я не девочка по вызову!
- Полина, сейчас не тот момент, чтобы выяснять отношения! – Никонов тоже начал заводиться, - и так хреново на душе. Я думал, хотя бы ты меня поймешь…
- А я тебя прекрасно поняла! Ну тебя к черту, Никонов! Короче, я поехала к себе в Каменки. А ты отдыхай, встречай новый год один! – и она сбросила звонок.
Полина искренне не понимала, что именно было между ней и Иваном? Последние полгода они, вроде бы, встречались, но полноценными отношениями она бы это точно не назвала. Никонов не отвергал ее чувства, но, в то же самое время, держал между ними приличную дистанцию. И, как бы женщина ни пыталась приблизиться хотя бы на миллиметр сверх того, что определил тот, сделать ей это не удавалось. На все попытки как-то утешить, помочь, приласкать он отвечал лишь невнятными отговорками. Никонов этого, конечно, не замечал, но, в сущности, он вел себя с ней именно так, как с ним самим вел себя Феликс.
- Сама иди к черту! – крикнул он после некоторой паузы в выключенную трубку, зная, что женщина его уже не слышит, а затем гневно отбросил телефон куда-то в сторону.
Иван окончательно пал духом, сходил на кухню и вернулся в комнату с бутылкой коньяка, которую берег для новогоднего стола. Но какой теперь новогодний стол? Будет ли он, вообще, после всего этого? Он устало рухнул в большое кресло. Впереди его ждал долгий вечер наедине с бутылкой и грустными размышлениями о собственной жизни. Недолго думая, он налил себе первую рюмку и тут же выпил…
Пришел в себя Никонов только на следующее утро. Где-то над головой звучал телевизор. Негромко, но с каждой секундой все больше действуя ему на нервы. Иван приоткрыл глаза и понял, что лежит в комнате на полу. Тело затекло, а голова раскалывалась от похмелья. Кое-как ему все же удалось подняться на ноги и сесть в кресло, в котором он провел весь вчерашний вечер, запивая боль и обиду на весь белый свет. Отыскав на журнальном столе среди кучи разбросанных вещей и какой-то еды свой телефон, он посмотрел, который час? На дисплее было 08:20, 31 декабря 2025 год. Отбросив телефон обратно, Никонов поднялся и неуклюже направился в ванную. Примерно через час, приведя себя в порядок и немного воспряв духом, он все же решился на звонок Полине, чувствуя себя очень неловко из-за вчерашнего разговора.
- Ну, здравствуй, - холодно ответила та, - если сейчас скажешь, Полина, приедь – сразу иди нахрен!
- Пола, ну не надо, - виновато начал оправдываться Иван, - я себя и так ужасно чувствую.
- Ты себя, мне кажется, постоянно так чувствуешь. Что, уже помирился с сыном?
- Нет, не звонил еще. Решил сначала с тобой как-то наладить контакт.
- Хм, так ты опоздал. Я уже уехала на дачу. Так что, если вдруг решил что-то там налаживать, сам теперь приезжай. Никонов, я долго терпела твои метания. Но вчера ты меня уже достал…
- Да все, хватит! – снова начал срываться Иван, - хорошо. Приеду! Скинь только точный адрес, пожалуйста.
- Ну, хорошо. И во сколько тебя ждать?
- Как с сыном разберусь, сразу выезжаю. Надеюсь, мы вместе приедем. Либо я один.
- Ладно, - немного смягчилась женщина, - сейчас скину тебе геолокацию. Удачи с Феликсом.
Никонов почувствовал себя немного легче. Однако, впереди был не менее трудный для него разговор с сыном.
- Привет, Феликс, - осторожно начал он, - как ты там?
- Доброе утро, - саркастически ответил тот, - ничего, справляюсь. Отошел?
- Тоже, вроде бы, справляюсь. Ладно, поругались, и хватит. Давай, домой. Могу за тобой заехать.
- Не надо заезжать. Сам приеду ближе к вечеру, после концерта.
- Ах, ну да, концерт…
- Ну да. Я же говорил вчера. Я там тоже одну песню спою.
- Да ладно… даже так?
- Ну да.
- Давай так, я схожу с тобой на этот концерт, а потом мы вместе будем встречать новый год. Хорошо?
- Что-то ты больно добрый…, - подозрительно съязвил Феликс, - подвох какой-то будет в конце?
- Ну, не то, что бы подвох… В общем, после концерта съездим вместе к Полине?
- Это та блондинка твоя последняя? А что с ней?
- Слава Богу, с ней все хорошо. Но мы вчера тоже немного поругались…
- Да, ты вчера со всеми, я смотрю, переругался…
- Вроде того… Короче, она на даче сейчас. И я тебя прошу поехать со мной. А то как-то совсем неудобно получается.
- Блин, ну, ладно. Я согласен.
- Отлично! Скажи, куда там за тобой заехать? И во сколько.
- Давай к двум. Сейчас сброшу адрес.
Глава 2.
Конечно, Никонов не был в восторге от идеи больше часа трястись от грохочущей со всех сторон тяжелой музыки, но другого шанса завлечь Феликса на свою сторону он для себя пока не видел. Поэтому, скрипя сердцем, пошел на очередной компромисс.
Ровно в два часа дня он уже был на месте в ожидании сына и какого-то его друга, у которого тот ночевал. К сожалению, те не были столь пунктуальными, как он. Наконец, минут через десять они появились. Без фамильярностей пожав ему руку, оба молча сели на заднее сиденье его мерседеса, бросив куда-то назад гитару и вещи Феликса. Никонов нажал на газ, и машина тронулась с места. Благо, клуб, куда они направлялись, находился недалеко, поэтому доехали быстро, даже несмотря на новогоднюю суматоху в городе.
- Куда теперь? – спросил он, припарковавшись.
- Тут рядом. Идите за мной, - ответил их попутчик.
Они пошли за ним по узкому переулку, который был практически полностью заполнен разнообразными поклонниками тяжелой музыки. Некоторые были с гитарами, и вокруг них собирались те, кто их слушал и даже подпевал. Проходя мимо одного такого гитариста, Никонов смог расслышать слова песни, которую тот исполнял: «Мы придем в морг, чтобы бухать…».
- Вы слышали? – изумившись услышанному, толкнул он сына, - слышали, о чем он поет? – но парни только равнодушно пожали плечами.
Иван даже обернулся, чтобы лучше разглядеть певца – обычный молодой парень. Чем-то даже похож на Феликса, хотя они все здесь, так или иначе, похожи друг на друга. Веселое будет приключение – пронеслось в его голове. Но уже поздно что-то менять, придется продержаться до конца.
Наконец, пройдя до конца переулка, они достигли входа в клуб. Последняя возможность отступить была оставлена позади, и Никонов вместе со всеми заплатил за вход и прошел внутрь. Ожидаемо, его тут же ударила в голову оглушительная звуковая волна.
- Куда? – снова спросил он сына, уже напрягая голос, чтобы тот его услышал, - нам бы не потеряться.
- Считай, пришли, - ответил Феликс, и они стали пробираться через множество людей куда-то, где, по всей видимости, была сцена.
Вскоре к ним присоединились остальные приятели. Наспех обсудив что-то по поводу выступления, они удалились готовиться к выходу на сцену.
- Мы выступаем третьими, - пояснил Феликс, вернувшись к отцу.
- Ну что ж, с удовольствием послушаю, - слукавил Никонов, в душе все также не одобряя увлечение сына музыкой, тем более такой, которая сейчас звучала в этом клубе, уничтожая его барабанные перепонки, - надеюсь, у вас хотя бы не так будет? - он указал на парня, который в этот момент чуть ли не катался с микрофоном по сцене, продолжая петь даже в таком положении.
- Это, кстати, хорошая группа, - заступился сын, - довольно известная. Зря ты иронизируешь.
- Тот с микрофоном на сына одного знакомого банкира похож. Димка Ярошенко, когда-то начинали вместе. Вот будет забавно, если это, правда, его сын.
- Не знаю, - ответил Феликс.
Спустя десять минут, первая группа с тем самым оригинальным вокалистом закончила свое эпичное выступление, и в зале воцарилась долгожданная относительная тишина, но, к сожалению, ненадолго. Вторая команда понравилась Никонову немного больше, в сравнении с первыми выступавшими. Слушать можно, охарактеризовал он их музыку. Однако, если бы сейчас сын вдруг предложил: папа, давай уйдем - Иван бы, не раздумывая, согласился и бросился к выходу. Отыграв нехитрую программу из нескольких посредственных песен, они также, как и их предшественники, громко и пафосно пожелали всем присутствующим счастья и побольше рока в новом году, после чего покинули сцену. Третьими туда поднялась группа Феликса.
- Смотри, смотри, - толкнул тот отца, - наши пошли!
- Ну да, - равнодушно ответил Никонов, - вон, вроде бы, тот, что с нами ехал. Как его?
- Тим. Тимофей.
- Тимофей, - усмехнулся отец, - неужели кто-то еще так детей называет?
- Ну, они над Феликсом поначалу тоже смеялись. Сейчас, вроде бы, привыкли уже, - с иронией в голосе признался сын.
- Серьезно…? - Иван что-то хотел возразить, но не успел - зал уже наполнился ревом электрогитар.
Феликс с восхищением смотрел на сцену, а Иван обводил взглядом толпу вокруг себя. Удивительно. Завтра эти люди, скорее всего, даже не вспомнят ни мотива, ни слов, ни самих исполнителей. Все выветрится из их памяти уже через несколько минут, как только они выйдут прочь из этого помещения. А завтра будут новые группы, новые песни, которые, в сущности, не будут ничем отличаться от сегодняшних. И все по новому кругу, из ниоткуда в никуда…
- А сейчас я попрошу подняться на эту сцену нашего друга Феликса, - прервал его размышления один из музыкантов, когда группа закончила исполнять очередную композицию, - Фил, давай к нам!
- Ну, я пошел, - радостно сказал сын и побежал на сцену, - смотри и восхищайся!
Никонов махнул ему рукой и вдруг почувствовал, что даже начал немного волноваться за его выступление, хотя еще мгновение назад был абсолютно равнодушен ко всему происходящему.
- Это наша новая песня, - сказал Феликс в микрофон, поднявшись на сцену к остальным музыкантам, - надеюсь, всем понравится…
Песня, на самом деле, оказалась неплохая, более адекватная, по сравнению с остальным их материалом. Но, по мнению Никонова, такой же «детский лепет». Как бы он ни пытался проникнуться интересами сына, он не мог перебороть свою неприязнь ко всей этой рок тусовке. Ну, хотя бы послушал, как он поет – успокоил он сам себя, ведь это, действительно, был первый раз, когда Иван слышал голос собственного сына, выступающего на сцене.
Через несколько минут группа закончила выступление и под восторженные крики толпы покинула сцену. Концерт был завершен. Никонов поспешил навстречу сыну, чтобы выразить свое «восхищение».
- Ну, супер! Супер! – он обнял его и чуть ли не поднял в воздух, - молодец.
- Реально? - смущенно переспросил Феликс, - спасибо, пап. Не ожидал даже.
- Реально. Реально. Мне понравилось.
- Ну вот, а ты говорил! Может быть, тогда подсобишь как-то с записью альбома...?
- Ну ты… это, не гони лошадей, - моментально замялся Иван.
- Понятно, - вздохнул Феликс.
- Ничего тебе пока еще не понятно, - перебил Никонов, - Ладно, - махнул он рукой, - Раз уж для тебя это так важно, помогу.
- Ну вот, это уже другое дело! – обнял его сын.
- Разберемся. Ну что, едем? Прощайся, и жду тебя в машине.
- Да, давай. Скоро буду, - Феликс махнул рукой и скрылся в толпе.
Глава 3.
Иван совершенно не помнил, как добираться до дачи Полины, так как был там за все время их знакомства только один раз, но понадеялся, что с помощью навигатора эта проблема как-то решится. По его прогнозам, добраться до места они должны были часа за два. В начале пятого, когда уже почти стемнело, они выдвинулись в путь.
Дорога была неблизкой. Более того, как назло, погода начала портиться, пошел снег. Еще недавно не было и намека на осадки, но стоило им выехать за пределы Москвы, как сразу, словно по команде, небо заволокло облаками и начали падать первые снежинки. И, чем дальше они отдалялись от столицы, тем сильнее становился снегопад. Впрочем, поводов для паники не было, по крайней мере, пока. Навигатор в автомобиле работал исправно, подсказывая им наиболее оптимальный маршрут для поездки. Настроение было праздничное, и отец с сыном чувствовали себя более, чем прекрасно, предвкушая отличный вечер за праздничным столом.
- Сейчас еще одну поставлю, - радостно поделился Феликс, меняя музыку на своем телефоне и выводя ее через акустику в автомобиле, - скажи потом свое мнение.
Никонову становилось все сложнее изображать из себя поклонника творчества сына. Но пока он еще держался, лишь деликатно пытаясь перевести тему для разговора в иное русло. Однако, неожиданная похвала не на шутку завела молодого музыканта, и теперь он всячески навязывал отцу всевозможные записи своих выступлений, надеясь получить от того какую-то оценку или замечание. Поначалу это даже льстило Никонову, но с каждой новой песней становилось все более не по себе. Кроме этого, было невыносимо горько и совестно от осознания того, что все это радушное отношение сына к себе он, можно сказать, выторговал взамен на проявление ложного интереса к его музыкальному творчеству.
- Давай немного передохнем, - смущенно ответил он, - чуть попозже послушаем. В целом, все неплохо. Так что не переживай.
- Спасибо, пап. Просто, там пара моментов смущает меня. Хотел узнать твое мнение.
- Ладно, ставь, - не выдержал Иван терзаний совести, - что там тебя смущает?
И снова машина наполнилась тяжелыми звуками рок музыки. Никонов тяжело вздохнул и посмотрел на экран навигатора. По расчётам того, ехать им оставалось еще более полутора часов.
- Ну, более-менее, - снова общими словами высказал свое мнение Никонов, когда очередной «шлягер» Феликса, наконец, закончился, - сойдет.
- Там во втором куплете концовка, как тебе? Не слишком жестко?
- Да нет, вроде, не слишком, - ответил он, совершенно не помня, что именно там было во втором куплете, - только давай немного передохнем.
- Хорошо. Спасибо за поддержку.
Никонов потрепал сына по плечу. Даст Бог, не все еще потеряно в их отношениях – подумал он и облегченно вздохнул. Наконец, долгожданная тишина.
Между тем, погода окончательно испортилась. От мощного снегопада не спасали даже работающие на полную мощность дворники. «Через триста метров поверните направо» - послышалось из динамика навигатора. Никонов попытался вглядеться в снежную даль сквозь лобовое стекло автомобиля. Где там поворачивать? Им, вроде бы, еще ехать и ехать. Но, видимо, навигатору виднее. Впереди начал проглядываться какой-то поворот. Видимо, это он и есть, - подумал Иван, и машина свернула на проселочную дорогу.
Прошло минут 15 с момента поворота, и Никонов стал замечать, что навигатор, на который возлагалась вся надежда, перестал подавать признаки жизни, предательски застыв на одном месте. Иван остановил машину и стал проверять, все ли в порядке с прибором? Неприятное ощущение где-то внутри все явственнее давало о себе знать.
- Да что с ним? – постучал он по корпусу, - первый раз такое. Никогда раньше не подводил.
- А где мы вообще сейчас? – спросил Феликс, всматриваясь в пургу за стеклом, - Надо же, как вьюга разыгралась. На таком фоне классно было бы клип снять. Помнишь, песню я тебе ставил сегодня, там еще строчка была…?
- Хватит уже! – не выдержал Иван, - Не до песен сейчас, - он еще раз, уже с силой, постучал по устройству, - Ну и куда ты нас завел, Сусанин?
Но навигатор продолжал молчать, словно у него, действительно, был какой-то злой умысел в отношении своих владельцев. Не найдя лучшей идеи, Никонов развернул машину и поехал в обратном направлении, надеясь снова выехать на шоссе, и там уже как-то сориентироваться. Но заснеженная проселочная дорога и не думала заканчиваться. Прошло уже 20 минут, а впереди была все та же снежная вьюга, и ни намека на что-то еще. Казалось, они ездили по кругу в чистом поле. Прошло еще 10 минут, и он снова остановил машину. Стало окончательно понятно, что они заблудились и понятия не имели, куда ехать дальше?
- Ну все, - обреченно стукнул по рулю Никонов, - сын, прости, но кажется, нового года в этот раз у нас не будет.
- Да блин! Как так-то? Мы ж никуда не сворачивали. Почему на шоссе не выехали?
- Да, хрен его знает. Я знаю, что не сворачивали…
В этот момент ожил навигатор: «Маршрут перестроен. Через 800 метров поверните налево».
- Я ему больше не верю, - проворчал Никонов, - как бы вообще куда-нибудь под лед не провалиться. Я вообще, понятия не имею, где мы сейчас? А он сейчас заведет нас еще дальше в глушь…
- Да, куда уж дальше? – не согласился Феликс, - это наша последняя надежда. Поехали вперед. Там, через 800 метров будет видно.
- Да нет, сын, давай лучше развернемся. Я думаю, мы еще сможем найти выезд на шоссе. Это надежнее.
- А если не найдем?
- Тогда не знаю. Придется встречать новый год прямо здесь.
- Поехали вперед, - продолжал настаивать сын, - поехали. Я думаю, что там и будет этот выезд на шоссе.
- Да не может его там быть. Мы его проехали, он где-то позади.
- Поехали, узнаем.
- Ну, хорошо, - скептически покачал головой Иван, - поехали.
Машина тронулась с места, но двигалась уже тяжело, постоянно увязая в снегу. Прошло минут пять, и последняя надежда на успешный исход их поездки начала неумолимо рассеиваться в снежном вихре, бушующем вокруг машины. Никакого поворота налево впереди, конечно, не оказалось, а навигатор снова молчал, как партизан. Никонов уже без какой-либо надежды продолжал жать на педаль газа, пока автомобиль окончательно не застрял в снегу. Приехали…
- Ну все, - подытожил он уже без малейшего намека на оптимизм, - конец.
- Что конец? – испуганно посмотрел на него сын, - так и будем сидеть здесь?
- Ну а что ты предлагаешь?
Феликс достал телефон и начал пытаться вызвать помощь.
- Черт, мы, похоже, еще и без связи остались…, - обрадовал он.
Никонов проверил свой телефон – та же самая картина. Вызов тоже не проходил. Какой-то злой рок навис над ними в эту новогоднюю ночь. Иван бросил на приборную панель бесполезный кусок пластика и вышел наружу. Его не было минуты две. Наконец, дверь открылась, и он весь в снегу сел обратно. Феликс с изумлением уставился на него.
- Ну что там? Все плохо?
- Ничего не видно. Метет, как на севере. И снега по колено. Но бензин еще есть, аккумулятор, вроде бы, тоже не собирается помирать… Так что, ночь, я думаю, перекантуемся…
- В машине?
- А у тебя есть идеи получше?
- Да лучше б дома остались. Надо тебе было на эту дачу поехать…
- Феликс! Кто знал?
- Да, никто не знал…!
- Вот именно, - чуть было не сорвавшись на крик, перебил Иван, - и хватит уже! Ты тоже уже взрослый, должен быть готов даже к таким ситуациям, - после этих слов он достал с заднего сиденья увесистый пакет, - До новогоднего стола все это уже не доедет. Поэтому предлагаю начать прямо здесь, - он достал из пакета бутылку водки, шампанское, какие-то конфеты, - тебе что, шампанское или покрепче?
- А ты сам что будешь?
- Лично я на шампанское сейчас как-то не настроен. Не то настроение, знаешь ли.
- Ну вот и я тоже. Стаканчиков нет?
- Боюсь, что нет. Но ты же рокер. Зачем тебе стаканчики?
Феликс засмеялся, - Ну, давай, ты прав, - после чего он пригубил водку, закусив потом конфетой из коробки.
Прошло некоторое время, и под действием алкоголя они оба немного успокоились и уже начали смиряться со своим положением. Нашлись даже темы для разговора, и отец с сыном, в итоге, перебрались на заднее сиденье автомобиля со своим нехитрым провиантом. Затем прошло еще около получаса, когда Никонов вдруг заметил, что вьюга, бушевавшая на улице, наконец, утихла. Они оба поспешили выйти из машины, чтобы попытаться понять, где именно они очутились? Иван с удивлением увидел над собой изумительно ясное небо. Вдали от города оно выглядело настолько четким, что можно было разглядеть практически любую звезду.
- Ты только глянь, какая красота? – сказал он Феликсу, - может быть, оно даже стило того, чтобы застрять здесь сегодня? Никогда такого неба не видел.
Впрочем, сын восхищения отца особо не разделял. Его сейчас больше волновал испорченный новый год. В душе он уже давно проклинал тот момент, когда согласился на эту поездку.
- Смотри, - сказал сын, указывая на едва заметные огоньки вдали, - может быть, там кто-то живет?
- Завтра, если связь не восстановится, пойду туда.
- Так, может быть, лучше прямо сейчас?
- Мы даже не знаем, что это? Сейчас лучше сидеть здесь в тепле и отмечать новый год. Если хочешь, можешь даже включить свою музыку.
- Да, как-то уже не хочется, - вздохнул Феликс и полез обратно в салон.
- Правильно, аккумулятор лучше поберечь, - они снова уселись сзади и Никонов поднял бутылку водки, - сын, я хочу выпить за тебя, чтобы в новом году у тебя все было хорошо, - он положил свою руку ему на плечо и ласково потрепал, - я люблю тебя, Феликс.
- Я тоже, - гораздо более скромно, чем отец, ответил тот.
И они снова продолжили болтать обо всем подряд, чтобы хоть как-то отвлечься от своего незавидного положения. Вдруг в окно машины кто-то постучал. Иван с сыном даже вздрогнули от неожиданности. В такой ситуации они менее всего рассчитывали на то, что кто-то окажется рядом в этой глуши. Никонов открыл дверь, за ней стояли двое: полицейский и еще кто-то. Кто именно, в темноте было не разобрать.
- С наступающим, - немного заплетаясь представился тот, который был в форме, - старший лейтенант Мухин. Нарушаем?
- Что нарушаем? – уставился на него Никонов, - мы заблудились. Застряли! Вы можете нам помочь? Мы уже не надеялись здесь кого-то встретить…
- А может выпьем? – заговорил второй, но уже гораздо более пьяным голосом, - у вас есть чего?
- Ахтунг, заткнись! – прервал его первый.
В этот момент Никонов вдруг заметил, что тот был прикован к полицейскому наручниками. Возможно, только это сейчас и удерживало его на ногах.
- А ну-ка, давайте вперед, а мы сзади присядем, - по-хозяйски распорядился Мухин, - давайте быстрее, а то холодно здесь снаружи.
- Зачем? – удивился Никонов, впрочем, все же уступив им место.
- Да полчаса уже веду этого урода! – Мухин гневно толкнул своего спутника так, что тот едва не рухнул на землю, - В соседней деревне подрался с такими же, а мне теперь с ним возись. Устал, с ног валюсь. Надо же, не повезло так, дежурить сегодня.
- А почему Ахтунг? – спросил Иван, - немец?
- А ну, хер его знает, - безразлично ответил задержанный, - Ахтунг, и Ахтунг. Мне все равно. Дайте выпить…
Внутри, при мягком свете салона, Иван с сыном, наконец, смогли рассмотреть своих новых знакомых. Мухин был молодым полицейским, лет 30, возможно, даже чуть меньше. Высокий, в хорошей физической форме. Ахтунг, или, как пояснил Мухин, гражданин Фролов, был чуть постарше, но, в отличие от первого, выглядел, если не на 50, то на 45, точно. По его внешности было видно, что с бутылкой он расстается крайне редко, и явно, не по своей воле. Пить с таким из одного горлышка совсем не входило в планы Никонова, но, благо, у гостей оказались спасительные пластиковые стаканчики.
- Не, ребят, сегодня даже не надейтесь отсюда уехать, - развел руками Мухин после очередного тоста, - добро пожаловать в Болотниково! Заехали вы конкретно. Но завтра, если трактор найдем, я вас выведу на шоссе. Так что не серчайте. Давайте лучше еще по одной. Сколько там? – он посмотрел на часы, - ого, уже шесть скоро. Все, до нового года рукой подать!
- Да, давайте выпьем, - хрипло, но радостно согласился Ахтунг, - с наступающим!
- А что с интернетом? Связью? – спросил Иван, - у вас работают телефоны?
- Сейчас гляну, - Мухин попытался куда-то позвонить, но с его телефоном было то же самое, что и у всех, - Ясно, - нахмурился он, - Опять этот старый мудак! – он убрал свой телефон обратно в карман и повернулся к остальным, - это Василич, сволочь! Сейчас к нему и отправимся. Не всю же ночь тут куковать. Сейчас я ему устрою!
- А при чем тут он? Это из-за него что ли мобильная связь не работает? – усмехнулся Никонов, - это как, вообще? Что за Василич такой всесильный?
- Да Кулибин местный. Блаженный. Давайте, еще по одной, и пойдем. Тут не очень далеко. Сами все увидите.
Глава 4.
Минут за пятнадцать они кое-как добрались до тех тусклых огоньков, которые видел Феликс. Это, на самом деле, оказалось небольшим поселением. Машину оставили на дороге, проехать из-за снега уже не представлялось никакой возможности. Мухин пообещал, что с утра договорится с трактористом. Уже в деревне они увидели несколько домов, из которых уже отчетливо доносились звуки веселого застолья. Эх, сейчас и они могли бы так же сидеть в компании Полины, если б не заблудились, - грустно подумал Никонов.
- Нам сюда, - указал полицейский на один из домов, и они двинулись в том направлении.
Калитка была не заперта. Все четверо вошли в нее и направились к входной двери. Подойдя, Мухин что есть силы несколько раз ударил, чтобы хозяин его непременно услышал. Прошло секунд десять, но никто не спешил открывать. В доме была тишина, хотя было видно, что кто-то есть, свет горел.
- Василич, открывай! – крикнул он, - я знаю, что ты дома.
Мухин знаком показал, чтобы все замолчали, после чего стал прислушиваться. В этот момент где-то в глубине дома все-таки раздались приглушенные признаки жизни. Он злорадно усмехнулся и начал колотить в дверь уже и руками, и ногами.
- Василич, гад! Сейчас дверь сломаю! Открывай! Ты опять деревню без связи оставил!
Наконец, изнутри раздались приближающиеся шаги. Замок на входной двери щелкнул и перед ними появился невысокий пожилой мужчина. На вид, ему было чуть немногим за 60. Седой, щуплый, в больших старомодных очках.
- Ну что, гражданин Лавров, доигрался, - затащил его обратно в дом Мухин, - опять запускал свою шарманку?
- Денис… Денис…, - испуганно запричитал хозяин дома, - ничего… не запускал…
Но Мухин, не обращая внимания, пошел внутрь дома, уже зная, где искать неопровержимые улики.
- Не Денис, а товарищ старший лейтенант, - сказал он на ходу, - Денисом я был, когда поверил тебе последний раз. Но ты опять меня подвел.
Дойдя до одной из комнат вместе с Ахтунгом, который по-прежнему был пристегнут к его руке наручниками, он победоносно воскликнул.
- Ну вот! Все сюда.
- Денис…, - снова виновато крикнул Василич в ответ, поправляя очки, - прошу, ничего не трогай.
- Я ее сейчас сломаю к чертям! Ты, реально, замучил уже, Василич!
Наконец, все собрались в той комнате перед странной машиной, которая, по всей видимости, и была виновницей пропажи мобильной связи по всей окрестности. Внешне это напоминало небольшой портативный радиопередатчик с несколькими регуляторами и какими-то датчиками. Но самое интересное было правее – две большие напольные антенны, стоящие правее от этого причудливого прибора.
- Вот, полюбуйтесь, - Мухин жестом продемонстрировал всем дьявольское изобретение Василича, - и вот так уже на протяжении месяца. Как ты еще не облучился тут? Ну что ждешь, Василич? Выключай! И, желательно, насовсем.
- Сейчас, сейчас все выключу, - изобретатель геройски закрыл собой машину от Мухина, - не надо нервничать… Скоро она остынет, и все восстановится… Дайте мне полчасика… Закончить опыт…
- А что это хоть? – наконец, задал резонный вопрос Никонов, - что-то полезное?
- Ты думаешь, он тебе сейчас на пальцах вот так объяснит? – усмехнулся Мухин, - я уже пытался узнать.
Старик преисполнился гордости за свое детище, - Вот, не надо! Не надо. Это очень нужная вещь. Поважнее ваших интернетов.
- Ну и что она делает? - вмешался в разговор Феликс.
- Ну, тут, действительно, в двух словах не объяснить…, - признался Василич, и Мухин демонстративно развел руками в подтверждении сказанного им ранее.
- Господи, - полицейский поморщился, - Ахтунг, ну и запах. Василич, я сейчас к тебе его пристегну, если выведешь меня.
- А давайте выпьем…, - мечтательно предложил пристегнутый хулиган.
- Ну так что? Когда будет связь? – перебил его Никонов.
- Скоро все будет, - постарался как можно более деликатно оправдаться Василич.
- Ну, значит, пока у тебя посидим, - снял шапку Мухин и приготовился, наконец, отстегнуть от себя порядком надоевшего ему Ахтунга.
- Эй. Эй! Минутку! – возразил хозяин, - что значит у меня?!
- А то и значит…, - он снял наручники и грозно посмотрел на своего пленника, - Убежишь, найду потом и в проруби утоплю, - затем Мухин вновь повернулся к Василичу, - Это по твоей милости эти двое оказались тут, в нашей глуши. Так что ты с ними и нянчись теперь.
- Да при чем здесь я? – взмахнул руками Василич, - я вообще сегодня в пол силы запустил ненадолго… Это никак не могло повлиять.
- У нас сначала навигатор отказал. Завел нас куда-то сюда. А потом мы пытались выехать обратно на шоссе, но окончательно заблудились и увязли в снегу, - пояснил Никонов, - так что, да. Думаю, что вы все же причастны ко всему этому.
- Ого… блин…, - Василич не на шутку испугался и, спустя несколько секунд, опустился на стул и даже ударил по столу кулаком для большей убедительности, - Ладно! Сейчас остынет - отключу. И разберу ее к черту. Вы правы. Это становится опасно…
- Ну, наконец-то! – обрадовался Мухин, - за такое не грех и выпить. Василич, есть у тебя что?
- Есть, - охотно согласился тот, - Пойдемте на кухню. Сейчас принесу, - он скептически посмотрел на Ахтунга, - только этого пристегни обратно.
- Василич, ну ты чего? - возразил задержанный, - я не буйный. Сегодня все же Новый год.
- Ахтунг, - грозно посмотрел на него Мухин и пригрозил своим кулаком, - помни про прорубь.
- Да, помню, помню, начальник.
- Под вашу ответственность, - все еще не доверяя хулигану, проворчал хозяин и вышел в соседнюю комнату.
Вернулся он уже с двумя бутылками водки, после чего все прошли на кухню и уселись за стол. Общение продолжилось в более миролюбивой манере. Никонов посмотрел на время – половина восьмого вечера. Наверное, Полина там с ума сходит. Скорее бы уже появилась связь. Как-нибудь переждать эту ночь, а завтра они уже все будут со смехом вспоминать это невероятное приключение.
- Василич, - снова вернулся к больной теме Мухин, - слово дал. Я запомнил. Чтоб завтра твоего Чернобыля уже здесь не было. Ей Богу, еще раз – и я доложу про тебя, куда следует. Надоел!
- Понял, понял, - проворчал тот в ответ, наливая всем в рюмки.
Прошло какое-то время, и всем стало хорошо и весело. Импровизированное застолье набирало обороты. Даже хозяин дома уже успокоился и перестал постоянно контролировать Ахтунга, из-за опасения, что тот может что-нибудь стащить или просто сломать. Вскоре на улице послышались звуки салюта, и Никонову внезапно захотелось на него посмотреть, словно это был первый салют в его жизни.
- Давайте, давайте, - поторопил он всех, - перекурим заодно.
Мухин и даже Василич охотно присоединились к нему, наскоро накинув на плечи верхнюю одежду. Ахтунг отказался, но его особо никто и не звал. Феликс тоже остался в доме.
- Ух!! Вот это красотища, - наивно, по-детски, восхитился Мухин, подняв голову к небу, - интересно, кто запускает?
- Это на пустыре, скорее всего, - предположил Василич, прикуривая сигарету, - может быть, Громовы?
- Да, наверное. Эти любят дорого-богато.
Мухин и Никонов даже отошли ближе к калитке, чтобы получше рассмотреть, откуда стреляют. Спустя некоторое время, Василич тоже направился к ним, и в этот момент внутри дома послышался хлопок, и, спустя секунду, из его недр наружу, прямо сквозь стены, устремилась непонятная энергетическая волна. Все моментально обернулись. Волна, переливаясь серовато-голубым свечением, приближалась к ним, и на том месте, где она проходила, моментально таял снег. Василич даже не успел обернуться, как сквозь него пронеслась эта непонятная субстанция, просветив насквозь все его внутренности. После этого все затихло так же неожиданно, как и началось. Василич так и не понял, что случилось. Немного пошатавшись из стороны в сторону, он только и смог вымолвить, - Ого…, - после чего рухнул в снег. Остальные немедленно бросились в дом. Феликса нигде не было видно. Мухин открыл на распашку окно, так как пахло гарью. Никонов носился из комнаты в комнату, зовя сына, но никто не откликался. Стало ясно, что случилось что-то страшное.
- А этот… второй, алкаш твой, - сказал Никонов, через некоторое время вернувшись на кухню, где они праздновали, - его тоже не видно…
Мухин сел и молча налил себе и Никонову водки.
- Да ты шутишь что ли? Какая водка? - Никонов выплеснул стакан на пол, - у меня сын исчез куда-то! Делай что-то! Куда ты нас привел, вообще?
Мухин ничего не ответил, молча выпил свой стакан.
- Может, все-таки просто выбежал на улицу? – без особой надежды в голосе предположил он.
Никонов схватил куртку сына, которая осталась на кухне. Проверил карманы, телефона не было, значит при нем. Он попробовал набрать телефон сына. Вдруг тот, на самом деле, просто испугался и как-то покинул дом?
- Так погоди, связи же нет! – вспомнил Иван и отбросил телефон в сторону, - да он бы, в любом случае, уже зашел бы обратно. Чего ему делать на улице так долго?
- Все, мне конец…, - негромко произнес Мухин, - за это меня точно посадят… Надо было сразу заявить на этого идиота, или хотя бы машину эту изъять… На что надеялся? Чего ждал?
В этот момент входная дверь распахнулась, и в дом, шатаясь, ввалился невменяемый Василич.
- Господи, он жив! – бросился к нему Никонов, - Ну ка, говори, что тут у тебя творится в доме? Куда делся мой сын?
- Какой сын…? – отрешенно посмотрел на него Василич, - ты кто?
В этот момент подбежал Мухин.
- Не так ты делаешь, - отодвинул он Никонова и взялся за того всерьез, - а ну, паразит, говори! – он забросил изобретателя на плечо и потащил в дальнюю комнату, где стояла та самая машина.
Там был полный хаос. Дым от сгоревшей проводки и характерный запах гари еще чувствовались повсюду. Весь пол был завален какими-то бумагами, поваленной мебелью и деталями устройства. Занеся Василича внутрь, Мухин опустил его на ноги. Следом подошел Никонов.
- Смотри, дебил, что ты наделал? - он ткнул пальцем на прибор, - говори, что тут случилось?
- Я не понимаю…, - все еще будучи в прострации, ответил Василич, держась за больную голову.
-Все, достаточно! Я звоню в полицию, – в отчаянии закричал Иван, - встретили новый год!
- Подожди, не звони! – остановил его Мухин, - Может быть, отпустит его сейчас, объяснит нам, что у чему? Да, и что ты им сейчас скажешь? Что человек тупо в воздухе растворился? Закроют в психушке, и все. Повремени немного. Сейчас Василич придет в себя, что-нибудь придумает. Трупа нет, значит все уже не так плохо…
- Здорово! Прям утешил. Еще трупа не хватало…, - он начал набирать номер полиции.
- Успокойся! – подбежал Мухин и схватил его за руку, - Да, и связи нет. Вспомни, Василича эта штука тоже прошла насквозь, и ничего. Живой вон, лежит. Если его и меня арестуют, для тебя все равно ничего не поменяется. Тогда точно сына не вернешь. Никто с этим оборудованием разбираться не станет. Объявят его в розыск, и на этом все закончится. Или ты думаешь, в эту глушь бригада нобелевских лауреатов примчится сию секунду, если ты на нас с Василичем заявишь сейчас?
- Если заплатить, может и примчится…
- Ну, смотри сам, - Мухин махнул рукой и отступил.
Никонов раздумывал несколько секунд, затем все же убрал телефон обратно в карман.
- Ну, а сам ты что думаешь? Что тут могло случиться, пока нас не было?
- Понятия не имею! Может быть, зачем-то оба пошли в эту комнату? Ахтунг, придурок что-то нажал там, и они телепортировались куда-то...
- Ну он, конечно, алкоголик, но не идиот же настолько?
- Я тоже так думал. Но сам же видишь… Короче, пусть дед немного придет в себя, там разберемся. Я тебе обещаю, мы сделаем, все, что в наших силах.
- Воды! – послышался стон Василича.
- Принесу сейчас, - сказал Иван, - держи его. Лишь бы тоже не исчез.
Никонов принес воды, Василич выпил и немного успокоился. В этот момент заработали телефоны, посыпались сообщения о пропущенных звонках.
- Есть связь! Звони сыну, – крикнул Мухин.
Никонов кивнул головой в ответ и попробовал набрать Феликса. Абонент временно недоступен – все, что услышал он в ответ. Чуда не случилось. После этого он трясущимися руками набрал номер Полины.
- Ты там совсем одурел, Никонов?! – сходу бросилась на него подруга, - почему весь вечер недоступен? Я с ума сошла уже!
- Полина, прости. Мы не сможем сегодня приехать, у нас беда… Феликс…
- Да я поняла уже, что тебя не ждать. Господи, как ты мне уже надоел! И Феликс твой тоже!
- Да не кричи ты! Связи не было. Я не мог позвонить раньше. Понимаешь, у меня сын пропал…
- Пошел в жопу! – прокричала она в трубку и сбросила звонок.
Иван попробовал перезвонить, но никто уже не отвечал на том конце.
- Сама пошла! – как обычно, крикнул он в выключенную трубку и убрал телефон.
Затем он вернулся в комнату с Василичем и, не выдержав нервного напряжения, набросился на того с кулаками, повалив на пол.
- Да если только с ним что-то сделалось! Да я тебя со свету сживу?!
Мухин постарался оттащить Ивана, но тот намертво вцепился в изобретателя, словно, на самом деле, хотел задушить. В суматохе они не сразу заметили, как откуда-то из-под опрокинутого шкафа выполз обугленный и перепуганный Ахтунг. Стараясь не попасться им на глаза, он на четвереньках прополз мимо и уже почти выскользнул прочь, но его все же в последний момент заметил Никонов.
- Ахтунг! – Иван отпустил полуживого Василича и бросился в погоню.
Его быстро поймали и привели назад. Он, конечно, клялся и божился, что ничего не делал, но по его покрытому сажей и копотью лицу было очевидно, что он врет.
- Говори, где пацан?! – заломил ему руку Мухин, - или прям сейчас на речку пойдем!
- Какую речку? Зачем? – заскулил тот, - не надо в прорубь… Я не делал ничего. Это он сам что-то нажал... Не знаю я ничего.
- Как вы тут вообще оказались? – вмешался Иван.
- Да я просто посмотреть хотел… Зашел, тут пацан ваш уже…
- Феликс с тобой был?
- Да…, - скуля от боли, ответил Ахтунг, - начальник, ну отпусти, руку сломаешь…
- Ладно, отпусти, - попросил Иван.
Мухин нехотя ослабил хватку.
- В общем, я зашел сюда, просто посмотреть хотел, ничего не трогал. А тут он уже торчит, выискивает чего-то. Я ему, давай выпьем? Он – ну, давай. У меня все с собой было, я разлил по стаканчикам, как обычно. Но, видимо, ему много оказалось. Я-то выпил, а ему не в то горло пошло. Поперхнулся, думал, сейчас стошнит его. Он кашлял, кашлял… Я у него стаканчик забрал, чтобы он не пролил, и поставил его на эту штуку, а тут…
- Ну что? Что? – не выдержал Никонов.
- …Прямо за ним какой-то портал открылся… А он-то не видел, все кашлял. Шагнул туда, и с концами…
- Ты что несешь?! – перебил Мухин, - ты на себя посмотри, как после пожара. Портал у него открылся... Правду говори!
- Так, правда, начальник! – побожился Ахтунг, - вот здесь, где антенны стояли. Вот тут он и стоял в метре от меня, а вот тут эта херня возникла! И он в нее провалился… И исчез…
- Ну, а ты почему ничего не сделал?! – Никонов едва сдерживал свою ярость, - просто стоял и смотрел?
- А что я сделаю?! – закричал тот, - Все настолько неожиданно случилось! Откуда я знал, что делать? Я уже потом спохватился, схватил этот чертов стакан, так и пролил все прям на нее, - Ахтунг и сам чуть не зарыдал от обиды и бессилия, - она как полыхнет…
- Ох, ты и дебил…, - оттолкнул его Мухин, - ох, ты и дебил, Фролов…
- Да, откуда ж я знал?! Начальник, что теперь мне будет за это?
Мухин не ответил. Все перевели взгляд на Василича – тот уже спал прямо на полу, и никакие попытки его разбудить не увенчались успехом. Оставили разборки до утра. Между тем, вопросов к изобретателю с каждой минутой становилось все больше.
Глава 5.
Утром Никонов проснулся на кухне, лежа на двух стульях под собственным пальто. С трудом вернув себе контроль над затекшим телом, он поднялся на ноги и осмотрел темное помещение, в котором он находился. Неподалеку на полу спал Ахтунг, громко храпя на весь дом. Василича и Мухина здесь не было. Поморщившись от похмелья, Иван встал и отправился на поиски остальных. Мухина он так и не нашел, а хозяин дома обнаружился мирно спящим в соседней комнате. Несколько раз сильно толкнув его в бок, Никонов смог его разбудить.
- А…! - испуганно вскрикнул Василич, едва открыв глаза, - ты кто? Как в дом проник?
- Тихо, - Иван сделал знак, чтобы тот не кричал, - пришел в себя, наконец? Давай, вспоминай, что вчера было?
Василич задумался, затем привстал и хотел уже подняться, но похмелье дало о себе знать, и он снова завалился на спину.
- Ммммм…, - промычал он, схватившись за голову, - есть, что выпить? Голова раскалывается…
- Какой выпить?! – строго сказал Никонов, - ты мне сына сначала верни! И молись, чтобы с ним ничего не случилось. Давай, поднимайся, делай что-то!
Василич непонимающим взглядом посмотрел на сидевшего рядом Ивана.
- Твоя машина взорвалась вчера! – пояснил тот, - И мой сын исчез. Ахтунг этот ваш что-то там плел вчера про какие-то порталы, черные дыры! Как хочешь, возвращай его назад.
- Чего, чего?! Как взорвалась? Кто исчез? – он оттолкнул от себя Никонова и снова попытался встать с кровати.
Со второго раза это ему удалось, и он бросился в соседнюю комнату к своей машине.
- Ох, ты ж…, - схватился он за голову, оглядев последствия вчерашней аварии, - вы чего вчера тут натворили?!
В комнате, действительно, до сих пор был полный кавардак, вещи, мебель, части этой самой машины – все вперемешку валялось по полу.
- Что значит мы? – вбежал следом Никонов.
- А кто это сделал? Я ж ее, вроде бы, отключил вчера… Черт, не помню ничего…
- Значит, не отключил! Ахтунг сказал, что на нее водку пролили, она и вспыхнула… Ты мне главное скажи, ты сможешь вернуть сына?!
- Кто? Какой еще Ахтунг? ... О, господи! … Только не этот! Только не говори мне, что этот алкоголик, которого привел вчера наш участковый, все это сделал!
- Он самый… Но это им претензии предъявляй.
- Ох, вашу мать…, - запричитал Василич, - ведь говорил же, оставьте его на привязи… Ну зачем вы его отстегнули?
- Василич! – схватил его Никонов, - никто не думал, что у тебя там телепорт какой-то в комнате стоит. Ты мне скажи наконец, где мой сын? Или я прямо сейчас звоню в полицию, прокуратуру. Пусть твой дом вместе с тобой на части разбирают, и ищут моего Феликса. А, если с ним что-то случилось, то я вам тут никому жизни не дам!
- Ахтунг, Феликс…, - проворчал Василич, - что у вас за клички у всех?
- Феликс – это имя! – возразил Никонов.
- Как Дзержинский что ли? Ладно, не суть, - он принялся разбирать завал, - Да, здесь он где-то, скорее всего. Телепорт какой-то придумали… Испугался и убежал просто.
- Нет. Я пытался дозвониться вчера. И я сам лично видел, как тебя самого эта хрень насквозь просветила. Прям до черепа…
- До черепа? - Василич ощупал свою голову, - интересно… Ну вот видишь, я же не исчез никуда. А значит, и он где-то здесь. Хорошо бы полы проверить - вдруг он в подпол провалился?
Звучало больше, как издевка, но решили проверить, и Никонов, нехотя стал поднимать с пола мебель и разбросанные детали. О самом страшном никто не хотел даже и думать… Прошло около пяти минут. Никого под завалами, конечно, не нашли. Иван устало поставил на ножки опрокинутый стул и сел на него.
- Хватит, Василич, это бред! Нет здесь никого. Ахтунг может и брешет, но говорит, что, когда на твою бандуру поставили водку, там рядом какой-то портал открылся. Ты же сможешь это проверить?
В этот момент Василич резко обернулся, словно его током ударило, - Как ты сказал? Портал открылся?
- Да, - удивился Иван столь бурной реакции, - но я этого не утверждаю. Это надо его будить, он там что-то увидел по-пьяни.
- Портал… Не может быть…, - мечтательно задумался о чем-то своем Василич, - неужели?..
- Что неужели? Я тебе, вроде бы, еще с утра про портал говорил. Василич! – Никонов повысил голос, чтобы вернуть внимание старика, - ты хочешь сказать, не привиделось ничего Ахтунгу? Так, что за портал? Куда он ведет? И что, вообще, это за машина у тебя?
- Ладно…, - вздохнул Василич, - Похоже, дело серьезное. Наверное, и правда, придется объяснить, что это, на самом деле, такое?
- Конечно, серьезное! Человек исчез!
- В общем, был у меня старый друг. Тоже ученый физик. Три года назад он, к сожалению, умер. Но незадолго до этого вызвал меня к себе и показал эту самую машину. Вот, говорит он мне, посмотри, так выглядит самая настоящая машина времени…
- …Василич, ты серьезно? – перебил Никонов, - Если решил пошутить, то не самый лучший момент.
- Серьезно, серьезно. Какие уже шутки? Хотя, признаюсь, я тоже сначала не поверил. Друг утверждал, что машина времени точно работает, и он лично был этому однажды свидетелем. Открывается портал, и ты проходишь в прошлое или будущее. Но, как именно его открыть, он так и не разобрался, и предложил мне продолжить его исследования. Откуда она у него появилась, он тоже говорить отказался. Впрочем, я особо и не выпытывал и, конечно, сразу согласился на его предложение. В тот же день он передал мне все имеющиеся наработки и настоятельно посоветовал об этом никому не распространяться, что я и старался делать до сегодняшнего дня. И вот, прошло уже три года, а этот ящик с проводами так и остается для меня все той же непостижимой загадкой. И, честно говоря, я уже стал думать, что друг, если не подшутил надо мной, то сам сильно заблуждался относительно этой штуки. Как-то так…
- Да, вы блин, издеваетесь… Ну, и что теперь делать? – спросил Никонов, - то есть мой сын сейчас в прошлом?! Где? Как узнать? Как вернуть?
- Пока не знаю. Сколько я с ней не бился, никаких порталов, никаких перемещений – ничего не было до вчерашнего дня. Только мобильная сеть отключалась – вот все, на что была способна эта штука! Если б не вы, я б ее, скорее всего, просто выбросил в ближайшее время.
- Ну, давай специалистов подключим. Позвони каким-то своим коллегам бывшим, нынешним. Я заплачу! Плюс, я тоже попытаюсь найти кого-нибудь сведущего в этой области.
- Подожди, не паникуй раньше времени. Дай мне пару часов. Проверим, что там эта водка дает? Обещаю, я это так не оставлю, мы что-нибудь придумаем. Да и пойми, я понятия не имею, откуда эта машина? И ты уж, пожалуйста, не выдавай меня. По крайней мере, пока.
- Черт возьми! Вот влипли….
В этот момент на пороге комнаты возник Мухин.
- С новым годом, мужики! Вы чего тут?
- С новым годом. Я уж переживал, куда ты пропал? - ответил Никонов, - Мы вот, решаем, что делать дальше?
- А что делать? Надо Ахтунга трясти. Пусть показывает, что они там нажимали, вращали, двигали? Какие там порталы ему мерещились? Хотя лично я ему не особо верю, конечно.
- Василич, - позвал Никонов и, подойдя вплотную, шепнул на ухо, - скажем ему про машину?
Тот махнул рукой, - Да, что уж там? Все равно придется.
- Василич знает, что это за портал был? – объявил Иван, - это, оказывается, машина времени у него там.
Мухин непонимающе посмотрел на них, словно пытаясь понять, шутит сейчас Никонов, или нет?
- Я серьезно, машина времени, - повторил Иван.
- Василич, да что ж ты творишь, ирод? Что ни день, то нож в спину, – Мухин схватил изобретателя и прижал его к стене, - Ты за что меня так ненавидишь? Ты хоть представляешь, что со мной из-за тебя сделают, когда все это всплывет на поверхность? Сначала просто интернет глушил, а теперь уже машина времени у тебя? Ты ж мне, гад, говорил, что это просто старый списанный хлам, мол, ничего опасного…
- Не всплывет! Если молчать будешь. И вообще, из-за тебя все…, - попытался вырваться Василич, - не привел бы вчера своего идиота, ничего б, вообще, не случилось! А теперь ты тоже повязан со мной. Сядем вместе…
- Ну, спасибо! - начал его трясти полицейский, - да, если б я только знал, что у тебя тут творится, я б и сам тебя десятой дорогой обходил! Заявил бы на тебя в первый же день, и всего делов!
- Вот, потому и не говорил! – наконец, вырвался Василич, - чтоб через сутки спецслужбы не разобрали ее на винтики, а меня не отправили в сумасшедший дом…
- Тебе там самое место! Да и меня, скорее всего, туда же теперь определят. Вслед за тобой.
- Подождите! – перебил Иван, - успокойтесь. Даю вам слово, пока никуда звонить не стану. Верните парня живым, и все обо всем забудем. Я готов даже проспонсировать! Деньги не проблема!
Они успокоились и посмотрели на Никонова.
- Ладно, - неуверенно произнес Василич, - я тоже даю слово, сделаю, что в моих силах.
- Я с себя тоже ответственность не снимаю. Тоже помогу, чем смогу, - отдышавшись, сказал Мухин, - И еще, я твою машину подогнал к дому, - он достал из кармана ключи Никонова и кинул их ему, - и похмелиться принес.
Последняя новость резко сменила тон общения.
- Хоть одна хорошая новость за утро, – улыбнулся Василич, - поправим здоровье, и сразу за работу!
Глава 6.
Ахтунг по-прежнему спал на кухне. Василич достал свои инструменты и начал проверять, в каком состоянии находится аппарат. Остальные наводили порядок в доме, подметали, убирали мусор. Так прошел час, и теперь ничего не напоминало о недавней аварии.
- Мужики, с новым годом! – вдруг послышался хриплый голос Ахтунга.
Он стоял в дверях комнаты, и всем своим видом демонстрировал ужасное похмелье.
- Чего тебе? Выпить нет! – резко ответил ему Мухин, - иди пока спать.
- Ну, начальник. Ну за новый год…
- Позовем. Не видишь, работают люди? Терпи пока.
- Ну граммульку… ей Богу, плохо…, - Ахтунг еще раз грустно посмотрел на всех, - начальник, ну, может, отпустишь тогда?
- Нет, сиди пока на кухне! – строго сказал Мухин, и тот обреченно пошел обратно.
- Да, выгони ты его, – отвлекся от работы Василич, когда тот скрылся, - на кой черт он нам здесь? Ничего дельного он уже не сообщит, а вот навредить может…
- Пусть сидит, - ответил Мухин после некоторого раздумья, - не хочу, чтобы он по деревне распространялся насчет этого. Плюс, кто знает, может, что-то и вспомнит полезное?
- Да, пусть пока сидит, - согласился Никонов, - дай ему водки, пусть похмелится. Только пристегни его где-нибудь там, чтоб не натворил больше ничего.
- Хорошо, - кивнул головой Мухин и вышел с бутылкой из комнаты, - Ахтунг, а ну иди сюда!
Прошел еще час. Мухин и Никонов уже сидели без дела и молча наблюдали за действиями Василича. Весь его стол был завален различными частями машины, соединенными между собой множеством разноцветных проводов.
- Ну, вот…, - наконец нарушил он мертвую тишину, долгое время царившую в доме.
Все сразу же оживились.
- Ну, что? – спросил Никонов, - есть, чем порадовать?
Василич поднял со стола один из блоков, - вот этот и еще один на выброс, - он бросил его куда-то под стол, - система управления тоже накрылась, и я не уверен, что, вообще, смогу ее восстановить. По крайней мере, в ближайшее время точно нет. Поэтому предлагаю, не тратить на это время, а приступить к поискам немедленно. Сейчас машина все еще настроена на тот же сдвиг, на который сместился Феликс. Возможно, это даже надежнее, чем пытаться его перехватить заранее.
- Как это, заранее?
- Ну, подгадать как-нибудь по времени. Переместиться за пару минут до его прибытия в прошлое и просто ждать его там. Но, что уж теперь сокрушаться? Имеем, что имеем. Слава Богу, что она вообще, работает.
- Да уж, обидно. А она точно запуститься без всего этого?
- Это пока тестовый запуск. Но после него будет ясно, что делать дальше. По крайней мере, увидим, врет ваш Ахтунг или нет?
Василич убрал со стола лишние и неисправные детали, после чего начал собирать воедино то, что могло функционировать. За полчаса он управился, и машина снова приобрела относительно привычные очертания. Наконец, все снова собрались около нее и приготовились к первому эксперименту.
- Сейчас опять связь пропадет? – спросил Никонов.
- Конечно, - пожал плечами Василич, - но я выставил на минимум.
- Да, хрен бы уж с ним, пусть пропадает, - махнул рукой Мухин, - лишь бы поскорее разобраться со всем этим и забыть, как страшный сон.
- Аминь, - почти одновременно сказали все остальные.
Внутри машины что-то щелкнуло и загудело.
- Не волнуйтесь, - успокоил Василич, - все нормально. Сейчас прогреется, и перестанет. Тогда и начнем.
Через десять минут гудение аппарата, действительно, стало почти неслышным.
- Пора.
- Как думаете, получится или нет? – тихо спросил Мухин, - интересно, что сейчас будет?
- Лично я бы предпочел, чтобы ничего не было, а просто появился мой сын, живой и здоровый, - признался Никонов.
- Да, это был бы самый лучший исход, - согласился Василич, - кто знает, я после вчерашнего случая уже ничего не исключаю.
Он аккуратно расставил большие антенны в паре метров друг от друга в центре комнаты.
- Если что-то и должно появиться, то именно здесь, - пояснил он, – но до сих пор ни разу ничего не появлялось.
- Куда поставить водку? – тихо спросил Никонов, стоя позади с рюмкой наготове, - в какое место?
Василич задумчиво оглядел свою машину.
- Давай сюда, - он забрал рюмку и знаком попросил всех отойти назад.
Собравшись с мыслями, он поставил рюмку на правый край, ближе всего к антеннам. Все повернули головы в том направлении. Ничего. Мухин разочарованно цыкнул губами. Василич подождал несколько секунд, затем передвинул рюмку левее. Ничего. Он сделал то же самое еще несколько раз, но ситуация не изменилась.
- Может, надо больше водки? – предположил Никонов, - ну, мало ли?
Василич пожал плечами. Затем задумался и поставил на аппарат всю бутылку. На мгновение всем показалось, что тот даже как-то отреагировал на это, начав гудеть немного иначе. Все замерли в ожидании. Но нет, им только показалось. Никакие порталы в другие миры перед ними не распахнулись.
- М-да…, - разочарованно прокомментировал Никонов, - прям, «сим-сим, откройся» …
- Ну что, видимо, без главного свидетеля не обойтись, - вздохнул Мухин, - позвать?
- Подожди, не зови, - возразил Василич, словно испытывая к Ахтунгу какую-то личную неприязнь.
Он еще несколько раз поменял положение бутылки на корпусе аппарата, каждый раз с надеждой вглядываясь в пространство между двух антенн, но все было тщетно. Наконец, он сдался и взглядом дал понять, что согласен на привлечение Ахтунга.
- Я почти уверен, что он врет, - пояснил Мухин, - но надо проверить.
- Если честно, я тоже начинаю сомневаться, - пожал плечами Никонов, - приведи, пусть покажет. Может быть, все-таки что-то упускаем из виду?
Мухин вышел и через минуту вернулся с главным свидетелем происшествия. Тот уже чувствовал себя гораздо лучше. В руках у него был все тот же неизменный пластиковый стаканчик.
- Стойте! – заставил всех вздрогнуть Василич, указывая на Ахтунга, - стаканчик! Не рюмка, а пластиковый стаканчик. Вот в чем дело! Стекло и пластик, различная проводимость… У нас остались еще такие стаканы?
- Не знаю. Возможно, все выбросили, - неуверенно предположил Мухин, - Ахтунг, у тебя есть еще такие с собой?
- Этот последний, - заплетаясь, ответил тот, - потому и берегу.
Он выпил содержимое стакана и затем, уже пустой, протянул его Василичу. Тот брезгливо взял и поставил сверху на машину.
- Как ты его вчера поставил? – повернулся он к нему, - вот, сюда? Или куда?
- Вроде бы, немного левее… Я не помню.
- А водки сколько налито было?
Ахтунг задумался, но Василич не стал ждать его ответа и равнодушно махнул рукой. Он подвинул стакан левее и начал медленно лить в него водку. Тот уже заполнился наполовину, но никакой реакции по-прежнему не было. Надежды на успех не осталось, но Василич все же решил наполнить стаканчик доверху, чтобы уж, наверняка. И, к всеобщему изумлению, когда тот заполнился где-то на две третьих, наконец, свершилось - антенны внезапно заискрились, и пространство между ними заполнилось непонятной густой пеленой. Все, кроме Василича, попятились назад.
- Господи…, - восхищенно воскликнул ученый, - ты смотри, и правда, работает…! - он отставил бутылку в сторону и осторожно подошел ближе к образовавшемуся порталу, завороженно смотря куда-то вглубь него, - невероятно…
Наступила тишина. Первым нарушил ее Мухин, толкнув Ахтунга.
- Надо же, молодец, не обманул! И что, пацан прям туда шагнул и исчез?
- Ну да…
- А ты потом сразу водку пролил? И где именно заискрило там?
- Да разве я вспомню, начальник? Везде заискрило. И дым… много дыма. И потом взрыв бабах! Я на пол упал. Больше и не видел ничего. Простите меня, пожалуйста. Не сажайте…
- Чтоб про это молчал! Никому ни слова. Не шучу! Проболтаешься, ответишь и за драку, и за все остальное. Все, иди отсюда, - Мухин снял с него наручники, и Ахтунг, не веря своему счастью, радостный выбежал прочь.
А Василич продолжал стоять напротив образовавшегося посреди комнаты портала, все еще не веря в то, что ни его колоссальный багаж знаний, ни наработки друга, ни потраченные годы исследований, а какой-то Ахтунг помогли ему разгадать секрет этой удивительной машины.
Глава 7.
Весь оставшийся день Василич потратил на починку неисправных деталей. На следующее утро все было готово, и можно было продолжить эксперимент. Мухин переоделся в гражданскую одежду и вместе с Никоновым ждал, пока закончится финальная отладка оборудования.
- Готово, - наконец, позвал их Василич, - навскидку, судя по тому, что было последнее на панели управления перед тем, как она сгорела, вы переместитесь в 2003 – 2005 годы. Точнее сказать не могу. Придется выяснить на месте.
Он нажал на кнопку запуска, и машина привычно загудела. Как и ранее, ее прогрев занял около десяти минут. Затем Василич знаком попросил всех отойти подальше от аппарата и поставил на корпус необходимый ингредиент – пластиковый стаканчик, заполненный ровно на две третьих водкой. В тот же момент машина, словно в ответ на магическое заклинание, снова явила чудо в виде открывшегося посреди комнаты портала в неизвестность. И, несмотря на то что в этот раз это уже было ожидаемо, у всех снова перехватило дыхание – настолько завораживающим было данное зрелище. Какими бы законами физики оно ни объяснялось, это, поистине, было самое настоящее волшебство.
В этот раз были видны не только внешние очертания портала в виде того же серо-голубого свечения, которое все наблюдали в вечер аварии, но и даже то, что находилось по ту сторону. Мухин и Никонов с любопытством подошли ближе. С той стороны был все тот же дом, та же самая комната, но, судя по всему, давно заброшенный. Об этом можно было судить по безлюдности, полумраку, а также по разбросанным доскам и мусору на полу. Большего сказать о том, что ждет их в том мире, пока было невозможно.
- Ну, как вам? – спросил Василич, любуясь своим творением, - конечно, фокус со стаканчиком надо довести до ума. Думаю, разместить внутри специальный резервуар для спирта. А то как-то нелепо каждый раз ее водкой подкармливать, словно шаманы какие-то. Мы все-таки, серьезной наукой тут занимаемся.
- С ума сойти…, - прокомментировал Мухин, глядя на ту сторону портала, - а ты уверен, что там 2003 год? Судя по всему, в доме никто не живет. Так и должно быть?
- Откуда я знаю? Я сюда всего пару лет назад переехал. К тому моменту дом не пустовал. А что здесь 20 лет назад было, понятия не имею. А ты сам-то не знаешь разве? Ты же местный, вроде.
- Да какой я местный? Я вообще, москвич. Сюда только в 2020 перевелся. После того, как…, - Мухин прервался и замолчал, - … не важно.
- Ты чего? – осторожно спросил Никонов, - все в порядке?
- В 2020 отца убили на службе, - признался он, - вот у меня после этого крышу и сорвало. Напился, подрался с другими полицейскими. Сначала хотели вообще под суд. Благо, начальник прикрыл, заступился за меня. В итоге перевели сюда. С глаз долой. И на том, как говорится, спасибо.
- Прости, - виновато сказал Василич, - я не знал.
- Да, ничего. Все в порядке. В общем, когда я сюда прибыл, здесь уже точно кто-то жил. А что раньше было, этого не знаю. Возможно, и вправду, пустовал.
- Ну, если честно, тогда нам неслыханно повезло, - заключил Василич, - в любом случае надо было узнать, куда попал Феликс при перемещении. Но дальше бы пришлось искать более укромное место для наших вылазок. Однако, заброшенный дом – более, чем удачное место для этого.
- Хорошо! Я готов, - вызвался Никонов, - можно уже идти туда?
- Да, подожди ты, - схватил его за руку Мухин, - мы ж даже не знаем, что там?
- Там мой сын. Мне этого достаточно.
- Василич, ну что ты молчишь? Надо же, наверное, как-то взвешенно. Какой-то план составить…
- Он прав, - согласился Василич, - все же никто не знает, что с той стороны? Эх, возможно, поспешили отпустить Ахтунга. Сейчас бы он нам пригодился.
- Да, вы с ума сошли? – возразил Иван, - он человек все-таки, а не подопытный кролик.
- Ну, хорошо, давайте тогда я рискну, - предложил Мухин, - у меня и здоровье покрепче. Вдруг там все же кто-то есть?
- Можно, конечно, и собаку какую-нибудь местную туда пустить сперва…
- Все! Вы мне надоели! – не выдержал Никонов, - пойду я.
Он выдохнул, направился к порталу и, зажмурившись, шугнул внутрь... Открыл глаза он уже с той стороны. Все вокруг выглядело точно так же, как и прежде – все тот же дом Василича. Впрочем, они не ошиблись, здесь уже долгое время никто не жил, и внутри было полно мусора и поломанной мебели. За окном, судя по обилию зелени, было лето. Ветвистые деревья снаружи дома, преломляя яркие солнечные лучи, играли причудливыми тенями на грязной стене. Никонов почувствовал, что ему становится невыносимо жарко в своей теплой одежде и уже хотел вернуться, но вдруг услышал какой-то непонятный шум в соседней комнате.
- Феликс! – непроизвольно позвал Иван, - сын!
Никто не отозвался. Однако, через несколько секунд в дверях комнаты появилась кошка. Она горделиво прошла мимо и, ловко запрыгнув на подоконник, выскользнула во двор через окно. Проводив ее взглядом, он почувствовал, как бешено колотится его сердце. Для первого раза достаточно. Он снова зажмурился и шагнул обратно.
- Ну что там, видел кого-нибудь? - спросил Василич, - нам отсюда непонятно ничего.
- Только кошку. Там этот же дом, эта же комната. Но никого нет. Дом реально заброшенный.
- Хм, тогда есть идея, - предложил Мухин, - раз дом заброшенный, значит Феликс туда теоретически может вернуться. Хотя бы, чтобы переночевать. Думаю, надо оставить ему послание на стене, чем заметнее, тем лучше.
- Слушай, ты голова! – обрадовался Никонов, - не зря в полиции служишь! Отличная мысль! И еще, там лето, жара. В такой одежде находиться невозможно. Надо переодеться. Думаю, давайте прервемся. Привезем сюда нормальную одежду, и тогда продолжим.
- Ну смотрите, - ответил Василич, - а то я могу посмотреть. Возможно, на Ивана мой пиджачок бы и налез. Мы, вроде бы, не на показ мод туда собрались.
- Ну, внимание лишнее нам там тоже ни к чему, - возразил Никонов, - а в твоем пиджачке и брюках я бы собрал на себе не мало любопытных взглядов.
- Ну, возможно, - нехотя согласился Василич и выключил аппарат, - тогда пока отбой.
- Отбой. Я вернусь часа через четыре, тогда продолжим. Есть возражения?
- Да нет, нет.
- Да, давай так, - согласился Мухин, - я тоже сейчас домой, возьму все необходимое, и сюда. Встречаемся через 4 часа.
Наконец, Никонов вернулся к себе в квартиру. Буквально содрав с себя старую одежду, он немедленно отправился в душ. Последние сутки были для него сущим кошмаром и, к сожалению, ничего еще не было закончено. Это была всего лишь небольшая передышка. Выйдя из душа, он первым делом позвонил своему заместителю, предупредив, что срочно улетает по неотложным личным делам и что, возможно, его не будет какое-то время после праздников. Согласовав некоторые рабочие детали, они еще раз поздравили друг друга с новым годом и на этом распрощались.
Затем он упал на свою огромную кровать, которая после ночи в доме Василича показалась ему просто райским облаком. Ему очень не хотелось вставать с нее, но он боялся уснуть, а каждый лишний час был на вес золота. Феликс там сейчас совершенно один. Где он? Как он? Медлить было нельзя. Поэтому он вскоре встал и начал собирать все, что могло бы сейчас пригодиться. Сложив все необходимое в большую дорожную сумку, он вновь оделся и вышел из квартиры.
Сев за руль, он вспомнил о Полине. Как же ему сейчас не хватало ее тепла и поддержки. А ведь совсем недавно он сам отклонил ее предложение о встрече. Как же непредсказуема жизнь. Никонов набрал ее номер в надежде, что пик гнева и обиды уже миновал. Но Полина сбросила его звонок. Он позвонил еще раз, и она снова сделала то же самое. Надо дать ей время.
Как и было договорено, ближе к вечеру все снова собрались перед машиной. Портал уже был открыт.
- Сейчас идем вдвоем, - распорядился Никонов, одетый уже по-летнему, - осмотрим окрестности. Возможно, Феликс еще где-нибудь здесь бродит. Походим по деревне, посмотрим, поспрашиваем. Фотографию его я взял. Может, кто-то его видел, узнает?
- Да, я готов, - ответил Мухин, - Василич, ну что, можно идти?
- Подождите, - ответил тот, - надо как-то договорится по поводу открытия и закрытия портала. Предлагаю так: я вас сейчас пропускаю и отключаю машину, чтобы не привлекать лишний раз внимание соседей отсутствием связи в деревне. Ровно через час я снова открываю портал и, надеюсь, вы уже ждете с той стороны и быстро проходите обратно. Мне кажется, часа вам хватит, чтобы разведать в округе, что и как?
- Договорились. Пусть так. И с той стороны никто посторонний сюда не забредет. Так что да, как только мы пройдем, отключай все. Пока что на один час, а в следующий раз, если потребуется на более длительный срок, уже будем согласовывать по времени.
Никонов шагнул в портал первым, Мухин с некоторой опаской последовал за ним. Василич проводил их взглядом и вернулся к прибору, чтобы его отключить. С противоположной стороны все было по-прежнему. Тот же пустующий дом и великолепнейшая природа за его стенами. Иван, обмакнув кисточку в краску, начал писать послание сыну: «Феликс, если ты читаешь это, оставайся на месте и жди меня. Иван Никонов». Мухин тем временем осторожно выглянул на улицу через разбитое окно.
- Невероятно, - восхищенно прошептал он, - я в прошлом! Никогда бы не подумал, что однажды в жизни испытаю такое. Все, вроде бы, такое же, но, в то же время, все как-то иначе. Даже не знаю, как описать?
- Да нет, это просто самовнушение, - возразил Иван, - на самом деле, все то же самое.
Закончив с надписью, они начали пробираться к выходу. Оказалось, что входная дверь заперта снаружи на замок. Пришлось вернуться в комнату и покинуть дом через окно. Наконец, обойдя его и миновав заросший сорняками двор, они вышли на дорогу. Никаких особенных изменений, не считая смены времени года, в этой деревне не наблюдалось. Те же дома, тихие узенькие улицы. Где-то вдалеке слышался звук циркулярной пилы, кудахтали куры, кто-то заводил трактор, играло радио в чьей-то машине - романтика, и ничего, точно и однозначно идентифицирующего какую-то определенную эпоху.
- Добрый день! – вдруг услышали они детский голос.
Они обернулись и увидели мальчишку, который выехал к ним откуда-то на велосипеде.
- Привет, - машинально ответил ему Мухин.
Что-то определенно знакомое виделось ему во внешности этого паренька, которому было, от силы, лет тринадцать, если не меньше.
- Вы дом Семеновых покупаете? – спросил пацан, - там давно никто не живет. Говорят, там даже привидение видели.
- Да вот, пока думаем, - подошел к нему Никонов, - ты нам что посоветуешь? Купить, или не стоит?
- Лучше купите, - деловито ответил парень, видимо, подумав, что он, действительно, может повлиять своим советом на их мнение, - а то жалко, если дом окончательно развалится.
- Хм… Знаешь, мы тоже склоняемся к этому варианту. Ну, спасибо за хороший совет, - поблагодарил Иван и достал фотографию Феликса, - скажи, а вот его ты не видел здесь? Знакомый наш, но вот что-то найти не можем. Потерялся.
Паренек внимательно посмотрел на фото и вдруг кивнул.
- Да, видел. Дня два назад ходил тут. Такой смешной, волосы длинные.
Мухин с Никоновым переглянулись.
- Только тогда видел? Больше не встречался тебе он? Не знаешь, где сейчас?
- Не, не знаю. Больше не видал.
- Ну, молодчина! Выручил нас, - еще раз поблагодарил Никонов и, как бы невзначай, спросил, - Слушай, а ты, случаем, не подскажешь, какое сегодня число? А то мы тут сбились, поспорили даже…
- Сегодня 19 июля, - рассмеявшись, ответил пацан, - я тоже так дни недели иногда забываю.
Никонов тоже рассмеялся. А вслед за ними и Мухин, все это время деликатно молчавший в стороне, подхватил общее настроение.
- Точно! Я ж тебе говорил, что 19, а ты все 20, 20. Тут иной раз не то, что число - и месяц, и даже год забываешь! Скажи, пацан? Ты вот сам-то помнишь, какой сейчас год? Или я один такой?
- Конечно, - еще громче засмеялся тот, - конечно, помню… 2001.
- Ну, разумеется! – потрепал его по голове Иван, - конечно, 2001. Теперь вижу, что помнишь. Ну, беги. Огромное тебе спасибо за помощь! Мы подумаем над покупкой дома. Пока!
- Пока, - все еще заливаясь смехом, махнул рукой парень и укатил прочь.
- Значит, 2001, - загадочно произнес Никонов, - Черт возьми, 25 лет прошло, представляешь? Вот это занесло Феликса. Он же еще не родился даже. И вот где его теперь искать?
- Пройдемся по округе, поспрашиваем. А ты узнал пацана? – спросил Мухин.
- Да, откуда я его узнаю? Первый раз его вижу.
- А это был Ахтунг. Согласен, сложно узнать.
- Иди ты, - Никонов, опешив, обернулся, чтобы еще раз присмотреться, но мальчишка уже скрылся из виду.
Глава 8.
За поворотом начиналась главная улица, и они решили отправиться по ней.
- Что там по времени? – спросил Никонов.
- У нас еще в запасе около 45 минут. Должны успеть. Не переживай, я знаю тут все закоулки. Не заблудимся.
Солнце уже близилось к закату, и на улице было необычайно красиво. Будто бы пейзаж, позаимствованный из какого-то красочного фильма. Они подходили к прохожим, показывали фото, но никто Феликса не узнавал. Надежда, так ярко вспыхнувшая в их сердце вначале, также быстро начала затухать.
- А я уж было почти поверил, что на этом все и закончится. Найдем его где-нибудь на сеновале и с чистой совестью вернемся обратно, - разочарованно признался Мухин, - странно, вроде бы только половина шестого, а уже солнце садится. Похоже, что время тут тоже не совпадает с нашим, как и время года.
- Да, скорее всего. Сколько еще у нас в запасе?
- Еще 20 минут. Потом надо возвращаться к дому, а то можем не успеть.
В этот момент из калитки неподалеку вышли 2 пожилые женщины.
- Простите! – окликнул их Никонов, - простите, женщины, вы не видели тут вот этого молодого человека? – он протянул им фото сына.
- Батюшки, страшный-то какой…, - воскликнула одна, - чего ж это он, с такими волосами ходит?
- Музыкант, - смущенно пояснил Иван, - не видели, получается?
- Ой, милок, что-то не встречала такого. Такого бы запомнила.
Вторая женщина никак не могла приглядеться к фотографии, то приближала ее к глазам, то, наоборот, отводила дальше.
- Ой, не знаю. Может, это и он был, а может, и не он. Вчера бегал тут какой-то. Или позавчера даже…
- Да? А ну, дай я еще раз взгляну, - первая выхватила фото и также начала приглядываться, - ой, да нет, нет. Точно не видела...
Никонов уже хотел забрать фотографию, но женщина продолжала вертеть ее в руках, не желая расставаться.
- Ох, батюшки, батюшки… А чего ж он натворил?
- Потерялся, - ответил Мухин, тоже пытаясь забрать фото, - ищем уж второй день.
- Ох, бедненький… Может, вам у Саныча спросить!
- Это кто? Как найти?
- Он тут, вроде как, за главного. Может быть, что и подскажет? Вон, - одна из женщин указала рукой, - тот дом, пятый отсюда. Там он живет.
- Спасибо, - наконец Никонов смог забрать фото, и они, попрощавшись, побежали в сторону указанного строения.
Уже будучи там, Мухин еще раз посмотрел на часы.
- 13 минут, пообщаемся, и надо закругляться.
Иван толкнул незапертую калитку, и они вошли внутрь, где их тут же окликнули.
- Эй! Вы ко мне? Кто такие?
Они повернулись и увидели хозяина дома. По всей видимости, это и был Саныч. Пятидесятилетний мужчина, высокий, коренастый. Он не торопливо подошел к своим гостям.
- Чего хотели?
Никонов, как обычно, достал снимок.
- Вот. Ищем. Не попадался вам тут? Нам сказали, вы тут, вроде как, главный.
Саныч взял фото и сразу узнал Феликса.
- Он, мерзавец! Видел лично. По огородам лазил, тащил, все что можно украсть.
- Поймали? Где он? – умоляюще посмотрел на него Иван.
- Если бы… Прыткий гад! Но, вроде бы, прогнали. Уже больше суток не видно. У вас тоже что-то пропало?
- Да, тоже пару огородов проредил, - оперативно вмешался Мухин, незаметно ущипнув Никонова за локоть, - мы с Челюхи. Прошел слух, что видели его у вас. Наши даже его фото откопали где-то. Вот, решили приехать, поспрашивать.
- Ааа. Ясно. А откуда с Челюхи?
- С первомайки.
- Понятно. Ну вот, жаль. Упустили мальца. Думаю, здесь он уже точно не появится. Так что помочь вряд ли чем-то сможем вам.
- Да, жаль. До свидания, - Мухин пожал председателю руку, и они вышли за калитку.
- Чего это ты? – недоумевая, посмотрел на него Никонов, когда они уже зашли за угол.
- Да, черт его знает, как лучше было ответить? А то заставил бы возмещать. Кто ж знал, что твой Феликс тут наследил. Но, по крайней мере, он здесь был, и это уже хорошо. Так, 4 минуты, надо возвращаться. Скоро Василич откроет портал.
- А что за Челюха?
- Соседнее село. Я в новый год Ахтунга оттуда забирал за драку.
- Понятно. Ладно, побежали.
Они вернулись на главную улицу и быстрым шагом направились обратно в сторону заброшенного дома. Пробравшись внутрь него, Мухин и Никонов увидели, что портал уже открылся, и они немедленно прошли в него.
- Жаль, - посмотрел на них Василич, - я надеялся, вас будет трое. Ну хоть что-то удалось выяснить? Видели его в округе?
- А нам как жаль, - согласился Мухин.
- Его видели, - объявил Никонов, - эх, на сутки бы пораньше. Возможно, и успели. А так… черт его знает, где он? Может в соседнем селе, а может, и в Москву куда подался…
-В Москву без документов? Ну, такое себе.
- На сегодня все? – спросил Василич, - выключаю аппарат?
- Да, выключай, - ответил Иван, - надо подумать, что делать дальше? Есть идеи?
- Я за то, чтобы прочесать точно так же соседние села, - предложил Мухин, - питаться ему надо. Будет также морковь, да картошку с грядок таскать.
- Поддерживаю, - согласился Василич, - в его положении вряд ли он способен на что-то еще.
- Не знаю, не знаю, - засомневался Никонов, - не такой у меня Феликс, чтобы по чужим огородам лазить. Возможно, с голодухи чего и стащил, но, чтобы постоянно этим заниматься, это вряд ли. Этот, скорее, в Москву махнет.
- Не знаю. Я б на его месте не рискнул. Ни документов, ни денег, ни даже подходящей одежды. Да и что там делать ему? Здесь хоть как-то питаться можно, да избы всякие пустые есть.
- Проверим и там, и там. Но для этого придется уже раскошелится. Нужны документы.
- Ха! Какие документы? Паспорт из 2001 года? С твоим именем и фото?
- Да, - ответил Иван, - думаю, получится достать.
Мухин перестал смеяться и удивленно посмотрел на всех.
- Ну вы даете. Даже так? Ну, раз пошла такая жара, тогда и права нужны, и машина, и деньги. Насколько я знаю, наши хоть и похожи, но различия имеются. А на этом и погореть можно.
- Согласен. Это все беру на себя. Машину и деньги раздобудем там.
- Как?!
- Я думаю, сдать что-нибудь из ювелирных украшений в ближайшем ломбарде. На основные расходы должно хватить.
- Ну, допустим…
- А насчет документов - есть у меня один знакомый. За хорошее вознаграждение и не такое делает. Надеюсь, поможет. Только не знаю, как бы ему поделикатнее сказать, чтоб за идиота не принял?
- Я где-то слышал, - вмешался в разговор Василич, - существовала такая терапия. Человек окружает себя предметами соответствующей эпохи…
Василич замолчал. Все вопросительно посмотрели на него, ожидая продолжения.
- Ну… А дальше? – не выдержал Мухин, - интересно же.
- Да, Василич. Подробнее. Что за терапия? Зачем им все это?
- Забыл, - развел руками тот, - вылетело из головы. Ну, попробуй как-нибудь завуалированно сказать.
- Ладно, буду импровизировать, - Никонов встал со стула и начал переодеваться в свои зимние вещи, - так непривычно. Там июль, там январь.
- Да, кстати, узнали точно, какой там год?
- Узнали. Июль 2001.
- Почти 25 лет разницы, - мечтательно произнес Василич, - Ну и как там? Чувствуется разница? Или все то же? Воздух, небо, солнце…
- Да как тебе сказать? Пока все то же. Но, если доберемся до Москвы, там уже, думаю, почувствуем разницу.
- Ну, а все же. Неужели 25 лет разницы никак не ощущаются?
- Не знаю, я не заметил.
- Да нет, я скажу так, - признался Мухин, - первые пару минут чувствуется какая-то необычность вокруг, а потом привыкаешь.
- Что ж, думаю, пока план такой, - подытожил Иван, - я еду в Москву по поводу документов. Постараюсь, как можно быстрее, но там, как получится. В любом случае, ты прав, без документов и машины там пока делать нечего. Поэтому берем небольшую паузу. Сейчас связь появится - надо будет позвонить. Денис, нужно твое фото для паспорта. И перепиши мне куда-нибудь все свои данные. И…, - он начал говорить почти шепотом, - постарайся захватить с собой оружие…
- Прям все так серьезно?
- Более чем. Вообще, я думаю, если найти самим не удастся, придется подключать полицию, как-то договариваться, подавать в розыск. А что еще делать?
- Милицию, - поправил Василич, - там милиция, а не полиция.
- Ну, в любом случае, вы меня поняли.
Глава 9.
Через два часа Никонов поднялся в квартиру того самого знакомого, который должен был помочь в этом деликатном деле. За большие деньги этот человек мог сделать, что угодно, не задавая неудобных вопросов, а за очень большие – и вовсе, невозможное.
- Заходи, - коротко пригласил он в квартиру, зорким и наметанным взглядом проверив, нет ли кого-то еще в подъезде?
- Здравствуй, Альберт. У меня к тебе несколько нестандартная просьба.
- Да, у вас у всех они так или иначе нестандартные. Что, прижали? По телефону ты сказал, что очень срочно. Что там? Паспорт? Загранник? Или все сразу? – он засмеялся и проводил гостя в комнату.
- Альбертик, не поверишь, все и сразу. И желательно прямо сейчас. Край - завтра!
- Ого! Ты меня пугаешь, - посмотрел на него Альберт, - совсем плохо все?
- Плохо, Альберт, но пока еще не все. В общем, мне нужно два паспорта и права, но только так, чтобы я, вроде как, в 2001 году живу. Подожди, не смейся! На моем паспорте и правах ФИО человека должно быть реально существующего, чтоб даже по базам числился. И по возрасту тоже чтоб плюс-минус подходил мне. А если еще и внешне похож будет, то вообще шикарно.
- Слушай, ты меня реально пугаешь…, - подозрительно посмотрел на него знакомый, - совсем, что ли?
- Альберт, двойная ставка! Как хочешь, но сделай. До завтрашнего вечера.
- Ну ты псих… Впрочем, у вас, богатых, свои причуды. Лишь бы платили, как говорится.
- Мне паспорт и права, а вот ему, - он достал листок с данными Мухина и его фото, - только паспорт. Туда вот эти данные вбей. Ну и состарь немного паспорта, как ты умеешь.
- Вас там целая секта?
- Не секта, но… в общем, надо.
- Ладно, по срокам постараюсь, но ничего не гарантирую. В этом деле надо спешить очень аккуратно. Созвонимся завтра. Надежных клиентов я люблю и ценю, а ты пока никогда не подводил и денежкой не обижал. Одна только просьба, если, ну… мало ли, вы, действительно, соберетесь лететь в прошлое, в 2001, возьмите меня с собой. Очень бы хотелось…
- Да ну, перестань, - засмеялся Никонов, - это просто терапия такая… Надо окружить себя предметами из конкретного года, и чем более правдоподобно, тем лучше…
- Иван, ну я же тебя, наверное, не первый день знаю… Впрочем, ладно. Терапия, так терапия. По цене тоже завтра скажу. Надо еще прикинуть. Задал ты, конечно, задачку, скажу я тебе…
- Хорошо. Рассчитываю на тебя.
Никонов попрощался и вышел. Когда он уже был на улице, на телефон пришло сообщение от бывшей жены, матери Феликса: «Привет. Не могу до сына дозвониться. С ним все в порядке? Что у вас там, вообще, происходит? Я беспокоюсь». Только этого не хватало, подумал Иван. Он до последнего надеялся, что она не начнет писать и звонить раньше времени, но, к несчастью, его ожидания не оправдались. Поразмыслив несколько минут над возможными вариантами ответа, он решил написать ей следующее: «Мы поссорились. Он сейчас живет у товарища по группе. Вчера с ним говорил, все было хорошо». Игнорировать бывшую жену было бы плохой идеей. Зная ее характер, Никонов вполне допускал, что та могла бросить все и прилететь в Москву. В таком случае все могло бы, вовсе, выйти из-под контроля, а так она, хотя бы на время, должна успокоиться. Он отправил сообщение и пошел в направлении машины.
Наступил новый день. Времени на подготовку оставалось все меньше и меньше. Надо продолжать поиски Феликса. Как он там? Ни денег, ни документов, ни жилья… Но он же все-таки тоже Никонов! А в их роду умели выпутываться и не из таких передряг. Что ж, сейчас оставалось надеяться только на это.
Иван открыл домашний сейф и достал оттуда несколько дорогих наручных часов и разные ювелирные украшения - все, что могло бы представлять ценность в 2001 году. Он намеревался продать это в ближайшем ломбарде, как только они прибудут на место и так обзавестись наличностью. Если все получится, здесь хватит и на недорогую машину, и на прочие расходы, и даже на сим-карты для связи. Сами аппараты, легендарные Nokia 3310, он уже успел приобрести в интернете.
Уже днем выяснилось, что Альберт очередной раз сделал невозможное. Даже быстрее, чем ожидалось. Настоящий профессионал. Спустя час, Никонов подъехал к его дому. На часах было около двух, и он решил переждать несколько минут перед тем, как подняться. Альберт, скорее всего, больше не станет ничего спрашивать, но ему все равно казалось, будто тот видит его насквозь. Знает и про Василича, и про машину времени, и про все остальное. Бред, но успокоиться почему-то не удавалось. Иван продолжал сидеть в машине, стараясь взять себя в руки, и в этот момент в его кармане зазвонил телефон. Он посмотрел на экран – Альберт. Черт, этот парень точно ясновидящий.
- Ну, что ты там сидишь в машине? Поднимайся, все готово.
Никонов выглянул в окно и, подняв глаза, увидел знакомое лицо в окне на четвертом этаже. Тот жестом пригласил его в квартиру. Иван тяжело вздохнул, заглушил двигатель и вышел из машины.
- Ты мысли читаешь что ли? – спросил он, поднявшись на этаж, - как узнал, что я подъехал?
- Ну, работа у меня специфическая, - аккуратно намекнул тот, - приходится быть бдительным. Кто там? Что там? Кто пришел? Кто ушел? Понимаешь?
- Да, не подумал как-то.
- Вот, держи, - он передал ему завернутые в газету документы, - все, как просил.
- Сколько?
Альберт не ответил, но напечатал что-то в телефоне и показал ему. Никонов кивнул в ответ и полез во внутренний карман.
- Сообщи потом о результатах терапии, - сказал он на прощание, когда Иван уже собирался уходить, - я, может быть, тоже запишусь.
- Хорошо, конечно.
Вернувшись в машину, Никонов снова почувствовал, как бешено бьется его сердце. Ему не хотелось, чтобы Альберт опять наблюдал за ним из окна, и поэтому сразу уехал. Однако, на соседней улице он остановился и решил просто посидеть спокойно несколько минут, чтобы окончательно успокоиться. Придя в себя, Никонов посмотрел свои новые документы. Все-таки Альберт настоящий кудесник. Удивительное качество работы. Даже состарил их, чтобы лишний раз не вызывать подозрений. Конечно, на работу в органы с таким паспортом не устроишься, но, если вдруг остановит патруль или гаишник, проблем возникнуть не должно. Можно отправляться в путь.
И вдруг он опять вспомнил про Полину. Непреодолимая сила, жаждущая услышать ее голос, взяла над ним верх, и он снова набрал ее номер. Сегодня она не сбрасывала, просто не поднимала трубку. Он прождал, пока звонок не завершился автоматически, затем набрал еще раз – нет, все равно не поднимает. Возможно, его номер уже добавлен в черный список. Жаль, ему бы очень хотелось, чтобы сейчас она пожелала ему удачи. Полина обязательно простит его, надо дать ей еще немного времени. Никонов убрал телефон в карман и нажал на педаль газа.
И вот, они снова собрались у машины времени.
- Итак, - начал Никонов, словно командир небольшого отряда, - сейчас начало пятого. Василич, сегодня нас назад точно не жди. Ближайшее возможное возвращение завтра ближе к полуночи. Если нас не будет, впредь так и продолжай – открывай портал в полночь, закрывай в десять минут первого. Надеюсь, в это время мы никому не помешаем своими опытами. Ден, оружие при тебе?
Мухин молча кивнул в ответ.
- Ну что ж, - сказал на прощание Василич, - в добрый путь. В любом случае, жду вас втроем, а там, как получится. Удачи.
Они переоделись и прошли сквозь портал. Через минуту Василич выключил машину. Проход, соединяющий между собой две временные линии, растворился в воздухе, и комната вновь приобрела совершенно обычный вид. Василич погасил свет и вышел.
С той стороны также все исчезло, оставив их один на один с неизвестностью. Далее рассчитывать можно было только на свои силы и на тот план, который у них был. На улице близился вечер, но еще во всю светило солнце. Как-то надо было добраться до города и отыскать ближайший ломбард. После этого им потребуется найти какой-нибудь ночлег. Лучше сделать это до наступления темноты, поэтому следовало поторопиться.
Уже знакомым маршрутом они вышли на большую дорогу. Передвигаться без машины было непривычно, но Мухин прекрасно ориентировался на этой местности. По шоссе добрались до ближайшей автобусной остановки. Той наличности, что у них была должно было хватить для того, чтобы доехать до Москвы. Когда уже в автобусе, старом тесном ЛиАЗе, Никонов протянул кондуктору 50 рублей, чтобы расплатиться за проезд, он снова почувствовал то, уже знакомое, сердцебиение внутри груди, словно, на самом деле, та купюра была фальшивая. Но женщина даже не обратила на нее внимания. Она оторвала им 2 билетика и даже отсчитала сдачу.
- Вот это да! – в полголоса шепнул Мухин, - вот это цены у них здесь… Мне, определенно, нравится это место.
Через час с небольшим автобус высадил их в столице. И теперь уже да, они очутились совсем в другом городе, совершенно не том, к которому они привыкли. Этот словно сошел со старых фотографий, или, и вовсе, был ожившей кинохроникой - настолько все вокруг было не так и непривычно. Ах, эта реклама! Она окружала со всех сторон. Была на общественном транспорте, на фасадах, на столбах и транспарантах. Что только не рекламировалось, начиная от лимонада и кофе, и кончая автомобилями и личными яхтами. Возможно, большинство москвичей такое неприкрытое навязывание всего и вся порядком возмущало, но Никонов и Мухин смотрели сейчас на все это яркое многообразие вокруг себя совершенно влюбленными глазами. Давно позабытые желтые Газели и Икарусы, Москвичи и Жигули, как своеобразные символы своей эпохи встречались там и тут, будучи чужеродными для них и совершенно обыденными для всех остальных. Даже люди казались немного другими, словно с картинки. Скорее всего, это просто первоначальный шок, который отступит через некоторое время, но Иван несколько раз ловил себя на мысли, что все в этой толпе вокруг смотрят на них, видя в них чужаков…
- Нет, слушай, давай присядем, - не выдержал он, - вон, вроде бы, лавочка.
Они отошли в сторону и присели.
- Да что с тобой такое? – недоумевая, поинтересовался Мухин, - все же отлично идет. Сейчас только найдем ломбард, и считай, пол дела сделано.
- Сам не могу понять, - ответил Иван, пытаясь отдышаться, - не могу отделаться от мысли, что все эти люди знают, что мы здесь чужие. Прям кажется, что сейчас кинутся и разорвут нас обоих.
- Ого… Ну ты, брат, приплыл. Надо тебе прилечь, отдохнуть. Перенервничал…
- Наверное. Сам надеюсь, что это только с непривычки.
- Ну, посиди, отдохни немного.
Спустя 5 минут Никонов немного успокоился. Они неспеша продолжили путь, и через несколько сот метров им, наконец, встретилась долгожданная вывеска «Ломбард». Зайдя внутрь, они попали в довольно тесное полуподвальное помещение. Приемщик сидел за решетчатым окном и скучал. Других клиентов не было. Человек в окошке немного оживился и жестом пригласил их подойти.
- Добрый вечер, - Никонов просунул под стекло увесистый пакет с различными золотыми украшениями, - кроме этого еще двое часов Ролекс. За все нужно 150 тысяч. Возьмете?
От увиденного даже у Мухина перехватило дыхание. Он и не думал, что Никонов готов пойти на столь огромные жертвы. Оценщик тоже смутился.
- Ого…, - искренно удивился он, - хорошо, давайте посмотрим.
Он пристально начал изучать предложенные вещи, рассматривая каждый камешек, каждый винтик. На это у него ушло минут 25, которые показались им вечностью.
- Вещи хорошие. Но могу предложить только 120.
- Ясно. Тогда извините. Мы уходим.
Никонов забрал обратно свой пакет и подтолкнул ничего не понимающего Мухина к выходу, - Пойдем. Тут недалеко есть еще один. Там заплатят, как надо.
Оценщик не возражал, проводил их взглядом почти до двери, но у самого выхода, ожидаемо, окликнул.
- Подождите, вернитесь.
Никонов демонстративно взялся за ручку двери, но открывать не спешил.
- Сколько? – крикнул он прямо оттуда, чтобы человек за стеклом его услышал.
- 140.
Никонов открыл дверь и приготовился выйти.
- Ну, хорошо, 150! - послышалось снова уже громче.
Оценщик даже привстал со стула и, по всей видимости, готов был выбежать за ними вслед, если бы те шагнули за порог. Эх, не знал он с кем связался. По жестам, взгляду, интонации Никонов моментально понял, что тот готов заплатить больше, просто банально проверяет их на жадность и выносливость. Иван давно набил руку и выдержку в ведении подобных торгов и переговоров, и, более того, прекрасно знал, сколько, на самом деле, стоит такой пакет с золотом, даже по меркам 2001 года. Если бы не сковывающие его по рукам и ногам обстоятельства, он бы не отдал его сейчас даже за 300 тысяч рублей. Но им срочно нужен был автомобиль и наличные, поэтому он наметил себе именно такую предельно допустимую сумму, которой в итоге и добился.
Никонов отпустил ручку двери и вернулся к окошку.
- Приятно иметь дело с профессионалами, - льстиво улыбнулся оценщик, снова сел на свой стул, - позвольте ваш паспорт.
Он протянул ему свой недавно полученный документ, и оценщик, открыв его, начал переписывать данные в свою тетрадь. Закончив, он открыл сейф, который, судя по всему, стоял у него где-то в ногах. Ловко отсчитав необходимую сумму, он прогнал ее через счетную машинку, после чего просунул деньги через окошко.
- Срок выкупа один месяц, - пояснил он и вслед за деньгами протянул еще небольшую бумажку, - пожалуйста, возьмите квитанцию.
- Всего хорошего, - попрощался Иван, и они поспешили на выход. На ходу он незаметно шепнул Мухину, - держи пистолет наготове. Мало ли хвост…
Близилась ночь. Необходимо было найти место для ночлега, и Мухин с Никоновым отправились искать какую-нибудь недорогую гостиницу.
Глава 10.
Гостиница «Молодежная», которую они выбрали в качестве своего пристанища, как минимум на эту ночь, находилась недалеко от станции метро Тимирязевская. За ночь просили от 450 рублей с человека, что было вполне приемлемо. Хорошее место, чтобы собраться с мыслями и еще раз обсудить дальнейший план действий.
Никонов зашел в номер и, не раздеваясь, упал на кровать.
- Ну как ты? – спросил Мухин, включая старый пузатый телевизор в номере, - Полегчало немного?
- Немного да, - ответил тот, не открывая глаз, - только сделай потише, пожалуйста.
Мухин начал переключать каналы.
- Блин! – восторженно закричал он, - старый эмтиви! Посмотри!
- Да, плевать, - равнодушно отреагировал Иван и повернулся на бок, - смотри хоть всю ночь, только негромко.
- Скучный же ты человек! Попал в прошлое, и так пресно на все реагируешь.
Никонов ничего не ответил. Мухин хотел еще что-то добавить, но тоже промолчал и с восхищением уставился в экран, где крутили какую-то новую песню Бритни Спирс. Он и сам не заметил, как уснул буквально через 10 минут после Ивана. Пульт выпал из его руки сначала на кровать, а потом и вовсе свалился на пол, а из телевизора еще долго доносились знакомые им еще с детства мелодии и ритмы, которые в их времени уже давно принадлежали к категории ретро.
Наступило утро, и Никонов удовлетворенно отметил, что чувствует себя гораздо лучше и бодрее. Пора обзавестись машиной и немедленно приступить к поискам. Еще теплилась надежда, что Феликс до сих пор в одном из сел, которые были по соседству с Болотниково. Мухин еще спал. Иван отключил проработавший всю ночь телевизор и толкнул его.
- Ну, нескучный человек, поднимайся. Пора радоваться и восхищаться!
Мухин проворчал что-то невнятное и остался лежать на кровати. Иван оставил его в покое и подошел к окну. В чем-то его приятель прав, они в прошлом, и это ощущение никак не передать словами. Время от времени, оно отступало, притуплялось, но потом внутри опять что-то щелкало, и душа словно проваливалась в пучину ностальгии. Он молча смотрел на двор жилого дома, который был виден из окна гостиничного номера. Дети, прохожие, мамочки с колясками – жизнь кипит и переливается всевозможными красками прекрасного летнего утра. Интересно, где сейчас, в его времени, все эти люди? И вообще, какой из этих двух миров реален? Тот, где они находятся? Или все вокруг фикция, и реальность осталась там, откуда они пришли? Столько вопросов, и все они, скорее всего, окажутся без ответа.
- Ну все, вставай! – крикнул Никонов, поняв, что надо поменьше над всем этим задумываться и побольше действовать, - пора завтракать и ехать на авторынок.
Мухин открыл глаза.
- Доброе утро, - недовольно проворчал он, - сколько там?
- Не знаю, - ответил Иван, - на моих скоро 8. Но я оставил то время. Здесь, по всей видимости, на час-два больше.
- Понятно. Решил, куда поедем?
- Думаю, в Тушино. Или в Лужники. Решим по дороге.
- И какую будем брать?
- Да все равно, какую. Лишь бы ездила. Надеюсь, в 90 уложимся.
- Ты прям и цены уже все изучил, - удивился Мухин, - прям так легко во всем ориентируешься. Что? Где? Почем? Я вот до сих пор понятия не имею, где тут что находится и сколько стоит?
- Да, я подготовился, конечно. Изучил вопрос немного.
Мухин поднялся и встал с кровати. Отыскав неподалеку пульт, он снова включил телевизор и опять с детским восхищением уставился в экран.
- Ну все, заканчивай, - Никонов отобрал пульт и снова все выключил, - собирайся и поехали. Перекусим по пути.
Тот нехотя подчинился, и вскоре они покинули номер.
Наскоро перекусив в ближайшем кафе, они решили отправиться в Тушино. Конечно, покупка машины обычно требует гораздо более взвешенного подхода, но в данный момент они не располагали достаточным количеством свободного времени, поэтому ограничились требованиями, чтобы автомобиль был на ходу, не в угоне и относительно недорогой. Остальное посчитали неважным.
Уже на месте Никонов и Мухин решили на время разделиться. Первый отправился покупать машину, а второй сим-карты для сотовых телефонов. Местом встречи определили парковку недалеко от станции метро. Денис подошел туда уже минут через 20. Никонова, конечно, еще не было. Наверное, будет торговаться до последнего. Ждать придется долго.
Мухин оказался прав. Уже прошел час, а Ивана до сих пор не было. Он сидел на лавке в тени деревьев и, скучая, любовался тем, как две поливальные машины освежают раскаленную мостовую несколькими мощными струями воды. Рядом с одной из них даже образовалась небольшая радуга. Зрелище было невероятно красивое, и, если бы не звук клаксона неподалеку, он бы еще долго любовался этой картиной, не замечая ничего вокруг себя. Мухин повернул голову в сторону, откуда доносился звук и, наконец, увидел Никонова за рулем только что приобретенного ВАЗ-2109. Тот помахал ему и жестом позвал к себе.
- Ну, как? – похвастался Иван, когда тот сел в машину, - настоящая классика. Ты только глянь на эту кассетную магнитолу.
- Да уж, - Мухин провел рукой по приборной панели, - прямо капсула времени. И почем?
- За 85 сторговались. Дешевле никак. Просил, и вовсе, 90. Но машина хорошая, крепкая. Не подведет. А это сейчас первостепенно.
- На вот, держи, - Мухин достал из кармана один из двух мобильных телефонов, - все уже вставлено, активировано. Теперь будем на связи, если снова понадобится разделиться.
- Отлично. Пристегивайся. Пора искать моего сына!
Он развернулся, выехал на шоссе, и машина растворилась в общем потоке.
До вечера они успели побывать и в Челюхе, и во всех остальных близлежащих селах и деревнях. Но никто там не узнавал Феликса. Стало окончательно ясно, что Никонов, скорее всего, оказался прав насчет своего сына. Парень не впечатлился деревенской романтикой и подался покорять Москву. Как его теперь искать, неизвестно. Они потратили сегодня более шести часов, а результат был нулевым. Силы у обоих были на исходе.
- В гостиницу? – спросил Мухин, вытирая пот со лба, - думаю, здесь что-то ловить уже нет смысла. Ты там что-то про полицию говорил, если не найдем. Что имел ввиду?
- Да, просто пойти в полицию… то есть милицию. И подать его в розыск. Не знаю, я других вариантов уже не вижу. Не бомжевать же ему. Это сейчас еще хорошо, жара. А дожди начнутся, холода?
- Ну, найдут его рано или поздно. Если еще не приняли за бродяжничество. А дальше что?
Никонов пожал плечами.
- А дальше еще не придумал. Проплатить, договориться. Думаю, все это решаемо. Подход только нужен. В том времени, были контакты необходимые. Но мы сейчас не в том времени…
- Ну, так куда сейчас?
- Давай к Василичу. Заодно лишний раз в доме проверим. Надпись же оставляли. Вдруг? До полуночи время еще есть. А завтра подумаем, как с местной полицией общий язык найти.
- Милицией.
- Как скажешь, - махнул рукой Никонов и сел за руль.
Они вернулись в Болотниково, откуда и начинали свои поиски. На часах было 20:00 по времени 2026 года. Значит здесь было на час-полтора больше. Солнце уже садилось.
- Надо включить радио и уже, наконец, синхронизировать какие-то часы с местным временем, - сказал Иван и включил приемник в салоне.
- Надо быть осторожнее в этой деревне, - предостерег Мухин, - мы уже примелькались здесь. Как бы не вызвать у местных подозрения.
- Ты прав. Тихонько поездим по округе, пока не стемнело, подходить уже ни к кому не будем.
Проездив до самой темноты, они в итоге заглушили машину недалеко от дома, где должен был появиться портал, и просто стали ждать полуночи.
- Ты знаешь, - неожиданно начал Мухин, - я хочу признаться тебе кое в чем.
- Только этого сейчас не хватало, - недоумевающе посмотрел на него Никонов, - ну, признавайся.
- В общем, я, конечно, всецело твой помощник в этом деле… Но я не только из-за Феликса ввязался в эту авантюру.
- Да я уже понял, что больше поностальгировать. Да и, ради Бога. Главное, помоги сына найти, - облегченно выдохнул Иван, - или есть еще что-то, чего я не знаю?
- Помнишь, я про отца говорил? Что убили в 2020.
- А… понял… Ну, до 2020 еще времени полно. Давай с Феликсом закончим, а там что-нибудь придумаем. Встретишься с ним, ну или письмо какое подкинуть можно.
- Да нет, ты не понял. Я сейчас хочу с ним встретиться. Он же мент. И он, думаю, может нам помочь.
- Хм… Так, наверное, надо было сразу к нему? Чего раньше не сказал?
- Да я понятия не имею, как он вообще на мое появление отреагирует? Что ему сказать? Ты мне что посоветуешь? Ты, вроде бы, спец по переговорам.
- В данном случае ничего. Это же твой отец, а не мой. А со своим я уже лет пять не разговариваю. Хотя он, слава Богу, жив и здоров. Рад бы уже поговорить, да вот тоже не знаю, с чего начать? Поссорились мы однажды. Как обычно из-за пустяка. И с тех пор…
- Ну, тогда, наверное, скажу как есть. У меня дома фото есть, даже видео. Авось, признает.
- Да, почему авось? Конечно, признает!
- Ну а представь, тебе лет 25 там, и к тебе Феликс подходит. Ты бы признал?
- Думаю, признал.
Они замолчали. Прошло еще какое-то время, уже близилась полночь. В салоне тихо играло радио «Европа-Плюс».
- Никонов, - позвал Мухин, - Иван! Не спишь? Скоро полночь.
Никонов дернулся. Он, и правда, задремал.
- Да, уже не сплю. Спасибо, что разбудил.
- Я думаю, надо машину к Василичу перегнать. А то можем и не найти потом.
- Да, кому она нужна?
- Да, я сейчас вспомнил, были у нас тут в деревне, как раз в нулевых, ребята. Если не заведут и не угонят, то просто спалить могут.
- Да ты что? Уроды какие…
- Вот-вот. Как раз, возможно, не свяжись с ними юный Витя Фролов, может быть, и не пошел бы по кривой дорожке…
- Какой еще Витя Фролов?
- Который Ахтунг.
- Ладно, убедил, а как нам машину пропихнуть в дом? Или, думаешь, Василич как-то свою штуку на улицу сможет вытащить?
- Посмотрим. Оставайся тут, я пойду посмотрю, можно ли вообще на машине к дому подъехать?
Через пять минут он вернулся и позвал Ивана с собой. Около дома валялось несколько гнилых бревен и досок – по всей видимости, все что осталось от бывшего забора, который предприимчивые соседи потихоньку растащили для своих нужд. Они оперативно убрали в сторону все, что затрудняло проезд, после чего подогнали машину и оставили ее за домом, где она уже была практически незаметна с дороги.
- По крайней мере, если не получится забрать ее с собой, оставим здесь, - сказал Мухин, - тут понадежнее будет. Хотя все равно могут найти, конечно.
- Если он откроет портал на улице, это будет супер, в любом случае. Мне уже порядком надоело лазить туда-сюда через окно. Не тот возраст.
- Ладно, уже без десяти. В принципе, можно выдвигаться. Он обычно раньше открывает.
Они закрыли машину и подошли к дому. Никонов заглянул в окно.
- Не видно отсюда? – спросил Мухин, стоя позади.
- Нет, тишина. Ладно, полезли. Если что, там уже подождем.
Они вновь оказались в заброшенном доме. Вокруг была кромешная тьма. Никонов подсветил зажигалкой – послание Феликсу было на месте, но сам он, скорее всего, тут не появлялся. Ровно без двух минут полночь, пространство в комнате озарилось серо-голубым свечением, и около них открылся коридор в будущее.
- Ну, здравствуй, Василич, - на этот раз Мухин первый вышел из портала, - как ты тут? Не скучал?
- Прям чувствовал, что вы сегодня появитесь, - радостно поприветствовал их тот, - Все? – он заглянул в портал после появления Ивана, - третьего все же не будет? Жаль.
- Третьего, к сожалению, пока нет, - развел руками Никонов, - а вот третью мы бы хотели сюда переместить. Поможешь?
- Вы чего это там надумали? Давайте, без самодеятельности!
- Не волнуйся, мы про машину. Денис говорит, мол, неспокойно там по ночам в нулевых. Можем и не досчитаться потом. А она нам дорого обошлась. Она сейчас за твоим домом стоит. Мы можем всю эту конструкцию там развернуть? Соседи твои, по идее, с того места не должны ничего заметить.
- Ну, давайте попробуем, - нехотя согласился Василич.
Он выключил машину, подождал минут десять, пока все остынет, и затем они уже втроем перетащили ее к тому месту, где было окно во двор. Через него выбросили кабеля наружу и подсоединили к ним антенны. На все перестроение ушло порядка получаса, и, спустя это время, портал вновь открылся уже на улице, и сквозь него все увидели тот самый ВАЗ-2109, стоящий буквально в трех метрах.
- Ну, насколько удобнее, - похлопал Никонов и прошел внутрь.
Через несколько минут машина оказалась в 2026 году. Теперь ей уже ничего не должно было угрожать. Все вернулись в дом. Надо было обдумать новый план. Причем сделать это надо было как можно быстрее, так как вернуться в 2001 желательно было до наступления утра.
Глава 11.
Они переместились обратно в 3:30 утра. Глаза уже слипались от усталости. Надо было хотя бы немного выспаться, поэтому решили переночевать в гостинице. С утра предстояло сложное дело, но теперь в их распоряжении были личные вещи отца, фотографии и прочее, что могло бы служить доказательством того, что они, действительно, прибыли из будущего, а не сбежали из ближайшей психиатрической лечебницы. Конечно, даже это не давало стопроцентной гарантии успеха, но все же увеличивало их шансы и добавляло уверенности.
Немного отдохнув после бессонной ночи, они выдвинулись в путь, и в 11 часов уже были во дворе дома номер 26 на улице Берзарина. Именно в этом доме прошло детство и юность Дениса Мухина. Он взглянул на родные места, и мгновенно почувствовал, как голова идет кругом. Тысячи воспоминаний, законсервированных где-то глубоко в памяти, вырвались наружу, затмив собой все остальное.
- Прям так резко накрыло, - едва отдышавшись, признался он, - подозревал, что так будет, но все равно чересчур… Я, конечно, бываю в этих краях, навещаю матушку, но … прям как во сне очнулся. Мне же сейчас должно быть года 4. А ему где-то 26, или 27. Не могу сосчитать, волнуюсь…
- Может быть, вместе поднимемся? Двоим шизикам из будущего быстрее поверит, нежели одному.
- Нет, что ты? Это личное. Тем более, ты всю дорогу твердил, что уверен в успехе. Фотографии, газета, часы его офицерские… Откуда сейчас тень сомнения взялась?
- Да нет, я по-прежнему уверен. Более того, вы с ним так похожи внешне. Просто поддержать думал. Я не настаиваю.
- Да, надо идти, - ответил Мухин, все еще пытаясь совладать с волнением, - иду … иду…
Он выдохнул, хлопнул себя по коленям, взял пакет с вещами и вышел из машины. Иван проводил его взглядом до подъезда. После того, как Мухин скрылся внутри, Никонов вышел из машины и прикурил сигарету. Однако, не прошло и двух минут, как тот вернулся обратно.
- Ну что, нет дома? Или даже не стал слушать?
- Дома нет никого.
- Ладно, будем ждать. Лишь бы только не оказалось, что в командировке или отпуске каком-нибудь…
- Ну вот зачем ты опять? Я только глядя на тебя, сохраняю какое-то самообладание. Подождем часа 2-3. Не появится - будем думать дальше.
- Ладно, молчу.
- Стой! – воскликнул Мухин, - вон он идет! Слава Богу!
- Ну, чего ты ждешь? Беги скорее.
Денис быстрым шагом направился навстречу своему отцу. Наконец, они поравнялись, и посмотрели друг на друга. Сходство между ними было невообразимое, и со стороны их можно было запросто принять, если не за близнецов, то за родных братьев-погодков. Денис уже хотел начать свою приготовленную речь, но вдруг осознал, что настолько перенервничал, что буквально впал в ступор и не может произнести ни единого слова.
- Простите, мы знакомы с вами? – наконец, спросил Сергей, не выдержав затянувшейся паузы, - мы, случаем, не дальние родственники? Вы прям так похожи на меня.
Голос отца. Тот самый… Это было совсем не то, как слышалось на сохранившихся видеозаписях. Этот был настоящий - живой и такой родной и близкий. Денис почувствовал, что вот-вот расплачется.
- Что с вами? – недоумевая, спросил Мухин-старший, - Что-то случилось? Вы мне сообщить что-то хотите?
Денис опять что-то попытался ответить, но в итоге лишь отрицательно помотал головой и позорно поспешил прочь. Наблюдавший за всем этим Никонов уже думал вмешаться и даже вышел из автомобиля. Сергей с недоумением посмотрел вслед странному парню, а затем развернулся и направился к своему подъезду.
- Ну, елки-палки, - помог ему сесть в машину Никонов, - давай, приходи в себя. Он пошел домой. Сейчас успокоишься, поднимемся вместе.
- Я.. я…, - заикаясь, наконец, выговорил Мухин, - его голос…
- Понимаю. Поплачь. Я б тоже на твоем месте, наверное, не смог.
Казалось, что он уже не сможет с собой совладать, но, спустя несколько минут, Мухин все же успокоился и взял себя в руки. Неожиданно он открыл дверь и вышел на улицу.
- Жди меня, - уже абсолютно спокойным голосом сказал он и снова направился к двери подъезда.
Сергей открыл дверь квартиры. На пороге стоял тот же незнакомый странный парень, которого он видел на улице. Если бы не внешнее сходство, он, скорее бы всего, прогнал того прочь, но что-то родное и близкое все же было в этом незнакомце.
- Ну что, вы успокоились? - улыбнулся он, - нагнали вы интриги, скажу я вам. Проходите.
- Спасибо, - неуверенно ответил Денис и вошел внутрь.
И снова сокрушительный удар ностальгии сотряс его еще не до конца пришедшую в себя психику. Квартира, в которой все, на что бы он ни посмотрел, отзывалось все новыми и новыми всплесками воспоминаний. Нет, он явно не был готов к этому визиту. Скорее всего, к такому, и вовсе, невозможно подготовиться. Прикрыв глаза ладонью, чтобы ни на что лишний раз не смотреть, он проследовал за отцом на кухню.
- Нет, ну я почему-то уверен, что мы где-то встречались. Но вспомнить вас никак не могу. Мы точно не родственники? – присел напротив него Сергей.
- Еще какие родственники. У меня здесь фотографии, - Денис развернул пакет, который держал в руках, - я прошу, посмотрите пожалуйста.
Сергей начал перебирать фото. Там были и его фото с сыном, и с женой, и где они все втроем, довольные и счастливые. Еще все вместе. На большинстве фотографий он был запечатлен в более зрелом возрасте, но были и те, на которых он выглядел точь-в-точь, как сейчас. Сергей напрягся, перебирая фотографии, но за все время не проронил ни слова. Наконец, он отложил последнее фото в сторону.
- Ну и что это значит? – уже серьезным тоном, едва дыша, спросил он, - надо понимать, это я на них? Да?
- Да. Тут вот еще…, - Денис полез в пакет.
- Нет, не надо! Достаточно…
Но Мухин уже достал старые наручные офицерские часы. Сергей от неожиданности даже вскочил с места.
- Господи…, - обомлел он, - часы деда… Откуда у вас все это? Послушайте, мне реально страшно?! Там и вы со мной на многих фотографиях? Я озвучу, а вы меня переубедите пожалуйста. Вы мой сын из будущего? Поэтому мы похожи?
- Вроде того. Здесь у меня еще газета. Самое главное!
- Хватит! Никаких газет! Пока не ответите, что здесь происходит? Я отказываюсь во все это верить!
- Да хорош, пап… – не совладал с эмоциями Денис.
Он поймал себя на полуслове, замолчал, но было поздно.
- Так…, - Сергей отошел от стола на пару шагов назад, - уже папа? А имя я могу узнать?
- Папа! – ударил по столу Мухин, - Денис меня зовут! Мне сейчас уже 3 или 4 года должно быть. Хватит притворяться, выслушай ты наконец. Я же не просто так сюда пришел! Речь о тебе! О твоей жизни.
- Одну минуту. Я сейчас, - он вышел из кухни.
Денис остался один и начал ругать себя. Поспешил. Слишком резко, слишком рано. Надо было более плавно подвести к этому. Его самокритику прервал вернувшийся Сергей. Мухин поднял глаза и увидел смотрящее на него дуло пистолета.
- Сидеть! А теперь поговорим. Ну что смотришь? Давай выкладывай. Кто ты? Что это за фото? Откуда про часы деда знаешь? И прочее.
Денис сидел и молчал. Шок и даже животный страх сковал его по рукам и ногам. Не каждый день твой собственный отец угрожает тебе пистолетом.
- Ну что замолчал? – снова начал угрожать Сергей, - такой разговорчивый был. Да, подловил ты меня вначале. Но ничего, сейчас разберемся.
- Убери пистолет, - сказал Денис, - пожалуйста. Я прошу, посмотри газету, которая у меня в пакете.
- Хватит и фотографий. Я уже понял, кто ты. Но не понимаю, зачем я вам понадобился? Я же просто обычный капитан. К чему весь этот спектакль?
- Кому нам?
- Ну, не знаю, на кого ты там работаешь? Англия, США…
- Я не шпион. Что за бред?
- А эти фото не бред? А называться моим сыном не бред?
- Но ты же сам видел эти фото! Видно же, что это не монтаж! А часы? А газета, наконец? Вот, смотри, смартфон, - он выложил на стол свой телефон из 2026 года, - посмотри!
- Слушай, я не идиот. В ваших лабораториях и не такое делают. И внешность тебе, скорее всего, там же подправили. Надо было бы – и мою полную копию сделали в вашей разведшколе. Или откуда ты там?
Наступила тяжелая пауза.
- Я, конечно, помню, что ты всегда был немного со странностями, но что бы настолько параноик? Бать, ну нельзя так…, - Денис покачал головой, - а то, что мама тебя кузнечиком называла, это, по-твоему, тоже в разведшколе я узнал? А меня бобренком… Мне лет 8 было, ты мне песенку как-то пел, говорил, что когда-то тебе ее так же пела твоя мама, баба Зина. Про паровозик и лошадку…
Сергей замешкался и опустил пистолет.
- А! Вспомнил? – укорительно ткнул в него пальцем Денис.
- Да кто ж ты такой? – уже, не зная, что и думать, снова спросил Сергей и присел на стул.
- Вижу, что вспомнил. А я не просто так растрогался, когда первый раз подошел к тебе. Я ж тебя уже лет 10, как потерял, - Денис снова расчувствовался, но на этот раз смог сдержаться, - и вот сейчас мне внезапно представилась такая возможность - вновь увидеть тебя живого и что-то попытаться изменить. Неужели я мог упустить такой шанс? А ты мне тут угрожаешь пистолетом! Ну какие тебе еще нужны доказательства? Ну хочешь, поедем, я тебе покажу этот портал, через который я сюда попал?!
- Парень! – посмотрел на него Сергей, - я согласен с тобой, все сходится, и про кузнечика, и про лошадку… Но так же не бывает…
- Оказывается, бывает, - вздохнул Денис, - …а нет ничего выпить? А то мне как-то не по себе после этого пистолета. Хотя у самого такой же имеется…
- Да, конечно, - чуть ли не виновато вскочил с места уже окончательно запутавшийся в своих предположениях Сергей и, достав из холодильника бутылку, разлил им по стаканам, - согласен, у меня у самого голова идет кругом. Чушь какая…, - он выпил и немного пришел в себя, - …так, погоди минутку! Что значит, увидеть меня живым…?!
Глава 12.
Сергей отложил в сторону статью, в которой рассказывалось, как во время задержания особо опасного преступника был смертельно ранен подполковник Мухин С.Н.
- 6 сентября 2020 года, - обреченно произнес он и налил себе водки, - так вот о чем ты…
- Я должен был предупредить, – постарался оправдаться Денис, - я надеюсь, ты примешь меры?
- Приму, конечно. Но, не зря же говорят, что от судьбы не уйдешь…
- Прости, пап, но так будет лучше…
- Слушай, ну хватит меня папой называть! – он смягчился и похлопал Дениса по плечу, - понимаю, очень хорошо понимаю тебя. Но мне немного не по себе, когда ты так делаешь.
В это время Никонов, сидя в машине, наслаждался музыкой, играющей в радиоприемнике. «С вами Хит FM! А сейчас — горячий хит от группы Рефлекс» – послышался голос ведущего. Чем он хуже Мухина? Он тоже имеет полное право на немного ностальгии. Иван сделал погромче и занял удобную позу в кресле. Все идет, как надо, и скоро у них появится свой человек в милиции. А значит шансы на поиски сына повысятся до вполне реальных. В этот момент в его кармане зазвонил телефон.
- Иван, поднимись к нам, - попросил Мухин, - третий этаж.
Никонов поднялся.
- Сергей, - протянул ему руку отец Мухина.
- Иван.
- Денис сказал, у вас есть фото мальчика. Позвольте посмотреть.
- Ну, не такой уже и мальчик, 20 лет почти, – протянул Иван фото Феликса.
Сергей посмотрел, но не узнал.
- Москва большая, - раздосадовано вернул он фото, - даже если б и видел, мог сто раз не заметить и не запомнить этого.
- Да, согласен, - не менее расстроенно согласился Иван, - я уже думал, в розыск его подать. Только не знаю, как его потом вызволять, когда найдут? Мы же здесь на полулегальном положении.
Сергей постучал пальцами по столу.
- Есть одна идея! – он достал свой мобильный телефон и набрал чей-то номер, - Алло. Анатолий Геннадьевич, помните вы кортик мой все хотели выкупить? Да, поднимитесь, будьте добры. Есть разговор.
- Дедовский кортик!? – в шоке переспросил Денис, когда тот закончил разговор, - ты пожертвуешь им ради нас?
- Да! – уверенно повторил Сергей, - ты мне, как выяснилось, не чужой человек. И, более того, я твой должник. Ты мне, считай, жизнь спас. На кону жизнь человека, а это всего лишь старый кортик.
- Спасибо!
- В общем, это наш начальник. И заодно сосед. Возможно, сможем с его помощью как-то негласно поискать вашего Феликса. Если он в Москве и, если нам очень повезет, то, возможно, и отыщется где-нибудь.
Раздался звонок в дверь, и скоро на кухню вошел полноватый мужчина средник лет. Без особой симпатии он взглянул на присутствующих.
- Анатолий Геннадьевич, это Иван и Денис, мои друзья, - приветливо представил их Сергей.
Начальник пожал им руки, и Сергей вышел вместе с ним в соседнюю комнату.
- Ну что тут было? – негромко спросил Никонов, когда они остались с Мухиным наедине, - быстро уговорил его?
- Да всяко было, - покачал головой тот, наливая себе водки, - не сразу…
Он предложил Ивану, но тот сразу отказался. Через пять минут на кухню вернулся Сергей.
- Дайте фото, - попросил он.
- Феликс Никонов. Передайте ему. Ну, как? Поможет? – осторожно спросил Никонов.
- Не знаю. Но попробует. Мужик он неплохой.
Скоро начальник, забрав обещанный кортик и фотографию, все также равнодушно со всеми попрощался и вышел.
- Сейчас по факсу разошлет ваше фото. Я предупредил, что пацан ваш немного поехавший, поэтому может чего-то необычного сболтнуть, мол, из будущего. Дальше остается только ждать. Если попадется, сообщит. Ребят, жена с сыном только после 15:00 вернутся, так что можете пока у меня посидеть, если хотите. Но ближе к их возвращению лучше всем разойтись. Сами понимаете. Больше никто не должен об этом знать.
- Да, нет, - улыбнулся Никонов, - я лучше снизу, в машине. А вы пообщайтесь. Еще раз, огромное спасибо!
Он откланялся и вышел. Наконец-то, дело сдвинулось. Теперь, как минимум, часть московской милиции с ними заодно. А значит, они будут ждать, сколько потребуется. Результат будет, он в этом не сомневается! Через неделю, месяц - не важно.
Но первые новости появились гораздо раньше, причем неожиданные. Уже через полчаса раздался телефонный звонок. Никонов ответил.
- Алло, Иван, это Сергей. Хорошие новости. Нашелся ваш беглец! Он, оказывается, уже в отделении. Вчера за драку задержали. Есть ручка? Записывайте адрес.
Феликс скучал в отделении милиции, сидя в так называемом «обезьяннике». Кроме задержанной молодежи там находилась еще парочка непонятных личностей, а также гроза всего отдела Зоя Адольфовна Мунк. Настоящее ли это было имя, или она просто таким образом издевалась над окружающими, не знал никто. Зое было всего 25 лет, и в симпатиях к Гитлеру она замечена не была, поэтому единственным разумным объяснением могло быть лишь то, что ее отца, и в правду, звали Адольфом. В прочем, как ни странно, Зоя Адольфовна – идеальный пример того, как имя и отчество стопроцентно попадали под описание ее образа. Пробивная, мощная, огромная - просто машина-убийца в женском обличии. Она не была воплощением зла, однако, если кто-то отпускал хотя бы малейшую шутку по поводу ее имени и отчества, у нее моментально наступало помутнение, и тогда уже все… лучше было бежать, и чем быстрее, тем лучше. Об этой черте ее характера уже были наслышаны даже в местном ОВД, где она оказывалась с завидной регулярностью. Поэтому старались ее лишний раз не провоцировать, потому как сила у этой девушки была, действительно, не малая.
- Ну что, жопастенький, - игриво подмигнула Зоя одному из панков, сидящих напротив, - угостить тебя пивом, когда выйдем отсюда?
- Нет, спасибо, - негромко ответил тот.
- Чего? – крикнула девушка, - не поняла. Угостить?
- Нет, - уже более уверенно повторил тот.
- А чего так? – она отпихнула от себя какого-то сокамерника и подошла вплотную, - Пошли. Чего ты?
Парень кое-как отстранился от нее в другой угол клетки. Зоя проводила его взглядом, но преследовать не стала.
- Козел! – обиженно и с досадой в голосе крикнула она и ударила ногой по решетке так, что вся клетка зашаталась ходуном.
Феликс с ужасом посмотрел на это и вжался спиной в прутья. Зоя тем временем спокойно села на скамейку и задумалась о чем-то своем.
- Мунк! Черт тебя возьми! – прибежал кто-то из дежурных, услышав шум, - ты задрала уже! Сиди тихо, не приставай ни к кому!
- Зоя Адольфовна! – поправила та и исподлобья посмотрела на него.
- Зоя Адольфовна… - сквозь зубы прошипел тот, - …ты затрахала! Веди себя нормально!
- Все. Ладно, я успокоилась. Иди отсюда!
Дежурный милиционер погрозил ей кулаком и вышел, но через несколько минут вернулся назад уже в компании Никонова. Наконец, отец и сын увидели друг друга. Слава Богу живой и невредимый. Все закончилось. Феликс, явно не ожидавший подобной встречи открыл рот и не смог произнести и слова.
- Так, кто здесь Феликс Никонов? На выход, - скомандовал он, отворив калитку.
- Какой еще Феликс? – Зоя встала и тоже направилась к выходу, - или всех выпускай, или сидим!
- Зоя! – закричал дежурный, - живо села! Или дубинкой сейчас получишь!
- Выпускай всех!
Охранник достал дубинку и со всей силы ударил по решетке. Клетка снова зашаталась во все стороны.
- А ну села на задницу! Мунк! Не зли меня!
- Зоя Адольфовна! – с лютой ненавистью во взгляде снова поправила та.
И тут произошло непредвиденное. Видимо, она уже настолько замучила его своим отчеством, что тот, даже зная о возможных последствиях, все же сорвался.
- Да ты достала меня своим Адольфом! – со всей силы снова шарахнул он по прутьям решетки, - фашистка чертова! Идиотка!
Всё! Для Зои этого было более, чем достаточно. Она, словно бык, выбила дверь клетки плечом и с диким криком вырвалась наружу. Дежурный несколько раз успел увернуться от нее и даже ударить дубинкой, но она даже не заметила эти удары. Конечно, он уже успел тысячу раз пожалеть о своей минутной слабости, но было поздно. В конечном итоге, Зоя схватила его за горло и повалила прямо на Никонова. Охранник, как мог, отбивался дубинкой и всем остальным, но Зоя была гораздо сильнее. Кричали все: и люди в клетке, и охранник, и Никонов, и громче всех, конечно, Зоя. Наконец, они сползли с Ивана, и тот кое-как, смог подняться на ноги. Он как мог пытался помочь несчастному охраннику и оттащить разъяренную девушку, но лишь очередной раз получил от нее огромным кулаком и отлетел назад.
- Помогите! Убивают! – закричал Никонов как можно громче.
Через несколько секунд, наконец, подоспела подмога, которая, по всей видимости, ничуть не смутила Зою. Уже четверо крепких мужиков пытались совладать с этой фурией, но пока что лишь поочерёдно падали на пол под градом ее ударов.
- Бежим отсюда, - подбежал Феликс и помог подняться отцу.
После этого они бросились к выходу в компании еще нескольких панков и каких-то девушек. На пути им попадались растерянные милиционеры, которые с ужасом вслушивались в истошные крики, доносившиеся из дальней комнаты, в которой находилось КПЗ. Никто не стал останавливать беглецов, всем явно было сейчас не до них.
Глава 13.
В итоге они благополучно выбежали на улицу и со всех ног бросились подальше оттуда.
- Ну, слава Богу! - прижал Никонов сына к себе, - как же я раз тебя видеть.
- Я тоже, пап. Я тоже. Но, нам надо поговорить. По поводу Джули.
- Какой Джулии? – спросил ошарашенный Иван.
- Джули – это моя девушка. Ты бы слышал, как она поет! Я вас обязательно познакомлю.
- Не стоит. Пора нам возвращаться в свое время. А Джули найдет себе кого-нибудь еще.
- Вот об этом я и хочу с тобой поговорить, но чуть позже. Давай, прокатимся до Арбата. Она с пацанами там сейчас должна быть.
- Опять пацаны какие-то! Теперь еще Джулия нарисовалась! Ты здесь от силы неделю, а уже в полицию угодил. А если б не я, что делал бы?
- Не знаю. Отпустили б все равно, только дня 2-3 спустя.
- Сомневаюсь. За что хоть задержали? Что за драка?
- Докопались до шмоток, волос. Сволочи!
- Да уж… Посмотрели б они на нынешнюю молодежь, - засмеялся Иван и посмотрел на часы, - ладно, не станем мешать Мухину общаться с отцом. Пара-тройка часов у нас есть. Поехали к твоей Джулии, попрощаешься нормально и на этом хватит приключений. Сегодня же возвращаемся.
- Джули, пап, - поправил Феликс, - не Джулия. А что, Мухин с Василичем тоже здесь?
- Да, хоть папа римский, - махнул рукой тот, - давай, садись в машину. Мухин здесь, а Василич нас там ждет.
- Надо же. А машина откуда? Угнали?
- Купили, - гордо ответил Никонов и потрепал он сына по щеке, - все серьезно. А ты как думал?
За полчаса они добрались до нужного места и уже пешком отправились на поиски новой девушки Феликса, которая, с его слов, должна была где-то здесь играть на гитаре в компании еще нескольких новых знакомых. Блин! Ну, конечно! - подумал Никонов, вот где надо было его искать. Музыканты, танцоры, художники – вся улица, казалось, состояла только из них. Продвинутая молодежь того времени, продавцы сувениров и просто зеваки, собравшись в единое целое, создавали какой-то неповторимый колорит, которого в Арбате современном уже, наверное, не было.
- Ну что, где она? Уже минут 10 ходим, - проворчал Никонов, - что ж вы мобильные не приобрели, раз нашли способ тут даже деньгами какими-то разжиться?
- Да какими деньгами? – возразил сын, продолжая искать свою подругу в толпе, - так, погулять вечером. Но все лучше, чем вообще ничего. Видишь, мои песни меня уже кормят. А ты говорил, что чушь! Ну что? Не видать ее? Девушка с гитарой должна быть.
- Тут на каждом шагу кто-то или с мольбертом, или с гитарой. У вас что, определенного места не было? Тупо, весь Арбат?
- Да как-то не определились… Вон! Вон она! Пошли! – Феликс устремился вперед, и Никонов пошел за ним, стараясь не упустить того из виду.
Джули, действительно, пела очень недурно. Феликс стоял и завороженно любовался ею, но самого Никонова гораздо больше заинтересовала вторая девушка. Неужели, Полина, пытался определить он. Очень похожа.
- Знакомьтесь, - представил сын свою Джули, когда они закончили, - это мой отец, про которого я рассказывал. Папа, это моя Джули.
- Здравствуйте, - мило представилась она, - Филя про вас, действительно, столько рассказывал. Я, скажу честно, в восторге.
- Папа, а теперь прошу без паники, - осторожно продолжил Феликс, - Мы любим друг друга. И я намерен взять ее с собой. Она уже в курсе того, откуда я.
- А как вон ту гитаристку зовут? – прослушал Иван, все еще любуясь второй девушкой.
- Это, кажется, Памела. Папа, ты слышал, что я сейчас сказал?
- Памела, интересно…, - и тут он опомнился, - так, погоди! Что значит с собой? Куда с собой?
- Ну, там, в будущее, - прошептала Джули, понимающе подмигнув Никонову, - я в курсе. Не волнуйтесь. Но я Филю одного не отпущу теперь… Все! Он мой!
- Какое будущее? – неуклюже изобразил удивление Никонов, - милая моя, да ты слушай его больше. Он еще не такое расскажет…
- Пап, хватит! – вмешался Феликс, - Я люблю Джули. Мы едем вместе. Или я здесь с ней останусь.
- Сынок, можно тебя на два слова? – он схватил сына и отвел в сторону, чтобы подруга их не услышала, - Ты совсем рехнулся? Господи, Феликс, ты сам-то понимаешь, что говоришь? Ты на хрена ее вообще в известность поставил?
- Понимаю, отец, но все решено! Я люблю ее.
- Да ты здесь без месяца неделю. Какая любовь? Нет, парень, я запрещаю тебе! Чужими судьбами так спокойно распоряжаться. У нее своя жизнь здесь. Семья, родители! Ты хоть представляешь, какого им будет? Из-за ваших, видишь ли, чувств.
- Она детдомовская, нет никаких родных. И она согласна идти со мной! Мы уже все обсудили с ней.
- Когда это?
- Когда были здесь вдвоем. Она тоже любит меня. Я не смогу уже без нее.
Иван отошел к ближайшей лавке и сел. Снова заколотилось сердце. Феликс подошел ближе. Девушка с интересом наблюдала за ними на расстоянии, но решила не вмешиваться.
- Не злись, пап. Но если не возьмешь ее с нами, тогда я останусь.
- Ты хоть знаешь, чего мне стоило сюда попасть? Найти тебя здесь? Я бы, наверное, как минимум, мог бы вторую квартиру купить. Сколько людей подключено. А ты вот так, одним росчерком – я остаюсь?
- Папа, я люблю ее. И она меня любит…
- А я не люблю тебя? А мама? Подумал об этом? Плюс, как вы жить собираетесь? На что? Вот так, выступать на улице?
- Так я и прошу! Давай возьмем ее с собой.
- Парень! Нельзя шутить с природой. Куда с собой? Ее место здесь. А там уже своя Джулия есть.
- Да и плевать! Увезу ее с собой в Америку.
- Чего? – напрягся Иван, - ишь, какой быстрый! В Америку.
- Да. Ну, прошу тебя. Давай возьмем ее с собой!!!
- Да что мне остается-то? – в отчаянии взмахнул он руками, - ну, не оставлю же я тебя здесь? Что скажут Мухин с Василичем? Как бы назад нас не выгнали…
- Да тебе не все равно, что они скажут?
- Я переживаю, что мы и так накуролесили с этой машиной времени. А тут еще ты с этой твоей Джулией…
- Да, Джули, пап. Не Джулия.
- Да какая разница? - Иван обнял сына.
Увидев теплую сцену, девушка уже в компании подруги все же подошла к ним. Джули и Памела. Хотя какая, к черту, Памела? Нет, это была именно Полина! Молодая, совсем юная. Странно, что Феликс ее не узнал. Хотя он и видел ее всего раз или два в своей жизни. Дай ему волю, он бы, наверное, и ее с собой взял. Ладно, пока лучше молчать, а уж на месте надо всыпать ему по первое число.
Опять некстати начало сильно биться сердце. Никонов сильно переживал из-за присутствия рядом молодой версии своей подруги. Его невероятно манило к ней, но он не решался даже заговорить, так как прекрасно понимал, что это не та Полина, которую он знает, и для нее он здесь абсолютно чужой человек.
- Добрый день, - смущенно поприветствовала она Ивана, когда Феликс их представил, - понравилась наша песня?
- Да, - на этот раз практически искренне ответил он, - очень понравилась.
- Спасибо, - засмущалась та, - будете здесь на Арбате, подходите, послушаете еще. Мы здесь часто играем.
- Непременно, - Никонов сказал это с такой неприкрытой любовью в голосе, что даже сын с подругой заподозрили что-то не то, - Давайте послушаем еще пару ваших песен и будем собираться.
- Можем хоть сейчас поехать, - предложила Джули.
- Нет, - он снова посмотрел на Полину, - спойте еще парочку.
- Кто это? - наконец, шепнул ему на ухо Феликс, - твоя Полина молодая что ли?
- Она самая. Моя Полиночка…
- Хочешь, тоже уговорим?
- Я тебе уговорю! – Никонов строго посмотрел на сына.
Нет, их миссия здесь завершена. Пора оставить этот мир в покое и возвращаться домой.
Наступил вечер, и они отправились в Болотниково. Сегодня в полночь все, наконец, должно закончиться. В дороге все молчали. Никонов вспоминал свою случайную встречу с юной Полиной, Мухин до сих пор был под впечатлением от общения с отцом. А Феликс был занят своей девушкой. Иван не был в восторге от ее присутствия. Хотя, с другой стороны, сын счастлив, девушка, вроде бы, тоже. Мир не рушится, а, стало быть, кто он такой, чтобы запрещать им это? Мухин тоже не поддерживал идею Феликса, но противиться не стал. Ну, объявят ее в розыск, поищут годик, да и ляжет это дело в архив – зато пацан счастлив будет.
Никонов остановил машину на обочине. Солнце садилось на горизонте, словно прощаясь с ними. Там, куда они прибудут, лето наступит нескоро, их ждет суровая зима.
- Подождем пока здесь, - предложил он, - в деревню поедем уже ближе к полуночи
- Мы машину здесь оставим? – спросил Феликс, - зачем она нам?
- Да пусть будет, - возразил Мухин, - может еще пригодиться. Кто знает? А вы, гражданка, точно решили помахать ручкой 2001?
- О, да! – охотно ответила Джули, - пропади он пропадом!
- Отчего ж так? Мы с вами как-то и не познакомились, кстати. Я Денис. Это Иван. Ну, Феликса, я уверен, вы знаете. Так, чем же не угодил этот год? Я, наоборот, нахожу его душевнее и ярче нашего 2026.
- Да, год ни при чем. Но жизнь такая достала уже. Ни парня, ни перспектив. Но, слава Богу, Филю моего встретила. Прям молюсь на него, - она жадно поцеловала парня в губы, - одна отрада в моей жизни. Да, неужели я отпустила б его?
- Да…, - скептически согласился с ней Мухин и посмотрел на Никонова, - наверное, так и должна выглядеть настоящая любовь.
Иван промолчал. Прошло время. Феликс и Джули уже мирно спали сзади, Мухин тоже дремал. Никонов негромко слушал радио и, конечно, думал о Полине. Какая она все же была юная и красивая. Удивительно. Нет, как только они вернутся, он немедленно отправится к ней. Она столько раз пыталась с ним сблизиться, а он словно завороженный упорно этого не замечал. Только сейчас ему стали очевидны все ее попытки наладить отношения, которые он отверг. Вечно было не до того, вечно она что-то предлагала не вовремя. Теперь он понимал, как больно ей, скорее всего, было в такие моменты.
«В Москве пол второго ночи. Вы слушаете Европу-плюс» - объявил радиоведущий. Никонов посмотрел на часы, которые показывали время 2026 года – без десяти полночь. Пора. Он толкнул Мухина и завел двигатель автомобиля. Ровно в 12 ночи они подъехали к условленному месту. Портала еще не было.
- Ну что там? – внезапно проснулся Феликс, - мы уже дома?
- Еще нет, но скоро, - ответил Никонов.
В этот момент проснулась Джули.
- Потерпи, дорогая, уже скоро, - ласково погладил ее Феликс.
В этот момент пространство в нескольких метрах перед машиной разверзлось, и они увидели возникший портал. Никонов уже собирался нажать на педаль газа, но в этот момент, неожиданно для всех, у девушки случился приступ паники.
- Успокойся, успокойся, - попытался успокоить ее парень, но она вырвалась и открыла дверь машины.
Иван тронулся, но Джули выбежала на ходу. За ней выбежал и сын. Пришлось остановиться. Даже Василич, наблюдающий с той стороны за этой сценой, не понимал, что происходит. Вовремя вмешался Мухин – он выбежал вслед за молодежью.
- Прости, я не пойду! – причитала девушка, заливаясь слезами, - я боюсь, я не пойду… я погибну, я боюсь. Я не пойду… Давай останемся…
- Я остаюсь! – геройски объявил Феликс, но Мухин с ним не согласился.
Он ловко обхватил обоих руками и потащил к машине. Девушка начала кричать. Не дай Бог их услышат, тем более сейчас, когда открыт портал. Денис торопился, как мог, но уже у самой машины Джули снова вырвалась и побежала прочь. Феликс тоже пытался вырваться, но Мухин намертво держал его. Наконец, он сел вместе с ним назад.
- Джули!!!! – закричал парень, но Мухин зажал ему рот.
- Гони! – крикнул он, и машина резко перенеслась в январь 2026 года.
Глава 14.
Василич перекрестился и отключил машину. Наконец, все закончилось.
- Открой! – выскочил через мгновение Феликс и бросился к тому месту, где секунду назад был проход в 2001, - открой немедленно!
- Не слушай его, Василич, - выбежал следом Никонов, - не вздумай открывать. Там такой шум подняли, наверное, вся деревня сбежалась, - он прижал сына к себе, но это не особо помогло успокоить его, - ну все, все. Давай, успокаивайся. Что-нибудь придумаем. Пошли в дом, замерзнешь.
- Ничего мы не придумаем, - оттолкнул его сын, - ничего! Надо было догнать ее! Могли бы вернуться на час позже!
- Так, хватит! – прервал его отец, - если б так любила, не убежала!
- Она любила! Любила! И до сих пор любит!
- Да не любила! Просто использовала. Глупый ты еще, не понимаешь…
Феликс с ненавистью во взгляде посмотрел на всех.
- Я все равно верну ее!
- Ради Бога. Только сейчас, пожалуйста, успокойся. И оденься.
- Отвези меня в гостиницу, - он все же не выдержал и заплакал, - не хочу никого видеть.
- Хорошо, - Никонов попытался его обнять, но тот снова отстранился.
Они зашли в дом, переоделись в зимнее и вновь собрались на крыльце.
- Ладно, - пожал он руку Василичу и Мухину. Василич, и вовсе, до сих пор искренне не понимал, из-за чего разыгралась вся эта драма, - Ну, еще раз, всех с новым годом. Я обязательно заеду на днях. Обсудим все это. Не хочется вот так на полуслове расставаться. Спасибо вам за все!
- Ночь, - сказал Мухин, - куда вы? Подождали б до утра.
- Нет! – сразу возразил Феликс, - поехали сейчас. Или вызови мне такси.
Никонов махнул рукой.
- Сейчас, так сейчас. Поехали.
Всю дорогу молчали. Глупо все получилось. Но, наверное, это и к лучшему. Кто знает, чем могла закончиться вся эта авантюра, если б они осуществили задуманное? Пусть лучше каждый остается в своем времени.
- Слушай, ну не вини меня! – заговорил первым Иван, - ну вот что я должен был сделать?
- Не знаю, - вздохнул сын, - я уже не виню никого. Просто горько и обидно. Мы же можем вернуться за ней? Пусть не сейчас. Позже. Когда все уляжется.
- Вряд ли. Скорее всего, Василич уничтожит машину.
- Почему? Давай выкупим ее у него.
- Нет. Хватит уже! Привыкай. Это жизнь! Здесь что ли девушек мало? Тебе только 19. Через месяц даже не вспомнишь.
- Много. Но такую не найду. Я ей многим обязан. Только благодаря ей я как-то выжил, удержался там. Приютила, помогла. Я вообще не знал, что делать, куда идти?
- Надо было вообще в деревне оставаться. Тогда б еще быстрее и проще было тебя найти. Зачем в Москву поперся?
- Так мы в деревне с ней и встретились! Она меня и позвала к себе в Москву.
Машина остановилась около гостиницы.
- Приехали. Решай сам, но я все еще предлагаю поехать домой, - протянул ему руку Никонов.
- Нет, - Феликс пожал руку и собрался выйти, - переночую здесь. И скорее всего, скоро улечу в США. Извини.
Он все же обнял отца на прощание и затем покинул салон. Никонов грустно посмотрел ему вслед.
С самого утра Иван направился к своей подруге, вооружившись огромным букетом цветов и не менее значительным тортом.
- Иван, прошу тебя, уходи, - открыла она и демонстративно отказалась брать цветы, - я долго ждала, но теперь все кончено.
- Но как же так?! Ты не представляешь, через что я прошел за последнюю неделю. Хочешь, расскажу, как все было на самом деле? Ты не поверишь, что такое возможно!
- Не стоит. Прощай…, - Полина закрыла дверь квартиры.
Никонов опять позвонил, и на этот раз открыл уже незнакомый мужчина. Не говоря ни слова, двухметровый спортсмен-тяжеловес забрал торт и, схватив Ивана второй рукой за воротник пальто, пинком под зад спустил его с лестницы. Букет цветов полетел следом и упал в метре от него. На шум выбежала Полина.
- Ты с ума сошел?! – набросилась она на своего великана, - ты же убил его, наверное!
- Мало, - злорадно ответил тот, - хорошо бы спуститься и добавить!
Она оттолкнула его от себя и бросилась вниз к поверженному Ивану. Великан что-то проворчал ей вслед и вернулся в квартиру.
- Живой? – осторожно спросила женщина, помогая Никонову подняться с грязного пола, - хотя он прав, мало тебе…
- Где ж ты его нашла? Психопат какой-то…
- Не твое дело, - ехидно ответила Полина, бережно подобрав с пола букет, - спасибо за цветы, но все же… я ухожу от тебя.
- Да уж, я понял. Куда уж мне до твоего мордоворота? - Никонов, шатаясь, поднялся на ноги, - скажи только, пока я не ушел. У тебя давным-давно была подруга Джуди, вы еще песни пели вместе. Она жива? Как у нее, в целом, жизнь сложилась?
- Какая Джуди? Джули, наверное. А ты что, ее знаешь, что ли? – удивилась Полина, - жива, здорова, успешный продюсер. И, кстати, замужем – так что даже не мечтай!
- Ну и слава Богу, - улыбнулся Иван.
Он еще раз отряхнулся и направился к выходу. Женщина печально проводила его взглядом и направилась домой, держа в руках подаренный букет.
Мухин проснулся лишь ближе к полудню. Последние несколько дней вымотали его более, чем полностью. Он даже не сразу осознал, где именно находится. Однако, через несколько секунд осознание все же вернулось – он дома, в своем привычном 2026. Не приснилось ли все это ему, вообще? Он встал с кровати, и вдруг его взгляд упал на пакет, в котором он все последнее время хранил вещи отца. Значит, все же не приснилось. Денис бросился к пакету и достал из него газету с заметкой о гибели Мухина старшего. Он попытался отыскать статью, но, сколько бы он ни листал, не находил ее. Вот та самая последняя страница с криминальной хроникой, он прекрасно помнил, как она выглядела. Все было на месте. Все, кроме новости про смерть Мухина С.Н. Значит все-таки удалось перехитрить судьбу? Денис вспотел от волнения и на всякий случай еще раз все перепроверил: число то же, газета та же. Он перелистал все страницы, ничего не нашел и с удовлетворением отложил газету в сторону. В принципе, теперь она потеряла для него всю свою ценность.
После этого он перепроверил все фотографии. Кто знает, может быть там тоже появилось что-то новое? Но нет, фото и старые часы были все те же, что и раньше. Дрожащими руками он набрал номер матери.
- Ой, Дениска, – радостно ответила женщина на том конце, - ну как ты, мой хороший?
- Привет, мам…
- У тебя все хорошо? – затревожилась женщина, - голос какой-то странный.
- Да, все хорошо. Просто тут в одном эксперименте участвовал, расскажу потом как-нибудь… В общем, скажи пожалуйста, у нас отец сейчас жив, или нет?
- Не знаю, милый, что там за эксперименты у тебя, но ведешь ты себя очень странно…
- Мама, я знаю, что звучит все это безумно, но мне надо знать.
- Что ж, - мама тяжело вздохнула, - нет, не жив…
Теперь уже тяжело вздохнул Мухин. Как же так? Ведь он же знал о грозящей опасности. Или на этот раз что-то другое?
- Можешь рассказать, что случилось?
- Ты издеваешься? Я уже больше за тебя переживаю, ему-то уже все равно. Может, быть, лучше ты мне расскажешь, что у тебя случилось?
- Расскажу. Просто сейчас скажи мне, как погиб папа?
- Господи… Сердце не выдержало. Никогда не жаловался, а в 2020 как подменили. Все твердил, что боится… Так за год и ушел.
Мухин услышал, что мама начала плакать.
- Ну, прости, прости, мам. Будь дома, я через пару часов заеду. Постараюсь все объяснить.
- Да уж, было бы неплохо, - немного приободрилась женщина, - жду тебя, дорогой.
Василич сидел один на своей деревенской кухне, пил водку, вел философские беседы сам с собой и думал, как ему поступить дальше с машиной времени? Поняв, что сам себе подсказать он вряд ли что-то сможет, он попытался как-то материализовать перед собой того самого приятеля, который ему эту машину и передал.
- Ну вот, скажи, Григорий Николаевич, ты бы как поступил? – спросил он вслух. Затем огляделся вокруг – никого, все та же пустая кухня, - Молчишь, значит? Эх, Григорий Николаевич…
Василич выпил, хотел сразу налить еще, но в этот момент в дверь кто-то постучал. Мухин? Никонов? Не дай Бог, Ахтунг… Нет, надо срочно избавляться от этого дьявольского аппарата, иначе они так и будут по очереди открывать портал, пока, на самом деле, не случится катастрофа.
- Иду! – крикнул он, накидывая на плечи куртку.
Едва он открыл дверь, в дом ввалился целый отряд спецназа. Даже непонятно, зачем они, вообще, стучали в дверь? Бедный Василич замер без движения. То, чего он так опасался все эти годы, все же произошло.
- Ну что ж вы, Дмитрий Андреевич, не информируете никого о своих опытах, открытиях? – вальяжно вышел к нему мужчина в штатском, по всей видимости, какой-то особист и, по совместительству, начальник всех этих цепных псов, - неужели, в самом деле думали, что никто не заметит ваших аномалий? Не хорошо. Ай, не хорошо.
Он помахал перед лицом Василича своей красной корочкой и взглядом отдал команду своим подчиненным обыскать дом. Затем по-хозяйски, вежливо пригласил перепуганного старика обратно на кухню к столу и даже помог ему усесться.
- Ну что вы нервничаете? Поздно уже. Выпейте лучше. И успокойтесь.
- Не успел…, - выругался Василич после залпом выпитого стакана водки, - чуть-чуть не успел уничтожить…
- Твое счастье, Дмитрий Андреевич, что не успел, - подошел и, уже без былой вежливости в голосе, взял его за грудки особист, - значит, будешь жить…
В этот момент появились несколько солдат, держа в руках антенны и другие части машины.
- Здесь все? – спросил он у них.
- Так точно! – рапортовал за всех один из бойцов, - но несколько блоков пришли в негодность.
Все так же молча, одним лишь взглядом, особист скомандовал всем нести машину на улицу. Василич не сопротивлялся. Да и что он мог сделать? Ему уже было все равно. Лишь, когда последним к выходу направился сам чекист, он все же окликнул его.
- А я? – растеряно спросил ученый, - что делать мне?
- Если понадобитесь, вызовем! Сбежать вы теперь уже вряд ли сможете, прошлое и будущее вам больше не грозит. Но все же, не будьте идиотом и не покидайте Болотниково. Не усугубляйте свое положение, - он победоносно улыбнулся и вышел прочь.
Эпилог.
Феликс грустно собирал свою дорожную сумку. Билет на самолет он уже приобрел. Уже скоро нужно будет покидать гостиничный номер и выезжать в аэропорт.
- Так и не станешь звонить отцу? - спросил Тим, тот самый приятель музыкант, который приехал, чтобы проводить и помочь добраться до самолета.
- Не стану, - ответил Феликс, раздраженно запихивая в сумку что-то из своих вещей.
- Да уж, вот это вы разругались. Что хоть там произошло? Ты так и не говоришь. Почти неделю был недоступен, пропал куда-то. Мы все уже не знали, что и думать?
- Тим, расскажу потом. Сейчас не спрашивай, пожалуйста.
- Блин, чел, - покачал головой приятель, - ладно, как скажешь.
Был уже вечер. До вылета оставалось еще четыре часа. Никонов, не подозревая о намерении сына покинуть страну, подъехал на своем мерседесе к дому. Лично его жизнь начала постепенно возвращаться в привычное русло – опять совещания, переговоры, финансовая отчетность и прочие скучные атрибуты ведения бизнеса. Он еще не успел войти в подъезд, как на него буквально набросились сзади две женщины. Одну из них он сразу узнал, это была Полина, вторая была незнакома, но, приглядевшись пристальнее, он узнал и ее тоже – это была та самая Джули. Только теперь ее былая красота уже померкла, в сравнении с той озорной девчонкой, которая в его памяти всего сутки назад обнималась на заднем сидении с его сыном.
- Ну что, это он? – словно строгий полицейский спросила Полина, ткнув в него пальцем.
- Конечно, он, - не веря своим глазам, прошептала ее подруга.
Она подошла к такому же, как и она сама, опешившему, прижатому к стене Ивану и даже ощупала его руками, словно хотела убедиться, что он все же реален.
- Здравствуй, Джули, - наконец, нарушил молчание Никонов, - рад, что ты жива, здорова. Передать что-нибудь Феликсу?
- Я сама передам, - заплакала женщина, - дайте мне пожалуйста его номер. Я только за этим приехала.
- Думаешь, нужно? – возразил Иван.
- Дай номер! – крикнула на него Полина, - натворили дел.
- Каких дел, Полина? Я тебе все праздники пытался объяснить, в какую передрягу я попал…
- Да, мне Феликс рассказывал. Он, на самом деле, ни при чем. Не кричи на него…
- Прям уж ни при чем, - понизила градус накала Полина, - ладно, извини, - она нежно погладила его по груди.
- Пожалуйста, дайте мне поговорить с вашим сыном, просто объясниться и поблагодарить его за все. Так по-идиотски все вышло тогда. Понятно, что я на него уже не претендую, но я помню и ценю наши с ним отношения. И еще - благодаря его нескольким песням, которые он для меня написал и подарил, я смогла выбиться в люди и построить карьеру. И для меня важно, чтобы он об этом знал!
Феликс сдал ключи на стойке регистрации и вместе с приятелем направился к выходу. Уже в дверях их застиг телефонный звонок. Он нехотя остановился и достал трубку – отец. Помедлив секунд 5, он все же ответил.
- Папа, давай позже созвонимся, сейчас не могу говорить.
- Филя, это не папа, - звонко, но все же с некоторой ноткой грусти в голосе, ответил женский голос на том конце, - Узнал?
Глаза парня расширились от удивления. Он оставил ничего не понимающего Тимофея с вещами прямо посреди больших дверей и сам отошел с телефоном в сторону. То же самое сделала и Джули, оставив подругу и Никонова у входа в подъезд.
- Ну что, давай мириться? – внезапно предложила Полина, - ты, конечно, козел, но я, так и быть, постараюсь тебя простить. Тем более, я за сегодняшний день столько всего нового о тебе узнала. Чуть ли не герой. А я ведь с самой первой нашей встречи все пыталась понять, ты это был тогда на Арбате, или не ты?
- А как же твой спортсмен? – недоверчиво посмотрел на нее Иван, - быстро ты его отшила…
- Вообще-то, это был мой двоюродный брат. Прости, мне вообще не стоило ему на тебя жаловаться, но уж больно ты меня обидел.
Никонов не ответил ей, просто обнял и поцеловал. Скоро к ним подошла Джули. Со слезами на глазах, но все же счастливая.
- Наконец, я смогла ему сказать то, что держала в себе все эти годы. Спасибо вам, - она обнялась с Полиной, затем, более деликатно, с Иваном и побрела прочь.
Феликс тоже вернулся к Тимофею. Они говорили с Джули минут пятнадцать. Приятель уже порядком утомился и давно переместился в фойе отеля, где устроился на удобном диване.
- Ну ты гонишь, Фил? – выругался он, - ты так не успеешь на самолет.
- Мы не едем в аэропорт, - ответил тот, и только сейчас Тим вдруг заметил, что приятель после разговора стал выглядеть гораздо более жизнерадостным.
Хотя, в отличие от Джули, для него прошло лишь несколько часов, ему казалось, что он ждал этого разговора с ней ничуть не меньше ее самой. И хоть им так и не суждено уже быть вместе, они навсегда запомнят те несколько дней, что им были подарены судьбой, двигаясь дальше, каждый в своем направлении.
- Так что? – не понял Тим, - обратно в номер? Ты уже ключи так-то сдал от него…
- Да нет. Меня отец ждет.
- Ну, чел…, - Тим только пожал плечами.
Парни взяли вещи Феликса и направились в сторону многочисленных такси, ожидающих неподалеку от гостиницы.
28.01.2026 г.
В нулевые
© Copyright: Юрий Мелтон, 2026
Свидетельство о публикации №226031301377
Свидетельство о публикации №226031301377
Рецензии