Чья-то смерть

  Мне снова приснился этот сон – поле, заполненное свалкой сражения.
Яростный гвалт – слияние звона, грохота, скрежета и лязга стали, 
воплей, криков, стонов и кличей.
Я – всадник, несущийся частью волны, уже ударившей в противника,
замедлившейся, увязшей в массе обороняющихся.
Из этого бурлящего водоворота, из кипящего вокруг хаоса,
выныривает длинное, острое, холодное лезвие,
безошибочно проскальзывает  между пластин доспеха и, вспарывая бедро,
пронзает пах, погружаясь глубже, в живот. Доля секунды, мгновение. 
Я не вижу меч это или  копьё, не вижу кто его держит - лишь чувствую,
как лезвие будто внезапно раскаляясь, выжигает болью нутро.
Тело корчится в непроизвольных попытках спрыгнуть, слезть,
отодвинуться от неизбежного, но взлететь не дано и лишь разрастается
ослепляющая темнота...
  Я просыпаюсь в холодном поту. В животе - будто ком, мышцы скованы
судорогой и тает отголосок то ли жара, то ли озноба.
Вот так – раз за разом ко мне в сон приходит чья-то смерть.
Не знаю, что это – повторяющаяся с пугающей точностью фантазия
или осколок чьей-то души, блуждающий в инфополе планеты, как мираж,
а быть может, эхо прошлой жизни.