Бен Ааронович Лето с наперстянкой 12

12
Стратегия пассивного сбора данных

– Я так и знал, что это как-то связано с инопланетянами, – сказал мужчина из магазина электроники, которого звали Альберт, но он сказал, что можно называть его Эл.

– Без комментариев, – отреагировал я, что только подтвердило самые сокровенные подозрения Эла. Он проделал хорошую работу, быстро собрав партию запатентованных Питером Грантом детекторов магии широкого диапазона действия. Они состояли из одноразового телефона-автомата, модифицированного под мои требования и помещённого в яркую пластиковую коробку с закруглёнными углами. Треть из них была жёлтыми, ещё треть – синими, а остальные – красными, как почтовые ящики.

Я щёлкнул пальцем по одному из них – он был из прочного ПВХ. “Где ты это взял?” – спросил я.

– Спортивный склад. Это детские поплавки для плавательных бассейнов.

Он купил их на обратном пути из Бирмингема, где покупал телефоны. Солидные магазины не продадут вам больше трёх одноразовых устройств за раз, но, к счастью, все остальные продают, особенно за наличные. Одно из преимуществ работы в полиции в том и заключается, что, когда вы хотите купить что-то сомнительное, то почти всегда знаете, где это сделать.

Их было тридцать штук, и они заполнили весь багажник Асбо. Я также оставил четыре телефона в пластиковой упаковке для использования позже.

– Ты это видел? – спросил Эл, помогая мне донести магические детекторы до машины.

– Что видел?

– Две ночи назад неподалёку от Крофт-Эмбри было что-то замечено.

Мы вернулись в магазин, открыли мой ноутбук и загрузили программу для отслеживания.

– Множество свидетелей, классический тип V, источник света, видимого тела нет, – поведал Эл, пока мы ждали окончания диагностического теста. Он был удивлён, что это не попало в общенациональные газеты. – Но в тот день ваши люди всё-таки нашли этих детей.

Ноутбук проверил каждый из детекторов, прежде чем перевести их в пассивный режим. Поскольку они были дешёвыми и одноразовыми, у них не было GPS, поэтому мне приходилось записывать каждое местоположение, когда я их устанавливал.

– Эйместри всегда был центром притяжения для близких встреч, – сказал Эл. – Некоторые из них очень трудно объяснить.

Я спросил его, есть ли у него список, и он направил меня на веб-сайт под названием UKUFOindex.com, где все сообщения о наблюдениях НЛО были проиндексированы и снабжены перекрёстными ссылками, к которым мог получить доступ любой член уфологического сообщества. Я отметил адрес в своём блокноте.

Мы провели последний тест, чтобы убедиться, что детекторы регистрируют информацию на моем ноутбуке.

– Были какие-нибудь похищения?

– Много, – сказал он. – Но ничего не подтверждено.

Эл, будучи абсолютно убеждённым в том, что внеземная жизнь посетила Херефордшир, был агностиком во всём, что касалось похищений и увечий скота. Но он жил надеждой.

– Только подумайте, что было бы, будь у нас неопровержимые доказательства того, что мы не одни, – с пылом сказал он. – Подумайте, как бы это всё изменило.

Примерно тогда мне пришла в голову идея методики расследования, которую, чтобы не усложнять, называю "обратный Найджел Найл". Я заплатил Элу наличными, взял номер его личного мобильного телефона на случай, если мне понадобится тех. консультация посреди ночи, и направился в Леоминстерский участок.

Толпа там немного поредела, поскольку поиски отсюда больше не проводились. Отдел по расследованию инцидентов (MIU) по-прежнему ютился в своём перегретом офисе. К счастью, кто-то раздобыл промышленный вентилятор с диаметром лопастей, как у крышки мусорного ведра, и с неприятной склонностью выдувать любые незакреплённые документы в ближайшее окно. Если бы у нас был зелёный экран, мы могли бы снять всё происходящее в прямом эфире для малобюджетного фильма-катастрофы. Эдмондсон непреклонно восстанавливал контроль над своим офисом, но офис-менеджер MIU нашёл мне место за соседним столом в территориальном полицейском управлении.

Я как раз входил в систему UKUFOindex.com, когда от Лесли пришло сообщение: “Ты уже стал местным?”

Я не ожидал звонка по крайней мере до вечера, и следующие десять минут пытался вскрыть жёсткую пластиковую упаковку одного из запасных мобильных телефонов, пока сотрудница офиса в обеденный перерыв не одолжила ножницы. К счастью, одноразовые телефоны почти всегда заряжены – их хватает ответить на первый вопрос.

“Нет, – послал я ответ на смс, воспользовавшись одноразовым телефоном. – Зато поел баранины”.

Я не сомневался, что Лесли заметит, что я ответил с другого телефона, но поймёт ли почему?

Ожидая ответа, я порылся на UKUFOindex.com и обнаружил, что в некоторых кругах НЛО теперь известны как НВЯ – Неопознанные воздушные явления, хотя такое название показалось мне спорным. Указатель представлял собой просто длинный каталог происшествий, отсортированных по дате, начиная с 1940-х годов, без какой-либо функции поиска. Один парень считал, что его похитили в Нортумбрии, а Уинстон Черчилль скрывал сообщения о НЛО, замеченных разведывательными полётами Королевских ВВС. Летом 1942 года в Херефордшире произошло нечто подобное, когда поступило сообщение об авиакатастрофе близ Эйместри, но прибывшие власти никаких обломков не обнаружили.

Зазвонил одноразовый телефон. Я прочитал: “Значит ли это, что мы можем поговорить?”

– Нам нужно надавить на неё, – сказал инспектор Поллок, когда мы обсуждали последнюю переписку. – Возможно, она обращается к вам, потому что ей некомфортно в сложившейся ситуации. Нам нужно облегчить ей общение, но в то же время вам нужно подтолкнуть её эмоционально. Простите, но это именно то, что нужно сделать.

Что нужно сделать? - думал я и написал сообщение: “как твое лицо?”

В 1950-х годах НЛО появлялись от Саутенда-он-Си до базы ВВС США в Лейкенхите, но ни в Херефордшире, ни в окрестностях я ничего не смог найти. 1960-е годы оказались временем космического значения, хотя бы по количеству наблюдений НЛО по всей стране. Но моя первая близкая встреча произошла только в августе 1970 года. Супружеская пара, ехавшая в сторону Уигмора по шоссе A4110, столкнулась с тем, что их автомобиль таинственным образом остановился, а затем отказался заводиться. Хотя светофоров не было, пара утверждает, что высокий гуманоид с большими глазами, одетый в длинную тёмную мантию, поднял руку – совсем как регулировщица движения (или продавщица леденцов), останавливающая движение, пока дети переходят дорогу. Пара собиралась выйти из машины и рассмотреть фигуру поближе, как та исчезла. Они считали чудом, что когда  попробовали включить зажигание, машина снова завелась.

Херефордшир, к счастью, оставался свободным от вторжения инопланетян до 1977 года, когда их заметили в самом Херефорде, а затем ничего не происходило до 2002 года. Тогда молодая девушка заявила, что встретила инопланетян возле Мортимерс-Кросс, к югу от Эйместри. Я перешёл по гиперссылке на соответствующую страницу и прочитал отчёт. К сожалению, он оказался кратким изложением, а не оригинальным заявлением. В нём описывалась молодая девушка, убежавшая из своего дома в соседней деревне. Её "утащили" вверх по тропинке к северу от Мортимерс-Милл.

Я сверился с картой ОС – там не была обозначена тропинка от водяной мельницы, но если идти оттуда на север, то окажешься на восточном берегу реки Лагг прямо в лесу Покхаус.

Сообщается, что анонимная девочка столкнулась с высоким большеглазым инопланетянином с чешуйчатой серебристой кожей/одеждой, похожей на рыбью, который некоторое время разговаривал с ней и дал ей что-то выпить. Девочка считает, что в выпитом могли быть подмешаны наркотики, потому что она заснула и проснулась позже той ночью на дороге недалеко от своей деревни.

Угадайте с трёх раз, кем могла быть эта маленькая девочка.

Учитывая компетентность старшего инспектора Уиндроу и его команды, они в первую очередь должны были установить связь с любыми оставшимися родственниками. Поэтому потребовалось всего пять секунд поиска по ключевым словам, чтобы найти имя Зои Томас, дочери первой жены Дерека Лейси, Сьюзан Томас, и сводной сестры Николь Лейси. Они провели полную проверку с помощью интегрированной разведывательной платформы, поэтому у меня было её, довольно скудное уголовное прошлое, а также текущий адрес, место работы и унылый факт, что помимо работы она использовала свой мобильный телефон для общения всего с тремя другими людьми. Одной из них была её мать.

Запищал одноразовый мобильный телефон. Я тут же позвонил инспектору Поллоку и сообщил ему, что Лесли клюнула на приманку.

– При условии, что это Лесли, – заметил Поллок. – А не подделка, уводящая нас в сторону.

– Увести нас от чего? – недоумённо спросил я. – Это точно она.

– Посмотрим. В любом случае, я проинформирую Найтингейла.

– Хотите, чтобы я вернулся?

– Ни в коем случае, – быстро возразил Поллок. – Нам всем нравится, что вы находитесь там – далеко-далеко отсюда. Мы сообщим вам, как продвигается операция.

Повесив трубку, я пошёл в ванную и ополоснул лицо холодной водой, прежде чем посмотреть, что есть в кофейной зоне. Целая полка холодильника была забита пончиками с начинкой от Morrisons, которые, по-видимому, можно было взять бесплатно. Позже Доминик сказал мне, что по мнению инспектора Эдмондсона команда, напичканная насыщенными жирами и сахаром, – счастливая команда. Я съел пончик с заварным кремом, закончив свои исследования НЛО, и подумал – следовало немного разморозить его, потому что он имел странный привкус.

Тот любитель электроники был прав насчёт того, что Эйместри стал популярным местом для наблюдений – множество ночных огней, подозрительное движение среди деревьев, встреча с невидимым "существом" и нечеловеческий визг, похожий на истязание свиньи. Я решил спросить Доминика, было ли ночное истязание свиней обычным в этих краях.

Всё это происходило после лета 2002 года, когда Зои Томас встретила своего высокого инопланетянина в рыбьей чешуе – пришло время поговорить. Я сообщил офис-менеджеру MIU о том, какие меры предпринимаю, чтобы их можно было должным образом реализовать, запрыгнул в Асбо и направился на восток по трассе A44 в сторону могучего мегаполиса Бромьярд.

В таких городах, как Бромьярд, вы сразу определяете, что попали в историческую часть, потому что внезапно все дома начинают тесниться на узких тротуарах, приобретая сжатый фасад, типичный для построенного по плану средневекового города. Помимо этого и нескольких поразительно хорошо сохранившихся зданий 16-17 веков, он выглядел как большой пригород со всеми вытекающими отсюда захватывающими последствиями.

Зои Томас жила в двухкомнатной квартире над китайской закусочной на вынос на Олд-роуд, недалеко от центра города. Там слегка пахло кисло-сладкой свининой, и чувствовалась та неряшливая неопрятность, возникающая, когда кто-то борется за соблюдение базовых стандартов, но проигрывает. Здесь не было контейнеров из-под фаст-фуда, которые заодно служили пепельницами, но в раковине копилась по меньшей мере двухдневной давности грязная посуда, а по углам  я видел пыль и паутину.

– Я уже говорила с полицией, – сказала Зои. Она сидела на кровати, потому что я, как гость, занял единственный стул – деревянный кухонный стул с прямой спинкой, изготовленный из дорогого гарнитура лет пятьдесят назад, а затем безвкусно перекрашенный в глянцево-белый цвет.

Я ободряюще улыбнулся и занёс ручку над блокнотом, сказав: “Это просто проверка”.

– Они нашли их, не так ли? – спросила она. – Это было в новостях.

Румяно-белое лицо, квадратный лоб и крючковатый нос, видимо от отца. Но был  ещё большой зубастый рот, похоже, совсем из другого места. Когда она улыбнулась, на  щеках появились ямочки.

На ней были брюки и темно-синяя форменная рубашка с вышитой на груди надписью Кантри. Это была сеть магазинов, предоставляющих всё необходимое деревенским жителям: резиновые сапоги, органический корм для свиней, ловушки на медведей... Проверка IIP показала, что Зои работала полный рабочий день продавцом-консультантом в местном филиале неподалёку.

– Это связано с делом, – сказал я, и она сразу напряглась.

Она не предложила мне чаю, впустив в дом, что всегда плохой знак. По данным Национальной полиции, два года назад её поместили в психиатрическую клинику в соответствии с Законом о психическом здоровье, но после 28-дневного психиатрического обследования отпустили. Также был ряд арестов и предупреждений за кражи в магазинах и мелкие нарушения общественного порядка. Как правило, люди, которым приходилось сталкиваться с системой уголовного правосудия более трёх раз, перестают предлагать чай случайным полицейским.

– О, да, – сказала Зои. Волосы прилипли ко лбу от пота, но она даже не пошевелилась, чтобы открыть окна и впустить ветерок. У меня от сочувствия зачесалась шея. Пахло рисом, приготовленным в микроволновке.

– Я бы хотел поговорить о 2002 годе, – продолжил я. – Когда вам было одиннадцать, и вы убежали из дома.

– О каком времени вы говорите?

– О тех августовских днях. Вы часто убегали из дома, когда были ребёнком?

– Не сбегала, пока мама не сбежала первой. Мне тогда было девять.

– Вы пытались проследить за ней?

Она вздрогнула и впервые посмотрела прямо на меня – у нее были красивые карие глаза. Я не только был уверен, что это у неё не от отца, но также и в том, что в одном из отчётов они были указаны как голубые.

– Вы когда-нибудь убегали из дома? – спросила она.

– Каждый убегает хотя бы раз в жизни.

– Почему вы это сделали? – настойчиво спросила она, и в этот момент я почувствовал странное лёгкое трепетание, похожее на хлопанье крыльев мотылька по стеклу. Слабый отголосок того ощущения, которое я испытывал, когда кто-то сверхъестественный пытался влиять на меня.

– Почему я что сделал? – я пытался выиграть время.

– Убегал, – уточнила она, и дрожь повторилась.

Практикующий может воспроизвести магический эффект, но это заклинание абсурдно высокого порядка, так что я предположил, что это был неосознанный феномен. “Фейри часто щедры в своём очаровании, и я предполагаю, что они используют его так же бездумно, как юные леди – свои чары”, - так говорил Виктор Бартоломью, который, несмотря на то, что он тупица и идиот, ещё ни разу не вводил меня в заблуждение.

– Мой отец был героиновым наркоманом, – сказал я. – Иногда мне казалось, что живу среди ходячих мертвецов, поэтому я должен был выбраться оттуда.

– Хотите чашечку чая? – спросила Зои.

– Вот что я вам скажу. Вы заваривайте чай, а я пока помою посуду.

Я успел вовремя – ещё двадцать четыре часа, и Агентство по охране окружающей среды объявило бы раковину объектом особого научного интереса и отказало бы нам в доступе. Я уже подумывал о том, чтобы прихватить веник и убрать паутину по углам, но это был бы перебор.

Пока я вытирался, зазвонил одноразовый телефон. Сообщение: “Еда здесь ужасная”.

Должно быть, это была отсылка к больнице. Лесли пыталась сказать мне, где находится? Зачем она мне писала? Она пыталась связаться со мной или ввести в заблуждение?

– Подружка? – спросила Зои, заметив, что я смотрю на телефон.

– Коллега, – ответил я на автомате и отправил обратное сообщение: “Ты можешь винить только себя”.

У Зои Томас действительно была фотография, сделанная до происшествия, – портрет до плеч в школьной форме. На ней она криво улыбается в камеру, слегка склонив голову набок, будто сомневается в цели этого мероприятия. Снимок был достаточно крупным, чтобы я мог разглядеть, что у неё голубые глаза. Я оторвал взгляд от фотографии и увидел, что Зои смотрит на меня.

– Ваши глаза... Когда это случилось?

– В ту ночь, когда я убежала. Мои родители этого даже не заметили.

– Думаю, вам лучше рассказать мне, что произошло, – попросил я, и она рассказала. За чаем с печеньем.

Даже маленькой она любила гулять по ночам, особенно при луне.

– Это лучшая часть жизни в деревне, не так ли? – сказала она. – Все эти звёзды…

Я спросил, танцевала ли она раньше обнажённой, и она странно посмотрела на меня. "Нет, почему ты спрашиваешь?"

– Расскажу тебе позже.

После того, как мама ушла, она стала всё больше удаляться от дома. "Это, наверное, прозвучит странно, – сказала она. – Но я почувствовала, что меня зовут".

Я спросил, действительно ли она слышала какие-нибудь голоса, но она сказала, что нет – это было скорее ощущение. “Жаль, что я не слышала голосов. Тогда было бы проще всё объяснить. Конечно, теперь я понимаю, что это было телепатическое внушение”.

Я боялся спросить, от кого, но надо было. Она ответила просто: “От инопланетян”.

– Инопланетяне?

– Я не сумасшедшая, ты знаешь. Меня поместили в отделение. Они продержали меня там четыре недели для “обследования”, пока главный психиатр не вызвала меня в свой кабинет, посмотрела в глаза и сказала: “Ты в своём уме, даже больше, чем я, – уходи”.

– Ты рассказала им о пришельцах?

– Быть может, я приукрасила некоторые детали, – спокойно сказала она и макнула печенье в чай.

“Определённо вменяемая”, – подумал я и спросил: “Так можно ли сказать, что тебя вызвали той ночью?”

Я не спрашивал, призывал ли её невидимый единорог, потому что нельзя “вести свидетеля”. Так что она сказала: “Не совсем, – и печально улыбнулась. – Я застала своего отца в постели с няней”.

– Ни хрена себе, – сказал я, почти уверенный, что няней была Джоан Марстоу.

– Настоящая стерва, – сказала Зои. – Они, конечно, меня не заметили – были слишком заняты. Поэтому я поднялась наверх, собрала свои вещи и вышла через парадную дверь. Сильно хлопнула ею, но они, похоже, увлеклись и не услышали.

– Подожди, – я подсчитывал в уме. – Должно быть, у неё уже была Ханна – где именно?

Зои пожала плечами. "Я не знаю, не у нас дома".

Я достаточно насмотрелся шоу Дерека и Джоан, чтобы понимать, что они, вероятно, всё ещё занимаются этим одиннадцать лет спустя. Это наверняка возмутительно, но вряд ли имело отношение к делу, и я не собирался писать об этом в этот раз. Чтобы сменить тему, я нашёл в телефоне фотографию рюкзака, который они нашли возле В4362 во время обыска, и показал его Зои.

– Твой рюкзак?

– Боже мой, – Зои выхватила у меня телефон и поднесла его прямо к лицу. – Моя сумка. Я получила её бесплатно вместе с журналом, и она мне очень нравилась.

Я объяснил, где и когда её нашли.

– Удивительно, что она продержалась так долго.

– Значит, она был у тебя с собой, когда ты выходила из дома?

– Определённо.

Но она не знала, где именно потеряла её. Когда добралась до мельницы Мортимера, у неё уже ничего не было. На вопрос, что привело её туда, она ответила – свет, но вроде – в её мозгу.

– Опять телепатия?

– Думаю, да, – согласилась Зои. – Это что-то вроде направляющего луча, который используют в аэропортах, чтобы сажать самолёты при плохой видимости.

Держу пари, что Элу понравилось бы такое объяснение.

От мельницы вдоль берега реки Лагг вела тропинка – до самого леса Покхаус, который летом 2002 года был не слишком большим.

– Его только что расчистили, – пояснила Зои. – У лесовозной дороги стояли штабеля брёвен – в лунном свете это выглядело очень странно, как будто всё соткано из призраков.

Она шла по лесозаготовительной тропе, той самой, по которой мы с Беверли и Домиником бежали, преследуемые единорогами, и именно там она встретила своего инопланетянина. Примерно там же, где мы нашли Ханну и Николь.

Был яркий свет, похожий на очень яркий лунный свет. “Только сейчас подумала: он тоже был у меня в голове”.

Однако она не сомневалась, что инопланетянин был настоящим.

– Это было похоже на встречу со знаменитостью, – сказала Зои. – И я не имею в виду знаменитого Старшего брата, а Мэрилина Мэнсона, по-настоящему знаменитого, и это похоже на шок, когда ты видишь его и думаешь: "Боже мой”. И как бы ни старался вести себя круто, ты просто несёшь чушь. Понимаешь?

Я сказал, что да, хотя в тот единственный раз, когда встретил знаменитость хоть какого-то масштаба, я чуть не арестовал его, и Лесли пришлось прижать его охранника к тротуару. Удивительно, как быстро знаменитости превращаются в обычных клиентов, когда приходится выполнять свои полицейские обязанности. Распространённая полицейская шутка: "Вы знаете, кто я? – Да, сэр, вы арестованы”.

Зои описала свою инопланетянку как высокую, похожую на человека, только с глазами, раскосыми книзу, и фиолетовой радужкой. В плаще, а в руке она держала длинный посох, высотой с неё саму.

– Как ты узнала, что это была она? – спросил я.

– Сиськи у неё были в порядке. Да, грудь выделялась. И ещё она так двигалась... Но ты прав – почему у инопланетян должны быть такие же два пола, как у нас? У них может быть сотня разных полов, не так ли?

– Во что она была одета?

– Что-то вроде скафандра.

– Опиши мне его.

– Скафандр как скафандр, ты знаешь.

– Какого он был цвета?

Зои задумалась над этим: “Серебряный, точно серебряный”.

Пришлось задать много вопросов, но в конце концов, удалось отфильтровать все Зоины приукрашивания. Определённо, она была одета в серебряное. Почти наверняка там присутствовали ещё два как бы человека, но они "были не на свету", так что Зои не удалось разглядеть их как следует. Зои сказала, что они общались телепатически, но я не выявил никаких подтверждений или опровержений. В любом случае она не могла вспомнить, о чём они говорили.

Она также не могла с уверенностью сказать, как долго они разговаривали, но отчётливо помнила, что ей дали напиток, очень, к её разочарованию,  напоминающий вкусом воду. Следующее, что она отчётливо помнила, это как спускалась по дороге в Раш-лейн и встретила своего отца, который ехал навстречу на своей машине.

– Они сошли с ума, – продолжила Зои. – Папа кричал, а чёртову Викторию пришлось сдерживать – я это слышала. Буквально на следующий день приехала моя мама, забрала меня и увезла. Я не видела её несколько месяцев, и вдруг она оказалась рядом.

Зои вздохнула и покачала головой. “Будто я раньше не убегала”.

– Как ты думаешь, почему в тот раз реакция была другой?

– Видишь ли, – Зои застенчиво улыбнулась мне. – В тот раз я взяла ребёнка с собой.

– Ты забрала ребенка?

– Теперь ты говоришь в точности как они. Не похоже, чтобы папа или моя ”няня" обратили на это внимание.

– А как насчёт вашего более близкого знакомства?

– Я  ведь не знала, что здесь появятся инопланетяне. Откуда я могла знать, что это случится?

Как способ привлечь внимание, это было трудно превзойти. Меня осенила ужасная мысль, и я спросил: “С ребёнком что-нибудь случилось?”

– Не говори глупостей. Я никогда не отпускала её.

Я подумал о пробелах в памяти Зои.

– У неё ведь не изменился цвет глаз, правда?

– Думаешь, леди Виктория, эта стерва, не заметила бы этого? – Зои встала и начала складывать чайные принадлежности в раковину, где, по-видимому, они и останутся до прихода следующего доброго самаритянина. Я получил от этой беседы практически всё, что хотел, но подумал, что не помешало бы продолжить – возможно, возьму с собой Беверли, вдруг это поможет Зои расслабиться.

Я подумал о Меллиссе, женщине-пчеле, и о том, как изменились глаза Зои. Ещё в девятнадцатом веке Чарльз Кингсли писал о фейри и полу-фейри, а также о людях, к которым "прикоснулись" фейри – так, что они кажутся странными даже себе. Он думал, что такие люди скрываются за каждой живой изгородью. Было ли тогда намного больше магической активности, чем в моё время? Или это просто игра воображения Кингсли. Доктор Валид часто жаловался, что, несмотря на то, что орден был основан Исааком Ньютоном, для большинства первых магов метод Бэкона (его истинная индукция) был тем, что происходило с другими людьми. Хотя обычные люди мыслили иначе.

– Ты мне веришь? – спросила Зои. – Веришь, что я встречалась с инопланетянами?

– Я верю, что ты что-то встретила, – говоря, я вручил ей одну из визиток доктора Валида. Он заставляет меня носить их с собой именно для этой цели.

– Я попрошу своего друга связаться с тобой, – сказал я, когда Зои с сомнением посмотрела на карточку. – Ему будет интересно, почему твои глаза изменили цвет. Он захочет, чтобы ты приехала в Лондон поговорить с ним.

И МРТ, и анализы крови, образцы ДНК и всё остальное, что он сможет придумать. Хотя, судя по выражению лица Зои, она думала о гораздо худшем.

– Могу пойти с тобой, если хочешь, – сказал я, видя её сомнения.

– Почему я? – спросила она с недоумением.

“Она хочет быть особой снежинкой или обычным человеком?” – я задумался. И пошёл на компромисс.

– Ты столкнулась с каким-то странным дерьмом. Я не собираюсь врать тебе и говорить, что это обычное дело. Но с некоторыми такое случалось – мы можем помочь.

– Хорошо, – сказала она. А затем с нетерпением спросила: – Как думаешь, когда он выйдет на связь?

– Тебе нужно позвонить ему, – сказал я и постучал по карточке в её пальцах. – Это касается тебя, а не нас.

Возвращаясь в Асбо, я думал про лес Покхаус. Всё возвращается к Покхаус Вуд. Я задержался у машины, чтобы свериться с блокнотом. Я был прав, В следующем году после 2002-го лес вырубался полностью. До этого, в 1970 году, на Римской дороге неподалёку появилась призрачная регулировщица, она же продавщица леденцов. Я понял, где завтра рано утром установлю первый комплект детекторов.

Я позвонил Беверли, та ответила с набитым ртом: “Я ужинаю с мамой Доминика”.

На заднем плане я слышал звяканье столовых приборов и звук телевизора, который никто не включал. Я сказал, что уже возвращаюсь, но она направила меня к Джоан Марстоу, только что вышедшую от них. Она просила меня навестить их. Я спросил, почему Джоан не позвонила мне.

– Она не доверяет своему телефону.

– Она сказала, почему?

– Просто сказала, что ей нужно поговорить с тобой.

– Нет, почему она не доверяет своему телефону?

– Извини, я не спрашивала, лишь сказала, что ты заглянешь, как только вернёшься.

От Бромьярда до Рашпула полчаса езды на машине, и я достаточно хорошо знал маршрут, чтобы автоматически готовиться к повороту ещё до фиксации сознанием, где ты находишься. Третий съезд с кольцевой развязки, где мы с Беверли шествовали мимо местных жителей, налево на следующей кольцевой развязке, чтобы срезать путь через Леоминстер мимо фабрики "Дейл", где половина семьи Доминика, не работающая таксистами, зарабатывала на жизнь забивкой металла в элементы конструкций.

Моя беседа с Зои затянулась настолько, что когда я добрался до поворота на Рашуотер-лейн сразу за Лактоном, солнце уже начало заигрывать с горизонтом. Я проехал мимо деревенского пруда и гостиницы "Лебедь", мимо церкви, а затем свернул налево, в тупик Марстоу.

Дверь открыл Энди, что меня удивило.

– Да, – сказал он, увидев меня. – Заходи.

Он проводил меня на кухню, где Джоан смотрела в заднее окно – там Ханна играла со своими братьями. Итан чинно сидел на своем высоком стульчике, размахивая маленькими розовыми кулачками в радостном предвкушении. Он с надеждой посмотрел на меня, без сомнения, полагая, что моё появление предвещает скорый ужин или начало шоу.

– Если бы я рассказала тебе что-нибудь безумное, – Джоан говорила, не оборачиваясь. – Ты бы мне поверил?

– Смотря насколько безумно.

Энди подошёл к ней сзади и положил руку ей на плечо, а она накрыла его руку своей.

“Знает ли он? –  подумал я. – Что его жена трахается с Дереком Лейси больше десяти лет? И тогда это одна из тех странных негласных договорённостей, о которых никто никогда не говорит”.

Джоан повернулась и позволила Энди обнять себя за плечи. За её спиной, в окно, я увидел, как Ханна пытается поймать мяч, брошенный одним из  братьев.

– Что, если кто-то думает, что он не тот, за кого его принимают? – спросила Джоан.

Я снова посмотрела в окно на Ханну.

– Не Ханна, – сказал Энди.

– Николь? –  мне осталось спросить только это, и мне совсем не нравилось, к чему всё идёт.

Джоан кивнула. Итан начал кричать – шоу в зале его немного разочаровало.

Не считая профессиональных преступников и старых итонцев, люди, как правило, предпочитают, чтобы полиция брала под свой контроль любую ситуацию, в которой они оказываются. Вы не вызываете полицию, если только ситуация уже не стала критической, и тогда приятно иметь группу людей, на которых можно переложить всю ответственность. Как полицейский вы можете осуществлять контроль, начиная от избиения людей дубинкой и заканчивая требованием говорить медленно и чётко, или даже просьбой приготовить вам чашку чая на их собственной кухне.

Я выбрал последнее, и вскоре Итан поужинал, Ханну привели из сада, я выпил чашку чая, и мы все спокойно расселись за кухонным столом.

– Расскажи Питеру то, что мне рассказала, – попросила Джоан.

Ханна поморщилась. “А мне обязательно?”

– Да, ты должна, – ответила мама.

– Но я хочу смотреть телевизор, – Ханна откинулась на спинку стула и начала медленно сползать с него.

– Ханна, – мягко сказал Энди. – Просто расскажи Питеру всё, что знаешь, и можешь идти.

Ханна неохотно выпрямилась и, глубоко вздохнув, посмотрела прямо на меня: "Никки – это не Никки. Это кто-то другой".

Драматизм момента был несколько подорван Итаном, который продемонстрировал новое мастерство в изучении тайн углового момента, с силой ударив рукой по краю своей миски, отчего она колесом скатилась с подноса и создала, несомненно, интересный для него эффект.

Последовавшие за этим ругань, уборка и суета дали мне возможность  придумать что-нибудь более внятное, чем "Ты уверена?" Конечно, она была уверена, я видел это по выражению её лица. Но что она имела в виду? Я  готов поверить, что в сельской местности семьи устроены немного по-другому, но сомневаюсь, что дело дошло до того, что Виктория приняла чужого ребёнка как своего собственного. Предположительно, Николь, выздоравливающая в доме Лейси, выглядела и говорила как та, которая пропала десять дней назад.

– Почему ты уверена? – спросил я Ханну, пока родители отвлеклись.

– Просто знаю.

– Но она выглядит так же?

– Выглядит так же, да. Но она не такая, как раньше.

Я расспрашивал её об одежде, манерах, речи, запахе, что заставило Ханну хихикнуть, но она не смогла предоставить мне ни единого достоверного доказательства того, что Николь Лейси была кем-то другим, кроме Николь Лейси. Ханна не знала, кем могла быть самозванка.

– Просто Ники не такая, – упрямо сказала она.

Когда братья вернулись из темнеющего сада, мне показалось разумным отпустить Ханну к телевизору. Она убежала, и я оказался за одним столом с Энди, пока Джоан укладывала Итана спать.

– Это хорошая работа – быть полицейским? – спросил он.

– Это разнообразно. Никогда не знаешь, чем будешь заниматься, когда выйдешь на смену.

– Я подумывал о том, чтобы пойти в армию, – сказал он. – Но потом появилась Ханна, и я не смог так поступить с девочкой.

– Это я понимаю.

– К тому же мне не нравилась сама идея убийства людей, – добавил он.

– Он такой мягкотелый, – вмешалась Джоан, садясь рядом с мужем.

– Ты веришь Ханне? – спросил Энди.

– Что-то происходит, но будь я проклят, если знаю, что именно, – сказал я.

– Да, но ты ей веришь? – Джоан пристально смотрела мне в глаза.

– Дело не в том, во что я верю. Давайте просто скажем, что расследование продолжается, и это станет его частью.

Они смотрели на меня взглядом, который я видел от Брайтлингси до Бермондси, в муниципальных квартирах и комнатах для допросов, от людей, которые помнят бомбардировки Лондона, и от подростков, не достигших возраста уголовной ответственности. Этот взгляд говорит: “Поверим в это, когда увидим”.

– Важно, чтобы все сохраняли спокойствие, пока мы не разберёмся во всём, – я только сказал это, и именно тогда всё и пошло наперекосяк  – Вселенная любит немного иронии.

– Мамочка, – позвала Ханна из гостиной. – Там снаружи люди.

Ни один звук на земле не сравнится с тем, как у вашей двери начинают скапливаться полицейские, как подъезжают две-три машины, оставляя двигатели включёнными, как со скрипом открываются несколько автомобильных дверей, которые затем не закрываются, как с приглушенной деловитостью скапливаются у вашего входа тяжёлые люди в больших ботинках.

– Питер, – позвала Джоан. – Что происходит?

Через кухонные окна я увидел вспышки света в саду за домом, это полицейские с фонарями быстро пробирались по боковому проходу, чтобы заблокировать задний вход.

– Питер? – снова позвала Джоан, и в её голосе послышалась паника.

В дверь позвонили, дважды, потом и третий раз – настойчиво.

– Оставайтесь здесь, – сказал я Джоан и Энди и пошёл по коридору, чтобы открыть дверь. Открыв её, увидел на пороге старшего инспектора Уиндроу и сержанта Коул. За ними выстроилась шеренга полицейских в форме.

Уиндроу удивился, увидев меня. “Какого чёрта ты здесь делаешь?”

– Джоан сообщила, что у неё есть информация.

Уиндроу быстро кивнул сам себе. “Кто внутри?” –  спросил он.

– Джоан и Энди на кухне. Ханна в гостиной с Райаном и Мэтью. Итан наверху, в своей кроватке в хозяйской спальне.

– Есть какие-нибудь признаки огнестрельного оружия?

Что за чертовщина? “Нет, сэр”.

– Вы уверены?

Я очень тщательно обдумал всё, что видел в тот вечер, и убедился в этом.  “Да, сэр”.

– Молодец, выходите через главный вход и побудьте с Домиником, пока у меня не появится возможность навестить вас.

– Да, сэр, – сказал я и отошёл в сторону.

Сержант Коул возглавила толпу, выкрикивая имена Джоан и Энди своим самым обнадёживающим голосом – типа мы-просто-пришли-выпить-чаю. Я направился по садовой дорожке к выходу из зоны проведения операции так быстро, как только мог. Заметил, что все машины были без мигалок, а въезд в тупик огорожен лентой.

Кто-то окликнул меня по имени – Доминик стоял у машины без опознавательных знаков. Присоединяясь к нему, я спросил, что происходит. Он протянул мне номер "Дейли мейл".

ПОХИЩЕНИЕ НИКОЛЬ И ХАННЫ — ВНУТРЕННЕЕ ДЕЛО?