Коболок

Прыгнул Колобок лисе на мордочку да и запел…
-Но позвольте, господин Рассказчик, - Колобок, представьте себе, даже не сдвинулся!, - Может, сперва у меня уточнили бы, хочу я прыгать ей на морду или нет? Сами посмотрите - она ведь страшная и воняет хуже вчерашних носков!
От неожиданности я остолбенел. С Колобком мы всегда отлично ладили, и тут - на тебе! Кто бы мог подумать? Ни с того ни с сего в нем прорезался собственный голос!
-Дорогой, милый мой Колобок, - мягко отвечал я, - я тебя совсем не узнаю. Ведь это сказка, и мне нужно ее рассказать до конца. Ты сейчас всю историю погубишь!
Колобок тем временем уже откатился от Лисы подальше, на безопасное расстояние, и подбоченился.
-Известны мне такие истории, господин Рассказчик! Вот запрыгну я к лисе на морду, а потом что? Наверняка она меня сожрет. Уж извините, но я слишком мало пожил на свете, чтоб так глупо помереть.
Признаюсь, я долго не находил, что ему ответить. Удивление совершенно сбило меня с толку, ровно как и мою Лису. Она неловко переминалась, совсем не представляя, что делать ей дальше.
-Но послушай, Колобок. - наконец сказал я, - Своим поведением ты подводишь не только меня, но и Лису. Разве ты не видишь, как смутил ее? Ну в самом деле, она ведь не виновата, что от нее скверно пахнет - тем более, что для животных это дело обычное. А как же наши читатели? Подумай хотя бы о них!
Едва ли не взмолившись, я с замиранием сердца ждал ответа Колобка. Конечно, я мог бы угрожать ему, так или иначе принудить к действию, но не решался этого сделать. Колобок был по-отечески мне дорог, я помнил его с самого момента зачатия в моей голове и, что уж скрывать, любил его. От этого и приходилось мне уповать лишь на доброе слово и благоразумие моего Колобка.
-Вы сами посудите, господин Рассказчик, - сказал он, приняв такой значительный вид, каких не встретишь в сказках, - какой прок мне помирать? Повеселить читателя вы и без меня сумеете. Пускай вон Лиса спляшет - и сказка будет готова.
Бедная Лиса еще больше смутилась и не знала куда деться, лишь бы подальше от Колобка. Я был виноват перед ней, и мне стало стыдно и за Колобка, и за себя. «Что я за рассказчик такой, если не в силах справиться с собственным персонажем?» - подумалось с горечью. Но виду я не подал, а вместо этого принял строгое лицо, в отчаянной надежде оказать на моего Колобка хоть какое-то действие:
-Ты просто невыносим, Колобок! Ты хоть знаешь, что истории не переделывают вот так вдруг, на полпути? Сам подумай, что это за сказка будет - «Колобок» без Колобка!
-Но разве виноват я в том, господин Рассказчик, что вам прижало вдруг меня придумать? - с видным знанием дела отвечал мне Колобок, - Вы сделали это не спросив, хочу я того или нет, - уж наверняка, я был бы против! Вместо того вы бросили меня в этот мир, где каждый хочет мною закусить, а почему - я и сам не знаю. Качусь только, а для чего и зачем - не имею малейшего представления.
-Да ты никак повзрослел, Колобок! - с удивлением отметил я его философские изыскания, - Значит, поговорим как мужчина с мужчиной. Ты пойми: так уж вышло, что как рассказчик я выдумал и тебя, и твою историю. По-другому сказки не сделаешь. Можно спрашивать, зачем и почему, но так уж оно получилось, а не иначе - и ничего с этим не поделаешь.
Колобок насупился, обдумывая мои слова и вдруг просиял как золотой рубль:
-А знаете что, господин Рассказчик? Я думаю это все чепуха! Если я есть в этой сказке, то моя она не меньше, чем ваша. Раз уж вы так хотите ее закончить - позвольте мне это сделать. Я сам продолжу историю.
-Но опомнись, Колобок! Ведь я же здесь рассказчик, - я отчаянно цеплялся за те жалкие остаткаи авторитета, какие у меня еще оставались. - Как это по-твоему будет выглядеть?
-Очень просто. Я на время займу ваше место, а вы, скажем, займете мое. Или вы боитесь?
Что же, ничего не оставалось. Хоть это и было вопиющим нахальством, и с рассказчиками так поступать негоже, да кто же Колобку указ? Ловко этот хитрец подцепил меня на крючок. Сказку-то нужно было закончить. В глубине души мне будто было даже интересно, что из этого может получиться.
-Будь по твоему, - согласился я.
И тотчас Колобок погрузился в глубокие раздумья, катаясь взад-вперед и приговаривая: «А если мы сделаем так… Нет, не то. А если… Тьфу ты!». Я мог только наблюдать за ним, и со стороны, должно быть, смотрелся глупо и жалко. Наконец, Колобок деловито объявил:
-Так, значит, слушайте! Лиса, да подойди ты поближе, не съем я тебя. Вы, господин Рассказчик, прыгнете сперва ей на нос, а там уж видно будет. Что скажете?
От такой наглости слова покинули меня, и мог я разве что хлопать ртом. Безумие, нонсенс, абсурд! Лиса и вовсе стояла ни жива, ни мертва, с трясущимся и пожухшим хвостом. Я успел уже обильно раскаяться, что пошел на поводу у этого комка теста, как тут ноги сами понесли меня к Лисе. К своему ужасу я подпрыгнул и оказался прямиком на ее морде, которая и вправду пахла очень так себе. К счастью, от растерянности Лиса совершенно забыла, как положено ей вести в этой ситуации. А затем мой рот, будто живя собственной жизнью, разинулся да и запел: «Я рассказчик, рассказчик! По сусекам не скребен, на сметане не мешен, на окошке не стужен, на лисью морду сажен…». Ко всему прочему появились Заяц, Волк и Медведь, которые подхватили Колобка и стали кружиться в такт песенке. В их мордах звучали паника вперемешку со смятением, и при этом они весело скакали по лужайке, не в силах сопротивляться Колобку. Бедный Заяц чуть не плакал, выписывая в воздухе какие-то безумные пируэты, а Волк и Медведь завертелись в совместном танце.
-Так, довольно! - закричал я, кубарем скатившись на землю. - Колобок, ты что здесь устроил? Ты изуродовал мою сказку до безобразия! Где видано, чтобы рассказчик у Лисы на морде сидячи песенки пел? Какой позор! А Волк, Медведь и Заяц? Посмотри, до чего ты их довел! – звери свалились на землю, да так и оставались, не в силах даже пошевелиться. Бедняга Медведь так запыхался и вспрел в своей густой шерсти, что был почти бездыханный – без слез и не взглянешь. – Так рассказчики не поступают, Колобок!
-И неужто по-вашему я должен по-вашему купиться на эти узколобые речи? Уж вы-то должны знать, что каждый видит и творит по-своему. Моя сказка ничуть не хуже вашей. Более того, как читатель я скорее предпочел бы именно свой вариант, с нотками абсурда и щепоткой сюрреализма. А как персонажу мне не приходится беспокоиться, что меня сожрут, - Колобок метнул свой взгляд на Лису. - Впрочем, думаю, мне пора. Руки чешутся придумать что-то свое.
«А, черт с тобой», - подумал я, махнувши рукой. Конечно, на душе было тяжело, но дальше цепляться за Колобка было во вред и себе, и ему. Меж тем он чинно раскланялся и укатился себе восвояси. Что было с ним дальше мне решительно ничего не известно. Я распрощался с Лисой и прочими, да и уснул.

 
Прощаюсь я и с вами, дорогие мои читатели. Следует, наверное, извиниться, что сказка так и не удалась. Грустно это, но так уж оно вышло, а по чьей вине судить не мое дело. Разумеется, я хоть и сержусь на Колобка, но понимаю его. Кому же захочется быть съеденным? Постарайтесь и вы его понять и, быть может, даже найдете в этой истории что-то для себя поучительное.