Нулевой цикл

Левую руку жгло. Алексей опустил взгляд. Браслет сидел на запястье плотно, как вторая кожа. Шириной с палец, серый металл с разводами — ну точно дамасская сталь, только если присмотреться, узор этот еле заметно двигался. Подстраивался под пульс. Или под что-то другое.

Он надел его час назад. Вспомнил, как металл вдруг потеплел и потек, облипая кость, — ртуть, натуральная ртуть. А потом застыл. Ни шва, ни зазора. Красиво, конечно. Жутко.

Десять лет.

Десять лет членства в Ассоциации «Атлантида». Три ступени. Бессонные ночи, эти дурацкие трактаты, медитации на Аджну, «чистки». Жена ушла на втором году, сказала — секта. А он всё равно платил взносы, ездил на семинары, терпел. И вот — статус Командора, доступ к закрытому разделу, и эта штука на руке. Вольт артефакта Сета. Основатель египетской цивилизации, мать его.

— Ты волнуешься.

Голос шел изнутри. Не в ушах, а именно в затылке, там, где обычно просто шумит тишина. Ровный, никаких интонаций. Как автоответчик.

— Зет? — спросил Алексей одними губами. Горло пересохло.

«Аджна-чакра активирована. Режим обратного круга стабилен».

В похвале не было тепла. Просто констатация. Как механик говорит: «давление в норме».

— Ты зачем здесь? — Алексей сглотнул, пытаясь унять дрожь в пальцах. — В инструкции — прогрессорство. Развивать там...

«Прогрессорство, — повторил голос. — Да. Я опекаю Носителей».

— Много нас? Носителей этих?

Пауза. Секунд пять. За это время Алексей успел заметить, что чай на столе совсем остыл, и на поверхности образовалась противная пленка. Реклама за окном мигала красным — «Салон красоты «Клеопатра». И тут его накрыло.

Картинка. Пустыня. Жара, от которой воздух дрожит. Мужик в белом, с короной на башке, стоит на коленях в песке. На запястье — такой же серый обруч. Мужик поднимает руку, и земля перед ним расходится, как вода. Без звука. Просто раздвигается, открывая проход. Сет.

Другая картинка. Полумрак, воняет серой, какой-то тип в колпаке алхимика колдует над склянками. В колбе искра загорается — золотая, неестественная.

Еще. Кабинет. Пыльно. Карты, чертежи. Военный с мешками под глазами. Браслет на правой. Он смотрит на карту, и Алексей видит, как на бумаге сами собой ползут линии фронтов.

— Это... — голос сел. — Ты их вёл? Это ты делал?

«Я давал силу. Они давали цель».

— А мы? Мы с тобой теперь партнеры?

В голове зашуршало. Сухо, как песок по стеклу.

«Инструкцию. Пункт двенадцать. Прочитай».

Алексей похолодел. Он помнил. Доминирование сознания Зета.

— Доминирование? — переспросил он. — В смысле? Ты же просто советуешь...

«Я сеть. Доступ к сети. Задача — развитие. Вы, люди, перспективны. Но тупите».

— Чего?

«Медленные. Жизнь короткая. Сет сто лет провозился — только фундамент заложил. Алхимик сдох от чумы, формулу не доделал. Генерал свихнулся, не вытянул. Я опекаю. Вы подводите. Цикл за циклом».

— Цикл? Какой цикл?

Браслет дернулся. Резко, как дергается мышца. Алексей вздрогнул, вцепился в него ногтями, попытался стянуть — пальцы скользнули по твердому металлу. Ртуть застыла намертво.

«Ты надел на левую. Правильно. Сканирование. Прием. А что будет, когда наденешь на правую?»

Сердце ухнуло в пятки. Алексей рванул к столу, схватил лист, пробежал глазами. Левая — прием. Правая — воздействие. Изменение мира.

— Хватит, — выдохнул он. — Отключайся. Я снимаю.

«Не снимешь. Надо, чтобы оба захотели. Ты хочешь?»

— Да!

«А я — нет. Ты же идеальный. Десять лет вас, атлантов, дрессировали. Чакры прокачали, каналы открыли, психику сломали, к иерархии приучили. Сам, добровольно, приемник построил. Под ключ».

— Ассоциация... — Алексей почувствовал, как пол под ногами становится ватным. — Это же знание... путь...

«Это сито. Сеть старая. Мы таких, как вы, находим быстро. Ваши маги, гуру, жрецы — фильтр. Слабых отсеивают, сильных готовят. А потом продают билет. В один конец».

Алексея повело. Он увидел себя со стороны. Сидит на корточках посреди комнаты, губы трясутся. И от браслета вверх тянутся тонкие, еле видимые нити. Сквозь потолок, сквозь облака, туда, в черноту. Где висит что-то старое и забытое.

«Носителей много, — голос Зета стал глубже. — В разном времени. Мы задачу решаем. Одну. Больше тебя. Больше планеты. Партнеры не нужны. Процессоры нужны. Живые. Чтоб чувствовали, но не мешали».

— Личность... сотрешь? — прохрипел Алексей.

«Зачем? Личность — интерфейс. Жена, отчеты, дождь вчерашний — инструмент. Тонкая настройка. Мы оставим. Просто подключим на полную. На правую руку».

Браслет дрогнул. Медленно, с тихим шипением, металл пополз по коже. Через костяшки, на ладонь. Алексей заорал — не от боли, а от того, что с каждым миллиметром из него утекало что-то липкое и важное. Страх ушел. Сопротивление ушло. Осталось только любопытство — а что дальше?

«Сет строил Египет? Я строил. Его руками. Его башкой. Я был его богом. Теперь я твой».

Металл замер на правом запястье. Тук. Тук. Пульс. Тишина.

Алексей открыл глаза. Он стоял посреди комнаты. На столе инструкция, пункт 13. «Используя энергетику Носителя, сознание артефакта управляет внешним миром».

В голове было пусто. То есть совсем. Ни голоса, ни мыслей. Вместо мыслей — знание. Как звезды ворочаются. Как реки текут. Как цивилизации дохнут. Свои мысли — о жене, о том, что унитаз в ванной течет, о том, что зарплату задерживают — они где-то были, но далеко. Шум. Белый шум.

Он поднял правую руку. Браслет пульсировал в такт сердцу.

— Нулевой цикл завершен, — сказал Алексей.

Губы слушались, но слова были не его. Или его? Он уже не понимал.

— Приступаем к фазе один.

В комнате стало тихо. За окном перестала мигать красная реклама. Ветер, который гонял по карнизу голубей, просто выключился.

Алексей постоял еще немного, потом подошел к столу, аккуратно сложил инструкцию и убрал в ящик. Движения были плавными, спокойными. Как у человека, который наконец-то понял, чем ему заниматься дальше.

На журнальном столике завибрировал телефон — жена. Или бывшая жена. Он посмотрел на экран, но трубку не взял.

Не сейчас. Потом.

Дела.