Блуждающие огни

В северной деревне, где дома жмутся друг к другу, спасаясь от ледяных ветров, жил мальчик по имени Миколка. Ему было всего семь лет, светлые вихры торчали во все стороны, а глаза светились любопытством. Но в тот год случилась беда — его отец, рыбак Степан, не вернулся с ночного лова.

Миколка не мог смириться с потерей. Старухи шептали, что его утащили водяные, но мальчик верил: отец где;то рядом. Однажды старуха Марфа, знавшая все лесные тайны, обмолвилась:

— Блуждающие огни, что по ночам над болотом пляшут, — это души, что между мирами ходят. Говорят, если пойти за ними на исходе луны, можно увидеть тех, кого потерял…

Миколка решил рискнуть. В назначенную ночь он пробрался к болоту. Воздух был густым и прохладным, а над трясиной танцевали бледно;голубые огоньки — то вспыхивали ярче, то почти гасли. Один огонёк подлетел к мальчику, замер перед его лицом и медленно поплыл вглубь болота.

Миколка пошёл за ним.

Туман окутал его, словно шерстяной плащ. Земля под ногами стала мягкой, пружинистой. Деревья вокруг вытянулись, их ветви сплелись над головой, образовав тёмный свод. Воздух наполнился тихим шёпотом — будто кто;то переговаривался вдалеке.

Огни привели его на широкую тропу, вымощенную серым камнем. По ней, медленно и безмолвно, шли люди — старики и дети, воины в истрёпанных доспехах, женщины в длинных платьях. Все двигались в одном направлении — туда, где небо сливалось с землёй.

И тут Миколка увидел отца. Степан шёл среди других, спокойный и печальный. Его рыбацкая одежда была мокрой, а волосы прилипли ко лбу — как в тот день, когда он ушёл на лов.

— Папа! — закричал мальчик и бросился к нему.

Степан обернулся. Лицо его осветилось радостью, но тут же омрачилось печалью. Он присел на корточки, чтобы быть на уровне глаз сына.

— Миколка, мой хороший… Как ты здесь оказался?

— Я пришёл за тобой! — Миколка схватил отца за руку. — Пойдём домой! Мама плачет, бабушка всё глаза проглядела, а я… я так скучаю!

Степан погладил сына по голове, и его прикосновение было холодным, как утренняя роса.

— Нельзя мне обратно, сынок. Мой час пришёл, и путь мой теперь лежит дальше. Здесь нет боли, нет страха, только покой.

— Но я без тебя не могу! — слёзы покатились по щекам Миколки.

— Можешь, — отец улыбнулся. — Ты сильный, как я. Будешь помогать маме, слушаться бабушку, расти настоящим мужчиной. А я… я всегда буду рядом — в ветре, что шевелит листья, в волнах, что бьются о берег, в звёздах над головой.

Он поднялся и положил руку на плечо сына:

— Пора тебе возвращаться. Огни покажут дорогу. Помни: я люблю тебя. Всегда.

Один из огоньков подлетел ближе, коснулся Миколкиной руки своим прохладным светом.

— Беги, — сказал Степан. — И не оглядывайся.

Мальчик сделал шаг назад, потом ещё один. Он хотел запомнить лицо отца, его улыбку, его глаза… Но туман уже окутывал их обоих, размывая очертания.

Миколка побежал. Огни мерцали впереди, указывая путь. Он мчался, пока не споткнулся о знакомый корень у края болота. Поднял голову — и увидел родную деревню, освещённую первыми лучами рассвета.

Он вернулся один. Но теперь знал: отец не исчез. Он стал частью этого мира — ветра, воды, звёзд. И где;то глубоко в сердце Миколка чувствовал: папа смотрит на него и гордится им.

С тех пор, когда мальчик видел Блуждающие огни над болотом, он не боялся. Он просто шептал в темноту:

— Спасибо, что показал мне его.

И шёл домой, зная, что завтра будет новый день, а память о папе поможет ему стать таким же сильным и добрым, каким был Степан.