Маленькая трагедия II

Я тогда только-только закончил институт и по распределению остался работать в одном из конструкторских бюро родного мегаполиса.
Пару лет назад родители в очередной раз поменяли квартиру и теперь мы жили в добротном доме "сталинской" постройки, ещё дальше от "хрущевских" дворов школьного детства.
С работы иногда добирался на городском транспорте.
Так случилось и в тот день.

Был замечательный ранний вечер начала лета.
Даже несмотря на отбытие трудовой повинности, мой молодой организм испытывал душевный подъем. Публика в троллейбусе была одета уже по летнему, девушки сменили куртки и свитера на лёгкие платья и постреливали вокруг глазками, наблюдая за производимым впечатлением.
Мелькающая за окном городская растительность, уже обретающая очередной зелёный наряд, дополняла почти  праздничную атмосферу.
Оставался последний перегон и оторвавшись от окна, я начал пробираться к дверям.
Там, собираясь выходить, стояла молодая девица, на вид чуть постарше меня. Лицо её показалось знакомым - невольно задержал взгляд, чтобы всмотреться и тут она мне подмигнула и улыбнулась.
- Привет! - вспомнил, это оказалась бывшая одноклассница Галя К.
Вышли вместе  -  она жила, оказывается,  на той же улице, буквально через пару домов от меня. У мегаполисов свои сюрпризы.

После восьмого часть ребят ушла и вместо трёх классов осталось только два. Тогда в нашем 9А и появились, наряду с другими новыми учениками, Галя  со своей подружкой Наташей, только они перевелись совсем из другой школы.
Встретили их довольно лояльно, а мужская половина даже с симпатией - "свои" дамы уже приелись, а тут новые, "свеженькие". Нельзя сказать, что писаные красавицы, но компанейские и без излишней вульгарности, скорее даже скромницы.
Мне больше тогда нравилась Наташа - темненькая, с необычными чертами лица и ямочками на щечках, когда улыбалась. Галя была попроще - овальное лицо, глаза навыкате, с поволокой и крупные, выступающие при смехе зубы.
Впрочем, моё сердце было занято и особого интереса одноклассницы - и старые, и новые у меня не вызывали, включая и Галю.
Тем более не считал её сексуальным объектом.
Она пару раз обозвала меня "аскетом",  но я не обиделся. Как раз переживал сложный период - в знак протеста обрил наголо голову и носил тонкий серый пуловер на голое тело, выглядел устрашающе и держался отрешённо. Видимо это её впечатлило. Впрочем,  клички ко мне никогда не приставали.

Теперь угловатая девочка-подросток превратилась в симпатичную девушку с вполне убедительными формами.
И поскольку мои гормональные потенции находились в активном поисковом режиме и сердце было как раз абсолютно свободно, наша безобидная болтовня как-то незаметно перешла на серьезные рельсы. Выяснилось, что Наташа уже замужем, а она ещё нет. Видимо я пошутил насчёт того, что вот уже настало лето и  пора пить пиво, а она заявила, что это фу и предпочитает шампанское.
Интуитивно понимая, что меня, по сути, провоцируют, я согласился, что это вполне приемлемо и  я тоже не против и предложил устроить такое мероприятие в ближайшее время.
На что получил твердое согласие и более того, она сказала, что родители уедут на выходные на дачу и можно будет собраться у нее .
Мои гормоны мысленно сказали судьбе "спасибо", мы обменялись с Галей телефонами и разбежались.

В условленный день и час, выбритый, выкупанный и наглаженный, с шампанским и шоколадом, хотя и без букета, в приподнятом настроении я решительно позвонил в ее двери.
Галя открыла в коротких домашних брючках и футболке без лифчика, при этом вся благоухала смесью духов и какого-то крема для тела.
Я понял, что свидание будет результативным.

Принимала в своей комнате. Мы расположились на широкой тахте, она залезла с ногами, я скромно присел с краю. Обменявшись парой слов, приступили к шампанскому. Она принесла фужеры, я открыл и произнес первый тост - "за нашу случайную встречу".
Пить она явно не умела, но глазки вскоре заблестели и разговор стал оживленней. На второй раз предложил пить уже на брудершафт и естественно с последующим поцелуем. Целоваться она тоже толком не умела -  срывалась на глупый смех и растягивала губы, а я натыкался на ее зубы.
Но процесс ей явно нравился и мы продолжили уже без фужеров.
Вскоре как-то так получилось, что я тоже оказался полностью на тахте и без рубашки, а она поспешно сняла  футболку и смущённо прятала свою маленькую грудь в моих объятиях.
Грудь меня слегка разочаровала - пожалуй со школьных времён особых изменений с ней не произошло... Пожалуй моя была даже побольше в объеме.  Сосочки  тоже были маленькие - не больше моих.
- Прыщики, зелёнкой помазать... - самокритично выразилась она в их адрес, смущённо потупившись.
Чтобы ободрить, я поцеловал их по очереди и получил отважное предложение "снять уже эти штаны".
Ломаться не стал и скинув брюки и носки тоже залез на тахту  в одних трусах.

Про не допитое шампанское забыли. Поцелуи и объятия распалили нас  до яркого румянца. Галя обнимала за шею и плечи, прижимала к себе мою голову и закрыв глаза, полностью отдавалась страсти.
Одна моя рука проникла под её брючки сзади  и ненавязчиво массировала верхнюю часть ягодиц в такт поцелуям .  Причем никаких трусиков там не обнаруживалось.
В отличие от верха, нижняя часть фигуры была великолепна - аппетитный плоский животик, очень тонкая талия и попка отличной формы. Стройные ножки с маленькими ступнями завершали картину.
Вдруг отстранившись, она встала во весь рост ко мне лицом и начала снимать свои брючки, покачивая бедрами, чтобы освободиться из обтягивающих штанин.
Я сначала наблюдал за этим шикарным зрелищем снизу, потом привстал и начал ей помогать, целуя освобождающиеся бедра. Трусиков действительно не было.
Оставшись в костюме Евы,, она снова стала похожа на подростка - худенькая, с короткими волосами с неразвитой грудью , немного угловатая и со смещенной гримаской на мордашке
Разобравшись с брючками и сбросив их на пол, чтобы не мешали, я  откинулся назад и лёжа протянул к ней обе руки.  Выразительно посмотрев ("Вот, теперь твоя очередь..."), она как перед прыжком прикрыла глаза, сложила тело  вниз, улеглась на меня сверху, прижавшись к напряжённому и твердому как железо члену своей промежностью.
- Давай, только нежненько... - едва слышно прошептала мне на ухо не открывая  глаз.
Тут я понял, что до меня у нее никого ещё не было. Эта  её "смелость" была не от бесшабашной развязности опытной женщины, а от полного незнания как себя вести в этих обстоятельствах и почти детской защитной бравадой от растерянности. И это когда её ровесницы уже вовсю выходили замуж и  рожали детей!
С досадой ощутил себя не партнёром по дружескому сексу, а каким-то специалистом-медиком, которому предстояло совершить ответственную манипуляцию.

Отступать было уже поздно. Как доверенное лицо, школьный товарищ гуманист и джентльмен, я был должен...
Скинул трусы, обнажив ствол.
Галя, так и не открывшая глаз, была во всем своём великолепии водружена навзничь и уперта головой в  боковину тахты. Устроившись над ней и пройдясь мелкими поцелуями от её бедер до головы, прильнул теснее и попытался осторожно войти, помогая пальцами расправить вход.
Но он  был слишком низко и настолько мал, что попытка не удалась. Девушка была напряжена - лицо исказила болезненная гримаска, затем появилась растерянная улыбка:
- Что там..?
- Нужен какой-то крем, у тебя есть?
- Только детский...
- Неси, пойдет детский!
- А он мне не повредит ТАМ?
Я чуть не рассмеялся.  Вся измазалась зачем-то кремом, а тут, когда  реально надо, она сомневается.
- Нет! Все будет хорошо.

Для удобства засунул ей подушку под попку. С кремом дело пошло.  После второго или третьего толчка послышался характерный звук - моя миссия была успешно выполнена.
В добрые старые времена простынь можно было бы смело вывешивать в окне в подтверждение непорочности девы...
Почувствовав последствия, Галя вывернулась и соскочив на пол,  прошлепала голышом в ванную, оставляя на полу вереницу алых пятнышек.

Но я, естественно, никакого удовлетворения получить не успел и ждал продолжения, не покидая тахту.

В ванной несколько минут шумела вода, затем появилась Галя, все так же голышом, но с повязанным на голове полотенцем и с простой деревянной шваброй в руках. Деловито протёрла пол, изредка смущённо улыбаясь, поглядывая на меня.
Картинка вызывала необычные чувства - с одной стороны была предельно бытовой, диссонируя с важностью момента, а с другой - я представил себе ведьму с помелом, проводящую какой-то колдовской обряд...
- Иди ко мне, - позвал я.
Убрав швабру, она вернулась на тахту уже в трусиках и держалась чуть отстранено.  Видимо посчитала, что миссия завершена.
Это однако не помешало мне уговорить её лечь на живот для продолжения.
- Мне-то надо ещё закончить, - убеждал я её, не переставая целовать и гладить.

Уложив и сняв трусики (отлично стимулирующее упражнение!), я насладился чудесным видом. Мальчиковая грудь, чуть не вызвавшая в первоначальной позиции трагического упадка мужского достоинства, теперь была совсем не видна и можно было мысленно представить себе  совершенно божественный бюст, таившийся вместо неё, а стройная спинка, заканчивающаяся тонкой талией, переходящей в великолепную округлую попочку - были перед глазами во всём своём женственном великолепии и призывно манили...
Оставшийся крем упрощал задачу - удерживая девушку за талию, я вошёл уже без лишнего напряжения и постепенно двигаясь достиг вершины наслаждения, предусмотрительно успев вынуть свой инструмент в нужный момент.
Зачатие ребенка в мои планы никоим образом не входило.
Да, такая техника ущербна для мужского организма, но так уж получилось - не ожидал, что буду "первопроходцем", рассчитывая на более опытного партнёра.

Для Гали эти мои движения вряд ли были очень приятны, по понятным причинам, но она держалась хорошо - правда пыталась в эндшпиле, когда амплитуда неудержимо возросла, податься вперёд, но я удерживал крепко.
Она с почти материнской заботой вытерла меня специально приготовленной(!) для этой цели салфеткой.

После душа мы допили шампанское и лежали обнаженные валетиком на тахте отдыхая. Я гладил её ноги от лодыжек до бедер, а она с интересом исследовала мой член, придвинувшись к нему так близко, что показалось - вот-вот начнет его целовать. Сдержалась, хотя явно этого хотела.  Рассмотрев во все глаза, принялась манипулировать им своими пальчиками, пробуждая к новой жизни.
- А ты ЭТИМ давно стал заниматься, ещё в школе?!
Нетактичный вопрос остался без ответа - я сделав вид, что её игра захватила мое внимание целиком.
Начала действовать энергичнее, но я, мягко притормозив её руку. умерил пыл.
- С ним тоже надо нежнее.
Да, бедра и попа у нее были великолепные и находились прямо перед глазами. Подыгрывая исследовательнице, я позволил ей добиться желаемого и увидеть конечную стадию мужского оргазма.
Она тоже явно что-то почувствовала.
Определенно из девушки на глазах начала превращаться в женщину - не только "формально", но и чувственно.

Потом мы немного подремали, обнявшись.
Настал поздний вечер.  Галя, уже в халатике на голое тело,  расцеловала меня на прощание.
Я ушел, ощущая её тепло на губах и  всем остальным телом.

Мы встречались ещё два-три раза - гуляли по городу, ходили на пляж...
Близости она больше не хотела и это слегка удивляло.
Мне сделали предложение в военкомате, от которого нельзя было отказаться - родина нуждалась в офицерах ПВО, а военная кафедра института как раз готовила таких из нас, инженеров-электронщиков.
Предстояло покинуть родной город на два года - столько служили лейтенанты из "народного хозяйства", как выражались тогда армейцы.

Галя смутно маячила в моих планах, как потенциальная невеста, пока между нами не состоялся последний разговор. Не помню точно, как он начался, но конечной целью было сделать ей предложение.
Но в процессе с её стороны прозвучала фраза, перечеркнувшая мои намерения:
Ты не понял, мне тогда просто нужен был мужик, все равно какой!"

И тогда все стало по местам - я понял, что меня просто хладнокровно использовали, как утилитарный инструмент для дефлорации, только и всего. По сути изнасиловали...
Шлепнув её в наказание пару раз по заднице, я гордо удалился.

Осенью меня направили служить в другой конец страны.
 Но уже через три-четыре месяца приехал к родителям в отпуск.
- А нам какая-то  девочка звонила, расспрашивала о тебе, -  сообщила мама. Я пожал плечами - мало ли...

Так сложилось, что больше  в свой родной город я не возвращался.