Когда умер Сталин

Когда умер Сталин?

Что за вопрос? Наберите в поисковике данную фразу, и он выдаст однозначный ответ 5 марта 1953 года в 21ч 50 минут. Однако всё не так просто.

История знает немало примеров, когда власти прибегали к особым информационным технологиям, чтобы смягчить удар от известия о смерти правителя.

Показательный случай — кончина Николая I в 1855 году. Болезнь императора долгое время держалась в секрете, и общество ничего не знало о его состоянии вплоть до самого последнего момента. Лишь после смерти монарха 18 февраля 1855 года, в тот же день был выпущен первый медицинский бюллетень, формально информировавший о болезни. На следующий день появился бюллетень № 2, в котором сообщалось об «ухудшении» состояния Николая I. Ещё через день вышли бюллетени № 3 и № 4 — они последовательно подводили общественное мнение к мысли о безнадёжности положения, постепенно подготавливая подданных к неизбежному. И только после этой многодневной информационной подготовки был обнародован манифест о смерти царя.

Такая поэтапная схема позволяла избежать шока у населения, давала правящим элитам необходимое время договориться о преемственности власти и создавала видимость контроля над ситуацией даже в момент глубокого кризиса.
Спустя почти сто лет, в 1953 году, похожая технология была применена при известии о смерти И. В. Сталина. Официальная дата его кончины — 5 марта 1953 года в 21:50 — вызывает серьёзные сомнения и, по всей видимости, стала результатом скоординированной информационной спецоперации, призванной обеспечить бескризисный транзит власти.

Когда врачи, появившиеся у постели Сталина после долгой задержки утром 2 марта, объявили, что у него тяжёлый инсульт, члены высшего партийного органа - Бюро Президиума ЦК организовали у его постели попарное 8-часовое дежурство. Пары были следующие – Маленков-Берия, Ворошилов-Каганович, и наконец, Хрущёв-Булганин.

Согласно мемуарам Н. С. Хрущёва, фактический уход из жизни вождя произошёл раньше — утром 4 марта, вероятно около 10- 11 часов.

 В тот день  пара — Хрущёв и Булганин, закончившая ночное дежурство на даче Сталина,  — была срочно вызвана обратно, чтобы присутствовать при агонии диктатора. По-видимому, только тогда о болезни Сталина было сообщено и его детям – Василию и Светлане Сталиной.  До этого момента болезнь вождя, и тот факт, что он находится без сознания, были окружены завесой непроницаемой секретности высшего уровня, охраняемой всеми силами и средствами госбезопасности.
 
Итак, читаем мемуары Хрущёва:

Наступило наше дежурство с Булганиным. Мы и днем с ним приезжали на дачу к Сталину, когда появлялись профессора, и ночью дежурили. Я с Булганиным тогда был больше откровенен, чем с другими, доверял ему самые сокровенные мысли и сказал: "Николай Александрович, видимо, сейчас мы находимся в таком положении, что Сталин вскоре умрет. Он явно не выживет. Да и врачи говорят, что не выживет. Ты знаешь, какой пост наметил себе Берия?". -"Какой?". Он возьмет пост министра госбезопасности (в ту пору Министерства государственной безопасности и внутренних дел были разделены). Нам никак нельзя допустить это. Если Берия получит госбезопасность - это будет начало нашего конца. Он возьмет этот пост для того, чтобы уничтожить всех нас. И он это сделает!" Булганин сказал, что согласен со мной.

Явно указано, что разговор состоялся ночью, во время дежурства (как следует из контекста в ночь с 3 на 4 марта). И далее:

Итак, поговорили мы обо всем с Булганиным, кончилось наше дежурство, и я уехал домой. Хотел поспать, потому что долго не спал на дежурстве. Принял снотворное, лег. Только лег, но еще не уснул, услышал звонок. Маленков: "Срочно приезжай, у Сталина произошло ухудшение. Выезжай срочно!" Я сейчас же вызвал машину. Действительно, Сталин был в очень плохом состоянии. Приехали и другие. Все видели, что Сталин умирает. Медики сказали нам, что началась агония. Он перестал дышать. Стали делать ему искусственное дыхание. Появился какой-то огромный мужчина, начал его тискать, совершать манипуляции, чтобы вернуть дыхание. Мне, признаться, было очень жалко Сталина, так тот его терзал. И я сказал: "Послушайте, бросьте это, пожалуйста. Умер же человек. Чего вы хотите? К жизни его не вернуть". Он был мертв, но ведь больно смотреть, как его треплют. Ненужные манипуляции прекратили. Как только Сталин умер, Берия тотчас сел в свою машину и умчался в Москву с "ближней" дачи. Мы решили вызвать туда всех членов Бюро или, если получится, всех членов Президиума ЦК партии.

Текст однозначно говорит, что вызов обратно к постели Сталина последовал, когда Хрущёв утром вернулся домой после ночного дежурства.

А далее разворачивается информационная спецоперация, призванная мягко подготовить страну (а заодно и окружающий мир) к ошеломляющей вести: Сталина больше нет.

Первый медицинский бюллетень появился днём 4 марта: его задача состояла не столько в информировании о состоянии здоровья лидера, сколько в подготовке страны к грядущему некрологу. Бюллетень запустил процесс мягкого информирования населения о приближающемся фатальном исходе.

Власти использовали продуманную тактику постепенного информирования, чтобы минимизировать шок у граждан. Ключевым элементом этой стратегии стало упоминание в бюллетенях «дыхания Чейн-Стокса».

 Дыхание Чейна-Стокса — это патологический тип периодического дыхания, при котором глубокие шумные вдохи постепенно становятся поверхностными, сменяются паузой (апноэ), после чего цикл повторяется. Чаще всего наблюдается при тяжелой сердечной недостаточности, инсультах или отеке мозга, указывая на нарушение работы дыхательного центра.

Это был скрытый сигнал о том, что фатальный исход предрешён.
Любой человек с медицинским образованием, услышав упоминание о Чейне и Стоксе мог сказать «это конец».

Задержка официального объявления о смерти почти на двое суток была вызвана не только необходимостью мягко подвести страну и мир к фатальному известию (если бы бюллетеней не было – сообщение о смерти Сталина на фоне «полного благополучия» грянуло бы как гром среди ясного неба), но и давало время для решения политической задачи первостепенной важности: перераспределения постов, в том числе и высшего, который достался Маленкову (как позже оказалось, Маленков не сумел удержать лидерство , так что понятие «высший пост», который ему удалось захватить, оказалось иллюзией).


5 марта в 20:00 началось объединённое заседание ЦК, Президиума ВС и Совмина. К 21:40 распределение ключевых постов было завершено: Г. М. Маленков получил пост председателя Совета Министра, Л. П. Берия возглавил МВД (в который было включено МГБ),   Ворошилов стал "президентом", то есть Председателем президиума Верховного Совета, Булганин - военным министром и т.д. Хрущёв, как поначалу казалось, остался в проигрыше - он лишился Москвы, чтобы "сосредоточиться" на работе в ЦК.

Был разогнан «широкий» Президиум ЦК из 25 человек. Членами Президиума стали члены прежнего секретного Бюро Президиума, к которым добавились Молотов и Микоян, несмотря на то, что на предыдущем пленуме в октябре 1952 года Сталин в явной форме выразил им политическое недоверие. Для видимости, в составе Президиума ЦК остался и умерший Сталин.

 Лишь после того, как делёж «портфелей» был завершён, было официально объявлено о смерти Сталина в 21:50 5 марта.

 Официальная версия о присутствии соратников при агонии Сталина в 21:50 также вызывает сомнения из за явных хронологических нестыковок. Заседание в Кремле завершилось в 21:40, а место смерти — дача в Кунцево (фактически – Давыдково-Волынское) — находилось на значительном удалении. Десяти минут между окончанием заседания и объявлением о смерти физически не хватило бы для организации кортежа, переезда и присутствия у постели умирающего. Это позволяет предположить, что соратники делили власть уже после того, как тело Сталина было перевезено в морг.

Особую роль в формировании загадок вокруг смерти Сталина сыграло то, что до сих пор не опубликованы медицинские документы — в том числе история болезни вождя. При жизни Сталина культивировался образ лидера с исключительным здоровьем: официальная пропаганда старательно избегала упоминаний о каких;либо серьёзных заболеваниях. Создавалась иллюзия, будто глава государства обладает недюжинной физической силой и способен управлять страной неограниченно долго.

Отсутствие достоверной медицинской информации породило благодатную почву для конспирологических спекуляций. Люди, лишённые фактов, начинали домысливать и строить версии — от заговора ближайших соратников до иностранного вмешательства.

Ярким примером такой интерпретации стала книга «Загадка смерти Сталина», написанная советологом-перебежчиком Абдурахманом Авторхановым. В своём исследовании Авторханов выдвигает ряд гипотез, ставящих под сомнение официальную версию событий. Он обращает внимание на противоречия в хронологии, подозрительную задержку с объявлением о смерти и политическую борьбу в верхних эшелонах власти. По мнению автора, эти факты могут свидетельствовать о спланированном устранении вождя либо о сознательном сокрытии истинных обстоятельств его ухода из жизни.

Таким образом, анализ событий вокруг смерти Сталина показывает, что официальная хронология была намеренно искажена. Постепенное информирование населения снижало риск паники и массовых волнений, а задержка объявления о смерти дала элите время договориться о распределении власти без риска дестабилизации. Сценарий копировал исторические прецеденты, когда смерть правителя скрывалась до момента утверждения преемника.

С позиции современного человека кажется – ну для чего было городить такой сложный огород. Объявите вы о болезни Сталина сразу, как только его сразил удар.
Надо понимать, что соратники Сталина годами жили в смертельном страхе, «под топором», любой неверный шаг мог стоить жизни, как показывает, например, судьба члена политбюро Вознесенского, погибшего в 1951 году в результате «ленинградского дела». Пока существовала хоть малейшая возможность, что диктатор воспрянет к жизни, соратники опасались поднимать вопрос о его болезни – подозрительный вождь мог интерпретировать такие разговоры как попытку отстранить его от власти под медицинским предлогом. 

Следует добавить, что мемуары Хрущёва противоречат книгам Светланы Сталиной (Алилуевой). Я думаю, что она дала слово придерживаться официальной версии, которое держала и после бегства из СССР. А вот её брат грозился рассказать всё в китайском посольстве с добавлением собственных комментариев о том, что «отца убили», что и привело к его тюремному заключению и последующей ссылке в закрытую для иностранцев Казань, где он и умер.