Лучше поздно, чем никогда! 2021 год

(Из путевых заметок. Март.)

Это я к тому, что в субботу, 13 марта открыл лыжный сезон.

Открытие удалось на славу! С купанием в снегу, с праздничным обедом в кругу давних друзей - туристов. Но всё по порядку.

В лесу было тихо, только ветер изредка ворошил макушки деревьев, да мы временами пыхтели, забираясь в горку «ёлочкой». Тихо – в том смысле, что не слышно было птиц. Совсем. Никакие пичуги не пересвистывались, вороны не хрипатились, даже вездесущие дятлы куда-то запропастились. Ширкал я лыжами по снегу и пытался вспомнить, нет ли сегодня какого-нибудь «запретительного» праздника. Бывают же дни, когда «птица гнезда не вьёт, девица косу не плетёт», так почему не быть субботе, когда птички не поют?
Не вспомнил. В порядке компенсации попробовал было на ходу насвистывать что-нибудь легкомысленное – получилось не очень. Пришлось смириться.

С прошлого воскресенья небо насыпало снега столько, что он закрыл и недельной давности лыжни и «буранку»; толщина свежего слоя 5-10 сантиметров.

По этой ли, по какой другой причине, но на просеках/дорогах к востоку от хорошо утоптанной «теренкуровой тропы» свежих следов лыж нет. А ведь – не раннее утро, пора бы уже… Но лыжников мало. Мы в самом начале маршрута видели двоих, а потом в течение дня – никого. Правда, когда шли обратно к оставленной на краю посёлка машине, на просеке нашу утреннюю лыжню перекрыл след снегохода, и было видно, что днём здесь прошли 2-3 лыжника. Сравнили с близко-пригородным лесом в районе популярной лыжной базы «Чайка»: за это время там по обихоженной лыжне пробежали бы, наверное, 2-3 сотни человек (в чью пользу счёт – это как посмотреть…).

Ушли от посёлка недалеко, т.к. припозднились из Самары, и тем не менее, сумели оторваться от «цивилизации». Заснеженный сосново-берёзовый лес вызвал ассоциации с Уралом, напомнил моим спутникам давний таганайский поход. Посыпалось: а помнишь, а помнишь? Татьяна с Ириной наперебой вспоминали, как снег тропили и как в котлах топили, как его топтали под палатку и вытряхивали из рукавов.

Конечно, прокладывать лыжню в свежем снегу - это совсем не то, что тропить по колено, да и рюкзаки со-овсем другие (правда, у Леонида мешок за спиной – солидный, но туда он упихал, кроме своей, ещё две дамские тёплые куртки: джентльмен!). У меня-то рюкзачок компактный, но всё равно, спина мокрая, как и дисплей фотоаппарата, лежащего в нагрудном кармане анорака. И это ещё до заготовки дров для костра дело не дошло!

Загадка: «В горку – не бегом, зато с горки – кувырком». Нет, не заяц.

Смешинка: «Ворониха пытает ворона: «Как ты думаешь, какая птица в лесу самая-самая красивая? Ну, догадайся, догадайся. Ну … посмотри на меня и догадайся!»»

С лыжными горками у меня, вообще, отношения сложные. И, похоже, не у меня одного, иначе – откуда бы взялась на спуске, прямо на лыжне такая ямка – вмятина? Эх, не нужно было мне её объезжать, всё равно ничего не выиграл. Теперь на спуске две ямы.

К слову, про яму. Яму под обеденный костёр Лёня рыл энергично и, как мне показалось, торопливо - наверное, потому, что лучше меня был осведомлён о меню предстоящего праздничного обеда. А, может, потому, что проигнорировал традиционный для меня второй завтрак на входе в лес. Так или иначе, яма быстро углублялась, снежные брустверы по краям её заметно росли. Подняв в очередной раз голову от ножовки, которой разделывал сосновую суховалинку, я вытаращил глаза: Леонид скрылся в снегу уже почти по пояс! Не понял… Глубина снега – по колено!

Оставил «лесопилку» и, утопая в снегу, подобрался поближе. Ну, надо же! Аккурат в месте, которое мы выбрали под костёр, оказалось заметное углубление в почве: земляная яма в снежной яме. Или наоборот?..

Яма… Нерешительно проговорил, дескать, может, хватит рыть, а то … чёрт, его знает, что это за яма. Ненароком потревожим … косолапого. Развеселились, обсуждая посыпавшиеся, как из рога изобилия, варианты дальнейшего развития событий.

К слову, про изобилие. Перечень блюд, которые Ира с Таней извлекали из рюкзаков, приводить не стану, дабы не повторяться с «гастрономическим» определением туризма. Но одна деталь достойна упоминания. Нам с Лёней под «трам-пам-пам» был преподнесён торт с кремовой символикой 8 Марта, причём, разрезанный на две части, каждая из которых несла на себе цифру «8». Две восьмёрки? Три шестёрки – знаю (тьфу три раза). А две восьмёрки … теперь – тоже знаю: это – к добру! К изобилию!

Но прежде, чем добрались до торта, пришлось напилить ещё дровишек: небыстрое это дело, дружеский обед. Да, с друзьями дрова уходят незаметно! А, вот, скатерть – самобранка пустела не быстро. На слух-то звучит одинаково: «они не доедают» и «они недоедают». А какая разница! Вот, уж, действительно – «великий и могучий …».

Пока горел костёр, Ирина несколько раз порывалась пристроить в огонь добытые из-под снега ветки и на все мои грозные «низ-з-зя» уверяла, что они будут гореть, как порох. И никакие доводы на неё не действовали. Да, прямолинейность здесь не работает. К женщинам – только с женской логикой, да где ж мне её взять?!

Последний Иринкин аргумент: «А как же мы тогда, на Урале, под дождём сырыми дровами костёр топили, значит, можно было?»
Как-как? Да вот так:

«Картинка: одни держат над рождающимся в муках костром хлопающий на ветру кусок полиэтилена (который растянуть за ёлки никак не получалось), другие подтаскивают хворост, а третьи, прикрывая спинами от порывов ветра еле тлеющий огонёк, счищают ножами с принесённых веток лишайник и полотенцем пытаются их хоть немного подсушить…» (здесь: «Тропа на «Мань-Пупу-Нёр. 1985 год.)

Сидя у костра, старался найти «золотую середину»: держать подмёрзшие ноги в потоке горячего воздуха и не расплавить галоши бахил. Понятно, что греть ноги в ботинках у зимнего костра могут себе позволить только новички и лентяи. Не, я не новичок!

На ходу-то ноги не мёрзнут, но стоит остановиться… Первое время - как говаривала бабушка Шура - «грешил» на то, что по молодости несколько раз крепко застудил ноги в лыжных ПВД и в многодневных пеших походах на бродах через горные и таёжные реки. Но позже узнал в Сети, какое огромное количество людей испытывает те же проблемы с не-морозоустойчивостью ног и с лыжными ботинками.
---------------
Хотя, может быть, я просто привередничаю – вон, «девочка Юля» в Путоранах вовсе без обувки шла. Да-да, и эту отчаянную девчонку мы тоже вспомнили у костра. Я давно читал её дневники (можно найти в Live Journal или на You Tube) с комментариями к ним, а ещё на старом «Скитальце». А в 15-м и 19-м годах брал с собой в майские походы распечатку этих дневников, и перед сном, лёжа в палатке, мы несколько вечеров устраивали их громкую читку.
--------------
После обеда, едва отошли от костра, почувствовал, что начало марта – это ещё не совсем весна. Солнце покатилось за лес, и густые кроны сосен накрыли поляну плотной стылой тенью.

Впереди по просеке – нетронутое полотно свежего снега, и только изредка путь пересекает цепочка лисьих следов. Затем – заячий широкий намёт. А это - … нет, на прошлой неделе я здесь, вроде, не проходил. Стало быть, ещё кто-то на снегоступах через лес шлёпал. Нашего полку прибыло!

Поторопились покинуть участок высокоствольного леса и через полчаса, пройдя весёленький березняк, добрались до открытой солнцу широкой просеки. На заснеженной дороге обнаружился свежий снегоходный след, уводящий в горку и дальше - кажется, в самое небо, синее и безоблачное. Эх, хорошо! Ух, здорово!

В два приёма набрали сброшенную до обеда высоту. Отсюда, со взгорка уже можно, прищурившись от встречного солнца, различить фигурки гуляющих на поперечной просеке. Скорее всего, как обычно, это - в основном, женщины. Ну, а чего им дома-то сегодня делать? Чать, не восьмое марта, чтоб весь день у плиты стоять …