Белявка и птички синички. Глава 3

Это снова Белявка. Самая белая кошечка на свете, если не считать розового носика. Сегодня было так холодно, что даже этот розовый носик на улицу не хотелось бы высовывать. Белявка сидела на своём любимом теплом подоконнике. За окном падал снег. Белые снежинки кружились в медленном танце, опускаясь на землю, на крыши, на ветки деревьев. Белявка могла смотреть на падающие снежинки бесконечно. Если вы помните, она называла их белыми мухами. Было тихо, тепло и уютно. Дедушка в соседней комнате работал за компьютером и оттуда доносился звук стука по клавиатуре, слушая который Белявка чувствовала себя в полной безопасности и дремала.

И вдруг в этой тишине и покое раздалось: тук-тук-тук. Кто-то постучал в стекло. От неожиданности кошечка подпрыгнула, шерсть встала дыбом, она попятилась задом и чуть не упала с подоконника. Белявка спряталась за горшок с цветком, который стоял на подоконнике и прижала уши.

Любопытство сильнее страха и кошечка аккуратно и медленно начала высовываться из-за цветка. На карнизе, прямо напротив неё, сидели две маленькие птички. Они были маленькие, жёлтенькие с немного голубыми крылышками и чёрными шапочками на головах. Одна из них как раз стучала клювом по стеклу.

"Дедушка", — зашептала Белявка. — "Там птички. Они хотят к нам в гости".
Дедушка выглянул из-за ноутбука и засмеялся.
"Это синички, Белявочка, — сказал он. — Они прилетают к людям зимой, потому что им холодно и голодно. Надо их покормить".

Дедушка ушёл на кухню и вернулся с маленькой пластиковой миской, в которой лежали кусочки сала и семечки. Он приоткрыл окно, и холодный воздух сразу ворвался в комнату. Белявка даже чихнула. Дедушка положил угощение на карниз и закрыл окно.
Синички сначала испугались и улетели. Но потом одна, самая смелая, вернулась. Она села на край тарелочки, огляделась по сторонам, схватила семечку и улетела. Потом прилетела вторая. А потом они стали прилетать по очереди, хватать еду и уносить её куда-то в кусты.

Белявка смотрела на них во все глаза. Ей казалось, что это самые удивительные существа на свете. Они такие маленькие, такие быстрые, такие жёлтенькие посреди белого снега. И они почти не боялись её.
Одна синичка, та самая смелая, которая прилетела первой, вдруг перестала хватать еду и улетать. Она села на карниз, повернула головку и уставилась прямо на белую кошечку чёрными бусинками глаз. Белявка замерла. Она даже дышать перестала.
Синичка наклонила голову в другую сторону. Потом подпрыгнула ближе к стеклу. И вдруг клюнула прямо в то место, где за стеклом сидела белая кошечка.
Белявка отпрянула. Синичка клюнула ещё раз, и ещё. Белявке показалось на мгновение, что птичка хочет её съесть.

Но синичка не хотела её съесть. Синичка просто играла. Она видела своё отражение в стекле и думала, что там, внутри, сидит другая синичка, с которой можно подружиться. Она прыгала, махала крылышками, стучала клювом и, кажется, звала ту, вторую, выходить на улицу.

Белявка засмеялась. Тихонько, про себя. Потому что кошечки смеются не вслух, а усами и глазами.
"Какая смешная птичка", — подумала она. — "Думает, что там я, а на самом деле там не я, а просто стекло".
Но синичка не знала про стекло. Она продолжала прыгать и звать подружку, которой не существовало.

А потом прилетела вторая синичка, и они вдвоём стали заглядывать в окно и стучать клювами. Белявке стало так весело, что она начала водить лапкой по стеклу туда-сюда, и синички следили за её лапкой, поворачивая головки то в одну, то в другую сторону.

"Дедушка, смотри, — позвала Белявка. — Они со мной играют".
Дедушка отложил ноутбук и подошёл к окну. Он смотрел на эту картину и улыбался. Потом погладил кошечку по спинке и сказал: "Вот видишь, даже зимой, когда холодно и снег, мир полон друзей. Надо только уметь их замечать".

Белявка замурчала. Она смотрела на синичек, на падающий снег, на белые шапки, которые укрывали кусты и деревья, и чувствовала себя самой счастливой кошечкой на свете.
Синички ещё долго прыгали по карнизу, заглядывали в окно и стучали клювами. Иногда они улетали, но всегда возвращались. И каждый раз, когда они возвращались, Белявка встречала их радостным мурчанием и движением лапки по стеклу.
Так они играли до самого вечера. А когда стало темнеть, синички улетели совсем. Наверное, в своё гнездо, спать.

"Дедушка, а они завтра прилетят? " — спросила Белявка.
"Прилетят, — ответил дедушка. — Если мы будем их кормить каждый день, они станут нашими постоянными гостями. Всю зиму будут прилетать".
Белявка очень обрадовалась. Значит, завтра снова будет игра. И послезавтра. И всю зиму.

Она ещё немного посидела на подоконнике, глядя, как снег укрывает землю пушистым одеялом. Где-то там, в темноте, синички спят в своих гнёздах. Им, наверное, тепло, потому что они прижались друг к другу.

А Белявке тепло здесь, дома. Рядом дедушка, который всегда объяснит всё на свете. За окном падает снег, а на карнизе остались крошки для завтрашних гостей.

Белявка зевнула, свернулась клубочком на своём одеяльце и закрыла глаза. Ей снились жёлтые птички, которые стучали клювами в стекло и звали её играть. И она играла с ними, только теперь уже не через стекло, а прямо на белом снегу, и снег был мягкий и совсем не холодный.

Потому что во сне всё возможно. Даже дружить с птичками по-настоящему.