и зарежьте меня на старой лавочке

и зарежьте меня на старой лавочке
у подъезда, где двери ободраны.
я не рявкну, не скажу «я прощаю»,
уж лучше сдохну, чем уступлю.
пусть асфальт запомнит мой шёпот,
и подъезд пропитается копотью,
кто здесь падал — тот точно знает:
честь не лечится тёплой водкою.
и на утро дворник лениво
смоет ночь ледяной водою,
только лавочка будет криво
помнить, как я стоял за собою.


Рецензии