Опустевшая деревня

   Приезд Клавдии с дочкой с роддома.


Юрий поймал такси и поехал сразу на работу, в отделение к Алексею.
— Какие действия, Алексей, на сегодняшний день?
— Ну что, оформляем документы и передаём в суд. Им пожизненное светит! Признания у нас есть, факты налицо. Только нужно отдать родителям тела их детей на захоронение. А их у нас столько... Придётся вызывать скорые, чтоб дежурили здесь. И как-то от репортёров избавляться, не подпускать их. Это громкое дело!

А в это время в доме у Игоря Петровича женщины обсуждали, как дальше жить. Мама Юрия и мама Алексея и сестрёнка Ольга очень жалели Клавдию и переживали за её жизнь.
— Анна Ильинична, может, вы ещё поживёте у нас? Клавдия приедет с малышкой, мы ей поможем. Ольга выучилась на детского врача — она понаблюдает за малышкой. Клавдия оправится от стресса, и тогда вы поедете домой к себе.
— Уговорили вы меня, Ирина Владимировна! А мне у вас нравится — дом большой, сад, розы благоухают.
— Может, съездим навестим нашу дочку с малышкой?
— А поехали! Надо бы ей покушать взять горячего. Я сейчас налью супчик куриный, свежий, молочка... Что там ещё мамочкам можно?
— Пеленок для малышки и подгузники!
— Сейчас я позвоню, Игорь пришлёт за нами машину.

Послышался сигнал у ворот.
— Пойдёмте, девочки, машина ждёт нас.

Они приехали в роддом, прошли к окошку, узнали, где лежит их мамочка, передали для неё передачу и попросили медсестру, чтоб Клавдия спустилась к ним.
— А вот и наша красавица! Как там малышка наша?
— Напилась молока и спит.
— А ты как?
— Я всё в порядке.
— Ну что там нового в отделении?
— Клавдия, тебе о малышке надо думать, а не об этом прохиндее!
— Мама, он всё-таки мой муж и ещё отец моей дочери. Я просто хочу знать, что ему светит и как дальше мне жить.
— Ну хорошо... Завтра суд. И ему пожизненное дадут. Так что ты его не дождёшься.
— Ясно... Значит, я буду одна с дочкой куковать.
— Ну почему одна-то? А мы? Я, мама твоя, и братишка. Мы тебя любим.
— Да... Вот и получилось: нашла двух родных людей по крови, а потеряла одного по статусу.
— Ну что ты, дочка! На твоём веку будет ещё радость в жизни. Надо жить настоящим.
— Так-то оно так, мама... Меня через неделю выписывают. Мы куда домой поедем?
— Нет, вы к нам поедете. Ещё поживёте у нас, поправитесь окончательно, а потом домой, к маме и брату.
— Я хочу вернуться в деревню.
— Нет! Только не в деревню! Не нужно, чтоб всё напоминало тебе это. Ты не сможешь там жить. В тебя будут твои же соседи пальцем тыкать.
— Хорошо...
— Ладно, дочка, мы пойдём. А ты не думай ни о чём — а то пропадёт молоко и нечем будет кормить малышку.

В доме шли приготовления — подготавливали комнатку для малышки и мамочки. Игорь Петрович и ребята, Алексей и Юрий, поехали на машине за Клавдией. А мамы остались дома ждать.

Вышли медсестры и врачи.
— Ну, где наш папа? Папы нет? Дайте малышку деду! Вот моё солнышко! Спасибо вам за ваш труд и за такой прекрасный подарок!

Они передали им пакет с вкусностями, попрощались и вышли из роддома. Сели в машину. Клавдия взяла малышку на руки.
— Ну что, сестра, как назовём её? Не придумала имя ещё?
— Ничего в голову не лезет... Голова забита другим.
— Всё наладится, — сказал Алексей. — Вот увидишь!
— Ну дай-то бог.
— Сегодня и решим всё вместе!

Машина подъехала к дому и просигналила. Вышли обе бабушки встречать малышку. Анна Ильинична взяла внучку на руки.
— Какая она красивая! Клавдия, вылитая ты в детстве, когда я тебя первый раз увидела!
— Мама, разве ты помнишь?
— Ну, конечно! После родов я тебя видела. А после — все эти годы я только молилась, чтоб найти тебя. И вот боженька услышал меня!

Малышку развернули положили в кроватку. Она потянулась, открыла глазки — как будто разглядывала свою комнату. Клавдию оставили переодеться и накормить её. Все вышли в гостиную — стол был накрыт.

Вышла Клавдия — стройная, красивая, волосы распущенные. Алексей замер от её красоты. Любовь успела заметить, как он смотрел на неё, но не подала вида. «Похоже, он был влюблён в Клавдию», — подумала Любаша, но тут же отогнала от себя эту мысль.

Все сели обедать. Игорь Петрович поднялся, поздравил всех с пополнением нового члена семьи, преподнёс подарок мамочке с дочкой — большую коробку и маленькую.
— Ну, Клавдия, открывай и хвастайся!

Клавдии никто никогда не дарил подарки. Она стояла, смотрела и не знала, как это делают.
— Ну не робей, дочка! — произнёс Игорь Петрович.

Она открыла сначала маленькую коробочку — и в ней были ключи. Она подняла их и показала всем.
— Это... что? Я думаю, от дома?
— Да, дочка! Я купил для вас с малышкой дом здесь, рядом с нами!

У неё потекли слёзы. Она подошла к нему и по-отечески, как дочка, обняла его и поцеловала. Потом открыла большую коробку и стала одну за другой вынимать детские платья, туфельки и куклы для дочки.
— Боже мой... Какое всё красивое! Спасибо, Игорь Петрович, вам!
— Доченька, а это от нас с Юрием тоже подарок — коляска для твоей дочки!
— Мамочка, спасибо вам большое!

Она подошла к брату и маме, обняла их обоих, поцеловала.
— Ну всё, давайте праздновать и решать, как назовём нашу принцессу! Клавдия, ну какое имя ты хочешь дать дочери?
— Я хочу назвать её в честь бабушки, которая меня воспитала. Она была хорошим человеком, и весь свой дар она передала мне.
— И какое имя у твоей бабушки?
— Очень красивое — Ефросинья!
— Да, очень красивое имя!
— Откуда родом твоя бабушка была?
— Она жила в той деревне, откуда и я сейчас. И я её похоронила там же, рядом с дедом.
— А как же мама? Другая она была у тебя?
— Нет. Я её никогда не видела.
— Ну что вы устроили, девчонки, допрос! — сказал Алексей. — Давайте выпьем за красивую принцессу в нашем доме — Ефросинью!
— Ура!

После застолья все разошлись по комнатам. Клавдия приняла душ, взяла малышку к себе на постель и разглядывала её, ища черты своего мужа. Но ничего не нашла — дочь была вылитая она.
— Ну и хорошо, что нет ничего отцовского в тебе...

Покормив её, малышка заснула. Она переложила её в кроватку, выключила свет и уснула сама.

Любаша с Алексеем обсуждали пиршество.
— Как красиво вы её поздравили — я прям ей позавидовала. И ты так смотрел на неё... Я ненароком подумала, что ты влюбился в неё!
— Любаша, ну что ты за глупости такие говоришь! Я люблю тебя, и ты моя любимая женщина, жена и девочка! Давай спать — завтра у нас трудный день, суд.
— Да, милый, давай.

Он поцеловал её, обнял, и они уснули.

Не спал лишь только Игорь Петрович и Юрий. Они сидели тихонько на кухне и разговаривали.
— Может, поискать ту женщину, которая украла у моей матери мою сестру?
— Нет, Юрий, это дело давнее, и навряд ли кто-то живой остался.
— Но может, в роддоме остались старые санитарки или медсестры, которые там работали в то время?
— Ну, попробуй, сынок. Я даю тебе добро.
— Спасибо!
— А теперь давай ложиться — у нас у всех завтра трудный день!