Хочу счастья глава 4

Первые покупки

Александра Ивановна отозвала Веру в сторону от детей. Она, оказывается, знала всю эту историю: полиция ищет детей, чтобы определить их в детский дом.

Старушка громко шептала женщине:
— Эти дети, что ты приволокла в порядочный дом, в розыске. Они обворовали много людей, их ищут. Надо срочно звонить в полицию, сдать их.

Вера, не ожидавшая такой атаки, была и смущена, и возмущена.
— Александра Ивановна, что вы говорите? Какие преступники? Это маленькие дети!

Старушка не унималась:
— Ну смотри, смотри, убьют тебя, и всё украдут, и меня вместе с тобой.

— Нет, нет, нет! Мне не нужны такие гости, уезжайте.

Вера села на скамеечку у дома:
— Александра Ивановна! Куда же мы в ночь? Электричек больше до завтра не будет!

Дети сиротливо стояли у дома, было видно, что они понимают тему разговора. Вера повернулась к старушке и медленно произнесла:
— Если мы уедем сейчас, я вас не знаю.

Александра Ивановна как бы спохватилась:
— Верочка, доченька, я же добра тебе желаю, ты же их не знаешь! — Пустила слезу. — Оставайся, оставайся. Ну убьют, так убьют, я уж и старая. Пожила свое.

Вера оглянулась на нее и произнесла:
— Мы только переночуем, Александра Ивановна, не драматизируйте.

Александре Ивановне не оставалось ничего, как пригласить всех гостей в дом. Вера, пропуская детей впереди себя, заходила в дом последней. Старушка засуетилась: у нее, оказывается, истоплена баня. Вера судорожно думала: «Детей помыть хорошо. Но одежды сменной нет. Александра Ивановна, а магазин у вас есть?»
— Да, есть, конечно, в том конце деревни.

Оставив чемодан и сумки, Вера, взяв детей, отправилась в магазин.

А старушка, глядя им вслед, причитала: «Денег и так нет, будет тратить на чужих, неведомо откуда взявшихся попрошаек». В деревне почти у каждого дома были люди, удивляться нечему: дачники еще не уехали, занимались своими делами. Веру никто здесь не знал. Дети шли рядом молча, поглядывая на мир вокруг исподлобья. Дошли до магазина. Особого выбора детской одежды не было, но всё, что задумала Вера, купила: нижнее белье и мальчику, и девочке, и рубашечки, и брючки, даже куртки и шапочки. Не было только платьев, но это заменили брючки и рубашечка. Путаясь в размерах, во всем ей помогала продавец, удивляясь, что же это за мамаша, что не знает размеры своих детей.

Они уже отошли от магазина, как Вера подумала, что обувь купить забыла, и они вернулись. Долго мерили, продавец заметно нервничала, но наконец всё было куплено. И Феде, и Нике купили сапожки и тапочки для дома. Кроме того, увидев, как Ника смотрит на мягкого белоснежного Мишу, купили и эту игрушку. А Федору купили цветные карандаши и альбом. Продавец была рада, что наконец-то продала белого Мишу, которого почему-то никто не хотел покупать в деревне.
Обратный путь был повеселей: дети подняли голову, Ника ладошкой вцепилась в руку Веры, ладошка была мокрая. Федя встал от Веры с другой стороны, но руку не дал. Дошли быстро. Александра Ивановна встретила их молчанием: смотрела на покупки и качала головой. Вслух ничего не говорила.

В первую очередь Вера решила намыть детей. Попросив полотенец у старушки, они пошли в баню. Федя стеснялся, раздеваться не хотел, Вера разрешила ему мыться в трусиках. Пока он мылся, Вера и Ника дожидались, но время от времени Вера заходила: то мыла ребёнку голову, то тёрла его мочалкой с мылом.

Когда Федя вышел одеваться, Вера дала ему чистую новую одежду, а сама пошла мыть девочку. В ней проснулся нерастраченный материнский инстинкт, и она уже относилась к детям как к родным.

Вымыв Нику, Вера вышла и застала спящего Федю в предбаннике. Мальчик побоялся идти один к старушке, видел, как она агрессивно настроена. Растолкав ребёнка, взяв на руки девочку, с трудом передвигаясь от усталости в непривычной работе, Вера вошла в дом к Александре Ивановне. Несмотря на свой протест, детям были приготовлены постели, куда их сразу Вера и определила. Принесла им в постель молока и булки, которые они, засыпая, нехотя поели. Через несколько минут дети уже спали. А Вера пошла мыться сама и стирать детские вещи.

В бане она пробыла долго, её заждалась Александра Ивановна. Старушка разобрала пакеты, что ей привезла Вера, охала и ахала, разводила руками, восторгаясь множеству продуктов и всяких мелочей, что сама бы она никогда не купила. "Верочка, ангел мой, зачем же ты так растратилась? Много ли мне, бабке, нужно? Садись, солнце моё, доченька моя, чай пить, я и пирожки испекла". Вера улыбнулась, спросила: "Александра Ивановна, а вы мне правда крёстная мама?" Старушка подтвердила: "Да, да!" Обняла Веру сзади за плечи и всплакнула, вспомнила, как они дружили с её мамой. Вера попросила старую женщину рассказать ей о маме, о которой она, конечно, скучала после её кончины.
Продолжение следует...