Стеклянный шарик

Машину времени, Владик закончил мастерить в воскресенье вечером. Он сделал ее из старого фильмоскопа, приемника «Хазар» и древнего будильника с одной стрелкой. Все эти вещи были им обнаружены в старом чемодане, на чердаке бабушкиного дома.
Конструкция Машины времени была крайне проста: приемник и часы, при помощи нескольких проводков, соединялись с фильмоскопом. И когда Владик включал фильмоскоп в розетку, приемник начинал хрипеть, часы громко тикать и судорожно трястись, а из толстого объектива вырывался луч света. Именно тогда нужно было поднести к линзе проектора ярко зеленый, полупрозрачный камешек, который Владик нашел прошлым летом, купаясь в городском озере. Льющийся из фильмоскопа свет, окрашивался во все оттенки изумрудного, а на стене, в окошке от луча, начинали кружиться белые снежинки и бирюзовые смерчики.
Владик хотел сейчас же опробовать свое изобретение, но было уже поздно. За окном стемнело, часы показывали начало одиннадцатого, и мама оправила его спать.
А завтра в школе, на уроке математики, Владик рассказал о Машине времени другу Костику. Тот смотрел на приятеля темными, как вишенки глазами и недоверчиво качал головой. Владик все больше и больше распалялся, доказывая Костику, что путешествие во времени, возможно. Толстенькие щеки его раскраснелись, он стал размахивать руками и говорить не шепотом, а вполголоса. Костик возмущенно доказывал обратное, и тоже чуть ли не кричал. На них стали оборачиваться одноклассники, а добрая учительница математики – Нелли Степановна погрозила им пальцем. Мальчики притихли и до конца урока сидели спокойно. Но как только прозвенел звонок, они сорвались с места и выбежали в школьный двор. Там, под старой липой друзья продолжили разговор.
– Если не веришь, тогда пойдем ко мне, проверим, – Владик приглашающе махнул в сторону школьных ворот.
– Конечно, не верю, – усмехнулся Костик – Путешествий во времени не бывает. Мне папа говорил.
Владик сердито засопел. Спорить с авторитетом Костикиного папы, водителя дальнобойщика, было бессмысленно. Он закинул рюкзак на плечи, и собрался было уходить, когда его остановил девчоночий голос:
– А я тебе верю.
Друзья обернулись – позади них стояла Ксюша. В одной руке она держала сумку, а второй теребила пуговку на белой блузке школьной формы.
– Чего тебе? – насупил брови Костик. – Иди отсюда, не видишь, что ли, люди разговаривают.
– Я все слышала, – Ксюша не обращала на Костю никакого внимания и говорила исключительно Владику. – Машина времени, это ведь так интересно! Побывать в прошлом, оказаться в будущем! Возьми меня с собой.
И она широко улыбнулась.
– Вообще-то в будущее нельзя – ведь оно еще не случилось, – Владик улыбнулся в ответ. – Пойдем. Прокатимся.
И они зашагали к выходу. Через несколько минут, позади них послышался топот. Мальчик и девочка остановились. Подбежал запыхавшийся Костик.
– Ладно, уговорили. Идем, – переведя дыхание, произнес он.
Дома была мама. Она встретила их у порога.
– О, ты не один, с друзьями, – она взъерошила сыну волосы, отчего тот покраснел и попытался увернуться. – Проходите, сейчас обедать будете.
– Ну, мам! –  заканючил Владик. – Мы не голодные.
Он обернулся к друзьям, ожидая поддержки. Однако те молчали: Костик ковырял носком пол, а Ксюша застенчиво улыбалась.
– Мыть руки и за стол, – мама была непреклонна.
После обеда, ребята оправились во Владькину комнату. Машина времени стояла на столе, в окружении глобуса, ноутбука, зарядного для телефона, бумаг, карандашей, ручек, линеек и прочих необходимых подростку вещей.
– Серьезный агрегат, – уважительно протянул Костик, разглядывая машину со всех сторон. – Сам смастерил?
– Ага, – Владик надулся от важности.
– Куда мы отправимся? – Ксюша тоже подошла ближе.
– Сейчас скажу, – Владик принялся деловито крутить  ручки настройки радиоприёмника, заводить будильник и регулировать линзу фильмоскопа. – Тэкс. Получается, мы отправимся, – он присмотрелся к шкале приемника. – В одна тысяча девятьсот восемьдесят пятый год. Ровно на сорок лет назад.
– Ой, как интересно, – Ксюша даже захлопала в ладоши. – А когда? Давайте прямо сейчас!
– Погоди, – остановил ее Костик, и повернулся к Владику. – Расскажи, как эта твоя штука работает.
– Да, очень просто, – фыркнул тот. – Настраиваем шкалу, заводим таймер, включаем проектор и, самое главное, – Владик достал из кармана зеленый камешек. – Подносим к пучку света ингредиент. На стене появляется портал, и, оба-на – мы в прошлом! Прошу любить и жаловать.
Он шутливо раскланялся.
– Да не волнуйся ты так, – видя озабоченное лицо друга, сказал Владик. – Я подготовился. Вот.
Он вытащил из рюкзака целлофановый пакетик полный монет.
– Советские деньги, – объяснил мальчик. – Должно хватить.
– Я не об этом, – Костик презрительно сморщился. – Как мы назад вернемся? Эту твою бандуру с собой потащим?
– А это еще легче. Смотри, берем сей гаджет, – Владик показал смартфон. – Включаем ночной режим видеозаписи. Подносим к фонарику ингредиент, – он опять продемонстрировал камешек. – Направляем луч, получаем портал и – барабанная дробь – мы дома!
Костик несколько минут разглядывал камешек, затем удовлетворенно кивнул и сказал:
– Годиться. Давай!
– Ну что ж! – Владик оглядел приятелей. – Все готовы?
И дождавшись кивка Ксюши, он положил смартфон на стол и воткнул вилку фильмоскопа в розетку.
Послышался слабый гул, приемник начал хрипеть, часы громко тикать и судорожно трястись, а из толстого объектива вырвался луч света. Владик поднес к линзе проектора ярко-зеленый, полупрозрачный камешек. Свет окрасился во все оттенки изумрудного, а на стене, появилось окошко, и в нем начали кружиться белые снежинки и бирюзовые смерчики.
– Поехали! – завопил Владик и, схватив друзей за руки, шагнул в зеленый портал.
Они оказались в лесу. Над головой раскачивались высокие шапки сосен. Шелестели листвой осинки и березы. В кронах щебетали птицы, а в зарослях папоротника шуршала какая-то мелкая зверушка.
– Здрасте. Приехали, – недовольно буркнул Костик. – Куда нас занесло?
Владик несколько минут встревоженно вглядывался в окружающий их лес. Затем, услыхав шум мотора, широко улыбнулся и заявил:
– Я знаю, где мы. Мы на «Севере». Это «Конская горка». Тут недалеко мои бабушка с дедушкой живут… жили… будут жить. Ай! Пошли, короче.
Пропетляв несколько минут по лесным тропинкам, ребята вышли к детскому саду.
– Ой, и я знаю, где мы! – воскликнула Ксюша. – Это «Золотой ключик», а там дальше, – она кивнула на виднеющееся вдали серое четырехэтажное здание. – Седьмая школа.
– Точно! – подхватил Костик. – А там, – он указал в другую  сторону. – Парк. И если мы действительно в восемьдесят пятом, там должны быть карусели. Мне папа рассказывал.
– Ага, – важно кивнул Владик. – Идем, проверим.
Ребята зашагали в сторону парка. Осматриваясь по сторонам, они живо обсуждали увиденное. Вроде бы все те же здания и та же местность, что и в их время, но все же окружающий мир очень отличался, от того в котором они жили. Это было похоже на игру «Найди отличия». То и дело, то Владик, то Костик, то Ксюша удивленно восклицали:
– Ой! Смотрите – девятиэтажки нету!
– Ой! Остановка не пластиковая, а деревянная!
– Ой! Какие интересные прически у девушек!
Странно, жизнь в советском союзе, в восьмидесятые годы, для них, рожденных в начале десятых, представлялась в тусклых тонах, как нечто размытое, похожее на картинку в старом кинофильме. Но действительность, оказалась совсем другой – яркой и наполненной красками. Она оказалась обычной жизнью, ничем не отличающейся от той, которую они видели каждый день.
Удивляло их отсутствие обилия автотранспорта. А те машины и автобусы, что встречались им по дороге, были всех цветов и оттенков, которые только возможно вообразить. Казалось, что огромные грузовики, рычащие автобусы и юркие легковушки – красили на фабрике детских игрушек, чтобы радовать глаза дошколят. Ребята, привыкшие в своем времени к серым, белым, тёмно-синим и изредка красным автомобилям, то и дело оборачивались завидя ярко-голубую легковушку или оранжевый автобус.   
И парк был совсем другим. Не было заасфальтированных дорожек, детских площадок и фонтанов. Зато были карусели. У друзей загорелись глаза – не удивительно, чтобы прокатиться на аттракционах, в их время, нужно было ехать в соседний город. А здесь! Счастливые здешние детишки – в шаговой доступности такое богатство!
Кстати, один из местных «детишек» околачивался возле высокого, с ярко-красными сиденьями, аттракциона.
– Абориген, – тихо прошептал Владик.
Абориген имел спутанные светлые волосы, длинный нос с россыпью веснушек и голубые глаза. Одет был в синюю клетчатую рубашку с коротким рукавом и погончиками на плечах, серые брюки и голубые кеды. На кармашке рубашки, был приколот значок – золотой улыбающийся мишка с олимпийскими кольцами на поясе. Было аборигену примерно, как и им – лет двенадцать.
Завидев их, мальчишка широко улыбнулся и шагнул навстречу.
– Привет, вы не местные? – голос у него был звонкий и ясный. – Кататься будете? А то меня одного не хотят пускать. Говорят, чтобы не меньше четырех человек было. А где их найдешь? Понедельник, все на работе, в школах.
– Будем, – Владик важно кивнул.
– Здорово! – воскликнул мальчишка. – Меня Юрка зовут, – он протянул Владику узкую ладошку. – Юрка Мищук. Я местный – северский. В седьмой школе учусь. А вы?
– А мы…, – начал, было, Владик, но Костик перебил его.
– А мы из другого города, – сказал он, протягивая Юрке руку. – Я Костя, это Ксюша, а это Владик.
– Я так и подумал, что вы приезжие, – улыбнулся Юрка, по очереди пожимая протянутые руки. – Одежда у вас классная. Испачкаться не боитесь?
– Это обычная школьная форма, – Ксюша оглядела себя. – Что тут такого?
– Да! – удивленно протянул Юрка и внимательно посмотрел на девочку. – Ну, тогда ладно! Айда кататься!
За следующие два часа друзья испробовали все аттракционы: и высокую «Орбиту», и опасный «Сюрприз», и юркие «Машинки», и забавные «Веселые горки». Они катались по пять-шесть раз на каждом. За все платил Юрка. На попытку Владика всучить ему немного денег, он только отмахнулся.
– Я бутылки сдал, – заявил он.
– Что ты сделал? – не понял Костик.
– Бутылки сдал, – пожал плечами Юрка. – Молочные и из-под лимонада. А у вас, что, не так?
– Не так, – задумчиво протянула Ксюша.
– Это не важно! – воскликнул Владик. – Давайте продолжать.
И вновь аттракционы. С высоты «Орбиты» был виден парк, близлежащие дома и озеро, голубая гладь которого блестела под лучами весеннего солнца.
Вдоволь накатавшись, они уселись на скамейке.
– Пить хочется, – протянул Костик.
– Так в чем дело? – Юрка кивнул в сторону синей железной трубы с краном. – Иди и пей.
– Что это? – округлил глаза Владик.
– Колонка, – Юрка поднялся со скамейки. – Идем, покажу.
Он подошел к трубе, с силой нажал на длинный рычаг сверху, и из крана хлынула мощная струя воды. Она с шипеньем и клекотом вырывалась наружу и, падая, разбивалась о землю на миллионы сверкающих капель.
– Пей, – сказал  Юрка, и первым приложился к шипящей струе.
Мальчики, задыхаясь от восторга, последовали его примеру. Вода была вкусная и шипучая, как газировка, от нее ломило зубы, и ныл лоб.
– Какая вкусная! – восторженно воскликнул Владик.
– И холодная, – добавил Костик.
А Ксюша, пробормотав, что-то про гигиену отказалась.
– Я бы сейчас съела чего-нибудь, – заявила она. – Пиццу или хот-дог.
– Можно и чипсы с колой, – поддержал ее Костик. 
– Нет здесь ни пиццы, ни хот-догов с колой, – одернул их Владик, и повернулся к недоумевающему Юрке. – Где тут покушать можно?
– Здесь недалеко кулинария, – ответил тот. – Могу сходить.
– Пожалуйста, Юрочка, – молитвенно сложив руки, попросила Ксюша.
Юрка покраснел, кивнул и умчался, сверкая белыми подошвами кед.
Вернулся он минут через двадцать с цветастой матерчатой сумкой в руках.
– Вот, – произнес он. – Только там ни птиц, ни собак нет. Я пирожки купил. С картошкой и повидлом. Каждому по два штуки. И молока взял, – добавил он и виновато пожал плечами. – Лимонада не было.
Потом они расположились на поросшем молодой травкой берегу озера, жевали пирожки и запивали молоком из широкогорлых стеклянных бутылок. Ксюше казалось, что она никогда в жизни ничего вкусней не ела. Пицца, конечно, вкусная вещь, и хот-дог тоже, но и пирожки просто обалденные!
– Спасибо, Юра, – Ксюша тепло улыбнулась парню.
Тот зарделся и пробормотал:
– Не за что.
Они сидели на берегу и смотрели на тихую водную гладь. Иногда по воде расходились круги – это плескалась озерная рыба. Владик и Костик, набрав полные пригоршни щебенки, бросали камешки в воду, соревнуясь, чей сделает больше прыжков.
Ксюша и Юрка некоторое время сидели в молчании.
– У тебя глаза красивые, – чуть слышно пробормотал мальчик глядя себе под ноги, где на зеленой травинке раскачивался серый кузнечик.
– Что? – переспросила девочка.
Она все прекрасно расслышала, просто хотела, чтобы Юрка повторил ей это снова. Юрка ей нравился своей открытостью, простотой и правдивостью.
– У тебя глаза, как шарики, – Юрка посмотрел на нее. – Как зеленые стеклянные шарики.
– Что!? Да ты! Ты! – девочка от возмущения задыхалась. – Какие шарики!? Да я..!
– Нет-нет, ты не поняла, – Юрка примиряюще вскинул руки. – Смотри.
На ладони у него оказался маленький стеклянный шарик светло-зеленого цвета.
– Возьми, – Юрка протянул его девочке.
Та осторожно взяла стеклянный кругляш.
– Не бойся, – Юрка говорил тихо и спокойно. – Поднеси близко-близко к глазам, и увидишь космос.
Ксюша поднесла шарик к глазам и вгляделась в прозрачную зелень. Шарик был наполнен застывшими пузырьками воздуха, какими-то черточками и точками. Девочка смотрела, не отрываясь. И через некоторое время она увидела солнце в мерцающей глубине, вокруг которого вращались планеты. А вдалеке, на пределе видимости, она разглядела, как закручивают свои спирали галактики. Ксюше показалось, что она падает и уносится в бесконечные глубины космоса.
– Какое чудо! – вырвалось у нее восхищенное.
– Вот и глаза у тебя точно такие, – голос Юрки звучал совсем рядом. – Если в них вглядеться, то можно увидеть планеты, звезды и галактики.
Ксюша посмотрела на него, лицо Юрки было близко-близко. Глаза были широко открыты и в упор смотрели на нее. Они потянулись друг к другу…  Но вдруг.
– У меня больше было! – раздался голос Владика.
– Нет у меня! – Костик подбежал к ним. – Ксюша, Юрка, подтвердите.
Ксюша отодвинулась от Юрки и смущенно потупилась. А Юрка покраснел.
– Знаете, что, – предложил он, чтобы скрыть неловкость. – Пошли в кафе-мороженое.
– Пошли! – подхватил Костик. – Никогда там не бывал. Но много раз слышал от папы.
В кафе было прохладно и немного сумрачно.
– Плачу я, – нетерпящим возражения тоном произнес Владик. – Кому какое?
Каждый выбрал по вкусу, лишь Ксюша колебалась.
– Возьми с шоколадом, – тихо посоветовал Юрка. – Оно самое вкусное.
Ксюша посмотрела на него долгим взглядом и кивнула.
Толстая продавщица в белом чепчике на завитых барашком волосах, подала им четыре серебряные вазочки с горками мороженого. Ребята уселись за столик и принялись уплетать таящее во рту лакомство.
– Ух, какое! – Костик ложечкой выскребывал со дна остатки. – Повторим?
Он с надеждой уставился на Владика.
– Конечно! – откликнулся тот и отправился за новыми порциями.
А потом еще и еще. Они кушали уже четвертые по счету порции, когда случилось неожиданное.
– Скажи-ка, мальчик, – раздался грозный голос, и на плечо Владика легла тяжелая рука. – Откуда у тебя эта монета?
Владик обернулся, и сердце его замерло от ужаса – позади него, в темно-синем мундире и фуражке с красным околышем, стоял самый настоящий милиционер. На ладони у него лежала пятидесятикопеечная монета.
Владик не понял, а Юрка, лишь мельком взглянув на полтинник, сразу разобрался, в чем тут дело: внизу, под цифрой 50 и словом «копеек», прямо над колосками красовалась цифра 1990.
– Это не наша, – воскликнул он. – У нас таких больших не было. Немного десяточек и пятнашек, а в основном медь. Тетя ее сама откуда-то взяла.
– Ах ты, сопля зеленая! – взвизгнула продавщица за прилавком. – Да я тебя…!
И она, схватив в руки тряпку, рванулась к ребятам.
– Тише, гражданочка, тише, – попытался увещевать ее милиционер. – Тут разобраться надо. Действительно, откуда у детишек полтинник?
Продавщица задохнулась от возмущения и попыталась оттолкнуть представителя власти. Но тот стоял, как скала, не уступая ни сантиметра. Он обхватил дородную женщину за плечи и что-то ей говорил. Продавщица вырывалась. В этой борьбе, полтинник выскользнул из руки милиционера и подкатился прямо к ногам Юрки. Тот быстро подхватил монету и крикнул:
– Бежим!
Ребят не пришлось упрашивать дважды, и уже через несколько мгновений они бежали по улице.
А позади раздавалось громкое:
– Стойте!
Но где там! Дети неслись по улицам города без оглядки. Случайные прохожие отшатывались от них. Автомобили, когда ребята перебегали дорогу, истерично сигналили. Но они бежали, не обращая внимания ни на что вокруг. Мимо понеслись дома частного сектора, вслед им лаяли растревоженные дворовые псы и ругались из-за заборов хозяйки. Вскоре строения остались позади, ребята пересекли небольшой подлесок и оказались в тени дубовой рощи.
– Все. Кажется, оторвались, – пропыхтел Костик останавливаясь. – Доставай смартфон. Давай домой возвращаться.
Владик кивнул и стал лихорадочно шарить по карманам.
– Нету, – округлив глаза, растерянно пробормотал он. – Кажется, я его дома на столе забыл.
– Кажется! Забыл! – передразнил его Костик. – Раззява.
– Давай твой! – Владик требовательно протянул руку. – Подойдет любой.
– Нету, – насупился Костик.
– Как нету?  – опешил Владик. – Ты сейчас серьезно? Как ты без телефона?
– Как-как? Вот так, – Костик протянул другу руку, на запястье которой красовались детские смарт-часы. – Телефон мамка забрала, а вместо него выдала это.
Он с ненавистью взглянул на гаджет ярко-желтого цвета с подмигивающим котенком на экране.
– За что это тебя так? – удивился Владик.
– За что!? – Костик сузил глаза. – Ты еще спрашиваешь!? Да за тех лягушек, которых мы поселили у меня в ванной! Кто говорил, что им на улице ночью холодно, а в ванной им самое то будет? Чья идея была?
– Мальчики не ругайтесь, – остановила назревавший скандал Ксюша. – Возьмите мой.
Она стала рыться в сумке. Но через минуту растерянно посмотрела на мальчишек и тихо произнесла:
– Моего тоже нету. Наверное, когда бежали, выронила.
– О, горе мне! – Костик уселся прямо на землю и, обхватив голову руками, принялся раскачиваться из стороны в сторону. – И зачем я только вас послушал и ввязался в эту авантюру!?
Затрещали кусты, все напряглись, но через мгновение облегченно выдохнули – на полянку вывалился взъерошенный Юрка. Волосы его растрепались, а один погончик болтался, как собачье ухо.
Он минуту постоял, оглядывая друзей, затем широко улыбнулся и сделал шаг к Ксюше.
– Держи, – он протянул ей плоский прибор. – Ты уронила, когда через забор детского сада перелезали.
Девочка шагнула навстречу:
– Юра…
– Молчи, – остановил он ее. – Я даже спрашивать не буду что это. Я давно догадался, что вы из будущего. Фильм недавно смотрел.
Воцарилось молчание.
– Юрка. Ты это. Пойми, – промямлил Владик, забирая у него из рук Ксюшин телефон. – Мы не могли сказать.
– Я понимаю, – Юрка не смотрел на него, он смотрел на Ксюшу.
Та тоже не отводила глаз от мальчика, губы ее шевелились, она что-то шептала, но что, Юрка разобрать не мог.
Меж тем Владик, возившийся с телефоном, удовлетворенно крякнул и громко позвал:
– Ксюша, Костя, все готово. Поехали.
Костик первым подбежал к другу и ухватился за его плечо.
– Ксюша, – нетерпеливо позвал он. – Идем!
Девочка не отвечала, она шагнула к Юрке и протянула руку.
– Прощай, – негромко произнесла она.
Юрка ничего не ответил, лишь кивнул и протянул руку в ответ. Девочка ощутила в своей ладони, что-то круглое и теплое. Шарик. Стеклянный шарик с космосом внутри.
– Зачем? – прошептала она.
– На память, – одними губами ответил Юрка.
– Ксюша! – крикнул Костик.
А Владик подошел и крепко взял ее за локоть. Ксюша не сопротивлялась. Она не видела, как Владик включил смартфон и приложил к фонарику ингредиент, не видела, как в наступающих сумерках на земле возникло пятно света и в нем закружились хороводы снежинок и вихри смерчиков. Не видела, потому что во все глаза смотрела на светловолосого мальчишку в синей клетчатой рубашке.
***
Юрка открыл дверь и тихо вошел в квартиру.
– Юра, кушать будешь? – мама вышла из кухни, на ходу вытирая о полотенце руки. – Или папу подождем?
Она подошла к сыну и чмокнула его в щеку.
– Не, мам, я не голодный, – ответил Юрка и обнял маму. – Мы с друзьями пирожки покупали.
Мама улыбнулась и взлохматила ему волосы.
– Постричь тебя надо, – вздохнула она.
Юрка согласно кивнул и прошел в спальню, к письменному столу. Порылся в ящиках. Не нашел то, что искал. Уселся на стул и стал молча смотреть в окно. На город опускались мягкие майские сумерки, в домах напротив, одно за другим, зажигались окна, со двора доносились крики игравшей в мяч детворы, а над крышами, медленно и важно всплывала Луна. И в лике ночного светила появился образ той, которую он никогда больше не увидит, но помнить будет вечно.
Юрка оторвался от вечернего пейзажа.
 – Лена! – позвал он сестренку.
– Чего тебе, – та вошла в комнату, держа в руках нарядную куклу.
– У тебя альбом для рисования есть? И карандаши? – Юрка посмотрел на сестру.
– Зачем тебе? – Лена уставилась на брата, ожидая подвоха.
– Порисовать хочу, – тихо ответил тот.
– Возьми в моем ящике, – пожала плечами Лена.
Юрка благодарно кивнул и достал из ящика сестренки коробку с карандашами и альбом с корабликом на обложке. Открыл первую страницу, взял в руки карандаш, на миг задумался и принялся рисовать. Чуть вьющиеся темные волосы, овал лица, щеки с ямочками и глаза. Зеленые глаза, с крапинками и прожилками, как у того стеклянного шарика, в котором, если его поднести близко-близко к глазам, можно увидеть планеты, звезды и спирали галактик.
***
На следующий день, после занятий они сидели на школьном стадионе, на нагретом майским солнцем теплом буме и обсуждали вчерашнюю экскурсию в прошлое.
– Какие классные карусели! – восхищенно говорил Владик.
– А мороженое! Просто объеденье! – вторил ему Костик. – Может, повторим?
– Не, – хмуро протянул Владик. – Я ингредиент потерял. Да и мама Машину времени в мусор выбросила. Говорит, я этим фильмоскопом чуть дом не сжег. Эх!
– Жаль, – сокрушенно вздохнул Костик. – Я бы еще раз с Юркой встретился. Юрка, вообще мировой парень. Правда?
– Юрка. Юрка, – задумчиво пробормотал Владик. – Юрка Мищук. Мне это имя всё покоя не дает.
Он задумался, затем достал смартфон и стал лихорадочно водить пальцем по экрану.
– Вот! – торжествующе провозгласил он. – Я знал! Нам про него в художке рассказывали. Слушайте.
И он стал читать с экрана:
– Юрий Николаевич Мищук. Уроженец города К. Один из талантливейших художников современности. Известен такими своими картинами, как «Обед у озера», «Карусели», «Мороженное с шоколадом», «Полтинник», «Майские сумерки». Однако наибольшую популярность ему принесла картина «Зеленоглазая незнакомка». Тэкс. Где она? – Владик несколько раз провел по экрану, и замолчал, вглядываясь в изображение.
– Костик взгляни, – деревянно произнес он.
Приятель придвинулся ближе и тоже посмотрел на экран, затем перевел взгляд на Ксюшу, потом опять на экран.
– Похожа, – пробормотал он.
Ксюша выхватила у Владика телефон и уставилась на картинку. С экрана на нее смотрела… она. Ее волосы, нос, глаза, ямочки на щеках и чуть озорная улыбка – это лицо Ксюша видела каждый день, в зеркале. Она молча вернула телефон Владику.
– Вот он какой, наш приятель из прошлого, – восхищенно произнес Костик.
– А где его можно отыскать? – тихо спросила Ксюша.
– Нигде, – Владик покачал головой. – Тут написано, что художник Юрий Мищук погиб в ДТП пять лет назад. После этого его картины, на аукционах Европы…
Владик говорил что-то еще, но Ксюша его не слышала. Перед ее взором стоял мальчишка в синей клетчатой рубашке с погончиками, и улыбающимся олимпийским мишкой на кармашке.
Ксюша плакала и крепко сжимала в кулаке стеклянный шарик, в котором, если его поднести близко-близко к глазам, можно увидеть планеты, звезды и спирали галактик.