Пролог.
Мир Асуни встретил космического гостя зеленовато голубой планетарной панорамой, мирной до последнего лучика, и словно распростер объятия, радушно приглашая в свои пределы. Одинокий же гость, представленный видавшей виды полувоенной виманой еще времен Войн Раздора, неторопливо выполнил разворот в сторону уплывающего Срединного континента и плавно пошел на снижение по известным ему координатам, нацелившись куда-то на побережье.
По всей очевидности, прибывшее летательное средство к числу чужих не причислялось – никогда не дремлющие рубежи планетарной обороны не проявили к нему никакого особого интереса, ограничившись коротким обменом базовой приветственной информацией. Однако же, едва вновь прибывшее судно спустилось по выверенной траектории к месту посадки, по системе правительственной связи ушло короткое кодированное сообщение с грифом «особо важно».
Впрочем, даже если бы экипаж упомянутой виманы и ведал о том подспудном интересе, что проявлен к ним столь скрытным образом, то даже не обратил на то внимание. Хотя бы потому, что опасаться в мире Асуни ему было некого. И совсем не по причине защиты кого-то свыше. Защитой, порушить которую до сих пор не решились самые отъявленные недоброжелатели, являлся сам статус того, кто прибыл в вимане.
- Вот мы и дома, - едва откинулся пандус сходней, как на него выступила рослая мужская фигура, укрытая свободным походным одеянием, - Можно отдохнуть от перелета и вкусить пищи.
- Я бы не отказался перекусить, - следом за ним, по-кошачьи потягиваясь вышло мохнатое существо, отдаленно похожее на миниатюрного паската, - Перемещения между звездных систем навевают на меня скуку и жутко возбуждают аппетит.
Мужчина откинул со лба плотный капюшон и оглядел место посадки цепким взглядом серых очей с явным металлическим оттенком. Пятачок компактной посадочной площадки, несмотря на свою явную старость, свою функцию выполнял вполне и, судя по отсутствующей траве, обычно стремящейся выбиться между плит, не относился к заброшенным.
- А меня не забывали, - констатировал вновь прибывший, отметив этот показательный признак, - Исправно навещали с проверочными визитами. Все опасаются, что я стану перемещаться по этому миру без их ведома. Ладно, не важно. Можешь располагаться со всеми удобствами, которые сочтешь для себя нужными. Слышишь, Улешка?
Коловерша Улешка повел по сторонам ярко зелеными кошачьими очами, а затем широко зевнул, показав белоснежные клыки.
- Вот так-так, - протянул он с показным разочарованием, - Вот так владения у знаменитого Вида Благослова. Цельный дворец. Или дасский мушенгет. Даже не знаю, как лучше обозвать.
- Не юродствуй, - ухмыльнулся Вид, покосившись на товарища из-за плеча, - У тебя выбор не велик, как ни крути. Хотя, если желаешь, можешь идти в ближайший град и просить более достойного убежища.
- Ага, - показно согласился коловерша, бросив в ответ недовольный взгляд, - Бегу, спотыкаюсь. Вон, - кивнул он в сторону, - Посмотри, хвост мой мелькнул. Это я уже ускакал за удобствами.
Опираясь на большие мягкие лапы, Улешка грациозно сошел с пандуса и, наконец, ощутив твердь, легко встал на задние конечности, став похожим на очень волосатого псевдогоминида. Затем в два больших прыжка нагнал товарища и пошел рядом, внимательно оглядывая окрестности. Прямо рядом с посадочной площадкой располагался сферический жилой модуль, органично вписанный в слегка нависающий край гористого холма, из тверди которого он выглядывал едва ли на треть. На ровной поверхности огороженного маленького дворика, кроме этого лаконичного строения располагалась только прилегающая к нему лужайка, густо поросшая разноцветьем полевых цветов. Приблизившись к участку, Вид легким движением отворил деревянную калитку и обернулся к товарищу с пригласительным жестом, указывая на тропинку из псевдобазальта, пролегавшую прямо через лужайку к дверям жилища.
- Прошу в дом, - коротко сопроводил он свой жест, - Невесть что, но вполне удобно в быту.
- Прямо сказал бы, весьма скромные запросы у моего друга, - вполголоса пробурчал Улешка, первым проходя на тропинку, - Иные нищие побогаче живут.
- Может быть, - пожал плечами Вид, отчего броня его походного защитного костюма звучно брякнула под покровом плаща, - Впрочем, мне другого и не требуется. Скромное жилище на окраине глухих и диких гористых лесов, - его длань протянулась в сторону ярко зеленой древесной стены смешанной растительности, опушка которой располагалась прямо за двориком, - Красивые виды, - указующий перст развернулся в противоположную сторону, где за широкой долиной угадывались многокупольные очертания близлежащего Града Федерации Антардии, - Да возможность искупаться в водах теплого Зелена Моря, - в остаточном жесте длань дернулась в сторону, где за обрывом посадочной площадки угадывалось побережье, щедро озвученное гомоном морских птиц.
- Это да, - нехотя согласился коловерша с тропинки, - В прошлый наш визит в твои пенаты мне понравилось купаться в этой зеленой луже, так как веселее занятия тут не найдешь. Благо еще, что во внутреннем море весьма редко встречается хищная живность…
- Не бурчи, - коротко отозвался Вид Благослав, проходя следом.
На самом деле жилище Вида отвечало всем необходимым запросам, включая возможность привести себя в порядок в баньке походного образца и вполне комфортного спального места как для хозяина, так и для его гостя. Впрочем, называть гостем коловершу следовало только с большой натяжкой, ибо уже пошел второй круголет с тех пор как Улешка стал ему сперва товарищем, а затем и бессменным компаньоном. Так что, привычно перебрасываясь шутливыми замечаниями, прибывшие путешественники занялись домашними делами, перечень которых им был давно известен...
Вечер они встретили перед походным кострищем, которое соорудили в привычном месте за лужайкой, расположившись на деревянных подставках-сидельцах спиной к стене мрачно смолкшего леса и ликом к прибрежному пространству, быстро темнеющему после захода местного желто-оранжевого светила. На потемневший небосвод, вдруг раскрасившийся яркой россыпью звезд, одна за другой разнокалиберным рядком с грациозностью космических тел выскользнули пять местных лун, затеяв свой обычный орбитальный танец.
- Красиво, - произнес Вид, с легкой зачарованностью рассматривая небосвод и узнавая с детства знакомые созвездия, - Смотри, - он поднял длань, нацелив перст в пространство, - Там созвездия Десницы Роси, Коловорота и Летящего Скакуна…
Улешка, в это самое время, всматривавшийся в пляску языков пламени, нехотя дернул головой вверх и растопырив большие остроконечные уши с густой опушкой, бросил в панораму звездного неба мимолетный взгляд.
- Видали и покрасивее, - пробурчал он, возвращаясь к прерванному созерцанию пламени, - И поярче.
- Не грусти, - понял товарища Вид Благослов, - Одиночество – это не всегда самое страшное, что может случиться на жизненном пути. Страшнее терять тех, кто дорог.
Оба замолчали, каждый думая о своем. О чем размышлял Улешка, Вид мог только догадываться, ибо судьбу его товарища легкой не назовешь. Имевший происхождение от одной из легендарных наследных линий своего рода, коловерша причислял себя к отпрыскам одной из общностей, обитавшей во владениях великого правителя Мороза Лютича и даже в каком-то колене роднился с известным в весях Чернышом – компаньоном Мары Белоликой. Однако, несмотря на свое происхождение и родство, Улешка не мог похвастаться более ничем, так как еще в малом отроческом возрасте попал в полон отряда одной из дасских культур, до сих пор враждующих с Ирийским Древом. Сколько и чего он натерпелся, чего избежал и как сумел обрести свободу – то осталось большой тайной, которую коловерша не открывал никому. А известен он стал только тогда, когда прибился к воям дружины Даждьбога Тарховича, первоначально вступив в состав обслуживающего персонала, а затем, показав свою смелость в сложной ситуации - в ряды вспомогательных воев, чья специфика иногда могла сыграть решающую роль в боевых условиях. Однажды, в критической ситуации битвы, маленький смелый коловерша спас жизнь дружинному вою, коим оказался Вид Благослов, выходец земель Антардии. С тех пор между ними установились крепкие товарищеские взаимоотношения…
- Пришел, - вдруг произнес Улешка, не отрывая от огня зачарованного взгляда, - Слышу.
- Давно не виделись, - прокомментировал Вид, слегка сместив угол обзора в сторону, - Соскучился.
Из чащи леса на опушку выступила фигура хищника. Самец антардианской лесной рыси, крупный и сильный, двинулся к ним, поигрывая аляповато-серой и слегка серебрящейся шкурой, однако остановился шагов за десять и властно заурчал, после чего сел на задние лапы, уставившись на коловершу сверкающими глазами, в которых заплясали отсветы близкого костра.
- Смотри-ка, и правда, - слегка усмехнулся Улешка, оборачиваясь к гостю и покинув свое уютное место.
Встав на все лапы, коловерша осторожно направился в сторону рыси, включив в процесс обоняние и шумно вдохнув воздух. Самец рыси ответил тем же, пружинисто приподнявшись и двинувшись навстречу, нервно подергивая длинным, щедро опушенным хвостом. Они встретились ровно на середине того отрезка пути, что отделял их друг от друга, а затем принялись обстоятельно друг друга обнюхивать, осторожно приближая трепетные ноздри и пошевеливая длинными торчащими усами. В заключение, уже приветственно замурлыкав, оба позволили оценить амбре у себя под хвостом, и также степенно разошлись, вполне удовлетворенные ритуалом. Коловерша, по полукружью обойдя старого знакомого, вернулся на свое место у кострища, тогда как рысь снова улеглась на траву, повернувшись к ним прижмуренной мордой.
- Ну что? – как ни в чем не бывало поинтересовался Вид, дождавшись возвращения Улешки, - Понюхал друга под хвостом?
- Много ты понимаешь, - буркнул вполголоса тот, совсем не обижаясь на язвительный вопрос, - Мы братья по крови. Близкородственные виды. И неважно, что разум его развит в разы меньше, а речевой аппарат не способен к универсальному произношению звуков и тонов. Мы прекрасно понимаем друг друга.
- Не спорю, - кивнул Вид, не меняя лукаво-серьезное выражение лика, - То-то в предыдущий раз он тебя исполосовал всего своими когтями.
- Обычное дело, - покосился на «родственника» Улешка, который в это самое время продолжал жмуриться и делать вид, что ему ни до кого нет дела, - Раны заживают, связи остаются.
Вид промолчал. Может так и должно быть. Такова природа биологии паскатов и такова их психология. И не только их. В прошлый свой визит на родину, когда его компаньон только познакомился с миром Асуни, Улешка довольно сильно повздорил с этим самцом, основательно изодрав того острыми когтями и получив весьма достойный ответ. Несмотря на то, что коловерша зримо уступал рыси в размерах, он сумел показать весь свой боевой раж и заставить противника отнестись к себе с уважением. Немудрено, что после такой ожесточенной драки, где оба противника показали себя с лучших сторон, меж ними завязались дружеские отношения на правах полного паритета. Так что, если встать на позицию психологии Улешки, изодранные бока и конечности, некоторые из которых пришлось довольно серьезно лечить – есть лишь путь для установления и укрепления дружбы.
- Вечер задался, - снова нарушил молчание Улешка, дернув усатой мордой в другую сторону, - К нам новые гости. Как по расписанию.
Со стороны посадочной площадки, где пролегала тропа, ведущая ко Граду, замаячил силуэт коренастого мужчины. Он выглядел неясным и колеблющимся в игре сумеречных полутонов, однако Вид Благослав уже знал, кто это такой.
- Здрав будь, Велемир Зоркий, - обратился Вид к гостю, - Проходи. Найдем место для гостя.
Фигура приблизилась к костру. Языки пламени, колеблясь на легком ветру осветили широкий мужественный облик, более подходящий дружинному витязю, чем городскому чиновнику службы правопорядка. Народ антардов, сложившийся в здешних планетарных пределах, по сути выступал сборным сегментарным обществом. Являясь одним из пережитков минувших войн, суть этого народа сложило помесное племя отдельных племенных сообществ померов, жатичей и верзи – уцелевших групп разумных существ после прокатившейся локальной войны одного из ирийских народов с дасским королевством Шамбата. И если наследники культуры жатичей напрямую относились к носителям ирийских жизненных начал, то верзи, напротив, относились к промежуточной ветви псевдогоминидов – звероподов дасского происхождения. Что касается померян – то остатки этой общности, с виду вполне гоминидной, уже изначально несли в себе большую примесь чуждой наследственности. Как следовало и ожидать, подобный коктейль жизненных начал, впоследствии смешавшись в межгрупповых браках, наложил характерную печать на поколения рожденных потомков. И, несмотря на то, что потомство сборного народа развивалось по общему пути развития гоминидов, наследственное начало ирийцев практически растворилось в образовавшейся общности новой цивилизации, лишив ее многих преимуществ и свойств представителей Ирийского древа. В первую очередь способностей развитой ментальности. Так что даже такие особи, как Велемир, отличающиеся физической развитостью и общими характерными чертами праирийцев, оставались носителями весьма усредненного разума с минимальным набором ключевых способностей.
Велемир Зоркий подошел ближе, однако остановился поодаль, с опаской покосившись на отдыхавшую в траве рысь.
- Тоже пришел, - указал он одним взглядом на зверя, - Прикормили.
Коловерша при последнем слови чуть слышно фыркнул, однако возражать против такого суждения не стал. Пусть будет, что прикормили.
- Подходи ближе, - позвал гостя Вид, - Не бойся. Кот не тронет тебя.
- Ничего, - отозвался Велемир, устраиваясь на камне поодаль, - Я уж здесь присяду. Спокойнее. Как жив-здоров, уважаемый Вид Благослав? Какими судьбами здесь? По надобности или соскучился по родным краям?
За простыми словами тщательно укрылась настороженность антардианского сообщества, довольно консервативного в своих устоях и критично настроенных против всего чуждого и непонятного. Федерация Антардии, включавшая несколько близких планетарных систем имела подданство Чертогу Роси и присягала на верность славному Даждьбогу Тарховичу Сварожичу, однако, как племенное сообщество держалась наособицу, не устанавливая с дружественными соседями особо тесных взаимоотношений. Может быть поэтому эта цивилизационная общность так замедлилась в развитии за последние века.
- Соскучился? – Вид поднял на Велемира спокойный холодный взгляд, под которым тому стало неуютно, - Можно и, так сказать. Все-таки, мир Асуни – моя родина.
Ирийская наследственность растворилась в антардах не совсем. Пусть изредка, однако случалось, что в том или ином поколении потомков помесной народности, заселившей планеты федерации, рождались носители с выдающимся набором способностей, ставивших их вровень с представителями собственно ирийского происхождения. Такие индивиды плохо принимались консервативным усредненным социумом, настороженно относившимся ко всем, кто превосходил их в потенциале. В ранней истории Антардии встречались случаи, когда проявившие такие способности становились изгоями и даже могли сгинуть при невыясненных обстоятельствах. Лишь позднее, спустя века, после личного вмешательства правителя Чертога Роси, совершенно случайно проведавшего о подобной практике, явно ведущей к вырождению, установился обычай обязательного сканирования способностей новорожденных с последующим решением о социализации в обществе. Если ребенок проявлял признаки иной ступени развития, о нем докладывали правителю федерации, а затем, по достижению отрочества, отправляли в иные миры, где тот находил себя в сообществе равных. Как правило, мало кто из них затем когда-либо проявлял желание вновь посетить родные миры. Вид Благослав явился исключением из правил, ибо по достижению зрелости и находясь на дружинной службе, изъявил желание обрести свой дом именно на той планете, где когда-то появился на свет. Само собой, что правительство Федерации Антардии настороженно отнеслось к подобному волеизъявлению, однако не посмело отказать дружинному вою, уже тогда познавшему вкус воинской славы. Так что с тех самых пор, Вид Благослав время от времени появлялся в родных местах, каждый раз своим появлением создавая напряжение в умах местных правителей и интерес у простого населения. Особенно у молодежи, жадной до знаний и новостей.
- Хорошо здесь, - добавил Вид, всматриваясь в натянуто благопристойное выражение лика Велемира, - Посмотри, какая тут воля! Мир Асуни, как мало какой еще, подходит для жизни и радости. Потому я снова посетил мой родной край.
- Ну да, ну да, - пробормотал Велемир, покосившись на ватагу новых гостей, вывалившуюся в поле видимости, - Отдых между делами ратными…
Дети… Отроки… Девы и даже юноши на пороге мужской зрелости… Несмотря на негласные и гласные запреты и консерватизм взрослого здешнего общества, все они тянулись к Виду и ловили каждую возможность общения с ним в редкие визиты. А он, давно привыкший контактировать с представителями самых разных обличий и с самой разной биологией, не отталкивал никого, с радостью делясь своими знаниями, впечатлениями и взглядами. Его открытость привлекала всех падких на познание.
- Отдых, да, - согласился Вид, жестом приглашая новых гостей поближе к кострищу, - Только я больше не состою в дружине чертога. Пришло время обрести новую стезю.
«Неужели расскажешь? – сбивчивым мысленным полушепотом обратился к нему Улешка, слегка округлив свои большие зеленые кошачьи очи, - Зачем им знать об ужасах битв с ворогом? Не доставало хвастаться увечьями…»
Не только собственники ирийской наследственности владели даром развитой ментальности. Коловерши, чья изначальная наследственность целенаправленно развивалась вмешательством извне, также, пусть и не вполне, владели пси-составляющей разума. Так что бывшему дружинному вою ныне доставало общаться с Улешкой не только при помощи обычной речи.
Вид Благослав возвратил ему взор с долей укора. Он не собирался ставить в известность кого бы то ни было. Жив остался и за то спасибо светлому тарху, самолично вытащившему его с поля боя. Точнее то, что от него осталось, ибо коварный дракон, сумевший прокрасться с тыла, в жестокой атаке не только разодрал ему могучую спину, но и вырвал часть позвоночника, фактически разделив тело на две непослушные агонизирующие половины. Если бы не сноровка Даждьбога и не его умелые зничи, не потерявшие ни мига драгоценного времени, не дышать бы сейчас Виду Благославу густым и ароматным воздухом Асуни и не наслаждаться каждым движением восстановленного тела.
- Здравы будьте, други мои! – обратился он к вновь подошедшим к его кострищу людям, с силой оторвавшись от смурных мыслей, - Не стесняйтесь. У костра места хватает.
Ответом ему стал нестройный хор юных голосов. Вид проводил взглядом новую компанию молодых людей, отметив про себя нескольких дев привлекательной внешности. Для них он представлял образец женских желаний. Высокий ирийский рост и могучее телосложение, правильные черты мужественного лика. Это с малых лет выделяло его из массы местного населения. Изъяви он желание, любая из них согласится соединить с ним свою судьбу… Нет, обретенная им стезя пока не располагала к обретению семьи и покою среди чад. Может быть позже…Гораздо позже…
- Как ждали мы тебя, дорогой гость! – зардевшись ланитами, с улыбкой обратилась к нему одна из юных девиц, - Всем нам хочется узнать о том большом звездном царстве, что лежит за пределами нашей Антардии…
Велемир Зоркий, по-прежнему сидевший наособицу, повел в сторону девы строгим зраком и та, ойкнув, быстро спряталась за спины подруг.
- Цивилизаций, огромных и могущественных не счесть в пределах доступного сектора Стожар, - дружелюбно улыбнулся Вид Благослав в сторону гостей, не акцентируясь на ком-либо отдельно, - А еще больше историй о них. И совсем не счесть былей о великих правителях, воях и просто мужественных созданиях самой различной биологии…ибо не важна форма существа и его существования…важна душа и дела ее…
Кажется, красноречивое вступление произвело впечатление на собравшуюся публику. Даже строгий Велемир, теперь уже явно обозначившийся для присутствующих, как негласный представитель местной власти, замер, внимая складным словесным оборотам. Немудрено, ибо Виду по рождению суждено производить впечатление на окружающие его разумные создания. Суждено из-за особенностей его ментальных возможностей, позволяющих воздействовать на уровне пси-иллюзий.
Мало кто ныне знал, что уже при рождении ментальный потенциал Вида сразу и однозначно был отнесен к потенциалу касты Бояновой. Способность создавать направленные ментальные визуализации преследовала его на протяжении всей жизни, подспудно подталкивая к доле мастера групповых наваждений. Нестандартный отпрыск косной Антардии, он долгое время сознательно противился этому дару, предпочтя пойти на воинскую службу и стать дружинным витязем. Так продолжалось до последних пор. До той самой битвы, едва не забравшей его жизнь. Да и обстоятельства последней схватки с драконовыми… Коловерша Улешка, подоспевший на помощь с большим опозданием и уже ожидавший увидеть хладный труп боевого товарища, с удивлением застал его, истекающего кровью, у ног большого бронированного королевского дракона, стремившегося добить поверженного противника, но застигнутого иллюзией и оцепеневшего перед своей жертвой. Только эта последняя мера, использованная умирающим дружинным воем, как последнее средство противодействия, позволила выиграть время и разрешить ситуацию спасением. А уже гораздо позже, когда зничи и ведуны тарха общими усилиями благополучно вернули Вида Благослава с пограничья реки душ Смердины, в нем и родилось решение отныне посвятить себя тому делу, для которого он и предназначен.
- Поведай же нам, гость благой, что-либо из историй Ирийского Союза, - вернул его к действительности тонкий голос какого-то отрока в истрепанной расшитой сорочке, - Про великих правителей…
- Просим, - поддакнул из-за спин давешний голосок бойкой девицы, - Очень интересно!
- Так, о ком же? – улыбнулся бывший дружинный вой, - Историй много.
- Давай, про злобную Морану, - порывистым полушепотом предложил другой отрок, поправив на вихрастой голове замызганную шапку-колпак, - Или про Вия…и Чернобога Пекального… Или про других злодеев…
- Так уж и злодеев? – хмыкнув, нарушил молчание Улешка, сощурившись глянув в сторону отрока и словно случайно выпустив из мягких больших лап длинные кривые когти, - Даже не интересно, какими они были на самом деле?
- А Улешка прав, - Вид Благослав на этот раз улыбнулся широко и благодушно, разом притянув на себя внимание слушателей, - Ибо как гласит история и наставляет разум вселенной, среди существ биологической природы не бывает только злодеев и только добрых вершителей, как не бывает чисто белого и чисто черного цвета. Каждый из цветов имеет оттенки и переходные расцветья. Так и любой деятель, вершащий волю звезд, имеет на своем счету добрые и злые поступки, совершает подвиги, либо творит преступления. Вольно или невольно. Разница лишь в побудительных мотивах, стремлениях, да соотношении добра со злом. Так что, друг мой, не существует злой Мораны или доброго Даждьбога, ибо они суть человеческие создания, а не чистая энергия в ее стороннем или потустороннем виде. У них же есть лишь те или иные поступки, совершенные на том или ином этапе вселенского пути…
- Ты не сказал ныне, на какую стезю променял славу воинскую, - вдруг вклинился в беседу Велемир Зоркий, явно пожелав увести ее в иную сторону, - Небось решил податься в купцы, да бороздить дали звездные по делам торговым?
- Уважаемый блюститель порядка Антардии, ты бы сперва посмотрел на то летательное средство, в котором мы с Улешкой прибыли сюда, -с изрядной долей иронии ответил на то ему Вид, - Не задавал бы таких вопросов. А есть я ныне скромный сказитель из касты Бояновой…
Глухой гомон пробежал по рядам слушателей, которых, по всей очевидности, опять прибавилось.
«Только не проговорись, - пришло к нему от верного товарища, - Не стоит».
«Не стану, - уверил его бывший вой, - Им не следует знать.
«…Не вестимы пути кармические, - вспомнились ему вдруг слова Даждьбога Тарховича, произнесенные им в напутствие после благополучного излечения, - Совсем не ожидал я встретить новое воплощение того, кого уже знал при иных временных обстоятельствах. Иди и отныне помни о том, кто ты есть…»
Увечье, полученное им при последней ассе, неожиданно послужило отправной точкой для чего-то нового. Для того, что Виду Благославу еще предстояло узнать на том отрезке жизненного пути, который еще предстояло пройти. Кармические пути… Витиеватые и мало предсказуемые… Путь духовных структур в пространстве и времени… Тем большим потрясением для израненного дружинного витязя стали однозначные выводы тарховых ведунов и зничей, помимо исцеления ущербленного организма сумевших изучить основные составляющие его индивидуальности и ее духовной структуры. Они решительно утверждали, что Вид Благослов, есть никто иной, как следующее кармическое воплощение легендарного Бояна-Сказителя…
- Ну хорошо, - встрепенулся новообретенный сказитель, обернувшись в сторону притихших слушателей, - Раз вы так просите историй, то я готов вам их преподнести. И не про кого-то одного, раз у вас нет единого выраженного желания. А поведаю я вам о том, как творились судьбы народов во временах и весях. А также о тех, кто нашел в себе силы и мужество для великих свершений…
Он решительно приподнялся и вскинулся над кострищем, раскинув в сторону могучие руки и став для слушателей чем-то схожим на большого и мощного горного орла. Голос его, обычно твердый и резкий, внезапно обрел глубину и расплеснулся над слушателями невидимой пеленой, вот-вот грозящей принять материальность и осязаемость. Эта пелена наваждения подобно волне накатила на всех присутствующих, окунув в себя с головой и принеся зыбкие иллюзорные картины космических панорам, могучих межзвездных кораблей и великих витязей, ведущих свои несметные армии к грядущим битвам…
_______________
«Какие бы не бытовали эпохи и миры - всегда находился кто-либо, кто мнил себя сверхспособным представить для других индивидов общества модель устроения собственного видения мира. Модель эта, как правило, несмотря на свой заведомо несовершенный и изрядно усеченный вид, обычно подавалась, как абсолютное знание, под этим соусом преподавалась не одному поколению, пока не рождался иной светоч науки, который находил в себе силы и научное воображение, способное, как минимум, изменить устаревшее знание. Так же, как правило, обстояло дело и с познанием устройства галактики, содержащей в себе мириады различных миров со своими законами и особенностями устроения. Столь великое образование жило по правилам, законам и устроению, часто непостижимым ограниченному, пусть и развивающемуся разуму любого индивида. Оно имело свою сложную структуру и свое строение границ, что подразумевало существование отдельных локальных областей в естественных границах…
Этот, отдельно взятый сектор обширных просторов галактики Стожар, в общем-то, не особенно отличался от иных. Просто одна из областей галактического пространства, вмещавшая определенное количество звездных территорий, условно ограниченная в пространстве и подчиненная общим законам галактического устроения. С самого момента становления этой структуры, в секторе складывалась и развивалась своя особенная жизнь, сменялись формации цивилизаций. Появлялись и проходили свой путь от расцвета до вымирания различные биологические структуры, появлялись и исчезали создания, тщащиеся себя идеей стать венцом процесса глобального развития. В свой черед, окружающее сектор пространство также иногда выдавало образчики биологических форм, нашедших возможность для своего распространения путем блуждания в галактических весях. Именно таким путем однажды из глубин космоса в сектор пришла новая формация, коей оказалось суждено сыграть свою роль в этом бесконечном спектакле великих Стожар…
Сектор, надежно локализованный космическими пустошами, давно, по всей вероятности, со времен первичного расширения галактики не знал пришельцев извне. Шли тысячелетия, сменяя друг друга, а у возможных переселенцев, равно как и у коренных обитателей сектора, пока не находилось средства для преодоления громадных пространств. Те немногие, кто отваживался на подобное в обе стороны, бесследно гибли в пучине межзвездного пространства, так что по прошествии целых эпох зона космических пустынь стала считаться непроходимой.
И все же, однажды случилось так, что со стороны одной из мертвых зон пространства, нежданная, как судьба, показалась великая армада Переселения, вышедшая из белого сияния внепространственного пути прямо пред одним из окраинных миров. То была колониальная армада двух великих народов, искавших обретения новой родины для себя и своих отпрысков.
Цивилизации, доселе обитавшие в этом кусочке великой галактики, погрязшие в бесконечных междоусобных войнах, однозначно восприняли пришельцев как угрозу. Однако флот прибывших народов Аори и Сваги оказался неожиданно силен, легко отразив атаку объединенных сил аборигенов сектора. А вскоре, за первой армадой этих народов прибыли еще две, заставив трепетать даже самые сильные из коренных цивилизаций. И тем более стало неожиданностью то, что затем, неожиданно для тех, кто только что на них напал, переселенцы великодушно предложили мир на равных условиях при том условии, что для своих народов они получат самые неудобные для заселения звездные системы…
Великодушие было не в чести у коренных цивилизаций. А потому те посчитали предложение проявлением скрытой слабости и, тщась уничтожить пришельцев под корень, принялись готовить силы для новой глобальной войны.
Войн потом действительно произошло еще много. И многие миллиарды живых существ пролили свою разноцветную кровь, защищая интересы своих культур. Однако же это не помешало потомкам Аори и Сваги надежно закрепиться на полученных территориях и выстроить на них нерушимый рубеж, который не смог преодолеть ни один агрессор. Коалиция этих двух древних архицивилизаций дала начало могучему территориальному образованию, в коем сплелись судьбы многих родственных гуманоидных племен и народов.
Впрочем, вливание в сектор по временным меркам произошло далеко не сразу, ибо для того, чтобы заявить о себе, требовалось сперва занять некий ареал, способный послужить точкой отсчета новой цивилизации. Избрав для себя этот путь, переселенцы стали заселять обособленную полосу заброшенных миров на самом краю сектора, по разным причинам не приглянувшихся коренным обитателям, оставаясь изолированными от иной разумной жизни сектора. Этот период занял не одно тысячелетие, однако по истечении отпущенного срока там, где некогда существовали дикие и необжитые миры, вырос мощный форпост новой могущественной цивилизации. Так образовалось великое цивилизационное новоустроение, позже получившее название Ирий и объединившее родственные гуманоидные народы одним общим наименованием. На изначально голых каменных планетарных образованиях, ледяных астероидах, в атмосфере газовых гигантов и, порой, просто в открытом пространстве возникли гигантские Светлые Грады, населенные потомками первых переселенцев. Так продолжалось на протяжении тех далеких тысячелетий, число которых осталось сокрытым за пеленой минувшего.
Конгломерат пришлых народов также развивался. Спустя тысячелетие с момента окончания первого глобального переселения, космическую пустошь смогли преодолеть корабли титанидов - еще одной гуманоидной ветви цивилизаций, родственно близких биологии гуманоидов Аори и Сваги. Но способ передвижения некогда огромного флота этого народа технически уступал предшественникам, уже успевшим образовать праирийскую цивилизацию. Оттого, изначально не уступавшая по численности первоприбывшим, в результате неминуемых потерь при пересечении мертвых пространств армада кораблей титанидов уменьшилась до группы немногочисленных флотилий с изможденным от долгого перелета народом. Учитывая уровень гостеприимства коренных цивилизаций, остаткам могучего племени грозило бы полное истребление, но вмешался могучий покровитель в лице потомков Аори и Сваги, радушно принявших под крыло родственный им гуманоидный народ. Так в результате сформировался племенной костяк будущей сверхцивилизации, ставшей отправной точкой для дальнейшего развития истории в отдельно взятом сегменте галактики Стожар».
Книга 1.
Глава 1. Дверь в неведомое.
Звездная система Локо-Моро, планета Даботан. Временной период второй половины Войн Раздора.
Просторный туннель из черного, антрацитово отблескивающего камнеподобного материала, слабо освещенный уходящим вдаль длинным рядом тусклых точечных светильников, показался неизмеримо длинным и гулким, далеко вдаль разнося все звуки и шорохи.
- Удивительная звукопроводимость! – невольно восхитился Витул Дерзкий, оживленно озираясь вокруг, насколько позволяли зрительные рецепторы его боевого шлема, - Странная звукопроводимость. С чего бы это? И атмосфера здесь разреженная, и состав ее – отвратительная смесь газообразных ядов… Удивительно…
Для отпрыска Вышеня Неистового, появившегося в пределах этого места едва ли получас назад, окрестности действительно показались чудными.
- Скорее всего, это свойство сооружения, - звуковая система связи озвучила в ответ грубый голос его спутника, слегка исказив в полутоне, - Эти каменные с виду стены…они не каменные…какая-то смесь живой и неживой материи. Странный материал со странными свойствами и переменными энергетическими сигнатурами. А атмосфера… Скорее всего она предназначалась для существ с другим метаболизмом и другой биологией… По крайней мере, с иным принципом дыхания.
Как бы в подтверждение его слов в темном углу ближайшего закоулка закопошилось какое-то непонятное мелкое существо, затем замерло, словно пойманное с поличным, а после метнулось к ближайшей стене, нелепо, почти по паучьи перебирая корявыми конечностями, чтобы потеряться на ее фоне, то ли слившись с поверхностью, а то и (что не исключено!) пройдя сквозь нее.
- Не обращай внимания, повелитель. Такие твари здесь нередки и не несут угрозу. Какая-то форма жизни, похожая на падальщиков.
Витул обернулся к слуге, внимательно разглядывая. Скипер, прозванный Зверем, продолжал удивлять его, ибо внешний облик этого создания и глубина его разума даже с первого взгляда создавали меж собой глубокий диссонанс. Он выглядел диковинным существом, ростом со среднего титана второй современной формации, но внешне напоминал дикую смесь гоминида и разумного тельца с дополнительным набором внешних особенностей, придающих ему вид мощного свирепого зверя. В общем-то, Скипер и прослыл таким – жестоким и яростным, чем снискал себе славу берсерка, совершенно неукротимого в жарких и кровавых ассах разбушевавшихся Войн Раздора. Тем не менее, при всей этой свирепой наружности, Скипер-Зверь обладал странно устроенным разумом, выводившим его далеко из ряда обычных воев. А уж если учесть великую склонность к глубокому анализу и живой ум исследователя…
«Мой сын Вий, несмотря на юность весьма удачлив, раз сумел так подобрать комбинацию жизненных начал при создании этого существа».
Несмотря на свой десяти тысячелетний возраст, Витул, представитель последнего поколения сынов Вышеня, все еще относил себя к молодым отпрыскам потомков срощенного древа Аори и Сваги, что прибыли в этот сектор галактики Стожар чуть менее ста тысяч лет тому назад. В общем-то, считал он так вполне обоснованно, так как у родителя его имелось в достатке старших отпрысков, по отношению к возрасту которых Витул Дерзкий, прозванный Чернобогом из-за смуглости лика и черной растительности на лике, действительно считался еще юношей. Может именно поэтому, в силу своих лет, он остался обуреваем желаниями, амбициями и авантюризмом, что так часто побуждали на риск. Именно эти качества характера сейчас гнали его вслед за Зверем по странному туннелю, ведущему неизвестно куда и таящему в себе неизвестно какие опасности.
Туннель оказался неожиданно длинным, петляя и изворачиваясь подобно гигантскому змееподобному существу. Создавалось впечатление, что он нескончаем, уходя в неизмеримую даль. Витулу захотелось скорее преодолеть этот извилистый путь, попробовать где-то свернуть и найти дорогу покороче, но благоразумие настойчиво подсказывало набраться терпения и идти по нему в надежде на благоприятное окончание пути.
- Стоило бы заранее позаботиться о каком-нибудь техническом средстве передвижения, - не сдержавшись, высказал он вслух накопившееся недовольство, - Слишком долгий путь.
- Не думаю. В этом месте технические устройства работают непредсказуемо, - спокойно отозвался Скипер, печатавший тяжелый шаг рядом со своим господином, - И зачастую быстро выходят из строя. Здесь все устроено так, чтобы попавший в эти пределы случайный гость остался здесь навсегда. Неведомые существа, сотворившие этот древний объект, спроектировали его таким образом, что тот, кто не знаком с его устройством, неминуемо отправится блуждать по этим туннельным лабиринтам и погибнет.
- Это полностью рукотворный объект? – оглядываясь, поспешил уточнить Витул, - Если так, то для чего он создан? Я подозреваю, что туннельный лабиринт всего лишь мера предосторожности и защиты. Но от кого?
- От таких, как ты, господин, и я, твой слуга, - ухмылка Скипера не проступала сквозь глухую защиту боевого шлема, однако ощутилась вполне явно, - Данные первичного сканирования оказались довольно приблизительны и искажены непонятным полем объекта, и если судить по ним, то это макротело, имеющее объем средней планеты, представляет собой только основательно запутанный клубок туннельных лабиринтов. Однако, близкое изучение мной этой структуры позволило утверждать с достаточной достоверностью, что здесь встречаются области свернутого пространства и действует что-то вроде портального сообщения. Так что объект определенно стоит того, чтобы обратить на него пристальное внимание и изучить в достаточной мере.
Витул снова скептически осмотрелся через визион шлема.
- Стоит ли, на самом деле, тратить на него время? Пока для меня это место лишь одно из сотен подобных, что остались от предыдущих цивилизационных формаций…
- Господин мой, это только до того момента, пока я не покажу тебе древний ритуальный зал, - титаническая фигура Скипера остановилась и взмахнула одной из конечностей в сторону, - Здесь! Мы почти на месте.
Несмотря на свой немалый рост, Зверь легко скользнул в сторону и привел в действие механизм, скрытый где-то на поверхности антрацитовой стены. Отозвавшись на легкое прикосновение, поверхность, прежде казавшаяся каменным монолитом, подернулась подобием ряби, и обрисовала фигуру бокового прохода.
- Идем, - позвал Скипер и первым прошел туда, прямо сквозь рябь, сразу скрывшись из виду.
Витул ступил следом и сразу испытал странное ощущение, схожее с ощущением полета. Как будто проход являлся не просто дверью между помещениями.
- Здесь достаточно необычный переход, - пояснил Зверь откуда-то спереди, - Такое ощущение, что это скрытый портал, переносящий достаточно далеко от места входа. И подобные механизмы здесь встречаются достаточно часто.
Чернобог смолчал, настороженно ступая следом. Ничего не оставалось, как довериться своему проводнику, ибо тот уже успел потратить не менее года на то, чтобы получить об этом месте хотя бы поверхностное понятие.
- Не волнуйся, мой господин, - словно услышав его мысли, произнес Скипер-Зверь, - Пользуясь очередным перемирием воюющих сторон, я провел в этой системе достаточное время и потерял при обследовании объекта три отряда опытных бойцов. Этих потерь хватило на то, чтобы стать вполне осведомленным в общем устройстве объекта. Хотя бы настолько, чтобы избежать смертельной опасности здешних защитных механизмов. Потребуется потратить неизмеримо больше времени, чтобы понять суть и структуру для дальнейшего эффективного использования, однако я готов и на это. Слишком великое знание вложено в него, чтобы пренебречь возможностью постижения. Я чувствую это.
В этот момент громоздкая фигура слуги отодвинулась в сторону, позволив Витулу Дерзкому увидеть помещение, в котором они оказались. Впереди виднелся просторный зал несимметричной архитектуры, более всего формой, напоминавший гнездо гигантских змей, бивших о стены мощными телами и, тем самым, оставивших на них глубокие оттиски. В глубине зала располагалось непонятное сооружение, более всего напоминающее огромную когтистую лапу, на семи сочленениях, на которой повисло густое подобие толстой паутины.
- Что это такое? – коротко спросил Чернобог, кивнув в сторону странной конструкции.
- То, что я и хотел тебе показать, мой господин, - склонил Скипер рогатую голову, - На мой скромный взгляд, ради этого стоило сюда прийти.
Вблизи сооружение оказалось больше, чем Витул это представлял вначале. Стоя на массивном постаменте, оно, мерещилось подобием гигантской драконьей лапы и тяжко нависало над посетителями, грозя прихлопнуть их, словно мелких гадов.
- Когда-то здесь произошло что-то похожее на сильный взрыв, - задумчиво высказал предположение Чернобог, внимательно осматривая место, - Каменный постамент вылизан мощным энергетическим воздействием и изрядно потрескался. И конструкция, кстати, основательно искорежена.
При более детальном рассмотрении он выявил еще больше следов разрушений. Сама конструкция, издали показавшаяся подобием застывшей конечности гиганта, очевидно на самом деле изначально выглядела как несимметричная замкнутая фигура, часть которой оказалась утеряна по причине внешнего агрессивного воздействия, произошедшего очень давно.
- Посмотри, - Витул указал на сооружение, - Ничего не напоминает?
Скипер-Зверь, по всей очевидности упустивший особенности внешнего вида сооружения, озадаченно замер пред ним.
- Думай образно, - подсказал ему Чернобог, указав перстом, - Композиция явно похожа на схему звездных координат, обозначающих границы некой древней цивилизации. За завесой долгих времен эти координаты, безусловно, давно изменились, однако ранее эта конструкция могла служить точной картой созвездий, входящих в единую, живущую по общим законам агломерацию. Могу поклясться, что в эту схему, как минимум, ранее были включены территории Драконьих и Нажьих миров. Воистину, то была великая империя!
- Похоже на то, - осторожно согласился с ним Зверь, отступив на шаг, - Но что же это за остроносое образование, что расположено в центре разрушенной композиции?
Витул также отступил назад, ломая голову над загадкой. Черная игла, исходившая, казалось, из ниоткуда, ориентированная из предположительного центра схемы, выполненной в виде сложной когтистой свастики, и нацеленная в сторону того, кто стоял пред сооружением, действительно казалась не принадлежащей композиции, и функция ее оставалась непонятной. Сама же свастичная фигура, изображенная туманным напылением среди разнокалиберных блестящих точек, выглядела до боли знакомой. Точно!
- Это почти точное изображение здешней звездной системы, названной на некоторых картах Локо-Моро. Сложная система из трех близкорасположенных и активно влияющих друг на друга солнц, вокруг которых обращается по различным траекториям четыре десятка полноценных планетарных тел. Объект Даботан, в недрах которого мы находимся, обретается прямо в середине зоны стабильного тяготения системы и, судя по всему, является центром некой объединенной системы… Вопрос – чем объединенной?
- Скорее всего, на территории былой империи действовала стабильная портальная система коммуникаций для перемещений, - предположил Скипер из-за спины, - Такое встречается у дассов. Выгодно и удобно. Отпадает необходимость регулярных межзвездных полетов и огромных затрат на транспортировку ресурсов…
- Возможно и логично, - не стал спорить Чернобог, продолжая рассматривать композицию, - И если она хотя бы частично работает…
Вероятно, что, увлекшись, он подошел излишне близко, безо всякого умысла встав прямо на пятачок у сооружения, покрытый неведомыми письменами и знаками. Однако конструкция словно ожидала этой неосторожности, чтобы прийти в действие. На острие черной иглы неожиданно набухла кроваво светящаяся капля неведомой энергии и, сорвавшись, ударила смуглый лик Витула прямо в чело через лицевую защиту шлема…
«Наконец-то!!! – ментальная сфера эфира принесла ему то ли слова, то ли ощущение.
Чернобог больше не ощущал собственного веса. Его собственный дух, словно воспарил, поднявшись над телом куда-то в пространство, неожиданно просветленный способностью увидеть и понять то, что ранее обреталось далеко за границами восприятия.
Конструкция, несмотря на критически ущербное состояние, все еще функционировала в какой-то части. Подпитываясь из неведомого источника и выступая в роли посредника, она, пусть и с трудом, оказалась в состоянии связать сущность Витула с чем-то темным и огромным по ту сторону…
«По какую сторону? – задался вопросом он, однако так и остался в неведении.
Впрочем, определенные понятия и смыслы ему стали доступны уже сейчас. Что-то огромное и неизмеримо мощное давно ожидало, когда в пределах его досягаемости появится достойный разум…
«Достойный разум… Что означает достойный?»
Очевидно, предполагался разум с сильной ментальной выраженностью. Чернобог вдруг постиг, что Скипер-Зверь уже побывал на его месте, и огромное сознание из другой ипостаси бытия также попыталось связаться с ним, постучавшись во врата его «эго». Но наткнулось на монументальный и начисто лишенный ментальных способностей разум. Может оттого, потусторонняя сила через подсознание Зверя потребовало, чтобы он привел сюда кого-то еще.
«Кто ты? Что ты такое? – спросил он у темноты, щупальца которой силились пробиться к нему через устройство конструкции.
Витул ощутил извне приток силы. Силы сумрачной, однако клокочущей от сокрытого в ней потенциала. Она насыщала его организм, усваиваясь в клеточных подструктурах. Однако то было еще не все. Не весь потенциал. Не тот, каким соблазнял спрут по другую сторону… Темнота неистово билась волнами, не в силах пробить какой-то незримый барьер. Лишь какие-то отдельные темные сгустки, словно капли, смогли просочиться через эту мембрану, темным осадком покрыв структуру души, что, судя по всему, для могущественной сущности виделось недостаточным. И тогда Чернобог постиг, что конструкция, чем бы она ни являлась, повреждена намеренно. Повреждена давно и умело, навсегда исключив возможность проникновения великой темной сущности в структуру светлой реальности, где сейчас находился он сам. Чувство невольного сожаления посетило Витула, ибо, как чуяло его существо, непосредственный контакт с тем, что оставалось по другую сторону барьера, сулил запредельное могущество.
Словно уловив мысли Чернобога, из-за барьера в его сознание торопливо хлынули видения и образы. Отброшенное во времени далеко назад, его сознание узрело неведомых разумных существ никогда не виданного прежде племени. Трехрукие и трехногие, эти создания более всего походили на некую помесь арахнидов с птицеобразными и отличались звездолучевым окостенением верхней части худого и скуластого черепа. Неведомое племя ведало в науках и добилось в них такого прогресса, что вплотную подошло к пониманию сути бытия, в котором оно обреталось. Дойдя до самого края реальности неведомый народ попытался заглянуть в эту суть вещей и разгадать законы существования галактики и самой вселенной…
Зачарованный, Витул продолжал напряженно следить за мельканием сменяющихся образов… Неведомый народ создавал великую и едва ли не всесильную империю, территории которой расползлись затем едва ли не весь сектор пространства. Властвуя над этими громадными пределами, представители выдающегося племени обрели невиданные знания, силу и власть, так что скоро стали уподоблять себя богам. Пред взором разворачивались древние звездные карты с обозначением великих имперских границ, в сердце которых вихрилось свастичное образование звездной системы нынешней Локо-Моро…
Древним существам показалось мало того величия, которого они достигли. Жаждая обрести что-то еще, они посмели заглянуть туда, куда этого делать не стоило. За границу реальности, где под многоуровневыми подструктурами пространства покоилась подпространственная полость, содержащая глобальный мыслящий темный разум. А встретившись с ним лицом к лицу, возгордившийся народ сокрушенно пал пред его вселенской мощью, отныне ею порабощенный и управляемый.
В силу бытийного устроения и основных правил существования плоскостей материи, разум подпространства фактически не имел и малой возможности единолично ворваться в пределы светлой ипостаси бытия. Однако он мог и хотел обрести контроль над ним через симбиоз с одной из мыслящих культур. От такого симбиоза каждая из сторон получала что-то свое. Раса существ, чья основа жизни видоизменялась через взаимодействие с темной энергией подпространства, получала неограниченные силы и способности, равных которым не имелось в существующей мерности. Однако, на деле так происходило далеко не всегда, ибо сумрачная мощь преобладала, вела себя как хищный паразит. Подчиняясь чудовищной потусторонней мощи, пораженные ею, некоторые из видов разумных созданий вымирали, либо попадали в унизительную зависимость целыми цивилизациями. Взамен, разум темной сущности, как правило, получал власть над доступными структурами бытия, ибо стоял выше над избранным им племенем и всецело управлял его деятельностью…
Но пришел момент, когда власть разумной темноты достигла предела, за которым родилась и зримо окрепла адекватная сила противодействия. Так заложено в устроении вселенной, где противоположности должны уравновешиваться. Витул так и не уловил, пришла ли эта сила извне, или родилась на обломках почивших древних цивилизаций. Он понял лишь то, что в определенный момент истории эта сила встала на пути темных правителей, окрепла и затем смела их формацию, обратив в прах. Полыхали адским огнем разрушаемые миры, свершались космические битвы глобальных флотов, унося мириады жизней, стирались в прах целые системы. Пламя возмездия настигло и центр былой вседержащей империи, распылив на многие сотни световых лет прежде цветущие миры. Лишь свастичный силуэт некогда центральной системы сумел каким-то чудом сохранить свои общие черты меж руин прежней суперцивилизации, хотя и здесь шквалом пронеслась разрушительная война. Остатки племени прежних правителей империи, фанатично преданного своему темному богу, оказались истреблены, а все, что могло помочь каким-либо последователям в попытке нового темного симбиоза, оказалось разрушено. Была взорвана и конструкция симбиотического совмещения, останки которой сохранились в рукотворном объекте свастичной системы из тридцати миров…
Способность ощущать тело вернулась не сразу. Какое-то время Витул Дерзкий беспомощно валялся в центре концентрической площадки, наблюдая застывшую позу удивления в лице Скипера-Зверя. Тому, напрочь лишенному ментальности, никогда не понять, что пережил его хозяин за время пребывания в отключке.
«А сколько прошло? – задался вопросом Чернобог, делая первые попытки пошевелиться, - Миг? Часть? Доля? Час? День?
Тело, к которому возвращалась способность движения, заныло тянущей болью. Он с легким стоном повернулся набок и подтянул конечности в попытке подняться.
- Господин! С тобой все в порядке? – оживился Зверь, - Ты так неожиданно упал…
- И ты до сих пор не помог мне? – сдерживая вспыхнувшую злость, почти прошипел Витул, повернув чело к подручному.
- Все произошло быстро, - развел всеми четырьмя верхними конечностями озадаченный Скипер, - Я подумал, что ты оступился.
Значит, времени прошло совсем немного. Не верилось, ибо пред очами Чернобога только что пролетела целая эпоха. Впрочем, если разобраться, все субъективно…
Он ощутил, что силы вернулись. Более того – их стало гораздо больше. Темная энергия напитала каждую клеточку организма, подарив ему новое ощущение жизни. Теперь он видел и понимал на несколько порядков лучше, чем раньше, ощущал то, что ранее оставалось за пределами разума. Новый спектр зрения позволил увидеть темные завихрения энергии, теперь витавшие в его ауре. Такие же он заметил в ауре своего слуги.
- Ладно. Пусть будет, что я оступился, - Витул Дерзкий поднялся и сошел с площадки, - Не важно. Думаю, что можно отправляться назад. Все, что было нужно, уже мне известно, Зверь.
- Но…- очевидно, Скипер хотел возразить, однако Чернобог жестом приказал ему замолчать.
- Полно, - приказал он тоном, не терпящим пререканий, - Я только что постиг устройство здешних миров и подскажу тебе, как освоить их, не теряя новые отряды бойцов. Твоей задачей станет лишь освоение этих брошенных земель в наших общих интересах.
Темная структура в ауре слуги указывала на то, что тот, пусть не постигнув сути, также отныне пропитан энергией подпространства. Это означало только то, что преданность Зверя своему господину будет крепнуть, пока не превратится в зависимость. Откуда он это знает, Чернобог пояснить бы не смог. Знание просто просочилось сквозь барьер, впитавшись в синапсы.
«Хорошо, что конструкция симбиоза не функционирует так, как ей должно, - понял он с запоздалой опаской, - Иначе, скорее всего, мой разум также оказался бы полностью во власти воли преисподней без шанса на собственную. По мне так лучше иметь простор для собственных решений. Пусть остался доступен лишь малый источник темной энергии. Это тоже преимущество, так как дает определенные перспективы постепенного усвоения и накопления сумрачной силы. Итак, решено - брошенная цитадель былой сумрачной мощи снова оживет в моих интересах и станет отправной точкой для создания собственной могучей империи. А Скипер-Зверь, так жаждущий раскрыть все здешние секреты, станет здесь наместником и изыскателем, заодно охраняя рубежи. Со временем будущий правитель грядущей империи поставит сюда на правление одного из своих сыновей, Скипер же станет ему верным слугой. Решено!»
Он скосил око в угол помещения, где знакомо закопошилось темное колченогое существо. Несчастное существо, случайно забредшее в эту систему порталов из внешних миров, да так и оставшееся в этом гулком сплетении тоннелей, пропитанных зловредным сумраком. Теперь сын Вершеня знал, как воздействует это место на все живое, принадлежащее светлой стороне бытия. Этот сумрак, насыщенный темными свойствами преисподней, проник и в это случайное создание. Возможно не сразу, с ходом многих лет, он впитался в эту сущность, подспудно изменил ее, обменяв многое из первозданной физиологии на способность усваивать темную энергию для обеспечения собственной жизнедеятельности. Безвозвратно мутировавшее до неузнаваемости, эта тварь теперь осуждена на то, чтобы бесконечно скитаться по пределам странного и жуткого места. Впрочем, такое соображение не расстраивало нового владыку Даботана. Место просто демонстрировало свой потенциал.
- Пойдем, Зверь, - Витул Дерзкий довольно улыбнулся под лицевой защитой шлема и, поманив за собой слугу, отправился к стене зала, отливающей бликами антрацита.
Достигнув ее, он остановился и (спасибо подсказкам темного разума) легко нащупал скрытый механизм. Стена пришла в движение, образовав сумеречный проем.
- Пойдем, - повторил он своему изумленному спутнику, проходя первым, - Здесь путь ближе. Незачем нам ходить кругами.
То, что не для чужих глаз.
Где-то на краю галактического сектора. Приблизительно в то же время.
Космическая пустота, доселе не нарушаемая никем и ничем, вдруг вспучилась слегка белесым эфирным пузырем, из дымки которого выплыл птицеобразный силуэт небольшой разведывательной виманы, принадлежавшей к ирийскому звездному флоту и несущей на обшивке орнамент девятеричного креста. На первый взгляд точка выхода корабля в обычное пространство выглядела случайной, так как по ближайшим координатным ориентирам не наблюдалось ни одного сколь-нибудь важного космического объекта, способного привлечь внимание развитых созданий. Однако в данном конкретном случае важен был сам ракурс, с которого, пусть и в некотором отдалении, но предельно четко открывался вид на довольно юную окраинную планетарную систему тройной конгломерации близко расположенных звездных образований. Юная система не имела собственного названия, располагалась несколько наособицу от густонаселенных миров сектора и выглядела совсем не обжитой, но при этом именно она привлекла внимание исследовательского корабля (если быть точнее – искусственного интеллекта корабля, постоянно ощупывающего материальную составляющую окрестностей сотнями различных сканирующих систем).
Факт отсутствия в системе разумного населения искусственному интеллекту виманы был по всей очевидности известен, ибо автоматическая система исследования даже не запускала биосканеры. Вместо этого, по достижении некой исходной точки пространственных координат, автоматика принялась скрупулезно изучать данные астрономических величин, эклиптику и основные характеристики планетарных земель, пригодных для дальнейшего освоения. Отрабатывался, в принципе, вполне заурядный алгоритм сбора первичной информации, свойственный всем разведывательным аппаратам, которые, возможно, побывали в этих местах до него. За одним исключением. Вимана принадлежала к совершенно особенному отряду разведывательных кораблей цивилизации Ирийского древа, и несла в своем устройстве ряд совершенно уникальных подсистем, изучавших свойства особенных структур космического пространства. Эти подсистемы функционировали параллельно основным, подстраиваясь под их активность, чтобы не вызывать какого-либо нездорового интереса у гипотетически вероятных конкурентов.
Летательное средство дрейфовало в точке появления на протяжении нескольких стандартных космических недель, полностью заглушив основную двигательную установку и бортовую сигнальную иллюминацию. Могло показаться, что корабль находится в спящем режим, если бы не исследовательский модуль, продолжавший функционирование на пике возможной активности. А по истечении этого времени вимана вдруг ожила, запустив маневровые двигатели, и неторопливо двинулась в сторону изучаемой системы. Разведчик и в дальнейшем не проявил ненужной суеты, мудро выбрав свободную траекторию, сходную по характеристикам с траекториями кочующих космических тел, оттого со стороны вполне мог сойти за рядовой астероид, движущийся свободно, целиком по воле случая и гравитации.
Безусловно, на самом деле, случайной эта траектория не являлась. Минуло несколько стандартных месяцев, прежде чем вимана набрала необходимую скорость и вошла в пределы системы, постепенно выравнивая курс в сторону газового гиганта – красновато-коричневого объемного шара с широким поясом из нескольких астероидных колец и роем из пары десятков орбитальных спутников разной величины, располагающегося на шестой по счету планетарной орбите. Затем скорость плавно возросла до уровня максимально до световой, сделав корабль по полетным характеристикам максимально похожим на небольшую комету, десятки которых бороздили пределы этой системы.
Оказавшись в окрестностях газового гиганта, вимана выждала нужный ей момент и запустила вперед, один за другим, полтора десятка золотистых шарообразных зондов, которые цепочкой потянулись к одному из колец гигантской планеты. Средняя скорость аппаратов постепенно увеличивалась, а сама цепочка изрядно растянулась, издали походя на брошенное в пространство ожерелье из блестящих горошин.
Постороннего интереса к деятельности корабля сверхосторожный искусственный интеллект за все это время так и не выявил. Космос молчаливо взирал за хитрыми маневрами таинственного пришельца, очевидно так и не придав ему значения. Скорее всего, именно поэтому автоматика, сопоставив возможные риски, впервые за все время отбросила прежнюю вкрадчивость действий и задействовала маршевые двигательные системы, резко увеличив и без того большую скорость. Совершив несколько стремительных перемещений, вимана на вираже обогнала и оставила далеко позади вереницу собственных зондов, затем достигла ведомой только ей точки на краю внешнего астероидного кольца, где и зависла без движения, в то самое время, как золотистые шары, бликующие в лучах двойной звезды, постепенно подплывали к месту новой остановки разведчика.
А потом случилось нечто непонятное. Достигнув точки назначения, зонды вдруг стали пропадать из виду один за другим, словно неведомая сила стирала следы их присутствия в пространстве, пока не удалила до единого. Только после этого птицеподобный силуэт виманы ожил серией сигналов бортовой иллюминации, а затем выдал в эфир внушительный пакет зашифрованной информации. После этого, исполнив в этой партии свою роль до конца, корабль легко, словно гонимая ветром пушинка, сорвался с места и, совершив маневровый кульбит, также устремился к месту пропажи зондов, где в свою очередь растворился без следа.
Могло показаться, что весь этот длительный инцидент остался не известным ни одной живой душе. Но так казалось лишь на первый и неискушенный взгляд. В тени одного из планетоидов-спутников, круживших вокруг газового гиганта вдруг пришло в движение ранее дрейфующее каменистое тело, которое, вскоре сбросив экран маскировки, оказалось в обличии боевой виманы. Приняв предназначавшуюся ей от разведчика информацию, корабль сорвался с орбиты и на ходу совершил нырок в подпространство, напоследок блеснув в лучах сдвоенного светила цветным орнаментом Рода Первородного на крылоподобных сегментах.
Глава 2. Когда мнится величие.
Пояс Нажьих миров. Звездная система Цимок, планета Навения.
Скипер-Зверь избирал странные миры для своего обитания. Может то сказывалась генетически заложенная программа. Кто знает. По крайней мере, все те земли, что закреплялись им за статусом собственной цитадели, обязательно несли в себе признак особенного устроения и непохожести на обычные обитаемые пространства. То были миры аномальных биоценозов необычайной красочности и, как правило, необычайной опасности, способной выражаться в самых, казалось, обычных вещах. Например, именно такой слыла планета Навения, с первого беглого взгляда чудившаяся обычным зеленым миром с изобилием рек и болот на громадном континенте, протяженностью на всю планету. Однако так казалось лишь на тот случай, когда этот взгляд не успел пробраться за горизонт. Второе, более внимательное рассмотрение, сразу отмечало, что по всем признакам планета относилась к классу старых земель, когда-то давно проживших достаточно бурную жизнь и теперь существующих лишь по инерции. Даже на том зеленом лике планетарной поверхности, что теперь всегда пребывал повернутым к яркой желтой звезде, довольно явно проступали старые шрамы гигантских гравитационных ударов, озера основательно заросших взрывных кратеров и серые проплешины повышенной радиационной активности, мешающей развитию любых растительных и животных форм.
«Здесь когда-то давно прогремела большая война, - подумал Чернобог Пекальный, наблюдая основательно подернутый облачностью лик планеты через панорамный экран виманы, - Большая и очень лютая. Однако, настолько древняя, что упоминаний о ней не сохранилось…Разве что…у меня…и…моего сына…и то, только потому, что нам позволили это узреть…»
Впрочем, даже этот искореженный лик не шел ни в какое сравнение с картиной, становившейся доступной взгляду того, кто хоть раз пролетал над частью планеты, никогда не освещаемой светилом. Как это сделал сейчас темный владыка, специально задавший посадочный маршрут таким образом, чтобы совершить облет Навении по низкой планетарной орбите. Едва только летательный аппарат преодолел границу освещенности, как в панораму экрана, слепя, сразу заглянула полная чернота, характеризующая резкий безадаптационный визуальный переход, а затем, по мере прояснения видимости, открылась картина убитого постапокалиптического темного иномирья, заменившего собой обычный вид ночной планетарной поверхности. И даже более. Поверхности более не наблюдалось ввиду того, что древняя война унесла с собой добрую четверть планетарного тела, оставив в нем жутко зияющую выщерблину колоссального масштаба глубиной едва ли не с величину собственного радиуса, что само собой подразумевало умерщвление энергии ядра. С подобным изъяном эта многострадальная земля могла функционировать лишь только при искусственной энергетической поддержке, которую дал Скипер-Зверь еще при ее освоении с помощью нескольких нейтронных псевдо-звезд, спрятанных в темных полостях разверстой материи.
«Интересно, - подумалось владыке, - Смирился ли Скипер с тем, что я так и не отдал ему во владение систему Локо-Моро? Не грезит ли еще он о ней в своих тайных мечтах?»
Прошла пара тысячелетий с тех пор, как они со Зверем открыли в древней свастичной системе источник темной силы. За это время изменилось расположение многих звездных систем. Изменилось положение и расклад сил. Изменились и они сами. Чернобог, давно уже ставший властителем отдельной, основанной им империи, носил титул пекального владыки, возвысившись над многими. Возможно, что помогла ему в этом доселе непонятная, несущая отдельные черты разумности сумрачная энергия, в давние времена просочившаяся в его душу на памятном алтаре и осевшая в структурах ее темным осадком. В тот памятный день Витул понял всю значимость и величественность этой находки, познал ее исковерканную суть, насытил силой свой жадный для познаний разум и спланировал свой жизненный путь на многие круголеты вперед. Скипер-Зверь же, не располагавший нужными качествами умственных способностей, ничего из этого понять не сумел, оставшись по иную сторону глубокого понимания сути вещей. И это определило его дальнейшую историческую роль. Роль помощника на вторых ролях.
Чернобог, ныне звавшийся Пекальным владыкой Империи Ориона, тем не менее отдавал должное разуму своего верного слуги, сильному в других областях применения. Свои способности неутомимого знича вкупе с выдающимися организаторскими и аналитическими способностями Скипер – Зверь доказал это не раз и даже не сотню раз. Более того, на протяжении времен он оставался верным и незаменимым помощником во всех делах и начинаниях темного владыки. Его правой рукой. Именно с помощью Зверя Витул сумел подчинить своей воле сонм миров, ныне составляющих Пекальный пояс, и объединить их в надежно связанную административную агломерацию Пекальных царств, в многочисленных центрах коей он возвел на трон своих рекомбинантных «детей». Вассальных царств в империи ныне имелось в достатке, воинские силы росли пропорционально стремительно увеличивающемуся населению, кратно усиливая космические армады, однако над ними, не выделяясь происхождением и не кичась мощью, зачастую довлел именно Скипер – Зверь в качестве идеального глобального администратора и выразителя воли своего господина. Именно за это и для его извращенной прихоти знича Чернобог отдал под власть Зверя одну из самых обширных территорий размером с несколько ирийских чертогов.
Впрочем, если официально, то у Скипера тоже имелся свой правитель. Кош Хладный – один из выдающихся отпрысков младшего поколения, в наследственности коего главенствовало жизненное начало самого Чернобога. По сути своей, этот отпрыск, как и Дый Рассудительный, мог считаться ему единокровным сыном.
«Сыновья кровные, а суть в них разная. Дый сумел вобрать в свою ипостась мужество, мудрость и рассудительность, оставив невостребованными коварство и корыстный расчет. Кош же предпочел те темные качества души и те силы, что ведут к быстрому достижению целей, не взирая на моральные барьеры и устои. Его путь грезит стать великим…»
Несмотря на всю свою жесткость и прагматику личности, он любил Коша. Так любят свою едва ли не идентичную ипостась. Просто за то, что она так похожа. Витул радовался тому, что по мере взросления Кош постепенно становился его подобием, хотя отлично понимал, что когда-нибудь придет момент, когда это подобие устранит оригинал, как устаревший и мешающий развитию. И для этого у молодого правителя вполне достанет разума, коварства и врожденных способностей. Пока же он еще пребывал во младости, наслаждаясь свежей мужской красотой и пылкими силами, кроющимися в юном гибком теле, с жадностью познавал и осваивал новое, накапливая опыт и набор умений.
«Я вижу в нем свое отражение, - мысленно признался себе темный владыка, - Именно поэтому я и пожелал, чтобы Кош стал единоличным властителем тех владений, коими на правах администратора управляет Скипер-Зверь. Именно поэтому я отдал ему Локо-Моро».
Кош Хладный, миловидный ликом и стройный сухопарым телом, внешне пока мало походил на владыку, хотя и нес его сокровенные черты. Зато его характер откровенно зеркалил характер Чернобога. Мощь ментальности отпрыска уже в младости стояла вровень с потенциалом родителя, а способностью стратегического мышления он со временем грозил оставить Витула далеко позади. Впрочем, то перспектива отдаленного будущего, когда личность сына взрастет и окрепнет, приобретя собственные планы и амбиции. Пока же темный владыка трепетно пестовал сына, предоставляя ему все возможности для роста. И проявлял в этом достаточно инициативы.
Царства Пекальные, несмотря на всю их обширность, уже давно распределены между отпрысками старшего поколения. Более младшим, коих тоже хватало, приходилось довольствоваться отдельными, часто пустынными системами и, иногда, даже отдельными мирами в надежде, что когда-либо у них тоже появится шанс на овладение собственным королевством. Кошу в данном случае повезло тем, что именно для отпрыска с ожидаемыми характеристиками уже загодя было припасено и обихожено Скипером-Зверем большое царство, находящееся несколько в стороне от Пекального пояса и кажущееся просто хаотически сведенным в одно администрирование сонмищем случайно подобранных территорий. На самом деле нагромождение Ярых Миров играло огромное стратегическое значение в политических игрищах галактического сектора, а значит требовало для себя особенного управителя. Поэтому, когда пришел срок, с легкой руки темного владыки, Кош Хладный и стал властителем агломерата территорий Ярых миров, а за его спиной неким гарантом возвысилась грозная фигура Скипера.
«Многие его кличут молодым, тогда как поступками он оказался более зрелым, чем многие, - подумал Чернобог Пекальный, рассматривая на экране ночную сторону исковерканной планеты, освеченную редкими пятнами мутных свечений искусственного происхождения, - Потому и стал тем, кому я доверил тайну свастичной системы».
Он и правда, это сделал, хотя колебался. Слишком долго темный владыка единолично подпитывался темной силой полуразрушенного артефакта. Слишком долго страшился дать доступ к этому источнику кому-то еще. Эгоизм власть имущего. Однако, определив для себя наследника и «альтер-эго», Чернобог Пекальный лично проводил Коша Хладного к роднику темной силы, а затем и вовсе доверил ему свое сумрачное наследство в виде полупустынных земель системы Локо-Моро с прилегающими территориями, как правило также обделенными устойчивыми цивилизационными структурами. Вполне подходящее поле для взращивания собственной поросли органической жизни…
- Заходим на посадку, - доложил ему в ухо голос командира летяг, - Будут дополнительные распоряжения, владыка?
- Нет, - скупо обронил тот, недовольно покрутив челом в жестком вороте защитного бронекостюма, - Сажай.
Послушная его воле, вимана скользнула в рваную желтоватую атмосферу планеты, предупредительно окутавшись ореолом нейтрализующего поля вокруг темного фюзеляжа. Рассекая воздух расходящимся полярно-силовым воздействием, аппарат беззвучно опустился по пологой траектории на освещенную сторону планетарного тела, в самое сердце болотного лабиринта. Туда, где едва приметным правильным пятном серела платформа посадочного поля.
Скипер-Зверь ожидал его в полном одиночестве, могучим изваянием застыв на краю площадки приема. Ветер с болот овевал его, слегка колыхая полы парадной накидки, отливающей металлически-лиловым. Лишь какое-то крупное, похожее на гипертрофированного симбионта жабы с ящерицей, земноводное, поодаль выползшее на плиты посадочного поля, портило торжественность встречи своим вальяжным видом и глупым выражением ярко желтых выпуклых глаз.
- Любишь ты наряжаться, - обращаясь к слуге, произнес Чернобог, сойдя с пандуса на поверхность каменного поля, потом поморщился и спрятал нижнюю часть лица в выступ дыхательной маски, - Как здесь, однако, воняет. Ты сам, почему не используешь фильтр воздуха?
- Привык, владыка, - равнодушно, как о несущественном, пророкотал голос Скипера, - Я не так чувствителен к качеству дыхательной смеси. Более неравнодушен к цветам. Но это, как кому. Не всем идет черное.
Витул промолчал, внимательно разглядывая своего подручного. Зацепил внимательным взором медный оттенок искусственно модифицированной металлизированной бронекожи и жесткую торчащую щетку стриженной гривы с подобным же оттенком. Скипер явно не переставал стремиться к совершенству и улучшал собственное тело, невзирая на возможные побочные эффекты.
- Нравится? – уловив изучающий взор, поинтересовался Зверь, а потом гордо добавил, - Мне – очень.
«Интересно, - подумал Чернобог, продолжая разглядывать выдающуюся внешность слуги, - Правда ли то, что он так легко смирился с главенством Коша Хладного? Среди своих воев он слывет вождем с амбициями».
На самом деле об самолюбии Зверя он ведал давно. Потому и дал им с Кошем в распоряжение такую большую локацию. Чтобы сумели разойтись, существенно не задев амбиций друг друга и оставшись при собственной гордости. А потому лишь слегка усмехнулся, когда получил информацию о том, что его сын и его верный слуга уже поделили сферы влияния над просторами агломерации. С тех пор владыка делал вид, что не знает о фактической принадлежности собственно Ярых миров, где имя правителя Коша звучало почти номинально, так как фактически они единолично управлялись Скипером. Взамен (что особенно важно прозвучало для Чернобога), Скипер-Зверь практически не появлялся в другой части владений, включая систему Локо-Моро с сектором пустынного приграничья. Размежевавшись подобным образом, два владетеля ныне сосуществовали вполне мирно, не порываясь изменить положение вещей. И это Витула вполне устраивало.
- Зачем ты звал меня, Скипер? – спросил темный владыка, не отрывая пронзительного взгляда, - В чем состоит нужда? Мир Навении я уже видел, и он меня не впечатлил. Болота твои серы и зловонны, а ночная сторона и вовсе похожа на останки мертвечины, почившей вторично.
Подняв рогатый лик вверх, Зверь звучно хрюкнул, что приравнивалось заливистому смеху. Звук, прозвучавший столь резко, обратил на себя внимание земноводного, и оно повернуло к ним свою большеротую сизо-кожистую голову в крупных складках. А затем, видимо обеспокоившись посторонним шумом, оставляя слизистый влажный след лениво ускользнуло обратно в болотную трясину, из которой накануне выползло.
- Пойдем, - позвал Скипер хозяина и простер одну из могучих конечностей верхнего плечевого пояса в сторону едва видного проема гравитационного лифта, - У меня есть для тебя подарок. Хочу, чтобы ты оценил.
Воздушное пространство лифта, представленное шахтой приличного диаметра, легко подхватило их тела, и увлекло вниз быстрее, чем могло подействовать естественное притяжение.
«Учитывая направление, можно смело предположить, что мы движемся как раз на ночную сторону Навении, - подумал темный владыка, наблюдая за тем, как развевается лиловый плащ за могучей спиной Зверя, - Знать бы еще зачем».
Чернобог никогда не боялся Скипера. Глупо страшиться того, в кого верность вложена генетически. Вий Дремучий, создатель этого существа, владел этим искусством в совершенстве, и владыка иногда завидовал ему, окружившему себя обществом народов, с колыбели всецело преданных своему правителю. Другое дело, что Зверь иногда оказывался непредсказуем в поступках. Особенно, когда желал выслужиться. Это иногда весьма настораживало.
Устройство вынесло их на каменную площадку сложной звездоподобной формы, окруженную изломанной каменной стеной серо-зеленого цвета с частыми вкраплениями включений иного происхождения. Стена казалась сплошным массивом, уходящим вверх на огромную высоту. Судя по всему, они со Зверем попали едва ли не в самый кратер разверстого ядра умершей планеты с гигантской выщерблиной базальтового каньона. Управляемая гравитация мягко замедлила прежнее стремительное движение и бережно опустила Чернобога и его спутника на каменную плиту приемного порта.
- Впечатляет, - критически огляделся владыка, - Уж получше болотных испарений и прочей мерзости.
- Нам сюда, мой владыка, - вместо ответа, Скипер указал в едва видимый из-за маскирующей дымки проем, грубо прорубленный в базальтовом массиве.
Витул двинулся следом, продолжая оглядываться. Странное место эта ночная сторона планеты. Судя по всему, гравитационная составляющая по естественным причинам здесь пребывала величиной непостоянной и многовекторной, ибо, следуя длинным тоннелем и передвигаясь по светящимся указателям, они сперва перешли на поверхность одной из стен, а затем и вовсе на то, что должно служить потолочным сводом. Далее туннель стал ветвиться, зачастую принимая вид спирали. Вел он, по всей видимости, куда-то вверх.
- Что за лабиринт? – не сдержавшись, проворчал Витул, провожая очами очередное разветвление.
- Скоро уже, повелитель, - пообещал шедший впереди Зверь, не оборачиваясь, - Подарок мой там.
Они свернули в проход, за которым вдруг открылся свод небольшой пещеры.
- Пришли, - объявил вдруг провожатый, и владыка остановился, судорожно осматриваясь.
Странная пещера. Каменное неровное ложе, из трещин которого торчали какие-то подобия корявых корневищ. Свод и стены походили на слежавшуюся сухую почву, из которых также торчали ломкие отростки чего-то древесного. Посреди пещеры и прямо среди груды мертвых и полусгнивших побегов, располагалось что-то пульсирующее.
- Что это такое? – не сумел скрыть своего удивления темный владыка, стараясь обойти торчащие коряги и приблизиться, - Что за странная энергетика?
Он и правда, почувствовал что-то необычное. Что бы это ни было, оно, словно памятное ему устройство темных созданий, также питалось энергией, поступающей по каналу, расположенному где-то в надстройках пространственной структуры. Различие состояло в том, что эта энергия исходила не из подпространства и не принадлежала к темным силам. Напротив, она несла что-то противоположное, от чего пришлая сумрачная составляющая души Витула недовольно затрепетала.
- Это и есть мой дар, повелитель, - объявил Зверь, отступив на шаг и давая ему проход, - Посмотри. Я хочу подарить тебе одного из твоих врагов.
Чернобог, наконец, сумел пробраться ближе и разглядеть то, что скрывалось среди груды корявого сухостоя. Тело могучего молодого воя, облаченного в боевую броню. Судя по золотистому богатому обрамлению бронекостюма с глухим закрытым шлемом становилось понятной принадлежность этого неизвестного к наследственной линии какого-то из правящих ирийских родов.
- Кто это такой? – недоуменно повернул владыка лик в сторону Скипера, - Судя по броне, это кто-то из правящих кланов Ирийского Союза…
- Это юный Перун, - спокойно пояснил тот, остановившись рядом, - Сын и наследник Сварога Огневика, правителя Чертогов Медведя и Лося…
- Слишком много чертогов на одного правителя, - недовольно проворчал Витул, продолжая рассматривать тело у своих ног, - Хотя…если разобраться, не его в том заслуга…
Тысячелетние Войны Раздора унесли жизни многих правителей с обеих враждующих сторон прежде единого сообщества цивилизаций, ведущего свое наследие от союза Аори и Сваги. Агень Сважий – единокровный родитель Сварога Огненного, имел еще двух великих сыновей – Правеня Червленого и Явеня Гораздого. Каждому из них и оставил по чертогу в правление после своего славного ухода на поле брани.
«Получив в удел от родителя, как старший из отпрысков, Чертог Медведя, Сварог и не чаял, что довольно скоро сыграют превратности судьбины, и придется управлять оставшимися чертогами по праву наследования».
Младшие братья Сварога правили мало в своих уделах. Слишком непредсказуема жизнь в период большой войны. Так и случилось, что оба молодых правителя сгинули в огне военных конфликтов, оставив свои чертоги на уцелевшего старшего брата. Чернобог хранил в себе тайну, что одного из них он лишил жизни лично…
- Он мертв? – поинтересовался владыка, - И можно ли снять его глухой шлем, чтобы взглянуть на лик?
- Нет, правитель, - ответил Зверь, склонившись и нависнув над лежащим воем, - Я не могу к нему прикоснуться. И причинить вред не могу. Жизнь в нем сохраняется. Несмотря на все мои усилия.
- Это как? – не понял Витул, и тоже склонился над телом, разглядывая его с неподдельным интересом.
- Силовой защитный кокон, - лаконично объяснил Скипер, протянув длань к слабо отсвечивающей энергетической оболочке, - Защита непостижимого для меня уровня. Не смог убить, как ни старался. Слишком мощная защита.
Последние слова слуги прозвучали сокрушенно, однозначно выдав, что оставлять Перуну жизнь у его противника изначально не было и в мыслях.
- Не смог? Интересно… - владыка протянул длань, и тронул прослойку циркулирующей энергии перстом.
Затем резко отдернул, ибо ощутил могучее сопротивление локального отталкивающего поля вкупе с моментальным ощущением нестерпимого жара. Темная же сущность, кроющаяся в глубинах структур его души, вдруг затрепетала в неведомом страхе. Светлая энергия. Занятно.
- И поэтому, не сумев ничего сделать, ты решил подарить его мне? – сощурившись, оборотился Чернобог к Зверю.
- Точно, - подтвердил тот, - Так и решил. Юный наглец решил воевать меня, чтобы отобрать взятых в полон девиц из царского рода. Но просчитался. Я ждал его и устроил засаду. Мы напали врасплох. Моих рогатых воев оказалось вчетверо больше малой дружины, с которой пришел в мои пределы юный Перун, так что его участь оказалась решена в очень короткий срок. Я уничтожил его скакуна и поверг Перуна наземь. Однако, когда я во время боя нанес решающий удар и хотел добить упавшего наглеца, вокруг него внезапно образовался силовой кокон, преодолеть защиту которого я не в состоянии. Ни одно мое оружие не смогло помочь мне в этом. В ярости, я переместил Перуна сюда, дабы он остался в этом склепе до конца времен. Однако потом решил отдать его тебе. Твое могущество, владыка, велико. Убей его. Это наш враг.
- А где же девицы царские? – поспешил уточнить Чернобог.
- Неудачный эксперимент, - сокрушенно буркнул Зверь, уведя выпуклые бычьи очи в сторону, - Слишком агрессивный мутаген. Не угадал состав. Непредсказуемая реакция ирийского организма и слишком ранимый разум.
- Понятно, - заключил владыка, - Опять результат химеры.
Он знал своего подручного слишком хорошо. Несмотря на все свои знания, Зверь обожал агрессивные эксперименты и получал извращенное удовольствие от самого процесса, когда активный мутаген корежит и коверкает биологическое естество исходного опытного экземпляра. Скипер изощрялся в составлении подобных составов в надежде, что когда-либо сумеет вывести «идеальное существо». Что он подразумевал под этим понятием, владыка доподлинно не знал, но не препятствовал маниакальной страсти верного слуги. В конце концов, звериная натура так находила эмоциональный выход. Побочным же результатом этой страсти становились химеры – видоизмененные и часто совершенно безмозглые существа-мутанты, из эмоций которых превалировала только агрессия к чужакам и алчное желание отведать свежую, еще трепещущую плоть жертвы. Многочисленные своры этих жутких и часто непохожих друг на друга созданий бесцельно слонялись по долам и весям оседлых миров Скипера, нередко устраивая меж собой дикие и кровавые свары, однако служили неким защитным барьером, через который могли пробраться лишь редкие смельчаки.
- Да, химеры, - сокрушенно кивнул Зверь, закатив большие черные очи без проблеска белков, - Разум слишком чувствителен. Не выдерживает мутационной нагрузки. Остается лишь биологическая рефлективность.
- Ирийский разум потому и силен ментально, что сложно устроен, - покровительственно усмехнулся Чернобог, - Портишь много ценного материала. Скоро химер некуда девать будет. А в случае полона важных персон это будет тем более нецелесообразно, ибо мы можем в таких случаях поступить умнее…
- Я сделаю из них армию, - усмехнулся в ответ слуга, - Достаточно мозгового ретранслятора, и они станут послушны моей воле. Вот из наглого Перуна я бы точно сотворил хорошую химеру. Он оскорблял меня грязными словами. Убей его!
В голове владыки внезапно забрезжила мысль, от которой он повеселел.
- Я не стану его убивать, - изрек он, уставившись перед собой, - Я сделаю лучше. Зароню в душу отпрыска Сварога семя той тьмы, что обретается в Локо-Моро. Даже малой толики хватит, чтобы исподволь расшатать его разум и повернуть в нашу сторону… Это была бы хорошая шутка над Огненным Сварогом… Наследник, переметнувшийся в стан врага…
- Как ты это сделаешь? – с неудовольствием вопросил Скипер, постигая, что добыча неожиданно ускользает из его поля зрения невредимой.
- Я посвящу тебя позже, - ограничился владыка туманным ответом, - Когда буду уверен, что результат достигнут. А пока заберу Перуна с собой, - он устремил на Зверя пронзительный взор, - Подарок действительно оказался хорош. Я доволен. Нужно только поместить его в прочный саркофаг для перевозки.
__________________
Темный владыка стоял напротив обзорного экрана, задумчиво наблюдая за тем, как уносится прочь изуродованный лик планеты Навении, слегка размытый буровато-желтой атмосферной облачностью. Только что он задал летягам маршрут в свастичную систему. Там ждал его Кош. В короткой беседе экстренно проведенного сеанса сверхпространственной связи тот подтвердил возможность осуществления того, что задумал Чернобог Пекальный. Витул считался с мнением отпрыска, ибо тот за несколько последних круголетов достаточно глубоко изучил свойства и возможности места, что пульсировало темной энергией по ту сторону древнего устройства. Кош Хладный клятвенно заверил родителя, что овладел действенным способом продуктивного извлечения темной энергии с последующей ее концентрацией для создания способности хоть на короткий миг преодолеть защитные барьеры силовой капсулы. Этого вполне хватит, чтобы вторгнуться в структуру души подопытного.
«В случае удачи я устрою так, чтобы информация о местонахождении Перуна попала к его отцу, - с удовлетворением подумал темный владыка, - И не стану препятствовать спасательной экспедиции, которая постарается тайно проникнуть в мои пределы. На пустынной планете, в потаённой глубокой пещере ирийцы найдут Перуна и смогут благополучно эвакуировать его на родину. Как и трех химер, в которых превратились полоненные девы, коих обнаружат бродящими в округе. Конечно, если те не сожрут друг друга к тому времени».
С этой думой он отвернулся от экрана и воззрился на бронекристаллический сверхпрочный саркофаг с прозрачным верхом, что угнездился в нише механического крепления неподалеку. Под прозрачной крышкой саркофага плясали протуберанцы разбуженной силы защитного кокона, силящиеся преодолеть сверхпрочную преграду и восстановить абрис периметра, необходимого для эффективной защиты.
«Я отпущу тебя восвояси, - продолжил Витул нить размышлений, тщательно следя, чтобы не озвучить это в эфире ментальной сферы, - Отпущу и стану спокойно ждать того момента, когда ты вернешься по собственной воле. И по собственной же воле ты возжелаешь служить мне. А я великодушно забуду все прошлые распри, и приму тебя с распростертыми отеческими объятьями. Вместе со всеми тремя чертогами. Так обещала темная потусторонняя сущность, что угнездилась в моей душе».
Обратно к истокам.
Анкилон Ирийского древа на свободной орбите системы Арея.
Высокая и широкоплечая фигура Рода Буслаевича на фоне панорамного экрана казалась несколько птицеподобной из-за сумрачного оттенения, визуально изменившего не только очертания его тела, но и окружающих предметов интерьера.
«Почти как у птицеглава, - подумал Сокол Ясный-Свет, только вошедший в залу, - Если к облику добавить хохол из цветных перьев с отливом, то сходство было бы…»
«Еще больше? – добавил за него ментальный голос, - Экий ты фантазер, коли с птицелюдом меня сравниваешь».
Род вышел из сумрака на свет так быстро, словно стоял в шаге. Сокол смиренно потупил голову, с запозданием вспомнив, что забыл активировать обруч пси-отражения. Хоть какая-то защита…
- Прости, светлый, - повинился приближенный, - Не хотел обидеть.
- Не обидел. Но насмешил, - добавил Род, спрятав улыбку в белую бороду.
Род Буслаевич выглядел излишне рослым даже для ирийца. Возможно из-за сухопарого телосложения, невольно дающего ему сходство с главным символом его собственного чертога – аистом (или буслом на местном наречии народов чертога). Впрочем, несмотря на подобную стать, правитель Чертога Аиста считался едва ли не самым могучим витязем среди своего поколения. Возможно из-за характера мускулатуры, берущей верх не за счет массы, а за счет неимоверной выносливости, способной измотать самого мощного бойца.
- Я впредь…- начал, было, помощник.
- Ты ко мне с вестями, - прервал его правитель, - Лучше поведай о них, чем упражняться с извинениями.
- Повинуюсь, светлый, - Сокол Ясный-Свет выпрямился, обратившись на ожидающий взгляд, - Вайтмана вернулась с хорошей вестью.
- Какая из них? – очи Рода радостно сверкнули, - Где найден Путь?
Поиск Великого Пути Исхода велся им давно. Наверное, с тех самых пор, как началась первая стадия Войн Раздора, и сектор содрогнулся от последствий братоубийственной бойни. Основная ветвь Ирийского Сада искала далекие и недоступные для других культур земли с целью возможного переселения и возрождения сверхцивилизации разума, коей когда-то являлись праотцы, ведущие наследственную линию от родственных племен сложного Триединого Союза. Оттого, с подачи Рода Буслаевича и разрешения Верховной Матери Ирийского Союза уже на протяжении тысячелетий велись неустанные попытки изучения глобальных пространственных структур с надеждой отыскать излом, способный послужить естественным кратким путем между пространственными массивами. Согласно дошедшим сведениям пращуров, это условие предполагалось необходимым для успешных перемещений на сверхдальние расстояния за пределы сектора.
- Перспективный путь найден в системе двойного солнца, что почти соседствует с мирами раптов. Мы дали ей название Тея. Путь, найденный в ее пределах, подходит для наших целей по всем параметрам и не является тупиковым. Понадобилось время, чтобы разведчик сумел изучить и преодолеть все ожидаемые пределы, дабы оказаться в секторе территорий, находящихся по другую сторону галактического диска Стожар. Кроме того, на обратном пути он исследовал места перехода и передал все необходимые данные, прежде чем, согласно приказу, снова уйти на другую сторону Пути для более детального изучения. Зонды, после сканирования этой пространственной бреши, свидетельствуют о том, что она стабильна.
- Хорошо, Сокол, - на этот раз улыбку Рода борода скрыть не смогла, - Ибо твоя весть отрадна для народов ирийских. Нам жизненно необходим исход в новые дали. Ты уже подобрал доверенных лиц для работы по сотворению Врат?
- Подобрал, посвященный. Только самых надежных. Их сердец не касался сумрак пекальный.
- Будьте осторожны, - густые брови правителя нахмурились, - Темный владыка глубоко запустил свои щупальца в тело древа Ирийского. Война продолжается. Ведаю, что рано или поздно узнает он о плане Великого Исхода. Дойдет и до его чуткого слуха, что народы ирийские намерены искать для себя земли новые. Но пусть то произойдет как можно позже. А потому надлежит нам принять все меры предосторожности. Включая забвение памяти для тех, кто узнает слишком много.
- Не волнуйся, посвященный, - склонился в поклоне помощник, - Все будет предусмотрено. Враг не узнает.
- Хорошо, - кивнул Род, - Иди, коли так.
Оставшись наедине с собой, он попытался собраться с мыслями. Вышло это с трудом, так как полученная новость изрядно взбудоражила ум. Ирийцы, унаследовавшие права архицивилизации – прародителя, знали о том, что в незапамятные времена их предки умели находить пути, объединявшие структуры вселенной и позволявшие преодолевать великие расстояния в поисках новых земель для заселения народов. По подобному пути пришли в этот галактический сектор народы Аори и Сваги Великой (а после и Титаниды), избежавшие таким образом гибели вместе с мирами прежнего обитания и давшие начало ростку Ирийского древа.
«Пришли, чтобы обрести здесь ненависть и злобу, рассорившие наши народы».
Тот исход произошел около сотни тысяч лет тому назад. И закончился нескончаемой чередой кровопролитных войн как со здешними видами – аборигенами разумных существ, так и между ирийскими родами, что, в конце концов, привело к отделению приверженцев нынешней Империи Ориона от прочего ирийского сообщества. А технология поиска и использования «путей» затерялась для всех под покровом тысячелетий.
Да, обитающие в секторе развитые народы с успехом владели технологиями подпространственных прыжковых передвижений. Этого вполне хватало для перемещений между отдельными звездными системами. Однако, задавшись целью достичь дальних территорий, пришлось бы, минимум, затратить десятки и сотни тысячелетий. И это без учета тех напастей, что готовило путешественникам межсекторальное пространство Многие из древних, гревших великие захватнические планы, канули в бездне тех звездных просторов безвозвратно. Потому, когда ученые Ирийского древа узнали о том, что в обозримо скором времени заселенная ими территория, как некогда и миры праотцов, в своей большей части содрогнется от сокрушительных пространственных катастроф, Род, как один из немногих посвященных, неотложно занялся поиском тех забытых знаний.
Если внимательно разобраться, то сама технология подпространственных прыжков представлялась прямой «родственницей» технологии прокладки «путей» в мегапространственной структуре галактики. Вся разница содержалась лишь в том, что для второй из этих технологий требовались фундаментальные знания о свойствах этой структуры, позволяющие эффективно и безопасно перемещаться на большие расстояния. Без этих знаний любая цивилизация оказывалась запертой на вполне определенном ареале звездной территории, ограниченной несколькими сотнями звездных систем, находящимися в одном секторальном конгломерате. В то же самое время, пожелай кто-либо из представителей этой цивилизации достичь пределов другого конгломерата, то без обладания упомянутой технологией пути по естественным изломам бытия такому путешественнику пришлось бы решиться на долгий космический перелет в пределах обычного пространства, занявший, как минимум, промежуток времени, вмещающий жизнь многих поколений. И то при условии, что на перелет окажут минимальное воздействие все явные и неявные особенности постоянно трансформирующегося галактического пространства. Время от времени, конечно, подобные смельчаки все же находились, однако, как правило, затем пропадали в звездных далях безвозвратно.
«Подобный безумный шаг может предпринять лишь тот народ, который доподлинно узнал, что обитаемые им миры в скором времени сгинут без следа. Это во многом поход в один конец. И конец этот непредсказуем».
Теория поиска звездных «путей» представляла собой, прежде всего, знание строения бытия, позволявшее разыскивать в нем определенные «червоточины» или, по-другому, пространственные полости, используя которые представлялось возможным преодолевать просто гигантские расстояния с минимальной затратой энергии и времени. Такое знание удалось обрести очень немногим из архицивилизаций прошлого. Только самым дальновидным и глубоко познавшим суть вселенского порядка, ибо необходимость покрывать столь великие расстояния случается настолько редко, что это знание, за кажущейся ненадобностью оказывается недоступно для сотен поколений потомков, живущих слишком поздно после тех, кто этим знанием обладал в полной мере.
Конечно же, вполне можно открыть эти знания заново, однако сам путь изучения проблемы также глобален и требует достаточных временных затрат, чего может и не хватить этим самым потомкам. Именно так сгинули в пыли былого многие из прежде могущественных звездных народов, не успевших вовремя покинуть обжитые места пред ликом вселенских потрясений.
«В сказаниях Аори и Сваги, - вспомнилось Роду, - Довольно живописно рассказано о том, как разом схлапывались в ничто тысячи звездных чертогов, а иногда и целые галактики. Организм вселенной слишком сложен и непредсказуем, чтобы не считаться с его макрофизиологией. Сознательные существа на данном уровне бытия и в данных рамках мерности просто жизненно обязаны обладать способностью быстрого передвижения в пределах этого глобального организма. Архицивилизации трех родственных линий народов, давшие начало нынешней цивилизации Ирийского Сада, тоже появились в пределах своей предыдущей агломерации жизнеобитания не сами по себе, а гонимые обстоятельствами непреодолимой вселенской силы».
Что ж, предки Ирийского древа умели выживать и накапливать знания вместе с духовным благом. Оттого и ушли они в высшие уровни вселенского мироздания в давние времена, предусмотрительно оставив своим потомкам все необходимое для очередного витка развития. Жаль только, что отпрыски эти оказались не столь духовны и не столь зрелы для того, чтобы не наделать глупостей. То ли сказалась в их крови щедрая примесь наследственности коренных обитателей здешних территорий, коим было суждено влиться в пришлый народ ради выживания, то ли сами потомки легендарных племен праотцов измельчали настолько, что едва не утопили самих себя в бесконечных войнах и дележке территорий. Так или иначе, но в этой мутной жиже многие мудрые постулаты пращуров оказались основательно забыты. Забыты или утеряны многие знания, важность которых не постигли эти самые потомки, значение которых не поняли они. Таким вот образом технология «звездных путей», позволявшая свободно путешествовать по галактике (если не между ними), и забылась, глубоко погребенная в минувшем.
До поры дети Ирия тоже не задумывались о покорении расстояний, ведущих за границу нынешнего ареала их обитания. Им вполне хватало проблем и забот рядом. И только, когда в обозримом будущем замаячила перспектива новых пространственных катастроф, разрушительных для всего биологически живого, ирийцы всерьез задумались о необходимости поиска новых «звездных путей».
«И это едва ли не стало очередной неразрешимой задачей, - усмехнулся в бороду Род в такт мыслям, - Хотя бы потому, что невостребованные знания имеют свойство забываться и утрачиваться. А по прошествии всего нескольких поколений реанимировать канувшую технологию и вовсе становится невозможно. Или, почти невозможно».
Союзу Ирийского древа несказанно повезло. Не пришлось пытаться изобрести что-то похожее заново. По этому, с виду достаточно легкому, но неверному пути пошли в исследованиях ученые мужи Орионской империи, которые, как знал Род, не единожды пытались вести работы в данной области. Ни один из вариантов не достиг цели исследования. Может быть, тому причиной стало то, что ставилась цель не поиска «путей» через галактическое пространство, образовавшихся естественным путем, а велись поиски нового способа принудительно «проколоть» галактическое пространство по типу известной и широко использующейся технологии подпространственных прыжков для прохода космического транспорта в нужную точку по прихоти экипажа. Так или иначе, но исследователи империи не смогли учесть ни единого раза всех составляющих для решения такой объемной задачи, а потому, несмотря на некоторые успехи в данной области, либо гибли от высвобождения дикого количества антиэнергии в процессе инициации процесса, либо безвозвратно терялись в пространственных подуровнях, что также вело к неудаче всего эксперимента.
Ирийские же исследователи, руководимые Родом Буслаевичем, вместо повторного открытия, предпочли пойти обратно к истокам. Конечно же, при этом пришлось потратить немало времени и ресурсов на организацию сотен археологических миссий, направленных на изучение любой информации, оставленной предками в разных уголках сектора. Зачастую подвергаясь большому риску, разведчики и ученые мужи кропотливо изучали каждую крупицу найденных сведений, избороздили просторы многих брошенных систем, в поисках тех ниточек, что могли привести к искомой цели. И, в конце концов, все-таки нашли, попутно заново открыв много такого, чего уже и не помнили нынешние поколения. Так в арсенале ирийцев оказались не менее двух десятков оружейных технологий, в числе которых обрели технологию направленного видоизмененного полярного воздействия, позволявшая, при необходимости, разрушать не только астероиды и планетоиды, но даже планеты и, возможно, звезды. Это стало безусловным прорывом для Ирийского Союза, но главной ценностью и венцом долгих изысканий все же стало обретение некогда утерянного знания о фундаментальных свойствах пространства, его строении и функциональных особенностях. Это древнее знание и позволило ученым создать совершенную технологию поиска пространственных полостей, соединявших внутреннюю мегаструктуру галактической материи.
«Мы ныне очень много узнали об устройстве чертогов солнечных, - Род остался в задумчивости, но разум его трепетал, - Оттого и радостна мне весть Сокола о результате изысканий. Найден путь, коим сможем мы отправить людей для заселения новых далей и создания вотчины великой без убийств и жестокосердия целых народов. Враг наш не сможет последовать по сему пути, оттого угроза над нашими родами исчезнет, и обновленное племя сумеет достичь высот небывалых».
«Впрочем, создавать пути звездные мы тоже вскоре сможем, - прилетела к нему бесплотной тенью мысль из ментальной сферы, - Ибо просвещенные мужи наши весьма преуспели в изучении свойств бытия. Тщусь я, что мы пойдем дальше наших пращуров, мой ладо. Пойдем дальше них и подчиним себе чудесные свойства сущего. Не во имя чьей-то выгоды и властолюбивых помыслов, а ради людей наших, ради мира и развития».
«Да будет так, - прошептали губы Рода, продолжавшего зачарованно созерцать темный лик космической панорамы.
Глава 3. Когда хватит воевать.
Боевые позиции объединенного флота Империи Ориона. Пространство близ планеты Маре-Во звездной системы Мгла.
Космическая армада появилась в пределах системы темным роем, вынырнув из подпространства таким образом, чтобы выстроить свои позиции близ траектории прохождения крупной заселенной планеты, чьи союзные силы, в случае крайней необходимости смогли бы существенно подпитать имеющиеся ресурсы своим развитым флотом. Вайтманы, словно стая хищных птиц, ощетинившись готовым к использованию вооружением, появились из подпространственных воронок, на короткое время взбаламутив космос белесоватой дымкой остаточного тумана энерговоздействия, а затем сразу «залегли» в дрейф, сохраняя режим минимального присутствия. Военачальники великой армады питали надежду сохранить свою малозаметность на возможно большее время, чтобы в полной мере использовать эффект неожиданной атаки при появлении противника.
Однако, несмотря на все ухищрения опытных, закаленных во многих битвах воевод, их приготовления изначально оказались известны флоту неприятеля. Была тому виной утечка секретной информации на уровне управления, либо система глубокого зондирования у противника сработала на уровне высокого профессионализма, но буквально в течение самого короткого промежутка времени, на расстоянии, достаточном для полномасштабной атаки, в космическом пространстве появились вайтманы неожиданно стреловидной формы, ранее не виданной в битвах долгой, почти тысячелетней войны. Скорее всего, несмотря на общий принцип передвижения «прыжок в подпространстве», эти корабли имели несколько иное устройство двигательной системы, потому как «выпрыгнули» в космос с легким световым бликованием, разительно непохожим на сумрачное вороночное свечение, сопровождавшее ранее появившийся флот.
Впрочем, на первый взгляд могло показаться, что эти корабли, явившиеся вторыми, уступали ожидавшему их противнику, в размерах и количестве. Около трех десятков кораблей среднего класса против вайтман имперского типа, приведенных в полную боевую готовность, выглядели неубедительно даже при безукоризненно выполненном маневре. Казалось, что боевые порядки армады, уже устремившиеся в атаке на эту горстку, сметут ее без следа, распылив в эфире суммарным ударом.
А потом произошло неожиданное. Диковинные вайтманы, не меняя занятых позиций, встретили атакующую армаду внезапно убийственным огнем неизвестного излучения, еще до боевого сближения, выведя из строя несколько кораблей первого боевого порядка. Ветвистые разряды неведомого происхождения, так похожие на молнии, но резко отличающиеся от них цветовой гаммой ослепительного синего свечения нащупали первые цели и легко разметали их в клочья.
Впрочем, появление столь могущественного противника мало смутило наступавших, хотя и внесло некоторую сумятицу в ее стройные ряды. Воины, привыкшие к риску вероятной гибели, впитавшие этот риск с самого рождения, с самой первой капли грудного молока, надвигались на врага с отрешенностью смертников, коими, в сущности их и воспитали. Лишь звериная ярость струилась из бойниц излучательных батарей в ментальное поле близкорасположенной планеты, носящей название Маре-Во.
Но, как оказалось, место завязавшейся встречной схватки стало не единственным полем продолжавшей разворачиваться ассы. Еще одна группа странных кораблей появилась в некотором отдалении, прикрыв собой место предполагаемого флангового удара, который подготовил флот союзного Маре-Ва и, приняв на себя атаку новой партии кораблей, только что вышедших на ракурс атаки из-за планетарной тени.
Потеряв преимущество неожиданного нападения, и испытывая жестокий ущерб, причиняемый наступающим порядкам, армада, тем не менее, продолжала накатываться на немногочисленного противника, грозя смять его количеством. И выполнило бы эту задачу даже столь дорогой ценой, но вдруг на театр военных действий взошла еще одна группа разноразмерных судов военного назначения, всплывшая из подпространства на дальних рубежах и сопровождавшая странный громоздкий корабль сигарообразной формы, который на самом деле оказался боевой платформой новейшего поколения. Хватило пары мгновений, чтобы боевой расчет платформы изготовился к стрельбе. Желтый струящийся луч с ответвлениями псевдомолний протянулся в сторону планеты и, по пути сметя едва ли не половину планетарного флота, уже готовящегося к боевому столкновению с группой вайтман фланговой защиты, вонзился в ее зеленовато-желтую атмосферу, чтобы сперва, примерившись, коснуться своим смертоносным жалом поверхности этого мира, а затем и вовсе обрушиться на нее с неожиданно запредельной мощью. Только тогда, когда выстрел оставил на теле планетарного объекта иссиня черный, пульсирующий красными прожилками расширяющийся по поверхности круг тотального уничтожения, тот, кто руководил действиями армады, понял, что его битва сокрушительно проиграна. Проиграна потому, что ему более нечего было противопоставить противнику. Столь скоро оказавшись в подобной роли, военачальник принял тяжелое решение остановить превращающийся в бойню бой, смиренно обратив взор на возникший в пространстве последним, величественный, покрытый расписной, сложной, металлически отблескивающей мозаикой защитных сооружений, вычурно конусовидный анкилон в сопровождении вайтман защитного периметра, чье число значительно превышало численность первых двух групп кораблей оперативного взаимодействия.
- Глядите-ка, дети мои, - высказался тот, кто только что мановением длани отдал приказ о прекращении наката потрепанной армады, - Сама Великая Мать пожаловала на поле брани… В этот раз.
Сим ознаменовано…
Анкилон Верховной Матери. Окрестности планетарной системы Мгла.
Если бы не близкий ракурс планеты, панорамная картина перед глазами почти ничем не отличалась от любой другой. Иссиня черный фон космического пространства, щедро расцвеченный гроздью близких светил Империи Ориона навевал обычное незыблемое спокойствие, а едва высвеченные системой слежения группы мелких точек, коими с такого расстояния выглядели корабли доселе враждебных сторон, выглядели вполне безобидно и почти сливались с беззвучным фоном космоса. Почти…
Напротив, весь облик близкорасположенной планеты на другой стороне большого панорамного экрана теперь просто резал глаз. Красная иссушенная панорама, обезображенная нарывами кратеров и изломами коры, через которые рывками, словно из сосудов пораженного сердца, изливалась и расплывалась многочисленными язвами разбуженная горячая лава. Все, что осталось от некогда оживленного мира, пусть и превращенного неосторожным неприятелем в громадную военную базу.
- Я не хотела этого, - с грустью произнесла Макошь Чудоокая, созерцая панораму широко раскрытыми ярко зелеными глазами, - Вышень Просветленный ведает, что я не желала этого. Виной стала эта нескончаемая, тысячу раз круголетняя война, в коей испокон веков гибли целые поколения наших народов.
- Не кори себя, матушка, - прозвучал из-за ее спины густой и твердый голос с легким басовитым оттенком, - Кто знает, может после этой жертвы, дети Черного Бога поймут бессмысленность нашей вражды и, наконец, захотят мира. А мир, сама знаешь, очень нужен детям Ирия.
- Знаю, Род Буслаевич, - согласно кивнула Макошь, не оборачиваясь, - Знаю. Оттого и решилась на сей кровавый шаг. И то знаю, что осудит Вышень меня за это. Вопль миллиардов живых душ до сих пор витает в сферах чертога…
- Но поступить иначе было нельзя, - Род вышел из-за спины Верховной Матери и заглянул ей в лицо.
- Или мы не поняли, как достичь своей цели без таких жертв, - горько поджала свои красивые губы Макошь.
- Мы же не Вышень, и не можем заглядывать так далеко…
- Да, мы не Вышень, - согласилась она, - Но Вышень, как и все верховные сущности, ныне оперирует другими мерилами. Они выше черного и белого. То лишь стороны бытия. Только мы, недоразвитые, считаем, что, то есть добро или зло. Мудрость вселенной считает, что такое противоборство сторон – сиречь двигатель развития вселенского сознания.
Род встал рядом с Макошью и тоже вперил взор в панораму космоса. Она покосилась на него, машинально отметив, что он все также хорош собой, как и тысячелетия назад. Все также. Статно сложенный, развитый физически и духовно, он даже теперь привлекал ее. Даже теперь… Даже по истечению тысячелетий… Но… Нет… Не позволяет таких вольностей ее сан и положение. Верховная Мать радеет о народах своих и не имеет страстей любовных. Не должна иметь. И он тоже об этом знает.
- Смотри, Верховная Мать, - вдруг простер вперед Род свою руку, указывая на что-то, являемое панорамным экраном, - Видится мне, что не так уж я был неправ, рассуждая о колебаниях сил. Ныне, как сама зришь, чаша сих весов ощутимо качнулась в нашу сторону.
Макошь Чудоокая проследила за движением правителя Чертога Аиста, и тоже заметила бликанувшую точку, отделившуюся от нестройных порядков флота Империи Ориона. Система слежения тотчас заметила интерес наблюдателей, и подсветила объект ярким ореолом.
- Это штурмовая вимана Драконовых, - всмотревшись, заключил Род, - Как бы не сам Чернобог Пекальный к нам пожаловал.
- Обращение к Верховной Матери детей Ирия, - в следующий момент, словно вдогон их мыслям, возвестила стенная звуковая панель, - Делегация цивилизации Ориона во главе с Чернобогом Пекальным запрашивает позволения прибыть для проведения переговоров…
- В корень зришь, батюшка Род, - обернулась к собеседнику Макошь, сложив пухлые губы в милую улыбку, - Как есть. Пусть летит. Наконец-то. Нам есть, что сказать друг другу.
Взгляд советника остановился на этой улыбке и чуть дрогнул.
«Помнит, - отметив это, с тайной сладостью в сердце мысленно констатировала Великая Мать, - Все понимает и помнит…»
Она промолчала, не став озвучивать момент, столь сокровенный для обоих, но взгляд ее зеленых глаз налился немым красноречием.
- Система слежения, - вместо этого вымолвила вслух Макошь Чудоокая, обращаясь к сущности корабля, - Сканировать приближающуюся виману на предмет угрозы. Выделить и увеличить изображение объекта.
- Слушаюсь, - тонкий искусственный голос прошелестел фоном, - Изображение объекта выведено на крупный план.
Возможности искусственно созданной сущности головного корабля космического флота Ирийского Союза позволяли выполнить команду Макоши с большой долей масштабирования. Еле заметная на панораме точка вдруг стремительно выросла в объеме, сразу став ее главной частью.
- О да, это корабль флота Драконовых, - констатировал Род Буслаевич, сразу узрев характерный стиль построения виманы, - Узнаю эти угловатые формы, чешуеподобную броню внешней обшивки и грозные шпили излучателей. Правдиво говорят, что вещи хозяина всегда напоминают его самого.
- Это верно, - задумчиво согласилась она, в свою очередь, осматривая конструкцию корабля гостей, действительно чем-то напоминающую самих драконовых с их хищным силуэтом, кожистыми крыльями, чешуистой кожей и когтистыми конечностями, - Похоже, что наши братья изрядно пропитались драконьей кровью и постепенно теряют исконное. Слышно далеко о том, как по-новому, чудно и изощренно заплетает Чернобог животворный орнамент. И отпрыски его далеко не все схожи с нашим народом.
- Сканирование завершено, - прозвучал рапорт из звуковой панели, - Боевое вооружение виманы деактивировано. Защитные псионические и энергетические поля включены на максимум. На корабле зафиксировано четыре дюжины биологических существ разных видов и биологии.
- Немало для того, чтобы совершить отчаянную попытку диверсии, - осторожно высказался Род, - Особенно при наличии решимости и тяжелого пехотного вооружения.
- Нет, - покачала Макошь своей головой, - Это вряд ли. Витул Чернобог, прозванный Пекальным, не станет рисковать более своим народом и своими детьми. Он, безусловно, смел, но не безрассуден. Иначе не вырос бы до вождя столь многочисленного племени, включающего в себя основу жизни многих совершенно различных рас разумных существ…
- А еще он темен, как может быть темен владыка, целиком противопоставивший себя свету…
Верховная Мать обернулась на повышающийся тон Рода и одарила его самой чудной из своих божественных улыбок.
- Если он противопоставляет себя свету, друг мой, то это совсем не значит, что он и его последователи не следуют по пути саморазвития. Просто они идут другим путем.
- Да, другим путем, - согласился Род, - Но только через наши трупы. До принесенного в жертву Маре-Во я могу насчитать не менее сотни миров, принадлежащих чертогам ирийским…
- О, - опять лучезарно улыбнулась Макошь, мягко намекая собеседнику на смену темперамента, - Этого счастья мы ему не предоставим. Тем паче, что лишь через противоборство света и тьмы разумные существа нашей Вселенной достигают просвещения и преображения с переходом на более высокие ступени развития.
Правитель Чертога Аиста не смог подобрать слова для следующей реплики и просто смолчал, подавляя запальчивость.
- Рада, что ты меня понимаешь, - с лукавинкой в своих зеленых очах, закончила Верховная Мать короткие прения, - А раз так, то нам стоит позаботиться о том, чтобы принять делегацию гостей с подобающей вежливостью и почтением. Прошу тебя, Род Буслаевич, оповести наших советников о том, что необходимо прибыть в залу приемов для встречи с Чернобогом. И… - не изменив выражения лика добавила, - Заодно позаботься о том, чтобы наша дружина пребывала наготове. Не будем недооценивать наших противников. Пусть, начиная с момента первого шага на борту нашего флагмана, для каждого из прибывших достанет пристального внимания.
______________
Когда Макошь вошла, зал для приемов уже не пустовал. У трона Верховной Матери, в ожидании привычно высилась статная, слегка сухопарая и весьма широкоплечая фигура Рода Буслаевича, облаченная в белые одежды, слегка очерченные ореолом индивидуального силового защитного поля. Рядом с ним замер коренастый Велес Асилкович в подобной же ауре. Оно и понятно, ибо от ожидаемых ныне гостей давно не ждали ничего хорошего.
Как солнце и луна отличаются друг от друга, так и отличался от Рода его сводный брат Велес. Крепко сбитый и кажущийся слегка грузноватым цветущий муж с волосами цвета красной меди и темно-зелеными живыми очами, смотрел на окружающих без лишней скромности и даже с определенной долей дерзости. Асила (как его прозвали в дружине), в отличие от Рода, не жаловал простые одеяния, какие были любимы многими народами Ирийского Союза. Напротив, на нем привычно наличествовало тяжелое бронированное воинское убранство, так почитаемое их давно почившим в легендах родителем Белуном Свентовидом. Но даже этот тяжкий биосинтетический панцирь не мог скрыть развитых мужественных телесных форм советника, которые так нравятся девам.
«Предки вполне могли бы гордиться такими чадами, - отдала должное Макошь Чудоокая, - Достойные мужи».
Впрочем, эта оценка касалась не только этих двоих. За всю свою долгую жизнь, только до момента достижения совершенства духа и перехода на иной уровень бытия, насчитывающую не одно тысячелетие, праотцы имели много детей. Издавна считалось, что каждый из славных потомков праотцов – основателей Триединого Союза должен стать, минимум, началом для пяти- семи наследственных линий потомков, что позволяло кратно увеличивать общую численность разумных индивидуумов для планомерного распространения и населения отдельных миров.
Со времени исхода прежних высших представителей объединенной архицивилизации Аори, Сваги и Титаниды в другие ипостаси, созвездия и земли, наследникам его животворного начала было несть числа. При их непосредственном участии вершились судьбы рас и народов, переплетаясь в причудливую вязь исторических событий. Вот и Чернобог мог похвастаться прямым родством с нынешним верховным объектом почитания современных ирийцев.
«Любвеобилен был наш Вышень, - пронеслось в голове Верховной Матери, - Любвеобилен и могуч животворностью своих чресел. Потомство его чрезвычайно многолико, многочисленно и живуче. Давно вознесся он в высшую ипостась, но кое-кто из ныне живущих, как та же Земун, скорее всего еще могут вспомнить ощущения от его мужского начала».
- Здрава будь, светлая матерь народов, - приветствие отвлекло ее, и Макошь почти потеряла нить размышлений.
Она обернулась на голос, затем теплой улыбкой поприветствовала скромную свиту своих советниц. Эти женщины представляли уже ее наследственную линию, тщательно перемешанную с жизненными началами разумных птицевидов. Доля и Недоля, ее сестры-рекомбинанты, и, конечно же, Ноцена Лунная, представительница одной из дальних ветвей ее древа, но, по стечению обстоятельств, гораздо более походившая чертами на Верховную Мать, чем многие из кровной родни.
- Мы пришли на твой зов, - произнесла Доля, почтительно склонив гордый стан перед Макошью.
Ее сестры, рожденные искусственным путем и с использованием комбинантной примеси жизненных начал, в той же степени походили друг на друга, как и не имели схожести с ней самой. Рекомбинация часто изменяла внешность. В данном случае, за счет сглаживания женской биологии. Поджарые телом, таким не похожим на женственные формы правительницы, строгие выражением несколько чопорных лиц с острыми чертами, сестры – советницы, тем не менее, были всецело преданны Макоши, доказав это не единожды. К тому же, за счет внешнего комбинантного воздействия обрели повышенные врожденные показатели силы, выносливости и боевой пригодности в возможной схватке, что характеризовало хорошего телохранителя. Вот и сейчас, в преддверие приема, они имели напоказ отстраненно холодный вид и скупость в выражениях, что не мешало им одновременно оставаться начеку. Под свободным кроем их аскетичного одеяния смутно угадывались потайные боевые доспехи, и, возможно, даже какое-то оружие. Макошь не сомневалась – при малейшей опасности верные сестры незамедлительно встанут между ней и врагом, образовав живой щит.
- Спасибо, что почтили нас своим присутствием, - поблагодарила Верховная Мать, отдав должное этикету, - Ваше присутствие здесь необходимо.
Сестры вновь склонились в поклоне и затем привычно скрылись из виду, чтобы занять позицию у нее за спиной.
- Ноцена, дитя мое, - рада видеть тебя, - обратилась правительница к самой молодой представительнице Совета, - Вышень хранит нас.
Она благоволила к этой яркой деве, сулящей продолжение ее кровной линии в мирах и сулила ей скорый брак с великим воем Ирийского союза, покрывшим себя неувядаемой славой в последней войне Эпохи Раздора.
- Похоже, Вышень хранит не только нас, - подал реплику Велес со своего места, - Иначе бы нам не пришлось принимать у себя злейшего из врагов.
Ноцена Лунная обернулась в сторону Асилковича и одарила его гневным взором серебряно-голубых очей за столь дерзостную недвусмысленность в сторону Верховной Матери.
- Чернобог и его племя нам противник, но не антагонист, - невозмутимо возразила Макошь, обратив на него благожелательный взор, - Не забывай, что в каждом из них тоже есть частица Вышеня. Мы все, они и мы, так или иначе дети наших общих праотцов, равные перед ликом вселенской мудрости. Просто у нас разные пути постижения сущего. Мы следуем к возвышению через духовное очищение, они – путем страстей и противоборства. Нужно это принять.
- Мы то это примем, - усмехнулся Асила, явив под рыжей бородой ослепительную крупнозубую улыбку, - Но они этого не поймут и не примут. Боюсь, что никогда.
- Всему свое время, - обронил Род, словно задумавшись о своем.
На самом деле (Макошь знала сие наверняка), он в данный момент усиленно сканировал все доступные ему пси-структуры.
- Внимание, - послышался мягкий синтетический голос из звуковой панели, - К вам посетители, госпожа.
Автоматический створ на противоположной стороне зала распахнулся, и в помещение залы проследовала довольно шумная процессия. Тишину нарушило явственное бряцанье защитной амуниции, и тяжелое сиплое дыхание некоторых особей явно нечеловеческого вида. Во главе ее тяжелым шагом ступал тот, кого все миры Империи Ориона называли владыкой, уповая на его ум и милость, а во всех остальных мирах, и в частности, в мирах Чертога Макоши, называли Чернобогом Пекальным, либо Витулом Дерзким.
- Не зря зовется он именно так, - подумалось, кстати Верховной Матери, - Даже энергетический туман его защитного поля со временем стал походить на черную ауру. Словно сумрак напитал и окрасил его разум.
Чернобог совсем не выглядел представителем поколения давно повзрослевших отпрысков своего великого отца. И, несмотря на тысячи лет своей бурной, полной приключений жизни, выглядел бодрым и энергичным, а пронзительный взгляд его черных очей хранил наполненность внутренней силой.
Неожиданно силовой пси-обруч на челе Макоши чуть слышно загудел, отметив постороннее псионическое воздействие. Однако и без этого она почувствовала сильное ментальное прикосновение, жадное до чужих тайн. Словно невидимое щупальце попробовало на вкус ее эфирную сущность, пытаясь с ходу оценить его силу и мощь, а потом ненавязчиво, по-змеиному, попыталось вползти внутрь, чтобы затем изнутри подавить носителя. Впрочем, агрессору задача оказалась изначально не по зубам. Верховной матери понадобилось не особенно большое усилие, чтобы оказать ему решительное противодействие, вышвырнув восвояси, да еще и вознаградив за ретивость увесистой псионической оплеухой напоследок.
«Нет, скорее всего, то проделки не Витула, - подумала Макошь, оценив степень приложенной силы, - Тот не столь прямолинеен, да и в порядки раз мощнее. Он бы не решился сейчас на подобное. Это, скорее, кто-то из его нечеловеческого окружения. Слишком беспардонно для существ человеческого типа.
Чернобог приблизился первый, внушительный своей грузностью в боевом костюме с усиленной биоброней и энергозащитой. Остановившись в нескольких шагах от ирийцев, владыка народов Ориона убрал лицевую защиту своего глухого шлема с живописным плюмажем из веера иглоподобных наверший, обнажив из-под нее свой темный из-за коричневатого цвета кожи лик, резко обрамленный черной жесткой растительностью, после чего склонился в почтительном полупоклоне. Жест выглядел отработанным, наполненным смыслом и непринужденной величественностью.
- Приветствую тебя, правитель Империи, - с радушием в голосе поприветствовала его Макошь Чудоокая, - Мы будем рады возможности принять вас, ибо это весьма полезно для будущего наших народов.
Чернобог Пекальный снова склонил голову в полупоклоне и обнажил в хищной улыбке свои белоснежные зубы.
- О, матушка, я рад не меньше, - произнес он глубоким, уверенным голосом с характерной резкой хрипотцой, столь характерной для наследственной линии Вышеня Просветленного, - И не менее рад лицезреть твою неземную и неувядаемую красоту. Мое мужское начало трепещет перед твоей женской привлекательностью. Еще мой славный родитель говорил о том, что нам давно стоило скрестить наши наследственные линии, породив могучих отпрысков…
- Я слышала, владыка, ты весьма преуспел в этом деле и без моего участия, - с юмором парировала ему Макошь, - Но твое предложение весьма заманчиво. Жаль только, что Верховной Матери следует посвятить себя пестованию народов своих, не отвлекаясь нимало на собственное потомство. Ко всему предпочтительно мне духовное влечение перед физическим.
- О да, - усмехнулся Витул с долей дерзости, оправдывая свое прозвище, - Это нам давно известно.
Предпочтя пропустить недвусмысленную колкость мимо ушей, Макошь, не дрогнув в улыбке на пухлых устах, обратилась к свите владыки. Этого следовало ожидать. Вся знаменитая в ассах Черная Свита. Или почти вся.
Свита вполне оправдывала свое название, полученное в мирах всех чертогов. Витул умел подбирать себе военачальников. Или создавать их, что зависело от ситуации. Далеко за пределами территорий Ориона гуляла молва об изощренных изысканиях и опытах владыки с элементами собственного животворного начала. А учитывая огромнейшее видовое многообразие империи, это несло в себе не просто зерно утоленного интереса к определенному виду знаний, но еще и служило, как ни крути, цели сплочения этих видов вокруг господствующего начала. Уж в этом-то Чернобог достаточно преуспел.
Свита владыки, несмотря на нынешнюю немногочисленность, в полной мере могла считаться символом разнообразности. Это Макошь поняла, едва обежала глазами всех тех, кто в почтении замер за плечами Чернобога. И, конечно же, выделялся среди Черной Свиты, прежде всего, Вий Дремучий, знакомый Верховной Матери своей грозной репутацией. Грузное массивное человекоподобное создание в тяжелой броне показалось таким широким, что за его плечами могли спрятаться едва ли не все присутствующие здесь ирийцы. В этом существе скрывалась чудовищная сила и тот потенциал, который изначально ставит носителя в ряд первых предводителей.
«Интересно мне, с кем же из мириад народов империи скрестил Пекальный владыка свое мужское начало, дабы породить столь могучее существо? - подумала она, созерцая выразительную фигуру.
Кажется, не совсем незаметно.
«Точно уж не известно, - похоже, Род Буслаевич решил, что данный риторический вопрос адресован ему, - По слухам, то один из древних народов, что ушли в тень небытия. А какой точно, только сам Вышень ведает. И то не факт».
Остроконечный шлем Вия с массивной лицевой защитой наглухо скрывал своего носителя, однако все присутствующие знали, что его лик, очень похожий на лик отца, покрыт густой черной шерстью, как, впрочем, и все его могучее кряжистое тело, делая схожесть почти незаметной. Он считался старшим наследным сыном среди рекомбинантных отпрысков Витула и одним из самых верных его слуг. А еще слыл чрезвычайно мощным псиоником, точный потенциал которого не измерен. Его ментальное поле, как минимум, не уступало прародителю. А его способность стратегического мышления даже превосходила способности отца. При всем этом Вий считался едва ли не единственным, кому недоверчивый Чернобог безоговорочно доверял.
У правого плеча от Вия расположился Дый Рассудительный, второй по старшинству сын Витула и первый из его кровных отпрысков. Про этих двух старших сыновей шутили, что один из них впитал все нужное от отца, второй же подобрал все то, что осталось. Он не был столь волосат и могуч подобно брату, далеко не обладал всеми данными военного стратега, да и псионические силы имел довольно предсказуемые. Зато обладал самой похожей на Чернобога наружностью. Вот и сейчас, с открытой лицевой защитой шлема он смотрелся почти отражением облика отца.
«А у них состав свиты, похоже, только мужской, - пришел ей мыслеобраз стоявшего рядом Рода.
На самом деле никто из окружения с обеих сторон не знал, что Род Буслаевич и Макошь Чудоокая не только имели одну на двоих тайну своей тысячелетней любви. По воле вселенной их сущности оказались связаны более тесно, чем следовало бы предположить. Вышло так, что связь эта оказалась еще и адресно ментальной. Никто не мог и предположить, какие долгие беседы происходили меж ними в то самое время, как они в полном молчании проводили свою жизнь, врозь встречая рассветы и закаты многих солнц.
«Похоже, да, - псионически отозвалась Верховная Мать, - Ко всему, этот состав далеко не человеческий в большей своей части».
Остальная часть свиты Чернобога Пекального расположилась позади него на довольно почтительном расстоянии, очевидно, тем самым подчеркивая величественность владыки и его старших сыновей, наследующих значительную часть империи. У Пекального мира всегда какие-то условности! Взгляд Макоши скользнул по гадоподобным, извивающимся тушам драконовых, проследовал по закрытым и открытым сумеречным ликам фигур переходных форм, потом зацепился за красивое лицо с легкой смуглостью, резко выделявшееся среди отпрысков Витула низшего порядка.
- Почему твоя свита не подойдет ближе? – мягким голосом поинтересовалась Верховная Мать, словно, не понимая установленной в стане противника иерархичности.
- Им положено находиться на отведенном для них месте, - ответил пекальный владыка, продолжая изучать милый лик собеседницы своим жгучим внимательным взором, - Это мои младшие отпрыски, у которых еще нет права на совещательный голос. Им стоит поучиться, набраться ума-разума, повзрослеть, прежде чем я предоставлю им место подле себя.
Витул явно слукавил, называя создания позади своей особы «младшими» и «неразумными». Макошь не могла не узнать среди членов второго эшелона свиты закованных в броню Аспида Черного и Горына, выделявшихся своими размерами и строением. Эти создания, помимо своей великой боевой мощи, располагали великим разумом и огромным потенциалом псионической ауры. Выглядевший рядом с ними не таким уж и громоздким, целиком укрытый в защитное боевое одеяние, Ящер Рапт, отличавшийся от своих вышеназванных «братьев» меньшими габаритами, также обладал великим умом и потенциалом, пусть и уступавшим вышеназванным особям, но с лихвой компенсируя это куда большей свирепостью и кровожадностью.
- И этот красивый юноша тоже? – невинно поинтересовалась Макошь, указав на вновь попавшего в ее поле зрения стройного воя в черной броне, как и у темного владыки - Кажется, я его не знаю.
Молодой отпрыск действительно мог показаться красивым из-за точеных черт скуластого лица и густых вьющихся черных кудрей, пробивавшихся на чело из-под бронезащиты поднятой шлемной защиты. Однако же, стоило несколько присмотреться, как взгляд улавливал явный оттенок скрытой синюшности, свойственный людям, давно страдающим от какой-то потайной хворобы… А еще несколько лихорадочный блеск темно-карих очей... Подспудные детали испортили облик, кратно уменьшив общую притягательность.
- Это один из моих самых юных сыновей, - довольно усмехнулся Чернобог, сочтя вопрос чисто женским любопытством по отношению к привлекающей ее мужской особи, - Но один из самых перспективных. Его способности таковы, что очень скоро он сможет по праву встать рядом со мной.
При этих словах смутная тень противоречивых и скрываемых чувств едва заметно скользнула по неподвижно замершему челу Дыя. Лик Вия был неразличим за лицевой защитой, но Макошь могла поклясться, что на нем отзвук схожих эмоций. Ревность и жажда достижения превосходства над другими – вот тот посыл, который направлял отпрысков Витула Дерзкого.
- Его называют Кош Хладный, - продолжил Пекальный владыка, - И очень скоро это имя станет известно во всех доступных Чертогах Становища. Запомни его, Верховная Мать.
- Ну что же, - повела Макошь плечом, - Запомню, коли так. Тем более что я уже наслышана, насколько он неистов в бою. Впрочем, кажется, собрались мы не за тем, чтобы обсуждать силу воев. Или вы, гости дорогие, запамятовали, зачем пожаловали в мои покои?
- Не забыли, - склонился в полупоклоне Витул, - Бьем челом к вам, потомки Триединого Союза – властители Садов Ирия. Прибыли мы просить мира великого для Пекальных земель. Слишком много потеряли мы из-за гордыни своей.
«Верно, матушка, - одобрил ее слова, слышимый только ею, ментальный голос Рода, - Сейчас просто необходимо указать нашим гостям, что в данный момент они являются просителями нашей милости. И, в тоже самое время, показать наше миролюбие».
«Мы не сможем составить с ними полноценный союз, - возразила тем же образом Макошь, - Правители Империи Ориона столь же вероломны, как и их хозяин. До единого. Как рассчитывать на их верность договору?»
«Тем не менее, должно нам хотя бы формально стремиться к заключению такого союза. Его хватит ненадолго, максимум на десяток круголетов, но мы и так знаем, что это временная мера. Какое бы время нам ни выпало, потратим его с максимальной пользой. Великий Исход – та цель, после достижения которой жадным до крови и власти сынам Витула не достать народы наши. Пусть будет видимость мира. Она не помешает нам оставаться начеку».
«Хорошо, Ладо мой, - сдалась Макошь, - Быть посему».
Во время этого тайного обмена мнениями, Верховная Мать продолжила рассматривать свиту Чернобога Пекального с прежней дружелюбной улыбкой. Не только рассматривать. Изучать. Прекрасные зеленые глаза ее, обманчивые в своей иллюзорной простоватости, на деле обладали большой цепкостью в наблюдении за мелочами. За теми, которые способны выдать собеседника с головой.
Острое зрение впечатало в память череду картин. Темные фигуры свиты, замершие в почтительном отдалении, явно не привыкли к положению униженных просителей. Эта публика не привыкла брать что-то добром. Темная чешуя тяжелой боевой брони хищно поблескивала на боках представителей цивилизаций, входящих в состав империи, как бы намекая на сиюминутность и проходящую суть ситуации. Важно не упиваться минутным торжеством победителя. Победа дана им не для того, чтобы унизить противоположную сторону. Победа дана как шанс наладить утраченное общение.
- Дорогие гости, - произнесла она уже вслух самым миролюбивым тоном, - Давайте перейдем к сути того дела, ради которого мы все собрались в этой парадной зале…
- Мы прибыли сюда совсем не молить о пощаде, - живо перебил ее разом посуровевший Чернобог.
- У меня и в мыслях не было принуждать вашу великую империю к подчинению, - Макошь примирительно выставила вперед красивую утонченную длань, - В Ирийском Союзе, конечно, имеются горячие головы, которые настаивают на том, чтобы привести к повиновению Пекальные миры путем уничтожения народов Ориона одного за другим. Однако же Вышень завещал нам, его ученикам, иное. Негоже нам мешать друг другу на жизненном пути, ибо нет первенства и приоритета одних перед другими.
- Правду говоришь, Макошь Чудоокая, - согласился Витул, заметно оттаяв темным ликом, - Все мы виновны. Забыли заповеди учителя и отца нашего.
«Одного из отцов, - мысленно поправила его Верховная мать, продолжая являть лучезарную улыбку, - Им несть числа, тем, кто переродился сущностью своей для высших порядков бытия. Только сохраняют с нами духовную связь очень немногие».
«И то правда, - согласился с ней пси-голос Рода, - Без толку, я мыслю, идти нам дальше по пути воев. Довольно крови и погубленных душ. Даже имея многократное превосходство над Пекальным миром в силе и оружии, мы мало чего сможем добиться таким путем. Всякое действие найдет себе противодействие. Уничтожая народы и планеты союзные Орионовой империи, мы, безусловно, способны вынудить детей и последователей Чернобога уйти за пределы обитаемых потомками Триединого Союза земель, но, тем самым нарушим не только заповеди Вышеня. Мы породим этим в их сердцах вселенскую злобу и ненависть такой силы, что вышвырнутые восвояси, они однажды вернутся, набрав новую мощь и лелея только одну мечту – выпустить кровь наших детей до последней капли».
«Мне нечего добавить, милый друг мой, - отозвалась Верховная мать, - Ты все сказал».
- Ну, раз мы все понимаем, что виновны перед предками нашими за братоубийственную войну, - продолжила Макошь уже вслух, - То предлагаю забыть нашу старую вражду и заключить великий мир и союз ради жизни и процветания тех, кто в свой срок придет на смену нам и останется вершить судьбы звезд…
Глава 4. Возжелав большего.
Дрейфующая звездная имперская асвина «Урман» близ орбиты планеты Энуан системы Минта-ка. Чернобог Пекальный.
Темный владыка пребывал в глубокой задумчивости на своем величественном троне из черного гранитоподобного синтетика. Его смуглый лик, обращенный к панорамному экрану, едва освещался приглушенными голубоватыми отблесками вращающейся четверной звездной группы, напоминая в своей статичности каменную скульптуру.
- Владыка, вайтмана Вия Дремучего запрашивает разрешения на причаливание, - еле слышно прозвучал в тишине голос искусственного интеллекта.
- Принять – обронил Витул, отбросив рукой со лба черные кудри и обнажив горбоносое волевое лицо, - Предоставить отдельный порт. Вия сразу ко мне.
Он обернул свой лик к панораме и мысленно приказал ИИ снять светофильтрацию на двадцать единиц. В полумраке думалось свободнее, но во время приемов и аудиенций следовало освещать залу подобающе.
- Слугу мне, - добавил уже вслух темный владыка, особенно не заботясь о громкости своего голоса, зная, что все равно будет услышан и понят, - Сервировать стол на шесть персон. Подать пищу. Пригласить моих гостей.
Из посветлевшей панорамы в залу хлынул яркий холодный свет ближайшего голубоватого светила, разом разукрасив темные тона помещения, и превратив его пространство в разноцветье орнаментов, что покрывали все доступное взгляду пространство залы. Трон в центре помещения на свету превратился в темно-зеленый мерцающий массив, несколько текучий из-за биомеханической составляющей.
Велик и могуч Чернобог Пекальный. Велик и могуч, как никогда прежде. Однако же, все еще не так величественен, как хранители Великого Ирийского древа. Так мнилось и угнетало самолюбие владыки множества Пекальных миров на протяжении нескольких тысячелетий. Угнетало и вводило в ярость, ибо возрастом и славой он не уступал никому из них.
Яростью Витул и жил все эти многие тысячелетия. Один из немногих выживших отпрысков Вышеня Просветленного, он подобно родителю своему, что во времена становления носил имя Неистовый, жил широко и полно, не особо ограничивая себя какими-либо запретами. Он страстно любил жизнь в самом полном ее понимании, умел любить и ненавидеть не менее неистово, как и отец. Так существовать, на грани эмоций и нерва, могли только боги незапамятной древности, давно канувшие за горизонтом событий.
«Что ж, - подумал владыка, пристально наблюдая за тем, как в зале, под предводительством человекоподобного псевдосущества с львиной гривой имитации металлических волос, облаченного в ярко-красную короткую рубаху, левитируя на золоченых гравитронах, появилась вереница синтетиков-прислужников, нагруженная разнообразным скарбом, - В те канувшие времена многие правители жили именно так. Жили горячо и весело, словно хотели объять всю галактику. Кто-то называет ту эпоху периодом распада Триединого Союза, однако не я. Не только я. Многие из нынешних степенных правителей еще помнят ту недолгую, но дерзновенную от желаний эпоху. Заповеди пращуров отступили куда-то на дальний план, словно и не существовало их, а примером для нас, тогда еще молодого поколения, стали именно такие правители, что отказались от наследия и просветления в угоду собственным желаниям и прихотям. Неправильно, но так красиво и захватывающе…»
Процессия синтетических слуг со степенностью механизмов проследовала в помещение и приблизилась к пиршественному столу, уже трансформированному под нужный размер, сразу засуетившись около него и сменяя сервировку.
«…Некогда пришлые, дети канувшей в небытие колыбели архицивилизации пращуров, быстро освоились в этом секторе галактике и стали той грозной силой, с которой пришлось считаться тем, кто доселе считал себя здесь законными владельцами.»
«О да, я помню слова Летописи Начальных времен, - Чернобог нахмурил смуглое чело, поддаваясь нахлынувшим воспоминаниям, - Жестокие войны, полыхнувшие сразу после распада Триединого Союза, продолжались с тех пор беспрестанно».
Войны на уничтожение, зачиненные с предательства, продолжались и потом. Сперва с дассами. Отвоевывались территории древних царств, сулящие отошедшим от заветов мудрых предков праирийцам благословенные миры. Потом бились между собой, не поделив наследие ушедших отцов. Долгие тысячелетия, одно за другим уходили в прошлое, рождались новые поколения, а наследники Триединого Союза все совершенствовали свои боевые качества, изощрялись в изобретении новых видов оружия, поглощали и переваривали в себе один за другим, народы сектора. До тех самых пор, пока не утвердили свое безраздельное господство в доступных пределах.
«То было славное время, - глубина очей Витула невольно засверкала воспоминаниями гроз былых сражений, - Никто из нас не щадил себя, проживая каждый новый день, словно последний. Мы каждый день отважно кидались в новые битвы, как будто только в них и заключался смысл нашей жизни».
Впрочем, может, так оно и было. До поры. В череде борьбы с новыми врагами, один за другим гибли старшие отпрыски Вышеня, уступая свое место подле родителя младшим. Так и случилось, что с течением времени Чернобог остался самым первородным из выживших чад своего великого отца с правом наследования. И, к слову сказать, он тогда и не мечтал об иной судьбе для себя и других представителей своего народа. Никто из тех, кто обретался в рядах многочисленных дружин, не мечтал об иной судьбе, чем сложить голову за братство воев.
Так он считал в те времена. Но так считали не все. В народе, забросившем все духовные устои и откатившемся далеко назад на пути развития, постепенно стал зреть тот раскол, коего еще не видела история. Назревал постепенно, не торопясь вырываться на поверхность. Однако, когда этот раскол созрел, то содрогнулся весь галактический сектор, включавший в себя к тому времени обширные территории до орионских туманностей с их сонмом адовых миров. Содрогнулся, чтобы затем расколоться на две стороны, противоположные отныне по духу и по идеологии.
«Интересно, откуда все-таки Вышень взял те постулаты Ирийского пути, коему стал следовать после? - темный владыка дланью взъерошил густые кудри жестких черных волос, - Они возникли у него неожиданно для всех его союзников, разом перевернув восприятие бытия, сознание и образ жизни. Как будто молния, мощным разрядом пробившая парные вселенные-антиподы, в мгновение принесла с собой в его мировоззрение что-то такое, что совершенно перевернуло его представление о положении вещей и пространства в этой кровавой мешанине, что называлась жизнью…»
Тем временем команда синтетиков, проворно оперируя десятком многосуставных конечностей, почти закончила сервировать большой пиршественный стол из того же синтетического биогранита, что и стоявший в глубине залы трон. Витул машинально просканировал энергетические характеристики синтетического персонала, затем остановился на руководившим ими слуге. И почти сразу же нашел причину, что отвлекала его от размышлений всю последнюю долю. То был микроскопический трансформатор, вживленный в нейросеть кухонного слуги и предполагавший свободную передачу зрительной и слуховой информации некоему оператору, находящемуся на другом конце канала передачи. Не сказать, что владыка ощутил удивление. За тысячелетия войн и интриг, он вполне спокойно относился ко всем способам получения знаний, так, как и сам никогда не гнушался использовать их все, в тех или иных ситуациях. Все его последователи и приверженцы, так или иначе, шли подобным путем, что в конце концов, логично и понятно.
«Что ж, - легкая усмешка тронула губы Чернобога, на миг смягчив его резкие мужские черты, - Хорошо, когда все происходящее с тобой всегда для тебя постижимо».
Невидимая для низших существ его ментальная аура вдруг оживилась и темным спрутом протянулась по только что обнаруженному им каналу, оставшись незамеченной никем, кроме как самим темным владыкой. Владыка многое умел, оттачивая свое ментальное мастерство на протяжении тысячелетий. Пси-щупальце устремилось по найденной лазейке, легко струясь в эфире, минуло несколько промежуточных технических точек, пока не достигло конечного пункта. Легкое сканирование оператора – желтые глаза с вертикальными зрачками, холодная чешуйчатая кожа протоземноводного существа, холодный разум с ограниченным набором собственных эмоций.
«Стоило догадаться, - резюмировал Витул, возвращаясь в реальность из ментальности, в которой побывал, - Ящер Рапт в полной мере перенял от меня подозрительность и отсутствие доверия к кому бы то ни было. Даже ко мне».
Не только эти черты перенял от него высокоразвитый симбионт, в котором в животворное начало владыки искусно вплелось в животворное начало ящероподобного народа, происходящего с одной из центральных планет Триады Антареса. Натура этого существа, признанного Чернобогом своим сыном, причудливым образом совместила в себе высокую агрессивность, необычайную амбициозность, лютую жестокость и холодный расчет, с помощью которых Ящер становился зачастую просто неоценимым союзником и весьма опасным противником. Так или иначе, его натура заставляла родителя с ним считаться и учитывать его интересы.
- Госпожа Земун Плодородная, - тем временем объявил искусственный голос.
Витул обернулся к входу, чтобы поприветствовать свою давнюю союзницу, и в легкой дружелюбной улыбке до десен обнажил свои белоснежные зубы.
Земун Плодородная не вошла, она вплыла в зал во всей своей женственной красоте. Длинное закрытое платье, созданное с женской хитроумностью, ладно облегало ее восхитительно притягательную фигуру, как бы невзначай выделяя во всей красе высокую полную грудь и широкие бедра с девичьей узкой талией. Черты, привлекавшие всех, кто хоть как-то относился к гоминидам.
- Женщина – мечта, - кратко выразил свое восхищение темный владыка, легким движением поднявшись с трона и устремившись ей навстречу.
- О да, я знаю, - игриво усмехнулась ему в лицо Земун, красиво сложив пухлые губы, и дерзко сверкнула карим взглядом миндалевидных глаз из-под кудрявой копны волос, умело уложенных в высокую прическу.
Земун была не просто красивой женщиной гуманоидного типа. В чертогах Чернобога она выступала, как глава влиятельного альянса нескольких звездных систем, выступающих под знаменем Тельца. И, как подобает главе такого мощного союза, она, обладая не только соблазнительной внешностью, способной воспламенить мужское естество любого самца, а и весьма рациональным стратегическим умом, далеко не всегда стремилась показать свое интеллектуальное превосходство, искусно пряча его во внешней женской щебетней. Эта особенность и позволила ей со временем стать повелительницей многих народов. Свою высокую любвеобильность, давно ставшую притчей во языцах, Земун, нисколько не смущаясь, тоже зачастую использовала, как один из действенных инструментов для решения политических вопросов.
- Я думала, что все приглашенные в сборе, - глава Альянса Тельца жеманно пожала обнаженными плечами, - Теперь придется ждать.
- Я помню, дорогая, - усмехнулся Чернобог, - Как вы стремительны в желаниях и делах. Но в данном случае, уверяю, вам долго ждать не придется.
О, он хорошо помнил ее нетерпеливость и порывистость. И влажный блеск искрящихся глаз. И ее ненасытность в любовных утехах. А еще он помнил, как хороши ее густые кудрявые волосы, среди копны которых, как он помнил, нащупывались небольшие, похожие на коровьи, рожки. Но в данном случае и эти рожки выглядели совершенно очаровательными, учитывая, что представители народов Альянса обладали рогами куда более массивными.
«Кто знает, - подумал про себя Витул, - Может и здесь постаралась межвидовая гибридизация. Пращуры тоже баловались подобными опытами».
- Тем более что общество у нас сегодня немноголюдное, - продолжил вслух темный владыка, - Только круг доверенных. Так что, располагайтесь с должным почетом, где душа возжелает.
- Аспид Черный, - снова огласил искусственный голос, однако Чернобог, ментально уловивший это приближение заранее, уже зашагал в сторону входа, встречая нового гостя.
Взращенный той ипостасью Вышеня, что еще не ведала о духовных путях саморазвития личности, Чернобог Пекальный очень щепетильно относился к своему месту и своей роли в этом, созданном им самим мире империи. Не только к собственному месту, но и к месту и важности персоны каждого, кого он некогда выдвинул на занимаемое им место в этой обширной территориальной общности миров. И при всем том, осознание своего абсолютного главенства нисколько не мешало владыке отдавать дань уважения своим подданным и союзникам, ценить их собственные заслуги и таланты. Оттого ныне он и встречал Аспида у входа, как радушный хозяин, а не на троне, как властитель.
Навстречу ему через входной проем сперва брызнул по полу веер серебристо-черных мелких полусинтетических гадов, уворачиваясь с пути движения хозяина асвины. С тихим шипением они расползлись в стороны, освободив путь для кого-то большого. Аспид Черный широко использовал наблюдательные боты, с помощью которых тщательно сканировал пространство на своем пути.
- Здравствуй, мой добрый товарищ, - простер Чернобог длани навстречу гостю, в то время как тот стал вползать в проем, извиваясь изгибами мощного чешуйчатого, черного как антрацит бронированного тела, - Безмерно рад тому, что ты почтил нас своим присутствием.
Бесспорно, разум темного владыки проявил себя весьма изощренно на пути распространения своей власти. Цивилизации нагов, драконов и аспидов всех возможных мастей владели не одним десятком звездных систем сектора и хранили настоящий кладезь древнейших знаний и сил, а потому, породив таких как Аспид – существо с изрядной примесью его собственного животворного начала, Витул сумел приблизить и подчинить себе это множество древних народов, сделав их важной частью своей могучей империи.
«Нет, - поправил себя владыка, не забыв изолировать собственный разум, - Не совсем так, ибо Аспид Черный – есть существо второй формации, закрепившее в наследственной линии свойства первичного рекомбинанта. И создал первичное существо не я самолично».
Это было правдой до последнего слова, так как Черный Змий, первый рекомбинант этой жизненной линии, создавался руками Вышеня Неистового (так ранее величали того, кому затем стали так истово поклоняться). Эти искушенные длани сумели эффективно изготовить коктейль из жизненных начал аспидов и драконовых с тщательно отмеренной долей наследственности ирийского семени, что позволило воспроизвести на свет поистине выдающееся существо. И упомянутую долю жизненного начала ирийских существ отдал именно Витул, по обыкновению ассистировавший родителю.
«Черный Змий никогда не воспринимался мной как собственный отпрыск, - вспомнил владыка, - Как равный. Мы ощущали друг друга скорее братьями родственных линий».
Аспид Черный, наследный отпрыск Черного Змия, как и следовало потомственному гибриду, помимо могучего разума и глубоких знаний сущего, также оказался, как минимум, вдвое крупнее представителей своего народа, в сражениях проявлял невероятную свирепость и кровожадность, зачастую не уступая Ящеру, так славившемуся плотоядными привычками. Потому, взращенный владыкой в нужное время, сей отпрыск принял достойное участие в урагане событий Войн Раздора, справедливым результатом которого стало объединение аспидов и нагов под новым сильным началом и вхождение большинства их миров в состав набиравшей мощь Империи Ориона.
- Приветствую тебя, мой владыка, - тихий глубокий глас с затаенными жесткими перекатами сопровождался негромким шипением, характерным для голосового аппарата змееподобных созданий, универсального для передачи звука в нескольких диапазонах, - Я счастлив видеть тебя в добром здравии. Разреши присутствовать при твоей трапезе и порадоваться обилию твоей пищи.
Из полумрака входного проема показалась большая змееподобная голова с массивным, почти птичьим по форме клювом. Антрацитово бликуя в мягком освещении зала, голова Аспида с бородой свисающих за выступающими мощными скулами толстыми хоботообразными усами-отростками просунулась в помещение и хищно осмотрелась страшным стеклянным взглядом огненно-красных очей с вертикальными зрачками.
- Хочу вкусить мою пищу вместе с тобой, - Чернобог указал дланью в сторону пиршественного стола, - Твое место ожидает тебя.
Молчаливо приняв предложение владыки, драконо-змей вполз внутрь залы, оказавшись едва ли не втрое крупнее по размерам своего названного отца. Несмотря на большую массу, его бронированное тело извивалось практически бесшумно. Впрочем, владыку это не удивляло, ибо он был хорошо осведомлен о том, что народы аспидов давно освоили навыки физиологического управления гравитационным полем при помощи биополя собственного организма. Так что, для Аспида, как и для многих развитых особей его типа, не составляло труда передвигать свое громоздкое тело над поверхностью земли в полупарящем состоянии даже тогда, когда его большие кожистые крылья складывались за могучей спиной.
Крылатый змей легко скользнул к пиршественному столу, где уже из плит расписного пола трансформировался черный с зелеными разводами монолит глыбообразного пьедестала. На нем он и успокоился, уложив страшную голову поверх колец собственного тела.
На следующих двух гостях размеренность приема сменила ритм, так как они явились сразу, едва предыдущий гость успел расположиться у стола. Кряжистая фигура Вия Дремучего увесистым спорым шагом проследовала в помещение, возникнув в нем, будто свалившийся с небес утес, тяжкий в своей величавости и гранитной незыблемости.
- Здрав будь, отче, - пророкотал Вий при виде ожидавшего у входа Витула, - Я прибыл к тебе, едва покинули мою резиденцию послы ирийские, дабы принести самолично все вести о состоявшихся переговорах. Как только остыл в эфире след их вайтманы, я приказал направиться сюда кратчайшим путем.
- Ждал тебя с нетерпением, мой наследный отпрыск, - Чернобог Пекальный живо приблизился и заключил прибывшего в свои объятия, а затем звучно крякнул в мощной ответной хватке на вид несколько коротковатых, но мускулисто толстых и могучих его верхних конечностей с поистине титаническими дланями, коими, как гласила молва, тот был способен стереть в порошок не только любую из голов своих противников, но и каменный валун едва ли не с себя ростом.
Слухи о великой силе Вия Дремучего ходили не зря, ибо его жизненное начало происходило из очень древнего племени, обитавшего в данном секторе пространства задолго до того, как туда добрались вои умирающего и готового развалиться, но продолжавшего захватывать новые территории Триединого Союза. Титанические, отдаленно гоминидоподобные создания, обитавшие на добром десятке адовых миров прямо в центре туманности Ориона. Представители той цивилизации обладали достаточным потенциалом для суверенности и самодостаточности, однако, несмотря на все знания и технологии, упомянутую цивилизацию Чернобог Пекальный застал в периоде медленного угасания по причине своей естественной старости. Агония этой формации выразилась в свирепом самоуничтожении через нескончаемые междоусобные войны, постепенно, но верно сужавших естественный ареал их обитания.
Тем не менее, потенциала умирающего народа оказалось вполне достаточно, чтобы они с легкостью отбили от своих границ две атакующие волны объединенных сил внешнего агрессора.
«То было очень давно. Много тысячелетий тому назад, - подумал Чернобог, - Так давно, что кроме меня, пожалуй, ныне никто и не вспомнит имени того, давно сгинувшего народа».
Задачу покорения этого пространственного сегмента решил только Чернобог, ставший к тому времени одним из главных воевод Вышеня Неистового. Его решением, племя, не сдавшееся захватчикам, истребили под корень. Однако прежде чем героический народ пал до единого индивида, воевода Витул Дерзкий, впечатленный его отвагой, решил заполучить для своих целей толику его животворного начала. А получив и выждав срок в тысячелетний цикл, нынешний владыка миров Империи Ориона успешно использовал комбинацию этой «толики» со своим животворным началом при помощи верной Седунь Роженицы. Так он создал отпрыска, способного затмить его самого.
«Глобальное оружие и небытие поглотили тот народ, дабы на их место пришли более сильные и достойные, - мысленно повторил темный владыка один из своих собственных постулатов, - Но я оказался столь милосерден, что не дал пропасть без следа столь выдающемуся наследственному началу».
В том эксперименте он тогда пошел несколько дальше, чем решался до сих пор. Седунь-Коза не только осуществила симбиоз видовых начал. Она сама выносила это дитя, дав ему статус законнорожденного и наследного по статусу. Даже Дый Рассудительный – дитя, сотворенное естественным путем уже из их с Седунь начал с некоторой примесью улучшения, несмотря на внешнюю схожесть с родителем, стал лишь вторым в списке ближнего круга.
Впрочем, как считал сам владыка, он сполна возместил Вию Дремучему неведомую ему самому потерю своего исконного племени. Возместил, отдав в его владения значительную часть адовых, или как выражались ирийцы, пекальных миров со всеми их созданиями, порой наводившими дикий ужас на племена вне этого самого пекального круга. Ныне Вий, как законный наследник, безраздельно владел этой невероятной мощью, варящейся в едином мегацивилизационном котле.
- Ты можешь явить нам свой лик, принц, - сказал Витул, наконец, высвободившись из могучих сыновьих объятий, - Здесь все свои и нам никто не угрожает.
Вий послушно исполнил просьбу родителя и привел в действие механизмы своей боевой брони, бурой чешуей, облегавшей его широкое мощное тело. Та пришла в движение и открыла лик, сойдя частью с массивной головы. К присутствующим обернулось поросшее густой и вьющейся рыжеватой шерстью квадратное лицо с тяжелым выступающим подбородком и массивным приплюснутым носом с широкими крыльями ноздрей, что нависали над толстогубым, жестко сомкнутым ртом. Крупные яблоки его глаз под кустистыми бровями выглядели почти полностью прикрытыми под изрядно набрякшими веками, отчего складывалось впечатление, что их обладатель слеп, либо погружен в глубокую прострацию. И, тем не менее, эта видимость совсем не мешала их владельцу свободно ориентироваться в пространстве. Каждый из здесь присутствующих знал, что сын Чернобога является поистине выдающимся псиоником, определенными навыками превосходя даже отца. Уже в зрелом возрасте Вий решил, что этих самых псионических способностей ему достанет для того, чтобы обойтись без обычного зрения вовсе. Оттого зрительными элементами своей биологической конструкции он более не пользовался по прямому назначению. При содействии Седунь-родительницы и ее биотехнологов он видоизменил этот орган для концентрации пучков пси-энергии, превратив глаза в некое личное оружие, действие которого ныне могли бы вынести очень немногие.
- Пройди на свое место, сын мой, - произнес Чернобог, - И займи свое законное место подле меня. Вкуси пищи и поведай нам те новости, которые мы ждем с таким нетерпением. Сыну своему отведи место подле себя по правую длань твою.
Последнюю фразу он произносил, вновь обратившись ко входу, через который в эту долю, звучно бряцая чешуей брони, протискивалось отблескивающее тусклым стальным цветом грузное тело крупного дракона.
Горын Виевич обычным драконом не являлся так же, как Аспид не мог называться в полной мере драконо-змеем народа аспидов. И по той же самой причине, ибо как продукт межвидовой гибридизации впитал в себя животворное семя своего отца, вошедшее в глубокий симбиоз с семенем драконового племени.
«Все идет своим чередом, - подумал Витул, - Я создал не одного отпрыска с толикой собственных начал ради достижения политических целей. Так я покорил многие и многие народы. Мой наследный отпрыск движется по такому же пути, используя подобные методы».
Горын, несмотря на всю схожесть биологических черт, как гибрид, вышел едва ли не мощнее Аспида, несмотря на то, что выглядел почти вдвое короче в своем бронированном теле. Зато гораздо устойчивее стоял на мощных лапах, легко несущих тяжелую сбитую тушу с довольно длинным сегментировано гребенчатым хвостом с острозубым навершием на его конце.
«Вий постарался на славу, создавая его, - отдал должное владыка, - Разум этого существа, как минимум, не уступает ничьему из присутствующих. А мощь его просто поражает».
О, Чернобогу приходилось видеть Горына в бою… В битве за планету Алькатон, в момент, когда рати Вия Дремучего пришлось очень тяжело в лобовом бою с авангардом ирийского войска, подоспевший Горын при поддержке отряда драконовых созданий просто смел ряды противника, выручая раненого правителя. В тот момент он выглядел божественным в своей беспредельной боевой свирепости.
Чернобог знал всю великую меру воинского безумия этого существа. Столь же великую, сколь колоссальным оказался и его разум, лишенный многих, присущих людям эмоций, чувств и предрассудков. Оттого Горын Виевич и сумел подчинить себе полуночные миры Черного круга, доселе неподвластные никому. Ныне же драконовые племена всецело присягнули темному владыке, Вию и самому Горыну, как некой святой Троице, составляя главный костяк воинства Пекальных миров. Даже недавнее признание глобального поражения Империи Ориона под угрозой применения планетарного оружия Ирийского Союза совсем не умалило заслуги драконовых созданий в глазах темного владыки. Слишком многое завоевано ценой их дегтярно густой крови, пролитой на полях былых асс.
Вослед своему родителю Горын пружинистой поступью проследовал в помещение залы, хищно рыскнул по сторонам тяжким взором темно-красных, будто налитых под завязку кровью, глаз из-под нависающих кожистых век. В отличие от близкородственных народов аспидов, зрак у его очей имел изменяемую форму, сокращаясь и вытягиваясь с любой плоскости. Может быть именно по этой причине зрение драконов, не в пример вышеназванным родичам имело непревзойденную остроту. Оглядевшись, сын Вия сердито тряхнул массивной, покрытой мелкими костяными шипами, клювообразной мордой со скрытым острозубым оскалом слюнявой пасти, а затем удалился на свое место рядом с Вием Дремучим, угнездившись по правую от него руку на валунообразном постаменте, похожем на тот, которым уже воспользовался Аспид Черный.
Последним прибыл Дый Рассудительный, также встреченный родителем у самого входа. В своих походных темно-серебристых биодоспехах второй наследный принц императора смотрелся диссонансом с остальными гостями, однако Витул не произнес ни единого слова ему в укор, ибо знал, что тот только что вернулся из дальнего похода, куда отправлялся по заданию владыки.
- Успешно? – тихо поинтересовался Чернобог, приблизившись к отпрыску с ракурса, чтобы движение его уст не оказалось замеченным никем из гостей.
- Отчасти, - Дый склонился к его уху, также стремясь сохранить беседу втайне, - Замечено активное использование специфических компонентов технического характера, а также привлечение большого количества зничей, исследователей и другого рода специалистов. Однако предпринятые ирийцами меры безопасности исключают возможность узнать даже локализацию ведущихся работ. По крайней мере, сейчас.
- Будем надеяться на скорое прояснение, - согласился Витул, - Хотя сам факт нового крупного проекта Ирийского Союза, осуществляемого с подобными предосторожностями, внушает значительные опасения.
Он указал отпрыску на место за столом и выждал, пока тот исполнит его молчаливое приказание.
Несмотря на то, что многие из правителей Пекальных миров относились в Дыю Рассудительному с долей снисходительности, отдавая должное лишь его происхождению, сам владыка очень ценил этого отпрыска. Хотя бы за то, что при всех своих усредненных боевых и физических данных, тот имел покладистый нрав, рассудительный ум и непревзойденную никем проницательность. Дый обладал даром мыслить далеко и стратегически. И в отличие от других стратегов Чернобога Пекального умел составлять довольно четкие прогнозы в глобальной стратегии на далекую перспективу. Может оттого Витул прощал сыну и давнюю лояльность к Ирийскому Союзу, и его стремление к установлению с ним длительного мира. Зато очень прислушивался к аналитическим выкладкам Дыя в ракурсе планов долгосрочного развития империи и доверял тому самые важные поручения, требовавшие большого ума и склонности к тщательному анализу.
- Что ж, уважаемые мной гости, - продолжил Чернобог, дождавшись, когда его последний гость освоится за столом, - Я более никого не жду, так что вполне уместно начать нашу трапезу, украсив ее обстоятельным рассмотрением тех новостей, какие доставил нам наследный принц Вий.
Произнеся эти слова, Витул сделал жест, после которого его трон, прежде водруженный подле панорамной стены, трансформировался во главе стола. Затем, воссев на него, владыка воспроизвел еще один короткий жест, после которого к пиршественному столу приблизилась вереница синтетиков обслуживания, подающих яства каждому из гостей персонально.
Для приближенных владыки такого понятия, как этикет, не существовало. Этикет возможен только для общностей разумных существ одного происхождения и наследственности. Здесь же каждый поглощал пищу так, как только считал нужным. Чернобог, чье общество во все времена являлось крайне разношерстным, никогда не придерживался каких-либо обрядов и правил поведения, а тем паче, этикета в любой форме. А потому весьма спокойно относился к тому, как какое-нибудь существо нечеловеческого биотипа поглощало на его званых трапезах блюда из плоти человекообразных. В какой-то мере это даже стало удобным поводом избавляться от преступников, коих во всех мирах империи вполне хватало для утоления аппетита хищных союзников.
- Сын мой, - произнес Витул, терпеливо дождавшись, когда первый голод приглашенных окажется утолен, - Мы заждались твоего рассказа о выполненной миссии.
Вий Дремучий, в силу наследственности давно и явно не смущавшийся своего пристрастия к сырой мясной пище, в это самое время с жадностью поедал небольшое кожистое существо с несколькими парными когтистыми конечностями, утробно похрустывая разгрызаемыми костями меж массивных челюстей. Вняв словам владыки, он покорно отложил недоеденную, истекающую кровью тушку, тыльной частью длани отер лоснящийся губастый мохнатый рот и повел ликом по сторонам.
- Слушай же, отче, - низкий рокочущий голос прозвучал неожиданно громогласно, так что Аспид, как существо, не терпящее шума из-за чуткого слуха, недовольно мотнул клювообразной пастью, и выронил из нее обильно покрытый зеленоватой слизью ядовитой слюны кусок чьей-то разорванной плоти, - Я полагаю, что мир, запрошенный нами после поражения в сражении у мира Маре-Во, на самом деле более выгоден поросли Ирийского древа, а не нам самим.
- Значит, - обронил Чернобог, пространным взглядом наблюдая за тем, как Аспид, ловко орудуя щупальцами – отростками на своем змеином лике, подхватил выпавшую еду и отправил по назначению, - Значит ли это, что слухи о грядущем пространственном катаклизме в Ирийском Саду не просто слухи?
- Именно, - подтвердил Вий, - Наши источники все более утвердительно гласят о том, что пространство расселения отпрысков Ирийского древа становится нестабильным. Обозримо недалек момент, когда оно содрогнется, поглощая обреченные системы одну за другой.
Новость для Чернобога таковой не являлась. Уже не в первый, и даже не в сотый раз он слышал о том, что область пространства, густо заселенная родами ирийцев, становится круголет от круголета все менее устойчивой для воздействий мощных глубинных пространственных течений. Раз за разом приходили сообщения из разных мест, свидетельствующие, что ткань пространства временами колеблется от межструктурных подпространственных энерговоздействий, искажается, являя для своих обитателей порой довольно жуткие местные катаклизмы в виде изменения гравитационных составляющих целых звездных систем, влекущих за собой, как следствие, планетарные разрушения и столкновения пространственных образований. Кроме того, уже случались и порывы самой пространственной текстуры, сквозь которые в галактические просторы проникало антипространство, порождая в тех пространственных координатах опустошительные аннигиляционные очаги.
«Так уже бывало у наших предков, - подумалось владыке, - Именно такое непредсказуемое поведение пространства заставило отпрысков працивилизаций сняться с родовых мест и уйти в иные звездные дали с боем искать новый дом. А теперь там, где прежде меж отчих чертогов бороздили космическое пространство армады вайтмар наших праотцов, лежит обширная проплешина галактической пустыни».
- Мы это предполагали и раньше, - высказался он вслух, оглядев присутствующих, - Нам известно, что Ирийское древо уже потеряло две свои наследственные ветви на дальних окраинах сектора, прежде чем их вожди перестали замалчивать возникшую проблему. Перед перспективой вселенского пожара, беспощадного ко всему живому, не устоит никто…
- Пусть бы сгинули они все до единого, - звучно рыкнул Горын, оторвав окровавленную зубастую пасть от варварски освежеванной туши какого-то существа, - Уничтоженное Маре-Во взывает к возмездию. Миллиарды моих братьев сгинули в том лавовом огне.
Дракон, по всей видимости, хотел добавить что-то еще, однако уловил едва заметное движение головы Вия, захлебнулся урчащим кашлем и умолк, как и подобало младшему перед старшими.
- …Ирийское древо пока сильно, - продолжил Витул, - И нам ныне не следует вступать с ним в тяжбу. Слишком многое мы можем потерять из-за ненужной гордыни.
- Расклад сил нам понятен и без разъяснений, - подала реплику Земун, до той поры со скучным видом ковырявшая столовыми приборами в блюде, - Гораздо интереснее узнать, какие именно планы строят ирийцы, коли в обозримом будущем им придется сниматься с мест нынешнего обитания. Раз они предпочли решать проблемы мирным путем, вместо того, чтобы и далее запугивать нас испепелением планет, значит, что у них есть какой-то дальновидный план для решения своих проблем. И я не поверю, что этот план ограничивается заселением только диких миров.
Замечание, сделанное почти вскользь, прозвучало именно в той форме, чтобы поставить нужное ударение на вложенный смысл. Правительница цивилизации разумных тельцов умела анализировать.
- Но их план пока выразился именно в том, чтобы на правах победителей выторговать для заселения своими народами десяток-другой окраинных молодых систем из числа тех, что еще не освоены по ряду причин, - высказался в ответ Вий Дремучий, обратив к красавице свое пугающее совиное лицо, - Во многих этих диких мирах потребуется затратить мириады сил и средств для принудительного формирования условий, подходящих для последующего заселения. Эти затраты неминуемо ослабят потенциал Ирийского древа, что, несомненно, нам только на руку. Если у противника есть какие-то сопутствующие замыслы, то мы со временем узнаем и об этом. Благородные ирийцы…
- О, это ирийское благородство… - прервав говорившего, насмешливо протянула Земун, и картинно закатила свои кокетливые карие очи, - Не научила их история пращуров, гласящая лишь одну истину – пользуйся своим успехом с максимальной выгодой. Я на их месте откусила бы куда больший кусок.
- Именно поэтому, - усмехнулся Чернобог, - Вы, моя дорогая властительница Альянса Тельца, с ними по разные стороны и присутствуете сейчас здесь.
- Вообще-то я, благодаря своей личной идеологии, ни с кем конкретно, - возразила, было, Земун Плодородная, но тут же стушевалась и сникла, поймав резанувший взгляд темного владыки, - Впрочем…с другой стороны…можно сказать и так…
- Этот частный вопрос, который к обсуждаемой теме не касается, - произнес Витул, сразу же демонстративно переключившись на других гостей, - Нас больше должно интересовать то, насколько правильно мы поняли намерения наших потенциальных оппонентов. Потенциальных потому, что мирный договор меж нами не вечен, и это ясно для обеих сторон. Мирная пауза пойдет на руку и нам, ибо нет лучше момента, присмотреться к врагу, когда его внимание усыплено.
- То есть, империя позволит ирийцам заселить запрошенные системы? – выдохнул Аспид Черный в сторону владыки.
- А почему и нет? – засмеялся Чернобог, - Пусть они тратятся на освоение диких территорий. Пусть обживают их. В конце концов, мы всегда можем прийти на готовое. Это первая из причин, по которой следует дать ирийцам такую возможность.
- Есть и другие? – Аспид мотнул массивной головой и издал резкий щелчок клювом.
- Есть, - подтвердил Чернобог, - Как им не быть? Для того чтобы их понять, хватит взгляда на карту сектора. Осваивая эти миры, ирийцы растянут свои силы и народы, теряя стратегическое преимущество.
Он ждал реплик. Но реплики не поступили.
- Единственное обстоятельство смущает меня, - продолжил владыка, откидываясь на троне, дабы охватить взглядом всех присутствующих, - Даже учитывая то безграничное доверие, которое испытывают ко мне мои сыновья, я счел бы правильным, чтобы здесь и сейчас с нами находился Ящер Рапт. Ибо вопрос о принадлежности окраинных земель касается его в первую очередь.
Вий Дремучий в этот миг вздрогнул крупным телом, ибо сокровенный ментальный окрик Витула застал его несколько врасплох.
- Поддерживаю, отче, - громыхнул он низким гласом вослед родителю, подыгрывая ему в игре слов, - Область влияния Ящера как раз находится в той части сектора. Распоряжение упомянутыми территориями без его ведома и согласия сочтется неправильным даже с учетом имперского главенства.
Чернобог, все это время, отслеживавший интенсивность информационной передачи обнаруженного им ментального канала от слуги-шпиона своему оператору, с удовлетворением отметил, что все сказанное ушло намеченному адресату без помех. Что ж, для эффективного управления своими вассалами хороши любые средства.
- Впрочем, Ящер опытный и мудрый вождь, - с уверенностью в голосе добавил темный владыка, - Думаю, что мы решим с ним все вопросы в дальнейшем при встрече. Несмотря на свою юность, он никогда не упустит возможности, обещающей долгосрочные перспективы. Тем более что для него, властелина и наиболее яркого представителя славных раптов эти перспективы будут изначально понятны.
- Вы, владыка, как всегда дальновидны, - промурлыкала Земун Плодородная, явно уловившая в последних высказываниях Чернобога Пекального какую-то, пока неясную для нее игру, - В конце концов, Ирийское древо заключает мирный договор с Империей Ориона, а не с главой коалиции Триады. В этом несоответствии есть огромная возможность для политического маневра…
«Все-таки она умница, - подумал владыка, наблюдая за тем, как Земун пытается загладить вину за неудачные и недальновидные слова, - Очень умелая и понятливая умница. Не зная сути игры, так умело поддержать тему беседы сможет далеко не каждый из моих союзников».
- …Ко всему, существует возможность разыграть ирийских вождей фиктивным разрывом Империи Ориона и коалиции Триады Антареса из-за неразрешимых территориальных споров, что окончательно подарит Ящеру Рапту свободу решений и поступков.
- Моя дорогая, - подарил ей Чернобог благосклонную улыбку, - Вы просто угадываете мои мысли и предположения. Уж не думал, что они лежат так на поверхности.
- О, я всего лишь слабая женщина, - блеснула в его сторону Земун карими очами, весьма достоверно изобразив полную покорность, - В своих рассуждениях я просто оттолкнулась от ваших рассуждений и пошла немного дальше. Уж простите меня за мою дерзость, ибо я смиренно преклоняюсь пред вашим гением и абсолютной мужественностью. Любая из особей женского пола посчитает счастьем разделить ложе с величайшим из властителей и, при первой возможности зачать дитя, зная о его дальнейшем великом предназначении.
Неприкрытый намек и игривый блеск красивых глаз прекрасной властительницы произвели нужный эффект для мужского естества владыки. Настолько, что он на мгновение даже несколько забылся. Все-таки, нужно отдать должное чарам гостьи, она умела привлекать к себе. Вполне достойная женщина для опытов с наследственностью. За свою долгую жизнь Земун Плодородная умудрилась ощутить своим ненасытным лоном едва ли не всех могущественных властителей, включая вознесшегося Вышеня. Не только ощутить, но и зачастую вынести ощутимую выгоду из подобных связей. Многие из ныне правящих родов, разбросанных по системам сектора, могли совершенно обоснованно утверждать, что брали свое начало именно от чресел Земун Плодородной.
- Если ваше желание так велико и искренне, - обычно резкий в своей остроте, взор владыки совсем смягчился, - То вполне допускаю возможность не упустить ныне такой возможности и разделить с вами ложе.
Земун в ответ покорно потупила лукавые очи, что означало безусловную покорность. Тем лучше.
- Но вернемся к делам, - Чернобог Пекальный вновь обратился ко всем присутствующим, - Если наше общее мнение по поводу территориального запроса ирийских послов уже сформировано, то предлагаю перейти к менее масштабным деталям и второстепенным вопросам, в основном касающимся поставок стратегически важных материалов и составляющих. Заодно есть возможность слегка прерваться и сделать смену пиршественных блюд согласно пожеланиям моих друзей.
По мановению длани владыки вокруг стола снова засуетились проворные синтетики, невольно переключив на себя внимание пиршествующих. Всех, кроме Вия Дремучего. Тот, повинуясь ментальной команде родителя, чуть заметно повел массивным черепом, незаметно сканируя пространство. Вслед за этим, тяжелое веко правой глазницы слегка дрогнуло густой бахромой жестких ресниц, затем, благодаря скрытому наномеханизму, слегка поползло вверх и обнажило выпуклое желтое яблоко глазного окончания. Глаз обнажился на ничтожную долю мига, что, как и следовало ожидать, осталось незамеченным для большей части присутствующих. Однако этого движения с лихвой хватило для того, чтобы пульсирующий пси-силовыми эманациями зрачок нащупал силуэт жертвы. Слуга-шпион внезапно резко содрогнулся в мгновенной конвульсии и замертво рухнул на расписной пол, негромко бряцнув о поверхность металлическим вихром. Владыка знал наверняка, что энергии ментального удара достало для того, чтобы в такой же конвульсии погиб оператор первой ступени передачи информации.
«Чудно, - удовлетворенно ухмыльнулся Витул, наблюдая за тем, как тело слуги проворно уносят невозмутимые синтетики вместе с использованной посудой, - Ящер останется в полной уверенности, что его шпион вычислен Вием абсолютно случайно в ходе проверочного сканирования».
- Я вижу, что смена блюд закончена, - вслух произнес он, с удовлетворением отметив, что происшествие со слугой никого особо не смутило, - А раз стол снова полон, то предлагаю вернуться к нашей трапезе.
Глава. 5. К слову о путях…
Чертог Лебедя. Звездная система Свагура. Анкилон «Птицедив» Верховной Матери.
В покоях Макоши настолько полно царило беззвучие, что, казалось, сама тишина замерла в немом изумлении. И замерев, словно терпеливый слушатель, раскинулась внимательным покоем. Впрочем, слушать было нечего, так как сама Верховная мать также пребывала в состоянии духа, в котором лучше размышлять, чем действовать. Таким образом, состояние покоя ее сейчас полностью устраивало. Она входила с тишиной в некий симбиоз, определенно дающий просветление разума.
«Как же велика и разнолика Вселенская обитель, - подумалось ей в то самое время, как глаза пространно обозревали космическую панораму, видимую ей через огромную зрительную панель, полностью закрывавшую собой одну из стен просторных покоев, - Это исполинское материнское чрево выносило не только гроздь родственных Ирийских цивилизаций, но еще многих и многих. Несть числа им. Но все они, праведные и не очень, благолепные видом и несуразные плотью, так или иначе, дороги ей наравне. В этом принцип развития и здорового соперничества всех разумных существ. В этом заложен принцип развития и самой вселенной. Без акцентов на ком-то, без приоритетов и преференций кому бы то ни было».
Анкилон «Птицедив», являвшийся ныне ее любимейшей резиденцией, создавался, наверное, еще до эпохи Войн Раздора. А может и еще ранее. От сверхпрочных стен и переборок космического города прямо веяло духом минувшего. Обилием росписи и пышной вязи, он чем-то еще походил на орбитальный град системы, но кратно превышал подобные объекты функционалом и величиной, ибо уже предназначался в класс сооружений, считавшийся промежуточным между кораблями-городами гражданского назначения и Небесными градами. Отличие конкретно этого анкилона от иных, выстроенных гораздо позже, заключалось в том, что он считался прототипом. Одним из первых прототипов. В отличие от класса подобных сооружений, впоследствии развитых до самостоятельного вида мегакораблей, анкилон Макоши Чудоокой все же отличался той малостью, что не обрел полной мобильности за счет оснащения мощной двигательной системой, позволявшей перемещаться меж звезд. Он имел ограничение в том, что был в состоянии по своей прихоти лишь привязываться к любой из планет здешней звездной системы Свагура, совершая при этом небольшие перемещения в пределах зоны орбит вокруг светила. Впрочем, и эта мобильность в пределах планетарных орбит, как и возможность коррекции такой орбиты в зависимости от обстоятельств, Макошь Чудоокая считала достаточной для того, чтобы сделать проблематичной задачу точного определения местонахождения такого объекта для потенциального врага, а тем паче для планирования атаки глобальным оружием. А если учесть, что переход с одной орбиты на другую коррелировался случайным образом, то сама идея подобного нападения и вовсе теряла смысл.
«Да, мы, потомки працивилизации, сумели извлечь полезный опыт из бесчисленных войн и политических противостояний с различными фракциями существ. Мы прошли большой путь в совершенствовании технологии убийства мыслящих существ такими же существами. Путь, щедро политый кровью самых разных цветов и оттенков, - правительница в задумчивости устремила взор красивых зеленых очей в глубину панорамы, наблюдая за плавным движением двойного голубоватого светила, - Разум вселенский беспристрастен. Может быть оттого, что ему, как создающему началу, совсем нет дела до того, из каких кирпичиков складывается глобальное сознание, какова судьба единичных нейронов этого сознания. Важен лишь результат».
«Вполне может быть, - всколыхнулся в ментальном поле слабый отзвук, - Лада моя, тебе нужно быть осторожнее с мыслями. Их энергия может быть воспринята не только мной».
«О, нет, - уверенно отозвалась Макошь Чудоокая, - Ты слышишь меня один. Только перед тобой мои мысли так открыты и незащищены».
Она не знала, как это случилось, что их сущности оказались настроены Вселенной в полный унисон. А может не Вселенной. Может, постарался Вышень, а то и иная сверхразвитая мыслящая материя. Просто так случилось, что с самой первой встречи, произошедшей многие тысячелетия тому назад, их души связал некий симбиоз, позволивший не только сблизиться, но и врасти друг в друга ментальными корнями. Корнями настолько мощными, что каждый мог ощутить мысли и эмоции, а также боль и страдания того, с кем связала его эта незримая связь.
«Но, - продолжила Верховная Мать строгим мысленным тоном, - Раз мы снова беседуем, стоило бы обсудить детали плана Великого Исхода для отпрысков Ирийского древа».
«По-хорошему, стоило бы нам лично встретиться для этого, - ответил Род, - Тема беседы столь важна, что… С другой стороны, конечно же, на самом деле не стоит устраивать такую встречу. Отсчитывая с момента, как был заключен договор о Великом мире с Империей Ориона, я нахожусь под пристальным сторонним наблюдением. Как бы там ни говорили о единстве Ирийского Союза, у Пекального владыки достанет сторонников, пекущихся о его интересах. Накануне специалисты моей службы разведки выявили тайное присутствие разведывательной миссии во главе с Дыем Рассудительным. Конечно же, вследствие нашего противодействия, миссия не получила ничего стоящего внимания, но сам факт проявления интереса…».
«Печально, - произнесла на это Макошь в пси- пустоту, - Хотя то и ожидалось. Наш давний антагонист придерживается иной теории развития разума. И не станет придерживаться точки зрения необходимости компромиссов. Зато постарается вызнать наши секреты в надежде расстроить любые планы».
О, этот старый спор истинности материй и энергий. Такой же старый, как те миллионы лет, прошедшие с момента возникновения вселенского пузыря. Вышень Просветленный, как представитель первичных волн разума, с успехом когда-то пользовался для саморазвития всей энергетикой, что была ему доступна. Долго пользовался. С переменным успехом на том пути. Может, оттого и оставил после себя столь густую поросль потомства. Но правильно ли то было?
«Однако затем, как о том гласят Ирийские хроники, проникся знанием, - снова вошел в ее сознание голос Рода Буслаевича, - Знанием о том, что лишь энергетика высоких структур, называемая светлой, дает возможность для совершенствования сознания до возможности преодоления барьера мерности».
«Ты тоже обладаешь достаточными знаниями для этого, - сказала Макошь Чудоокая, - И почти закончил этот путь».
«И ты. Почти».
Они знали это. И не только они. Верховный протекторат Ирийского Древа сохранил знания пращуров, дающие возможность возвыситься в следующие ипостаси саморазвития. Но в большинстве своем медлил в конечном отрезке пути и не делал на нем того самого последнего шага в заботе о судьбе ирийских народов, остающихся после них без должной защиты. От этой великой заботы и родился великий план исхода ириев из миров тех чертогов, чьи дни оказались считаны судьбой Вселенной, в дали безопасные для развития цивилизации и недоступные для жадного имперского взора темного владыки. И не только его.
«Сколько еще осталось существовать старшим чертогам? – спросила Верховная Мать.
«Недолго, - откликнулся Род, - Время сочтено. Пространственный катаклизм уже через две - три тысячи круголетов начнет пожирать окраинные миры таким же путем, как в свое время стер в пыль праотчизну. А уж там, наверняка подключатся орионские имперцы, раздирая в клочья остатки того, что создали великие труды наших пращуров».
«Да, - задумчиво согласилась Макошь Чудоокая, - Так и будет. Я видела это во снах. Если промедлим».
«Не промедлим, - возразил правитель Чертога Аиста, - Работа идет скорейшим образом. Силы всего Ирия направлены на создание Золотых Птенцов».
«Числом сколь уже готово?»
«Едва половина, - признался Род, - Ирийское древо требует для начала сорок сороков переселенческих апур для ирийских народов из приграничья сектора. Это помимо Птенцов…»
«У нас есть некоторый запас времени для создания флота апур, - заметила Верховная мать, - Конечно же, мы в ответе за народы чертогов приграничья. И мы не оставим их в тяжелом положении, организовав новый этап переселения. Однако, все-таки перво-наперво важен запуск Золотых Птенцов. Их нужно запустить по Пути. Это наша страховка на самый крайний случай. А уже затем, по Пути пойдут остальные».
Повисла пауза.
«Говори, - потребовала Макошь.
«Есть проблема. Путь в дальние Плеяды можно проложить только один. Из-за пространственных особенностей сектора. И проходит он через одну молодую, едва сформировавшуюся систему в непосредственной близости от владений империи Ориона. Там его самое опасное и уязвимое место. Узнай Чернобог о нашем интересе к той системе, пиши пропало…»
«Может быть, Ладо, - мягко возразила Верховная мать, - Однако же, если удастся выполнить возложенную на нас с тобой миссию, то Пекальным агрессорам придется в один момент времени осознать, что Ирийского древа подле них более нет, а дорога, по которой совершен сей поистине великий исход, для них неизвестна и недоступна».
«Неведомо, какие испытания выпадут на долю ирийских отпрысков в самих дальних Плеядах…»
«Какие бы ни были, - парировала Макошь, - Ирийские отпрыски достаточно зрелы. Они несут с собой развитие, а не уничтожение для тех народов, какие только можно встретить в этом молодом секторе».
«То, правда, - согласился Род Буслаевич.
«А раз так, то Ирийскому Союзу жизненно необходимо получить упомянутую тобой планетарную систему во владение. Но как сделать это, не привлекая явного внимания имперского дома?»
«Это, как раз сделать не так-то уж и сложно, милая. Чернобог достаточно хорошо осведомлен о том, что цивилизациям Ирия в ближайшем будущем угрожает пространственный катаклизм. А раз так, то озвученный в переговорах о заключении великого мира вопрос о новых территориях для переселения народов Ирийского древа в пределах сектора не вызовет особого удивления и неприятия. Не зная о нашем истинном намерении, Пекальный владыка легко согласится на освоение нами тех окраинных территорий, что пока не охвачены влиянием Империи Ориона. Означенная мною молодая система не столь далека от империи, но вполне может попасть в список тех земель…»
«Витул довольно предсказуем, - подхватила Макошь, - А значит…»
«А значит, он станет строить планы, исходя из предположения, что ирийцы действительно намерены освоить те земли. Остальные выводы и предположения – следствие из этого утверждения».
«Все ясно, - приняла решение Верховная мать, - Быть посему».
На берегу великого океана.
Административный центр планетарной системы Сангли-2. Планета Ансер. Змеиный дворец.
Дворец блистал великолепием. Величественное строение на скалистом побережье огромного континента напоминало скорее небольшой город, чем единый замковый ансамбль, и гордо возвышалось над окружающим пространством с вершины горного хребта, напрямую соседствующего с океаническим побережьем. Дворец довлел над суровыми каменными окрестностями величественными ажурными башнями, издали казавшимися неким подобием когтей неизвестного гигантского монстра, пытающегося прорваться наружу сквозь мантию планеты. Впрочем, он, на самом деле, и являлся этим самым монстром, ибо наружу выходила лишь малая часть сооружений, тогда как основной ансамбль помещался под поверхностью горы, уходя вглубь планеты на многие десятки и сотни мер. Гулкие залы, будуары, отдельные покои, а то и вовсе какие-то каморы, и боксы, вкупе с длинными коридорными переходами, что освещались мягким, изрядно приглушенным освещением, которое в ряде случаев могло бы показаться слишком сумрачными для такого впечатляющего комплекса. Но только не для обитателей дворца, чьи зрительные рецепторы охватывали такой обширный диапазон восприятия, что он позволял комфортно ориентироваться даже в полной темноте.
Разновидность разумных нагов, называвшая себя наргалами, тайно и наскоро обжившая этот мир за последние несколько веков, возникла здесь словно ниоткуда и, к слову, не принадлежала к народам собственно нагов, обитающих в достижимых звездных пределах. Если б кто-то из исследователей удосужился тщательно проанализировать набор животворных начал, что присутствовали в природе этого змеиного племени, он бы оказался удивлен тем, насколько родственен этот набор целому ряду разумных видов, в разное время проживавших свою цивилизационную историю в данных звездных пределах. Казалось, кто-то великий собрал вместе несколько отдаленных образчиков и тщательно взболтал их, по своей прихоти изготовив изрядный коктейль, ставший затем началом нового племени. Наги Ансера в некоторой части своей общности имели чешуйчатое гибкое тело с минимумом вспомогательных конечностей, однако, в зависимости от ступени развития биоформы, могли проявляться и в переходной полугуманоидной форме биологических созданий, имевшей, как минимум, пару верхних конечностей с вполне развитой грудной клеткой и приблизительно человеческим черепом с гуманоидоподобными же чертами. Определенная часть этого странного общества, очевидно наделенная несколько отличающимся набором племенных черт, или, что тоже не исключено, из-за водного образа жизненного существования, обладала змееподобным строением нижнего сегмента тела, представленным подобием хвоста, что имело несомненную выгоду при передвижении в толщах океанических вод. Другая же, предпочитающая жизнеобитание на суше, почти приближалась к гуманоидным пропорциям, отличаясь только в функциональности конечностей и видовых отличиях строения организма. Впрочем, некоторая разница в строении тела, делящая нагов Ансера на три подвида, нисколько не разобщала этот странный народ. Напротив, они активно дополняли друг друга и часто скрещивались в биологическом плане, давая довольно многочисленное потомство.
Как получилось, что такой необычный народ оказался соседом Ледомирья, прочно обжитого гуманоидными созданиями, осталось загадкой. Звездный конгломерат из трех систем ранее больше считался приграничьем на самом рубеже с территориями противника, и оттого надолго не прилегал ни к одной из противоборствующих сторон, периодически переходя то на одну, то на другую сторону. Скорее всего поэтому, долгое время ни одна из соседствующих цивилизаций не могла зацепиться за эти миры на достаточное время и, не смотря на их климатическую привлекательность, три системы Сангли, делившиеся на звездных картах путем присвоения порядковых номеров, довольствовались лишь кратковременным присутствием единичных и небольших колониальных образований. Даже тогда, когда чаша удачи отвернулась от приспешников легендарного Черного Змия и граница изрядно откатилась в сторону Пекальных владений, пустынные миры еще долго оставались таковыми. Возможно, именно в этот период времени и нашелся тот правитель, с тайной подачи которого все три планетарные системы заселились нагоподобными созданиями, способными занять в них все имеющиеся ярусы обитания.
Сперва втихомолку, а затем, окрепнув, открывшись остальным мирам, наргалы за несколько веков прочно закрепились на доставшихся им беспризорных (почти) владениях, а затем стали исподволь распространять свое влияние вокруг своего ареала обитания, подспудно стараясь подчинить ему все более дальние пределы. И чем дальше, тем все более стала проявляться их холодная захватническая натура, стремящаяся к возможно большему расширению собственного влияния.
Во главе этой тихой экспансии, сперва не имевшей выраженного лидера, со временем встала Параскея, объявившая себя правительницей Ансера, а затем и всех территорий Ледомирья. Странное создание даже для наргалов, она не походила ни на одну из видовых форм созданий собственного народа и выглядела почти по-человечески, сочетая в собственной биологии смесь типично нажьих черт вкупе с красотой гуманоидного создания. Змеиная наследственность проявлялась в ней скрыто, словно ее искусно спрятали. Она выразилась лишь некоторыми внешними проявлениями, однако больше пряталась в повадках и поведении, что вполне сопряглось с живой женской натурой и достаточно сильным разумом. В любом случае Параскея в своем развитии на порядки превосходила любого из разумных гадов собственного племени, а потому единоначально и безраздельно повелевала ими, так и не связав свою женскую натуру ни с кем из соплеменников. Она словно ждала, когда найдется достойный муж, с кем она в свое время сможет разделить бремя правления.
Правительница наргалов.
Темнота покоев веяла сухостью, а тепло, сочившееся от каменной поверхности массивных высоких стен, подаваемое через встроенные теплопроводы, ведущие к горячим недрам планеты, создавало в помещении атмосферу уютного гнезда. Правительница наргалов любила тепло, как может любить тепло лишь земноводное создание, так зависящее от колебаний температуры. Любила часами нежиться в мягких перинах, закутавшись в теплое покрывало и застыв на своем царском ложе подобием красивого изваяния. Впрочем, красивой она выглядела лишь в представлении людей. Ее женственная тонкая фигура и ее бледный точеный лик, обрамленный копной жестких вьющихся темных волос, могли соблазнить мужа из числа гуманоидов, однако в глазах, своих подданных она, правительница, выглядела скорее монстрообразным правителем, вызывающим любую гамму чувств от почитания до священного ужаса, но только не желание размножения и продолжения рода. И эти эмоции были взаимными, ибо ни одно из сотен, окружающих ее по – змеиному гибких тел не вызывало у Параскеи-Змеи желания совокупления. Скорее всего правительница наргалов действительно создавалась в большей степени человеком, ибо во главе своего искусственного народа имела предназначение достичь какую-то определенную цель. И определенный набор присущих ей биологических качеств, скорее всего, также имел свое предначертание…
Но однажды момент, давно ожидаемый змеедевой, все же пришел. Тихое сотрясение пространства, разнесшееся по помещению покоев, несмотря на всю свою мимолетность, заставило насторожиться ее существо и прогнать остатки сонливости. Параскея изящно изогнулась на своем большом ложе и слегка повернулась к той точке пространства, в которой почувствовала возмущение. Как раз тогда, когда пространство в одной из пристенных арок заклубилось зеленоватым маревом, и оттуда к правительнице шагнула коренастая мужская фигура.
- Ты выглядишь как змея, изготовившаяся к прыжку, - произнес гость, сверкнув в темноте жгуче пристальным взглядом.
- Здравствуй, Отец, - отозвалась Параскея, легко поднявшись с ложа и почтительно склонившись перед ним, - Я просто ощутила твой приход.
- Ощутила? – гость удивился, - Действие этого портала абсолютно незаметно для существ, не связанных с обратной стороной пространственности. Есть лишний повод задуматься о природе такой чувствительности.
Витул Пекальный в великолепии белоснежных одеяний, так выделяющих темный лик с пронзительно выразительными очами, выступил из зеленоватого марева и оказался подле ложа правительницы. Кромешная тьма, заполнявшая покои Параскея, нисколько не смутила и явно не доставила неудобств, ибо его искусственно адаптированное зрение позволяло видеть гораздо больше, чем было дано нагам и рептилоидам.
- Мы давно не виделись, Дочь моя, - продолжил он, откровенно мужским взглядом окинув фигуру стоявшей напротив Параскеи, - Ты расцвела и похорошела, приобретя соблазнительные формы. Твоя красота заставляет закипать мужскую кровь.
Своего создателя она знала практически с самого момента рождения. С того мига, когда аппарат искусственной матки выдал тому на руки новорожденное рекомбинантное создание. И пусть на протяжении последующего взросления и воцарения змеедева видела его лишь эпизодически, воспитываемая синтетическими няньками, знание и уверенность своего предназначения незыблемо сохранялись, ожидая того времени, когда она понадобится ему в поре своей зрелости. Грезы об этом моменте являлись на протяжении многих круголетов.
Момент наступил. Черты точеного личика Параскеи, обычно бесстрастные, смягчились, явив лукавую улыбку. Она созрела как женщина и уже томилась скрытыми желаниями. Поигрывая бедрами, правительница наргалов приблизилась к Чернобогу и почтительно склонилась перед ним, сделав это движение интуитивно соблазнительным.
- Негоже говорить так родителю, - произнесла она, - Ибо нежелательно для природы возжелать дщерь собственную.
Несмотря на сказанное, взгляд ее темных, с поволокой, очей, напротив выглядел вызывающим.
- Дщерь ты мне лишь в ничтожно малой части, - усмехнулся Чернобог в ее прекрасное лицо, - Как и Земун Плодородная тебе лишь частично матерь, по крови своей. Ты и твой народ созданы нами путем направленного комбинирования разноплеменных животворных начал, и если для создания особей твоего племени использовался сложный набор, с привлечением наследия нескольких народов, то в твоей крови, дочь моя, этот набор усложнился еще многократно. Так что не стоит нам ныне бояться старинных табу.
- Я и не страшусь, - усмехнулась Параскея, плавным движением длани пригласив гостя присесть на край ложа, - Тем паче, что среди наргалов нет такого мужа, который стоял бы вровень со мной. Это наталкивает на мысль, что мое собственное рождение несет в себе некое предназначение.
- Это так, - согласился Витул, последовав приглашению, - А потому я и вошел в твои покои. Не как правитель и вой, а как муж, достойный твоего внимания и чести разделить твое ложе. Любопытно, способно ли твое естество к естественному зачатию?
Произнеся эти слова, он сделал паузу, наблюдая за тем, как правительница наргалов неожиданно зашаталась, и с легким стоном опустилась на колени пред ложем.
- Я пришел с миром, - продолжил он, сверкнув внезапно жестким взглядом, - Однако никому не стану советовать пытаться овладеть моим разумом. Даже такой прелестнице, как ты, дщерь моя. Удержись от подобных попыток, или познаешь мой гнев.
- Прости меня, мой господин, - смиренно прошептала бледными устами змеедева и, стерев нервную испарину с мраморно белоснежного лба, снова склонилась пред владыкой, - Прости и пощади меня за мою дерзость проверить тебя, равен ли ты мне, как говоришь. Смею заверить, что более не стану вести себя подобным образом. Преданность моя к тебе отныне не имеет границ.
Услышанное, по всей видимости, более чем удовлетворило Чернобога Пекального. Он властно привлек к себе еще не пришедшую в себя правительницу наргалов и, взявшись дланью за ее острый подбородок, внимательно заглянул ей в глаза.
- Я верю тебе, - сказал он, рассматривая красивые черты лика правительницы, - Верю, ибо у тебя нет иного выхода, как принять свою долю и свой путь. В тебя слишком много вложено сильных начал, чтобы ты этого не ощутила. Я вижу все это, так как для моего разума ты – открытая книга. Согласна ли ты со мной?
- Согласна, - покорно прошептала Параскея устами, на которые уже вернулся естественный розовый окрас, - Мой господин...
- Раз так, - удовлетворённо улыбнулся пекальный владыка, впервые показав свое мужское обаяние, - Тогда будем считать, что прелюдия нашего сближения успешно пройдена.
Произнеся эти слова, он привлек ее к себе, одновременно укладывая на постель.
Кое-что о Ледяных мирах.
Конгломерат из двух, без малого, десятков звездных и планетарных систем, совмещенных в единый территориальный сегмент, следовало именовать обширным даже в рамках чертога, если бы не тот факт, что большая часть земель в них оказалась вне зоны комфортного существования биологических форм жизни. Те же, которые в этот пояс все-таки сумели попасть, зачастую существовали на самой кромке возможности подобного развития. Не удивительно, что большую часть будущего Чертога Лисы сперва назвали только общим, достаточно обезличенным названием – «Ледяные миры» или «Ледомирье», что довольно долго давало практически исчерпывающую характеристику для любого межзвездного путешественника, побывавшего в этих пределах. Впрочем, и само название псевдообщности систем долгое время носило условный характер, обозначая лишь область выделенных территорий, ибо колониальные поселения, как один, существовали тогда наособицу, отчаянно и единолично борясь за выживание. Лишь спустя без малого тысячелетие после переселения, обитавшие в данных территориях колониальные образования смогли хоть как-то консолидироваться и создать слабое подобие административного регулирования, достойное отдельных обозначений и названий.
Несмотря на довольно суровые условия, привнесенная жизнь, в той или иной форме, ныне активно существовала на большинстве планет Ледяных миров. Существовала она преимущественно в виде закрытых колоний-городов, либо глубоко, подобно огромному жукообразному, зарываясь в кору планет, либо, подобно гипертрофированной медузе, функционируя в океанских глубинах под поверхностью мощных тысячелетних ледяных покровов, а то и подобием облака паря в верхних слоях плотной атмосферы газовых гигантов. Высокие траты на создание и функционирование подобной модели колонизирования с лихвой компенсировал тот факт, что изыскатели-промышленники обнаружили в Ледомирье целую сокровищницу полезных ископаемых, в которых остро нуждались все без исключения близлежащие цивилизации. Жизнь, несущая печать искусственности существовала и развивалась с тех пор значительными темпами, ибо доступность ископаемого богатства в системах Ледомирья просто поражала воображение. Настолько, что торговые пути близ добывающих районов на протяжении последних времен оживились многократно за счет транспортных караванов, что кишели, создавая целые очереди промышленных судов, курсирующих далеко за пределы конгломерата и беспрестанно вывозящих ценное сырье для переработки.
Население рабочих колоний, поколениями расходующее собственные силы и жизни на нужды промышленных гигантов, внешне выглядело разношерстным, однако, в своем большинстве состояло из гуманоидов, ведущих свою наследственность от народов, пришедших с ирийской экспансией. Развитая протоцивилизация, затем преобразовавшаяся в прославленный Триединый Союз, по прибытию в сектор занимала, в первую очередь, всякого рода незаселенные «пустоши» и малопригодные для благополучных цивилизаций системы. Оттого территории ныне бытующего Чертога Лисы оказались во власти потомков Аори безо всякого сопротивления и дележа.
Может быть по этой же причине долгое время считалось, что в просторах будущего чертога не найти и одного мира, достойного жизни вне защитных куполов. Потому на протяжении нескольких тысячелетий, окраинные планетарные системы, прямо не относящиеся к промышленному конгломерату и не сулившие явно выраженных прибылей, системно не исследовались ввиду неочевидной экономической выгодности для образования новых колоний. Конгломерат, достигший своей оптимальной прибыльности, вообще неохотно обращал внимание на то, что не касалось общей деятельности. Даже административное устройство Ледомирья с тех пор не особенно изменилось в системе устроения общности, упорно не желая совершенствовать имеющиеся колониальные формирования в более крупные разновидности. Единственным следствием развития стало то, что со временем все-же само по себе инфраструктура этой про-системы породила увеличение количества одиночных закрытых поселений, подобно тому, как споры грибов в сырости формируют обширную грибницу. И без того доходов от добычи вполне хватало для безбедной, и даже где-то роскошной жизни обитателей колоний.
Впрочем, все когда-либо кончается. Минует одна временная пора и на смену ей приходит другая. Так, наконец, после скоротечной, но яростной войны ирийской рати под предводительством Сварога Огненного с Черным Змием, взоры потенциальных колонизаторов обратились и на территории, прежде считавшиеся неспокойными и трудно обороняемыми, однако вдруг ставшие доступными и привлекательными. Только тогда, после поражения пекальных сил и последовавшего перекраивания земель бывших владений павшего Змия, в сегменте ближайших освободившихся от прежнего пекального правителя территорий обнаружилась целая группа близкорасположенных звездных систем с привлекательными характеристиками для создания биоценозных миров.
Группу новых земель возглавила, довлея над окрестностями, система Сангли-1 во главе с ярким голубым гигантом, в силу своего излучения, в своих границах влияния не оставлявшим и малейших надежд на выживание биологических форм в любых проявлениях. Долгое время Сангли-1 засвечивала пространство, затрудняя определение того, скрывала позади себя. Лишь позже, когда силы космических ирийских дозоров направились для тщательной ревизии территорий, «отвалившихся» от павшего Царства Черного Змия, совсем неподалеку от этого энергетического горнила нашлись еще две звездные системы – Сангли-2 и Сангли-3, создававшие довольно благоприятные условия для развития цивилизационных структур. Привлекательным критерием стало то, что миры золотого пояса этих двух систем, к которым в частности относилась цветущая земля, названная миром Ансера и впоследствии ставшая административным центром Чертога Лисы, и вовсе могли считаться почти идеальными для биологической жизни. Остальные две планеты, входившие в орбитальный ареал системы, также отличались климатом, располагавшим к созданию устойчивых и продуктивных биоценозов.
Тот факт, что все планеты мира Ансера, к моменту прихода ирийцев оказались уже плотно заселены, удивления ни у кого не вызвал. В конце концов, то были территории, еще недавно считавшиеся пограничной зоной пекального протектората. Цивилизация полуводных нагоподобных наргалов населила океанические миры основного круга планет, и развилась достаточно, чтобы оказать достойное сопротивление потенциальным галактическим агрессорам. Однако же, не стала этого делать, благородно разрешив пришельцам расселиться по малопригодным для них самих мирам ради собственной выгоды. Так образовался первый прообраз союза территорий, позднее сложившихся в полноценный чертог.
Справедливости говоря, этот прообраз пространственного агломерата совсем скоро оказался полон скрытых интриг. Наргалы проявили хладнокровие не только по своей биологии, но и по характеру, где-то глубоко скрыв от новых соседей свое желание прибрать к чешуйчатым лапам бразды общей власти. Выказывая напоказ свое благодушие и миролюбивость, они стали исподволь предпринимать попытки распространить свое влияние на колониальные территории, в чем вскоре преуспели, воспользовавшись доверчивостью отдельных местечковых правителей и воевод. Распространяли осторожно, никуда не торопясь, пока однажды не прибрали основные транспортные пути доставки добываемого сырья, а затем, неожиданно сменив тон с благожелательности на диктат, возжелали навязать свои условия правительствам колоний, воспользовавшись их разобщением и неспособностью в полной мере оказать сопротивление. Таким образом, где посулами и подкупом, а где и прямой угрозой, народ наргалов прибрал все бразды правления и поместил себя на позицию полновластного господина, несмотря на то, что гуманоидное население колоний по численности с лихвой превосходило процветающую на их труде змеиную популяцию.
Так продлилось недолго. Ситуация, в которой Ледомирье становилось заложником нажьих прихотей, не устроила многих. А потому оставаться господином в этих просторах наргалам никто не позволил. Слишком большое стратегическое значение стали играть колониальные образования Ледяных миров в экономике самых разных территориальных фракций Ирийского Союза. Едва только хладная конечность змееподобных продолжила охватывать, словно человеческое горло, транспортные пути в немногие оставшиеся звездные пределы, едва только их растущий флот стал продавливать собственные корыстные условия, проявляя и распространяя интересы собственной монополии за счет ущемления интересов тех, кто имел на то прямое право, как в разных заинтересованных весях дозрело накопившееся недовольство. Сами колонии, которые, несмотря на всю свою развитую инфраструктуру, могли обеспечить лишь собственную защиту на ближних рубежах, не видя иного выхода, отправили коллективную просьбу о помощи правителям Ирийского сада…
Глава 6. Падение наргалов.
Планета Ансер планетарной системы Сангли -2.
Из космической глубины океанический мир планеты выглядел нежно бирюзовым шаром с поясной гаммой оттенков и редкими пятнами серебристых облачных массивов, впечатляя замысловатым узором постоянных течений, различимых даже на такой удаленности, и частично походя на массивный организм с пульсирующими венами. Проплешина суперматерика имелась одна, хотя и смотрелась раздвоенной из-за большого внутреннего моря, располагавшегося почти в его центре массива многочисленных хребтов.
Ансер мог показаться беззащитным в своем нежном образе, если бы не рой боевых орбитальных станций, неспешно курсирующих по своим сложным орбитам в космической тишине таким образом, чтобы своим присутствием по максимуму охватить орбитальное пространство и показать наглядно, что враг в любом его обличии не сможет заглянуть за этот рубеж. Подкреплял эту уверенность и внушительный боевой флот, который, разделившись на две части, серебристо блестящей россыпью застыл за пределами орбитальной сферы прямо над обоими полюсами.
- По какому случаю тревога? - на мягком шипящем наречии поинтересовался у своего командира офицер, полностью упакованный в боевой чешуйчато-серебристый бронекостюм с глухим непрозрачным шлемом, - Весь боевой флот и персонал Рубежа приведены в боевую готовность. Колонии решили нанести нам удар?
- Если бы я знал, - тихо прошипел в ответ командир, облаченный в такую же форму, но с отличительными накладками на грудном панцире, - Известно только, что все административные структуры Сангли-3 шесть часов назад впали в режим полного молчания и не отзываются на вызовы связи. Ни сигналов боевой тревоги, ни просьб о помощи, ни каких-либо пояснений по поводу молчания. Королева обеспокоена.
- Колониям не под силу организовать нападение на Ансер. Мы размажем тех, кто посмеет это сделать, по всей орбите… Мы…
- Не трать слова, - раздраженно оборвал его офицер, - Они лишние.
Командный модуль-пункт первого порядка располагался на нижней орбите, за двумя поясами боевых автоматических станций-модулей. Еще пять таких же модулей, курсируя по другим орбитам, дублировали его функции на случай уничтожения. И это был только первый уровень глубоко эшелонированной обороны центральной планеты. По сравнению с колониями Ледомирья Ансер имел превосходную защиту, и солдаты королевы Параскеи-Змеи это знали. А если точнее, то они пребывали в полной уверенности от осознания неуязвимости. Тем большим потрясением для них стало то, что произошло в ближайшие доли времени.
Автоматика оборонительных орбитальных сооружений внезапно уловила, как на дальних подступах к Ансеру, в космической черноте, из подпространства, в желтоватых отблесках сопутствующего сияния вынырнуло не менее десятка сфероидальных объектов размером со среднюю десантную вайтману. И пока охранные системы планеты экстренно приводились в боевую готовность, объекты, включив полный околосветовой ход, вошли в орбитальный периметр, почти сразу же брызнув расходящимся веером иглообразных термоядерных боеголовок с поражающим плазменным наполнителем и дополнительными элементами в виде шипастых шаров. Мгновение, и пространство орбиты со всех направлений наполнилось убийственным пламенем. Это пламя, словно гигантский порыв смертоносного дыхания, опалило корабли боевого флота и оборонительную сеть боевых станций обороны Ансера, а затем опало, далеко вокруг разнеся колючие шары поражающих элементов. В свою очередь, едва только сила первоначальных взрывов иссякла, поражающие элементы, наполнившие собой пространство орбиты, также одномоментно сдетонировали, поразив округу объемной комбинацией плазменных и электромагнитных зарядов. Вторая волна разрушений оказалась не только более масштабной благодаря мощной волне электромагнитного излучения, оплавляющей и выводящей из строя автоматические цепи, но и из-за обилия плазменной шрапнели, густо усеявшей ближний космос.
Не стоит предполагать, что комплекс защитных сооружений Ансера не попытался оказать достойное сопротивление агрессору. Приведенная в действие орбитальная оборона успела среагировать, и даже благополучно поразила ответным огнем атакующие корабли-носители, принесшие заряды глобальной атаки. Однако же их подрыв, выглядевший довольно эффектным и красочным, мало повлиял на сокрушительность атакующих ударов. Уязвляемые губительным комбинированным огнем, а после, вдобавок, еще и плазменно-электромагнитным воздействием, оборонительные рубежи наргалов бессильно обрушились, открыв агрессору, не заставившему себя долго ждать, беспрепятственный доступ к планете. В пространство космоса из подпространственной полости бытия вынырнула массивная боевая пирамидальная вайтмара в окружении многочисленной свиты вайтман и виман. Огромный флагман вражеского флота приблизился к орбитальным пределам, однако заходить в них не стал, ограничившись дальнобойным губительным огнем мощных силовых и гравитационных батарей, в то самое время, как рваный строй кораблей атаки, подобно стае жаждущих крови зверей, ринулся вперед, разнося в клочья те отдельные элементы обороны, которые чудом еще сумели сохраниться в доступном пространстве.
Обломки рубежных станций, тлеющие останки кораблей флота наргалов и прочие ошметки сооружений вперемешку с коченеющими трупами обслуживающего персонала низвергнулись с орбитальных пределов в голубой воздух атмосферы планеты, сгорая в нем подобием густого огненного ливня. Вслед за этим, в атмосферу Ансера из космического пространства широким фронтом, словно стаи хищных птиц, блистающих серебром в свете местного солнца, к его поверхности с воем спустились боевые виманы стрелообразной формы. Они волнами понеслись над поверхностью планеты, разя адским огнем все то, что пыталось огрызаться ответным огнем, разнося в клочья летательные боевые диски воздушной обороны и шпили наземных батарей. И только тогда, когда голубые небеса плотно затянула обширная пелена гари, из орбитального пространства в твердь материков уперлись синие энергетические копья гравитационных транспортерных систем, предназначенные для десантирования войск агрессора…
Шум наземного сражения уже стихал, когда под гулкие своды дворца правителей Ансера уверенным шагом ступила широкоплечая фигура великого воя, именем которого по праву гордилась дружина Сварога Огненного. Вершень Световид, грозный и смертоносный в своей блистающей броне, уверенным печатным шагом вошел под сень резных потолков, проследовав туда через проломленные гравитроном внешние шлюзовые ворота. Сразу за ним в полном вооружении молча выступил строй воев личной дружины.
Настороженное безмолвие сопровождало мужей Ирийского Союза на всем протяжении пути темных коридоров и помещений, ведущих прямо в толщу горы чередой спусков и подъемов. Тишина словно пыталась убедить пришельцев, что дворец покинут и только один легкий ветер сквозняков живет здесь, едва заметно перемещая застоялый воздух подземелий. Впрочем, обманчивая темная пустота не смогла обмануть бывалых бойцов – сканеры биологической активности точно засвидетельствовали, что здесь в изобилии присутствует органическая жизнь.
Закаленные битвами, воины дружины были наготове. И когда враг решил напасть, то эффект внезапности оказался сведен к нулю. Лишь только бронированные силуэты воинов-наргалов с яростным клекочуще-шипящим кликом хлынули из потайных ходов к боевому построению, как в ответ темнота озарилась множественным призрачным сиянием силовых лезвий оружия ближнего боя. Схватка в запертом пространстве, озаренная только лишь бликами силовых полей, оказалась яростной, но сравнительно короткой, подчеркнув мастерство дружинных витязей. Когда последний искалеченный наргал уполз в темноту, оставляя за собой вязкий след синей крови, Вершень вложил в ножны деактивированный кладень-вжару, и также молча двинулся дальше, ибо знал наверняка, что покои правителя здешних мест уже рядом. Он не ведал, кого увидит в этой роли, да, впрочем, и не задавался подобным вопросом, ибо то совсем не имело значения. Кто бы доселе не правил здешним миром, обречен ныне преклонить колени пред победителем.
Предводитель воев толчком мощного плеча распахнул очередные тяжелые двери, и не сразу понял, что оказался в женских покоях. А когда понял, то застыл недвижимо, вслушиваясь в мягкую тишину, разом потерявшую свою гулкость.
- Выходи, - коротко приказал он, после того, как визор боевого шлема вычленил и осветил в темноте движение гибкой неясной фигуры, - Мне нет нужды чинить неправедный вред.
- Неправедный? – вопросила темнота томным женским голосом и ему навстречу вышла та, что правила только что павшим Ансером, - Тогда зачем ты здесь, воин?
- Прежде чем задавать этот вопрос, задай его себе, правительница змееподобных созданий, - глухо прозвучало в ответ переговорное устройство бронированного снаряжения, - Ибо непомерная жадность и незаконное желание властвовать над всеми в этом секторе, спровоцировало закономерные последствия. Или твоя логика говорит о другом?
- О нет, мой победитель, - помещение покоев вдруг осветилось мягким желтоватым светом, несколько прояснившим прежнюю темноту, однако недостаточно для того, чтобы разглядеть черты женщины, - Я играла и проиграла. Теперь готова стать твоей добычей и выполнять все твои желания.
Она склонилась пред ним, изобразив полную покорность, и выглядела сейчас очень соблазнительным трофеем в своей показной женственной слабости.
- Зачем тебе это? – спросил Вершень, склонив к ней лицо и убрав лицевую защиту.
Навстречу ему поднялся красивый женский лик с огромными колдовскими очами, в теплом сумраке показавшимися бездонно темными. Еще мгновение, и Световиду бы захотелось возобладать этим трофеем.
- Так зачем? – повторил он, склонив голову ближе.
- Затем, что я могу дать тебе возможность власти сразу над двумя народами вдобавок к твоим ирийцам, - ответили ее уста, призывно изогнувшись, - А еще я дам тебе беспрепятственный доступ ко всем уровням жизни на планетах двух обитаемых звездных систем Сангли. С моей помощью и поддержкой ты сможешь контролировать все доступное обитаемое пространство. А твое семя сможет дать толчок к зарождению новой царской династии…
Вершень мог, конечно, задействовать возможности своего визора для создания четкой картинки этого призывного лика, казавшегося сказочным в слабом желтом освещении, но для этого пришлось бы снова опустить лицевую защиту. Поэтому, альтернативой, воевода просто запустил в воздух шар-антиграв походного освещения, вспыхнувший неожиданно яркой синеватой вспышкой. Этот резкий световой всполох разом и явно осветил коленопреклоненное женское тело в легких кружевных одеяниях, бросившихся в очи витиеватостью узоров, а также утонченное точеное лицо, утонувшее в пышных темных волосах с легким отблеском металла.
Впрочем, несмотря на кажущуюся красоту осветившегося лика, марево прежнего колдовского образа вдруг рассеялось. Ко всему, неожиданно яркий, свет сделал явными все те потайные черты, которые эта особа, вероятно, хотела бы скрыть пред завоевавшим ее мир гуманоидным мужчиной. Цепкий взгляд опытного воя зацепился за бледно-голубой оттенок кожи Параскеи, тонкой настолько, что отчетливо проглянула витиеватая сетка кровеносных сосудов. Едва успев среагировать, на поверхности ланит схлопнулись, скрывшись в мелово побелевшей коже узкие щелочки дополнительных дыхательных отверстий, так присущих змеиной породе. Черты лика слегка заострились, показав скрытую хищную природу его обладательницы, и расцветились странным синеватым узором, словно под верхним слоем кожи скрылась еще одна, подобная жесткой рифленой подошве. Колдовские темные очи правительницы наргалов от резкой смены освещения вдруг дрогнули, мигнув вертикально расположенным третьим веком, а черты лика несколько исказились, четко показав внешние негуманоидные признаки.
Заметив внимательный изучающий взгляд Вершеня, Параскея вдруг стушевалась и отпрянула в тщетной попытке уйти в тень.
- Что же ты от меня хочешь на самом деле, змеиное создание? - спокойно вопросил победитель, наблюдая за смятением змеедевы и внимая тому, как натужно, со слышимым только носителю звуком, заныл принявший на себя ментальный удар обруча пси-защиты.
- Доверия, - прошелестел ее ответ, - И я сделаю все, чтобы власть твоя над этими мирами стала безграничной.
- Так ли? – улыбка военачальника ирийцев показала Параскее, что подлый выпад на его сознание не достиг своей цели, - Как возможно довериться чести пораженного противника, ищущего возможности для потайного ядовитого удара?
- Прости! Я в твоей власти! - поникла ее фигура в ярко изображенной позе отчаяния, - Обладай мной, мой победитель, как того желаешь, и я буду рада исполнить все твои прихоти…
Зрение предводителя дружины сразу отметило, что правительница явно переиграла.
- Довольно, - резко оборвал ее льстивую речь Световид, - По праву победителя только мне надлежит ставить какие-либо условия. И если твой народ склонится предо мной, то я заключу с ним мир и без твоих уловок, уважая его достоинство. Ты не важна в том процессе…
- Но мой народ неотделим от меня, - вспыхнув от раздражения, дерзостно возразила Параскея, - И не пойдет на мир без моего на то изволения.
Взор Световида потяжелел.
- Тогда твой народ, отказавшись от предложенного ему мира, погибнет, ибо у него не останется законных гарантий для того, чтобы уцелеть. Предполагая ведение войны до ее логического окончания, все вои моей дружины продолжат преследовать, и истреблять наргалов до тех пор, пока уровни обитания ваших планет не очистятся для нового заселения…
- Преклонившись тебе, в моем лице пред тобой преклонился и мой народ, ибо он наследственно связан со мной и признает своим правителем только меня…
Вершень Световид выпрямился во весь свой немалый рост, сверкнув властным взглядом.
- Пусть твой народ предстанет предо мной и подтвердит эти слова, - произнес он, смотря на Параскею в упор, - Ибо не пристало мне верить наобум. Обещаю – после этого мы более не тронем никого из наргалов при условии, что они не станут нападать на нас, выслушаем их при условии общего схода и примем коллективное решение твоего народа по самоопределению и выбору повелителей. Только на том условии, и, если мнение наргалов не станет расходиться с мнением их нынешней правительницы, мы предоставим вам право влиться в наш союз Ирийского сада в статусе не племени, а народа с предоставлением соответствующих прав. До тех же пор, пока твоя армия не сложит оружие, зачистка уровней этого мира продолжится.
Речь ирийского воеводы не пришлась по вкусу змеедеве, однако же, та поспешила изобразить угодливый вид, и наконец оставить безуспешные попытки прорвать ментальную защиту своего собеседника, коих она предприняла не менее десятка.
- Да будет так, как ты сказал, мой господин, - сказала она, уведя в сторону свои очи, - Бедной пленнице остается только повиноваться. Я готова на любые условия, только позволь допустить в мои покои слугу для поручений. Он поможет мне собрать представителей трех уровневых биосистем этой планеты и привести их в назначенное место для проведения схода.
- Хорошо, - согласился Вершень и, более не медля, двинулся прочь из покоев Параскеи, на ходу снова приводя в действие механизм лицевой защиты боевого шлема, - Я дам тебе такую возможность. Если все будет так, как ты сказала, то наргалам нечего бояться.
Последние слова прозвучали глухо из-за переключения на речевой модуль бронекостюма.
Побег змеиного племени.
Планета Ансер системы Сангли-2. Расположение командного центра планетарной пехоты. Вершень Световид.
Последние очаги наземного сопротивления наргалов пали уже к исходу местных суток и, едва на очистившийся небосвод высыпали крупные звезды, обе части большого континента Ансера оказались под контролем дружинных сил Вершеня Световида. Ни одно живое существо более не могло остаться незамеченным на их поверхности, отслеживаемое зорким оком орбитальных наблюдателей и наземных сил. На очереди оказалась океаническая глубина, куда уже устремились ударные группы рус-алов, и где уже шли ожесточенные схватки за обладание водными просторами. Вершень Световид, обустроившись в полевом лагере прямо у подножия того же горного хребта, где располагался дворец Параскеи, организовал полную координацию боевых формирований дружины, внимательно наблюдая за продвижением боевых отрядов во втором ярусе планеты.
Походное жилище, и по совместительству, штабной пост предводителя ирийцев представляло собой замкнутый бронированный яйцеобразный корпус, рассчитанный на двух воев, размещенный в центре охраняемого контура, снабженного дюжиной силовых полей. Предосторожности явно нелишние в условиях войны. В процессе координационной связи Вершень Световид располагался на ложементе в свободной позе и, учитывая отрешенный вид, вполне мог показаться отдыхающим, если бы не синевато светящийся искусственный синапс, касавшийся его затылка. Синапс пульсировал отсветами отростков-щупалец, отдаленно напоминая набухшую вену и, казалось, силился отодвинуть металлизированный бортик воротниковой защиты.
- Ирислав, - вдруг вырвавшись из симбиоза, позвал Вершень воя, расположившегося рядом, предназначение которого состояло в дополнительной охране персоны командира и выполнении текущих приказаний, - Скажи мне текущее время. Срок, данный мной наргалам в лице их змеедевы, истек?
- Минуло две трети шестнадцатеричных суток, - с готовностью доложил вой, давно ожидавший этого вопроса, - Срок с лихвой вышел, тарх.
- Пошлите дружинный эскорт, - коротко приказал Световид, вслед за чем снова вошел в синаптический симбиоз с координационным устройством, напоследок произнеся, - Атакующие силы должно тоже пока остановить.
…Когда посыльный возвратился, минуло без малого, три отпущенных срока. Вершень, окончив распределение подчиненных ему сил, в терпеливом ожидании безмолвно восседал на своем месте.
- Слушаю, - кратко произнес он.
- Покои правительницы пусты, - растерянно доложил ему вой, - Поиски Параскеи и ее приближенных ни к чему не привели. Оцепление и наблюдательные посты у дворца исключают возможность тайно покинуть его. Еще существует вероятность передвижения наргалов по подземным путям сообщения, однако большинство из них также перекрыто…
Вершень Световид остановил глаза на пунцово смущенном лике посыльного.
- Мои ощущения меня не подвели… Присутствие…изменилось… Но погоди, - скупо выразил он свое удивление, - Как понимать – в большинстве? Подземные пути сообщения должны быть перекрыты полностью.
- Мы считали, что перекрыли их полностью, - потупился Ирислав, - Но оказалось, что толща хребта под дворцом буквально испещрена тайными ходами, разысканными не сразу. И не все из них мы можем отследить сканерами. Куда ведут те ходы, также пока не известно. Глубокое и подробное исследование скальной толщи показало, что паутина проходов ведет из дворца, как за пределы охраняемого периметра, так и глубоко в планетарную кору. Есть предположение, что Параскея с приближенными ушла по ним в нижний ярус Ансера, чтобы создать там последний рубеж сопротивления наргалов…
Вершень резко и недоверчиво покачал головой, отчего, лишенная пси-обруча, копна русых вихров его свободной прически, взметнулась всполохом, вслед за тем опав на могучие плечи.
- Нет, - возразил он с убежденностью, - Не думаю. Было что-то еще…слабое возмущение энергетики здешних гео-полей… А то, что вы нашли эти пути – хорошо. Нужно немедленно отправить по ним группы воев для разведывания. Если там есть сообщение с нижним ярусом обитания Ансера, то должно его использовать в наших интересах. Однако же, Параскеи там вы не найдете. Ушла она. Присутствие…поменялось…
Вершень оказался прав более чем предполагал. Атакующие отряды дружины, начавшие наступление на океанические цитадели неприятеля, вдруг сигнализировали о том, что сопротивление обороняющихся резко сошло на минимум и затем прекратилось вовсе. Достигшие позиций, ирийские вои неожиданно обнаружили, что те брошены, а сами обороняющиеся исчезли, словно их там и не бывало. Та же самая картина предстала и пред бойцами отрядов, достигших подземного нижнего яруса. Позиции оборонительных рубежей, как и места обитания наргалов, здесь также оказались пусты, породив загадку и вопрос о том, как смогло многомиллионное змееподное население Ансера эвакуироваться так скоро, что не оставило ни следов своего ухода, ни намека на сам путь экстренной эвакуации…
Вершень и Сварог.
Командный центр сил дружины на поверхности планеты Ансера.
На экране внепространственной связи задумчиво сгорбилась фигура Сварога Огненного, взирая на собеседника несколько озадаченным взором. Вести, донесенные ему побратимом, оказались слишком неожиданными в своей сути, чтобы отреагировать по- иному.
- То, что ты сообщил мне, друже, слишком не укладывается в ту канву, в коей мы доселе воспринимали противника, - предводитель двух чертогов сверкнул взглядом, чтобы затем снова спрятать его за густыми бровями, такими же серебряно-светлыми с полутоном просвечивающей желтизны, как и волосы, обрамлявшие его суровый лик, - Если все так, как тобой было изложено, то у нашего союза, в очевидном будущем не исключено возникновение новых проблем…
- Все так, - подтвердил Вершень Световид, устремив взор в изображение лика побратима, - Это не выглядело отступлением противника в те области земли, которые нам пока неизвестны. Я смог бы уловить их присутствие. Напротив, выглядело так, будто целый народ ушел из всех обитаемых ярусов Ансера неведомым нам путем в пространство, где достать его мы не сумеем. А народ наргалов исчез именно из этой точки бытия, о чем свидетельствует полное отсутствие биологических и ментальных сигнатур. Подпространственный прокол прямо из планетарной толщи я исключаю полностью, ибо это рискованно. К тому же боевая сенсорная система не фиксировала ни единого энергетического отзвука.
Лик Сварога стал пасмурным.
- Брат мой, я слышал уже что-то подобное, - серебряно-голубые очи его пронзительно сверкнули из-под нависших бровей, - Верные люди доносили мне, что в играх с межпространственными ипостасями, кое-кому удавалось обнаружить технологию, позволяющую устанавливать и сохранять на протяжении длительного времени портальные туннели разных характеристик, схожие свойствами с путями подпространственного прокола. Если все суть верно, то пред детьми Ирийского Сада замаячила проблема, решать которую придется со всей срочностью. Ибо если тот ход в иномирье работает по требованию его хозяина в одну сторону, то, весьма возможно, сможет сработать и в сторону противоположную. И это лишь первый мой вывод из произошедших на Ансере событий.
- Есть и другой?
- Есть, - утвердительно тряхнул бородой Огневик, - И он нам недвусмысленно указывает, что змеиный народ, использующий эту технологию, создан и принадлежит вполне узнаваемой стороне. А также то, что действия наргалов напрямую связаны с интересами этой стороны…
- Витул?
- О да. Либо кто-то, представляющий его интересы.
Вершень Световид принял задумчивый вид, пытаясь осмыслить суть полученной по обмену информации.
- В любом случае, планы Пекальных потерпели неудачу, - сделал он вслух вывод, - Наложить с помощью наргалов свою лапу на территории, богатые необходимыми ископаемыми ресурсами, у них не вышло. А потому буду считать свою миссию вполне успешной…
Сварог, судя по виду, оптимизм побратима не разделил.
- Бается мне, что это еще не конец истории, - задумчиво высказался он, - Раз у врага появилось такое оперативное преимущество, то не исключено, что в любой удобный для него момент планету Ансер могут вновь наводнить полчища воев. И не факт, что, мы в этот момент будем готовы к нашествию. А если учесть присутствие за спиной обольстительной змеедевы Параскеи вполне узнаваемой фигуры ее попечителя и, возможно, хозяина, то…
- Я думал об этом, брат мой, - Вершень нахмурился – У нас не остается иного выхода, как оставаться начеку. Часть дружины останется здесь для обеспечения контроля ситуации…
- Этого мало, - возразил Сварог, обладающий гораздо большим стратегическим мышлением, - И не обеспечит покоя в сих пределах. Кроме того, нашим силам объединенных дружин надлежало бы закрепиться здесь из-за близости к сырьевым источникам. Гораздо легче готовиться к битве близ мест, где налажено снабжение необходимым. Мы обустроим в здешних мирах секретные верфи для постройки новых кораблей и создадим новые центры для подготовки дружин. Так будет легче освоить территорию нового чертога.
- Замысел велик и уместен, - согласно кивнул светлыми вихрами Световид, - Тем паче, что сырьевые источники под рукой. В случае прихода неприятеля, время сборов сил защиты станет приемлемо недолгим.
- Да, - согласился тарх, - Разумное решение. При условии, что руководить новым чертогом станет сильный вождь, - серебристо-серый взгляд очей Сварога вперился в собеседника, - И этим вождем станешь ты, брат мой названный.
Такое внезапное решение правителя застало Вершеня врасплох. Встревожившись, он подался к изображению.
- Почему я, брат мой? Я воин. Моя стезя – дела дружинные.
- Пришла тебе пора взяться за большие дела, - утвердительно кивнул Сварог Огненный, - Ибо стал ты достаточно опытен, чтобы подняться выше дел ратных. А посему стать тебе правителем нового Чертога и радетелем о благоденствии всех племен, что осели в сих звездных далях. Дело решенное и главы чертогов ирийских проявили согласие с моим мнением. Кроме того, думаю я, что пришло тебе время подумать о продолжении твоего рода…
- Брат мой…
- Нет, - возразил Сварог, пресекая возможную дискуссию, - Твоя родовая линия ведется из племени древних весей нашей истории и чрезвычайно весома в глазах представителей Ирийского Сада. А еще ты достаточно зрел и мудр, чтобы оставить свой неповторимый след в родословные древа Ирийского. Ноцена Лунная станет прекрасной женой новому правителю Чертога…
- Ноцена Лунная?.. – легкий румянец коснулся ланит Вершеня.
- Она, - подтвердил тарх, - Видишь, мне известно о твоих чувствах к этой деве. Итак, решено?
- Решено, - потупился новый правитель, видя, как скоро решается его судьба.
Глава 7. Обхитрить лукавого.
Окраина планетарной системы Яфета, астероидное кольцо S-31115.
Ракурс обзора явно хромал. Наверное, потому, что с него система из пятнадцати здешних планет выглядела довольно мрачноватым сонмищем темных образований, среди которого грезились бродящие кошмары меж отсветов далекого двойного голубовато-белого светила. На самом деле второе светило-близнец имело кирпично-красноватый оттенок сияния, однако голубая «альфа» имела значительно больший вес и светоотдачу, оттого общий спектр излучаемой звездной энергии нес в себе именно такой преобладающий окрас излучения. Свечение доходило до края системы изрядно ослабленным и приобретало мертвенную бледность, тускло отсвечивая сумрачное стылое пространство с редкими каменными и ледяными планетоидами, а также несколькими астероидными кольцами, состоящими из древнего космического мусора, так и не востребованного при формировании основных планет. Астероидные кольца располагались достаточно далеко, на расстоянии смотрясь почти сплошными.
Темный силуэт вайтманы, такой же неясный, как и ближайшие видимые образования самого близкого кольца кочующих космических камней, из-за своей второстепенности не имевшего собственной буквенной аббревиатуры, мог показаться одним из таких же кочующих скальных тел, таким же мерзлым и мертвым, если бы не правильная эллиптическая форма корабля, скудно снабженная стабилизаторными отростками, и плавный дрейфующий полет, так отличный от бестолкового вращения каменных осколков. Однако же и того хватало, чтобы космическая посудина в своем свободном парении и с активированным маскировочным полем не привлекла ничьего внимания даже при условии редкого импульсного включения вспомогательных двигателей, нивелирующих траекторию дрейфа.
Звездное одиночество корабля продолжалось недолго. В пределах видимого пространства внезапно подковой проступила сумрачно-желтая аура прошитого подпространства, из которой выплыло несколько угловатое рукотворное тело формы сглаженного многоугольника с грубыми неровными наростами по сторонам. Пришелец, не особенно заботился о маскировке, сразу же расцветившись бортовыми огнями.
Его тоже заметили. Эллипсоидный силуэт мигнул узконаправленным волновым указателем, а затем замер в ожидании, тогда как вновь прибывший корабль двинулся на сближение, все более проявляясь в бликующих отсветах далекого светила характерными эмблемами космофлота раптоидов. Корабли сблизились и сразу же соединились энергоканалом, осветившим пустоту призрачным ореолом слабо окрашенного силового поля. Затем, уже через несколько мгновений, внутренние двери приемного транс-порта эллипсоидной вайтманы отворились, пропуская прибывших внутрь корабельных покоев.
Гостей встречал высокий, одетый в черную с кровавыми вставками форму имперского офицера личной охраны, черноволосый и оливковокожий гуманоид с удлиненным черепом и миндалевидными крупными глазами голубовато - серебристого отлива. Неровные двунаправленные зрачки гуманоида выглядели огромными, однако, заметив входящую процессию, они по какой-то причине сузились до состояния пульсирующей псевдозвезды, почти потерявшейся на фоне глазного яблока. Офицер что-то гортанно пискнул на малопонятном наречии, после чего стоявшие позади него пятеро штурмовиков в тяжелых бронированных пехотных экзоскелетах приняли установленную в таких случаях позу «на вытяжку» и взяли наизготовку универсальные боевые гравитроны, широко используемые различными цивилизациями сектора для вооружения солдат космической пехоты.
Прибывших оказалось всего трое. Навстречу офицеру вышло рослое существо с почти человеческими пропорциями, если бы не небольшой ящероподобный хвост, из-за которого существо показалось несколько ссутуленным. Сходство с гуманоидами усиливалось по причине наличия бронированного чешуйчатого костюма с наглухо закрытым шлемом, что не позволяло закончить оценку о принадлежности гостя к существам определенной биологии. Напротив, следовавшие за господином солдаты в тяжелом бронированном боевом одеянии, походили ни на что иное, как на ящерообразных с массивным функциональным хвостом, объемным тазом и характерными мощными нижними когте-лапами, в сравнении с которыми верхние трехпалые конечности, несмотря на явную мускулистость, выглядели визуально коротковатыми и слегка рудиментарными. Бронешлемы бойцов также наглухо скрывали их черепа, однако сама их выдающаяся вперед форма указывала на принадлежность к расе раптоидов.
Офицер изобразил церемонный жест приветствия, не исказив мимикой своего большелобого лица.
- Мы рады приветствовать вас, принц, - прозвучал отстраненно манерный голос, - Владыка ожидает.
Гость коротко кивнул офицеру и направился вслед за ним в боковой проход, после чего общим отрядом следом двинулось вооруженное сопровождение. Переход по коридору оказался коротким. Оказавшись перед дверью одного из отсеков, офицер охраны отворил ее дверь и пропустил сопровождаемого внутрь, вместе с сопровождением оставшись снаружи.
Отсек, внутри оказавшийся уютной гостевой каютой, встретил гостя мягким освещением. Тот прошел в дверной проем и замер сразу за ним в почтительном низком поклоне пред ожидавшим его Чернобогом.
Пекальный владыка по обычаю выглядел все так же молодо и свежо в своем обычном одеянии, представленном серой традиционной рубахой свободного кроя, щедро украшенной красным рунным орнаментом, да биоорганическими холошами серого оттенка, больше похожими на широкий клеш полупижамного типа. Одеяние выгодно оттеняло смуглый цвет лика Витула, создавая общий антураж какого-то подобия домашнего приема, чему способствовал приглушенный свет и набор закусочных яств на небольшом резном столике из белоснежной кости неизвестного создания. Впрочем, представители ближнего круга знали, что даже в такой обстановке темный владыка оставался начеку, и под ритуальным одеянием всегда носил потайной бронекостюм.
- Здрав будь, сын мой, Ящер, - произнес правитель Империи Ориона, с благосклонной улыбкой протянув длань в сторону от себя, - Проходи и будь, как дома. Нас ждет важный разговор, не терпящий отлагательства.
Он указал на пару ложементов около панорамного экрана, а затем первым расположился на одном из них, жестом пригласив гостя на другой. Ящер Рапт покорно склонился в очередном жесте согласия и занял предложенное место, после чего привел в действие механизм лицевой защиты, открывая лик. Чешуйчатые пластинки поползли в стороны, обнажив пусть изрядно сглаженные, но все такие же хищные раптоидные черты с буроватой пятнистой кожей, имеющей свойство менять основные цветовые оттенки в зависимости от цикла стандартного года и в соответствии с рядом других сопутствующих факторов, как, то бишь эмоциональное состояние, состояние усталости или просто гормональный уровень. Развитые скулы плотоядного существа и маленькие желтовато-красные глазки, жестко взиравшие на окружающее поверх отверстий псевдоноса довершали облик, характерный для откровенного хищника.
- Мой владыка, - выговорил он с характерным присвистом земноводных, - Я прибыл в назначенный срок, как и куда, было тобой указано. Но почему же наша встреча окружена такой таинственностью?
- Потому, что она важна, - ответил Витул, пристально посмотрев в глаза отпрыску, - Очень важна.
- Я весь внимание, - коротко отозвался гость.
Чернобог откровенно любовался ликом сына, в коем не нашел и намека на раскаяние за созданную им в отчем доме шпионскую сеть, выявленную владыкой совсем недавно. То ли не подозревал, что родителю ведома вся правда, то ли настолько умел прятать эмоции… Мог, ведь, опасаться, но прибыл, как приказано. Впрочем, насколько помнил Чернобог Пекальный, у раптоидов и прочих рептилоидных существ гамма переживаемых эмоций чрезвычайно скудна в сравнении с гоминидами. Только самые основные: страх, злоба, жадность, инстинкт размножения, развитый настолько, что особи этого вида разумных существ яростно спаривались при любой возможности, часто, невзирая на половую принадлежность.
«Ладно, - подумал владыка, - Он мне нужен при всех его характеристиках и вероломстве. Нужен так, что можно и простить определенные шалости».
- Безусловно, сын мой, - высказался Чернобог вслух, - Ты знаешь о том, что кровопролитная война с Ирийским Союзом, что мы вели на протяжении тысячи лет, разрешилась мирным договором по нашей обоюдной инициативе и при нашем согласии.
- Ведаю, отец, - кивнул Ящер Рапт.
- Однако же, ты не знаешь того, какую именно цену запросили ирийцы за установление мира.
- Какую же? – раптоид опять никак не дрогнул ликом.
«Молодец, - мысленно оценил владыка, - Ни единого тика мышц. Глыба. Настоящий вождь и правитель.
- Их интересуют многие из миров, которые перспективны для тебя, сын мой. И их придется отдать по мирному договору.
- Триада Антареса чем-то провинилась пред тобой, владыка? – сощуренные глаза Ящера Рапта превратились в тонкие щелочки, - Почему мой народ должен поступиться собственными интересами? Только для того, чтобы Империя Ориона сохранила лицо?
Темный владыка все это время, продолжавший наблюдение за поведением отпрыска, так и не смог уловить в нем какого-либо намека или указующей двусмысленности.
- Это тонкий политический вопрос, сын мой, - Витул покровительственно улыбнулся, - На самом деле совсем необязательно относиться к сему обстоятельству, как к безвозвратной потере того, на что зарятся наши недавние противники.
- Какие же системы они просят?
Владыка вдруг поймал себя на мысли, что однажды наступит момент, когда и этот отпрыск, не дрогнув ни единым мускулом, нанесет ему смертельный удар при первой же возможности. Но только в том случае, когда сочтет это для себя необходимым и не влекущим смертельных последствий. А до того момента останется помощником и союзником. Не удивительно, ибо создавал своих отпрысков Чернобог Пекальный по одной канве.
- Полный перечень запрошенных территорий находится на этом информационном кристалле, - Чернобог передал ему черную граненую горошину, - Советую привлечь к изучению записанных на нем данных только самых доверенных лиц. Из утвержденного перечня только две трети указанных систем потенциально отнесены к мирам, находящимся у границ Триады и интересующих его в плане территориального приращивания. Остальные находятся в некотором отдалении. Однако я даю тебе информацию о них всех. Хотя бы затем, что здесь тоже кроется потенциальная возможность для перспективы расширения границ влияния.
- Твоя щедрость, отец…
- Не спеши благодарить, - прервал его владыка, - Ибо помимо больших перспектив тут имеется много такого, что способно охладить воинственный пыл многих…
- Но не меня, - взгляд Ящера хищно заблестел.
- Именно поэтому, сын, я и намерен столь ответственное дело доверить именно тебе.
- Но империя дала свое согласие на аннексию этих систем, - вдруг деланно спохватился раптоид, впервые продемонстрировав мимику.
- А Триада Антареса нет, - парировал владыка, - И может статься, что на почве подобных разногласий рапты вместе с союзными народами даже возжелают выйти из состава империи.
- Коли так, - согласился правитель Триады, - То дело принимает очень интересный оборот. Особенно при гипотетическом условии, что руки у меня будут развязаны…
- Они будут развязаны, - заверил владыка империи, - Совсем. На правах тайного союзника.
- То есть, миры Триады более не будут входить в состав империи?.. Тайный союзник? – принцу потребовалась пауза, чтобы переварить услышанное.
- У тебя большое будущее, сын, - подтвердил Чернобог, покровительственно склонившись в его сторону, - И большие амбиции. Я предвижу его и совсем не хочу сдерживать твою растущую мощь оковами каких-либо имперских правил. Это позволит нам избежать непонимания в будущем. Империя Ориона и Триада Антареса устроят имитацию расторжения всех былых соглашений. Пусть именно так все выглядит в глазах наших общих врагов. И не только. Так должны считать все миры нашего сектора. Отныне наше союзничество станет скрытым, из чего мы позже сможем извлечь огромную выгоду.
- Союзничество? – Ящер переспросил, будто не понимая смысла, слегка округлив свои ярко-желтые глаза с сеткой кровавых прожилок.
«Он поражен, - понял Витул, с удовольствием превосходящего разума наблюдая за явным ступором собеседника.
Союзничество… Такого еще не бывало в истории империи Чернобога Пекального, ибо все союзники имперского порядка в обязательном порядке становились ее вассалами, что касалось, без исключения, и чад владыки. Признание статуса союзника означало положение равнозначное владыке и равнозначный же голос в достижении каких-либо политических решений.
- Да, именно союзничество, - с готовностью подтвердил Чернобог, - При условии того, что ты со своими раптами максимально осложнишь жизнь ирийским колонистам, когда они активно возьмутся за заселение отданных им по договору миров.
- Только осложнить? – осторожно поинтересовался Ящер Рапт, слегка оскалив пасть и обнажив нижний ряд острых зубов.
Так выглядел характерный жест неудовольствия.
- Не только, - владыка кивнул и тоже ощерился в белоснежной довольной улыбке, - Повторю, у тебя полная свобода действий. Эти миры отныне твои, и я на них не претендую.
Выражение вытянутого лика Ящера при этих словах осталось непроницаемым, но Чернобог точно знал, что это совсем не так. На протяжении всего разговора владыка аккуратно прощупывал ментальную ауру своего отпрыска и все это время ощущал на ней пси-защиту. Собеседник панически боялся вторжения в свой разум. Рапт не зря считался самым мнительным и недоверчивым среди всех его сыновей. Может быть из-за того, что на деле показал себя весьма заурядным псиоником, уступавшим в силе этой способности большинству из принцев дома владыки. Родитель мог легко сломать эту примитивную защиту, но необходимости в том не видел, предпочтя наблюдать и выжидать удобной лазейки. Это представлялось более продуктивным способом, ибо после последних слов Ящер Рапт на миг позабыл об осторожности, что дало возможность мельком запустить ментальное щупальце в его разум, не привлекая внимания. Мига вполне хватило, чтобы понять и увидеть то ликование, что охватило принца. Ящер видел себя триумфатором, сумевшим добиться того величия, которого он так долго втайне страстно желал. Стоило поддержать это ликование недалекого отпрыска и союзника. Хотя бы из собственных интересов. Руководствуясь этими соображениями, темный владыка тотчас изобразил отеческую радость на своем темном лике и заключил сына в радушные объятия…
___________________
Он стоял у панорамного экрана и с сумрачным видом наблюдал за тем, как отчаливает вайтмана Ящера Рапта. Транспортный канал угловатого корабля принял в чрево своего лидера вместе с сопровождением, мигнув сопроводительными огнями приемного гравилифта, вслед за чем, прежде чем удалиться прочь, просемафорил стартовым шифром бортовой иллюминации, набирая ход маневровых двигателей. А затем и вовсе канул, на ходу провалившись в подпространственный колодец с клубящимся ореолом остаточной энергии.
«Дело сделано, - про себя холодно резюмировал владыка, - Возможно, только что я инициировал начало новой войны. Войны, которую империя станет вести чужими руками. Пусть скудоумные ирийцы считают меня связанным мирным договором. Когда они поймут, что ошиблись, их противомеры сильно запоздают».
За долгое время Войн Раздора Витул лишился сочуствия к проблемам Ирийского древа. Даже при том условии, что эта цивилизация приходилось ему близкородственной по происхождению. Воспитанный в борьбе, что насчитывала десятки тысячелетий, он давно усвоил для себя прежде всего тот факт, что жизнь и разум, присутствующие во всем видовом разнообразии разных по биологии существ, обычно тождественны при условии любого внешнего различия. Первична душа, как разумная энергетическая единица, а ее оболочка, в коей эта душа постигает ступени своего развития, суть вторичная структура. И только научившись контролировать энергетику первичных сознательных структур можно надеяться на обретение высших сил и знаний, подняться нал мирами и галактиками.
«Мой отец Вышень, помнится, говаривал, что у разума есть множество путей для собственного развития, - Чернобог несколько оцепенело продолжал наблюдать за тем, как в пустоте, в месте ухода корабля раптов, тает след энергии подпространства, просочившейся во время «прокола», - Пусть он, как и его последователи, организовавшие союз Ирийского древа, идут по избранному ими пути светлого очищения и развития. Это их свободный выбор. Но не мой. Мне ближе путь темного возвышения, коего я уже вкусил, и осталось верить, что через него сумею одолеть рубеж мерности и шагнуть дальше в постижении глубины вселенной. Пусть даже для этого мне придется пролить океан крови разумных существ».
Войдя в мысленный раж, владыка пафосно повторил эту тираду в ментальном пространстве, распространив ее в окружающем эфире системы. Зачем? На этот вопрос ответа не имелось. Просто красивый драматический жест. Просто бросил клич в надежде, что вселенная вдруг откликнется и даст подсказку, как поступить правильнее и с меньшими потерями. Но вселенная молчала, ибо для нее одновременно существовали мириады уровней и подуровней бытия, на каждом из которых обитал и развивался разум во всех возможных мыслимых формах. Путей развития, соответственно, действительно имелось великое множество, так что было бы и вовсе нерационально обращать глобальное вселенское внимание на одну разумную форму из океана ей подобных. Тем более для того, чтобы дать правильный совет по выбору из множества подобных же. Для такой мегаразумной формы, как вселенная, главным оставался не путь, а сам принцип развития. Наверное, исходя именно из этих соображений, континуум оставил клич владыки Империи Ориона, как и миллиарды таких же ранее, без ответа, отмолчавшись вослед вайтмане Чернобога, в свою очередь канувшей в подпространственном прыжке.
Ступить на скользкий путь
Планетарная система Якве V. Астероидная база Раптов.
Система Якве V на протяжении последних тысячелетий считалась одной из родных систем для народов Триады Антареса. Народов коренных для этой части галактики, многочисленных и сильных, ибо по сути своей Триада, как отдельная цивилизация, существовала в виде древнего союза нескольких биологических видов. Знание о том, кто и когда срастил эти народы, давно скрылось за обозримым горизонтом событий, оставшись в доступе в виде отрывочной информации. Их насчитывали три, если не брать в расчет массу разновидностей переходных форм. Первой и официально главенствующей формой разумных существ данной цивилизации являлась, конечно же, разновидность рептилоидов, называющая себя раптами. Они имели все характерные черты воинственных ящеров и характерный набор психологической составляющей, позволяющий им считаться одной из самых свирепых рас в галактической истории, а также ряд физиологических особенностей, позволявших им с успехом заселять все новые и новые миры.
Второй формой странной общности Триады стала одна из видовых общностей серпентоидов, очень давно отпочковавшаяся от основного многоцивилизационного социума змеевидов. Этот вид нагов, несмотря на некие общие корни с родом аспидов, отличался от других нажьих народов сектора не только отсутствием крыльев и гораздо меньшим весом отдельной особи. Он казался ущербным, ибо каждая особь этого племени в индивидуальных показателях едва ли не на целую ступень уступала любому другому из народов с родственной биологической составляющей. Имея, вдобавок, гораздо меньший псионический потенциал и интеллект, серпентоиды Триады походили бы более на вымирающий, исчерпавший свой биом вид, кабы не помощь и поддержка союзных существ. При содействии остальных видовых составляющих сложившегося общества цивилизации, и при том условии, что биология вида позволяла свободно обитать в водной среде, серпентоидному сегменту ее общности на правах послушной рабочей силы позволили занимать и обслуживать все водные уровни доступных миров обитания цивилизации, за счет чего они процветали всей своей нетребовательной популяцией уже долгое время.
Третьей же формой разумных существ мира Триады явились арахны (или арахноиды, ибо именовали их с долей варьирования). Никто из ныне живущих в данном секторе галактики и не знал доподлинно, откуда появился этот диковинный народ. Существовала только легенда, из которой следовало, что эту форму органической жизни некогда создала в качестве подручной силы некая древняя могущественная культура, давно канувшая за горизонтом временных событий. Соответствовало то действительности или нет, доподлинно никто не ведал, но арахны, долгое время предоставленные сами себе, в конце концов, нашли себе союзную силу в лице рептилоидов, затем нагов, и стали третьей основополагающей составляющей образовавшейся цивилизации Триады Антареса, во многом являющейся ее скрепляющей основой. Арахны, как племя, казались темны сущностью и непонятны многим, но в своей теневой роли, позволяющей координировать действия всей цивилизационной структуры, активно использовали багаж невесть откуда полученных глубоких знаний и сильно развитую ментальную сторону. Третья составляющая народов Триады имела чрезвычайно разнообразный видовой состав, включающий в себя организмы, с успехом обитающие во всех возможных стихиях. Объединяющим фактором их социума стала общая псионическая связь, в определенных условиях проявлявшая функции единого разума. Пауковидный народ, по всем своим негуманоидным характеристикам включивший в себя собственно арахнов и выведенных ими инсектоидов, во множестве своем также подчиненных глобальному разуму социума, едва ли не превосходил кровожадных и плотоядных раптов по возможностям и характеристикам, но проявил достаточно ума и предусмотрительности, чтобы отдать им главенствующую и руководящую роль. Остаться на заднем плане далеко не всегда предполагает второстепенную роль. Арахны стали той мощной резервной силой, которая в любой неожиданный момент могла вступить в игру и спасти ее, выбравшись изо всех щелей неисчислимым войском.
Система Якве V, изначально заселенная всеми представителями этого тройственного союза, представляла собой довольно старый и изжитый мир из остатков древних полуразрушенных планет, пары газовых гигантов и нескольких десятков астероидных колец, вращающихся вокруг сдвоенного голубого светила. Казалось бы, в этой системе не осталось подходящих условий для успешного выживания какого-либо вида разумных существ, ибо атмосферу, условно пригодную для дыхания, имели всего три планетоида из числа спутников, вращавшихся на орбитах двух газовых гигантов. И, тем не менее, при всех экстремальных составляющих, система располагала весьма плотным населением. Крошево астероидных колец, заполнявших большую часть космического пространства тех орбит, по которым некогда обращались вокруг светила древние планеты, кишело представителями древней Триады, ибо их народы, идеально приспособленные к обитанию в замкнутых биологических системах, освоили едва ли не до последнего камешка каждый из здешних мало-мальски пригодных для этой цели астероидов, обустроив на них подземные базы. И задайся ныне какой-либо враг целью извести под корень подобное триединство, то ему пришлось бы приложить огромные усилия для этого, ибо искоренить цивилизацию Триады без того, чтобы не уничтожать целые системы, представлялось почти невозможным.
Что касается предводителя Триады Антареса, то в силу своей сущности, Ящер Рапт не являлся обладателем одухотворенной личности, ибо рептилоидам в силу биологии неведома полная палитра возможных эмоций. Однако же в силу своей неординарной личности, полученной в результате опытов с наследственностью, предводитель рептилоидов обрел необходимый набор качеств, позволяющих быть дальновидным вождем-политиком и достаточно точно мог просчитать план действий для целой цивилизации на многие временные стадии вперед. Вот и сейчас, находясь в своем логове, Ящер держал в неустанном напряжении свой разум, пытаясь наиболее рационально решить ту задачу, которую поставил перед ним его Родитель. И процесс этот, сам по себе требовал полного уединения. Оттого правитель союза трех народов, возвратившись с места тайных переговоров с Чернобогом Пекальным, поспешил запереться в своих личных покоях, что расположились в самом сердце металлического астероида со сложным названием на местном наречии, превращенного подданными в обжитую и хорошо защищенную базу, неприметную для непосвященных и надежно сокрытую в общей массе пояса.
Рапты, не особо сильные в ментальной и духовной плоскостях бытия, испокон больше тяготели к удовлетворению своих основных физиологических потребностей, что, за неимением иных целей вело к созданию технократического общества. Биология рептилоидных биологических структур, всегда направленная на всемерное расширение ареала выживания вида, предполагала весьма условное деление по половым признакам и повышенное влечение к сексуальной сфере, а потому каждая отдельная особь рептилоидного вида, в своем существовании, помимо непомерной жестокости и кровожадности часто руководствовалась только сексуальным влечением, от которого получала наслаждение, несколько схожее с пристрастием к употреблению средств, дурманящим и искажающим сознание. Потому быт раптов сплошь наполняли механизмы на все подобные случаи жизни, в том числе на удовлетворение этих потребностей, включавших в себя все то низменное, что смогла бы придумать извращенная фантазия. Ящер Рапт, пусть несколько и отличаясь в генетической составляющей, все-таки оставался типичным раптоидом по своей натуре, устраивая свою личную жизнь по образу и подобию своего народа. Дикие оргии, кровь и плоть особей других разумных видов, утоляющих плотоядные вкусы вождя, сопровождали его жизненный путь.
Впрочем, сейчас все это не привлекало Ящера. Встреча с владыкой империи на время отбила у него неизменную жажду утоления инстинктов, дав взамен преследующую его тяжкую думу. Изматывающую думу. Чернобог задал своему наследственному отпрыску слишком сложную задачу, пусть и наобещав ему попутно золотые горы. А предводитель раптов не стал бы таковым, кабы, рассудив, не понимал, что, согласившись на предложение, ввязывается в сложную игру, несущую слишком явный риск как для него самого, так и для всей Триады. Даже не обладая живым воображением, Ящер вполне смог ощутить дунувший в его сторону смрад гибели от любого неосторожного действия. Слишком явным представлялось преимущество ирийских союзных сил, способных разрушать планеты и гасить звезды, чтобы пробовать бросить им вызов так, как полагал темный владыка.
В данной ситуации требовался неординарный выход. Выход, который Ящер пока не видел. И потому хандрил, просто валяясь на своем широком ложе, с которого намедни изгнал всю свору своих любовных партнеров.
- Секретарь, - обронил, наконец, Рапт в тишину помещения спальни, - Нужно найти Паука А-Нута.
Синтетическое существо у порога его спальни, из-за наличия гибких щупалец-манипуляторов на туловище отдаленно напоминающее помесь гуманоида с морским беспозвоночным, откликнулось на команду и мигнуло огоньками зрительных рецепторов.
- Доставить сюда? - с холодным металлом в голосе поинтересовался секретарь, - Или ему достаточно выйти на внутреннюю связь?
- На связь, - мгновение поколебавшись, произнес Ящер, и снова замер на ложе, пространно разглядывая своды потолка.
Задача, навязанная ему Витулом, зудела в извилинах разума, не давая покоя.
- Приветствую, повелитель, - прозвучало одновременно в ментальной и обычной сфере слуха, - Срочное дело?
- Изображение, - приказал Рапт, вскинул свое мощное тело и шагнул навстречу призрачному созданию, вышедшему из стены.
Первый помощник Ящера на самом деле не совсем относился к племени арахноидов. Тысячи лет развития этой причудливой ветви разумных существ включили в себя не только создание миллионов разновидностей насекомовидных и арахновидных, да и просто существ с хитиновой составляющей внешнего скелета. В разные периоды существования союза Триады (как, впрочем, и задолго до него) арахноидами также широко велись работы по комбинированию элементов разнообразных животворных начал, что позволило создать не только отдельные видовые отряды с улучшенными и усиленными характеристиками, но и определенные переходные формы, совмещавшие в себе основные черты довольно далеких друг от друга форм биологии. Эти формы только приветствовались представителями основополагающих народов, ибо стали той промежуточной и соединяющей силой, что способствовала укреплению связи разных по биологии сообществ Триады Антареса. Более того, рекомбинанты, сочетающие в себе таковое хитросплетение наследственности, оказались более совершенны и более развиты большинства исходных форм, оттого с течением времени сумели подняться на вершину иерархии создавшего их социума, в большинство своем заняв ключевые позиции.
- Владыка чем-то огорчен? – осторожно уточнил Паук, выйдя из сумрака на освещенное место, а затем приблизился еще, вкрадчиво передвигаясь на четырех конечностях нижних сегментов тела.
В неброском желтом освещении замкнутого отсека бледная кожа рекомбинанта, покрывавшая его угловатое некрасивое тело подобием морщинистого обвисшего покрывала, скупо расцвеченного точечной пигментацией и редкими бляшками хитиновой чешуи, показалась Ящеру синюшной как у трупа. Кожа выглядела лишней на этом странном существе, оставляя впечатление, что кто-то с очень извращенной фантазией специально натянул ее на чужеродный скелет. Скорее всего, так казалось из-за комбинированного мышечного каркаса, сочетавшего в себе признаки совмещенного видового комплекса, довольно эффективного в фактической деятельности подобного индивида, но довольно отталкивающего внешне. Даже мерзостно. И даже для Ящера. Порой до такой степени, что ему хотелось разорвать подобное существо на куски, чтобы затем вкусить его странную плоть, похрустывая хитиновыми образованиями усилителей костной ткани.
Как властитель цивилизации, Ящер, конечно же, понимал, что эти тайные желания, скорее всего, так и останутся в сфере неосуществленного. Прагматичный разум его понимал всю ценность и роль, что несли собой рекомбинанты для общества Триады Антареса. И все-таки, в отличие от своего родителя, принимавшего любое свое дитя, Рапт почти на уровне подсознания испытывал изрядную долю отвращения к столь измененным созданиям. Даже, несмотря на то, что гибриды (а особенно те, в создании которых использовался животворный код всех трех видов) оказывались гораздо более развитыми и живучими, чем все виды-прародители. Как же иногда хотелось стереть в порошок все это мерзкое племя…
«Нелишним было бы вспомнить, что ты тоже на самом деле рекомбинант, - неожиданно всплыло в его сознании.
То ли мысль, то ли…
Ящер резко дернул головой в сторону Паука и яростно ощерил острозубую пасть. Голубоватая с зеленью, кожа на его свирепом лике вдруг заиграла фиолетовыми оттенками ярости, резко обозначив рябины естественных пигментов. В то же самое время блеклый собеседник-паукоид остался невозмутим, продолжая всматриваться в господина с подчеркнутой преданностью.
Подобные вспышки глубинной неприязни к Пауку А-Нуту Ящер испытывал с завидной регулярностью. На протяжении всех тех сотен временных циклов, что возглавлял могучую Триаду. Однако же, ни одна из них не переросла в действие, хотя предводитель раптов славился своей свирепостью и нередко в порыве яростного гнева с легкостью умерщвлял неугодных, разрывая их на сегменты и затем устраивая себе трапезу из их еще дрожащих и сокращающихся частей тел. С Пауком же подобные порывы всегда сходили на нет, ввиду того что тот обладал поистине гибким разумом, способным охладить пыл вождя трех великих народов в любой накаленной ситуации.
«Интересно все-таки, - вдруг подумалось Ящеру Рапту, когда волна негативных эмоций внутри него уже улеглась, - Какими же показались бы мне на вкус твои внутренности, бледное арахноидное создание с восемью хрупкими конечностями. С каким хрустом ломались бы эти конечности под натиском моих челюстей…»
«Лучше тебе никогда этого не знать, - вдруг снова выдало сознание рептилоида, почти восприняв стороннее пси-воздействие за собственную мысль.
Буквально на долю мгновения даже привиделась картина, изобразившая Паука, приближающегося к нему в атакующем прыжке…
«Наваждение, - мотнул острозубой пастью властитель Триады, стряхивая с себя оцепенение вместе с видением ощеренных, зеленеющих от выпущенного яда жвал, - И не очень качественное, арахноид».
Первый советник, применяя свою псионику, мог напугать многих, но не его. Ящер не испытывал страха и пред во сто крат более грозным врагом, так как сам являлся эффективной машиной для убийства. Под грубой ороговевшей кожей его тела бугрилась мощная мускулатура, безотказная в своей функциональности. Будь по-другому, в жестоком обществе Триады Антареса, зачастую предполагавшей физическое устранение политических соперников, ему бы не достичь своего нынешнего величия.
«Перестань морочить меня, паучье создание, или тебе не поможет ни одно наваждение, к которым ты такой мастер, - Ящер озвучил свою мысль в ментальном пространстве, напрямую обратившись к советнику, - Из вашего рода мне может противостоять только Тарантул А-Ги со своим воинством, но и тому не хватит воли сломить меня. Так что склонись перед своим господином, пока не вызвал его гнев».
Паук А-Нут смиренно опустил голову в ритуальном реверансе, а затем припал к полу перед Ящером в демонстрации преданности. Эти странные существа всегда демонстрировали понятливость, здравый смысл и трезвый расчет.
- То-то же, - с легким рыком проворчал уже вслух раптоид, провожая взглядом этот жест покорности, - Гляди, как бы невзначай не преступить черту.
- О, господин, - приклацивая жвалами, живо отозвался Паук, - И в мыслях нет прогневить тебя. Моя преданность…
- Довольно, - прервал его владыка Триады, - Есть дела и поважнее показной верности. Нам и нашим народам предстоит совершить великое, чтобы широко раскинуть пределы своего влияния по многим и многим системам. А еще великой Триаде Антареса грозит большая и долгая война.
Да, он, как достойный правитель, накануне посвятил в свои планы старший совет Триады, не став скрывать всех перспектив и угроз. И получил ожидаемо положительный ответ, гарантирующий поддержку на всех уровнях. Множащиеся народы агломерации требовали новых территорий и новых ресурсов, а потому грядущее противостояние с колонистами иных цивилизаций никого не напугало.
- Война не страшна, если есть стратегия, позволяющая выжить и победить. В чем же будет заключаться наша стратегия, владыка? – Паук А-Нут заискивающе заглянул ему в глаза гроздью подвижных зрительных элементов, - Ибо я, как и все народы Триады уже наслышаны о том, кто может стать нашим врагом. Глобальный разум Триады поддерживает тебя в твоем стремлении. Другой вопрос, как ты, владыка сможешь поддержать глобальный разум. Нам необходима беспроигрышная стратегия, что приведет нас в иные миры с минимумом потерь.
- Именно поэтому я в смятении, - повел в его сторону вертикальными зрачками Ящер, - Мощь Триады велика, но пока недостаточна для той великой роли, что нам уготована…
- Эта роль нам уготована тем, кто не раз с легкостью жертвовал народами ради собственной выгоды, повелитель. Стоило бы так слепо следовать за подобным союзником?
- Нам впервые доверена столь важная роль, - горячо возразил на это Рапт, - И существует вполне реальный шанс. Наш потенциал наконец достойно оценен.
- Ты сам сказал, что наш потенциал недостаточен, - осторожно парировал советник, снова склонившись в глубочайшем поклоне - Мы можем просто перехватывать караваны переселенцев и уничтожать аппараты планетарного формирования, чтобы затем отбирать территорию себе. Бой в открытом космосе, да с противником, который априори, ожидает любых неприятностей… Силы Ирийского древа ныне беспримерны. Даже если в единичном случае мы и сумеем реализовать фактор внезапности, уничтожим один караван, то второго такого случая, боюсь, увы не представится. Мы сразу обозначим себя как врага и неминуемо ощутим на себе ответный удар. Сокрушительный удар. Вспомни уничтоженное Маре-Во, после умерщвления которого отец твой предпочел склониться к миру. Что может помешать ирийцам притащить в эту часть сектора то сокрушительное оружие, коим они способны с легкостью умерщвлять планеты, а может, как предполагают наши ученые, и звезды.
- Ты знаешь, я не страшусь их, - Ящер сжал массивные челюсти, рельефно выделив их на своем лике, - Никого из них.
- А стоило бы, - всплеснул Паук А-Нут всеми верхними конечностями с шестипалыми псевдокистями, - В случае активного противостояния, даже при самом благоприятном раскладе сил, наш экономический потенциал иссякнет со скоростью солнечного ветра. А следом и племена Триады.
- Ты преувеличиваешь, - гневно вскинулся раптоид.
- Как говаривал мудрый Энанс, - произнес со смиренным видом советник, - Готовься к худшему и у тебя не будет неожиданностей.
Ящер промолчал, Он и раньше знал, что просто не будет. Следовало применить всю изощренность для достижения цели при условии минимальных затрат сил и средств при максимальной выгоде.
- Согласен, - наконец сказал он, смотря на Паука в упор, - Я и сам понимаю, что ирийские переселенцы для нас не только жирный, но и очень опасный кусок. Легко он нам достаться не может. Поэтому, дабы отстоять от них дальние миры, нам необходимо действовать искусно. Например, заманивать их караваны в ловушки…
- Не то, - слегка поморщившись черепообразным ликом с набором жвал, недовольно прервал его советник, - Поверьте преданному слуге и помощнику - это совсем не то. Не та стратегия, что нам нужна, господин.
Ящер Рапт пристально посмотрел на своего советника. Желание умертвить это существо вернулось, прочно засев в голове.
- Я хочу убедиться, что не зря слушаю твои советы, Паук А-Нут. Ранее твои вкрадчивые нашептывания оказывались весьма ценны своим содержанием. Хотелось бы, чтобы и на сей раз ты проявил проницательность и правоту. Проще всего заявить о себе в прямом военном столкновении, уповая только на свои силы и храбрость. Другое дело выступить исподволь, явно себя не проявляя, но при этом значительно ослабить мощь противника, прежде чем он сумеет сообразить, от кого исходит угроза.
- Совершенно верно, мой господин, - Паук снова склонился перед вождем Триады, наконец услышав то, что хотел, - Мы нанесем достаточный урон и посеем неразбериху в стане врага, чтобы затем обратить в бегство и уничтожить тех, кто остался. А для того, чтобы сделать это наверняка, мы должны запутать воинов Ирия, выпустив на поля сражений существ, которых они ранее не встречали…
- О чем это ты? – застигнутый врасплох подобным соображением, Ящер постарался спрятать удивление.
Хотя нет. Не удивление. Внутренний трепет перед тем, чего постичь не мог. Например, перед мощью коллективного разума арахнов, коему удавалось даже предвиденье. Иногда весьма эффективное.
- Да, мой господин, силы Триады Антареса предвидели необходимость создания новой армии, - советник не сумел сдержать свое торжество, - И потому, уже на протяжении некоторого времени наши лучшие ученые мужи работают над идеей создания нового существа. Существа с гораздо более значимыми характеристиками, чем создавались во все былые времена…
- Не играйте в бога, - взгляд Ящера потяжелел, - Если это существо будет на порядок превосходить всех разумных индивидов, что видела галактика до сих пор, то…
- Обещаю, повелитель, мы обязательно учтем все нюансы этого щепетильного дела. Новое существо получит обладание не только поразительным разумом и мощью, но, в то же самое время, окажется на коротком поводке, данном ему своим создателем. Обладая возможностью целиком контролировать этот великий разум, мы сумеем обезопасить себя от всех превратностей…
Правитель Триады подозрительно сощурился на изображение собеседника.
- Работы в этом направлении уже ведутся? Без моего ведома?
- О нет, правитель, - склонилось изображение в поклоне, - Мы бы не посмели. У нас имеется определенный материал и почти готовая технология создания полноценных мыслящих существ…
- То есть, материал есть, но не весь?
- Да, не весь, который нужен. Имеющийся животворный материал недостаточен для создания существа, которое будет отвечать нашим требованиям.
- Ты что-то недоговариваешь, Паук. Раньше твоим ученым вполне хватало того миллиарда образцов животворного начала, что ныне отобран во всех доступных уголках нашего сектора.
- То было раньше, - щелкнул жвалами советник и деланно всплеснул парой верхних конечностей, - И пред нами не стояла задача создания сверхсущества, способного потрясти основы Ирийского Союза.
- Говори же, - повелел Ящер, - И в этот раз говори мне все. Иначе гнев мой …
- Ну, хорошо, повелитель, - советник явно играл, но, тем не менее, интерес преобладал над реверансами, - Семейство арахнидов имеет глубокие знания о неких древних существах, некогда обитавших в этой части Великого Становища. Тот народ не имел равных среди других народов, ибо имел связь с энергией звезд на уровне животворных начал. Иными словами, тот древний народ был прямым родственником звездных сил, и мог управлять этими силами, если бы не канул в былом.
- Если этот народ имел такую мощь, то почему ушел в небытие?
- То нам неведомо, правитель, - ушел от ответа Паук, - Мой народ тогда переживал раннюю молодость и не смог сохранить в своей памяти те события. Мы запомнили лишь то, что представители ушедшего племени довлели над всеми в доступном секторе пространства Стожар.
- Занятно, - Рапт задумался, - Соблазн велик. Весьма. Я правильно понял ваши замыслы, представитель арахнов? Вы тщитесь найти то самое звено, без которого создание сверхсущества будет обречено на неудачу?
- Совершенно верно, мой господин…
Ящер замолчал, исподлобья созерцая призрачное изображение советника.
- Меня преследует предчувствие, что мы безмерно рискуем, вступая на этот скользкий путь.
- Вам стоит только сказать свое слово, повелитель, - льстиво склонилась фигура Паука.
- И все же ты знаешь, где искать?
- Знаю.
Ящер колебался. Однако, недолго. Иначе он не стал бы правителем Триады.
- Риск велик, - изрек он, задумчиво поиграв жвальными мышцами скуластого лика, - Однако риск этот, словно рок, нависает над Триадой даже в том случае, если мы решим не рисковать. Потому, я не вижу иного выхода, Паук.
- Да будет так, - подобострастно согнулась в поклоне фигура советника.
Глава 8. Сложности семейных отношений.
Чертог Лисы. Планета Ансера. Истечение третьего круголета.
Плохое забывается быстро. Особенно если заканчивается внезапно. Словно и не происходило всего того, что так досаждало народам, принеся беды и лишения. Улетело, как злобное марево дурного скоротечного сна. Так и недолгое господство наргалов, прекратившееся самым решительным сопротивлением гуманоидного большинства, забылось столь скоро, что следующее поколение ирийских поселенцев, взращённое без опаски и нависающей угрозы уничтожения, уже и не знало, что возможно подобное. С уходом своей правительницы, не сумевшие уйти вместе с ней, жалкие остатки змеиного народа легко смирились с участью побежденных и ныне вполне мирно сосуществовали с теми, кого по историческим меркам так недавно притесняли. Впрочем, великодушие победителей не предполагало вариантов платы той же монетой, а посему сообщество наргалов продолжило свою жизнь в соответствии с общими нормами проживания, установленными для племен чертога, вполне обеспечивая себя и собственное потомство.
Конечно же, до самой ассимиляции в любом ее виде было еще довольно далеко, и два вида сосуществовали параллельно, стараясь не входить в тесное соприкосновение, однако уже вполне взаимодействовали на уровне общественном. Интеллектуальный потенциал змеелюдей позволял им заслужить расположение ирийцев как своим трудом, так и любознательностью ко всему новому, что зачастую позволяло наладить едва ли не дружеские отношения в определенных этапах сотрудничества.
Впрочем, окончательно забывать о такой недавней войне тоже не следовало. В первую очередь тем, кому об этом следовало помнить по своему положению и статусу. И правитель нового чертога, по мере сил своих, радел, чтобы не уронить в том своего имени, Вершень Световид за столь небольшой срок успел прослыть во языцах правителем с неуемной организаторской способностью, удачно совмещающейся со смелостью и расчётливостью опытного воина. Его усердие позволило с нуля образовать в Чертоге Лисы одно из самых мощных промышленных оружейных объединений, включившее в себя полный комплекс производства вооружения для союзных сил всего Ирийского сада, сеть баз для подготовки дружинного люда, а также сеть верфей, создающих для нужд союзников лучшие звездоплавательные суда во всем галактическом секторе. Флот Чертога Лисы теперь стал весьма грозной силой, способной сокрушить многих из Пекального круга…
Прошедшие круголеты внешне никак не сказались на облике Вершеня. Все тот же грозный боец, страшный в ближнем бою для любого воя. Вдобавок, минувшее подарило возможность для тренировки стратегических умений. И в этом бывший дружинный воевода за минувшее время также весьма поднаторел. Научился смотреть на происходящее с перспективой. Научился (или почти научился) осмотрительности – качеству, позволяющему добиться многого малыми усилиями.
Впрочем, кое-что от былого рискового рубаки у него осталось. Иногда мог поступить вопреки советам чересчур осторожных. Хотя, признаться, все реже и реже…
Вид на океан убаюкивал. Огромное водное пространство, лениво катящее к скалистому берегу могучие темно-бирюзовые валы, походило на некий колоссальный организм. Иногда спокойный, как сейчас. А иногда дикий и свирепый в своем монструозном буйстве. Но всегда прекрасный в своем великом могуществе и завораживающий красотой неторопливых движений гиганта. Вершень часто любовался его величественной панорамой из своих покоев, отдавая должное тем неведомым существам, выстроившим Змеиный дворец именно в том месте, откуда панорама более всего захватывала взгляд.
Да, все верно. Он не послушал советов осторожных, и выбрал для своей правительственной резиденции именно злополучный дворец беглой Параскеи-Змеи. Чем руководствовался тогда новоявленный правитель Чертога Лисы, теперь уже не играло ровно никакого значения. Возможно, сперва сыграла бравада привыкшего рисковать воя, возможно, просто одолело самолюбие, а может, сплелись оба этих мотива плюс желание удержать под собственным контролем это необычное место со странной энергетикой и со странным же положением в пространстве. Так или иначе, сейчас уже не имело значения. За все прошедшее время Вершень совсем свыкся с этим дворцом чуждой архитектуры и чуждого наполнения, приняв его внутренне.
Безусловно, что упомянутое, не лишенное архитектурного изящества строение на скалистой гряде горного хребта до сих пор хранило свои загадки. Не одну. Много. Ибо помимо загадочного исчезновения правительницы – змеедевы со своим изрядно потрепанным войском с тех пор произошло еще много чего. Появлялись многочисленные свидетельства обитания в подземных лабиринтах странных энергетических проявлений, и странных существ, время от времени попадающихся на глаза вооруженных патрулей, и пропадающих так же странно, как и явились, в темноту подземелий. Сперва подобные явления настораживали даже бывалых воев, влияя на психику, однако со временем к ним притерпелись, как к необходимому неудобству, ибо кроме визуальных явлений и странных шумов ничего иного не случалось.
Главной же загадкой и, одновременно, находкой стало, конечно же, обретение семьей Вершеня Световида старшей дщери - Мораны Белоликой. Хотя, если точнее, как таковой семьи у Вершеня Световида в описываемый период еще не имелось в наличии. Только планы ее обрести. У нового, едва успевшего принять бразды власти, правителя Чертога Лисы (на ту пору даже этого названия у территориального образования бывшего Ледомирья не имелось) в активе обреталось лишь благословение сторон и грядущая дата бракосочетания с любимой им Ноценой Лунной, девой из племени свентовитов. Так что, по сути, данное событие стало одним из самых больших личных переживаний, как и единоличное решение, принятое им без оглядки на грядущее.
Случилось это по горячим следам едва ли не сразу после победоносного завоевания Ансера. Только стихли активные боевые действия, как, следуя приказу Световида, группы исследовательского назначения принялись планомерно и тщательно изучать ярусную систему биологического обитания планеты для составления подробной ее структуры, с целью дальнейшего рационального заполнения пригодным биоценозом. В том состоял прагматизм развитых существ, понимающих всю ценность территориальных образований, что несли в себе весь необходимый качественный набор для благодатной жизни цивилизации. При подобном практичном подходе, грядущий планетарный биоценоз заполнял все доступные ниши развития, вступив с планетарным образованием в тесное и взаимовыгодное взаимодействие, иногда, как гласили древние предание, способное перерасти в планетарный симбиоз разумных структур с порождением особенной формы разума. За всю свою жизнь Вершень подобных случаев лично не встречал, однако верил утверждениям старшего поколения, гласившим, что праотцы Аори и Сваги ранее широко практиковали симбиоз с энергетическим сознанием обитаемых планет.
Подробное сканирование планетарной коры проводилось, в том числе, и в окрестностях горного хребта, где располагался Змеиный дворец, что позволило ирийским исследователям получить подробнейшую карту подземных лабиринтов, не только охватывавших огромнейшую площадь скальных массивов, но и, как и следовало ожидать, ведущих в подземный обитаемый ярус Ансера. Змеиные создания обладали целым рядом особенных технологий, позволявших создавать развитые подземные города, связанные меж собой подземными же транспортными артериями.
Однако не только это поразило ученый люд, стремившийся познать структуру здешней обители ради блага Ирийского Союза. Первым изумляющим открытием стало неожиданное обнаружение глубоко в планетарной толще заброшенного гигантского лабораторного комплекса, ставшего целым полем для открытий, из которых мог последовать вывод, что наргалы всерьез могли изучать возможности создания рекомбинантных существ. Комплекс представлял собой замкнутую меж собой гроздь подземных помещений, начиненных всевозможным специфическим оборудованием и механизмами, предназначенными для работы с биологическим материалом, несущим в себе элементы животворного начала.
Тщательные изыскания, проведенные в этом загадочном месте, принесли множество обретений для ученых, однако же, принадлежность его конкретному хозяину осталась той тайной, которую однозначно разгадать так и не смогли. После тщательного анализа набора всех полученных вместе с лабораторией составляющих, имевших своеобразное исполнение, явно не подходившее под биологию наргалов, исследователи сделали однозначный вывод, что данный комплекс никогда не принадлежал к строениям змеиной цивилизации, более подходя для существ иного биологического уклада, с параметрами, более подходящими гоминидным. Именно эти загадочные владельцы мегалаборатории, своим строением далекие от змееподобных, оставшиеся неизвестными, скорее всего, и могли выступать в роли настоящих создателей племени наргалов.
Впрочем, таинственная находка оказалась не последней. Последнюю загадку, показавшуюся правителю чертога более значимой чем давешний заброшенный комплекс, полный непонятным содержимым, преподнесли глубинные покои дворца, запутанные ходами настолько, что иногда могли показаться неким лабиринтом. Именно среди их хитросплетений вдруг обнаружилось тайное помещение, в котором изыскателей ждала находка в виде закрытой камеры жизнеобеспечения, предназначенной для сохранения живых организмов. И эта камера оказалась не пуста…
Вершень запомнил тот день в мелочах. Особенно опечатались в памяти изумленные взгляды подданных, когда они пришли к нему со своим известием. А еще более запомнил свое собственное изумление, когда он своими глазами взглянул на находку.
Помещение-схрон выглядело небольшим рукотворным отсеком приблизительно шарообразной формы с явно экранирующим специфическим покрытием стен, из-за которого по всей очевидности его не смогло выявить первичное сканирование. Лишь более тщательное изучение многоярусной структуры дворца позволило исследовательским группам выявить некую аномалию, по одной из вероятностей скрывающую неизвестную полость.
Предосторожности тех, кто создал это экранированное место, заинтересовали предводителя ирийцев. И не зря. Место хранило в себе нечто неожиданное. А именно закрытую камеру, подобную тем, в которых на протяжении тысячелетий способно сохраниться любое живое существо…
Войдя в помещение, Вершень Световид в полушаге замер, созерцая продолговатое тело закрытой глухой капсулы, парившей над полом на гравитационной подушке.
- Я когда-то уже видел такое, - после долгой паузы произнес он, не сводя с капсулы пристального взгляда, - Давно. У пращуров древней Сваги бытовал обычай использования похожих конструкций для сохранения биологических объектов, будь то останки органики, либо целостные создания, погруженные в длительный принудительный сон. Длительность хранения в подобных условиях не имеет временных ограничений. Ныне редко кто пользуется подобными технологиями, ибо существуют и иные альтернативные пути для сохранения жизни. Я надеюсь, что капсула пуста?
- Отнюдь, - возразил Анатан Пытливый, руководитель группы исследователей, - Судя по целостности и энергетическим проявлениям, капсула содержит некий биологический организм.
- Что же там? – шагнул вперед Вершень.
- Или кто, - поправил его Анатан, становясь рядом, - Сенсоры явно уловили энергетику живой органики. Это не подлежит сомнению.
- Занятно, - при последних словах предводитель ирийского воинства слегка замешкался, однако, справившись с собой, подошел вплотную к парящей конструкции, - Еще бы понять, как открыть ее.
- К сожалению, мы этого не знаем, - начал, было, исследователь, но в это самое время Вершень Световид, приблизившись вплотную, коснулся капсулы в одном ему ведомом месте, - Подождите… Тарх… Что-то происходит…
Темно-серая матовая поверхность конструкции вдруг пошла едва заметной рябью, после чего стала прозрачной, словно горный хрусталь. Внутри капсулы, плавая в густой янтарной питательной жидкости, обреталось обнаженное дитя.
- Вселенная, - прошептал рядом Анатан, - Судя по виду, новорожденный.
- Новорожденная, - всматриваясь, поправил Вершень, - Это дева. И красивая.
Девочка действительно выглядела обворожительной в своей детской привлекательности и телесной слаженности. Ее белоснежная кожа была так нежна и тонка, что под ней выступили все кровеносные жилки. Черные, цвета ворона крыла, волосы контрастно обрамляли личико ребенка красивыми кудрями, добавляя привлекательности.
- Как, тарх, вы узнали секрет механизма открытия? – тихо поинтересовался Анатан, остановившись рядом и почти затаив дыхание, - Мои люди обшарили всю поверхность в поисках механизма управления.
- Это старая технология, принадлежащая пращурам, - спокойно отозвался Вершень, - Вся поверхность этой капсулы реагирует на своеобразное воздействие, которое и является кодом приведения в действие. Это знание, которым обладают только правители, ведущие свою жизненную линию от праотцов…
- Значит, - впечатлительный Анатан едва не задохнулся от услышанного, - Этот ребенок… капсула могла находиться здесь…прорву времени…
- Не думаю, - скептически высказался правитель, - Ибо я знаю, как выглядели капсулы сохранности из Сваги. Это воссозданное подобие. Довольно грубое. Однако же тот, кто создал эту конструкцию, явно владел древними знаниями, передаваемыми от пращуров. Хотел бы я узнать, кто же это был.
- Я тоже, - почти шепотом отозвался Анатан и хотел добавить что-то еще, но в это самое время Световид шагнул вплотную к капсуле, - Что вы…
Длани правителя вновь пробежались по поверхности и встрепенулись одной ему понятной комбинацией. Вслед за этим, на вид твердая прозрачность верхней части капсулы вдруг дрогнула и опала вниз едва видимыми ручейками текучей субстанции, тем самым превратив ее в подобие открытой емкости, содержащей тело ребенка.
- Странно, - пробормотал Вершень, продолжая рассматривать и ощупывать конструкцию, - Механизм несколько упрощен, но все-таки доступен только ведающим. Я даже могу предположить, из каких рук вышло это занятное изделие…но это неточно.
Тем временем процесс, запущенный тархом, продолжился. Янтарная питательная жижа стала впитываться в недра капсулы, пока не исчезла вовсе. Одновременно с этим искусственное полупрозрачное щупальце, дрожащее от сокращений имитации мышц, вползло в дыхательные пути ребенка, принявшись с чавкающим звуком отсасывать заполненные жидкостью легкие. В конце операции, прежде чем выскользнуть наружу подобием червя, щупальце, по-видимому, наполнило ее дыхательные пути живительным воздухом и инициировало процесс пробуждения.
- Она жива, - с необъяснимым тайным трепетом произнес правитель чертога, внимательно наблюдая за происходящим, - Смотрите, ее глаза…
В это самое время длинные ресницы ребенка затрепетали, и взметнулись вверх, распахнув удивительные очи цвета затемненного синеватого серебра. Дитя самостоятельно сделало первый глубокий вдох и тут же закашлялось остатками отхаркиваемой жидкости.
- Удивительное дитя, - зачарованно произнес Анатан Пытливый, - Кто же оставил его здесь? И когда? И для чего?
- Это совсем неважно, - отозвался Вершень Световид, - Важно другое – это дитя мне, очевидно, послало провидение. Подобное случалось в истории древней Сваги и принималось за дар судьбы, который нельзя отринуть. И я приму сей дар, как должное - взращу ее как собственного отпрыска. Как собственную дщерь.
Приняв вслух это решение, правитель чертога потянулся к девочке и принял ее на руки. Та, всмотревшись в мужественные черты лика правителя Чертога Лисы, неожиданно просияла удивительно красивой улыбкой.
- Тарх, - стоящий рядом Анатан указал на правое плечо младенца, на котором явно проступили какие-то символы в виде подобия кожных рубцов, - Смотрите. Что это?
- Это буквица одного из древних наречий Сваги, - пояснил Вершень, присмотревшись к кожной надписи, - И, судя по всему, обозначает имя.
- Как же звучит оно, тарх?
- Оно произносится, как Морана, - прочитал правитель, - Или Мара.
- Что же это означает?
- Это означает, что она одна из нас, - произнес Вершень, вглядываясь в дивные очи дитя, - Что бы это имя не обозначало в толковании…
Те события врезались в память правителя чертога так отчетливо, будто произошли накануне. Чудный ребенок с необычно изящной внешностью вскоре прочно занял место в его сердце, доселе не знавшем забот и прелестей отцовской доли. Позже обретя семью в лице прекрасной Ноцены, Вершень не изменил своего отношения к названной дочери, и Мара окончательно стала членом семьи на правах старшего отпрыска…
- Течение времени так субъективно, - подумалось Вершеню, продолжавшему отстраненно наблюдать за ленивой игрой могучих океанических волн, - Ты можешь вполне оценить ход его в какой-то отвлеченной, глубоко не трогающей тебя части, но не сможешь уловить в том случае, когда оно касается твоего сердца.
Чистая правда. Грозный вой, не дрожавший перед врагами, отныне прятал под толстой броней и суровым видом удивительно чуткое отношение к тем, кого полюбил. Семья для него стала той слабостью, которую он скрывал изо всех своих сил, разумно опасаясь, что на этом сможет сыграть кто-то из его врагов.
- Держи эмоции в узде, иначе вою быть в беде, - вспомнилась ему отроческая присказка-забава, - Все верно. Опыт предков предупреждает нас даже путем детских забавушек…
Легкий щелчок запорного устройства входных дверей отвлек его от мыслей и заставил обернуться. Хотя правитель чертога с его богатым воинским опытом не боялся посетителей, однако же, в это время никого не ждал. Вои дворцовой охраны, что по устоявшемуся послевоенному распорядку берегли каждый уровень Змеиного дворца, в этот час также не беспокоили своего правителя, зная, что у него обычное время погружения в собственные мысли.
- Здравствуй, любый мой, - в дверях показалась Ноцена Лунная, - Разреши потревожить?
- Входи, душа моя, - Вершень удивленно посмотрел на супругу, - Но по моим расчетам, ваш прогулочный кортеж, как минимум, должен находиться уже близ орбиты Краснотура системы Сангли-3.
- Мы хотели, - согласилась Ноцена, - И даже почти собрались. Однако решили остаться.
В своей домашней одежде, выполненной с росписью символики народа свентовитов и красиво облегавшей ее женственную фигуру, Ноцена выглядела нежно и привлекательно. Зеленые с легкой прозолотью, ее очи, как и, некогда, в день свадебного торжества повлекли Вершеня к себе, словно магнит. Поистине, счастливая любовь не знает временных границ.
- Почему? – кратко спросил он, привлекая жену в свои крепкие объятия, - Мир Краснотура уже не прельщает своими дикими красотами?
Он гордился своей женой настолько же сильно, насколько и любил. Нельзя не обожать нежное женственное создание, подарившее Вершеню неведомое им раньше спокойствие семейного благополучия. Ноцена Лунная, ведущая свою наследственность от одного из ведущих родов Триединого Союза, впитала в себя все лучшее из наследия свентовитов. Женственность, воспитанная в лучших традициях семейной династийности – чего еще желать от избранной подруги жизни для правителя Чертога Лисы, также воспитанного на законах пращуров. С первого дня совместной жизни Ноцена окружила уютом своего суженного, создав тот самый семейный союз, который стал для него основным смыслом и главным подспорьем в его трудных государственных делах. В своей семье Вершень Световид отныне черпал тот запас сил, что позволял ему эффективно руководить мирами огромного звездного чертога.
Ноцена обладала не только ослепительной красотой, достойной представлять своего супруга пред другими династиями. Ей достался зрелый и рассудительный разум, позволивший стать для мужа одним из главных советчиков. Советчиком мудрым и, главное, наполненным добротой.
- Мир Краснотура безусловно восхитителен в своем великолепии, - согласилась она с мужем, - Но мне показалось, что я нужна тебе здесь. В конце концов, охоту на дивных монстров Великих джунглей мы можем устроить в другое удобное время. Например, приурочив эту поездку к визиту Лады - Славы Прекрасной.
Вершень в очередной раз с долей грусти отметил быстротечность временного мерила. Всего два с половиной круголета назад у него, воителя Великого Ирия, не было ничего, кроме его славных подвигов. У него не имелось даже места, которое он мог назвать собственным домом, так как бесконечно кочевая жизнь дружинного воя предполагала нескончаемую череду военных походов. Великая тысячелетняя война предполагала ведение постоянных боевых действий, а потому дружинный люд жил в движении от одного поля брани к другому.
Ныне все изменилось. Теперь он правитель одного из великих чертогов Ирийского Союза, счастливый муж и гордый отец дочерей – красавиц.
«Я стал дорожить жизнью ровно настолько, насколько я ранее ею пренебрегал, - подумал Вершень Световид, с блаженством вдыхая манящий женский запах прильнувшей к нему супруги.
В отличие от многих других правителей звездных чертогов, Вершень не переживал относительно отсутствия у него наследников мужского пола. Может быть в силу того, что правителем стал совсем недавно. Три неполных круголета слишком малый срок. Достаточный для того, чтобы породить поколение отпрысков, но совершенно недостаточный для того, чтобы всерьез задуматься об основании собственной династии.
- И все-таки, - оторвался Вершень от дурмана волос любимой женщины, - Должна быть причина, чтобы отложить поездку в сороковую годину Мары Белоликой.
- Причина одна, - улыбнулась Ноцена у его плеча, - Это сама Мара Белоликая.
Ноцена, как истинная дева народа свентовитов, взращённая в лучших традициях своего благородного племени, повинуясь воле суженого, безропотно приняла старшую приемную дщерь. Мало того, старалась любить ее, не выделяя из ряда других отпрысков. Однако же, несмотря на это, все прошедшие с момента первой встречи годы, она наталкивалась на неровные грани характера падчерицы, и оттого всякий раз переживала. Нет, Морана, с измальства обладавшая трезвым расчетливым разумом, не конфликтовала с неродной матерью, старавшейся, как и Вершень, выдать ей душевной теплоты с лихвой. Она просто всегда держалась несколько наособицу, обретаясь в весях собственного мира. Все толики полученного ею тепла она возвращала весьма сдержанно, всегда оставаясь внешне холодна.
- Немудрено, - постарался оправдать приемную дщерь Вершень, даже не пытаясь выяснить причину очередной размолвки в его семье, ибо все они происходили по одному сценарию, - Морена достигла возраста, когда многие другие ее сверстницы уже окружены собственными чадами. Пусть биология ирийских созданий предполагает тысячи лет жизненного существования, но женское созревание зачастую происходит намного раньше, чем созревание умственное. Ее сущность бурлит зовом природы, что отражается на поведении.
- Я понимаю, любый мой, - кротко, с легкой улыбкой на красивых устах согласилась Ноцена, - Потому для ее поступков и слов делаю большую скидку. И, нужно сказать, Морана Белоликая то понимает вполне. Жаль только, что твоя мудрость и выдержка ей пока недоступна. Она отказалась от поездки потому, что младшие устроили ей очередной дерзостный розыгрыш, уязвивший ее чуткую натуру.
- Да, у Мары непростой характер. Временами она вспыльчива и ранима, - согласился Вершень, - Но так было всегда на протяжении ее взросления. Это часть ее характера, милая.
Натура его старшей дщери с рождения несла в себе непонятную и часто загадочную глубину, не соответствуя игривому нраву остальных детей. Это довольно часто становилось одним из главных факторов размолвок, случавшихся на протяжении десятилетий. И если Лада–Слава Прекрасная, появившаяся на свет всего через годину после брака Вершеня Световида и Ноцены Лунной, в силу своего возраста и разума ведала, как поладить с меняющимся, словно ветер, но тщательно скрытыми эмоциями Мораны, то с остальным детям семьи правителя приходилось постигать ее с большим трудом. Жива Дивная, появившиеся в семье Вершеня вторым ребенком через две годины после Лады-Славы, веселая и добродушная, еще как-то спокойно относилась к резким сменам настроения своей старшей сводной сестры, однако Девана Остроокая, рожденная тремя годами позже Живы, в силу бойкого нрава, часто не ладила с Марой, зачастую отвечая ей резкими поступками и словами, затевая нешуточные скандалы. Что уж говорить о нраве младших дочерей, названных Вестой Чудной и Гастой Твердой, что пока в силу возраста не имели нужного такта и разумения, способствующего мирному сосуществованию в большой семье правителя. Оттого, наверное, зная все составляющие царящей в его семье атмосферы, Вершень Световид довольно философски относился к случающимся в ней внутренним эксцессам.
- Ничего, лада моя, - примирительно прошептал на ухо жене Вершень, - Ход времени постепенно даст нашим чадам необходимый разум, чтобы пребывать в мире.
Ноцена не ответила, вместо этого издав тяжкий вздох. Что ж, ее можно было понять.
- Я поговорю с ней, - положил Вершень тяжкую длань на плечо жены, - Она поймет.
_______________________________
…Обещание, данное жене против силы, несколько угнетало его. Морана, несмотря на свое темное происхождение, всегда оставалась любимым ребенком. Пусть и ребенком, в котором Вершень с течением времени все яснее угадывал косвенные признаки змеиной сущности прежней правительницы Ансера. Взгляды человека могут изменяться и совершенствоваться на протяжении всего отпущенного ему жизненного срока. Разумная жизнь во вселенском масштабе представлялась неисчислимым набором всевозможных комбинаций жизненных начал, и было бы глупо предполагать главенствование одних форм биологии пред иными. Каждая из них несла искру вселенского разума, а потому могла отличаться лишь размерами вложенной в него искры, что соответствовало величине начальной стадии разума…
«Иди, - урезонил сам себя Вершень, - Легко тебе поддерживать порядок в чертоге, но нелегко навести порядок в собственной семье. А все потому, что в этом обособленном мирке то и дело приходится переступать через собственное сердце…»
Он напоследок бросил взор на полюбившуюся ему картину движения океана, а затем решительно направился к выходу из собственных покоев. В коридоре, освещенном приглушенным светом настенных светильников, взгляд правителя упал на пару бойцов дворцового охранения, неподвижно застывших на своих постах. Подразделение кентавров, выделенных дружественным правителем Китоврасом Отважным специально для охраны Змеиного дворца, с некоторых пор стало привычным его оку. Может быть из-за той мощи, что веяла от их грозного вида в тяжелых бурых доспехах, сквозь которые явственно просматривалась могучая мускулатура, казавшаяся бы чрезмерной на любом ином существе. Вершень Световид иногда ловил себя на мысли, что случись ему столкнуться с таким бойцом в ближнем бою, то еще неизвестно кто вышел бы победителем…
Втайне усмехнувшись подобной мысли, правитель проследовал дальше по коридору, машинально отмечая все новые силуэты бойцов охранения. Нет, не все они принадлежали народу Китовраса. Площадь дворца, слишком объемная для того, чтобы обеспечить охранение малыми силами, требовала привлечения, минимум, трех сменяемых подразделений тяжелой штурмовой пехоты. Меньшее количество считалось нецелесообразным из-за действовавшего со времен штурма Ансера приказа о максимальном контроле над сетью подземных переходов.
«Следовало бы, наконец, отменить этот приказ, - подумалось вдруг правителю чертога, - Даже с учетом полной загадочности исхода Параскеи и ее воинов. Уже два с изрядной лихвой круголета здесь царит полная и подконтрольная тишина. Каким бы путем тот исход ни произошел, он остался единственным неясным пятном в той истории, что постепенно тонет в небытие».
Следуя по коридору, он свернул за поворот, ведущий, к покоям Морены, и может оттого не обратил внимания на то, как дальние створы рукава выходящего сюда подземного перехода внезапно слегка подернулись зеленоватой дымчатой рябью, сквозь которую на мгновение проступили неясные силуэты. Это пространственное возмущение оказалось мимолетным настолько, что даже не привлекло внимание бойца ближайшего поста охранения. Либо, что было вернее, посчиталось за обычные помехи восприятия визионной техники…
Глава 9. Инициация потустороннего.
Миры Пепла. Планетарная система Исход-зу. Таинственный объект.
Мирами Пепла звалась группа из пяти близкорасположенных планетарных систем, разнообразных по классификационным составляющим, стоящая несколько наособицу от территорий нынешнего ареала обитания народов Триады Антареса. Объединял эту группу лишь один основополагающий фактор – все они оставались заброшены уже на протяжении тысячелетий.
Пришедшие в этот сектор галактики Стожар народы Ирия, как и всякий захватчик, жадно желающий заполучить как можно больше территорий для своего расселения, поначалу оказались несказанно рады заполучить в свое владение уже тогда пустынные земли, пусть и несущие на своем челе следы некогда развитой цивилизационной деятельности неизвестных существ. Однако вскоре после начала колонизации, новые поселенцы столкнулись с рядом обстоятельств, сводящим на нет все преимущества освоения этих миров. В чем заключались обстоятельства ныне никто и не помнил за исключением того, что пребывание колонистов там продолжалось не более двух стандартных круголетов. По прошествии этого времени в мирах Пепла не осталось и следа ирийских племен, ибо те предпочли для обживания территории более дружелюбные, более пригодные для долгосрочного и продуктивного заселения. Отдельные былины, отголоском донесшиеся до нынешних поколений отпрысков Ирийского древа вразнобой повествовали о тяжком темном проклятии, лежащем испокон веков на этих землях, какие-то из них вносили уточнение об обитающих в пустынных краях жутких призраках былого, однако истинные причины так и остались тайными, ибо ушедшие отсюда народы оставили то в глубоком секрете, затем вовсе утерянном за ходом времен.
Впрочем, тайна обреталась таковой для всех, кроме арахнов, обитавших в прямой доступности до упомянутых пяти планетарных систем, которые сами они меж собою называли Землями Великого Исхода. И не зря. Считавшаяся для остальных народов сектора относительно молодой, нация разумных арахнов вкупе с образовавшейся гораздо позже общностью насекомовидных существ, тем не менее, на самом деле таковой не являлась, насчитывая в своей видовой истории на пару тысячелетий больше, чем было принято считать официально. Впрочем, представители этого разумного племени, предпочитавшие не афишировать свою цивилизационную деятельность и преследующие одним им ведомые цели, вполне соглашались с причислением к молодым формациям.
На самом деле цивилизация арахноидов, пусть и в период своей ранней юности, еще застала закат той загадочной великой цивилизации, о которой ныне упоминали только расплывчато и без какой-нибудь конкретики за неимением информации. Больше того, арахны обладали значительным багажом знаний, которые достались им по праву наследования от этих загадочных предтеч, сохранили их глубоко внутри своего племени, не делясь даже с представителями тех разумных видов, с кем впоследствии образовали союз Великой Триады. Отдельные исследователи, время от времени беспрепятственно посещавшие Миры Пепла, изредка пытались провести следственные параллели от ушедшей цивилизации к обществу разумных паукообразных, однако те неизменно отвечали глубоким молчанием на все возникающие вопросы и предположения, сводя на нет любые попытки разворошить пыль былого. В конце концов, заброшенная группа миров Пепла, как и ряд им подобных земель, доставшихся нынешним обитателям сектора от мало кому известных истоков, так и осталась пятном неосвоенной пустыни, может быть ожидая того достойного хозяина, который еще не явился в этих краях.
Впрочем, оставаясь загадкой для всех остальных, пустынные земли пяти систем тайно, но весьма активно использовались для целей арахноидов, чьи исследовательские отряды упорно изучали брошенные территории на протяжении очень долгого времени. И, нужно сказать, что большей частью достижений в собственной науке их странное племя оказалось обязано именно подобной археологии…
___________________
Группа из трех исследовательских виман характерной архитектурной принадлежности к ученой миссии арахнов вышла из подпространства в пределах планетарной системы, носящей говорящее название Исход-зу. Справедливости ради, стоило сказать, что это название употреблялось исключительно внутри сообщества пауко- и насакомообразных Триады, имея специфику употребления в среде вполне определенных групп арахнов, как правило, принадлежащих к высшим кастам существ этого многоуровневого сложного общества, в то время как в общепринятой классификации обозначение упомянутой системы по-прежнему сводилось к вполне рядовому буквенно-цифровому обозначению. Меж собой название употреблялось избранными довольно часто, и не без того глубокого смысла, который становится понятным лишь определенной категории посвященных.
На вид, система совершенно не представляла какой-либо существенной ценности для мало-мальски серьезного исследователя. Изначально вращавшиеся вокруг тройного звездного светила три дюжины разновеликих планетарных тел выглядели страшно изуродованными некогда прокатившейся здесь войной, сведения о которой совершенно стерлись из доступной галактической истории. Развороченные неведомой силой, ущербленные тела умерших планет, безвозвратно утерявшие основные планетарные характеристики, вперемешку с астероидными ошметками, встречавшимися здесь на самых неожиданных орбитах, и сейчас продолжали свой бесконечный бег вокруг тускнеющего трио звезд, из которых более-менее приличный спектр излучения давала только одна альфа, тогда как бета-светило превратилась в темное супертело, излучающее нейтроны. Гамма-звезда оказалась и вовсе разметена сторонним воздействием на несколько частей, что массивными глыбами, продолжали свой остаточный бег подле товарок, стремясь со временем слиться с ними в единое целое.
Упомянутые системы, как и несколько звездных систем поодаль, несмотря на свой статус брошенных и неиспользуемых, формально принадлежали к территориям Империи Ориона. Однако, несмотря на это, даже не перекрывались системами сторожевых сканеров, фактически оставаясь покинутыми. Так что, совершенно не скрываясь, каскадом небольших прыжков, словно постоянно стараясь откорректировать окончательный маршрут, группа из трех разведывательных виман, формой приблизительно напоминавших обтекаемые полукапли, без опаски мигая яркими бортовыми огнями, вошла в самое сердце пустынной системы, словно нож вонзившись прямо в крошево планетарных останков. Оказавшись среди приблизительных орбит среднего планетарного кольца, корабли, юрко увиливая от посторонних астероидных тел, то и дело выскакивающих наперерез, избрали путь к огромному газовому гиганту, казавшемуся слишком грузным на фоне общей разрушенной структуры системы, а достигнув поля его притяжения, вдруг застыли, словно оказавшись в затруднении. На самом деле экипажи виман просто рассчитывали нужный момент, чтобы проложить наиболее безопасную траекторию движения среди здешнего густого каменного крошева, оставшегося от разрушенных спутников гиганта. Высчитав наверняка и невзирая на затемнение величественной тенью, отброшенной планетой-колоссом в свете возглавлявшей парад светил альфа-звезды, исследовательские аппараты скользнули в сторону его бурого, слегка расцвеченного узорами тяжелых вихрей и перистых облаков шара, бесстрашно занырнув в самую близкую тучу вращающихся скалистых ошметков.
Казалось, в этом винегрете никому не достанет возможности найти что-то, стоящее внимания. Под влиянием переменных приливных гравитационных составляющих, густая мешанина астероидного крошева представлялась ужасающим гипертрофированным подобием некой дьявольской мельницы, грозящей стереть в порошок все, что попадает в ее цепкие жернова. Однако же, тройка разведывательных судов, следуя своей неведомой цели, со смелостью приговоренного вошла в эту вращающуюся круговерть, почти сразу скрывшись за пеленой космического камневорота.
Корабли здесь явно побывали ранее. Твердая воля пилотирующей системы искусно вела их сквозь смертельно опасное астероидное поле, вовремя уводя с курса попадающихся обломков крупных скал, способных нанести значимый ущерб при столкновении, либо просто в брызги расстреливала гравитронами мелкие каменные снаряды, приближавшиеся по опасному курсу.
Маршрут группы оказался выверен до мелочей, ибо по истечении минимального промежутка допустимого временного интервала, виманы неожиданно вышли к искусственному объекту, что тяжело вынырнул поблизости из надвигавшейся мешанины летающих скал, оказавшись величественным подобием небольшой луны приблизительно шарообразной формы. Впрочем, луной данный объект оказаться явно не мог, о чем красноречиво говорили грани искусно обработанных пирамидальных выростов на его угольно-черной поверхности, да сферические надолбы, расположенные на осях симметрии объекта.
Объект определенно обладал какой-то странной гравитационной составляющей, создавшей вокруг него некий «пузырь» чистого космического пространства, за границы которого не сумел проникнуть ни один из астероидных камней, что подобно стаям хищных созданий кружили вокруг, временами создавая довольно серьезные завихрения. Исследовательские виманы тоже ощутили гравитационное противодействие защитного «пузыря», но сразу задействовали форсажную двигательную систему, что позволило, пусть и с трудом, проникнуть внутрь него, а затем и приблизиться вплотную к черному лику рукотворной луны.
Обращавшееся в астероидном поле газового гиганта на протяжении не одной тысячи стандартных круголетов, рукотворное лунное подобие, однако не производило впечатление брошенного сооружения. Но внушало великое почитание. Даже видом. Темная громада и вращалась вокруг своей оси величественно, с некой торжественностью обращая на обозрение почитающих ее свои рельефные выпуклости.
Впрочем, пилотную автоматику разведгруппы весь этот вид впечатлить не мог. Пока группа кораблей зависла в непосредственной близости от цели, синтетический разум просканировал поверхность в поисках возможного наличия входного портала или шлюза, а найдя его признаки, быстро произвел вычисления алгоритма предстоящего маневра сближения. Получив необходимые данные анализа, одна из виман, немедленно сдвинулась с места и, на ходу приняв нужную траекторию, скользнула к темному планетоиду.
Древний шлюз, несмотря на всю свою очевидную немыслимую древность, оказался исправен. Кораблю не пришлось применять стрелковые системы для разрушения возможных преград – в непосредственной близости громадно монументальные створы, способные легко принять, казалось, даже тушу колониальной вайтмары, легко дрогнули и разошлись в стороны, образуя достаточный для прохода проем. Затем, выполнив свою функцию, они также легко вернулись в исходное положение, наглухо запечатав гостя в массивной утробе.
Исследовательский корабль на какое-то мгновение покачнулся и завис в кромешной тьме, ощутив приборами возросшую векторную гравитацию. Однако прежде чем автоматика успела среагировать и включить прожектора, внутреннее пространство помещения наполнилось приглушенным фиолетово-красным свечением, испустившимся из разнофигурных панелей, разбросанных без особой системы по поверхностям внутренней части ангара шлюзового помещения. Несмотря на приглушенность, света оказалось вполне достаточно для того, чтобы ясно очертить нужные архитектурные контуры, в том числе очертания площадок для приземления летательных аппаратов малого класса.
Посадка вышла мягкой. Лишь только сглаженный силуэт виманы успокоился на площадке, открылся овальный проем люка, пропуская наружу нескладную фигуру паукообразного существа в защитной чешуе боевого скафандра. Переступая тощими нижними конечностями, исследователь ступил с трапа на поверхность площадки приемного порта, покружился на пятачке у пандуса и замер, с долей зачарованности разглядывая собственные следы, оставленные в толстом слое мелкой пыли, покрывшей все вокруг.
Пискнул сигнальный зуммер, прозвучавший неожиданно громко, в гулкой тишине. Внутренняя атмосфера, похоже, подходила для свободного дыхания. Исследователь привел в действие механизмы скафандра, и шлемовидная защита, изменив состояние, подобием струйки стекла за ворот, обнажив навстречу легкому дуновению местной атмосферы, сморщенный малопривлекательный лик с мощными жвалами.
- Священные свитки пращуров не лгали, - произнес вслух Паук, выдохнув парком в холодный воздух громадного помещения, - Наследие старых богов темного Атта уцелело и ждет своего часа.
В разведывательной вимане арахноид прилетел один, доверившись только автоматике. Миссия предстояла сугубо щепетильная, и не следовало, чтобы кто-то посторонний присутствовал при сих событиях. Пусть сообщество арахнов Триады и имеет общий разум, пусть это сообщество и является единым организмом, действующим ради общей цели – даже в нем, в этом обществе, всегда будут присутствовать неординарные особи, способные двинуть развитие цивилизации в необходимую для текущего момента сторону.
Дверь в одной из стен близ площадки обозначилась в контуре и раскрылась, словно приглашая войти.
- Э нет, - высказался вслух гость, - Слишком дружественно для места, ограждавшего себя от посетителей столь длительное время. Слишком похоже на вход для доверчивых, на самом деле ведущий в непроходимый лабиринт. Или, того хуже…
«Я подожду, - ментальный глас арахноида, сперва осторожный и вкрадчивый, но затем все более уверенный, разнесся в ментальном пространстве эфира, - Ибо я всего лишь смиренный раб, не смеющий сделать и шага без соизволения моего хозяина.
Ответом стало полное молчание. Даже отголоски ментальностей экипажа двух остальных виман не проникали сюда, чтобы разбавить эту великую немоту.
Паук не спешил. Преодолен долгий путь, прежде чем миссия добралась до этого места. В прямом и переносном смысле. Нужно обладать недюжинным интеллектом, целеустремленностью, граничащей с маниакальностью, чтобы раскопать то, что в памяти большего числа народов давно уже ушло в небытие.
«Я знаю, что ты еще обитаешь здесь, мой повелитель! - на этот раз, вместе с ментальным голосом, он выкрикнул это вслух, однако не услышал даже отголоска эха.
Странно, но находясь в этом диковинном месте, Паук не ощущал, что находится внутри лунообразного рукотворного астероида, не ощущал движения, не чувствовал колебаний гравитационного поля, так свойственного небольшим планетарным телам. А представителями племени арахнов испокон такие вещи различались на уровне подсознания. Чудное место… Величественное место… Здесь чувствовалось присутствие какой-то диковинной силы… Большой силы…
Многочисленное племя арахнидов держало в большом секрете тайну своего происхождения. За давностью сроков, уже никто из народов обитаемых звездных территорий сектора уже и не помнил о некогда могучей расе властов, не помнил не только о том безбрежном могуществе, каким они некогда обладали, но даже о том, как они выглядели на самом деле. Лишь отдельные предания, далеким отголоском дошедшие до нынешних обитателей сектора, вскользь упоминали о могучих титаноподобных и приблизительно полугуманоидных созданиях, умевших повелевать энергиями и пространством настолько, что это позволило им создать великую звездную империю Атта.
О той великой цивилизации помнили только они, арахны – искусственно созданная властами раса существ, чьим изначальным предназначением стала великая преданность и служение своим создателям. Качества, запрограммированные на уровне гораздо более глубоком, чем таинство комбинирования животворных начал. Именно поэтому в то самое время, когда территории былой империи заселились новыми расами и народами, арахны в своем многообразии подвидов затаились, затаив также и свою подсознательную приверженность создателям.
«Ответь мне, разум-повелитель, - во внезапном тоскливом приступе, снова издал ментальный призыв Паук, - Я чувствую твое присутствие».
А потом пришло то просветление, к которому его подсознание подготовили поколения жрецов, как зеницу ока храня остатки древнего знания и вкладывая зерна этого знания в каждую особь собственного потомства. На память пришла та серия манипуляций голосового аппарата, чередующаяся со щелчками жвал и легким присвистом, которая сопровождала его с момента нарождения и употреблялась в виде некоего подобия молитвы к высшим силам. Паук не знал, повторил ли он эту молитвенную песнь ментально или вслух, однако неожиданно ощутил изменение в напряженности ментальной среды. А затем наступило то, о чем он так грезил и чего так ждал. Он услышал голос своего Бога.
«Я не знаю тебя, раб, - пронзил его разум ментальный глас, заставивший задрожать, - Хотя польщен, что ты и твой народ еще почитаете бога-создателя в лике Атта. Кто же ты и ради какой надобности потревожил меня в моем упокоении?»
Конечности Паука подкосились, складываясь в позу преклонения.
- Ты не знаешь меня, мой господин, - произнес он вслух, опустив взгляд в пыльные плиты пола, - Ибо я родился гораздо позже того, как погибли дети твои и тебя, мой повелитель, заставили упокоиться в этом заброшенном месте. Однако, как отпрыск твоих верных рабов, я пришел сказать, что мой народ жив и все еще помнит тебя. Даже спустя ту пропасть времени, которую мы провели в разлуке со своим создателем. Мы готовы помочь тебе восстать из пепла тысячелетий и восстановить твои владения.
«Что ты знаешь, раб! - рыкнул властный голос в ментальной пустоте, уловив то, что уязвило его божественное сознание и статус, - Этот заброшенный храм лишь одно из многих мест, где могу я явить свой лик в эту вероятность. И это только одна из вероятностей из мириад подобных. Далеко не во всех из этих реальностей я так ущемлен, как здесь. Я есть вечный разум подпространственной сущности, не обремененный оковами времени и прочих ограничений, присущих пространственным реалиям…
- Мой повелитель… - арахноид распростерся в пыли, - Я всего лишь…
«Молчи, - велел голос, - Довольно. Я и, правда, оказался сокрушен здесь когда-то. А посему, твоя помощь придется весьма кстати. Иди, куда укажу».
Вслед за этими словами в пустоте перед ликом Паука раскрылся темный, слегка клубящийся красноватым сумраком, овальный проем, куда тот и вполз, неуклюже перебирая конечностями.
Где он оказался, арахноид не понял, но судя по всему, где-то далеко от пыльного шлюза. Там, где он сейчас обретался, стояла гробовая тишина и кромешная темнота, совершенно непроницаемая для его зрения. Создавалось впечатление, что он, словно мелкое насекомое, завяз в какой-то липкой мутной жиже, огражденный от всего остального тяжелой черной пеленой. Однако в этой черноте Паук обретался не один. Что-то огромное, наполненное силой, притаилось где-то рядом, словно в оцепенении, пугая одним своим присутствием.
Свет вспыхнул неожиданно, залив пространство вокруг мертвенными холодными зеленовато - фиолетовыми тонами. Арахноид поднял голову и осмотрелся, но ничего не увидел, кроме пространства вокруг себя в виде сферы из густого мутного тумана, поверхность которого расцветилась отсветами. Он парил в этой пелене, словно подвешенный на невидимые нити. Странное чувство свободного падения пришло к нему и одарило запоздалым страхом.
«Не бойся, раб, - успокоил его голос, - Убить тебя было бы несложно. Но зачем мне твоя смерть?»
- Где же я? – вопросов роилось множество, но Паук смог озвучить из них только один.
«Ты во мне, - последовал ответ, - Прямо в преисподней».
- Если это так, то я уже должен был погибнуть в этой среде, - возразил арахноид, - Живые существа не выносят пребывания в преисподней без защиты.
«Ты под защитой», - произнес пси-голос, - Силовой кокон вполне надежен. К чему испытывать страх, если ты сам доверил мне твою жизнь?»
- Прости, мой господин…
Арахноид никакого кокона вокруг себя не заметил, однако, здраво рассудил, что, до сих пор жив, а посему от дальнейших разъяснений воздержался.
«Ты пришел вовремя, мой раб, - продолжил голос темного сознания, - На самом деле я ждал кого-то вроде тебя. Наступило время возрождения».
«А как? - мысленный возглас Паука повис, словно завязнув вате.
«Просто, как все великое. Нужно всего лишь свить симбиотическую нить энергии подпространства с животворным началом пространственных жизненных форм. И это не такая уж невидаль. В истории вселенной нередки случаи, когда такой симбиоз происходил».
- Да… Власты…
«И не только они. Такие случаи уже происходили много раз. В разные эпохи. И подобные существа есть в этой реальности и ныне. Вся разница лишь в том, насколько сильной получается подобная связь, и каким путем она достигнута. Есть те, кто пропитан темной энергией, но не принадлежит ей. Такие экземпляры не обретают силу подпространства в полной мере. Только существа, порожденные с изначально полученной связью, смогут получить полный доступ к возможностям подпространственных структур и научатся использовать их в полную силу».
«Если такие существа есть, то…»
«Среди светлых структур пространства мною замечены лишь единичные представители первой категории. Они не подвластны моему контролю ввиду косвенности взаимосвязи, но это и некритично. Такие способны черпать силы темной энергии далеко не из всех каналов и источников. Они ограниченны. Это принципиальная разница. Достоинством же властов некогда стало то, что они добровольно породили поколение существ с симбиозом из собственного жизненного начала с моими силовыми сигнатурами. Порожденные полностью приняли мой контроль, и несли пространству мою волю ровно в той мере, как задумано. Жаль только, что уровень силы полученных жизненных форм оказался не столь идеальным, как хотелось того. Не тот уровень. Недостаточный».
Ментальный окрас сказанного принес изрядную долю недовольства темного сознания и, возможно, как-то влиял на подпространственную среду. По крайней мере, так арахну показалось. Косвенным подтверждением стало увеличение свечения силовой капсулы, чьи энергосплетения вдруг стали видимы, став похожими на пульсирующие вены. Возможно из-за растущей неблагоприятности окружающей капсулу среды.
- Повелитель мой, я готов… - это он произнес вслух, дублируя свои тревожные мысли.
«Так ли? – прервал его голос, - Сможешь ли ты принять то, что навсегда изменит твою жизнь?»
- Меня готовили к тому с момента рождения.
«Это верно, - не стало протестовать подпространство, - Но далеко не все, кому следовало совершить подвиг, оказались полностью готовы к нему».
«Кабы мои сомнения победили, то я не находился бы сейчас в этом месте, - самообладание вернулось к арахноиду, хотя смутное ощущение тревоги все равно осталось, - Впрочем, измени я сейчас свое мнение, то вряд ли сумею повернуть назад. Слишком большой путь пройден».
«То верно, - кратко изрек голос, - Пути назад нет. И не по той причине, которую ты озвучил. Пришедший сюда, не имеет возможности к возвращению. Неминуемое свершится. А посему готовься к той великой боли, которую тебе суждено испытать».
Паук понял, что момент пришел. Страх, как ни гнал он его от себя, все же обуял все существо арахна, когда сетчатый орнамент силы вокруг него поблек и испарился, убрав последнюю преграду для неведомого мощного воздействия, что обрушилось на него через миг красновато сумрачным приливом. Клубящиеся мглой, цепкие скользкие щупальца опутали свою жертву, заставив затрепетать всеми восемью конечностями, и увлекли куда-то в немую черноту, чтобы погрузить каждую клеточку его биологической сущности в пучину невообразимой, никогда ранее не веданной боли.
______________________
- Мы ждем слишком долго. Похоже, миссия не удалась, - прощелкал жвалами богомолообразный навигатор Су-Уми на своем диалекте, - Стоило бы убраться отсюда. Кто знает, может быть, наш разведчик нечаянно пробудил еще какие-либо древние защитные системы богов. Тогда нам не унести конечностей из этого гиблого места.
- Я бы не стал делать таких скоропалительных выводов, - обронил его оппонент, - Ибо время – есть величина переменная. А субъективное время и вовсе усредненное мерило. И вообще, если древние боги обладали неизмеримым могуществом, то, может быть и не стоило бы дергаться с места. Ни к чему эти метания перед гибелью.
Оставшиеся два корабля исследовательской миссии в томительном ожидании продолжали дрейфовать в эфире близ черной луны. Абрис массивного планетоида слегка играл бликами отраженного космического излучения, создавая живописный ареол на фоне резко очерченной черноты.
- На мой взгляд, следовало бы вообще уничтожить этот странный объект, - неожиданно произнес Су-Уми с задумчивым видом, - Неизвестно, какого древнего зверя мы сейчас пытаемся разбудить в его замшелой берлоге.
- Не знай я тебя, - последовал ответ его собеседника, мельком взглянувшего на сухопарую фигуру инсектоида в твердой хитиновой броне, - Я бы решил, что ты просто трусишь…
Тихий возглас одного из членов команды, прервал его речь, заставив всех присутствующих вновь обратиться к панораме. А посмотреть стоило. Массивная туша искусственной луны внезапно ожила. По ее поверхности скользнули отсветы энергетических всполохов, темная поверхность обрела оттенки и дрогнула ожившими полусферами бастионов защиты.
- Кажется, дело пошло, - едва слышно прокомментировал увиденное Су-Уми.
- Точно, - согласился его собеседник, однако от дальнейших высказываний воздержался, продолжая отслеживать видимые изменения объекта.
Лишь только тогда, когда на лике планетоида полыхнул световой сигнал в виде знакомых ломаных линий, он с облегчением выдохнул, - Обитель ожила.
Как бы в подтверждение его слов в некотором отдалении от места событий пространство прогнулось и промялось в громадный, клубящийся сумрачным контуром подпространственный портал.
- Поздравляю вас, Су-Уми, мой клон, в создание которого я вложил столько усилий, свою миссию выполнил. Теперь можно приступать к выполнению основной части.
Произнеся эти слова, Паук А-Нут поднялся с ложемента, довольно потирая шестипалые длани верхних конечностей. А затем, миг спустя, так и застыл, резко выпучив зрительные элементы. Рядом, изобразив похожие эмоции, вдруг резко вытянулся во весь свой немалый рост инсектоид – навигатор. Удивиться стоило, ибо черный планетоид внезапно испарился со всех экранов, а само пространство опустело, словно произошла резкая смена визуального кадра. Только через какое-то время до экипажей исследовательских виман стало доходить осознание того, что какая-то могучая сила только что переместила их в другую точку пространства, вышвырнув прочь, словно ненужный мусор.
Глава 10. Отче мой…
Чертог Лисы. Планета Ансер. Покои Змеиного дворца. Морана Белоликая.
- Входи, батюшка, - произнесла Мара, заметив на пороге своих покоев правителя чертога, - На беседу? Поучать меня станешь?
Вершень Световид замедлил с ответом, разглядывая приемную дочь. Биология ирийских гоминидов, усовершенствованная на протяжении многих поколений предков, предполагала жизненный цикл, превышающий десяток тысячелетий. Это позволяло последовательно развивать свой разум и ментальную сущность от одного уровня к другому. Первые поколения потомков цивилизаций, пришедших на нынешние территории существования Союза Ирийского Сада, на момент начала первой стадии Войн Раздора уже достаточно сформировались для того, чтобы на пути совершенствования собственного разума достичь преодоления уровня существующей мерности вослед собственным праотцам. Но не все так гладко, как представлялось со стороны. Тысячелетний путь самосовершенствования жизненной сущности таил в себе определенную опасность циклического развития через боль потерь и радость обретений. А самые первые этапы жизненного цикла существования и вовсе предполагали наличие целого букета неуправляемых эмоций, проявлявшихся неосознанно. Именно в этот период отдельное разумное создание, опробовав вкус первых чувств и борясь с ними, с болью выбирало тот путь совершенствования, по которому в дальнейшем ему суждено пройти. Морана, которой исполнилось всего-то сорок лет, лишь выходила на этот самый порог эмоциональных терзаний и мучительных первых шагов.
- Ты хочешь поучений? – мягко спросил Вершень, проходя в покои, - Вообще, я не собирался, но если ты желаешь…
Границы биологического развития, как и накал эмоций у каждого отдельного разумного существа различался в больших пределах. Например, система воспитания в ирийском обществе с малых лет развивала в каждом отдельном индивиде привычки подчиняться определенным правилам поведения и определенным традициям, что на уровне подсознания направляло и помогало встать на индивидуальный путь самостоятельного развития духа, дабы пойти по сему пути с наименьшими потерями. Так в свое время воспитывали самого Вершеня Световида, так воспитывали его любимую Ноцену, так, соответственно, воспитывали и всех дочерей его семьи. Другое дело, что система воспитания, такая эффективная в отношении родных отпрысков Вершеня и его супруги, зачастую выглядела неуместной по отношению к падчерице.
Лада-Слава, будучи младше Мораны всего на год, развивалась в привычном для традиций русле и уже обрела достаточную зрелость, чтобы связать себя узами брака. Да не с кем-нибудь, а с великим Сварогом Огненным, составив ему достойную партию и став той самой спутницей жизни, которой ему так не хватало на протяжении долгого времени. В то же самое время Морана Белоликая, находясь в возрасте достаточном для создания собственного брака с достойным мужем, с точки зрения ирийских зничей задержалась в поре нерациональных и эмоциональных решений, не позволявших считать ее вполне зрелой для подобного.
- Нет, я не хочу нравоучений, - отозвалась Мара, выразительно тряхнув черными, как смоль, вьющимися кудрями, - Только не это. Тем более что я не усматриваю какой-то своей вины. Твои дочери слишком предвзяты ко мне…
- Может и так, - не стал спорить Вершень Световид, - Но они все младше тебя и их рассудок не так развит. Ты должна стать мудрее, чтобы не вспыхивать от детских проказ как горючая смесь. Только так, сохраняя спокойствие, ты сможешь стать невосприимчивой к тому, что способно нанести обиду. А уж подобного в дальнейшей твоей жизни хватит с лихвой и без меня.
Он посмотрел на нее, машинально отметив, что с каждым новым прожитым годом облик Мораны, прекрасный в своей точености, все более походил на запечатленный в его памяти облик змеедевы. Родство начал меж ними прослеживалось вполне внятно. Разница состояла в том, что часть змеиного начала в ней выглядела зримо меньшей. Гораздо меньшей… А может и не змеиной… Создавалось впечатление, что примесь наследственности в комбинации жизненных начал его приемной дочери, включала в себя не только кровь нагов. Кого-то еще. На тонкой бледной коже, несущей вполне человеческую мягкость, не имелось дополнительных дыхательных каналов, присущих змееобразным, как не имелось и дополнительных черт, до сих пор чудящихся правителю чертога во снах.
Время не только лечит. Оно зачастую показывает упущенные возможности и варианты. Так, глядя на эту красивую цветущую девушку, Вершень все чаще и чаще приходил к мысли, что, возможно, ему стоило проявить больше сострадания к той, что некогда правила змеиным народом наргалов. Что-то подсказывало ему, что он принял тогда не самое лучшее решение, предъявив Параскее ультиматум, заставивший ее в спешке покинуть планету. Может из-за этих запоздалых мыслей, преследующих его с годами все сильнее, правитель с такой щепетильностью и относился к своей падчерице.
- Обещаю, я поговорю с детьми, чтобы относились к тебе подобающе, - продолжил Вершень, сделав Маре знак рукой, чтобы не прерывала, - Но и ты пообещай мне, что будешь выдержаннее впредь. Я хочу, чтобы наша семья жила в мире и согласии. Ты веришь мне, дитя?
Его самообладание всегда действовала на Морану успокаивающе. Наверное, потому, что чувства приемного родителя были настоящими. Такое не подделаешь.
- Хорошо, отче, - Морана посмотрела в его очи бездонным взглядом темного с просинью серебра, - Обещаю, что буду держать себя в руках.
- Верю, - произнес правитель чертога, направляясь к выходу, - Ты меня не обманешь.
Его улыбка, обращенная к Моране напоследок, несла в себе неподдельную доброту и осталась с ней, впечатавшись в память…
Широкоплечая фигура прирожденного воя, удаляясь, еще маячила вдали коридора, когда воздух около дверного проема в покои Мораны стал сгущаться, наполняясь легкой зеленоватой дымкой. Однако затем пространство вновь подернулось мелкой рябью и успокоилось, более не привлекая внимания.
Визит змеедевы.
Змеиный дворец. Девичьи покои Мораны Белоликой.
Мара восседала на кресле у окна вполоборота, и не сразу уловила боковым зрением зыбкое движение в глубине покоев. Когда уловила, то сперва решила, что зачем-то вернулся Вершень. А когда обернулась, то застыла, молча разглядывая неожиданного гостя.
Точнее, гостью, ибо стройная фигура в облегающем серебристом одеянии однозначно не могла принадлежать существу мужского пола.
- Удивлена? – вместо приветствия произнесла пришелица и приблизилась, на шагу сдергивая с головы просторный капюшон.
- Удивлена, - просто ответила Морана Белоликая, наблюдая за ее приближением, - Кто ты и как попала в покои нашего дворца?
- Вашего? – переспросила женщина, сделав последний шаг, - Вообще-то это мой дворец. И выстроен таким по моей прихоти…
Несмотря на скоротечность ситуации, сообразить оказалось нетрудно.
- Ты Параскея, - скорее утверждая, чем спрашивая, произнесла Морана, облокотившись на подоконник, - Прежняя правительница этих мест. Я права?
- Права, - согласилась гостья, тоже коснувшись дланью подоконника и бросив беглый взгляд на панораму, небрежно добавила, - Вид на снежные горы неплох, но картина океанского прибоя завораживает больше. Хотя, все равно красивые места. Я скучала по ним.
- Если скучала, зачем бежала? – Морана ведала историю Змеиного дворца, - Твоей жизни ничего не угрожало. Ирийцы не умерщвляют пленных. Это известно.
- Можно бежать не только от смерти, - усмехнулась Параскея бледными губами, и Мара внезапно постигла, что эта хладная улыбка ей странно знакома, - Еще от позора, который хуже смерти. Тебе должно быть знакомо это жгучее чувство.
Точно, такой тонкогубый разрез уст присутствовал только у нагов.
- Знакомо, - пожала плечами приемная дщерь Вершеня Световида, - Но эти чувства слишком темны и опасны. Так говорят мудрые люди.
- Ирийцы? – опять сложила в улыбку свои уста гостья, - Думаешь, что это истина в последней инстанции? А может просто догма, принятая родственным союзом племен? То, что молвит один народ, не станет законом для другого! И тебе не следовало бы слушать представителей иного племени. Ты не ирийка, хотя и воспитывалась со стремлением привить тебе ирийские нравы и обычаи.
- И кто же я? – Мара дернула плечом, невольно показав, что разговор ей не по нраву, - Твоя дочь?
- Нет, - ответила Параскея, - Хотя жизненное начало, отдаленно схожее с моим, также частично присутствует в тебе. И это видно, конечно же, в зеркале. Будем считать, что ты моя сестра.
Она хохотнула. Слишком развязно и вызывающе. Мара хотела ответить что-то резкое, однако внезапно поняла, что Параскея говорит правду. Или, почти правду.
- Что же тебе нужно…якобы сестра?
- Я хочу, чтобы ты знала, что у тебя есть кто-то ближе, чем ирийская свара.
Слова змеедевы резанули излишней бравадой и наигранностью.
- Эта свара стала моей семьей, когда меня бросили, - высказала Морана Белоликая то, что давно исподволь грызло ее изнутри, - И воспитала меня в достойных условиях.
- Каюсь, - кивнула Параскея, - Мы не смогли забрать тебя. Так сложилось. А когда с трудом сумели проложить путь, то опоздали. Так что, до поры пришлось оставить тебя здесь на правах падчерицы.
- Я выросла здесь, и это место теперь мой дом, - Морана присела на скамью около окна, не спуская очей с Параскеи, - Я здесь хозяйка, и мне нет нужды пробираться сюда тайком, как тебе.
- Это пока, - зловеще отозвалась та, - Да и зачем показываться прежде положенного времени. Все в свой черед.
- Ты воровкой пришла в мой дом, - сощурилась Мара, - Явно с дурными намерениями. Пожалуй, будет правильным отдать тебя на суд Вершеня…
Она не успела закончить, как белое лезвие силового кинжала оказалось на уровне ее лика. Одновременно с этим головной обруч пси-отражателя загудел с изрядным надрывом.
- Тебе не следует вести подобные речи, - речевой аппарат разъяренной Параскеи стал производить звуки с изрядной долей характерного шипения, - Либо, как не жаль, придется избавиться от тебя, как от ненужного свидетеля.
Они стали друг напротив друга с видом явной угрозы. И замерли, явно перейдя на ментальный уровень.
- Силенок у тебя не хватит, змея, - вдруг рассмеялась Морена, оценив масштаб ментального нападения, - Не пыжься, а то вдруг раздавлю, как козявку.
Рука с кинжалом разжалась словно сама по себе в соматическом спазме, с лязгом уронив его на пол. Раздосадованная Параскея отпрянула и обнажила потаенный второй ряд острых зубов-шипов в яростном оскале.
- Я бы не радовалась на твоем месте, - ее речь приобрела еще более шипящий присвист, - Так как за моей спиной сила, которая отправит тебя в дом предков при малейшем неповиновении.
Морана Белоликая не ответила, продолжая наблюдать за противницей. Именно в этот момент она вдруг поняла, что наука самоконтроля Ирия, которой ее пичкали с малых лет, довольно эффективна во время подобных моментов. Холодная голова гораздо лучший помощник, чем всплеск неуправляемых эмоций. А еще она поняла, что за все прошедшие годы изгнанная Параскея так и не смогла найти покоя своим уязвленным чувствам. Змеедева же, уловив смену настроения собеседницы, просто замерла, силясь угадать дальнейшее.
- Уходи, - скупо обронила Морена, - Я не увидела в тебе ничего, чтобы проникнуться к тебе хотя бы родственными чувствами.
- Тебе все равно придется выбрать сторону, на которой ты останешься, - Параскея попятилась в сторону выхода, и, подобрав выроненное было оружие, выставила силовой клинок перед собой, - Ибо мир, в котором ты обретаешься, скоро перестанет оставаться таковым.
- Как скоро? – Мара даже замерла, неожиданно осознав, что явление змеедевы именно сейчас не случайно, - Не ярись. Я тебе не враг.
Параскея замерла на полушаге, недоверчиво блеснув нервным черным зраком в сторону «сестры». В этот момент, растрепанная и взъерошенная, она показалась больше пародией на человеческое существо.
- А тебе не жаль, что возможными жертвами станут те, кого ты сейчас считаешь своей семьей? – настороженный взгляд змеедевы выдал оттенки ее замешательства, ибо сейчас она силилась, и не могла прочитать, что крылось за спокойным выражением лика собеседницы, - Правление Ирия падет под натиском более мощного противника, и жертвами станут многие из тех, кто тебе, возможно, дорог.
Морана задумалась. Ей было что терять. Даже несмотря на то, что она всегда держалась наособицу ото всех, она до единого любила членов своей приемной семьи. А еще она не представляла, что обретет, если выберет иную сторону обещанного выбора.
«Твои колебания вполне понятны, дитя мое, - вдруг почти оглушил сознание Мары громкий зычный голос, уверенный в своей первозначности, - И мы не настаиваем, чтобы твой выбор вышел скоропалительным. Все в свое время».
«Кто ты, дающий подобные советы? Откуда ты можешь знать, что мне предстоит, и как мне стоит поступить?»
Вопрос остался без ответа.
- Уходи, - произнесла вслух Мара, обратив очи в сторону Параскеи, - Я выбираю собственный путь, и он не касается твоего противостояния с Ирийским древом.
- Тогда, - хищно улыбнулась та, - Лучше не выходи сегодня за эти двери.
Змеедева сделала еще два шага ко входной двери, и вдруг скользнула в зеленоватую дымчатую пелену, распахнувшуюся пред нею. Полотно пелены сомкнулось за ней и задрожало, после чего в секунду растаяло. Однако же, прежде чем она исчезла, Морана успела приблизиться и тронуть дланью это эфемерное дрожание. Сомнений не возникло – потайной путь в другую точку пространства, построенный в угоду кому-то могущественному. Могущественному хотя бы потому, что этот кто-то обладал способностью создавать подобные пути, пока недоступные для ирийских миров. Она провела ладонью по исчезающей ряби пространственного возмущения, ощутив слабое покалывание. Кажется, пожелай, и этот путь будет доступен и для нее.
«Пожелай… - слово застряло в ее голове подобно занозе, почти зазвучав в ушах.
«А что, - вдруг подумала Мара, - Судя по всему, грядет что-то непонятное. Если уйду отсюда, то выпаду из здешних событий… Может быть стоит так и сделать?».
Нет, эти слова принадлежали не ей, а тому, кто, подкравшись из неосязаемой реальности, нашептывал, пытаясь навязать свое суждение ситуации. Может стоит предупредить Вершеня и родных? Ее не зря в последние дни преследовало тревожное предчувствие, что в ближайшем грядущем кроются какие-то тревожные сдвиги. Теперь после визита змеедевы, столь спокойно чувствовавшей себя в столь охраняемом месте, оно усилилось. По всей логике следовало что-то сделать, свершить... Но что? И как скоро? Как бы узнать? Если бы удалось, то можно попробовать повлиять на обстоятельства…
Она снова протянула длань туда, где только что ощутила энергетическую покалывающую зыбь. К ее удовлетворению место пустого с виду пространства вновь встретило ее манипуляцию знакомыми ощущениями. Продолжая держать руку в нащупанной точке, Морена вдруг интуитивно шагнула вперед, и пустота вдруг завихрилась знакомой зеленоватой дымкой, которая, словно смрадная пасть дракона распахнулась в молниеносном рывке и втянула ее в себя, проглотив без остатка. Она не стала сопротивляться в уверенности, что еще успеет все разузнать и затем предупредить о грозящей опасности тех, кого следовало.
По тропе.
Портальное пространство Чернобога Пекального.
Переход произошел молниеносно, однако сознание уловило его в полной мере, слегка помутившись, словно после резкого потрясения.
«Чувствительная, - услышала она мысленную форму, проступившую из сферы ментальности, - Отрадно».
«Что отрадно? – отозвалась она с недоумением и некоторым недовольством, - И кто это?»
«Вселенная! - пришло ответом восклицание, - Она сильна. Очень сильна. Даже несмотря на юность…»
Все это пронеслось в сознании Мары, уложившись в то самое мгновение, во время которого она открывала очи.
- Кто здесь? – произнесла она, пока происходил процесс адаптации зрения.
Четкая картинка окружающего пространства, наконец, вернулась, неприятно резанув глаз обилием черно-белых контрастов. Помещение, в котором очутилась Морана показалось ей чересчур огромным, теряясь вдали благодаря эффекту размывания, который давала легкая дымка, пеленой заволакивающая общую атмосферу этого странного места. Вблизи же над всем довлел большой резной трон, выполненный из материала антрацитовой черноты, казавшийся живым из-за эффекта некоторой текучести и сглаживания форм. Над троном тяжело нависал сферообразно выпуклый белый потолок, густо испещренный черными руническими символами.
- С прибытием, моя долгожданная гостья, - прозвучал в гулкой тишине зычный уверенный голос, явно привыкший повелевать, - Право, я заждался встречи с тобой.
На троне по-хозяйски восседал крупный развитый мужчина в черной боевой броне, характерно чешуйчатой и подвижной, равно как и материал трона, блистающей все теми же бликами. Смуглый волевой лик незнакомца роскошно обрамляли густые черные как смоль волосы, жесткие и курчавые, словно псевдощупальцы разновидности океанической медузы. Гостье показалось, что они готовы зашевелиться по его воле.
- Кто ты? – кратко спросила Мара, приблизившись тихим шагом, - Я шла за змеедевой. Где она?
- Эту систему подпространственных троп спроектировал я, - произнес незнакомец, бесцеремонно разглядывая ее жгучим зраком, - И управляю ею я самолично. Так что, змеедева находится совсем не здесь. И даже не в этой звездной системе. Я изменил направление тропы, чтобы ты попала сюда, в мое тайное убежище, недоступное более никак и ниоткуда…
- Зачем? – Морана, прислушивалась к себе, пытаясь найти внутри хотя бы оттенок смущения или тревоги, - Ты желал увидеть именно меня?
- Меня зовут Чернобогом, - ответил на ее первый вопрос загадочный собеседник, - Известно тебе это имя?
Это признание Мару не потрясло.
- Вот как? – не стала она скрывать своего удивления, -Не ожидала увидеть пред собой врага Ирийского Союза во плоти. Рискуешь, зазвав в свое логово деву из противоборствующего стана.
- Нисколько, - усмехнулся Витул Пекальный в густую черную бороду, - Дитя не причинит вреда своему родителю. Не за тем я потратил столько усилий, чтобы создать тебя. К тому же, ты настолько молода и неопытна, что не имеешь личной вжары, так характерной для любого развитого существа, активно использующего силы ментальности. Чего же мне опасаться?
- Вжары?
- Вжары, - утвердительно кивнул Чернобог, - Не пытайся меня убедить, что твои знания настолько скудны, что ты не имеешь понятия об этом.
- Вжара – это личное оружие любого правителя и приближенных к нему, а также дружинных людей и судей. Зачем оно мне?
Яркая белозубая улыбка стала ответом ей на черном лике Пекального правителя.
- Поверь мне, дитя, что такое оружие имеется даже у твоей сводной сестры Лады, отданной твоим приемным отцом замуж за Сварога Огненного. И такое оружие имеется у каждого представителя развитого разума, ибо только развитый разум сделает это индивидуальное оружие неповторимо разящим.
Мара промолчала в ответ, так как действительно имела слишком мало сведений о предмете разговора. До сих пор ее жизнь вращалась лишь около мирской суеты и девичьих развлечений, что не предполагало углубления как в классификацию использующихся вооружений, так и в геополитику чертога. Оказавшись пред темным правителем, она вдруг ощутила себя малым дитятей, стоящим пред опасной неизвестностью, кажущейся тем смертоноснее, чем меньше о ней имелось представления.
- Зачем мне вжара? – пожала плечами Морана, - Я под защитой могучих воев. И мой батюшка…
- Твой батюшка я, - Витул поджал губы, отчего его волевой лик обрел черты суровости, - Ты мое творение и, думаю, одно из лучших.
- Творение или дочь? – насторожилась Мара, - И кто моя мать? Змеедева Параскея?
- Нет, - отрицательно покачал головой Чернобог, - Параскея-Змея тоже, всего лишь одно из тысячи моих творений. К слову, не особо удачное. У нее лишь одно неоспоримое достоинство – она всецело предана моей воле. Я тщил себя надеждой, что из ее лона когда-нибудь родится новое племя разумных существ, однако, к сожалению, ошибся. Ее лоно, сухое и мертвое как пустыня, оказалось неспособно для естественного зачатия. Такое случается у рекомбинантов. Единственное, что часть животворных начал, использованных мной для ее создания, пришлась кстати, когда я решил сотворить тебя. Так что, лишь в этой связи Параскея может отчасти считаться одним из твоих родительских истоков.
- То есть, я суть творение твое? Рукотворный гибрид, созданный для какой-то определенной цели? – очи Мары постепенно начали менять цвет, наливаясь глубоким оттенком темного отсвечивающего серебра.
«Кажется, кто-то из нас разгневался, - вдруг донесся до ее сознания властный голос, даже в ментальности не теряющий своей повелительной силы, - Что ж, на пике гнева нередко раскрывается суть твоя. Попробуй-ка выдержать мою атаку».
Последовавший следом ментальный удар оказался страшен для сознания девы, почти раздавив его и обратив свет во тьму. От неожиданности Морана качнулась, едва не обрушившись на мозаичный пол гулкого помещения, и поникла головой. Однако, вслед за этим же, она сообразила, как выставить против агрессора пси-блокаду, вслед за чем с огромным усилием сумела оградить свое «Я» от поползновений щупалец чужого грубого разума.
- Неплохо для неопытного детища, - едва придя в себя, уловила Мара голос собеседника, - В испытании, подобном этому, Параскея оказалась повержена в первое же мгновение. Я подтверждаю свое мнение, что ты одно из удачных моих творений.
- Но я всего лишь творение, - глухо отозвалась она, затаив в глубине души едкую обиду, - Тварь, лишенная чистоты племенной линии.
- Кто тебе сказал, что это не достоинство? – тихо произнес темный правитель, внимательно изучая черты лика Мораны Белоликой, - Те, кто в разные времена изучал в галактических пределах историю развития разумных форм, неизменно приходили к одному и тому же выводу – развитие разума предполагает виртуозное комбинирование самых различных животворных начал и отсев для своих интересов самых удачных комбинаций. Лично я в этом вижу один из тех факторов, что подвигают разумную жизнь на более высокие ступени совершенства. Оглянись - любая разумная жизнь на первых порах ее развития, безусловно нацелена на решение задач обеспечения собственной популяции самым необходимым для выживания. Когда этот этап развития пройден, встают очередные задачи, обусловленные лишь ограниченным сроком функционирования несовершенных биологических существ и уровнем владения источниками энергий для собственных нужд. И только тогда, когда биологический потенциал увеличен в неограниченной степени, а любые потребности в энергии удовлетворены с избытком, наступает момент, когда возникает неистребимое желание включиться в процесс совершенствования разума на уровне жизненных начал. В твоем лице я обрел не просто дщерь и творение. Своими усилиями я создал существо с более высоким потенциалом, чем могли породить какие-либо предки путем тысячелетнего естественного размножения. Ты во сто крат совершеннее отпрысков чистых ирийских линий за счет более функционального набора наследственности, ответственного за более выраженные свойства, умения и разум. Будь я неправ, твой разум не смог бы без последствий пережить воздействие моей искушенной ментальности, тогда как я вдруг увидел пред собой равного…
- Ирийское учение предполагает путь самосовершенствования, как основу развития разума. Лишь так возможно раздвинуть горизонты мерности и переступить на иную ступень разумности.
- Ирийское учение только предполагает, - возразил Чернобог, - И часто опирается на непроверенные данные. Кого ты знаешь из тех, кто возвысился в обозримой нами истории?
- Вышень…
- Это утверждение последователей Ирийского учения весьма спорно, и не имеет достаточных доказательств, ибо нет тому достоверных свидетельств. Только слова Рода Буслаевича и его последователей. А между тем, я с полной уверенностью могу утверждать, что мой родитель Вышень покинул нас по причине окончания жизненного пути, к чему я непосредственно приложил руку. И попробуй мне доказать обратное!
Голос Витула прозвучал четко и уверенно, посеяв сомнения в душе Мары. Концепция традиций и многочисленных учений Ирийского Древа базировалась как раз на теории бесконечного саморазвития разумного существа, преподнося примером именно Вышеня. Владыка империи лукавит? Или нет?
- А где тогда доказательства твоей правоты? – спросила Морана, внешне оставшись безучастной, - Ты мог все придумать и выдать за правду.
- Так могли сделать и те, в кого ты так веришь. Если разобраться, где доказательства противного? – в тон ей отозвался темный владыка, покривив уста, - Или мне следовало все эти тысячелетия прятать его мертвое тело, чтобы затем показывать кому бы то ни было, ради идеи доказывания собственных умственных выводов? Я не собираюсь распинаться пред тобой, дитя. Обладая умом, ты, рано или поздно, придешь к тем же самым выводам. Но лучше пусть это будет раньше, ибо бывает в жизни и слишком поздно.
Слова Витула явно следовало подвергать сомнению. Мара промолчала, попытавшись за время этой спонтанной паузы разглядеть пространственную зыбь странного помещения, в котором находилась. А помещение постоянно видоизменялось, плывя трансформирующимися размерами и, то вытягивалось в необозримо длинный коридор, то начинало сжиматься в первоначальную сферическую форму с колеблющимся расписным потолком.
- Странное место, - задумчиво высказалась она, - Как живое. И будто за его пределами бушует стихия, заставляя сотрясаться от ужаса…
- Ты отчасти права, - ослепительно улыбаясь, согласился собеседник, - Ибо это место создано второпях и без учета всех возможных факторов внимания. Главное условие, чтобы оно находилось в доступности к существующей тайной тропе и обеспечивало твой безопасный переход. Я не учел чрезмерной активности близкого голубого гиганта, а потому защитная сфера, несмотря на все возможности комплексного поля, испытывает предельные, если не чрезмерные нагрузки.
- Это опасно, - сделала вывод Морана, - Тогда зачем?
- Затем, что нам с тобой просто необходимо было познакомиться, дочь моя. Сопутствующие риски, как ни крути, имеются всегда, и нужно уметь их предупреждать, отражать, либо сводить к минимуму возможных негативных последствий…
- Мы можем погибнуть, - высказала свои опасения Мара, - Зачем так бездумно рисковать?
- Пустое, - отмахнулся с ухмылкой Чернобог, - Сфера имеет изрядный запас прочности и множество степеней защищенности. Да и тебе лучше находиться здесь, чем в Змеином дворце, где сей час кишат воины Коша под предводительством Скипера-Зверя. Они пройдут по всем ярусам этого строения, оставляя за собой только мертвых. Даже в своих покоях ты не нашла бы полной безопасности.
Как? Сейчас? Именно в это самое время? При последних словах неприятный холодок пробежал по груди Мораны. При всей своей внешней безучастности, она считала семью Вершеня Световида своей. И сейчас… Понимание неотвратимости происходящих событий принесло неприятный холодок замешательства.
- Мне нужно вернуться, - внезапные чувства холодным потоком хлынули ее сознания, - Срочно. Я не могу…
- Не можешь чего? – поинтересовался Витул Пекальный, - Остаться в стороне? Дитя, ты не сможешь повлиять на то, что там происходит в эти мгновения! Даже окажись ты там, что из того? У тебя еще нет ни нужных навыков, нужных сил и, тем более оружия. Твоя задача – остаться в живых, чтобы впоследствии, использовав свое право, занять опустевший трон правителя Чертога Лисы.
Глава 11. Сакральный узел грядущего.
Планетарная система Лебедя коалиции Большого Медвежьего Ковша. Золотой анкилон «Див-ва» Макоши Чудоокой.
Газовый гигант красиво играл оттенками радужных течений, плавно перетекающих на его громадном лике, более чем наполовину заполнившем объем панорамного экрана. Этот замысловато узорчатый лик казался приятным движимым дополнением к антуражу расписных стен покоев Великой Матери, вплетаясь в него изысканностью игры цветов.
Макошь Чудоокая любила эту панораму, частенько созерцая игру цветовой палитры величественной планеты, могла наблюдать за ней часами, в немом восхищении провожая зеленооким взглядом линии гигантских завихрений, из космического пространства кажущихся чем-то вроде развлекательных хороводов свентовитов. Это выглядело завораживающе красиво. Даже не хотелось думать о том, что эти красочные игры на поверхности гиганта – суть внешнее проявление титанических течений газовых массивов. Попади существо стандартных миров земного типа в ту толщу ядовитого газового коктейля, не протянуло бы и мига без специального защитного одеяния с гравитронной компенсаторной системой высшего класса мощности.
- Каждому овощу своя грядка, - коротко резюмировала Макошь свои отвлеченные размышления, не отрывая взгляда, - И каждый овощ вырастет только там, где ему обеспечены условия для развития из семени в зрелое тело.
У этого выражения сейчас имелся вполне буквальный смысл. Верховная Мать знала, что в пучине глобального газового океана планеты, там, где не могло бы выжить ни одно гуманоидное существо, имелись свои обитатели. Жили и процветали, ибо для них этот густой газовый бульон как раз и являлся родной стихией. Огромные существа, по виду отдаленно похожие на мощных гипертрофированных рыбин, лениво ворочались тучными телами где-то там, в этом разноцветном мареве, живя обычной жизнью, обусловленной своей особой биологией. И даже более. В газовом гиганте обитала целая цивилизация со своим сложным общественным устройством, иерархией и прочими атрибутами.
«Разумная жизнь хороша во всех своих формах, - подумала Верховная Мать, - Наши предки знали это и несли ее во все уголки. А затем передали нам эту почетную роль по праву наследования».
Принцип развития вселенского разума. Сложные типы разумной жизни взращивали и пестовали новую поросль, помогали ей на первых стадиях развития с тем, чтобы космические просторы принимали в себя следующие поколения развивающихся форм вслед тем, что уходили в другие мерности на бесконечном пути совершенствования. В этом вселенском круговороте не могло существовать предпочтений каким-либо определенным видам существ, ибо не существовало неоспоримого превосходства одной конфигурации разума над другой. Все имели право на жизнь и развитие. Так и цивилизация китоподобных организмов, существующих в газовом океане этой планеты-гиганта, имела полное право на существование и развитие бок о бок с гуманоидными формами на равных условиях. Даже, несмотря на то, что создавалась этими гуманоидными формами именно для заселения непригодных планет с целью получения определенных ресурсов. Симбиоз разных видов на взаимовыгодной основе – один из основных принципов сосуществования цивилизаций Ирийского Союза.
«Жаль, лада моя, что не бывает ничего вечного, - прозвучал в ментальной пустоте голос ее бессменного собеседника, - Любой симбиоз цивилизаций имеет определенные временные рамки».
«Определенные… - повторила ему вослед Макошь, - Это выражение предполагает, что кто-то накладывает эти рамки».
«Или что-то, - добавил далекий голос любимого, - Как всегда, существует целый перечень ограничительных условий и факторов. Любой из них…»
«Я согласна с тем, что все временно, - возразила Верховная Мать, - Однако, не согласна с тем, что невозможно создать условия для соблюдения равновесия. Создай мы такой механизм хотя бы в данном секторе Стожар, то избежали бы многих негативных вариантов развития отношений между существующими здесь народами. Например, агрессия иных биологических и энергетических мыслящих конструкций не раз угрожала вымиранием нашим предкам. А раз нет возможности навсегда оградиться от темного влияния, следует создать нечто, что могло бы уравновешивать светлое и темное. Тем более, сделать это сейчас, когда я все более ощущаю возникновение новой угрозы».
«Твое ощущение баланса сил всегда идеально, - согласился Род Буслаевич, - И по-женски тонко. Значит, и мои предчувствия верны, лада моя. А раз так, то я хотел бы услышать твое предложение. Не зря же ты затеяла весь этот разговор».
«Не зря, - согласилась она, - И в этой связи я хотела обратить твое внимание на вопрос реинкарнации…»
«Ты же знаешь, лада моя, - возразил ей на это Род, - Что нельзя посягать на установленный вселенским разумом круговорот духовных сущностей. Мы можем нарушить сам принцип взращивания разума...»
«Мы только сотворим обособленный круг кармы для нашего сектора Стожар. Хотя бы на ограниченный временной отрезок. Это не повредит вселенскому процессу. А может, и на пользу пойдет. Тому судья – высшая воля».
«Сложная задача, - высказался Род, - Как замыслила осуществить? Пути вселенского разума весьма сложны и запутаны. А иногда непредсказуемы. Даже такая связь, какова существует меж нами, суть непредсказуема».
«Так ли, мой милый? – лучисто усмехнулась Макошь Чудоокая в ментальную сферу, - Так ли случайна наша сакральная связь при таком родстве и привязанности сущностей? Это ли не доказательство для понятия того, что возможно и что в наших силах?»
«Хватит ли на это наших с тобой возможностей? И в каком виде ты видишь решение этой задачи?»
Вопрос повис в эфире. Но ненадолго.
«Вижу ладо. Нам нужен некий сакральный узел, в котором завяжутся жизненные линии разумных существ нашего сектора. Будет он сиять светом, словно золотое яйцо вселенского разума. И, если мы сумеем сотворить этот узел, то…»
«Я пока не вижу пути создания этого места. Хотя уже понял, где этот узел будет расположен. Сокрыв это место от всех ныне и буде живущих, мы сможем противопоставить тьме подпространственного хитроумия силу и опыт многих и многих из Славного ряда».
«Я догадалась, - возразила она, - А, значит, что сможет догадаться и кто-то другой. Тьма, сам сказал, каверзна, и ходит путями запретными».
«Не соглашусь, - усмехнулся он где-то в эфире, - Даже знай ты точные координаты того самого места, знание это тебе не поможет после того, как оно будет запечатано от всех реальностей. Оно будет там, и нигде, паря меж всеми реальностями и в недосягаемости от щупалец тьмы. А процесс замкнутой кармы станет осуществляться в тех местах, что будут связаны с Златым Яйцом особыми каналами, недоступными для кого бы то ни было. Так что содержимое сакрального узла останется пребывать в абсолютной безопасности от любых посягательств. Либо до той поры, пока высшие силы, чьи помыслы непостижимы нам по причине нашей недоразвитости духовной, не решат развязать сей узел, и влить отрешенную карму в общий вселенский цикл».
«Мудры речи твои, - согласилась Верховная Мать, - И чисты помыслы…»
«А иначе, лада моя, наши души не звучали бы так дружно, что сущность каждого из нас двоих для другого была столь ясна и читаема…»
«То правда, - согласилась и с этим Макошь, - А раз так, то решение считаю принятым, ибо пока не требует оно огласки кому-то еще. Быть по сему».
Предчувствия…
Планетарная система Тея. Род Буслаевич.
«Большое дело задумано, - Род уже вышел разумом из ментального соприкосновения с Макошью, однако впечатление от состоявшейся беседы не отпустило, - Важное».
Подобно подруге, он и сам давно умел ощущать движение сил в энергетических полостях текущей реальности. Ощущал, как существо, развитое настолько, чтобы видеть и наблюдать за этими процессами, но пока бессильное повлиять на эти процессы. Разумная сущность тарха находилась в конце пути саморазвития, силясь приподняться над границами мерности. Он многое понимал, однако, еще не в тех пределах, в каких бы желалось. В этом Макошь Чудоокая его опережала. А хотелось бы вровень. Страшно отпускать любимую в иную мерность одну, ибо иные принципы мироуложения грозят потерей.
Усилием воли прогнав легкую досаду, Род Буслаевич обратил свой взор на настенный панорамный экран. Там, в космическом пространстве, близ одного из планетоидов молодой системы развернулась одна из самых масштабных строительных площадок на памяти всего древа Ирийского. На большом расстоянии, безусловно, эта строительная площадка впечатления не производила, теряясь на фоне громоздких объектов системы. Она походила скорее на весьма средний планетоид несовершенной ломанной формы с подобием короны из длинных шипов, простиравшихся настолько далеко в пустоту, что они, казалось, врастали в само пространство. Впрочем, в какой-то мере так и было, ибо струны конструкции тянулись прямиком в невидимую отсюда пространственную аномалию, стремясь соединить в некий единый узел то, что доселе ранее соединить не удавалось никому.
«Скоро мы сумеем создать действительно великое, - подумал правитель Чертога Аиста, созерцая конструкцию, - Общими усилиями народов Великого Ирия мы окажемся способны превзойти славные достижения пращуров, а возможно, равно и всех чертогов Стожар…»
Он торопил строительство, как только мог. Мерность пространства, допускающая временной показатель, ставила вполне осязаемые пределы. Пределы, за которыми маячили испытания и беды. И это осознание, словно обладание некоего важного изъяна, подстегивало тарха на избранном пути.
«Надо скорее, - в который раз укорил себя Род, наблюдая за размеренным процессом созидания, - Земное Яйцо еще слишком уязвимо, чтобы иметь хоть толику спокойствия за его сохранность».
Светлый тарх в очередной раз одернул себя, принуждая к холодному спокойствию, ибо спешка на столь ответственном пути грозила привести к тупику. Нельзя. Нельзя жертвовать судьбой народов ради собственной невыдержанности.
«Ты прав, мой ладо… - прозвучало в тишине ментальности тихое напоминание-шепот о вечном присутствии любимой в его собственном мироздании.
Да, он прав. И он не станет подталкивать под руку никого из команды Созидателей, что трудились над их общим детищем денно и нощно. А в особенности Знича Ведающего, что в это самое время руководил действиями целого сонма созидательных сил и энергий.
Даже имея в своем арсенале возможностей просветленного существа целый ряд альтернативных способностей восприятия реальности, Род не имел способностей в полной мере увидеть и понять тот набор неведомых инструментов, что применялся сейчас к конструкции пространственного «колодца», наделяя его набором новых, так нужных народам Ирийского древа качеств и функций. Максимум, в попытке приспособить свое сверхзрение, тарх видел в месте работы Созидателей тугой пучок пульсирующих силовых линий, окрашивающих темноту эфира оттенками тех цветов, что не существовали в обычном пространстве…
- Входи, Сокол Ясен-Свет, - с долей усталости произнес Род, не оборачиваясь от панорамы ко входу, где в ожидании замерла фигура помощника, - Что принес ты мне ныне? Какие вести?
- Не вести пока, тарх. Ощущения. И не только мои. Дружина твоя в волнении. Что-то темное зреет в сферах мироздания, смущая наши чувства.
Светлый тарх обернулся навстречу Соколу, движением длани отсекая дальнейший словесный поток.
- Знаю, сын Ирия, - глухо сказал он, слегка поникнув могучими плечами под светлыми одеждами, - Чувствую и я. Что-то страшное рождается в нашей реальности, грозя нам бедами, потерями и грядущими горестями. Этот страх доселе сынами Ирийского сада не изведан. Пока не изведан. Но возможно, был ведом нашим пращурам. Страх ныне расправляет свои черные крыла и набирается сил, чтобы затем смерчем пронестись по мирам доступного пространства, оставляя руины от прежде могучих народов, до поры их населяющих.
- Тархи народов ирийских просили передать, что тоже ощущают наступление тьмы, - Сокол Ясен-Свет склонил голову пред Родом, тряхнув белокурыми кудрями с серебристым отливом под туго сидящим на гордом челе обручем, - Спрашивают они, стоило бы отправлять тайный дозор для выявления угрозы той?
- Кто спрашивает?
- Сварог Огненный и его отпрыски.
Светлый тарх с невольной завистью взглянул на гордый лик Сокола. Молодость… Буйная, бурлящая страстями и эмоциями молодость. Когда-то и он сам был таким же горячим, рвущимся в бой по первому зову боевого рога. Когда-то и его лик, ныне аскетично монументальный, выглядел по орлиному дерзко. Только кудри не выглядели посеребренными. Скорее, с золотистым отливом.
- Считаю тот шаг своевременным, - согласился он, хотя часть времени назад хотел намеренно охолонить молодеческую кипучесть помощника, - Хотя угроза возникла не в мирах Ирия. Где-то в стороне и тайно. Сложно отыскать ее ныне. Пусть зреет она до поры, пока не выплеснется событийно. Нам же следует изначально наблюдать за ней со всем возможным вниманием, отслеживать любые проявления, дабы сделать хотя бы примерную предварительную оценку происходящему. Спешка принесет только ненужные утраты. Ответь, что это на их усмотрение.
- Что же делать нашей дружине?
- Оставаться начеку, - веско ответил Род Буслаевич, - Чтобы вовремя узреть приближение опасности. Подготовленный воин уже наполовину победитель. Распорядись отправить в пространство чертога все имеющиеся у нас средства дальней разведки. Пусть идут в свободный поиск. Также следует утроить усилия дальнего сканирования. Беспокойство Сварога своевременно.
- Слушаюсь, повелитель, - почтительно склонил голову Сокол, - Разреши мне донести свое решение до представителей Ирийского сада?
- Да, иди, - коротко отозвался тарх и вновь обернулся к панораме космического пространства.
«Ты уверен, ладо мой? – спросил его ментальный голос Макоши, в то самое время, как тревожный взор Рода заново погрузился в созерцание строящегося объекта.
«Я уверен, - ответил он ей, - Ибо мы, понимающие, что в реалиях нашего бытия народилась новая большая угроза, ныне должны отследить все ее движения. Желательно, не вызывая ее на себя. Мы пока не готовы. Хотя, может статься, что именно мы сможем эту угрозу затем устранить. Когда придет наше время».
«Возможно, в твоих словах есть резон, - заключил голос Верховной Матери, прежде чем снова затерялся в глубинах эфира.
«Возможно, - эхом повторил Род, пространно наблюдая за пляской созидательных энергий над темным остовом сотворяемого Золотого Земного Яйца.
Осознание ограниченности временного предела все еще беспокоило его.
Когда уже поздно.
Чертог Лисы. Планета Ансер. Покои Змеиного дворца.
За тот короткий промежуток времени, что Мара Белоликая отсутствовала, явно что-то изменилось. Пришло ощущение, что вмешалась воля темного владыки, ибо субъективно минуло едва ли несколько долей времени. Загадка. Временная нестыковка обеспокоила, заставляя теряться в догадках. Вдобавок, из ментальности пришли эманации непоправимого, окатив темнотой.
Еще не успело развеяться зеленое марево перехода, а проясняющееся зрение уже уловило тот хаотический беспорядок, который заполнил прежде тщательно ухоженное помещение ее покоев. Теперь Морана окончательно уверилась в том, что за время отсутствия произошло что-то из ряда вон выходящее. Пространство помещения словно потемнело и стало иным. Когда нога снова ступила на здешний каменный пол, дева поняла это со всей отчетливостью. В глаза бросились энергетические ожоги каменных стен, рваными пятнами исщербившие цветную настенную роспись. Мара сделала еще шаг по захламленному полу, и под обувью громко хрустнули какие-то осколки. Змеедева явно солгала, когда сказала, что ее не тронут в собственных покоях. А может быть, именно строила расчет на том, что неискушенная, но гордая и своевольная падчерица Вершеня Световида останется здесь.
- Следует отдать должное, что Чернобог Пекальный ведал об этом, - тихо произнесла Мара, продолжая осматриваться, - Иначе бы не вытащил меня в то странное место.
Она тихо присела на кресло, уложив длани на небольшой столик пред ней. И тут же отдёрнула правую от ощущения саднящего уязвления кожи. Морана Белоликая сперва решила, что в руку впился осколок, однако, поднеся длань к очам, внезапно узрела мизерное, едва различимое искусственное создание, по подобию клеща впившееся в кожу на стыке сочленений кисти. Синтетическая тварь, судя по виду, выполняла специфическую функцию тайного воздействия на организм цели и имело в своем строении псевдобрюшко с микроскопической емкостью. Емкость, как убедилась Мара при тщательном изучении снятого с кожи псевдоклеща, оказалась опорожнена. Вот и разгадка! Пока она беседовала с владыкой империи, запрограммированное им псевдосущество пробралось к незащищенному участку кожи и впрыснуло дозу какого-то препарата. Отсюда и потеря ощущения времени. Дева ощутила всплеск немого возмущения, пока через мгновение не поняла, что этим маневром Витул намеренно отсрочил ее возвращение в Змеиный дворец, в котором шла ожесточенная битва. Мудро и предусмотрительно… Битва?!! О вселенная!!!
«Вершень!!! Ноцена!!! Сестры!!! – вдруг опомнилась Морана Белоликая и побледнела, осознав ситуацию, а затем бросилась из покоев вон.
Ноги понесли, словно сами по себе, тогда как в ее груди стал разливаться холод страшного ожидания. Это чувство усилилось, едва она вышла в коридор перехода и обнаружила, что он прямо-таки завален трупами. Собрав волю в кулак, Маре пришлось пойти прямо по этим мертвым телам, застывшим в разных позах. И увидеть без прикрас, как здесь вволю поиграла смерть. Мертвые вои. Странные вои. Высокие, на массивных, излишне мускулистых ногах, явно оканчивавшихся раздвоенными копытами, и с нечеловеческими черепами, в верхней части раздваивающимися и переходящими в толстые роговые образования. Вои, густо усеявшие каменные полы дворцовых переходов, все как один оказались облачены в тускло поблескивающие на свету ржавым металлическим блеском доспехи драконовых.
«Что за невиданные твари? – задалась немым вопросом Морана, переступая через очередное распростертое тело и попытавшись вглядеться в прореху раскроенных силовым лезвием доспехов.
«Это воины Скипер-зверя, одного из лучших моих военачальников, - пришел скупой ответ, обозначивший присутствие недавнего собеседника, - Кзаны. А может хазеи. Я их путаю».
На нее взглянул стеклянным взглядом янтарный вертикальный зрак, чудом сохранившийся в месиве из крови и густой черной шерсти, заставив содрогнуться и отпрянуть. Не привыкла она еще заглядывать по ту сторону жизни.
«Привыкнешь. Со временем. Мертвые более не вредят».
Несмотря на очевидный фактор неожиданности нападения, защитники дворца, скорее всего оказались настороже и оказали достойное сопротивление атакующим. Тяжело вооруженные кентавры, судя по картине отгремевшего боя, сумели отбить несколько волн вражеского натиска и даже несколько продвинулись в сторону открытых порталов, прежде чем их задавили количеством. Могучие четырехногие вои Китовраса дорого отдали свои жизни и обрели славную кончину под грудой остывающих врагов.
- Славные воины, - прошептала Морана, попытавшись представить, какие чувства владели погибшими в битве.
«Они погибли с честью, - подтвердил голос, - Это хорошая смерть».
«Может быть, - согласилась она, - Но здесь есть и дорогие мне люди».
«Привыкай, дитя, - возразил голос, - Что никто не вечен во вселенной. Это естественный процесс. Тебе нужно научиться отпускать».
«Отпускать, - эхом повторила Мара, а затем, словно спохватившись, поспешила дальше.
Отпускать она пока была не готова. Как не была готова и к тому, что ей предстояло увидеть. А потому, приблизившись к покоям правителя чертога, она в нерешительности замерла прямо у разверстого проема искалеченных входных дверей.
«Входи, - приказал ей голос со знакомой повелительной интонацией.
Интонация, словно толчок сильной длани, сдвинула ее с места и заставила войти внутрь, а затем снова замереть при виде распростертого тела правителя Чертога Лисы.
Вершень Световид, как потомственный дружинный вой, встретил неожиданно ворвавшегося врага лицом к лицу. Даже в этой ситуации он сделал все, чтобы достойно, с оружием, принять славную смерть. И, судя по положению рук, а также по вложенному в длань сломанному «кладню», почти сумел дать достойный отпор.
«Согласен, - в тон мыслям подал свой ментальный голос ее незримый собеседник, - Не будь Скипер достойным поединщиком, у твоего приемного отца мог появиться шанс».
Вместе с этими словами перед внутренним зрением Мораны пронеслось мгновенное видение, в котором мелькнул мужественный лик правителя Чертога, бросившегося навстречу темному массивному воину в тяжелой броне, взмахом силовой секиры взломавшему входные двери и вошедшему в покои. Кладень Вершеня почти уже лег в его ладонь, однако ему не хватило доли мгновения, за которое вспомогательный силовой клинок, легко взметнувшись в руках пришельца, отсек навершие кладня и превратил разящее оружие в бесполезный предмет. Следующий удар стал для правителя чертога последним…
«Увидела?»
«Увидела, - подтвердила Мара, - Только зачем ты мне это показал? Я не сомневалась в могучем Вершене. Его гибель не принесла мне разочарования».
«Я всего лишь показал, как погиб твой приемный родитель. Можно гордиться такими врагами».
Она подошла ближе. Удар секиры отделил голову правителя от его большого мускулистого тела, уложив ее набок, однако, даже в таком положении очи Вершеня смотрели с прежним уверенным прищуром. Отсеченное навершие, похожее короткий и острый клюв неведомой птицы лежало на полу почти на уровне его мертвого взгляда, отдающего сейчас ей какой-то посыл... Какой может быть посыл от ушедшего в небытие? Не особенно вдавшись в рассуждения, Морана просто подняла с пола навершие и отправила его в свой карман. Это теперь ее личное наследство, ее памятный и посмертный дар от отца.
«Почему я тебя до сих пор слышу? Почему могу разговаривать? Ты где-то рядом?»
«Потому что ты недалеко от открытого портала. При условии нахождения недалеко от него, сохраняется вероятность ментальной связи».
«Понятно, - кратко ответила Мара, выяснив для себя определенную информацию.
Замолчав в ментальном поле, она между тем только набрала активность. Интересно, если Чернобог может отслеживать ее открытое сознание, сумеет ли пекальный владыка уловить ее остальные движения? Если нет, тогда придется научиться ставить ментальную блокаду от постороннего вмешательства. Для собственного спокойствия. Вопрос пока повис без ответа.
В покоях убитого правителя она не задержалась. Незачем, если необходимо еще многое выяснить. Оторопь немного улеглась. Опасаться уже некого, ибо все плохое уже закончилось, пролетело как яростный ураган, и унеслось. Остались лишь те, кто ушел. Непонятно только, куда ушел. В небытие? Нерационально для структуры вселенной. Своим чувствительным рациональным нутром Морана вдруг поняла, что этим вопросом вдруг немного, самую чуточку, заглянула туда, куда никто из представителей Ирийского сада ранее не заглядывал. Или не осмеливался. Впрочем, несмотря на крутость Чернобога и его окружения, это утверждение касалось и общность имперцев.
Она снова пошла по коридорам, перешагивая через валяющиеся мертвые тела, пару раз поскользнулась на лужицах чернеющей крови, однако мысль, посетившая ее, больше не уходила.
У покоев женской части дворца трупов оказалось немного. Скорее всего, из-за того, что первоочередной целью защиты и нападения все-таки являлся сам правитель чертога. И самая жаркая схватка шла именно у его дверей. Мара озадачилась этим фактом. Выходило, что портальный десант вражеских воев локализовался именно в районе резиденции правителя, организовав короткую и максимально интенсивную атаку, привлекшую все силы дворцовой охраны. И оставшаяся часть Змеиного дворца осталась доступной…
«Операция была спланирована именно так, чтобы преодолеть какие-то ограничения в способе перемещения. Иначе как объяснить, что владелец потайных порталов, умеющий создавать точки ответвления по своей срочной прихоти, не смог открыть портал прямо в покоях правителя, а организовал полноценный штурм с потерей многих бойцов? Похоже на то, что технология таких перемещений несовершенна, либо ограничена какими-то сопутствующими условиями».
Устройство порталов стало занимать ее, ибо, смутно понимая принцип создания, Морана не могла объяснить отдельных составляющих, без чего картина пока не складывалась. А без этого знания (она чувствовала) ей придется довольно туго впредь…
Несмотря на молодость, Мара уже умела расставлять приоритеты, а потому, оставив эту тему на потом, в следующее мгновение уже вошла в незапертые двери приемной матери. Впрочем, остановилась почти сразу, чуть не споткнувшись о тело, буквально лежащее поперек порога, и едва не отпрыгнула, прикоснувшись обнаженной щиколоткой к холоду окоченевшего тела. Набор нечленораздельных звуков короткой тирадой даже вырвался вслух, прежде чем Морана сумела снова взять себя в руки и вернуться к анализу ситуации. Взяв себя в руки и всмотревшись, она удостоверилась, что лежащее на пороге тело в скатавшихся цветных одеяниях принадлежит Ноцене Лунной, законной супруге почившего правителя чертога. Ее залитый кровью лик с диагональной широкой раной, оставленной по всей видимости силовым клинком, показался непривычно яростным, оскаленным совершенно по волчьи. Морана ранее не видела таких выражений, однако вдруг осознала, что такие гримасы бывают лишь у женщин, вступающих в схватку за свое потомство. В такие моменты самая любящая и нежная мать превращается в злобную фурию в единственном порыве – любой ценой защитить собственное дитя.
Мара нежно и трепетно относилась к Вершеню Световиду, но никогда не питала к приемной матери особенных чувств. По многим причинам, одной из которых можно посчитать трезвое осознание чуждости между ними. И так было всегда. Тем не менее, сейчас ей стало неизмеримо жаль эту женщину, как становится жаль невинную жертву, поставленную в самые отчаянные условия.
Конечно же, Ноцена пыталась сопротивляться. Тем и объяснялась ее поза, яростный лик и серповидный клинок на резном древке, который она не выпустила из рук даже после гибели. Морана нагнулась ниже и, взявшись за ручку клинка, аккуратно вытащила его из хладной длани приемной матери, почувствовав ее посмертный крепкий хват. Вжара? Она не могла утверждать точно, так как пока не имела четкого представления о природе такого личного оружия, однако интуитивно поняла, что недалека от истины. А потому оставила серп себе, решив на досуге изучить его подробнее.
Смелость Ноцены впечатлила, врезавшись в память. Однако, присмотревшись даже наскоро, Мара поняла, что одной смелости в данной ситуации явно не достало. Ибо вошедший в покои воин имел довольно опыта для того, чтобы отразить направленный на него спешный удар и нанести свой единственный, но неотвратимо смертельный. Этого молниеносного выпада хватило на то, чтобы разом отнять жизнь у супруги законного правителя чертога.
«Глупо, - подумала Морана, - Даже я, неискушенная дева, не стала бы встречать врага лицом к лицу на пороге помещения. Разве что…
Да, как она не поняла вначале! Жена правителя чертога действительно защищала своих отпрысков, пряча их за спиной. Защищала отчаянно и наспех, ибо счет шел на мгновения. Они находились с ней и прямо здесь. Скорее всего, то была последняя надежда на призрачное спасение, так как иного выхода из покоев Ноцены не имелось. Разве что из окна, прямо на скальные зубцы… Мара перевела взгляд вглубь щедро зашторенного помещения, отыскивая другие тела. Затем двинулась туда, где зрение отметило то, что хотелось рассмотреть поближе.
Вопреки ожиданиям, тело оказалось одно, и оно лежало ничком прямо у ложа Ноцены Лунной. Морана подошла к нему и повернула труп лицом вверх. Гаста. Юная Гаста. Всегда такая лукавая в своих вечных розыгрышах и часто дерзкая в отношении окружающих. Они не очень ладили. Возможно из-за этого.
«Как смерть поменяла этот юный нежный лик, неприятно заострив черты, - подумала Мара, стараясь отрешиться от резкости картины.
Она более не испытывала отрицательных эмоций, ибо человек уже ушел, оставив за спиной все то, что ранее составляло его жизнь. Остались позади предубеждения, склоки и нежелательные эмоции. А ушел ли? И навсегда ли? Морана вдруг обернулась, ощутив мимолетное присутствие. Слабое присутствие. Конечно же, она никого и ничего не увидела, однако уверенность в присутствии осталась. Что-то витало в этом помещении, одновременно ощущая свою ненужность и упорно не желая покинуть эту точку пространства.
Морана вдруг внутренне напряглась, интуитивно пытаясь настроить свое восприятие. Так нужно. Она чувствовала.
«Кто ты? – вопросила она, уже ведая, что обращается к той стороне ментальности, с которой никто из живущих прежде не общался.
Видение пришло отрывочное, сумбурное, когда Мара уже перестала ожидать. Вспышка ослепила ее зыбким лучом, кинув в помещение сверху и сразу же взяв в оторопь. Ей было так мало лет, и опыта ближнего боя совсем никакого. За спиной безмолвно дрожали ее сестры, наблюдая за тем, как у ног рогатого воина сникает сраженное тело их матери. Защиты больше не осталось. Только они сами. Сами. И она единственная, кто смог найти в себе силы, чтобы оказать сопротивление… Она даже успела вонзить свой короткий силовой клинок в бедро приблизившемуся воину… Резкий злобный рык…
Морану почти тотчас же выбросило из видения, однако она уже уловила то, что хотела. Бедная Гаста… Девочка, решившаяся дать отпор агрессору… Это ее душа, незрелая и беспокойная, витала сейчас в пространстве, лишившись материальной опоры.
Теперь, после странного видения, Мара вдруг поняла, насколько оказался прав Витул Пекальный, так щедро экспериментирующий с живыми началами и создав в ее лице существо с исключительным, мало кому доступным даром. Даром видеть души людей… То ли дар, то ли проклятие… Хотел ли он этого? Ответа не было. Да и стоит ли…
Обеспокоило не только это. Вторым раздражителем стала мысль о том, что в момент гибели за спиной Гасты находились ее остальные сестры.
«Где они? – спросила Морана в ту сторону ментальной пустоты, откуда к ней пришло видение.
Отзыва не получила.
«Где? – еще раз попытала она счастья, хотя уже уяснила, что воспоминания духа обрываются ровно на моменте гибели.
В беспокойстве Мара обошла помещение, то и дело отодвигая ширмы и занавеси, однако никаких мертвых тел более не обнаружила. Всевозможные тряпки смятых одеяний, обрывки писчих бумаг, какие-то сломанные статуэтки и прочий хлам – более ничего не нашлось в этих покоях.
«Здесь только сломанные вещи, мертвые люди и изломанные судьбы, - наконец, сделала она вывод, - Прочь отсюда».
Где-то далеко обостренный слух девы уловил отголоски человеческих голосов. Похоже, на выручку погибшему Вершеню Световиду шли силы вспомогательных отрядов, расквартированные в окрестностях дворца и предназначенные для усиления дворцовой охраны при наступлении непредвиденных событий. Что ж, весьма вовремя для оказания помощи…
Голоса подстегнули Морану и заставили ее поторопиться по пути в крыло дворца, ведущее к подземным ярусам. Для того чтобы в этой ситуации правдиво выглядеть жертвой в глазах дружинного войска, сейчас не следовало находиться в месте отгремевшей битвы. Много вопросов и мало ответов. Именно поэтому она отправится в самый темный закоулок подземных этажей и затаится там до тех пор, пока ее не найдет одна из поисковых групп. Не важно, сколько времени понадобится этой группе – она потерпит, ибо умеет выжидать. Заодно тщательнее продумает историю своего чудесного спасения из лап двурогих воинов. Ей нужно вызвать жалость и сочувствие, дабы отвести все сомнения о сговоре с противной стороной…
«Совершенно верная мысль, - вдруг прорвался из ментальности знакомый повелительный голос, - Создать и внушить полную иллюзию того, что ты хочешь вложить в их прямолинейно мыслящие головы, чтобы обезопасить себя от любых расспросов в дальнейшем.»
«Как ты снова нашел меня, владыка империи? – спросила Морана, - Я оказалась слишком близко к портальной тропе?»
«Поразительно, - Витул Пекальный сформировал образ неподдельного изумления, - Ты схватываешь на лету».
«Возможно, - не стала спорить Мара, - Но не этот вопрос занимает меня. По крайней мере, не сейчас».
«Какой же?»
«Куда делись мои сводные сестры. Те, которые выжили».
«Ты так уверена, что они выжили?..
«Куда??? – мыслеформа вопроса вышла весомой, насколько бывает весомым каменный монумент.
«Хорошо, - вдруг сдался Чернобог, - Вышло так, что во время атаки на покои правителя Скипер-зверем были обнаружены покои супруги правителя чертога Ноцены Лунной. Сперва, в своей звериной ярости, он хотел уничтожить всю семью Вышеня Световида целиком, чему поспособствовала сама Ноцена, бросившаяся на него и даже успевшая нанести Скиперу скользящий удар. Однако, погубив Ноцену и одну из ее дщерей, Скипер-зверь остановился. Не по приказу владыки Коша, коему он подчиняется, как мне, но по своей воле и замыслу. Скипер пленил оставшихся дев. Что он собрался с ними делать, мне неведомо, да и неинтересно…»
Морана Белоликая вдруг ощутила скрытую долю фальши в форме ментального ответа темного владыки.
«Для чего они ему?»
«Это мне неинтересно, - повторил Витул, - Это его добыча и его личное дело».
«Но это остатки моей семьи…»
«Твоя семья не они! – эмоционально возразил темный правитель, - А потому советую тебе забыть о сводных сестрах, с которыми ты никогда не ладила. На этом расстанемся».
«Я хочу их вернуть!!!!!! - крикнула Мара в ментальную пустоту, однако та уже не отозвалась…
Глава 12. Осталось сожалеть.
Чертог Медведя. Мир Альрай. Анкилон «Огненный» на орбите суперпланеты Цифон.
- …Отряды основной дружины высадились на поверхности планеты всего через час после того, как поступил сигнал тревоги по дублирующему каналу оповещения. Внешний периметр Ансера оказался не тронут, и гарнизон охранения подступов нес службу в обычном порядке, не подозревая о произошедшем во дворце правителя чертога, так как система прямой связи оказалась искусно повреждена. Только после нашего появления тревогу подняли и там. Общими усилиями мы оперативно проверили все важные объекты и выяснили, что враг нанес точечный удар по покоям правителя чертога…
- Но как враг оказался там в такое короткое время, не потревожив основной гарнизон? – Сварог озадаченно посмотрел в пронзительно голубые очи Индры Грозного, - Слишком малый временной промежуток и слишком непонятен путь прибытия.
- Путь теперь, как раз нам понятен, - облик Индры со свойственным ему оливковым оттенком кожи, в обрядовой одежде для сходов выглядел непривычно, - Атакующие, использовали пока неведомую нам частную разновидность искусственно созданных межпространственных переходов, имеющих ограничения по пропускной способности и доступных для прохода небольших войсковых соединений с минимальной боевой нагрузкой. Суть технологии зничам пока непонятна, однако предполагается, что она использует естественные свойства скрытой структуры пространства. По сути, это проходы, создаваемые для осуществления направленных диверсий, во многом отличающиеся от технологии стандартного «прокола». Подробные характеристики и принцип функционирования этих проходов нам пока неизвестен, но что-то подобное единично встречается у дассов в виде постоянно действующих порталов, что соединяют определенные территориальные сегменты. Как правило, они созданы из бытийных сегментарных связей, стационарны и действуют только в виде соединения двух пространственных точек…
- Мы ничего не знаем о сути тех действующих порталов. Знаем только то, что враг применил новый принцип применения функции межпространственности в военных действиях, - хмуро резюмировал Сварог, - И это дало ему шанс для нанесения существенного урона. А еще это вселило опаску в дружинный люд, ибо они теперь не могут предполагать с достаточной уверенностью, откуда противник нанесет следующий удар.
Индра в ответ не проявил особых мимических движения, хотя Сварог мог бы поклясться, что сейчас ощущает его скрытую ярость. Ярость, выпускаемую наружу только на поле боя. Впрочем, не только ее, ибо названный сын правителя Чертога Медведя обретался не только его помощником, но и стратегическим советником, неоценимым в масштабах большой политики. Не зря, ибо вопрос внутренней безопасности административных структур Союза Ирийского Древа, как и командование, дружиной тридцати витязей Небесной Рати по решению совета правителей чертогов Союза закреплено именно за Индрой, могучим и рассудительным.
Сварог Огненный, как и очень немногие из выживших в Войнах Раздора правители чертогов, считался ныне в ирийских чертогах одним из старейших и опытнейших вождей. Еще в бытность великого Вышеня, вступившего в свои наследные права сразу после славной эпохи мирного сосуществования Триединого Союза с бытовавшими в секторе працивилизациями аборигенных племен, он полноправно встал в строй великих воев, принесших волю союза в эту часть галактики. В качестве воеводы он огнем и мечом прошел по пределам новых территорий, определив большинство из них под крыло ирийских чертогов. И лишь спустя тысячелетия, когда Вышень, пройдя тернистый путь саморазвития и восхождения, выбрал для собственной сущности более высокий уровень существования и оставил ирийцев пред выбором коренных изменений, Сварог, насмотревшись вдоволь на кровавую свару своих братьев, выбрал путь, направленный на воссоздание территориального Союза, основанного на общности традиций, верований и устоев Ирия…
«Человек, независимо от багажа исходных знаний, имеет право на смену точек зрения, - подумал правитель, в задумчивости оглядывая прошедшее, - Именно в том и состоит процесс самосовершенствования с возможностью последующего восхождения».
Они, сыновья пращуров, на самом деле и в большей части не являлись их биологическими детьми, зачатыми естественным путем. Наверное, потому, что тогда, тысячелетия назад, многие из них считали людей Триединого Союза несовершенными. В том числе в своей закостенелости обычаев и общественного уклада. И праотцы стремились к всеобъемлющему развитию биологической сущности отдельного индивида любой ценой, считая нормальным осуществлять совершенствование разума через применение всех доступных способов вмешательства. Потому, наверное, когда пришел возраст и осознание необходимости продолжения рода то нынешний правитель Чертога Медведя решил создать свой племенной костяк самолично. Такое желание тогда встречалось часто - по прихоти правителей сотворялись целые народы с новым набором качеств и свойств. Время востребованности многочисленных опытов с комбинированием различных жизненных начал.
Для Сварога осталось большой тайной то, с какими жизненными началами изначально скрещивал свое сильное начало Вышень и его последователи на пути создания могучего братства из наследия Триединого Союза. То тайна, которую каждый из них унес с собой. А потому, не знающие ничего иного, его отпрыски продолжили этот нескончаемый процесс, кроя полотно жизни по собственному разумению. Так поступал не только Чернобог Пекальный, ставший виртуозом наследственной рекомбинантности. Так поступал и сам Сварог Огненный – один из основоположников и инициаторов создания мегацивилизации Ирийского Древа.
«После неудачной попытки завести и сохранить традиционную семью, после ее потери и наступившего разочарования, мне оставалось только погрузиться в вихри военных событий, - попытался оправдать себя Сварог, - Времени на остальное не осталось».
Спору нет, так и было. Конечно же, было. Рушились и создавались империи, сходились в кровавых схватках братья, рвя друг друга на части и истекая кровью. В муках создавались новые миры, чтобы, просуществовав пару столетий, утонуть в крови собственного народа и уступить место под звездами другому, более удачливому племени.
К тому же, так проще. Не нужно привязываться к другому человеку, ибо завтра ты можешь уже его потерять. Другое дело собственные отпрыски, созданные по своему желанию и прихоти.
««Мать Сыра Земля», - произнес про себя Сварог, словно хотел забыть это понятие.
Захочешь, не забудешь. Еще предки нынешней племенной генерации данного сектора галактики вели опыты по созданию великого искусственного организма, способного выносить и произвести на свет любое живое существо с заданными характеристиками. Предпринимали попытки, что-то воплощали в жизнь, постепенно совершенствуя механизм действия технологии. Однако же именно отпрыски Триединого Союза, взяв за основу одну из самых перспективных разработок своих предков и сведя в нее все лучшее, что могла предложить наука, создали (а может и воссоздали, что тоже не исключено), наконец, тот сверхспособный биологический организм, что мог удовлетворить их любые требования.
«Мать Сыра Земля, - мысленно повторил правитель, - Уникальная разумная суперматка, способная порождать жизнь в разных обличиях и проявлениях.
Внешне Мать Сыра Земля действительно представляла суперсоздание, чьим предназначением является лишь функция роженицы. Оттого у нее отсутствовала возможность для самостоятельного передвижения, и отсутствовали любые органы и члены, предназначенные для этого. Массивный организм размером с китообразное существо просто жил в подготовленном для него влажном защищенном месте, получая полный комплекс необходимых элементов и веществ, взамен выполняя функции по созданию и вынашиванию полноценных живых организмов. А еще это создание имело могучий разум, так необходимый для правильного кодирования элементов новых жизненных форм...
- Скажи мне Индра, - слегка оторвался от своих размышлений Сварог, - Какие результаты дало тщательное сканирование местности? Были ли какие-то проявления посторонней энергетики?
- Никаких, отче, - смуглый лик отпрыска еще более потемнел, - Мы оказались не в силах уловить даже остаточные проявления. И этот факт внушает большую тревогу. Если допустить, что у противника имеется возможность неприметно оказываться внутри охраняемых объектов, то…
- То в этом случае мы становимся очень уязвимы, - закончил за него правитель чертога.
Не только Чернобог Пекленец стал приверженцем создания новых рекомбинантных существ. То не ново. Еще пращуры Аори и Сваги широко практиковали при заселении новых миров свободное наследственное комбинирование для лучшей приспосабливаемости образуемых общественных конгломератов к условиям бытности. А для этого и предназначалась Мать Сыра Земля и ее аналоги. Следовало полагать, что и потомки того славного могущественного племени пойдут по некогда проторенному пути, активно занимаясь селекцией жизненных форм с выдающимися способностями. Так что сам многоупомянутый Вышень, а также его отпрыски, в какой-то степени являлись продуктом подобного процесса, затем, в свою очередь, приняв в свой арсенал преимущества направленного наследственного комбинирования.
Преуспел, безусловно, в этом именно Витул с его неуемной жаждой выведения монструозных существ. Однако же, и иные правители, в той или иной степени заинтересованные подобной возможностью, поучаствовали в увлекательном процессе направленного совершенствования жизненных форм. Это был и Рамхат Справедливый, и славный Варуна, Велес Асилкович, а также многие другие из числа правителей Ирийского Сада. Не отличаясь от других правителей, и Сварог Огненный не избежал соблазна стать творцом жизни. Семаргл и Стрибог, Перун и Даждьбог, а также сам могучий Индра – все они рождены от Матери Сырой Земли по прихоти правителя Чертога Медведя.
«И все же, - подумал Сварог, отдавая должное мудрости предков, - Для воя, проводящего круголет за круголетом в бесчисленных битвах, не обремененного семейными узами и готового умереть буквально в следующее мгновение, наличие подобной возможности зарождения является единственной возможностью оставить после себя наследственный след.»
Он тогда много воевал, яростно борясь за каждый мир Ирийского Союза. А еще повелевал несколькими чертогами, пока не нашел для них достойных правителей. В конце концов, снова о семье он начал задумываться только тогда, когда стал старше на несколько тысячелетий, ибо семейный уклад требует от мужчины множества обязанностей, так не укладывающихся в канву жизни правителя-героя. Не стоило и удивляться, что он так легко пошел по давно уложенному предками пути наследственной комбинаторности.
Путь экспериментов с различной наследственностью. Странный путь, где по определению один родитель-создатель. Путь, ставший одновременно выходом и проклятием для тех великих, кто оказался обделен судьбиной. Семаргл и Стрибог – его первенцы на этом пути и достойные соратники ныне, являлись тому ярким подтверждением. А что касается такого могучего защитника чертога, как Индра Грозный, так тот и вовсе рожден от Матери Сырой Земли с использованием одной из комбинаций наследственности самого Чернобога Пекального. Именно в той комбинации, от которой был рожден и Дый – один из основных наследников пекального рода. Как тогда вышло у Сварога – ведает лишь одна судьба –карма, да он сам.
«Так или иначе, мы, дети великих пращуров, все испробовали из чаши созидания, и каждый получил из нее свои плоды и вкусы.»
Перун и Даждьбог, по сути своей являвшиеся чистокровными наследниками Сварога от Матери Сырой Земли, стали первыми отпрысками, целиком несущими его животворное начало. Разница меж ними заключалась лишь в том, что первенцем оказался Перун Сварожич Разящий, коему по старшинству чистой линии суждено принять родовую линию своего родителя. Даждьбог, явившийся на свет едва ли на два столетия позже, явил собой продукт смешения крови своего грозного родителя с животворным материалом одной из претенденток на сан Верховной Матери – правительницы союза водных миров Тала путем вынашивания в организме Матери Сырой Земли.
«Впрочем, на то тогда были особые причины и основания, - подумалось правителю, - Кабы не памятная история со Скипер-зверем, похитившим юного Перуна, то, кто знает, может и не стал я повторять опыт рождения своего собственного отпрыска в целях продолжения собственной наследственной линии».
История похищения, случившаяся по временным меркам не так уж и давно, до сих пор аукалась в памяти Сварога Огневика большой болью, указывая на то, что ни один из правителей Ирийского Союза не застрахован от подобного. И пусть меры, принятые родителем для сохранности своего отпрыска, оказались почти абсолютны, однако же, возвращенный отцу без малого через три столетия, Перун странным образом получил вдобавок к своему буйному характеру ряд новых потаенных черт, способных напугать близкое родственное окружение. Темные черты отныне проявлялись в нем порывами, иногда совершенно не к месту. Так, в частности, его мстительность по отношению к обидчикам ныне зачастую становилась маниакально навязчивой, способной подтолкнуть его к неоправданной жестокости… В отличие от старшего брата, Даждьбог выступал гораздо прямодушнее и чище в помыслах.
Впрочем, имея небольшую разницу в наследственности, внешне эти отпрыски мало отличались меж собой. Могучие, светлоокие, грозные вои, оба они ныне напоминали Сварогу Огненному о собственной лихой молодости и радовали сердце правителя успехами.
«Хороший правитель славен не только делами своими, но и потомством своим, - подумал он, слегка отстранившись от сиюминутности, - Ибо дела славные, славного же продолжения требуют. Если не так, то зря потрачены все потуги и силы».
Конечно же, так или иначе, но с течением времен снова пришел Сварог Огненный и к идее создания собственной традиционной семьи. Так требовал обычай и того пожелало сердце. Едва только увидел он, как в семействе побратима Вершеня Световида подрастает юная дева-краса Лада-Слава, коей, как предрекали ведающие, суждено стать одной из правительниц – рожениц. И едва только достигла она своего девичьего возраста, вызрев в своем женском естестве, как заслал Сварог своих сватов к побратиму с целью устроить свое личное счастье и обрести долгожданную семью…
- Очень жаль, - вновь с трудом оторвался от своих дум правитель Чертога Медведя, высказав вслух то, о чем горевал, - Что мы и наши дружинные вои не сумели предупредить беды. Уничтожение правителя дружественного чертога и его семьи безусловно больно ударит по всему союзу Ирийского древа. Особенно учитывая тот факт, что мы пока не в силах постичь природу манипуляции, при помощи которой наш враг оказался в состоянии нанести такой неожиданный разящий удар. Необходимо привлечь людей Числобога Проницательного для разрешения этой загадки.
- Будет исполнено, - склонил свое смуглое чело предводитель основной дружины, - Но, считаю, что в первую очередь необходимо определить того, кому следует вручить бразды правления в чертоге, ибо уцелевшая приемная дочь Вершеня Световида ввиду своей неопытности…
- Как?!!!- громогласно воскликнул, вскинувшись Сварог Огненный, едва услышав последние слова, - Кто-то уцелел в этой мясорубке? И ты до сих пор молчал, Индра?!!
- Простите, правитель, - снова склонился Индра Грозный, - Я как раз собирался доложить. Обследуя нижние ярусы дворца, в потайном помещении вои сумели обнаружить бесчувственное, но живое тело приемной дочери Вершеня Световида – Мары Белоликой. Когда ее привели в чувство, то она сообщила, что по счастливой случайности сумела избежать гибели, спрятавшись в этом помещении без надежды на избавление. Из всей семьи правителя уцелела, по всей видимости, только она…
Сварог замер, тяжело размышляя о произошедшем. Мара… Приемная дщерь его побратима… Судьба чертога и его народов… Сможет ли ТАКАЯ наследница стать хотя бы отдаленно похожей на своего приемного отца?..
- Ну что же, - выдержав паузу, произнес он – Мне нужно взглянуть на Морану Белоликую. Как только она будет в состоянии, доставьте ее ко мне.
- Слушаюсь, - склонился в почтительном поклоне Индра Грозный и вышел вон из покоев.
Глава 13. Вопрос последствий.
Планетарная система Якве III. Миры Триады Антареса.
Сообщество арахнов и насекомовидных, несмотря на свое видовое мульти разнообразие, существовало во временах, представляя собой большое единое подобие гиперразума. Коллективный разум этого общества, сложенный из миллиардов индивидов, обладал необыкновенными возможностями, пределы которых, при всей их подозрительности, не могли представить даже рапты, мнившие себя правителями Триады. Могучие силы существ, органика которых строилась преимущественно на возможностях внешнего скелета, крылись именно там, где другие народы сектора предполагали видовую ущербность. Каждая особь этой древней цивилизации, по отдельности зачастую уступающая возможностям особи любого иного вида, становилась отдельным кирпичиком согласованного и находящегося в ладу с самим собой огромного видового организма, входя в него мыслями и устремлениями. Так достигалось единство этого мира, приобретая те идеально отточенные черты, которые являлись недостижимой мечтой для любой другой цивилизации. И Паук А-Нут, несмотря на свое неоспоримое лидерство в этой сложной иерархической системе, также являлся всего лишь винтиком, несущим коллективную волю.
Однако, не существует в галактических весях идеальной формы мышления, способной предугадать все до мелочей. После возвращения исследовательской миссии из древних разрушенных миров тот самый коллективный разум пребывал в некотором смятении. Даже, не в смятении. В недоуменной прострации. Ибо только что столкнулся с ситуацией, в которой не сумел показать свою неизменную эффективность. А если быть совсем уже точным – свою полную неэффективность. И сейчас Паук ощущал в полной мере, как мечется этот коллективный разум, пытаясь найти разумный и рациональный выход.
«Выход? - в тысячный раз задался тем же самым вопросом арахнид, - Какой же здесь выход?»
Ответа он не находил уже как несколько стандартных недель по возвращению из вояжа по мирам Исхода.
«Чего же мы добились, разбудив почившую в небытие древнюю и неведомую современникам силу? – подумал он, привычно устроившись в своем сумрачном гнезде, - Может быть, в погоне за ушедшим благоговением к непостижимым созданиям, некогда ставшим нашими создателями, мы преступили ту черту, за которую выходить не имели права?»
Видовым составом арахноидов, может быть, как раз в силу принадлежности к великой общности разума, никогда не проявлялась тяга к созданию каких-либо особых условий обитания для отдельной особи. Там, где у других созданий прослеживалось стремление к выделению одного среди многих и наделению его особой властью над другими, у арахнов процветала общность за счет отдельных индивидуумов. А потому, как составная часть этой общности, несмотря на свою роль и значимость среди сородичей, Паук довольствовался обычной каменистой норой, затерявшейся среди тысяч таких же, где-то в глубине базового роя, и нежился на липко-пружинящем ложе из собственной же паутины. Правду сказать, это не считалось чем-то уж больно аскетичным в сравнении с другими видовыми ответвлениями, ютившимися группами в тоннельных ходах, выгрызенных в скальных породах своими же жвалами.
Нет, у цивилизации пауковидов безусловно присутствовало технологически развитое общество, представители которого вполне обыденно пользовались плодами технического и биотехнического прогресса. Речь шла только о том, что ни один из этих индивидов не мог похвастаться какой-либо привилегией пред сородичами. Мораль общности претила этому.
Впрочем, Паука А-Нута отвлеченные рассуждения об общественном обустройстве сегодня не особенно интересовали. Его мысли настойчиво обретались в иной плоскости и обращались вокруг той проблемы, в которую преобразился прорыв, который он видел для своего народа буквально несколько стандартных месяцев назад.
«Что же произошло? – спросил у себя даже не он сам, а скорее образ коллективного разума, что всегда присутствовал в глубинах его сознания, - Почему разбуженная с моей подачи древняя и могучая сила повела себя так странно и непредсказуемо? Почему эта сила проигнорировала все усилия арахнов и отринула потенциально союзную для себя силу? Почему, едва вырвавшись в эту реальность, ушла по неведомому пути, будто укрывшись от всех и вся?»
Так оно выглядело на самом деле, ибо только что разбуженный искусственный планетоид Атта, найденный разведывательной миссией цивилизации арахноидов в планетарной системе Исхода, вошел в режим активного функционирования, как он тотчас же исчез в сотворенном им же самим темном портале, переместившись в неизвестную точку пространства, а разведывательные виманы, которые могли преследовать его, вышвырнул в межсистемное пространство за пределами границ миров Исхода. Следов перемещения самого планетоида далее найти не удалось даже с применением самых мощных сканеров космического пространства, коих у Триады Антареса доставало с избытком.
В безуспешных поисках ускользнувшей из рук добычи, попавшая впросак экспедиция бороздила доступные звездные рубежи на протяжении нескольких месяцев, после чего, истощив собственное терпение и ресурсы, ни с чем возвратилась в пределы обитания арахнов.
«Благо, что цели миссии строжайше засекречены, - подумалось Пауку, - Иначе пришлось бы признать пред всеми, что мои изыскания и надежды потерпели полнейший крах».
И все-таки, отчет держать предстояло. Пред главой Триады. Исходя из того, что поручение Ящера Рапта по созданию нового вида биологических существ с повышенными боевыми качествами также осталось не реализованным. Более того, тешивший себя надеждами в реализации задуманного, на деле Паук А-Нут, в чьих цепких конечностях находились все необходимые ресурсы и технологии генного рекомбинирования, не продвинулся в решении этого вопроса ни на шаг.
«Результат упущен, - с горечью подумал арахноид, - А отпущенный мне срок почти на исходе. В самое ближайшее время Ящер потребует отчет о ходе изысканий. Результат встречи с разъярённым плотоядным существом вполне предсказуем».
«Ты в затруднении? – внезапно прозвучало в ментальности, - Какая потеря сильнее терзает тебя? То, что не удалось выполнить повеление лидера Триады, либо то, что потерпели крах твои собственные амбиции?»
Паук встрепенулся, внимая своим существом в эфирные колебания, однако псионическая сфера снова погрузилась в полную тишину. Такую полную, что арахноид перестал улавливать даже присутствие образа коллективного разума, обычно являвшегося привычным фоном.
«Ты правильно заметил, - тут же отреагировал странный голос, - Я изолировал тебя от всего и всех, дабы устранить любые помехи для нашей беседы».
«Кто ты? – вопросил в пустоту Паук, однако, на уровне подсознания уже постигнул, с кем вошел в контакт.
«Я твой клон, - последовал ответ, подтвердивший догадку, - А моими устами с тобой говорит тот, кому поклонялся твой народ все последние тысячелетия».
«Мы поклонялись создателям, - попытался возразить Паук А-Нут, - Высшим существам Атта».
«Вас создал я, - отрезал голос, - Ибо доблестный народ властов, который до сих пор почитают арахны, являлся носителем моей сущности. Закат этого разумного вида стал для меня большой потерей. Но остались вы, живущие без своего хозяина».
«Мой народ самодостаточен, - не согласился арахноид, - И являлся таковым на протяжении последних тысячелетий. Нам ныне не нужен хозяин. Нам нужен могучий союзник».
Ментальность эфира изобразила усмешку.
«Вам так только кажется, - голос стремительно начал набирать силу, - Как может показаться стаду скота, оставшемуся без пастуха, что они имеют возможность повлиять на собственную судьбу?»
Паук предпочел смолчать, после чего голос продолжил.
«Я изучил животворную память твоего клона и сделал некоторые выводы. А еще порылся в доступных источниках информации с целью оценки целесообразности твоего народа для моих дальнейших целей…»
Арахноид замер, внезапно уразумев, что в это самое мгновение на самом деле может решаться судьба существования его собственной цивилизации. Это соображение не понравилось ему, принеся легкий холодок затаенного страха.
«Несмотря на то, что вы возомнили себя способными подчинить разум темного подпространства ради достижения своего величия и доминирования в звездных чертогах этой реальности, ваш народ еще полезен мне…»
Вот оно!!! Причина, из-за которой исследовательская миссия Триады Антареса провалилась на старте!!! Разум преисподней предпочитает сам диктовать условия.
«Народ арахнов не станет…»
«Станет. Хотя бы из-за того, что это изначально вложено мной в ваши души».
Сумрак в обители Анута стал редеть, наполняясь темно-красным свечением, хотя источник освещения остался неизвестен. Паук А-Нут замер, не зная, чего ожидать далее.
«Ты никогда не предполагал, арахноид, что между развитым носителем и его клоном, как правило, образуется ментальный канал? И это действительно так. Канал, словно указатель, всегда направит меня к тебе».
Пространство в воздухе его обители осветилось еще сильнее и закурчавилось кроваво-темной бахромой исподволь клубящейся энергии, а затем вдруг расширилось в подобие портала. Паук при виде этого, резко отшатнулся, упав почти навзничь на своем паутинном ложе.
«Не стану отрицать, что ваш видовой конгломерат неизмеримо развился с тех пор, когда начинал служить мне, - рождающиеся в эфире ментальные фразы приобрели тяжеловесность, почти подавляя волю арахноида, - И я могу предположить, что идея возможности выбора ныне довлеет в вашем общем разуме, как следствие долгого обособленного пути. Однако же, это тупиковый путь для вашей общности. Последующие колебания приведут к ее расколу на две противоположные, а затем и противоборствующие стороны. Это обстоятельство не изменит предназначения арахнов, но усложнит общую ситуацию. А ваше предназначение, повторю, состоит только в служении темному разуму преисподней. Исходя из этого, у тебя и твоих многомиллиардных соплеменников просто не будет иного выхода».
С последним словом клубящийся портал, словно страшный зрак, вдруг изобразил короткое моргание, после чего стремительно расширился и затянул Паука в свою мерцающую муть.
Разница между желаемым и действительным.
Планетарная система Якве V. Астероидная база Раптов.
- Я бы предпочел, Паук, чтобы ты явился сам, - хмурый Ящер Рапт выказал явное неудовольствие, - Когда я даю поручение, то вполне представляю, способен ли исполнитель моей воли уложиться в указанные сроки и предоставить результат. А получен ли он, этот результат, судить уже мне. И судить об этом в присутствии…
- О великий, пусть гнев твой не падет на мою голову только из-за того, что я не могу присутствовать пред тобой, - изображение советника подрагивало из-за помех, смазываясь по экрану приемника, - Процесс, столь важный для Триады, требует моего присутствия и постоянного контроля.
Ящер недоверчиво сузил свои глаза, почти спрятав за веками темные с прожелтью крупные зрачки.
- Мне нужен результат и уверенность в нем.
- Мой господин, результат есть, и уверяю, что он вас впечатлит. Ученые арахнов произвели титаническую работу и создали принципиально новый вид рекомбинантных созданий. Рекомбинанты достаточно развиты для того, чтобы вести небольшую войну, локализованную в определенных нами пределах, и достаточно боеспособны для того, чтобы с успехом противостоять обученным воинам Ирийского древа. Ко всему, выход этих особей на арену войны внесет большую сумятицу, так как наш потенциальный противник далеко не сразу поймет, от чьего имени они выступают. Если, конечно, вообще успеет понять...хи-хи.
- Ты так уверен в их великом потенциале?
- Да, владыка, - голосовой аппарат Паука А-Нута издал что-то похожее на восторженный клекот, - Эти существа составят большую конкуренцию ирийским поселенцам по всем параметрам. Популяция очень живуча и многочисленна, а темпы ее воспроизводства при благоприятных условиях просто поражают…
- Неужели все так? - недоверчиво переспросил Ящер Рапт, - Я, конечно, могу отдать должное популяции арахнов, удачно совмещающей естественное размножение с опытами по рекомбинации животворных начал, что дает могучий видовой прирост, однако же поспорить с видом раптов… Сомневаюсь.
- И все же, мой господин, дивы могут и вас убедить в обратном. Даже при том, что племя раптов в своей повышенной тяге к спариванию, проявит настоящие чудеса на пути к увеличению своей численности, представители нового вида легко оставят их позади. Хотя бы за счет того, что они изначально обоеполы…
- Что же это за твари такие, Паук? - повел в сторону советника раптоид своим страшным зраком, - И не станут ли они угрозой для нас?
- О да, эти существа станут страшнейшим биологическим оружием из всего, что успели создать наши ученые мужи! - подтвердил тот, всплеснув верхними шестипалыми конечностями, - Вы правы, тарх. При благоприятных условиях, этот вид станет настоящей чумой и проклятием для многих ныне великих. Но не для нас. Только не для нас. Освобожденную и пригодную для заселения территорию Триада легко сможет очистить от этой орды, напустив на них Болезнь.
- Что есть эта Болезнь?
- Всего лишь невидимая глазу смерть дивов, состоящая из мельчайших существ, пожирающих их плоть. Спасения от нее им не найти.
- В твоих устах все слишком легко, Паук, - Рапт продолжил глядеть на советника с изрядной долей настороженности, - Так ли это будет на деле?
На бледно-сером черепообразном лике арахноида пробежала едва заметная волна мимических сокращений, что вполне можно было трактовать, как удовольствие. Ящер не без внутреннего содрогания вспомнил, что едва ли не все особи этого племени испытывали ощутимое оргазмическое удовольствие от созерцания агонии живых существ. Рапты в сравнении с ними не столь изощрены.
- Это будет просто, - заверил он, - И быстро. Тарх желает убедиться? Тогда я прошу вас, владыка, взглянуть на подготовленную мной демонстрацию.
Повинуясь мановению шестипалой длани, каменное панно на стене за спиной советника посветлело и явило изображение закрытого помещения без окон и экранов, в глубине которого подобием грязной массы копошилось какое-то непонятное создание.
- Это он? – спросил Ящер, ткнув в сторону изображения когтистый кривой перст.
- Оно, - уточнил Паук А-Нут, увеличивая ракурс обзора.
Изображение, поделив между собой и ликом Паука пространство экрана на две половины, стало крупнее и понятнее. Стала различима развитая мускулатура, шарами перекатывающаяся под морщинистой темной кожей, густо поросшей завитками похожих на проволоку жестких черных волос. Существо ползало по каменному полу явно в поисках чего-то съедобного.
- Я не могу разобрать… - Ящер прищурился, силясь оценить размеры и фактуру существа, - Оно ползает, как дикая тварь. Судя по всему, разума этому созданию не достает.
- Я бы так не сказал, повелитель, - не согласился советник, - Ибо рекомбинант с успехом прошел все тесты на сообразительность, которые смогли придумать ему наши ученые. Это необыкновенная смесь животворных начал, имеющая не менее полусотни исходных кодов прародителей. Хотите демонстрацию?
- Хочу, - кратко отозвался Ящер, не отрываясь от зрелища.
Паук поднес одну из верхних конечностей к лицу, а потом издал в наручный коммуникатор серию клекочущих и щелкающих звуков.
- Сейчас, - пообещал он, - Тарх увидит лично.
Тем временем в помещении появилась группа фигур в бронированном пехотном одеянии. Правитель Триады насчитал трех серпентоидов, трех арахноидов и трех рептилоидов.
- Я надеюсь, Ящер Рапт не рассердится, - повторил советник, произведя очередную манипуляцию с коммуникатором, - Это необходимо для того, чтобы понять.
Изображение шло без звука, однако Ящер, не отрывавший взгляда от экрана, неожиданно кожей ощутил то подобие леденящего кровь рыка, которое в это мгновение зазвучало в экспериментальной камере.
- Что это было? – вскинулся правитель Триады, хотя уже наверняка знал ответ.
Существо умело манипулировать ментальным полем. И управляло им весьма хорошо.
- Это еще не все, - произнес Паук А-Нут и снова что-то нажал.
Это действие, по всей видимости, освободило существо от каких-то оков, удерживающих его на месте. А в следующее мгновение темный силуэт дива почти размазался в восприятии зрителей, совершив молниеносный атакующий прыжок.
- Восхитительно, не правда ли? – осторожно поинтересовался советник у Ящера, в то время как тот безотрывно следил за происходящим на экране буйством смертоносной ярости, - Девять боевых тренированных особей Триады против одного недоразвитого дива…
- И оно разумно! - пораженно прошипел Рапт, внезапно встретившись с блеснувшими ему навстречу глазами существа, черными, как сам космос, - Мы совершим большую ошибку, дав ЭТОМУ свободу поступков и решений!
Помещение экспериментальной камеры стало походить на ристалище, чем, собственно сейчас и являлось. Темное существо находилось посреди камеры в окружении искалеченных тел поверженных воинов, легко разрывая пехотные доспехи и извлекая из-под них еще горячие, сочащиеся кровью куски плоти.
- Все решаемо, - скупо возразил на это Паук, одновременно производя манипуляцию с коммуникатором, - Смотрите, владыка.
Звука по-прежнему не было, однако разум Ящера Рапта буквально содрогнулся от нового ментального воя существа, внезапно ощутившего опасность.
- Болезнь активирована, - доложил советник, и правитель Триады понял, что в этот самый момент в помещение ввели средство, которое, как утверждалось ранее, окажется эффективным против дива.
Ментальный вой возрос до наивысшей точки, а потом внезапно захлебнулся. Одновременно с тем, как существо на экране упало наземь и стало дергаться в конвульсиях.
- Средство моментальное и полностью эффективное, - комментируя, доложил Паук, указав на косматое тело, прекратившее агонизировать, и теперь просто лежавшее на полу камеры куском мертвечины, - Настолько эффективное и контагиозное, что даже малого количества хватит для гибели целой популяции. Имея такую страховку, мы всегда сможем держать это свирепое племя в своей узде. Чего не скажешь о тех, на кого мы спустим эту свору…
- И все же, - задумчиво пробормотал Ящер, - Полной гарантии контроля у нас не будет никогда. Как не будет никакой гарантии, что когда-нибудь эта, выпущенная нами свора не обернется против нас.
- Гарантия мной дана, - Паук А-Нут недовольно блеснул взглядом, - И я в ней уверен.
Ящера довод явно не впечатлил.
- А меня не покидает ощущение, что мы совершаем огромную ошибку…
Правитель Триады сдержанно попрощался с советником, жестом дав тому понять, что сеанс связи окончен. Он дождался, когда экран пространственной связи погаснет, однако позы своей так и не поменял, глубоко уйдя в какие-то, одному ему ведомые размышления. Его сущность, в общем-то, мало восприимчивая к эманациям ментального поля, тем не менее, имела интуитивную связь с временной мерностью, позволявшей Раптору иметь некое подобие предвидения на подсознательном уровне. И сей миг, эта тень предвидения вызвала у него приступ смутной, но вполне ощутимой угрозы.
Чернец.
Безымянная звезда класса «голубой гигант» близ конгломерата звездных систем миров Пепла.
Массивная голубовато-белая звезда, обретавшаяся в пустынном секторе пространства в некотором удалении от пустоши мертвых миров Пепла, особенного названия не заслужила. Ни буйный нрав ее пылающих недр, ни нервное поведение всплесков рвущейся из нутра энергии, никак не привлекали внимание какой-либо из обитавших в окрестностях цивилизаций. Вкупе со звездой-сестрицей, относящейся к классу смертоносных нейтронных звезд и испускавшей далеко за пределы своего расположения пучки убийственных стрелоподобных излучений, эта «парочка» заслужила столь дурную славу, что мало кто из космических исследователей осмеливался приблизиться хотя бы расстояние дальнего предела опасности, а торговые суда, так и вовсе стремились обойти местоположение заброшенной двойной звезды по самому дальнему радиусу.
Словно огромный котел, голубой гигант тяжело двигался в пространстве, бурля океаном нерастраченной энергии. Он имел такую величину, что давно поглотил те протообразования, что некогда должны были превратиться в планеты, давно переварил в своем термоядерном чреве все то, что могло составить ему планетарную свиту, разорвал когтями гравитационных полей в жалкие клочья всю ту материю, которая обращалась в зоне досягаемости, чтобы затем пожрать и ее. Он проявлял неизмеримое буйство и титаническую силу, свирепо клокоча в своей гравитационной ячейке галактического пространства.
Казалось, в таком гиблом месте пространства не смогло бы уцелеть ни одно материальное тело, как не имелось возможности даже для гипотетического существования носителей жизни. Однако же такой носитель здесь все же существовал, найдя себе пристанище не где бы то ни было, а в самой пасти энергетического океана звездного монстра, купаясь в его волнах словно некая тучная рыба, то поднимающаяся к поверхности голубого ослепительного бурления, то снова скрываясь в бушующих термоядерных волнах в поисках глубины.
Этот одинокий обитатель глубин звезды, так запросто чувствующий себя в горниле ее адова огня, имел почти планетарные размеры и, находясь в плотном защитном коконе, берущем свою постоянную подпитку из самого подпространства, создавал для себя, своего искусственного эго, и для обитателей собственного чрева вполне комфортные условия обитания.
Под слоем толстой искусственной коры, созданной для противостояния большинству угроз космоса, существовала внутренняя атмосфера, вполне комфортная для обитания органической жизни. Созданный многие тысячи лет назад, искусственный разум планетоида владел множеством технологий, позволявших создать оптимальный уют для функционирования любых биологических видов. Огромное пространство планетоида, разделенное по принципу сот, хранило запасы внутреннего пространства для совершенно различных целей и с успехом могло выполнять функции какой-нибудь опорной базы, обеспечив надежную защиту приличного гарнизона.
- …А еще это место целиком подчиняется мне, -произнес клон арахноида, - И теперь, под моим личным руководством здесь создается раса совершенно новых существ с набором таких качеств и возможностей, о которых многим цивилизациям сектора остается только мечтать.
- Как ты можешь руководить, если выращен искусственно? - возразил настоящий Паук А-Нут сквозь стеклоброню, - Твой потенциал существенно меньше исходника. Такова технология, использованная при твоем создании.
Ему было неудобно в тесном прозрачном коконе из непробиваемого материала, который, в свою очередь располагался в гулком большом зале овальной формы, заполненном странными аппаратами и машинами необычной асимметричной формы, что присосались каркасом к его внутренней поверхности в самых различных местах. Предназначение сборища необычной механики оставалось непонятным.
- Ты же клон, - продолжил арахноид, сложив свои верхние конечности в неловкой позе и пытаясь сохранить хотя бы видимость спокойствия, - Ты не способен руководить этим местом, так как не имеешь сформированной личности.
Голосовой аппарат его собеседника в ответ издал звук, похожий на клекот, означая аналог смеха. И этот смех принес Пауку леденящее ощущение в жилах, так как арахноиды подобными звуковыми сочетаниями не смеялись.
- Ты сделал лучшее, что мог, - сквозь клекот прозвучал его голос, - Предоставил создателю почти пустой сосуд, который он наполнил по своему усмотрению. Теперь я Паук в обличии, но по содержанию…
- Кто же ты? – в это самое время пси-сущность Паука попыталась втиснуться хоть краем в то темное переливающееся марево, что разливалось перед ним в ментальности.
Безуспешно.
- Зови меня Чернец, - снисходительно ответил клон, - И моя суть – тень того могучего разума, который с нашей помощью вошел в эту реальность. Этот великий создатель одарил меня личностью уровня, до которого тебе не подняться никогда. И ты теперь тоже станешь служить ему, ибо таково твое предназначение.
- А если не буду?
- Тогда ты умрешь, и никто не заметит твоего исчезновения… - Чернец снова заклекотал подобием смеха, - Я вполне способен заменить тебя на всех уровнях существования.
- Тогда зачем тебе мое согласие? – спросил Паук, хотя догадывался, каков будет ответ.
- Двойник будет мне полезен. На первых порах придется вести игру с Триадой Антареса и убеждать ее предводителя в том, что его план реализуется. Ты для этого вполне подойдешь.
- А потом?
- А потом сформируется первое поколение новых сверхсозданий…
- Таких, как…этот див, которого ты убил перед Ящером?
- О нет, - заклекотал Чернец, - Дивы, лишь одна из первоначальных и несовершенных ступеней. То существа, наделенные большими возможностями, но это не сверхсущества. И демонстрация дива Ящеру предназначалась лишь для отвода глаз. Неведение Триады Антареса нам сейчас на руку.
Паук вдруг понял, что все высказанное ему бывшим клоном, до последнего слова правда. Осознал и невольно поник в своей капсуле.
- Я…я готов помочь…
- Хорошо, - отозвался на это Чернец, - Раз так, то твоя помощь будет благосклонно принята. Само собой, после того, как мы примем необходимые меры для нашей общей безопасности. Советую не сопротивляться, или станет гораздо больнее…
- Что ты хочешь… - Паук А-Нут, было, нервно дернулся за стеклоброней, словно противясь, но в следующее мгновение уже затрясся костлявым телом, конвульсивно засучив конечностями, ибо в его ментальную сферу ворвалась сама кромешная тьма, раздирая собственное «я» в клочья липкими щупальцами.
В гулкой тишине помещения разнесся гнусавый протяжный крик, наполненный мучительной болью. Когда он стих, капсула с заточенной в ней жертвой внезапно сменила агрегатное состояние вещества, из которого состояла, и жидкостью вытекла в отверстия псевдоложа. Тело же арахноида безвольно опало на поверхность пола и осталось лежать там в неестественной позе.
- Вставай мой слуга, - Чернец приблизился, неслышно перебирая опорными конечностями и навис над своим недавним пленником, внимательно разглядывая его десятком фасеточных зрительных элементов, - Пора служить.
Походящий на зеркальное отражение, Паук А-Нут безропотно подобрал разбросанные конечности и принял вертикальное положение.
- Слушаю, мой господин, - он подобострастно склонился пред тем, кого еще долю времени назад считал своим ничтожным подобием, - И жду приказаний.
_____________________
Темный разум подпространства, как составная часть разума вселенной, существовал от начала времен. Антипод светлым пространственным разумным структурам, он выступал неотъемлемой частью общего глобального разума с самого момента его зарождения, и, соответственно имел право на свое существование, как имеют право на существование все синапсы одного большого организма.
Само устроение вселенной предполагало подобное расположение противоположных и, как следствие, противоборствующих сил, ибо для развития и совершенствования любой структуры обязательно требовались условия противостояния. Таким образом, как для развития пространства требовалось создать условия для благоприятного рождения и функционирования цивилизационных образований, как инкубаторов и взрастителей элементарных носителей разума и духовности, так и подпространство, всегда желающее вторгнуться в эти пределы и навести свой порядок, требовалось для того, чтобы контролировать этот процесс взращивания и при необходимости проведения прополки, удаляя слабые и нежизнеспособные структуры. Подпространство – этот темный гигантский монстр, всегда сидело в засаде и при каждом удобном случае нападало на пространственные очаги разумной мысли, дабы проверить их на крепость.
Впрочем, тут-то и крылось главное вселенское условие – в чистом виде подпространственные силы и подпространственный разум существовать в условиях пространства не могли. Равно как и пространственные образования в чистом своем виде, априори, не выживали в условиях подпространства. А потому, для того, чтобы оказать какое-то воздействие на противоборствующую сторону, приходилось идти на разного рода компромиссы, позволяющие если не отбросить, то отодвинуть подобные обстоятельства. Так, например, энергия защитных полей при осуществлении подпространственных переходов, служила своеобразной прослойкой между агрессивной для таких пространственных конструкций, как космические корабли, средой, не давая им соприкоснуться и поглотить друг друга.
Это условие не мог обойти и темный разум, который от начала времен стремился распространить свое влияние на пространственные чертоги и подчинить их своей власти и воле. И потому он, понимая, что в чистом виде носители его разумности обречены мгновенно исчезнуть из светлой ипостаси вселенной, стремился к созданию неких симбионтов-носителей, в которых биологическая структура организма могла бы стать вместилищем для его духовных и мыслительных сигнатур и стабилизировать антагонистическую энергоструктуру подпространства.
Попыток таких с самого начала вселенских времен насчитывалось много. Неисчислимо много. Рождались и умирали цивилизации, создавались звездные коалиции и совершенствовались органические структуры, а темный глобальный ум не оставлял попыток создать то совершенное существо, которое сумеет взять главенство пространственного разума на себя, от его имени распространив по звездным просторам темную волю. Временами это почти удавалось, и тогда возникали сверхцивилизации, простирающие господство своего господина среди звезд на целые тысячелетия. Однако существование их все равно оставалось ограниченным и пространство снова забирало то, что принадлежало ему по праву.
С течением времени темная ипостась вселенной стала прибегать к новым уловкам, достигая определенных результатов. Она совершенствовалась и совершенствовала носителей своей воли, пока не пришла к выводу, что для создания идеального цивилизационного общества, ей нужно создать идеальное существо, равных которому не будет ареале пространства будущего жизнеобитания…
«Что есть идеальное существо, равных которому не найдется в доступных пределах? – задало робкий вопрос та сущность, которая представляла собой исходные духовные структуры личности Чернеца, ныне подавленные той темной силой, что обитала в его теле.
«Все просто, - снисходительно рассудил его темный господин, - Для того, чтобы творение стало идеальным в данном трехмерном пространстве, оно должно переступить черту мерности. Получив наследную основу жизни от подобного измененного существа, мы сможем взрастить биологическую общность, изначально и безусловно главенствующую в этой мерности, ибо исходная мыслящая особь уже на этом этапе развития превзойдет все разумное в доступных территориях галактики при условии текущей мерности».
Получив достойную базу для исследований, Чернец теперь трудился на упомянутом поприще, не покладая костлявых паучьих конечностей. Тот, кто обосновался в его душе и разуме, не давал возможности отлынивать. Для начала новоявленный прислужник темного сознания Атта подчинил воле своего господина целую команду ученых-арахноидов, чтобы обеспечить необходимый объем изыскательских работ по созданию симбионтов. И привлекал к ней еще и еще, дабы ускорить процесс. Хотя, по правде сказать, сам ход процесса не устраивал ни его самого, ни того, кто узурпировал его костлявое тело. Общими усилиями ученых было сотворено до полутора десятков первоначальных образцов, обладавших теми или иными достоинствами, однако потребной формы, к которой стремился разум подпространства, так и не нашлось. Получавшиеся в результате комбинаторного процесса живые существа больше подходили на роль исполнителей, воинов, подсобников и помощников разных категорий, но не представителей новой расы правителей, имеющих потенциал для подчинения существующих цивилизаций сектора.
«Для того, чтобы заполучить нужную жизненную основу, необходимо обладать знанием способа отбора таких образцов у существа, стоящего выше на пути развития. Это почти невозможно, ибо такое существо гарантированно не захочет отдать нам часть своей основы, измененную благодаря светлой стороне вселенной. И это, кстати, не главная трудность в осуществлении этого замысла. Самое трудное – это обнаружить такую личность, ибо, как правило, ее местонахождение для существ с меньшей мерностью неопределимо».
«Для вас, да, - согласился темный господин, - Но не для меня. И я знаю, как мы заполучим жизненную основу существа, шагнувшего за барьер трехмерного бытия».
_________________
Контейнер с субстанцией появился в одном из отсеков черного планетоида как бы сам по себе, где его и обнаружил Чернец по подсказке сущности-симбионта
«Как это случилось, и кто это сделал? - задался вопросом клон арахноида, очутившись на месте и разглядывая черный куб контейнера.
«Это все, о чем ты хочешь спросить? – вопросом на вопрос ответила сущность темного господина, - Я просто добыл жизненное начало существа из-за барьера мерности».
Чернец боялся озадачивать внутреннего собеседника уточняющими вопросами, хотя очень хотелось. Он, в принципе, уже и сам слегка начинал понимать общее внутреннее содержание разума подпространства из тех крупиц информации, которые случайно проникали к нему от симбионта. Подпространство являлось антиподом пространства, как черное является антиподом белого. Разум подпространства, несущий эту черноту, являлся по аналогии сборным, имея главенствующие мыслящие структуры и структуры разных уровней вспомогательности, распределяющиеся по сложной иерархии. Соответственно, следовало при создании новых поколений симбионтов это строго учитывать. И если для сущностей низшего порядка вполне хватало симбиотической связи с биологической основой имевшихся образцов, отобранных у народов сектора, то для сущностей старшей и высшей иерархии предполагалось использование образцов существ высшего порядка. Соответственно, появление контейнера открывало новые возможности для команды ученых-арахноидов, кропотливо создающих новых рекомбинантов.
«И все-таки? – любопытство одержало верх, преодолев страх и раболепие, - Кто способен на то, чтобы заставить высшее создание отдать толику жизненной основы?»
«Тот, кто способен потягаться с этим созданием силами, - на удивление, суть симбионта не проявила раздражения, - На всякое разумное образование найдется другое, способное на него напасть. Игривый паскат не спрашивает, можно ли ему откусить хвост у попавшейся на пути ящерицы».
«Думаю, что сделать это было непросто, - высказался Чернец, внезапно представив тот темный клубок разумных структур, что тысячелетиями тихо таился в подпространстве, напоминая змеиное гнездо.
Любая из этих сумрачных структур имела натуру хищника.
«Непросто, - не стал спорить симбионт, - Но я сумел заинтересовать иерархов Красной тьмы, и они оказали мне помощь. В конце концов не столь важно, какая из переродившихся совершенных сущностей отдала нам частичку себя. От нее не убудет. А нам прямая польза».
Клон арахноида не стал спорить, ибо служение господину-симбионту лишало его собственного мнения. Его стезя – подчиняться тому, кто довлел над ним. Если он преуспеет на этом поприще, то сможет возвыситься до уровня Распорядителя над разумными существами, порабощенными темными порождениями тьмы. А порабощать было кого.
«Впрочем, - продолжил черный господин арахноида, - К вящей неожиданности, я и здесь сумел обнаружить жизненную основу, достойную самого пристального внимания. Скорее всего, едва ли не лучший образчик из возможных… Сильный… Еще более удивительно, что это женщина… Моя память за всю многотысячелетнюю историю подсказывает только мужчин с такой чистой и насыщенной основой… Просто удача, натолкнуться на путь, ведущий к тайному хранилищу… Провидение… Я предпочту этот образец всему, что может нам предоставить Красная тьма».
«Мой господин, - обратился Чернец к симбионту, - Мы хорошо продвинулись на пути изучения основы жизни и создания темных симбионтов…»
«Это разве можно назвать «продвинулись»? – капризно взвился повелительный голос симбионта, - Мы только в самом начале пути. Нулевым этапом стало подчинение достаточного количества прислужников, чтобы организовать процесс множественного комбинирования наследственности. Теперь, достигнув необходимого оперативного объема, мы готовы полноценно наладить процесс создания особей темного междумирья, начав с простейших составляющих и основ. А уж когда сама технология станет отточенной до последней манипуляции, мы приступим к сотворению разумных созданий, совершенство которых не будет подлежать никакому сомнению. Мы создадим безупречный вид, который превзойдет всех предыдущих доминантов этого сектора и воцарится здесь на миллионы лет».
«Однако, даже учитывая только процесс первого этапа, мы почти подошли к тому, что пределы планетоида-станции становятся для нас тесны. Разновидности простейших темных рекомбинантов заполнили уже все нижние ярусы. Поколение первоначальных особей дивов, чертей и бесов, интенсивно размножаясь, уже дали первое поколение половозрелого потомства. Нам нужно расширять ареал обитания, а это предполагает начало завоевания и порабощения обитаемых систем. Новые территории дадут нам те возможности, которые позволят достигнуть всех поставленных целей».
«Я думал о том же, - ответил темный симбионт, - Ибо для осуществления наших целей необходимо создать мощную армию. И даже не одну. Первая, созданная из послушных темных симбионтов станет служить общим целям, расшатывая ситуацию меж мирами и цивилизациями. Симбионты будут шпионить и строить козни, сталкивая сильнейших, порабощая слабейших и, тем самым, выполняя роль главного раздражителя меж звездных систем. Мы дадим им мощный флот и возможность для утоления самых низменных звериных инстинктов. Вторая же армия станет символом полного уничтожения миров и умерщвления целых народов. Ни капли сожаления и милосердия. Полная расчистка территорий галактического сектора с тем, чтобы в оставшейся пустыне образовать новые миры, не похожие ни на что, являвшееся ранее…»
«Нужно испытать боевые возможности новой армии, - Чернец не утаил от господина изрядную долю скептицизма, - Ибо дивье войско, словно сборище младенцев, пока не столь сильно, чтобы произвести нужное впечатление. Большой потенциал, реализация которого под большим вопросом…»
«Отчего ты так решил? – симбионту явно не понравился тон слуги.
«Оттого, что есть стадо, но нет пастуха. Армии бесов нужен достойный военачальник. Сильный и безжалостный…»
«И рангом не ниже рыцаря, - пробормотал темный господин, - А для подобной комбинации нужны жизненные начала развитых существ с развитой пси-составляющей…»
«У арахнов, находящихся под нашим влиянием, есть доступ к жизненным началам драконовых, - подал идею Чернец, - А еще, как вариант, есть раса раптов, которые считаются старшей расой Триады. И у тех и у других есть предрасположенность к развитию ментальности, однако у драконовых это развито сильнее. Из раптов выбор гораздо скуднее и упирается в самого предводителя Триады, ибо Ящер Рапт представляет собой гибридное существо. Жизненные начала других племен и народов сектора, способных проявлять ментальные силы пока менее доступны ввиду всякого рода обстоятельств. Необходимо время, чтобы раздобыть новые образцы. Безусловно, у арахноидов Триады имеется свое собрание жизненных начал, но оно для нас сейчас недоступно».
«Начнем с раптов, - решил симбионт, - Затем, раз так, можно провести опыты с драконовыми. И те, и другие, если рекомбинантное существо не сумеет дотянуть до уровня рыцаря, самое меньшее, станут нашими слугами и вольются в грядущее войско симбионтов. А затем объявим охоту на жизненные начала иных разумных существ, число которых велико и перспективно в плане рекомбинантных вариантов. Большой интерес вызывают гуманоиды ирийского типа, ибо, происходя из древних истоков, они обладают могучим пси-потенциалом для наших нужд».
Глава 14. Великое посольство.
Ансер. Змеиный дворец. Морана Белоликая.
Великое посольство седых чопорных мужей, облаченных, как один, в ослепительное, сияющее золотом убранство, как и великие почести, что они оказали ей, Морану Белоликую, далекую от напыщенности, особенно не впечатлили, несмотря на обилие показного ритуального великолепия.
«Пыль в глаза, - оценила про себя все это Мара, оставаясь внешне абсолютно спокойна, - Всего лишь внешние атрибуты, призванные внушить подсознательный трепет недалеким людям. Не больше».
Она ожидала их. Правда, не ожидала так скоро. Еще не притупились тягостные впечатления от церемонии погребения столь трагично почившего правителя чертога вкупе с членами его семьи. Еще были свежи и кровоточили эмоциями воспоминания об рвущем душу прощании с теми, кто совсем недавно составлял ее немногочисленный круг общения и ушел тенью по иную сторону бытия…
Впрочем, Мара не прекращала общаться с тенями родных и поныне. Еще слишком мал минул срок, чтобы проводить их через Смердину туда, где заканчивается один кармический круг и начинается иной. Внезапно открывшийся у нее дар особого зрения отныне позволял видеть то, что не позволено обычному человеку, и понимать те законы бытия, по которым идет развитие души разумного существа в этой мерности. Отныне Морана умела различать не только тонкие энергетические конструкции душ, но и их перемещения после того, как они покидают гибнущее тело, могла уже налаживать определенный контакт с ними и даже угадывать их посмертные желания, дабы помочь закончить свой путь для дальнейшего перерождения.
Именно так. Перерождения. Теперь, постепенно вникая в незримые конструкции метаморфоз духовной энергии, Морана Белоликая отчетливо понимала справедливость многих ритуалов и знала наверняка то, что душа разумного существа, этот зачаток совершенствующегося разума, не исчезает в никуда после гибели собственной биологической оболочки, а направляется в горнило вселенского разума, чтобы возродиться к следующей жизни и совершенствоваться далее. И ей, отныне ведающей о том, следовало оказывать помощь в направлении бесплотных душ по ведомому ей пути.
Души Вершеня, его Ноцены и Гасты еще находились недалеко, еще блуждали рядом, не смея поверить в столь быстрое окончание жизненного пути. Блуждания их могли затянуться, если бы не Морана, ведающая от том, как надобно поступить, чтобы не затянуть этот процесс. Оттого, наверное, и сам ритуал прощания с ушедшими по воле наследницы оказался изменен настолько, что даже вызвал вопросы у многих, чтивших несколько иные традиции…
«Традиции… - подумала Мара, - Изменчивая и непостоянная субстанция из череды определенных процедур, зачастую совершенно не соответствующим потребностям ушедших...»
По личному распоряжению наследницы правителя, церемонию прощания с умершими провели без напыщенности и внешнего величия, по сути, ограничившись сжиганием их тел в горниле жертвенного храмового огня. Это вызвало некоторый ропот среди подданных, который, впрочем, сразу затих после того, как один старый ведун поведал, что церемония проведена в точном подобии ритуалов канувших в небытие праотцов Аори и Сваги. Сама Морана не стала проверять его слова на соответствие действительности, ибо знала, что поступила правильно и в соответствии с волей почившего Вершеня. После подобного прощания, освободившиеся от тягот земного существования, души обретали способность свободно отправляться к месту нового назначения.
Несмотря на все свое самолюбивое существо, Морана безмерно грустила по ушедшим дорогим ей людям, что старалась всячески скрыть от окружающих. А потому сочла несвоевременным прибытие на орбиту Ансера великопосольского флота из десятка блистающих вайтман во главе с Сивой Жгучим. Настолько, что не стала организовывать встречу прибывшей миссии.
«Зачем пытаться соблюдать приличия, если соблюдаешь траур, - попыталась привести какой-то аргумент Морана для объяснения самой себе этого поступка, однако понимала, что довод субъективен и слишком несущественен.
Однако же Сива Жгучий не проявил никакого неудовольствия. Наверное, потому, что повидал всякое за тысячелетия жизненного пути. А еще потому, что понимал многое из того, чего не выразить человеческой речью. Если не так, ему, одному из отпрысков древней родственной линии Аори, не поручали бы щепетильные дела, требующие большого такта и понимания ситуации. Не дождавшись встречи на орбитальной платформе, Сива поступил так, как поступил бы только мудрый человек – вошел в положение представителей скорбящего чертога и сделал первый шаг сам. Блистающая расписными одеяниями, посольская процессия торжественно, но в полном молчании спустилась на поверхность Ансера и прибыла во дворец.
Морана, наблюдавшая за церемониальной процессией через систему планетарного наблюдения, в полной мере оценила тактичность главы миссии. А посему, облачившись в скромное темное одеяние, лишенное украшений и росписи, встретила почтенных посетителей в зале официальных приемов, еще не приведенном в порядок после произошедших трагических событий и несущем на своих стенах следы воздействия энергетического оружия, стоя рядом с опустевшим троном правителя.
- Здравствуй, наследница великого Вершеня, - выступил из ряда величавых старцев рослый муж в свободном обрядовом одеянии, ниспадавшем с широких плеч серебристо-серой волной.
Своими белокурыми волосами Сива почти не отличался от седых спутников, однако, в отличие от них, совсем не касался немощным. Напротив, его могучее развитое тело выдавало возраст зрелости, но не увядания, а светлые волосы и густая борода совсем не выглядели сединою. Перед Марой стоял славный вой и правитель, известный славными делами далеко за пределами ирийских чертогов.
- Здрав будь великий Сив, - почтительно склонилась пред ним Морана Белоликая, отдавая гостю дань уважения, - Не ожидала я увидеть столь знатное представительство в такое суровое для нашего чертога время. Я, как и люди чертога, нахожусь в великой скорби и трауре.
Сива окинул ее тонкую изящную девичью фигуру и, очевидно, остался удовлетворен внешностью и обращением, хотя и не показал этого явно. Его лик, над которым довлели голубые яркие очи, остался торжественно невозмутим во время всех высокопарных речей, произнесенных в свой черед ритуальными старцами.
- Так с чем же прибыли столь важные гости? – спросила Морана, дождавшись от посольского гостя короткого кивки и посчитав, что обязательная вступительная часть приема окончена, - Наша скорбь принадлежит нам, и выносить ее в чертоги ирийские мы не намерены.
- Не права ты, Морана Белоликая, - спокойно возразил Сива, оглаживая бороду, - То не только ваше, но и наше горе, ибо Союз Ирийских чертогов совсем не чужд вам. И беда ваша для нас не сторонняя. Чертог без правителя – лакомый кусок для врага.
- Думаю, что правителя Ирийский Союз для нас найдет без особых проблем, - возразила Мара с улыбкой, - Много славных мужей в его рядах.
- Много, - согласился Сива, - И Вышень Световид также был из их числа. Однако ныне не только в том стоит вопрос.
- В чем же?
- В том, что такое событие вообще могло произойти, - при этих словах очи Сивы внезапно поменяли оттенок на тускло-стальной, и Морана вдруг поняла, почему его прозвали Жгучим, - И я прибыл для того, чтобы составить представление о том, где и какую слабость нащупал противник в нашей обороне. Именно для этого Сварог Огненный послал меня с посольской миссией. Он приглашает Морану Белоликую, нанести ему визит в его владениях.
Мара промолчала, задумавшись. Несмотря на весь траур, на всю скорбь, приглашение от великого правителя не могло считаться тем, которое можно проигнорировать. И по большому счету, это приглашением могло считаться с приличной натяжкой. Правитель Чертога Медведя, в данном случае представлявший в своем лице ирийское правосудие, являлся тем самым лицом, которому надлежало провести разбирательство произошедшего на Ансере и сделать определенные выводы. А посему, отказа не подразумевалось.
- Сварогу Огненному стоило только сообщить, что он хочет увидеть меня пред своими очами, - склонила Морана красивое чело, - И я бы прибыла к нему по собственной воле. Лично и без сопровождения.
Произнеся это, Мара непринужденно откинула со лба густые пряди тяжелых черных волос, сверкнув серебром массивного перстня на удлиненных бледных пальцах.
- Занятная вещь, - заметил Сива, присмотревшись к украшению, - Но более подошла бы зрелому мужу. Слишком тяжеловесен с подобным навершием. Цветущей деве подошло бы изящное кольцо с самоцветом.
- Не соглашусь, - загадочно улыбнулась Морана Белоликая, взглянув на перстень, вместо камня украшенный металлическим конусоподобным наростом, более походящим на хищный клюв, - Этот перстень именно по мне. И я поклялась с ним не расставаться. Луше поведайте, когда мы отправляемся?
- Когда только ты будешь готова, - склонился пред ней изъявитель воли Сварога.
-Ну что же, - согласилась Мара, - Тогда отправляемся через час.
Она, вопреки принятым традициям, не стала отправляться в путь в составе пышной процессии. Вместо этого наследная дева взяла с собой в путь только одну горничную и пятеро воев из числа дворцовой стражи. Этим она подспудно желала донести мысль до принимающей стороны, что всецело доверилась представителю посольской миссии.
- А ты налегке, - скупо констатировал ее появление Сива Жгучий, дождавшись в той же гостевой зале, - Слишком налегке для девы правящего дома. Может дать еще времени для более добротных сборов?
- Ни к чему, - пожала плечиками Морана, дерзко сверкнув черными очами, - Я не чувствую необходимости в охране, находясь среди побратимов Вершеня Световида.
Она выглядела необыкновенно хорошо в выходном одеянии из меха полярных лисиц, выгодно оттенявшем бледность и выразительность черт ее милого утонченного лика.
- А к чему тогда это? – кивнул Сива в сторону небольшого посеребренного серпа, висящего у Мораны на левом бедре в кожаной перевязи, - Доверие не переходит определенных границ?
- Отнюдь, - спокойно ответила та, слегка погладив дланью изящную ручку, инкрустированную по обеим сторонам хвата самоцветными камнями, - Дело не в опаске, уважаемый Сива. Этот предмет я оставила на память о его предыдущей владелице…Ноцене Лунной. И, согласно моему обету, серп отныне всегда при мне.
Сива Жгучий, мудрый и видевший многое в своей длинной жизни, услышав именно такие слова, ограничился глубоким поклоном, сумев вложить в него свое искреннее невольное уважение. Почтение к предкам приветствовалось у любого представителя Ирийского древа.
В пику явному аскетизму Мораны Белоликой, сопровождение великого посольства оказалось чрезмерно внушительным и насчитало помимо делегации велеречивых старцев малую дружину из сотни воев в тяжелом боевом облачении, блистающем тусклыми серебристыми бликами на бронепанцирных био-доспехах. Многолюдная процессия оказалась слишком велика для быстрой транспортировки с поверхности планеты на гравилифте одной отправочной станции, а потому ее пришлось разделить, отправив часть воев вместе со старцами на другую платформу. Это обстоятельство спровоцировало легкую суматоху, продлившуюся какое-то время. Поднятый гвалт улегся, едва вся процессия объединилась на орбитальной платформе, ожидая прибытия транспортной флотилии.
Стоя на обзорной площадке приемного порта орбитальной платформы, Морана Белоликая зачарованно следила за тем, как китообразная туша вайтманы с пузатыми куполами неизвестного, но скорее всего военного назначения, блистая на свету близкой звезды яркими голубоватыми металлическими отсветами осторожно сближается с конструкцией платформы на расстояние гравитационной лифтосвязи. Зрелище завораживало ее спокойной красотой космического пространства, холодной и размеренно безупречной. Так еще завораживать способен только океан, хотя там эта мерность имеет иную, животворную природу. Космическая пустота дышала спокойствием вечности, безразличной ко всему живому. Дыхание вечности…дыхание смерти… У приемного порта платформы холод пробирал до мурашек, однако этот холод пришелся ей по душе. Он выглядел почти ручным, запутавшись и притаившись где-то среди густого ворса ее пышного мехового одеяния. Поймав изучающий взгляд сопровождающего ее Сивы, брошенный искоса из-под нависших густых бровей, она машинально поправила объемную шапку из белоснежного ворса полярного зверя. Если бы сопровождающий только знал, как созвучна душа девы к этому ледяному дыханию вечности, как она понимает ее, умея заглянуть в ту ипостась, что недоступна подчас даже самым могучим формам разума тех народов, что в разные времена населяли этот сектор галактики…
- Пора, - произнес Сива Жгучий и указал дланью в сторону приемного проема, обозначившегося голубоватым свечением гравитронного транс-портера, - Прошу тебя, Морана Белоликая, пройти вперед.
Она послушно шагнула в проем, привычно отметив мгновенную, едва дрогнули веки, смену пространственной координации, и оказалась в помещении приемного порта вайтманы, представленного небольшим овальным помещением со стенами стального цвета. Ни сказав, ни слова, она прошла по пандусу к выходу, где и остановилась, ожидая перемещения остальных членов процессии рядом с группой воев боевого охранения, в чьей броне, переливами играли блики, напоминающие сияние чешуи диковинных океанических созданий родного Ансера.
Перемещение многочисленной процессии Великого посольства предполагало некоторое время, однако Сива не стал ожидать, пока в приемном порте виманы закончится длинная гомонящая вереница давешних напыщенных старцев, и пригласительным жестом увлек Мару вглубь коридорных переходов, освещенных мягким желтоватым светом…
_____________________
…Переход в земли Чертога Медведя оказался на удивление недолгим, уложившись в два подпространственных прыжка. Впрочем, погруженная в себя, Мара не углублялась в тонкости межпространственной навигации, предпочитая провести время в библиотеке, либо в зале познаний вайтманы, содержащей на удивление огромное количество всякого рода сведений о мирах как Ирийского Сада, так и иных, что соприкасались с ирийскими в той или иной мере. Сива Жгучий, один из известнейших правителей и воев, помимо своей основной деятельности на стезе междумировой политики, обладал славой великого исследователя. Он тысячелетиями пытливо изучал биологические проявления вселенной и являлся одним из известнейших коллекционеров образчиков самых различных жизненных форм. Морану, чей разум пока ограничивался только познаниями биологии Ансера, необычайно заинтересовала перспектива познакомиться с иными мирами и землями, где обитали диковинные существа со столь же диковинной биологией.
Может быть поэтому, к досаде любознательной девы, едва успевшей окунуться в кладезь знаний, путешествие в пределы Чертога Медведя показалось слишком коротким, а те три суточных стандартных интервала, что были отпущены на переход вайтманы между мирами, показались мигом, чудовищно недостаточным для жадного к знаниям разума. И когда ее, погруженную в очередную книгу, вернули к реальности известием о скором прибытии в анкилон «Небесного Медведя», Морана ограничилась кратким кивком, за которым укрылось самое настоящее разочарование. Лишь рассуждение о том, что она может еще вернуться к своему прерванному занятию после церемонии знакомства с великим Сварогом Огненным, смогло приглушить скрытое, но такое резкое недовольство.
С этой мыслью Мара послушно позволила горничной облачить себя в парадное меховое одеяние и в сопровождении личной охраны прибыла к знакомому овальному порту переходного гравишлюза.
К удивлению, гостью там встретила немногочисленная группа воев, пред которой, словно глыба в своем давешнем одеянии, срывающем очертания могучей фигуры, с непроницаемым ликом стоял в ожидании Сива Жгучий.
- Где же...остальная…пышная процессия? – несколько оторопело вопросила Морана, - Где все ваши…мудрые старцы?
- Зачем нам весь этот антураж? – вопросом на вопрос ответил Сива, спрятав легкую улыбку в густую бело-серебряную густо курчавую бороду, - Тем более, что наш визит не требует громогласности.
- Хорошо, раз так, - отозвалась она и уверенным шагом двинулась в сторону проема гравишлюза, - А то я слегка утомилась от лишнего галдежа.
Сива при этих словах едва слышно и многозначительно хмыкнул, прежде чем направиться следом.
Лишь спустя время Морана Белоликая сумеет оценить всю красоту и величественность анкилона «Небесный Медведь», являвшегося одной из основных цитаделей Сварога Огненного. Это будет гораздо позже. Пока лишь ей довелось оценить красоту только приемного порта этого космического сооружения – огромного помещения с высоченными, уходящими куда-то в темный свод потолка колоннами из черного посеребренного гранита. В центре помещения начиналась массивная лестница из каменных блоков, также ведущая куда-то наверх.
- Прошу тебя, Морана Белоликая, - пригласил ее жестом Сива, взмахнув широким расшитым рукавом, - Нам туда.
Холод, обитавший здесь ощущался едва ли не сильнее, чем на родной орбитальной платформе Ансера. И это ее вполне устраивало. Холодно и спокойно. Космически спокойно. А потому, преисполнившись этого спокойствия, Мара неторопливо двинулась вверх по этой длинной лестнице, слегка подобрав рукой подол своего мехового одеяния.
Великолепие анкилона не закончилось весомой красотой колонного зала, перейдя в ажурные, расписанные красным золотом коридоры. Золотая затейливая вязь на белоснежье стенных покрытий опутывала все помещения, что попадались на их пути, изредка напоминая гостье переплетения некой паутины. Это оказывало на нее несколько давящее ощущение вкупе с изменившейся воздушной атмосферой, принесшей легкое тепло.
- Скоро? – не утерпев, спросила Морана, полуобернувшись к идущему рядом Сиве.
Воев охранения рядом с ними уже не оказалось.
- Пришли, - кратко известил тот, толкнувшись в одну из боковых дверей.
Помещение, в котором они оказались, судя по объемности, залом для приемов не являлось. Скорее, оно существовало каким-то подобием горницы, несущей на себе печать общего великолепия, однако предназначенной более для задушевного общения, чем для светских раутов. Это понимание приходило при виде на удобную мебель, искусно вырезанную из пурпурно-красной древесины с красивыми разводами, напоминающими сеть кровеносных сосудов. На одном из таких резных кресел в центре помещения в ожидании восседал правитель Чертога Медведя.
- Прошу мою гостью, - провозгласил он, поднявшись со своего места и изобразив широкий пригласительный жест рукой, - Было желание встретить более пышно, однако друг мой Сива поведал мне, что ты не склонна к участию в парадных мероприятиях. Так это?
Мара никогда ранее не видела Сварога Огненного, однако, случись бы ей встретиться с ним при иных обстоятельствах, она, скорее всего, сумела определить того, кто находится пред ней.
«Теперь я могу понять Ладу, которая потеряла голову из-за этого выдающегося мужа, - подумала она, окинув собеседника быстрым критическим взглядом, - Он стоит того».
Правитель Чертога Медведя, несмотря на зрелую стать и легкую грузность, отличался на редкость пропорциональным мужским телосложением. И даже густая серебристо-белая борода с остаточными намеками на былой оттенок соломенной позолоты, не придавала возраста его внешности, лишь оттеняя строгий правильный лик. Красно-синее комбинированное ритуальное одеяние свободного кроя, густо расшитое древними знаками, сидело на мощном теле Сварога с определенным изяществом, не скрывая рельефа развитой мускулатуры.
- Это так, - вслух подтвердила она и, скинув меховую накидку в руки бесшумно появившейся рядом горничной девы, присела на одно из кресел, повинуясь жесту правителя, - Лишний шум не для меня. Хотя бы сейчас.
- Черта, довольно непривычная для столь молодой особы, - констатировал Сварог, опускаясь в свое кресло, и взмахом длани, приглашая Сиву последовать его примеру, - Однако очень красноречиво говорящая о серьезности характера. Лада лестно рассказывала о тебе, однако предпочтительнее взглянуть самому.
- Лада будет присутствовать при разговоре? – поинтересовалась Морана Белоликая, заглянув в очи правителя настороженным взором.
При мысли, что придется встретиться лицом к лицу со сводной сестрой, где-то в глубине ее души заворочалась неупокоенная совесть, хотя видимых посылов к тому вроде и не имелось. А еще жалость к погибшим приемным родителям и похищенным сводным сестрам, для спасения которых она пока не предприняла ни единого шага. А могла бы? Вопрос повис в пространстве чисто риторическим символом.
- Будет, но позже, - несколько успокоил ответом Сварог, будто угадавший ее мысли, - Ваша встреча сейчас принесет только неуместные для трезвого разговора эмоции.
Морана, внешне не проявила никакой мимики, но ощутила некоторое облегчение.
- Я долгое время был другом и побратимом Вершеня Световида, - продолжил Сварог, подождав, пока его гостья устроится на предложенном ей месте, - И потому принял известие о его гибели очень близко к сердцу. Славный вой и славный правитель, прошедший большой и славный путь. Смутило, что погибель свою он встретил, оказавшись в очень неблагоприятной ситуации, не оставившей ему иного выбора, чем пасть на поле битвы. Я бы хотел узнать, чье предательство послужило тому виной.
Несмотря на ровный тон, вопрос сокрыл в себе опасный подвох. Стало понятно, что правитель чертога остро желает разобраться в обстоятельствах случившейся трагедии.
- Моего приемного отца сгубило предательство в виде потери осторожности, славный тарх, - ответствовала Морана, сверкнув прямо в лик собеседника пронзительным взором черных очей, - Ибо, однажды, столкнувшись при захвате мира Ансера с обстоятельством в виде бесследного исчезновения бывшей правительницы и значительной части ее воинского контингента, он ограничился формальными мерами общей безопасности, не задавшись целью узнать природу этого странного явления. Нельзя было успокаиваться, оставив без внимания такую, пусть и спящую, угрозу. Все равно, что подложить мощный заряд взрывчатого вещества под фундамент собственного государственного устроения…
По всей очевидности, ее собеседник не ожидал услышать именно такую речь, достойную иных правителей. Изумление отразилось на его лике, не оставив и следа от прежнего выражения человека, настроенного допрашивать.
- То есть, ты уверена, что произошедшему не послужило причиной измена кого-то из близкого круга подданных?
- Отнюдь, - отрицательно мотнула челом Мара, отчего ее густые черные кудри колыхнулись подобием волны, - Приближенные Вершеня Световида, находившиеся рядом, до единого вступили в неравный бой и сложили свои головы в той жестокой битве, не задумавшись о своей жизни. Даже моя приемная мать и сестры, далекие от искусства воев, попытались оказать сопротивление. Ноцена Лунная до последнего вздоха защищала себя и своих чад…вот этим, - она коснулась кожаных ножен у своего бедра, из которых виднелась резная рукоять боевого серпа.
- Если все так, тогда не просветишь ли ты нас в том, как враг проник так близко, чтобы нанести столь мощный и неожиданный удар?
Изменение отношения к ней Сварога несколько польстило самолюбию Мораны, однако и поставило перед ней моральную дилемму. Для той, что произвела такое впечатление на тарха, наступил момент выбора, как повести себя, и какую сторону выбрать. От этого выбора зависела стезя, по которой ей суждено отныне идти.
- Ну что же, - внезапно решилась она перешагнуть барьер откровенности, сочтя это наиболее правильным, - Изволь. Вершень Световид, великий вой и дальновидный правитель, не сумел разглядеть у себя под носом ту самую лазейку, через которую уползли побежденные змееподобные наргалы во главе со своей правительницей Параскеей. Не сумел понять и того, что эта потаенная лазейка, устойчиво существующая в пространстве на протяжении круголетов, станет той самой причиной, из-за которой враг и сумеет проникнуть в самое сердце охраняемого дворца. И эта лазейка – есть сеть межпространственных троп, устойчивых в пространственной и временной структуре бытия, активирующихся по прихоти своего создателя и его приближенных. Именно таким образом накануне штурма в мои покои проникла Параскея, попытавшись склонить на свою сторону и сторону того, кто стоял за ее послушной спиной…
- Почему? – кратко вопросил Сварог, подобием окаменевшей статуи выслушавший речь Мораны, - Почему она пыталась склонить тебя на свою сторону? И от чьего имени выступала?
- Великий Сварог разве ничего не знает о тайне моего рождения? – черные глаза Мары сверкнули плохо сокрытым раздражением, - И разве не догадывается он, именем какого родителя я должна называться? Он создал не только меня, но и саму Параскею, которая служит ему со всей преданностью своей змеиной натуры. Это Чернобог Пекальный. А потому, имея в планах нападение на так недавно образованные территории Чертога Лисы, он решил склонить на свою сторону созданное своим гением и своими усилиями дитя.
- Видимо ты имеешь для него определенную ценность, - нарушив гробовое молчание, со своей стороны подал голос Сива, - Ибо он, как правило, создает не столько своих отпрысков, сколько экспериментирует с собственным жизненным началом и жизненными началами других существ в поисках наиболее эффективных форм. Параскея-Змея твоя мать?..
- Нет, - с долей пренебрежения отрезала Морана Белоликая, - Параскея – всего лишь один из его экспериментов. Не очень удачный, но очень преданный. Во мне же он нашел более удачное сочетание сил и свойств. Оттого и отправил свою послушницу тайной тропой, чтобы дать мне шанс уцелеть в предстоящей бойне и заявить о своих родительских правах.
Повисла пауза, во время которой оба ее собеседника напряженно размышляли об услышанном. Без сомнения, Морана Белоликая говорила правду, предпочтя прямо обозначить себя и свое происхождение, чем утаивать эту информацию, способную принести ей страдания и угрозу жизни при определенном стечении сопутствующих обстоятельств. Ее прямота и правдивость невольно вызвали сочувствие и симпатию.
- Основа технологии, позволившей Чернобогу Пекальному создавать узконаправленные и малотуннельные подпространственные проколы, да еще устойчивые в пространстве и времени, суть задача, доселе нам неведомая, - нарушил молчание Сварог Огненный, - Но то в его духе. Нам давно известно, что он ведет исследования в этой области. И только поняв природу этой технологии, ее принципы, мы сможем найти способ противодействия. Пока же это не будет сделано, Чертог Лисы, как минимум, останется в постоянной опасности нового вторжения.
- Я пока не сумела понять принцип действия этих троп, - задумчиво высказалась Мара, - Хотя, кинувшись за убегающей змеей – Параскеей, сумела пройти в портал…
- Кинувшись? – переспросил Сива, слегка приподняв густую бровь.
- Кинувшись, - спокойно подтвердила она, - Когда разговор не задался, эта тварь попробовала напасть на меня. Когда и это не удалось, поспешила сбежать. Бросившись следом, я тоже прошла в портал, однако настичь ее не смогла. Попала в иное место. А выбираясь из него обратно, пропустила начало штурма дворца. Уже после, воспользовавшись тем, что скоротечная битва уже прокатилась мимо моих покоев, я проследовала в подземные этажи, где и нашла место, чтобы спрятаться. Помогать родным и спасать кого-то, очевидно, я опоздала…
Сварог Огненный переглянулся с Сивой, однако высказываться не стал. Задумался, уйдя куда-то глубоко в себя. Надолго. Его собеседники также замолчали, в свою очередь задумавшись о своем.
- Ну что ж, - вдруг подал голос грозный тарх, - Я не стану более выспрашивать тебя, наша почетная гостья о том, каковы были те трагические события. Вершень Световид, мой побратим, принял тебя в свою семью и посчитал своим отпрыском, дав при этом все сопутствующие права. А потому, учитывая все обстоятельства, Союз Ирийского сада примет тебя, Морана Белоликая, как законную дщерь своего великого отца и, ввиду гибели всех остальных наследников, единственную законную правительницу Чертога Лисы…
При этих словах Мара встрепенулась и резким движением вскочила со своего места.
- Сварог Огненный не прав, - горячо возразила она, дождавшись, когда тот сомкнет свои уста в обычный волевой изгиб, - Ибо из семьи Вершеня Световида достоверно известно только о гибели троих. Тела поверженных в схватке Вершеня, Ноцены Лунной и юной Гасты обнаружили воины на месте трагедии. Судьба остальных трех дочерей осталась неизвестной, и я уверена, что их души не бродят среди тех, кто ушел из мира живых существ.
Ей не следовало говорить что-то о душах. Встрепенувшись, тарх внимательно посмотрел в черные очи девы. Мара вдруг ощутила его желание попытаться проникнуть в ее ментальное «Я». Она даже ожидала, что он предпримет попытку вторжения, ощутив запоздалую опаску. Однако правитель Чертога Медведя имел достаточный опыт и такт, чтобы не поступить подобным образом.
- Хорошо, если так, - произнес он вслух, - Но для чего Чернобогу похищать дочерей Вершеня? О каком-либо выкупе за них, как и о том, что они живы, не шло и речи, хотя прошло достаточно времени.
- Я не знаю, - пожала плечиками Морана, - Ибо мне не известны планы и побудительные мотивы Пекального владыки и его союзников. Знаю только то, что Скипер-Зверь руководил набегом рогатых воинов на дворец правителя Чертога Лисы…
- А вот это кое-что для меня проясняет, повелитель, - вдруг подал голос, оживившийся Сива Жгучий, - И ты должен вспомнить, что именно Скипер-Зверь фигурировал в той истории с твоим сыном.
- Да, - подтвердил Сварог, помрачнев ликом, - Этот враг известен нам. Он могуч и коварен, аки змей.
- Он не змей, - возразил Сива, - Впрочем…
- Я ни слова не поняла из сказанного сейчас, - прокомментировала Мара, вновь присаживаясь.
- Союз ирийских племен не единожды сталкивался с этим чернобоговым порождением, - неохотно пояснил тарх, раздраженным движением пригладив курчавую светло-русую бороду, - И однажды я едва не лишился моего сына Перуна, вступившего с ним в битву и не заметившего западни…
Морана заметила, что слова даются Сварогу с немалым трудом. Грозный с виду, тарх имел большую отцовскую душу и, по всей видимости, горячо переживал о своих отпрысках.
- Это старая история, - перехватил нить речи Сива Жгучий, заметив волнение Сварога и переключив внимание на себя, - Из которой дети Ирийского сада сделали ряд определенных выводов и определили роль Скипер-Зверя. Он не только великий воин, получивший изрядную славу на поле брани. С давних времен Скипер известен, как довольно беспринципный исследователь животворных начал, особенно известный опытами в воздействии агрессивных мутагенов на живые организмы… Так что, боюсь, Морана, что твои сестры попали в очень плохие руки…
- Я поняла, - кивнула Мара в ответ, - Однако я не оставлю попыток найти их и вернуть из неволи.
- Будем надеяться на лучшую долю для отпрысков Вершеня, - согласился Сива, явно стремясь закрыть щекотливую тему.
- Прошу меня извинить, - кажется Сварогу Огненному, наконец, удалось справиться со своими эмоциями, - И не будем углубляться в тему, несущую для меня плохие воспоминания. По крайней мере, не сейчас. Главное, что я и мой верный друг, Сива, нашли в тебе умного собеседника и, надеюсь, верного союзника. Мы, как побратимы и верные соратники Вершеня Световида отныне готовы оказать нашу помощь наследной правительнице Чертога Лисы …
- И потому принимаете меня в зале для тайных встреч? – с улыбкой спросила Морана, - Я не люблю напыщенность, однако склонна придерживаться принятого этикета.
Она почувствовала, что одержала серьезную политическую победу.
- Еще раз прошу меня извинить. Мы не были уверены в верности наших суждений, пока не встретились лично для обсуждения своих представлений и позиций. Ныне же, будучи убежден и видя родственную нам душу, я готов официально признать твое право наследницы. Так что сегодня моя гостья отдохнет от перелета, а завтра мы устроим пышный и официальный прием.
Прощание, ограниченное сдержанными церемониальными словами, вышло кратким, после чего, на правах сопровождающего, Сива Жгучий повел Морану к гостевым покоям.
- Мне кажется или мой визит принес тарху неприятные воспоминания? – тихо поинтересовалась Мара, следуя рядом с ним к выходу из помещения.
- Не показалось, - также тихо признал Сива с задумчивым видом, - Сварог Огненный, несмотря на всю свою воинскую твердость, оказался очень трепетным родителем для своих отпрысков…
- Этим он напомнил мне Вершеня, - произнесла Морана Белоликая и хотела добавить что-то еще, однако осеклась.
У выхода из помещения они едва не столкнулись с двумя молодыми мужами в костюмах свободного кроя, украшенных орнаментом рунической росписи. Мужи, схожие друг с другом почти как близнецы, увидев выходящего Сиву со своей спутницей, тотчас же почтительно остановились у дверей, предоставив им возможность пройти, и поприветствовали Морану уважительным поклоном. Она, поклонившись им в свою очередь, прошла мимо, не забыв рассмотреть каждого из незнакомцев цепким внимательным взором. Нет, не близнецы, хотя и явно отпрыски одного родителя. У каждого из них имелись характерные родственные черты – волевой лик с выраженными скулами, вьющиеся вихры волос светло русого оттенка. Однако у первого волосы несли легкий рыжеватый оттенок, тогда как у второго они имели легкий оттенок старого золота. И очи… Они были разные. У первого мужа они серо-стальные, жесткие…и…с каким-то отблеском чего-то скрытого (безумия?). Мара не совсем поняла, что скрывалось за взглядом этого человека, однако данная непонятность ее насторожила. Зато очи второго, небесно-голубые и чистые, напротив, привлекли… Окунувшись в эту чистую глубину, наследница Чертога Лисы внезапно смутилась и поспешила отвести свой взгляд. Может быть ей показалось, но в голубых очах она также заметила ответный интерес. Красив…
- Мне показалось, или эти люди – есть те самые отпрыски тарха, о которых у него так болит душа? – поинтересовалась Морана, едва Сива увел ее от залы приёма в одно из ответвлений перехода.
- Не показалось, - ответствовал Сива, осторожно взвешивая слова, - Первый из них и есть Перун…
- Что же с ним произошло? Мне показалось, что с ним не все нормально. И Сварог не пожелал поведать…
- Это не секрет, - покачал челом Сива, - Просто ему тяжело говорить на эту тему. После произошедшего, Перун Сварожич, прозванный Разящим, изменился, так как неведомая темная примесь просочилась в его душу извне, отравляя ее, словно яд. Ведуны говорят, что ему ежеминутно приходится бороться с этим сумрачным образованием и внутренняя борьба отражается на поведении и облике.
- Что же произошло с ним, славный Сива? – задала следующий вопрос Мара, хотя уже примерно догадывалась, что может услышать далее.
- Если вкратце, - ответил тот, - То однажды в пространстве наших чертогов объявились вражеские силы, действующие в нем с особой жестокостью и небывалой дерзостью. Опустошительным набегом они разорили один из миров, уничтожив большое число невинного народа во главе с правителем, разбили немногочисленную дружину и пленили трех дочерей правителя, спрятав их на своей территории, прежде чем подошла помощь дружинных воев.
- Знакомый почерк, - скупо прокомментировала Морана Белоликая.
- Точно так, - согласился Сива, - Так мы узнали о появлении у наших границ нового врага, принявшего бразды правления территориями, ранее большая часть которых входила в царство Черного Змия. Скипер-Зверь – порождение Чернобога Пекального, один из лучших его военачальников и ныне правая длань его отпрыска – Коша Хладного.
- Как же звали этих несчастных дев?
- Утреня, Дневка и Вечорка. Дочери правителя мира Ириона-ди. Судьба их оказалась действительно несчастна. Ибо, когда подоспела помощь, то она порядочно опоздала. Несмотря на все усилия нашим ведунам так и не удалось исправить то, что сотворила злая воля Скипер-Зверя.
- Теперь я начинаю понимать, - покачала челом Мара, - Как скоро удалось их найти?
- Поиски заняли довольно небольшое время, - Сива обратил на собеседницу невеселый взор, - И вылазка легкой дружины во главе с Перуном увенчалась успехом… Поначалу…
- Как так? – не поняла сразу она.
- То была западня, - усмехнулся воевода Сварога, горестно сложив уста под пышными усами, - Устроенная коварным врагом. Едва дружинный люд успел обнаружить похищенных дев, как по ним ударили превосходящие силы противника. Вои чудом сумели отправить эвакуационный транспорт с полонянками, однако полегли до единого. А Перун, отчаянно защищавшийся до последнего, попал в руки Скипер-Зверя.
- Если так, то почему он, в отличие от дев, сумел уцелеть?
- Это относительно, - Сива явно не хотел подробностей, но видимо в последний момент решил ничего не скрывать, - Девы, в отличие от Перуна, в момент полонения не имели никакой защиты, тогда как сына Сварога защищала замкнутая силовая система, позволившая запечатать его тело в энергосиловом коконе твердости и погрузить самого обладателя в бессрочный сон. Силовой кокон – есть изобретение ведунов чертога и крайняя мера для защиты особо значимых персон.
- Полезное изобретение, - кивнула Морана, - Особенно для сохранения жизни тех, кто в силу своей роли и значимости особенно подвержен опасности. Если бы подобная защита имелась у моего приемного родителя…
- Абсолютной защиты все же не существует, - возразил Сива Жгучий, - Хотя к этому постоянно стремятся ведуны и зничи. Силовой кокон использует набор меняющихся энергетических комбинаций, создающих надежный заслон для противодействия вражеским посягательствам. Надежный, но не непреодолимый. Юный Перун застрял в таком положении на триста лет и три года, а за это время вполне реально найти ключик к любому замку.
- А разве его не искали? - в удивлении подняла черные бровки Мара, - Система защиты должна обладать системой подачи сигнала.
- К сожалению, это в идеале, - тряхнул седой бородой Сива, - На деле, система подачи сигнала весьма ограничена в возможностях. А учитывая знания и возможности Скипер-Зверя, возможно заэкранировать и заглушить сигнал, что сводит почти на нет возможность скорого обнаружения. Впрочем, юному Перуну повезло гораздо больше освобожденных пленниц, так как беззащитные жертвы оказались сразу инфицированы агрессивным мутагеном и подверглись большим изменениям во всех планах существования организма.
- Неужели не было возможности их излечить?
- Нет, - отрицательно покрутил челом ее собеседник, - Тогда наши ведуны с подобным не сталкивались. Мутагены изменяли не только тело, развивая в нем химерические признаки и давая дополнительные функции органам и конечностям. Они еще изменяли разум и душу сущности, наполняя ее звероподобной чернотой, жестокостью и кровожадными инстинктами. Так что, в той ситуации, не в наших силах, оказалось, излечить бедных полонянок… Точнее то, в кого они превратились…
- А ныне? Ныне научились? – не унималась Морана.
- В какой-то мере мы что-то можем с этим сделать. Но это не абсолютно обратный процесс, - развел в стороны длани он в жесте неопределенности, - Зничи ищут такой путь до сих пор, но каждый раз Скипер-Зверь опережает их на шаг, применяя все более изощренные способы мутагенного воздействия. Взять Перуна, так недруги, отчаявшись пробиться сквозь защиту твердыни кокона, смогли достать его энергоманипуляцией сквозь микропрокол самого пространства. Что это было за воздействие, мы не можем узнать до сих пор, но ментальная сфера его разума оказалась уязвлена самым неожиданным образом. Словно некий черный червь угнездился где-то внутри его сознания, исподволь отравляя его темными устремлениями и стараясь исказить восприятие структуры бытия. Лучшие ведуны доселе пытаются излечить отпрыска Сварога, но пока без особого успеха, так как темная примесь его разума умеет скрываться и мимикрировать…
«Неужели так страшен Скипер-Зверь? - подумала Мара, заинтересованная рассказом, - Хотя… Чернобог жесток, расчетлив и беспринципен, а значит, создает окружение себе под стать… А я?.. Какая же я?.. Неужто я…тоже…»
- А второй молодец, что был рядом с Перуном? – спросила она вслух, - Судя по виду тоже отпрыск Сварогов.
Она снова вспомнила глаза незнакомца, чистые и, как казалось, наполненные сочной лучистой синевой.
- Это Даждьбог Тархович, - Сива Жгучий, кажется, не обратил внимания на то, что ее голос едва заметно дрогнул, - Сварог на тот момент, когда его единственный наследник пропал на территории врага, остался одинок и не связан брачными узами. А потому, прекрасно зная о том, что род его в условиях непрекращающейся войны может прерваться, озаботился о том, чтобы обзавестись еще одним отпрыском. Так что Даждьбог – это еще один сын тарха, рожденный им от Матери Сырой земли за той только разницей, что в этом случае, помимо животворных начал самого тарха, в процессе рождения поучаствовали животворные начала родственного нам народа рус-алов, а именно правительницы Роси, безраздельно владеющей океанскими просторами звездной системы Тала…
Переход к гостевым покоям оказался недолгим, оборвав и без того скоротечный диалог. Впрочем, не без пользы, ибо между делом Морана получила хоть какое-то представление об истории семьи Сварога, а заодно об истоках личной вражды тарха с определенными персонажами из стана Витула. Пригодится.
Она степенно попрощалась со своим провожатым, после чего с задумчивым видом удалилась в отведенные покои, где и оставалась в одиночестве вплоть до следующего дня, не контактируя более ни с кем. О чем Мара думала все это время, для всех осталось тайной, однако в назначенное для приема время она, спокойная и погруженная в себя, с достоинством правительницы вступила в зал официальных церемоний, где ее чествовали народы Чертога Медведя.
Саму церемонию она не очень-то и запомнила. Какие-то проблески, наполненные ликованием разнаряженной толпы, громкие, восхваляющие ее речи ораторов в величественных одеждах и приветливый лик Сварога Огненного с отеческой улыбкой на строгих устах. Отдельным моментом запомнилась вымученная улыбка Лады-Славы, за которой она старалась скрыть свою скорбь от недавней потери близких, и ее грустные очи, на которые грозили навернуться горькие слезы.
После пышного официального приема растягивать визит Морана не стала. Не лежало сердце, да и тяжесть на душе навевала сплошь тяжелые мысли. Может из-за неопытности в политических делах. Что же, она разберется в себе потом, когда слегка отойдет от церемониальных впечатлений. С этой мыслью официально признанная наследница Чертога Лисы попрощалась с радушными правителями здешних мест и, более не затягивая время, попросила тарха отправить ее в обратную дорогу. Сварог Огненный, очевидно решив показать свое расположение, оказался настолько любезен, что отдал в ее распоряжение свою личную флотилию во главе с вайтманой для официальных визитов, блистающую роскошью и изысканной отделкой.
Мара безусловно высказала правителю и его свите провожающих много благодарственных слов, хотя, на самом деле ее вся эта блистающая роскошь не тронула совсем. Едва только она оказалась на борту космического транспортного средства, как распорядилась отпустить на отдых измотанную недосыпом личную охрану, а сама снова уединилась в отведенной ей каюте, отказавшись от обслуживания и трапезы. Вместо этого Морана Белоликая долго и молча сидела у обзорной космической панорамы пространства, вспоминая чистоту взгляда так запавших ей в душу светло-синих очей…
Глава 15. Смертельно и эффективно.
Секретная станция – лаборатория в глубинах космического пространства.
- Это одна из новых лабораторий, работающих по профилю нашего проекта, - произнес Паук, услужливо открывая дверь пред Ящером Раптом, - Обнаружить ее совершенно нереально, ибо сгенерированная блуждающая траектория в пространстве межсистемья не предполагает такого шанса.
- Даже случайного? – недоверчиво уточнил Ящер, проходя в ярко освещенное помещение экспериментального отсека, - Вот уж не поверю. Мизерная доля процента все-таки должна присутствовать.
На сдержанное хмыканье арахноида, следом за ними прошли четверо молчаливых воев из отряда личного охранения, замерев у входа. Паук А-Нут откровенно побаивался этих огромных раптов, отбираемых лично Ящером, ибо для него они, ростом превышавшие своего господина, да, наверное, и любого иного рептилоида обычных пропорций, казались почти монстрами. Вои безотлучно находились при правителе, обеспечивая охрану в любой момент времени, подчинялись любому его приказу, готовые умертвить первого, на кого укажет его перст, а во время отдыха по выбору правителя выполняли роли любовников обоих полов, что считалось в порядке вещей у этого племени. Впрочем, сейчас эти страшные вои старались не мешать, почти слившись с интерьером лаборатории.
- На эту мизерную долю имеется гравитрон большой мощности, - щелкнул костяшками перстов арахноид, следуя за ним, - Сама станция для экспериментов представляет собой усеченно-конусную конструкцию вокруг векторного стержня, коим является гравитронная пушка, способная нанести критические повреждения боевой вайтмаре. По сути, это боевое сооружение, для которой экспериментальная лаборатория – есть сопутствующее дополнение.
- Враг может быть сильнее или изворотливее, - скептически заметил правитель Триады Антареса.
- На эту возможность установлена система самоуничтожения, - парировал Паук, подходя к прозрачной бронестене лабораторного отсека, - Антивещество сожрет всю конструкцию за миг. Вместе с агрессором.
Ящер Рапт хотел что-то сказать еще, но взглянул через толщу бронестены и осекся. На него в упор глянули большие черные глаза с белками синеватого оттенка, щедро снабженными кровяными прожилками. Эти глаза довлели над общим образом громадного лохматого существа, громоздившегося по другую сторону на небольшой прямоугольной тумбе из такого же прозрачного материала, что и бронестекло.
- Он меня видит? – Ящер приблизил скуластый лик к самой поверхности прозрачной стенки, стараясь разглядеть детальнее подопытного, и тут же отпрянул, когда существо проделало то же самое с противоположной стороны.
- Видит, - подтвердил арахноид, - Хотя поверхность стены с его стороны зеркальная. Возможно, что его зрение имеет дополнительные спектры восприятия, о которых мы не знаем.
- Он сильно оволосен, - правитель Триады обернулся к Пауку, - И я не могу разобрать, к какому виду биологических организмов его можно отнести.
- Это смешанная форма, относительно близкая к форме гоминида, - сдержанно пояснил тот, рассматривая подопытного, - Две нижних и две верхних конечности, туловище и массивный череп. Расхождение наблюдается лишь на уровне суставов и сочленений, а также в расположении внутренних органов…
- Насколько он под вашим контролем?
- Контроль полный, - заверил Паук, - Можете убедиться лично.
Арахноид протянул конечность к полке с инструментом, находившейся от него сбоку, и поднял обруч мысленного управления, по форме и компоновке деталей схожий с обручем пси-защиты, что носил на себе, не снимая, Ящер Рапт. Паук водрузил обруч на свою безволосую голову-череп и привел его в действие, нажав на подвижный выступ включателя.
- Что же ты хочешь, тарх, чтобы он сделал? – зрительные элементы подручного бесстрастно воззрились на Ящера, - Существо готово к тестированию.
- Не знаю… Пусть встанет на тумбу и попрыгает на ней, разведя верхние конечности в стороны.
- Как угодно, - арахноид не проявил эмоций, сосредоточившись на задании.
Существо за стеной внезапно оживилось и поднялось на задние конечности. Длинные пряди толстых черных волос свободно ниспадали с них, колыхаясь при каждом движении, но нисколько не мешали разглядеть переливы сплетений могучих мускулов. Псевдогоминид послушно забрался на прозрачную тумбу и принялся скакать на ней, высоко подпрыгивая и широко раскидывая в стороны верхние конечности, столь же щедро снабженные мышечным аппаратом.
- Зачем ему такое обильное оволосение? – поинтересовался Ящер Рапт, внимательно наблюдая за подопытным, - Волосы станут помехой, когда он облачится в защитный костюм.
- Это не волосы, - спокойно ответил Паук, параллельно ведя управление процессом, - Это естественная защита от повреждений. Что-то вроде интуитивной брони. При определенном эмоциональном настрое псевдоволосы напрягают свою внутреннюю структуру, имеющую довольно сложное строение и большую прочность. Они легко сглаживают сильные удары, компенсируют даже гипертрофированное физическое воздействие и способны принимать на себя значительный диапазон разновидностей излучений без разрушительного эффекта. А защитный костюм этому существу не полагается за ненадобностью. Хотите увидеть его в деле? Я приготовил для опытов пару существ предыдущей рекомбинантной формации.
- Хочу, - коротко отозвался правитель Триады Антареса, не отрывая пристального взора, - Организуй мне полноценную схватку.
В глубине помещения отворилась потайная дверь, сквозь которую в него проскользнул по-кошачьи текучий силуэт размером с большого паската. Мягко переступая шестью большими опушенными лапами, новый подопытный крадучись стал заходить сбоку, явно выходя на вектор атаки.
- Паскат?
- Нет это другая форма, - скупо, не вдаваясь в подробности, объяснил Паук, - Она имеет больше сходства с драконовыми. Даже ядовитый шип на хвосте присутствует. Большее сходство с паскатом имеет третий подопытный. Его основная форма имеет с ним много общего.
Он указал на другой угол помещения, где открылся еще один проем, из которого, казалось, вывалился массивный темный ком шерсти. Оказавшись в помещении, третий испытуемый прижался к полу всем массивным, но пружинистым телом и настороженно заиграл пушистым хвостом. Вытянутая морда существа плотоядно ощерилась, продемонстрировав полный набор остроконечных зубов.
На первый взгляд правителю Триады показалось, что участь первого подопытного предрешена. Две других особи показались более подвижными и смертоносными за счет набора когтей и зубов. Однако, когда тот, повинуясь мысленному приказу Паука, обернулся для отражения атаки, все вышеперечисленные преимущества вдруг поблекли. Заметив угрозу, псевдогоминид сразу выпустил из своих конечностей длинные хищно изогнутые когти, и принял напряженную позу, явно изображавшую готовность к прыжку. Его длинная черная шерсть вдруг распушилась в сплошную ощетиненную поверхность, поверх которой (что поразило наблюдателя в лице Ящера особенно) в пространство плеснули ясно различимые протуберанцы струящейся темной энергии. Такое проявление энергетической составляющей Рапт наблюдал лишь у Чернобога Пекального, тело которого начинало излучать подобную энергию в моменты концентрации сил. Страшно изменившись, подопытный прыгнул навстречу драконоподу, решившемуся на атаку первым, и молниеносным движением когтистых конечностей снес тому голову, попутным движением распоров вдоль его удлиненное тело. Следующим прыжком он принял на грудь массивный псевдокашачий стан другого противника и, несмотря на то, что тот явно превышал его по размерам, овладел дергающимся туловищем и резким хватом могучих конечностей взял его на излом. Раздался громкий хруст сокрушаемого позвоночного столба, сопровождаемый пронзительным визгом существа, после чего оно обвисло, задергавшись в короткой агонии. Убедившись в поражении противника, испытуемый отбросил его прочь, однако пред тем, явно для того, чтобы убедиться, что тот более не несет никакой угрозы, с тем же громким хрустом разорвал оскаленную пасть на две кровоточащие части. Вслед за тем, явно по приказу экспериментатора, победитель вновь забрался на свой постамент и замер на нем в расслабленной позе.
- Какая славная победа, - покачал Ящер массивной головой, обернувшись к арахноиду, - И существа… Похожих на них не отыскать в доступном нам секторе галактики. Еще бы все они были так послушны, как этот гоминид.
- Это можно устроить, - заверил в ответ Паук, - Система психического подчинения включает в себя вживляемый датчик и алгоритм адаптации под нужного оператора…
- А если без него? – вдруг изобразил подобие улыбки Ящер.
- Я бы не советовал, - покачал головой арахноид, - Уровень агрессивности повышен, по сравнению с обычной разумной особью, минимум в три раза. Он сразу нападет.
- А Болезнь? Он знает, что она может стать причиной его гибели?
Правитель Триады кивнул в сторону стеллажа, где располагались капсулы со спорами, смертельными для рекомбинантов.
- Безусловно. Особь учует ее сразу. Но может попытаться завладеть ей, чтобы устранить угрозу.
- Я хочу попробовать. Дай! – потребовал Ящер, протянув чешуйчатую четырехпалую длань.
Паук Анут послушно достал из стеллажа капсулу и протянул ее повелителю.
- Надеюсь, что вы не хотите на самом деле войти…
- Сомневаешься, что сделаю? – Рапт скосил на него желтое, с темными прожилками око, сузив зрачок до состояния тонкой вертикальной ниточки.
Знавший о характере правителя, арахноид слегка попятился, одновременно указав на бронированную дверь шлюз, ведущую внутрь экспериментального отсека. Спорить было не в его компетенции. Если правитель Триады желает закончить жизнь в лапах у модифицированного монстра, то помощник паучьего происхождения ему явно не указ.
Впрочем, сумасшедшим намерение Ящера Рапт только выглядело со стороны. Прошедший несколько войн в одном ряду с великими воями Империи Ориона и набравшийся опыта анализа и управления, он привык просчитывать каждый свой шаг, до мельчайшей доли взвешивая все за и против. А потому, те, кто знал правителя Триады также близко, как и Паук, могли не сомневаться, что тот не станет рисковать понапрасну. Так что арахноид уже имел почти полную уверенность – у его господина уже сложился определенный план действий.
- Ко мне! – обратился Ящер к воям личной охраны и, подождав, пока они приблизятся, продолжил, - Войдите внутрь и стреножьте эту тварь. Хочу взглянуть на нее поближе.
Привыкшие подчиняться, тяжелобронированные вои-рапты вразвалку направились туда, куда им указали, на ходу активируя силовые наручи, призванные выполнять роль отражателей ударов. Использовать оружие, судя по тексту распоряжения, им не разрешалось. Подождав, пока охранники окажутся пред дверью, правитель Триады двинулся следом, на ходу активируя личный силовой клинок повышенной мощности. По его кивку арахноид понял, что нужно отворить дверь-шлюз.
Нужно отдать должное расчету и интуиции Ящера Рапта, сумевшего правильно предугадать ход событий. Едва лишь отворилась бронированная дверь в отсек, как существо сорвалось с тумбы, атакуя входящих. Огромным воям не помогли силовые наручи – в считанные мгновения, смазавшись в поле зрения присутствующих в большое пятно неопределенной формы, псевдогоминид, молниеносно орудуя большими конечностями, раскроил на куски всех четверых, щедро плеснув кровавым на прозрачное бронестекло. Он хотел достать и входящего последним в отсек Ящера Рапта, однако, умертвляя охранников, потерял ровно столько времени, чтобы дать тому возможность среагировать и нанести удар силовым лезвием. Распушенная броня-шерсть изрядно смягчила удар, однако не сумела целиком погасить его разрушительную мощь, позволив, хоть и поверхностно, но поразить напряженные мышцы существа. Пронзительный вой ударил по нервным синапсам и сотряс сознание правителя Триады Антареса, пробившись сквозь заслон пси-защиты и показав силу ментального потенциала, сокрытого внутри разума псевдогоминида. Покачнувшись от этого потрясения, Ящер Рапт судорожно сжал капсулу биологической смерти, раздавив ее корпус, и швырнул ее внутрь помещения, а затем, ухватившись за створ двери, привалился к ней грузным телом, отходя от удара по нервным рецепторам. Силовое лезвие в выставленной другой конечности смотрело вперед в готовности принять следующий натиск подопытного темного создания.
Впрочем, существо более не нападало. Пораженное внезапным спазмом, оно затряслось, роняя сгустки пены, обильно показавшейся из дыхательных отверстий, затем повалилось на пол отсека рядом с тумбой и задергалось в конвульсиях, более не походя на творение рекомбинации жизненных начал, способное навести ужас даже на своих творцов. Болезнь, коварно проникшая в его могучий организм, принесла быструю и мучительную смерть. Правитель Триады Антареса на какое-то время даже застыл, с трудом приходя в себя после оглушительного пси-удара и наблюдая за агонией смертоносного псевдогоминида.
- Жаль… Таких воев… - наконец пробормотал он, очнувшись и озирая место схватки, осклизлое от избытка разбрызганной крови, - Можно было… Пожертвовать кем-то менее ценным…
Он вышел из экспериментального отсека и медленно двинулся к выходу из лаборатории, на ходу вкладывая в ножны отключенное оружие. У самого выхода раптоид обернулся в сторону молча глядевшего ему вслед Паука.
- Будем считать, что ты полностью выполнил мое поручение, - Ящер посмотрел на подручного, словно гипнотизируя страшным желтым зраком, - Хвалю. Теперь следует создать армию подобных монстров для моих нужд. Для начала хватит небольшого войска. Эти твари, судя по всему, умеют виртуозно убивать. По мере готовности войска, мы пошлем его на завоевание одной из колоний Ирия. Поставим эксперимент по завоеванию новых миров.
- Будет исполнено, мой господин, - подобострастно склонился пред ним арахноид, - Все, как пожелаешь.
- Только ради вселенной, Паук, - напоследок вымолвил Ящер Рапт, уже проходя в выходной проем, - Держи этих…зверей под самым жестким контролем, пока мы не придумаем действенный способ для эффективного управления ими и, в критической ситуации, гарантированного умертвления…
…Паук А-Нут внимательно вглядывался в обзорный экран, расположенный на стене лаборатории, провожая взглядом отбытие эскорта кораблей правителя Триады Антареса.
«Не волнуйся, - прозвучал в его сознании ментальный голос, - Ты сработал блестяще и с безупречной достоверностью. Теперь этот гибридный рапт останется в уверенности, что его план исполняется в точности с задуманным».
«Не уверен, - отозвался арахноид, - Ящер Рапт страдает патологическим недоверием даже к своим подручным, что в нашей ситуации довольно обоснованно. Я более чем убежден, что по прибытию в пределы миров Триады он утроит меры безопасности, предпринимаемые ныне. Хотя бы из осторожности. Поменяет все пароли и произведет ротацию сил, попутно избавляясь от подозрительных элементов. Такой уж он».
«Что ж, - снисходительно заключил Чернец, - Пусть так. Все равно, эти меры не помогут ему предупредить то, что скоро настигнет его самого и его племя. То, что должно случиться, случится обязательно».
Мир на отшибе
Планетарный колониальный мир Тартар системы Медиана. Колония Ирийского сада.
Время требовало быстрых решений, а потому, в соответствии с великим договором сторон-противников в лице Ирийского Союза и Империи Ориона, одна из старейших родовых ветвей Ирийского древа образовала колонию на планете Тартар одноименной планетарной системы. Арды - одна из тех цивилизационных структур Ирийского Союза, что вела свою родословную от народов первой волны Звездной Экспансии, прибывших в этот звездный сектор галактики на самой заре времен пращуров, стала удостоена таким правом одной из первых. Волею судеб народы ардов заняли территории, ныне в числе первых ущербленные нараставшим пространственным катаклизмом из разряда тех, что уже давно бродили по окраинам галактического сектора. Именно поэтому, зная о нараставшей угрозе свертывания пространства основных миров собственного обитания, первопроходцы-колонизаторы начали ускоренное освоение горстки близрасположенных планетарных миров на окраине сектора и, сократив до минимума мероприятия стадии первичного изучения, высадились сразу на просторах нового надела, принявшись кроить его под свои индивидуальные запросы…
Выбор изначально оказался правильным. Планета Тартар явилась одной из тех редких жемчужин среди окраинных уголков доступного пространства, что сулили значительные перспективы дальнейшего развития. Массивная на первый взгляд, планета обладала оптимальной гравитационной составляющей, и именно эта составляющая предполагала возможным наилучшее процветание биологических форм жизни из числа тех, что культивировала ирийская цивилизация. А потому, исходя из допусков Великого Договора, сей планетарный мир, обращающийся в составе группы из трех астрофизических тел и десятка астероидных поясов, вокруг небольшой желтой звезды, сообщество ардов решило заселить колонистами одним из первых. Даже с учетом его нахождения на самом отшибе другого края галактического сектора и наособицу от звездной системы Медиана, в которую желтое светило Тартара входило третьим членом.
Собственно говоря, планета, подходящая по параметрам для заселения полноценной колонией, в этой планетарной системе имелась всего одна. На остальных двух планетарных телах, являвшихся, по сути, мерзлыми каменными образованиями, расположенными далеко за границей «орбитального пояса обитаемости», расположилась группа небольших охранных форпостов, что обеспечивало лишь условную защиту обитаемой планеты. Обустройство же постоянных элементов защитного периметра в зоне астероидных поясов осуществить за время, прошедшее с момента заселения системы колонистами, фатально не успели, и теперь это являлось задачей дальнейших, и более глобальных перспектив. По сути своей поселенцы полагались на удачу и везение, надеясь, что им еще хватит времени на укрепление систем обороны до того момента, когда они им смогут пригодиться…
Сам процесс формирования нового мира для народа ардов двинулся опережающими ожидания темпами. Ныне колония, чей гарнизон трудился изо всех сил на благо развития собственной цивилизационной структуры, по сути уже стоял на пороге начала вторичного формирования, называемого глобальным биоценозно-климатическим регулированием. Град Заселения, собственно говоря, представлявший из себя стандартный ирийский комплекс опорного базирования первого поколения колонии, доставленный матричным анкилоном в систему Медианы, и бережно опущенный с помощью направленного вектора гравитационной тяги на поверхность планеты, позволил эффективно раскинуть поселение нулевого уровня.
«Нулевой уровень – подумал Родим Твердый, пристальным взглядом окидывая панораму внешнего периметра селения, слегка диковатую для взгляда потомственного жителя зеленых планет Системы Радогоста, - Он, конечно достаточно эффективен от большинства напастей несформированного мира. Но для решения задач полноценной защиты колонии от внешних угроз…»
Как представитель ирийского племени ардов, Родим знал в полной мере значение этого выражения. «Внешние угрозы». Арды входили в основной состав племен Авангарда Сваги, некогда прибывшего в просторы этого сегмента Галактики из гибнущих прародительских просторов, и свое летоисчисление вели напрямую от легендарных основ Триединого Союза. Они одними из первых освоили территории нынешнего Радогоста, одними из первых обеспечили мир и процветание для переселенного туда древнего народа.
«О, если бы не угроза Родине, - подумал Родим, - Если бы не столь сильное ущербление становых миров от нарастания пространственного катаклизма… Стали бы мы так рисковать собственными чадами в этих чуждых новых мирах.»
Впрочем, может быть, он ошибался в своих тревожных предчувствиях. Может, просто чересчур переживал за успех своего отряда. С тех пор, как боевой десант воев высадился на просторах нового надела в свою первую разведывательную вылазку, колонистами проделан большой путь. И даже более того. Уже круголет минул с тех пор, как силами ученого люда запущен макропроцесс изменения Тартара для нужд его будущего населения. Процесс, призванный глобально изменить сей первобытный мир, превратив его в один из плодородных Ирийских садов, в коем будут вновь процветать поколения ардов…
«Этот мир уже начал изменяться, - взор правителя колонии в который раз обратился к панораме фиолетовых небес, густо усеянных клубами темных вихревых образований, что денно и нощно кружили свой пляс в их девственной глубине, - Эти изменения не столь явны, как хотелось бы, но они есть…
Какое-то ментальное возмущение исподволь взбудоражило его сознание, подняв улегшийся, было, уровень тревоги. Что-то непонятное, неведомое бродило по самому краю ментальности, не давая обрести необходимый покой.
- Братим, - озвучил в эфир правитель, - Что-то не так в наших пределах. Я чувствую. Вели собрать сопровождение воев для инспекции периметра. Заодно посетим Дом Веды, посмотрим, как там идут дела.
- Слушаю, архонт, - отозвался верный воевода, казалось, всегда остававшийся начеку, - Вои наготове. Можем выступать в любой момент. Можешь быть уверен – периметр охраны незыблем.
- Или самоуверен, - возразил Родим Твердый, - Не то блажится мне, не то мерещится, дядька. Повели связаться с заставами первого рубежа. Проверь их готовность. А затем мы осмотрим ближний круг родовых застав.
Он привычно сменил свободные одежды на боевой бронекостюм, в котором прошел немало славных битв. Соединительные биомеханизмы брони еще потрескивали на нем, примеряясь к сочленениям могучего тела, а радетель колонии уже заканчивал свою экипировку, готовясь к выходу за пределы защищенного периметра. Нет, за исключением здешней агрессивной среды атмосферы, процесс изменения состава которой пока только запущен, угроз не усматривалось. Воздушный океан, характером быстро изменяющийся от полного штиля до бешенного урагана ветров, да непредсказуемых сейсмических проявлений, особо не страшил. Флора и фауна, пребывающие в зачаточном состоянии, вовсе не могли нанести никакого урона. Так казалось.
За пределами покоев его уже ожидало боевое сопровождение из числа бывалых ветеранов в тяжелой пехотной броне. Родим оказался в центре группы из пяти человек, после чего та сомкнулась, образовав стандартное построение. В этаком порядке они прошли в шлюзовой отсек станового града и остановились пред внешними вратами, ожидая, когда завершится шлюзование. Суровый скуластый лик архонта с ухоженной бородкой воя и щедрым обрамлением вихрастой светло-рыжей прически, выдававший в нем породу, насчитывающую не одно тысячелетие направленной селекции, оставался спокоен. Негоже показывать своему люду какую-либо смятенность. Даже если есть на то веские основания. Одно из проявлений мужественности, зачастую сводящее с ума зрелых дев…
- Архонт, спешу доложить, что станции внешнего охранного кольца не выходят на связь, - доложил Братим.
- Давно? – Родим обратил в сторону начальника воев внимательный взгляд своих глаз золотисто-медового окраса, так характерного для ардов.
- Они пропустили обязательный трехчасовой сеанс связи. На повторный запрос ответа не поступило.
«Тревожно, - подумал Родим Твердый, одновременно активируя механизм шлема и ощущая, как защитный бронеслой обволакивает чело, - Неужто…»
- Сигнал бедствия не поступил? – эти слова он произнес уже в переговорное устройство.
Мгновение темноты и глухоты, пока синапсы нервных окончаний состыкуются с бионикой боевой защиты.
- …но ответа не было, - донесся до него урезанный ответ воеводы Братима, - Обе рубежные заставы более сигналов не подавали, отче. Как бы не случилось худого.
«Кабы не было худого…» Он и без того уже ощущал, что происходит худое. Всю прошлую неделю Родим Твердый своим чутким разумом следил за изменением сил в доступных пределах и тем, как что-то чуждое и злобное появилось в них, нависнув неясной доселе угрозой, будто дальний грозовой фронт на горизонте небосвода. Самим устрашающим для архонта явилось то, что, не смотря на весь свой богатый опыт воина, накопленный на протяжении многих поколений, правитель колонии так и не смог определить природу той угрозы, не смог соотнести ее ни с одним из прежде встречавшихся ему врагов. Проявившийся в ментальной мерности разум дышал, казалось, едва ли не абсолютным злом.
- Дядька, нужно все-таки выяснить, что случилось, - Родим шагнул в проем врат шлюза, - Попытайтесь связаться снова. Если отклика не будет, приведите в действие систему сканеров дальней разведки космоса. Я останусь на связи, ожидая от тебя ответа.
- Но система еще не закончена…
- Зато функционирует в большей части контура, - прервал его архонт, направляясь к вимане планетарного сообщения, - И с вероятностью до трех четвертей даст нам возможность узнать, что случилось. Поторопись, Братим, иначе можем упустить время. Я чую худое.
Визуальная панорама шлема, в сопряжении с нервной системой дала полноценную круговую обзорность, позволив Родиму проводить глазами фигуру дядьки, скользнувшую в сторону в сопровождении воя-побратима (такова традиция – вой должен передвигаться рядом с побратимом, который в случае опасности сможет защитить его со спины). С самим архонтом остался его собственный побратим по имени Зосим Хват, привычно занявший место за спиной Родима, да пятеро телохранителей. Вполне хватит. Посудив так, повелитель колонии приблизился к летательному аппарату и влез в него через проем овального люка.
- Летяга, - оказавшись внутри, обратился он к арду, находившемуся за управлением виманы, - Доставь нас в Град Веды. Время не терпит.
Строго сверкнув взором сквозь прозрачное бронестекло шлема с открытым забралом, тот согласно кивнул и привел в действие механизм закрывания дверей. Затем стрелообразный аппарат слегка загудел запущенным двигателем гравитационной компенсации и легко взмыл ввысь, устремившись к нижней кромке тяжелых облаков.
Уложив свое богатырское тело в ложемент, Родим выждал мгновение, достаточное для сопряжения бионики своего бронекостюма с искусственной «нервной системой» виманы, после чего ему открылась панорама планеты, распростершейся под нею.
Пустынная поверхность обширного планетарного плато, вдалеке, почти на линии горизонта, обрамленного массивным скальным «частоколом», густо поросла фиолетово-серыми «лопухами» и ничем не отличалась от того, как выглядела накануне. На Тартаре еще не имелось большого разнообразия растительности, ибо только узко представленная группа флоры пока оказалась способна усваивать густой суп элементов здешней атмосферы, эффективно отфильтровывая его до требуемых параметров. «Лопухи», выведенные направленной селекцией, оказались предпочтительнее иных доступных способов хотя бы потому, что надежно связывали нежелательные вещества и соединения в составе сложных углеводородов, что, в свою очередь, облегчало их дальнейшую переработку и использование в промышленных целях.
Летательный аппарат поднялся еще выше, и фиолетовая растительность расплылась в неоднородный ковер с четким обозначением сети подповерхностных корневых соединений, сходящихся к центру плато неровными линиями, разграничивая его на сектора в виде ячеек. Образовав замкнутую систему, корнепроводы тянулись туда, где располагались станции приема и переработки первичного сырья. Родим про себя отметил, что ячеистая сеть селекционных адаптантов продолжала разрастаться, покрывая подобием неких гипертрофированных сот уже все окрестности расположения базы и грозя вскоре поглотить не менее четверти сухопутной поверхности планеты. Архонт с нетерпением ожидал момента, когда эта искусственная плантация достигнет хотя бы сорокапроцентного покрытия поверхности доступных земель, чтобы изменения в составе атмосферы приняли необратимый характер.
«Скорее бы, - подумалось Родиму, - Моим верным ардам уже не терпится увидеть голубой небосвод, полный живительного воздуха. И привычную зелень пышных лесов.
Биосфера Тартара пока несла опасность для основного подкаста гуманоидных видов Ирия. Опасность и видовую чужеродность.
«Но только для нашего поколения, - успокоил себя он, - Для следующего поколения эта планета станет уже родиной.
Подобное уже происходило с предками сурового народа, носящего гордое название «арды», и относящегося к одной из старших ветвей Ирийского Древа. Многие тысячелетия тому назад их предки, пришедшие вместе с первой волной переселенческой экспансии в этот звездный сектор, уже занимались освоением новых территорий. Легенды воев до сих пор баяли о временах кровавых планетарных баталий пришлых могучих армий с ордами представителей былых здешних царств, о масштабных космических сражениях, охватывавших пространства целых систем, а пронзительные песни странствующих певцов до сей поры воспевали образ беловласого героя с орлиным взором, смело и пронзительно глядящего в лицо врагу через визорное забрало тяжелого боевого бронеодеяния.
«Времена повторяются, - скупо констатировал про себя Родим, - Ныне пришел наш черед. Ради сохранения и приумножения потомства».
Его, представителя высших слоев древней цивилизации, с самого рождения готовили к служению интересам всего народа. Ради сохранения багажа знаний и отличительных качеств. Всего того, что успело накопить сообщество наследственных линий Ирийского Древа. И архонт был вполне силен духом, чтобы пожертвовать всем ради той великой цели.
- Архонт!
- Да, Братим, - едва ли не машинально ответил Родим Твердый, еще оставаясь под властью дум.
- Мы проверили дальние рубежи. Похоже, наши опасения подтвердились. Сканеры показали полное отсутствие признаков обитаемости в точках расположения застав. Боюсь, что…
- Не бойся, - остановил его руководитель колонии, - Смерть, не есть конец сущего, ибо даже самый слабый разум вечен. А разум арда велик и могуч. Но, ближе к делу. Какие-то следы разорения и присутствия врага? Какой-то намек на его принадлежность?
Вопрос принадлежности вероятного противника к определенной видовой группе его занимал неспроста. Хотя, по сути, то, что удалось узнать на текущий момент, уже представлялось новостью из рук вон. Уничтожение охранного периметра означало, что место расположения протоколонии оказалось в поле зрения кого-то еще. Кого-то достаточно сильного и амбициозного, что следовало из самого желания завладеть системой, отошедшей к ирийцам по Договору. А еще из того, что воинам пограничья так и не удалось послать сигнал тревоги. Логика подсказывала только одно – нападение на заставы произошло одномоментно, мощно и молниеносно, чтобы не оставить ни шанса на спасение. А отсюда следует, что неведомый противник серьезней некуда.
- Явных следов разорения застав обнаружить не удалось, - словно в подтверждение, прозвучал голос воеводы, - Внешне они невредимы. Однако же сканеры показали полное отсутствие признаков органической жизни. Также отсутствует всякое энергообеспечение.
- Это нападение, братья мои, - уверенно произнес Родим, одновременно подключаясь к общей информационной сети колонии, - У меня сомнений нет. Общий сигнал поселению – к обороне. Привести в боевую готовность все оборонительные рубежи ближнего круга. Не знаю точно, когда, но могу предполагать, что в самое ближнее время вторгшийся в наши пределы агрессор сможет достичь орбиты Тартара. Помощи нам ожидать неоткуда, ибо поддержка других родов к нам просто не успеет. Нас ждет битва на уничтожение.
- Не сомневайся, архонт, - прозвучала в эфире реплика кого-то из воев, - Арды готовы отдать жизнь за свой народ.
- Это я знаю, - кратко обмолвился Родим Твердый в ответ, - Однако же хочется, чтобы ирийские роды все-таки проведали об опасности, обрушившейся на нас, чтобы предупредить дальнейшие беды от посягнувшего на ирийцев врага. Немедленно нужно дать сигнал бедствия всеми возможными способами. А мы, - обернулся он к пилоту, - Немедленно направимся в Град Веды, так как там необходима особая защита.
Вимана скользнула меж двух облачных массивов, наливающихся бурым сумраком грядущих осадков, затем снизилась, миновав клубящуюся пелену по нижнему краю. Словно обидевшись, тучи разразились проливным дождем, щедро оросившим фюзеляж летательного аппарата и устремившимся вниз, на фиолетовые «лопуховые» заросли.
- Пусть поливает, - отстраненно подумалось архонту, внезапно представившему, как густой коктейль химического дождя жадно поглощается поверхностью этих странных для неискушенного взгляда растений. Пройдет немало времени, прежде чем на месте фиолетовых полян зашумит привычная с детства зелень древесных лесов и наступит пора для широкого заселения здешних просторов. Только тогда к Тартару прибудут маточные вайтмары, несущие в себе набор всех необходимых животворных начал для окончательного укоренения здесь нового мира…
Глава 16. Статус владычицы.
Ледомирье. Двойная звездная система Криона – Весса. Планета Кувата.
Посадка произошла мягко, словно вимана опустилась не на поверхность планеты, а в подобие мягкого облака, коснувшись скального грунта без единого толчка. Летяга не зря ел свой хлеб.
- Прибыли, владычица, - негромко произнес дружинный отрок, один из пяти тех, кого приставили для обслуживания правительницы чертога, - Вам следует облачиться.
Она искоса взглянула на белокурого юношу, на его правильные черты, но поспешно отвела взгляд от излишне броского одеяния, изобилующего красным с позолотой. Слишком ярко для подручного Небесной Рати. Раздражало и резало глаз. Впрочем, как она успела заметить за время перелета к этому миру, Даждьбог Тархович обожал обряжать своих людей с подобным блеском, считая неотразимым обилие отливающего яркого металла и дорогих камней. Он и сам всегда выглядел солнечной и жизнерадостной ипостасью человеческого существа, чья энергия всегда била через край. Это было несколько непривычно для девы, чье существование предполагало игру сумеречных полутонов в различных аурах.
- Скажите тарху, что на облачение мне достаточно пяти долей времени, - кратко ответила Морана, отойдя от панорамного экрана, транслировавшего нескончаемые заснеженные хребты Кувата, и двинувшись в свои покои, добавила, - Ему как раз хватит времени на вывод воев эскорта.
Не отреагировав на поползшие вверх брови красивого отрока, она быстрым кивком головы позвала за собой горничных дев и стремительно вышла в двери.
«Главное, чтобы не провалить свою первую миссию избранной правительницы чертога, - подумала она, слегка нервничая, в то время как проворные девы несли парадно-выходное одеяние, - Иначе она может стать и последней. Правитель славен своими делами, коими и создает себе должный статус. Статус, не подкрепленный делом – лишь ярмарочная картинка, не подкрепленная более ничем.
Она чувствовала - политическая арена заждалась в свои объятия новообретенную владычицу Чертога Лисы, с нетерпением облизывая свои желтые, источенные в каждодневных баталиях, клыки. Словно ненасытный зверь, политика неистово желала попробовать на вкус нутро новой участницы, надеясь найти в ней фатальную слабину. Немудрено. С момента преждевременной гибели предыдущего правителя обстановка в чертоге начала накаляться от накапливающихся внутренних распрей, рано или поздно грозя вылиться, как минимум, в неповиновение отдельных планетарных систем. Вот и двойная звездная система Криона – Весса, расположенная в центральном секторе Пустоши Ледяных Миров, управляемая представителями одного из конгломератов разработчиков ископаемых, исходя из полученной от правительственных структур информации, решила пойти по подобному пути, дерзко заявив о своей независимости от власти чертога.
«Чья-то непомерная жадность всегда становится причиной кровопролития, - с этой мыслью Морана поправила на своих плечах меховую накидку, которую проворные девицы уже закрепляли поверх бронекостюма на ее теле мягкими кожаными ремнями.
Планета Кувата, расположенная в условно зеленом секторе планетарных орбит двойной звездной системы, не располагала особым комфортом для развития структур цивилизации ввиду погранично холодного климата и скудной фауны, однако же, считалась административным центром всей системы, так как выступала единственной планетой, пригодной для свободного заселения. Остальные пятнадцать планет и планетоидов находились в изрядном удалении от звездных светочей, что априори налагало ограничение в виде развития разумной жизни единственно в условиях замкнутых колониальных станций, расположенных в планетарной толще или под толстой корой тысячелетнего льда. Впрочем, эти неудобства существования с лихвой компенсировались гигантскими залежами ценных ископаемых, так необходимых для промышленных структур развитых цивилизаций, а это предполагало высокие доходы колонистов и образование крупных структур всякого рода коммерческих структур и консорциумов…
«Интересно. Судя по заявляемым требованиям здешних правителей, зарабатывают они чрезвычайно мало, - внутренне усмехнулась Мара, перед зеркалом тщательно расправляя складочки своего одеяния, - Налицо неприглядная картина тщательно скрываемого воровства и стяжательства управляющих структур».
Миры, находящиеся под покровительством чертогов Ирийского Сада, подчинялись единым законам управления и, соответственно, имели во своей главе целый штат управленцев во главе с неместным коном, поставленным для соблюдения законности всего, что происходило на планетах системы. На место неместного кона (или просто наместника) с согласия правителей чертогов обычно назначали людей, имевших богатый послужной список и весомые заслуги. То могли быть и выходцы из дружинного люда, и отпрыски правящих династий. Двойная система Криона – Весса, входящая в Чертог Лисы на правах подчиненной ему административной единицы, существовала по тем же законам и также подчинялась воле законного правителя из числа бывших дружинных воев. Звали его Полянином Могучим из-за весомого телосложения, так как имел он происхождение от народа титанов и считался старым товарищем почившего Вершеня Световида по оружию. Именно ему надлежало сейчас встретить прибывшую официальную делегацию с наследной правительницей чертога. В то же самое время, тайные агенты правительственных структур, действующие в планетарной системе, передали тревожную информацию о том, что после гибели Вершеня Световида неместный правитель уже долгое время не появлялся в присутственных местах, предпочитая управлять через посредников. В то же самое время, политика управления системой резко изменилась, изрядно ухудшив положение общества и населения в целом. Зато на первый план выступило намерение руководства системы в укреплении военных сил и надзирающих органов…
…Что-то смущало ее, подспудно настораживая. Словно кто-то, старавшийся остаться незамеченным, кружил где-то недалеко со злобными намерениями, выжидая момент, когда можно будет напасть откуда-нибудь из укрытия. Повинуясь чутью, Морана освободила сознание, отправив его в ментальный поиск…
- Даждьбог Тархович, - обратилась она к предводителю воев, вышедшему из бокового прохода и присоединившемуся к процессии, - Твои дружинные должны быть начеку и в полной боевой защите.
- Почему? – коротко поинтересовался отпрыск Сварога, на мгновение повернув к ней свой прекрасный профиль в ореоле соломенно-золотистых вихров
- Нас ждет засада, - так же кратко сообщила Мара, переместив край полы своего мехового одеяния так, чтобы удобнее выхватить, при надобности, свой верный серп.
- Откуда знаешь? – очи его сложили недоверчивый прищур.
То, что враждебное сознание, проявляясь сгустками разума отдельных созданий, окружило место посадки виманы прибывшей процессии, она определила с высокой степенью вероятности. Ареолы психической энергии сочились враждебностью и готовностью к нападению. Как донести это знание до разума пригожего отпрыска правителя Чертога Медведя, ведавшего несколько иной плоскостью ментального зрения?
- Есть информация, - ограничилась она скупым ответом, - И ей можно доверять.
- Хорошо, - Даждьбогу хватило ее убедительности, - Мы будем готовы, - он сделал паузу, очевидно отдавая безмолвный пси-приказ, после чего добавил, кивнув на отдернутую полу ее накидки, - Оружие на поясе, с другой стороны.
Накануне, перед самым отправлением правительственной процессии в этот мир, Тарх вручил ей ручной энергострел, укороченный специально для использования изящной женской рукой. Как оружие для самообороны. Энергострел, по сути простой разрядник расщепляющего спектра, болтался в футляре на поясе с другой стороны, и своим замечанием ее защитник явно намекал на это.
- Каждый доверяет тому оружию, которое привычнее, - пожала плечами Морана и отвернулась к пришедшим в движение створам шлюзовой камеры.
«Было бы правильнее воспользоваться не шлюзом, а гравиволновым транспортером, - ментально проявилось недовольство, в то время как глаза ее сощурились от яркого слепящего света местного сдвоенного светила, ворвавшегося в образовавшуюся щель между расползающимися створами, - Наша позиция здесь уязвима. Особенно учитывая интенсивность встречного освещения.
«Это не помешает воям, - отозвался Даждьбог, - Я уверен в них и их силе».
- Еще бы быть уверенным в уме, - уже вслух сказала Морана и первой шагнула наружу.
Огромное и бездонно синее пространство планетарной атмосферы, такой непривычной после перелета в космических просторах чертога, навалилось на обостренные настороженностью нервные рецепторы, принеся ощущение необъятности и незащищенности. Царственная дева слегка поежилась, остановившись на пандусе, и огляделась. Этот холодный, периодами значительно промерзающий стужами, мир отличался красотой своей диковатой внешности и веял необузданностью, тщательно скрытой за внешним ледяным спокойствием. Высоченные величественные горы нескольких, близко расположенных хребтов, стеной опоясывали просторное плато, где располагался административный центр здешней колонии, представленной компактным городским поселением из собрания массивных зданий сложных геометрических форм. Каждое из таких зданий, по всей видимости, объединяло в замкнутом жизненном цикле небольшое человеческое сообщество. Город высился в некотором отдалении от места посадки, несколько теряя очертания в струящемся мареве восходящих потоков почвенных испарений, а далее и вовсе исчезая в сероватой пелене.
- А здесь красиво, - выдала Морана Белоликая реплику в сторону Даждьбога, окидывая взором заснеженные пики далеких гор, - С непривычки завораживает.
Отпрыск Сварога не ответил, в это самое время ментально занимаясь перегруппировкой дружинных воев и, одновременно, осмотром окрестностей.
- Картина ясна, - высказалась Морана и направилась по пандусу вниз, - Пойдем, сварожич, наша заминка может быть истолкована, как слабость. А расположение неприятельских сил я тебе сейчас покажу.
Она снова вышла в ментальность и, найдя сопровождающую ее ауру, нарисовала в ней схематичную картину, обозначив расположение потенциального врага и уязвимые для нападения направления. Этого хватило, чтобы спустя пару долей времени у них за спиной нудно загудел генератор переносного отклоняющего поля, а дружинные вои развернулись в боевой порядок и активировали боевые костюмы индивидуальной защиты.
- Откуда информация, тара? - с неожиданной ноткой невольного и откровенного уважения поинтересовался у нее Даждьбог, на ходу приводя свой бронекостюм в состояние боеготовности, - Разведывательные сканы не выявили ничего настораживающего.
- У меня есть свои источники, - скупо обронила Морана, не сочтя нужным давать пояснения, и демонстративно не стала активировать собственный защитный костюм.
Посмотрев на нее, отпрыск Сварога, поколебавшись, тоже не стал опускать забрало своего позолоченного шлема. Так и продолжил сопровождать ее по правую руку, искоса бросая на спутницу настороженные взгляды.
Со стороны могло показаться, что молодая новая властительница Чертога Лисы просто проявила некоторое высокомерие, однако, говоря начистоту, дева – правительница попросту не смогла бы в двух словах объяснить те возможности, которые давала ей развивающаяся ментальная сущность. Взрослея, Мара личностно формировалась и открывала в своем существе все новые и новые возможности, иногда способные ошеломить ее саму. Особенно в последнее время. Так, одной из новых проявившихся способностей стало возможность пси-сканирования близлежащей местности. Внутренний радар позволял ей безошибочно определять местонахождение разумных существ и их внутренний настрой. Вот и сейчас она отчетливо определила ауру враждебно настроенных людей.
Почти физически ощущая на себе изучающие взоры, Морана Белоликая спокойно и властно сошла по пандусу вниз и, выйдя на передний план, остановилась. Неотступно сопровождающий ее, Даждьбог остановился справа и чуть позади, как подобало по этикету.
- Смотри-ка, сварожич, - высказала Мара, осматривая поле посадочной платформы, - Нас вышли встречать. И совсем не те, кто должен. Полянина Могучего среди них нет.
Полянин считался легендой Сварожьей дружины. Наполовину титан по происхождению, этот великий телосложением и духом боец бок о бок прошел с правителем Чертога Медведя всю череду былых кровавых войн. Безумство боя, овладевавшее разумом Полянина в ходе любой битвы, заставляло противника трепетать пред ним. Случались моменты, когда только это качество и становилось той последней соломинкой, за которую хватался Сварог в мгновении до грозящей гибели. Не блистая знаниями стратегии, Полянин, умел виртуозно проливать вражью кровь, оставляя на поле боя из нее, да из изрубленной плоти широкий, обильно политый след.
Может именно поэтому, когда пришел срок, Сварог Огненный с готовностью поручил своему бывшему сослуживцу пост смотрителя власти в одном из Ледяных миров. Здесь не требовалось стратегически мыслить – лишь умение выполнять директивы правителя чертога, да охранять установленный покой и порядок, карая редких отщепенцев. Этим делом Полянин и занимался уже не один десяток круголетов, не вызывая нареканий до сих самых пор. Сразу после трагической гибели Вершеня Световида, в малый промежуток безвластия чертога, звездная система Криона – Весса в числе еще дюжины таких же периферийных систем со всеми действующими в своих пределах колониями, перестала выходить на правительственную связь, сперва ограничиваясь жалобами на технические сбои систем связи, а в последнее время и вовсе погрузившись в молчание. Налицо имелись все признаки заподозрить неладное.
- Нет Полянина, - согласился с ней Даждьбог, - Как и его дружинных. И, судя по всему, не будет. Налицо все признаки захвата власти со стороны. А для этого нужны силы и возможности. Думаешь, диверсия?
- Уверена, - подтвердила дева-правительница, - Если это тот, кто осуществил убийство Вершеня Световида, то…
- Посмотрим, - не стал торопиться с выводами Даждьбог и, выйдя на шаг вперед пред процессией, зычно обратился к тем, кто их встречал, - Приветствую добром град Кувата! Здравы будут его жители! Прибыли мы от имени Ирия с уважением!
Посадочная платформа, куда опустилась вайтмана посольства, выглядела небольшим пятачком, вырезанным в скальном грунте на дне ущелья меж двумя высокими горными хребтами. Пятачок этот, уже наполовину заполненный громадной тушей летательного аппарата, казался тесным даже на первый взгляд. Прямо напротив пандуса в молчаливом ожидании застыла группа вооруженных бронированных созданий с явно различной биологией, в центре которой можно было разглядеть пять приблизительно гуманоидных фигур, явно управлявших остальными.
«Место какое поганенькое, - подумал Даждьбог, оценивая диспозицию, - Не стоит и сомневаться, что мы сейчас одновременно в десятке прицелов. Позиция для огня сверху в перекрестных векторах не оставит нам и шанса для того, чтобы сохранить виману и воев. Отклоняющие силовые поля на какое-то время смогут сдержать натиск, однако, совсем ненадолго. Одна надежда на корабли огневой поддержки, парящие на низкой орбите над нами. Опять же, если не будет дополнительных факторов…»
Морана, уловившая ход его мыслей, промолчала. Сварожий сын, особенно если он не вполне следил за закрытием ментальной сферы, был распахнут для нее подобно книге. Она могла вполне свободно следить за его побуждениями и выводами. Ах, если бы еще и научиться влиять на его разум, направлять его мысли и желания по нужному ей курсу. Втайне дева-правительница все больше этого желала. Особенно, когда он рядом… И его мужественный красивый профиль так близко… Женское естество иногда начинало мешать трезвости ее размышлений.
- Здравствуйте послы Ирия! – прозвучал в ответ жесткий, явно технически усиленный стальной голос, - За какой надобностью прибыли вы в наши пределы?
Голос явно принадлежал одному из тех пяти псевдогоминидов, группу которых накануне отметило зоркое зрение Мораны. Подтверждая ее догадку, тот, кто стоял в центре, подался вперед и вышел к гостям. За ним, словно привязанные, потянулись остальные из пятерки.
- Мы прибыли к вам для проверки состояния действующих колоний и территорий, подданных чертогу, - произнесла Мара и тоже шагнула вперед, критически оценивая того, кто предстал под ее очи, - Где Полянин, и почему он не встречает нас, как тому быть должно?
Гуманоидоподобное создание, стоявшее пред ней, человеком явно не являлось, хотя и всячески пыталось выдать себя за него. Массивная фигура, скрытая за тяжелой драконовой броней, показалась несколько неестественной, словно ее конечности имели несколько иные сочленения и были приставлены к торсу впопыхах. Голова создания, скрытая ведрообразным шлемом, выглядела вдавленной в этот торс, уходя в него едва ли не на треть. Четверо гуманоидов, вышедших из рядов, встречавших вслед за своим предводителем, выглядели несколько по-иному, более приближенно к человеческому типу, однако к таковыми тоже не относились.
- Полянин? – предводитель едва не поперхнулся этим именем, - Кто это такой?
- Это тот, кому здесь дана власть от лица Ирийских чертогов, - вклинился в разговор Даждьбог, чеканя слова, - И кто признан властителем этой системы.
Предводитель противной стороны снова булькнул непонятным возгласом в такт своим эмоциям, определенно сосредоточившись на том, что сказать в ответ. В это самое время Морана запустила в его приоткрытое сознание ментальное щупальце, жадно прощупавшее ауру. Рхобб… Так его звали… Создание одного из Пекальных миров, близкое к земноводным по своей биологии… Дальше… Прежде чем создание опомнилось и захлопнуло свой разум, она увидела все, что необходимо.
- Эти территории более неподвластны Ирийскому союзу, - сообщил Рхобб с изрядной долей самодовольного торжества, - Полянин низвергнут. Этот мир в нашей власти, и я…
В этот момент предводитель конвульсивно дернулся и замер, парализованный ментальным потрясением. Пси-удар жестоко сокрушил его сознание и Рхобб мог упасть, если бы не мышечный спазм, превративший его мускульную систему в каменное состояние.
«Довольно! – бросила Мара свой ментальный пронзительный возглас в сознание спутника, - Это подданные Скипер-Зверя! Воспользовавшись сменой власти, Скипер пожелал откусить от территорий Чертога Лисы изрядный кусок территорий. Команда на уничтожение!!! Сейчас, пока я держу его сознание в кулаке!!!»
Отпрыск Сварога оказался понятлив, мгновенно отреагировав на ее призыв. Уже через долю времени по склонам нависающих гор из небес волной пробежал шквал губительного огня, в ошметки разметав замаскированные огневые точки противника.
«Хорошо, - констатировала Морана в пси-диапазоне, - И вовремя».
- Послушай меня, жаба, - произнесла она вслух, обращаясь к корчащемуся предводителю, - Если ты посвятишь меня во все подробности того, что здесь произошло, то, возможно, я и сохраню тебе твою жизнь…
Подавшись концентрированной воле дернувшегося клювообразного перстня, броня Рхобба затрещала, лопаясь по стыкам и швам, и разошлась на массивном торсе зияющей рваной прорехой. Сбоку на помощь своему командиру тяжело метнулась фигура бронированного воя. Однако не успела сделать и двух шагов, как в ее сторону дернулась длань девы-правительницы с серпом. С виду ничего не произошло, однако фигура воя вдруг диагонально распалась, словно рассеченная невидимым лезвием, и опала оземь, оплывая густой бурой кровью. Рядом, пораженный кладнем Даждьбога, рухнул еще один вой, брызнув струей чего-то желтого из рассеченной биоброни. Остальные бойцы застыли в ступоре, также настигнутые волей Мораны.
- Повторяю в последний раз, - ее голос задрожал в приступе ярости, - Иначе раздавлю.
- …Оставь мне жизнь… - наконец прохрипело создание, дергаясь в конвульсиях.
- Может быть, - согласилась та с неохотой, - Если информация будет иметь цену.
Разум Рхобба, сдавшись, снова приоткрылся, явив длинную череду размывающихся образов, полных движения и полутеней. Открывающиеся картины потрясли деву-правительницу. Пораженная, она отшатнулась и оперлась на длань Даждьбога.
- Чудовищно, - прошептала она, мысленно перенаправив увиденное в пси-поле сварожича, - Эти твари не заслуживают пощады. Уничтожить всех, кроме этого.
Рука ее сопровождающего вздрогнула, однако он совладал с эмоциями, лишь посуровев ликом.
- Как будет угодно, правительница, - скупо ответил он, склонив голову.
В следующее мгновение, повинуясь немому приказу, дружинные вои ринулись вперед, принявшись кромсать противника. Оставленный в покое, Рхобб рухнул оземь, распластавшись на окровавленных плитах посадочного поля.
- Ползи прочь, - произнесла в его сторону Морана, блеснув побелевшими яростью и болью серебряными очами, - Ползи к своему хозяину. И передай от меня ему привет. Пусть знает, что я приду за его рогатой головой. Осталось недолго. Найду в любой норе, где он ни вздумает спрятаться от меня. Ползи тем же путем, каким попал сюда со своими слугами и более не попадайся мне на глаза, ибо во второй раз милости не будет…
Отвернувшись от поверженного создания, она быстрым шагом пошла в только ей известном направлении, увлекая за собой спутника. Даждьбог, последовав за ней, успел только удивиться тому, что, обернувшись на Рхобба, уже не увидел его на прежнем месте. Тот пропал, словно его и не бывало, и лишь остатки легкой зеленоватой дымки растаяли в холодном воздухе.
Град колонии, представлявший из себя комплекс сложнопирамидальных сооружений замкнутого типа, со стороны выглядел законсервированным и покинутым. Если там ранее и присутствовали силы противника, то после нанесенного ему поражения они, скорее всего, спешно ретировались. По крайней мере, пущенные Даждьбогом вперед разведывательные группы дружины не нашли и следов их присутствия. Впрочем, не было замечено и присутствия здешних обитателей из числа тех, кто ранее здесь занимался добычей ископаемого сырья.
- Следов сопротивления немного, - констатировал командир разведчиков Щур, нашедший Даждьбога после первичного обследования территорий колонии, - Погибших тоже. Скорее всего, все оставшееся в живых население отправлено Скиперу в полон. Покои правителя колонии запечатаны изнутри, но присутствия биологических существ в нем так же нет.
- Куда же они делись? – изумленно вопросил отпрыск Сварога в сторону Мораны, - Планету пытались покинуть только две разведывательные виманы драконовых. Они уничтожены на взлете. Тяжелое вооружение и дружинные силы они вместить не могли.
- Эти виманы служили для отвлечения внимания, - отозвалась правительница, - Основные силы воев ушли подпространственной тропой. Так же, как в свое время, на Ансере…
- Ты знала? – круто обернулся к ней Даждьбог, лязгнув броней.
- Догадывалась, - кивнула она, - Следы энергетического воздействия имеют похожий след.
Она продемонстрировала вынутый из кармана меховой накидки небольшой продолговатый предмет, тускло пульсирующий спектром цветов.
- Это индикатор подпространственного воздействия, аналогичный сенсорной системе виманы, отслеживающей места пространственных проколов. Карманный и достаточно эффективный.
- Худо, - высказался Щур, - Похоже, мы стали уязвимы.
- Еще нет, - Морана вернула прибор на место, - Технология троп, насколько видно из произошедшего, еще недостаточно проработана. Противник ограничен в выборе места будущего портала. А потому достаточно нейтрализовать его местным противовоздействием. Этого хватит для ограниченного сектора территории. Свой первый прототип я уже испытала в Змеином дворце Ансера. Комбинируя индикаторные мощности с противовоздействием, можно значительно ограничить возможность появления неприятеля в ключевых точках пространства. В будущем, возможно увеличить сферу такого воздействия на отдельные планеты.
- Ты очень проницательна и разумна, владычица, - почтительно склонился пред ней Щур, тогда как Даждьбог ограничился изумленным взором.
«Я поступила правильно, - успокоила себя она, - Ибо детям Ирия следует знать все об этой опасности. Ради равновесия сил.»
- По возвращению на родную планету, тарх, я распоряжусь передать для Ирийского союза результаты работ в данном направлении, - добавила дева-правительница, - А пока нам необходимо достичь покоев правителя колонии. Боюсь, что там нас ожидает еще одно неприятное известие.
Когда они вошли под сень колониального града, в его пустынных коридорах уже вовсю сновали дружинные вои, создавая некоторую суматоху. Именно по этой причине Морана, оставшись без опеки на короткий промежуток времени, и решилась воспользоваться тропой. Не стоило пока посвящать ирийцев об обладании ею этой технологией, поэтому она вошла в замеченный портал втайне от других, и прежде всего от Даждьбога, который в тот самый момент бурно обсуждал с подчиненными зничами о том, как эффективнее вскрыть запечатанные покои местного правителя без риска наткнуться на возможные неожиданности в виде заложенных взрывных устройств. Оказавшись в некотором уединении, правительница чертога задействовала собственное ментальное поле и без труда нащупала чутьем близость проложенной тропы, а затем с помощью активаторного устройства скользнула в портальный ход.
Внутри покоев царила полная тишина, а потому Мара вышла в них бесшумно, подобно видению. Освещение также отсутствовало, что, впрочем, не мешало, ибо передвигалась она также благодаря ментальному видению. Изучив пространство вокруг себя, дева-правительница признаков жизни снова не обнаружила. Зато выяснила наличие синтетических механизмов, явно несущих опасность по роду своего предназначения. Синтетики находились в спящем режиме, явно предназначенные для активации при появлении раздражающих факторов.
«Отпрыск Сварога переживал не зря, - подумала она, крадучись продвигаясь в помещение рядом с запечатанной шлюзовой дверью, - Сенсоры боевых синтетиков довольно чутки.
Правительница снова воспользовалась тропой, чтобы оказаться прямо за спиной механической угрозы и определить, что представлена она дюжиной крабоподобных синтетических существ, ростом с ирийского человека и вооруженных гравитронами среднего калибра. Учитывая это, следовало предположить, что взрывные устройства здесь также могли иметься в наличии. Мелочиться Скипер-Зверь не умел.
Впрочем, еще отправляясь на эту планету, Морана, довольно тщательно изучавшая сведения о видах вооружения противника, предполагала, что, несмотря на неожиданное его поражение, тот вполне мог позаботиться о варианте отступления и на всякий случай применить средства глобального разрушения. Рисковать в таком случае тем более не следовало, так как вариантов приведения в действие имелось очень и очень много. Рассудив подобным образом, она ушла так же беззвучно, как и попала сюда.
- … Шлюзовая дверь слишком прочна и рассчитана на то, чтобы выдержать полноценный штурм, - она появилась за спиной Даждьбога, увлеченно продолжавшего спорить с командой зничей, выступив из затемненного угла, - Нужно использовать протонную пушку. Пусть не сразу, но она сумеет прожечь эту дверь. Потом пошлем туда разведчиков.
- Не нужно этого делать, - тихо подала она реплику, такую неожиданную для спорящих, что они обернулись на нее, как ужаленные, - Иначе этот град с большой долей вероятности исчезнет с лика планеты. И вряд ли твои зничи сумеют обезвредить этот механизм.
Лик Даждьбога стал каменным.
- Откуда? - коротко спросил он.
- Чутье, - так же кратко отозвалась Мара, - Если тарх, ты все же желаешь открыть эти двери, сначала обезопась своих воев и доверь эту работу синтетическим существам. Меньше будет ущерба. А еще лучшим выходом будет испарить всю входную группу помещений аннигиляционной установкой с зарядами антивещества.
- Если вероятность имеется, - предложил отпрыск Сварога, наморщив свой красивый мужественный лоб, - То, может, стоит еще раз допросить существо, которое ты пообещала пощадить?
Как она не догадалась до этого раньше?!!
- Разве он?.. – не понимая, дева-правительница уставилась на собеседника в упор, - Мне показалось, что он улизнул, едва представилась возможность.
- Нет, - довольно усмехнулся Даждьбог, - Едва ты поведала о том, как можно заблокировать пути перехода, как я распорядился организовать направленное противовоздействие на уровне орбиты силами всей эскадры. Суммарной мощности едва хватило на то, чтобы охватить большую часть поверхности Кувата в районе расположения колонии. Сделали это быстро, так что жабеныша выбросило из переходной мерности почти там же, где он и исчез…
- У него имелось достаточно времени для того, чтобы уйти…
- Скорее всего, - продолжил сварожич, - Что он решил напоследок пошпионить для своего хозяина. Потому и задержался. Так это или нет, но теперь он снова в наших руках.
Теперь пришла очередь Маре посмотреть на спутника с невольным уважением. Несмотря на видимость простодушия, Даждьбог оказался не так прост, как показалось ей изначально, проявив изрядную прозорливость и молниеносность управленческих действий. Таким он ей нравился еще больше.
- Где он? – коротко спросила она, попытавшись скрыть эмоции за маской невозмутимости.
- Здесь, - так же кратко ответил ее спутник, мотнув челом в сторону, - Щур, приведи его.
Рхобб, и без того выглядевший довольно потрепанно в треснувших латах, вдобавок оказался изрядно извалянным в какой-то грязи. Теперь она жирными рыжими пятнами покрывала его едва ли не с головой. Сквозь откинутое забрало примятого шлема проглядывал одутловатый лик с пупырчатой кожей и выпуклыми глазами.
- Владычица, ты обещала сохранить мне жизнь!!! – воскликнуло существо и пало ниц перед Марой, изображая желание прильнуть к ее обуви.
- При условии, что ты не попадешься снова, - холодно обронила она, отдернув ногу, - У тебя было достаточно времени, чтобы убраться. Ты же остался шпионить.
- Прояви великодушие!!! Буду служить тебе верой и правдой!!!
Его разум находился в смятении и был панически безоружен, так что, уйдя в ментальную сферу, дева-правительница снова легко проникла в него.
- Я проявлю великодушие только в том случае, если ты сослужишь мне службу.
- Приказывай, госпожа!!!
Ей, воспитанной на ирийских канонах, подспудно претило раболепное лизоблюдство, так распространенное в мирах Пекального пояса. Ирийцы, как и близкие им народы придерживались устоев братства и наследования. Тем не менее, она понимала, что лишь проявление жестокой властности уместно для нее в общении с неприятным земноводным существом.
- Ты знаешь, что делать, - сказала Морана, указав на шлюзовой вход, - Только не вздумай говорить, что это не так. Твой разум уже дал все ответы.
Рхобб знал. И знал очень хорошо, ибо ему, теперь усвоившему, что иного выхода нет, хватило минуты манипуляций на микропульте, чтобы дверь пошла мелкой дрожью и отворилась. Войдя внутрь, он застыл на мгновение в остаточном душевном колебании, однако в этот же момент ему на плечо тяжело легла длань Даждьбога, заставив подчиниться окончательно.
- Система противодействия отключена, - доложил он, поникнув плечами и отодвинувшись в сторону.
- Щур, - произнесла Мара, пройдя мимо в первое помещение покоев и на ходу отобрав у Рхобба микропульт, - Зафиксируй его и не спускай глаз. Если он о чем-то умолчал, убей.
- Будет исполнено, - с готовностью отозвался вой, встав за спиной земноводного существа.
Внутри покоев оказалась та же тишина, которую она запомнила накануне. Однако теперь Морана не ощущала ауры затаившейся угрозы. Она прошла вглубь помещения, сперва крадучись, а затем все более уверенно.
- Сварожич, пойдем, - позвала она, полуобернувшись, - Мнится мне, что нам с тобой суждено узреть что-то важное.
«И что-то почти неживое, - подумала дева - правительница, однако не решилась озвучить это вслух.
Она все более и более ощущала это. Сперва на уровне догадки, а затем все более явственно. Что-то ждало их там, в глубине череды покоев. Что-то находящееся на самой грани жизни и смерти.
«Почему-то все существа звездного сектора считают, что эта грань неразличима тонка. Однако же это не так. Эта грань столь обширна, что похожа на рубеж в виде широченной реки. Она широка настолько, что, решившись преодолеть ее, вернуться будет невозможно… Великая река, разделяющая вселенский водоворот душ… Разделяющая ипостаси вселенской структуры, очищающая и принимающая в себя всю душевную горечь, накопленную при реинкарнациях. Оттого я ощущаю весь смрад тех душевных нечистот, что отравляют эти эфирные воды… Смердина – вот твое имя…»
Ее возможности по пониманию строения пространственных структур росли с каждым днем с того самого момента, как ее разум созрел. И это не приносило радости…
- Куда? – спросил Даждьбог, оказавшись с ней рядом.
- Туда, - кивнула Морана, и первая пошла в темноту.
Темнота не мешала ей ориентироваться. Схватив Даждьбога за длань в защитной броне костюма, дева-правительница увлекла его мимо обездвиженных боевых синтетиков вглубь. Однако, пройдя какую-то часть пути, вдруг резко остановилась, робко вглядываясь вперед.
- Что случилось? – отпрыск Сварога опять догнал ее.
Дева-правительница не ответила, и лишь дрожь, передавшаяся от ее руки, показала ему, что что-то не так. Тогда, вдруг догадавшись, Даждьбог зажег свет наручного фонаря.
Мертвенный голубоватый свет осветил пространство помещения, вырвав возглас изумления и у Даждьбога. Перед ними проступила некая сложная и несимметричная конструкция непонятного назначения, с паутинным переплетением гибких трубок. Эта установка жила какой-то своей жизнью. Тихой и почти незаметной, но вполне улавливаемой.
- Что это? – не понял сварожич, вглядываясь вперед непонимающим взглядом.
Вместо ответа Морана ткнула перстом в нужном направлении. Только тогда, вглядевшись, Даждьбог невольно ахнул.
- Что это? – только и смог вымолвить он снова, ибо другие слова словно позабыл.
- Это то, что осталось от Полянина Могучего, - сдавленно прошептала дева-правительница.
Прямо в центре конструкции парила голова, подвешенная на системе гравикомпенсатора. Длинная седая шевелюра ниспадала с нее вниз, слегка колыхаясь в движении воздуха. К нижней части того, что ранее представляло собой шею, присоединялся пучок трубок, очевидно подающих питательную субстанцию. Голова по своим размерам выглядела гораздо массивней головы представителя ирийского племени.
- Это похоже на дасское дикарство, - выдал, наконец, Даждьбог, нарушив молчание, - Помню из истории, что раньше они любили выставлять на обозрение черепа поверженных врагов…
- Эта голова не мертва, - тихо сказала Морана.
- Как? – не понял сварожич, однако правительница Чертога Лисы на его реплику уже не отозвалась.
«Слышишь ли ты меня, Полянин Могучий, отпрыск титанов? – обратилась она в ментальное пространство, - Можешь ли понимать меня?»
«Могу, - пришел вдруг извне слабый голос, - Только зачем? Мое время здесь истекло.»
Мертвенно бледный лик головы вдруг пришел в движение, явив подобие мимики, а из-под набрякших век вдруг глянули тусклые усталые очи. Серые губы зашевелились, силясь что-то произнести.
«Что же с тобой произошло, Могучий? – вступил в беседу Даждьбог, - И какая беда случилась с тобой?»
«Случилось то, что случается, когда теряешь бдительность. Враг смог найти способ для неожиданного нападения, а я не сумел это предотвратить».
«Тогда почему твое чело существует отдельно от могучего тела?»
«Так распорядился Скипер-Зверь. Мое тело он взял для своих нужд, оставив меня обитать и мучиться в отсеченной голове. Душа не может реинкарнировать, пока теплится жизнь. Он так и сказал, что устройство сможет поддерживать жизнеобеспечение порядка тысячи лет, а потому я останусь в заточении здесь надолго.
«Для чего ему твое тело?»
«Для его работ с живой материей, - в ментальной сфере пронеслось что-то, похожее на стон, - Он сам мне это сказал перед тем, как сделать свое подлое дело. Скипер ведет какое-то большое исследование с использованием биоматериалов ирийских и титанических созданий…
«Понятно, - задумчиво заключила Морана, - Значит, и мои сестры…»
«Мой разум слабеет, - подал реплику Полянин, - Я не понял тех слов, что ты мне сейчас донесла.»
«Это неважно, - ответила она, - Главное, что ты будешь освобожден от своего страшного заключения, несущего столько муки…»
Она рывком вышла из ментальности, а затем, используя выхваченный из-за пояса серп, резким взмахом отсекла от чела Полянина пучок питающих трубок, брызнувших в стороны синей субстанцией. Затем решительно ухватила Даждьбога за длань и увлекла прочь из покоев.
«Спасибо, моя спасительница, - прозвучал напоследок в ментальности затихающий голос, - Мой отпущенный дух ликует…»
_____________________
Оказаться среди снующей людской толпы после мертвенной хладности сумеречных покоев правителя колонии, все равно, что из студеной воды вынырнуть в горячей парильне. Морана, только что заглянувшая по ту сторону мертвой Смердины, пока не могла свыкнуться с кипучей деятельностью дружинного люда, снующего по коридорам зданий колонии в разных направлениях. Ей претило это яркое, бросающееся в глаза, проявление жизни.
- Я хочу поскорее покинуть это место, - произнесла она, пространно взглянув вперед, - Тем более что мое присутствие здесь более не требуется. Проводишь меня к вайтмане?
Даждьбог посмотрел на нее с немым удивлением, однако от комментариев воздержался, ограничившись поклоном.
«Как, однако, он хорош в своей мужественной молчаливости, - невольно подумала она, окинув быстрым взором его профиль, - Красив и, как оказалось, очень неглуп в своей мужской ипостаси. И, возможно, стал бы хорошим мужем…»
Её женское естество проявлялось все яснее и, видимо, присутствие отпрыска Сварога действовало на нее, как катализатор. Осознав это, Мара смутилась, слегка потупив свой белоснежный лик, на котором вдруг проступил легкий румянец. Не хватало, чтобы ее спутник заметил эту слабость.
Весь последующий путь она сохраняла молчание. Даждьбог Тархович, очевидно из уважения, разговорить ее не пытался. Они вели себя так, будто оба узнали друг о друге нечто запретное. Лишь только у самого пандуса корабля сварожич решил нарушить безмолвие. Может быть для того, чтобы соблюсти этикет общения.
- Эта вайтмана доставит тебя домой, владычица. В свиту я отправлю обычное сопровождение из двух кораблей разведывательного назначения. Этого хватит, чтобы сопроводить тебя и твоих воев охраны до Ансера. Или же стоит организовать более серьезное охранение?
- Этого хватит с лихвой, - отозвалась она, проявив обычную сдержанность, - Вас ждет много хлопот по восстановлению колониального поселения и восстановлению процесса добычи. Каждый человек на счету…
- У меня хватит людей, владычица, - возразил Даждьбог, - И кораблей. Ибо я рассчитывал на битву. Теперь же, когда фаза активного противостояния благополучно минула, и вражьи силы оказались разбиты без потерь, армии у меня с изрядным избытком.
- Тем не менее, - покачала Мара прекрасным челом, - Я обойдусь малым. Радуйся, сварожич, что победа далась нам так легко. Не нужно рисковать опытными бойцами…
- И это меня настораживает, - помрачнел обычно улыбающийся Даждьбог, - Слишком легко. И слишком много странного. Ты удивила меня, владычица, своими способностями и своей проницательностью.
«И поэтому, - как ответ произнесла про себя Морана, не позабыв изолировать разум, - В дальнейшем мне следует обзавестись собственной свитой, собственными союзниками и собственными воями, которые не станут судить о моих действиях и задавать слишком много вопросов».
- Будь здрав, сварожич, - не стала она поддерживать тему и отвечать на какие-либо вопросы, - Я благодарна Чертогу Медведя за оказанную помощь.
Даждьбог проводил ее стройную фигуру долгим взглядом. Аспекты, которые он хотел озвучить, так и остались с ним.
Глава 17. Гордость ардов.
Планетарный колониальный мир Тартар системы Медиана. Колония Ирийского сада.
Серебряная пирамида Града Веды уже показалась на горизонте, щедро подернутом серовато-сиреневой пеленой осадков, когда небосвод дрогнул и изменился. А затем словно поплыл и вовсе перестал выглядеть тем самым небосводом, какой привыкли наблюдать колонисты на протяжении последних лет.
- Святое белобожье… - успел сказать Родим, прежде чем что-то настигло и оглушительно ударило виману подобием кары небесного молотобойца.
Мигом после нейросеть летательного аппарата тотально отключилась, почти ослепив архонта, а сам аппарат обрушился вниз, лишившись гравитационной направляющей движения. Уже в падении, прежде чем потерять сознание, Родим Твердый, едва дотянувшись до панели, успел нажать контакт аварийно-спасательной системы, однако так и не успел понять, сработала она или нет…
…Экстренное включение спасательного гравитрона по всей видимости все-таки произошло, так как очнувшись, Родим осознал, что обездвиженный летательный аппарат покоится на поверхности планеты без видимых повреждений. Однако же тело все-таки пострадало – он понял это по общему онемению и некой раскоординации движений. Превозмогая себя, архонт расцепил механизм фиксации тела в ложементе, и выполз из него, постаравшись не соскользнуть по покатой поверхности пола.
Аварийно-спасательная система выполнила заложенную в нее функцию и спасла экипаж, хотя тот все же успел понести ущерб от молниеносно наступивших форс мажорных событий. Родим быстро огляделся, отмечая общее шевеление приходящих в себя членов экипажа, помог выбраться из ложемента оглушенному пилоту. Затем, удерживая под руку обвисающее слабое тело летяги и подав сигнал остальным, перешагнув через ничком лежащее тело побратима, первым выбрался наружу через выбитый проем выхода. Судя по неестественной позе, падение оказалось для Зосима фатальным, приведя к перелому позвоночника.
А снаружи все неожиданно оказалось совсем не так, как было, казалось, долю времени назад. Глядящийся почти необъятным, недавно такой фиолетовый, небосвод вдруг стал багроветь и вспухать сквозь багрянец крупными пепельными пузырями. Родиму даже под защитой боевого костюма вдруг показалось, что температурный общепланетарный фон вдруг подскочил на добрый десяток тепловых долей, приблизившись к пекальному фону. Даже приблизительных знаний в физических законах хватило бы на понимание того, что атмосферы Тартара коснулось какое-то стороннее энергетическое воздействие, спровоцировавшее мощную физико-химическую реакцию в ее густой мутной глубине.
- Братим, на связь, - обронил в эфир архонт по каналу экстренной связи, предназначенному для обеспечения координации даже в условиях общего глушения, - Гарнизон в боевую готовность. Вражеское вторжение. Обеспечить максимальную защиту колонии.
Ответа не последовало. Зато, вместо него, небо над головой словно раскололось, пойдя по своду извилистыми разрядами - трещинами. Сильное энергетическое воздействие неизвестного характера, ворвалось в верхние слои атмосферы и вступило с ней в бурную реакцию, за кратчайшее время превратив остатки фиолетовой расцветки в подобие кровавого марева, соединенного густой сетью веноподобных клубящихся каналов, внутри которых враждебно билось что-то темное. Словно громадный клубок извивающихся гадов, змеи-вены проросли сквозь всю атмосферу к поверхности планеты и, превратившись в подобие грозди жадных щупалец, затем достигли планетарной поверхности, с гулом обрушившись на ее далекие горы, содрогнув грунт и далеко по округе разнеся тучи поднятой в густой воздух пропаленной рыжей пыли. Следом окрестности затянуло пеленой плотного липкого тумана, из-за чего день, и без того тусклый благодаря густой облачности, сразу сменился подобием сумерек, странно игравших переливами теней.
«Черная энергия, - пришел к выводу Родим, созерцая апокалиптичную картину, - Исходя из внешних проявлений, скорее всего она. Энергия близкого подпространства, черпать которую, как и спускать с поводка, очень опасно. Тот, кто овладел этим умением во сто крат опаснее обитающей в этом секторе Триады Антареса, ибо это умение дарит бескрайний, хотя и безумно опасный потенциал…»
Ирийцы хорошо знали, что на изучение черной энергии подпространства затрачены усилия бесчисленных поколений ученых разных рас и народов на протяжении многих тысячелетий. Идея была не нова, ибо вместе с изобретением технологии подпространственных «проколов», как следствие, возникал соблазн обретения поистине неисчерпаемого океана дармовой подуровневой энергии внепространственных величин, способных с лихвой обеспечить потребности целых конгломератов звездных систем. Другой стороной, этой сияющей перспективами медали, становился факт, что упомянутая энергия вела себя нестабильно в изучаемых пределах, что почти с полной гарантией грозило непредсказуемыми «всплесками» и «цунами», способными при стечении обстоятельств высвобождаться подобием пространственных коллапсов и поглощать значительные участки звездных пространств. Может быть, поэтому последователи ирийского учения сравнительно быстро преодолев соблазн кажущейся быстрой доступности, обратили свои взоры на другие плоскости энергетической сферы, в результате пойдя по пути светлого совершенствования…
Впрочем, можно предположить, что неведомый агрессор более преуспел в своих научных изысканиях. Хотя бы потому, что за плотной завесой кроваво-красной пелены ментальная сфера архонта ощутила биение развитого разума. Разума неожиданно могучего, но такого же нечистого, как и используемая им энергия…
Впитанные едва ли не с молоком матери воинские инстинкты подсказали Родиму, что все уже началось. Краем глаза, ухватив вырисовывавшиеся в пределах видимости разрушенную пирамиду Града Веды с оплавленными, едва начавшими остывать контурами, архонт уже принял боевую стойку, вынимая оружие из походных чехлов.
Очевидно, атмосфера планеты еще реагировала на воздействие чужеродной энергии, так как видимость продолжала ухудшаться из-за багрового тумана, накрывшего окрестности плотной пеленой и припорошившего землю изрядным слоем сероватого праха. То был плохой знак, так как сканеры боевого снаряжения, едва пробивавшиеся сквозь эту завесу, все никак не могли определиться с режимом наиболее эффективного видения. Быстро перебрав набор стандартных вариантов, Родим вздохнул и переключился в обычный режим, рассудив, что будет вернее положиться на интуицию, чем на технику.
- Отряд, – скомандовал он, активируя силовое лезвие своего меча, – Расположиться в боевое построение. Глухая круговая защита. Включить отражающее силовое поле на случай применения энергетического воздействия.
Он еще не мог различить визуально, но уже вполне ощущал множественное движение на фоне ментального видения. Похоже на тщательно спланированное вторжение целой армии. И еще... Они окружены...
Из багрового тумана в поле зрения архонта попала сперва едва различимая в вихрях пепла, однако, затем все более различимая фигура. Массивная, похожая на кряжистый торс какого-нибудь старого дерева, но определенно гуманоидного типа. Фигура совсем не обладала той величавой статью, коей обладали человеческие создания Ирийского Сада, не имела той атлетической красоты, того мускулинного шарма, что называют понятием «мужская красота». Но в то же самое время, она выглядела очень развитой физически, а несколько согбенное положение тела сопровождалось звериной легкостью движений. Кто бы это ни был, он производил впечатление матерого и очень опасного хищника.
- Кто ты есть? – включив переговорное устройство, выступил из сомкнутого ряда воев Родим Твердый навстречу фигуре, – И ради чего пришел в наши пределы?
Ответа не последовало. Незнакомое существо застыло в пределах видимости подобием черного каменного монолита, слегка размываясь порывами пепельной метели. Спустя миг, очередной порыв горячего ветра резко сошел на нет, и пелена опала, позволив получше рассмотреть его. Цепкое зрение опытного ристальщика сразу ухватило зловещий антрацитовый блеск его боевых лат, узловатые бугры выраженных мощных мышц под синтетической бронезащитой, а сознание резануло ментальное присутствие неожиданно сильной и чуждой сущности. Цвет лат, конечно, показателем не являлся – антрацитовый окрас предпочитался многими и был в ходу в разных системах и цивилизациях. Гораздо важнее понять, что за содержание в этом сосуде.
- Я тот, кто заставит вас заплатить за свою тысячелетнюю гордыню, – вдруг дошел до сознания Родима псионический глас, более походящий на клокочущий рык, чем на человеческое звучание, – Вы все падёте и станете гаснущим воспоминанием о собственном былом величии. Скоро.
Выглядевший корявой карикатурой на гоминида, пришелец, тем не менее, произвел впечатление. Глухая синаптическая броня, плотно облегающая его тело, выглядела технологически совершенной, отдаленно походя на боевое одеяние драконовых. Его голову и личину прикрывал глухой шлем с коронообразным пятирожьим навершием без визионной щели, однако архонт все равно ощутил на своей персоне тяжелый взгляд, наполненный кровожадной чернотой. Ментальное чутье архонта подсказало, что это существо имеет наклонности плотоядного хищника, так свойственные многим народам Пекальных миров. Что ж, возможно он в шаге от разгадки личности агрессора.
- Многие говорили подобным образом, – боевой дух опытного бойца в лице архонта не дрогнул, ибо любое противоборство предназначалось для выяснения превосходства одной противоборствующей стороны над другой, – Пока не ощутили достойный ответ нашей силы и нашего оружия. Слова пугают слабого, а среди нас таких нет. Так кто ты? Как называть тебя, создание пекальное?
Темная фигура не шелохнулась, однако в ментальной сфере мелькнуло что-то, похожее на короткий смешок.
- Пекальное, ты сказал? Ошибся. Как и все вы. Ирийцам здесь более не место.
Родим Твердый ощутил неподдельное удивление.
- Что сделали ирийцы вам, неведомые создания? Я, например, даже не могу отнести тебя и твоих солдат, – кивнул он в сторону мохнатой темной твари, мелькнувшей в разрыве туманной пелены, – К какому-либо известному нам народу. Зато очень хорошо ощущаю твою жгучую ненависть, не видя причины для нее.
- И не увидишь. Все оттого, что вы, отродья, давно перестали чувствовать глубинные вселенские течения. Вы – просто старая и изжившая себя форма жизни. Смиритесь и уйдите пред лицом свежего веяния.
- Свежее веяние? – захохотал в голос Родим, – Скорее, это похоже на смрад и зловоние. Не рановато ли записывать себя в более развитые формы жизни?
- Нет, – коротко отозвался противник, так и оставшийся неизвестным, – И вы все в этом убедитесь. все до единого. Узрите неверные!
В последнем его выражении управитель колонии уловил короткий ментальный приказ к атаке. Однако же, как ни быстры, оказались солдаты неведомой пришлой армии, что ринулись на группу ирийских воев из-за багровой пелены, но арды, богатые воинским опытом, успели сомкнуть ряды своего маленького отряда, осветившиеся голубоватым светом по режущим плоскостям силовых клинков. В следующий момент, когда волна из сотни мохнатых подвижных существ, каждое из которых было едва ли не вдвое больше рослого ирийского бойца, накатила на построение, неся с собой утробный нечеловеческий рев, эти светящиеся клинки устроили дикую по быстроте пляску, кромсая тела и отсекая пласты дымящейся плоти. А когда вал сошел на нет, перед построением оказалась едва ли не насыпь из извивающихся в агонии тел.
- Не расслабляться, - скомандовал архонт, - То был только первый натиск.
Все это время он старался не выпустить из виду сгорбленную рогатую фигуру. Та казалась недвижимой, напоминая массивное изваяние. Но, скорее всего, так только казалось, ибо маневры вражеского отряда выглядели четко отработанными. Чувствовалось твердое руководящее начало. А раз так, то битва обещала продолжиться, пока не падет последний вой с одной из сторон, то есть до последней капли крови.
- Держите строй, братья, - повторил Родим, снова обратившись к воям, - Час наш последний пришел. Погибнем так, чтобы вспоминали нас только добром.
Вои смолчали. И в самом деле, говорить особо причин не имелось. Архонт скользнул взглядом по их построению, мельком отметив рваные раны на чешуе окровавленной брони. Прикрывали его на совесть. Ни одна тварь не добралась до предводителя колонии ардов.
«Пока не добралась, - мысленно поправил себя Родим и отстегнул клапан защитного чехла вжары.
Вторая волна накинулась на них столь же яростно, что и в первый раз. Руководимые злой волей своего предводителя, мохнатые твари в этот раз дождались выстрела какого-то энергетического оружия, ударившего без особой прицельности, однако доставшего до построения и, пробив защитное поле, яркой желтой вспышкой обратившего в пепел двух телохранителей. Свора ринулась на оставшихся в живых и, несмотря на отчаянное сопротивление, убила оставшихся трех воев и летягу, разодрав их в клочья. Сумевший сориентироваться и переключить систему своих действий на бой «один против всех», архонт активизировал свои усилия силовым клинком и сумел отмахнуться от наседавших на него созданий, прежде чем понял, что повредил контур силового поля своего клинка.
«Ты остался один и без оружия, - услышал он в этот момент злорадный псионический голос «Рогатого», - Ты повержен».
Родим скользнул взглядом по своим доспехам, которым изрядно досталось в последнем накате тварей, отметил несколько окровавленных ран от когтей «мохнатых». Ничего критичного.
- Даже если вой ардов остался в одиночестве и без клинка, то он еще не повержен. Подойди и попытайся забрать мою жизнь.
- Зачем мне это делать самому, если у меня есть множество слуг? – последовал ответ, - Не велика честь, забрать жизнь одного оставшегося арда…или, как вы там себя…
Не став дожидаться момента нового нападения, Родим извлек из расстегнутого накануне защитного чехла свою именную вжару-кладень. Оружие, которое могло принадлежать только избранным. Тем, кто обладал умением концентрировать свою псионическую силу и преобразовывать ее с помощью вжары в разящую энергию. Подгонялось это оружие обычно под конкретного носителя ментальности, делающего его наиболее эффективным.
- Жаль, - произнес архонт, ухватив поудобнее вжару, со стороны выглядевшую грубой рукоятью с торцевым утолщением в виде коронообразного навершия, - Тогда мне придется подойти самому.
Угрожающий вид у Родима вышел так себе, однако, как только он сделал шаг в направлении фигуры «Рогатого», свора мохнатых созданий с готовностью ринулась на него со всех сторон.
«Смотри-ка, - издевательски хохотнул архонт в ментальную пустоту, - Бравый повелитель смрадных тварей устрашился одинокого раненного воя…»
В то же самое время пси - сущность Родима вошла в состояние боевой ментальной прострации, превратив тело в методичный механизм убийства. Сконцентрированная энергия могучего и тренированного с младенчества разума, превратившаяся в длинное подобие лезвия, струившегося из навершия вжары, едва различимая в клубах багрового тумана, устроила в руке арда дикую пляску, рассекая и кромсая в лоскуты наступающего противника…
…Он не помнил, сколько минуло времени, прежде чем стала одолевать предательская слабость. Архонт разил врага, половинил нападающих на него тварей, почти физически ощущая агонию умирающей плоти и смрад выпускаемых наружу бурых, подернутых какой-то темной дымкой внутренностей. Ноги скользили в лужах странно тягучей пурпурно-серебристой крови, хлеставшей из окружающих его располосованных тел. Удары, настигали и его, поражая клыками и когтями остатки его боевого одеяния, вонзаясь в тело, однако, находящийся в боевом трансе, архонт их едва ощущал, продолжая бешено орудовать кладнем. И только сильный ментальный удар, внезапно пришедшийся молотом по изможденному сознанию, сумел потрясти его существо, прервав связь со вжарой и заставив выронить ее из ослабевших рук. Только тогда, едва не потеряв связь с реальностью, архонт потерял равновесие и бессильно опрокинулся навзничь, прямо на лежавшие под ногами разверстые тела погибших.
- Эка я вас, - прохрипел Родим, обращаясь к небу.
Визионная система бронекостюма, по всей очевидности, оказалась изрядно повреждена, потому что картинка небосвода, так скоро сменившего свой фоновый оттенок на кроваво-красный, размазывалась и лихорадочно дрожала.
«Твоя храбрость так же велика, как и твое безумие, - прорычал уже запомнившийся ментальный голос «Рогатого», - Ибо только безумный станет так биться вместо того, чтобы смиренно пасть на колени, выпрашивая помилование».
- Это не безумие, неведомая тварь, - ответил вслух архонт, ощущая во рту металлический привкус крови, - И ты, скорее всего не поймешь, что движет духом воина, готового пасть ради будущего своего народа.
Внезапно Родим узрел возвышающуюся над ним темную фигуру. Ту самую фигуру. Размываемое изображение сделало «Рогатого» еще более огромным, чем он представлял до сих пор. Он навис подобием скалы, такой же бездушный и отстраненный.
«Как же называть тебя, отродье? – вопрос несколько задержался в сознании предводителя ардов, прежде чем кануть.
«Зови меня Хуббан, если тебе так необходимо мое имя, - произнесло существо, высокомерно созерцая распростертое пред ним тело арда, - И признай меня господином, прежде чем я позволю тебе умереть».
- Зачем? – пробормотал архонт, ощущая, как рот все более наполняется кровью.
Боевая броня, несмотря на свое плачевное состояние, до сих пор продолжала свою функцию – поддерживала жизнедеятельность организма носителя, стимулировала его основные внутренние органы вспомогательными системами, однако сейчас, по всей видимости, достигла предела. Родим почувствовал приближающееся дыхание смерти.
- Я и так умру, Хуббан, - продолжил он, - Только у меня для тебя напоследок остался сюрприз, узнав о котором ты перестанешь чувствовать себя победителем. Я приготовил его на самый финал.
Архонт почувствовал, как Хуббан склоняет над ним свой лик, сокрытый в рогатом шлеме, как пытается он проникнуть в его мысли и тужится постигнуть смысл сказанного. И не стал запираться, весьма доходчиво показав картину того, что ожидает агрессора, осмелившегося прийти на земли Тартара. Приказ, сокрытый в подсознании Родима на случай стечения определенных обстоятельств, уже отправился по назначению. И он нес в себе неотвратимость, равно как и бесстрашие ардов, на протяжении многих тысячелетий бросавшихся навстречу ордам всевозможных врагов. Угасающее сознание Родима еще уловило смятение в умах войска Хуббана и запоздалые мыслеобразы об экстренной эвакуации, прежде чем уплыло в звездное небытие…
Если бы в это самое время кто-то из сторонних наблюдателей оказался близ расположения планетарной системы Медиана, то при наличии возможности рассмотреть в деталях, обязательно увидел, как сгинула планета Тартар, в долю мгновения разрушенная в прах и поглощенная без остатка небольшой черной дырой явно рукотворного происхождения. Вслед за этим черное зево дыры, продолжая свою разрушительную работу, прежде чем пропасть самой, поглотило и саму систему, оставив только чистый вакуум в месте, где прежде обреталась колония Ирийского Древа.
Пытаясь понять.
Чертог Медведя. Анкилон «Небесный медведь». Сив и Сварог.
События, приключившиеся в системе Тартар, несмотря на свою загадочность и скоротечность для обеих сторон столкновения, отозвались довольно своеобразно и неожиданно.
- …Конкретная последовательность событий не установлена, - сереброволосый Сива Жгучий поднял на Сварога угрюмый взор, в котором отразилась целая буря чувств, подавленная силой воли, - Известно только то, что нападение на систему оказалось стремительным за счет использования разновидности подпространственных туннелей, которые враг использовал как для проникновения на рубежи обороны, так и для выхода на поверхность планеты. Исходя из косвенных данных принцип такого перемещения в пространстве опасен открытым соприкосновением противосторон материи. Атакующие использовали прием силового разграничения материальных форм, однако ввиду его несовершенства, отдельные эманации преисподней вступили в реакцию с элементами планетарной структуры, спровоцировав сегментарную аннигиляцию и, как следствие, уничтожение достигнутых результатов колониального мироформирования…
- Откуда это стало так детально известно? – выражение властного лика правителя чертога Медведя не изменилось внешне, однако, как знал его собеседник, это на самом деле ничего не значило, - Планетарная система целиком исчезла из пространства при приведении в действие ардами устройства искусственной черной дыры.
- Не совсем так, - поправил его Сива, - Ибо арды, как одно из старших племен с железной дисциплиной и принципами Великой Сваги, заботятся о том, чтобы все их обитаемые миры находились под контролем верховного совета вождей. А потому, все что происходило в пределах, доступных для систем дальнего контроля, зафиксировано с детальной точностью.
- Системы дальнего контроля? Каким образом?
- Служба удаленного контроля представляет собой группу автоматизированных аппаратов, располагающихся в свободном дрейфе за пределами заселенных ардами миров и призвана осуществлять подачу сигналов предупреждения для структур совета, дублируя системы дальнего планетарного обнаружения. В случае гибели системы сигнал об опасности с краткой резолюцией все равно поступит по адресу, предупреждая остальные миры. Польза такого устроения очевидна и подтверждена еще во времена Войн Первой Фазы…
- Да-да, согласен, - кивнул Сварог, - Но ты не закончил.
- Информация, полученная от таких систем слежения, как правило, очень скудна ввиду дальних дистанций, - продолжил Сива, - Однако мы можем с достаточной точностью судить о том, как было осуществлено вторжение. Враг, напавший на систему, не использовал флот в привычном нам понимании, но широко использовал технологию подпространственных проходов для переброски своего войска.
- Опять эта технология… - буркнул повелитель чертога Медведя.
- Не совсем та, - не согласился Сива, - Те, кто напал на Ансер, пользовался технологией, не дающей заметного резонанса в бытийности. Все энергосоставляющие следа подтверждают этот вывод. Здесь же имело место достаточно грубое прохождение подпространственными структурами с пренебрежением защитных технологий и внешним эффектом в виде частичной аннигиляции материальных частиц антагонистической природы. Такое впечатление, что силам вторжения было абсолютно неважно, каким мир системы Тартара останется после них. А еще, - он замялся.
- Договаривай, - потребовал Сварог.
- А еще полученные данные свидетельствуют о том, что разумная форма напавших на колонию, не имеет аналогов в доступном сегменте галактики Стожар. Это означает, что они прибыли издалека, либо…
- …Либо мы имеем дело с силой, которая до сих пор предпочитала оставаться в тени, - закончил за Сива правитель чертога Медведя, - Скорее второе, так как пограничье сектора не зафиксировало посторонних вторжений. Но тогда возникает вопрос – где такие могучие силы могли скрываться на протяжении времен?
Повисла пауза. военачальник подбирал слова, чтобы сформулировать свои мысли.
- Есть определенное предположение, тарх, - он сдвинул брови, еще более усугубив угрюмую гримасу, - И основывается оно на том отрывочном послании, которое успел передать Родим Твердый корпускулярной аварийной связью прямо пред своей гибелью.
- Можешь показать? – поинтересовался Сварог.
- Могу, - подтвердил собеседник и сделал эманацию перстами, активируя наручный голограф, - Только качество записи плохое. Защитная система биоброни к тому моменту имела критические повреждения.
Появившееся над его конечностью сфера картинки и правда оказалась сильно замутнена. Но на ней все же просматривалась зыбкая темная фигура с рогатым головным навершием. Фигура плыла в зыби темных завихрений.
- Очень плохое изображение, мой друже, - скупо обронил правитель чертога Медведя, - Большие помехи. Словно темная пелена марится.
Сив помрачнел еще больше.
- Это не помехи, тарх. Это аура темной энергии. По мнению зничей это существо только частично имеет биологическую природу. Как матрица, содержащая какой-либо заряд.
- Это как? – Сварог несколько оторопел, - Частично биологическая… А остальная часть этого существа…
- Имеет энергетическую структуру, - закончил за него Сив, - Это существо по заключению всех ведающих – симбионт двух принципиально разных структур. И вторая из них, идущая дополнением к биологической, явно родом из преисподней.
- Новая сила на карте сектора? Интересно, с чьей подачи.
- Сила эта вряд ли пришла из-за пределов сектора, тарх, - убежденно высказался военачальник, - Она уже проявлялась в секторе. Очень давно. О том же в частности, заявлял и Род Буслаевич, чьи зничи целенаправленно занимаются археологией ушедших эпох. Изучая то немногое, что удалось обнаружить в мирах сектора, археологи Чертога Бусла пришли к выводу, что уже случались эпохи, когда темный разум подчинял себе целые цивилизации и царил в этих пределах. А тьма – есть непреложная характеристика того, что противопоставлено светлому пространству. Это характеристика преисподней. Тьма, что противостоит свету. Так это или нет, но те эпохи охарактеризованы глобальными войнами, обратившими в прах не одну звездную систему. Некоторые из легенд наших праотцов также свидетельствуют о чем-то подобном и в нашей истории.
- Если это так и есть, тогда, боюсь, и нам грозят эпохи глобальных разрушительных войн за обладание родными мирами, - задумался Сварог, опустив взор в пол, - Темные создания преисподней не могли возникнуть здесь сами по себе. Слишком специфична возможность симбиоза материальной составляющей с энергетическими сигнатурами. Совершить подобное под силу только тому, кто поднаторел в изучении структуры пространства. То есть, при довольно высоком уровне базовых знаний об этом. Отсюда следует, что у темных симбионтов в нашем секторе есть союзники, с подачи которых это возвращение состоялось.
- В точку, - подтвердил Сив Жгучий, - Только вряд ли мы сейчас сумеем определить этих союзников и местонахождение темного агрессора. Нужно время.
- Подождем, - согласился правитель чертога Медведя, - А пока необходимо предупредить наших союзников о возможной угрозе. Если Родим Твердый привел в действие крайнее средство в виде устройства искусственной черной дыры, значит угроза слишком велика и иного выхода не нашлось. Безусловно, такая контрмера несколько остудит нового врага, но это временно, и он начнёт искать другие пути.
Черные мысли.
Окрестности границ миров Триады Антареса.
«Ирийцы оказались неожиданно достойным противником, - высказался темный повелитель в ментальной тишине сознания, - Благодаря их отчаянной отваге мы в первой же битве за миры лишились набраной армии бесов и не можем теперь адекватно судить о ее эффективности».
«Да, результат насмарку, - согласился с ним Чернец, - Не следовало выбирать сразу такую цель. Впрочем, определенный опыт здесь тоже пойдет на пользу. Если противник станет широко использовать устройства формирования небольших черных дыр, то мы рискуем потерять не только армию, но еще преимущество и фору. Отпрыски Ирийского Сада оказались сильны духом, и это способно принести нам большие неприятности. На данном этапе правильнее продолжить экспериментальную работу в нужном нам направлении и, хотя бы перевести ее в заключительную фазу. Заодно решить на будущее проблему противодействия бомбе черных дыр».
«Ты прав, - согласился симбионт, - Придется взять паузу, чтобы снова нарастить потенциал. Бесы успели дать потомство, так что придется начинать не на пустом месте. Заодно можно уделить время экспериментам по рекомбинированию высших существ. Если уж армия бесов произвела эффект, повлекший акт отчаянной храбрости, то воинство высших существ станет поистине непобедимым. Сила одного демона велика в своей смертоносности. А если их будут легионы?..»
«Паузы не будет, мой господин, - возразил Чернец, - И мы сумеем оценить потенциал возрожденной армии бесов. Ибо есть то, чем нам следует заняться уже сейчас. Мы должны полностью подчинить себе мощь Триады Антареса».
___________________
Догадки оставались только догадками и умы триединой цивилизации совершенно потерялись в безуспешных попытках разгадать задачу, на которую пока не нашлось разумного ответа – что за неведомые силы внезапно атаковали их пределы, играючи руша тысячелетние рубежи обороны один за другим. И разрушая их, продолжали оставаться неведомыми. Словно некие призрачные силы развязали военный конфликт, не оставляя следов на местах скоротечных сражений. Зато, каждый новый раз, с каждым новым нападением, загадочный противник с жадностью зверя продолжал отхватывать все новые миры. Выбиваясь из сил и возможностей вооруженные силы Триады Антареса, в попытке дать достойный отпор агрессору, раз за разом бросались в те системы, что замолкали одна за другой, однако получали мощный отпор и откатывались на границы все уменьшающегося ареала обитания, оставаясь в неведении о природе атакующих их сил…
- …По периметру оставшихся территорий в усиленном режиме курсируют разведывательные флотилии, - доклад офицера службы тайных операций ничего нового, судя по всему в себе не принес, - Разведывательные зонды и виманы с усиленной системой незаметности отправляются в захваченные системы, однако не приносят результативной информации. Более половины из них, достигнув определенных пределов попросту пропадают, перестав выходить на связь…
Бешенство Ящера Рапта, накопившись, нашло выход в виде сокрушительного удара по каменной тумбе-столу с остатками трапезы. Тяжелая четырехпалая длань правителя пришлась ровно в центр массивной столешницы, расколов ее пополам и сметя на пол набор посуды, измазавшей его густой жижей кровяной подливы.
- Еще что? – желтизна хищных очей правителя Триады блеснула в сторону офицера.
- Доклад окончен, - тот склонился в церемониальном поклоне.
- Вон! – коротко проревел ему Ящер и проводил взором удаляющуюся из отсека фигуру.
Сказать, что он находился в бешенстве, означало ничего не сказать. Накал его гнева захлестывал, застилая очи красноватой пеленой и заставляя трепетать защитную бахрому ноздрей. Немудрено, ибо правитель, столь бездарно теряющий с таким трудом доставшиеся ему для управления территории, не заслуживал даже жалости и сочувствия.
- Прибыл Паук А-Нут, - доложил тихий голос искусственного интеллекта, - Нижайше просит об аудиенции.
- Подтверждаю разрешение на встречу, - недовольно фыркнув и дернув массивным челом, отозвался Ящер, - И пусть поторопится.
Паук не заставил себя долго ждать, что при взвинченном психическом состоянии правителя Триады Антареса, зачлось ему только в плюс. Как и подобострастная поза, в которую сложилась его нескладная фигура, едва только оказавшись напротив господина.
- Надеюсь, что ты прибыл с хорошими вестями, - холодно встретил его Ящер Рапт, - Плохих мне уже на сегодняшний день достаточно.
- Увы, мой господин, - прищелкивая жвалами сообщил прибывший, - Я не принес добрых вестей, ибо наша армия дивов потерпела сокрушительное поражение в системе Медианы и оказалась уничтожена.
Оглушительный рык стал ему ответом. Правитель Триады рывком поднялся со своего ложа и навис над Пауком, словно намеревался накинуться на него и разорвать на куски.
- И ты посмел явиться ко мне с такой вестью?!!! – прорычал он, ощерив тяжелую острозубую пасть, способную с легкостью дробить кости и суставы, -Сейчас?!! Когда Триада и без того подавлена гнетом тяжелых поражений?!!!
Он грозно щелкнул челюстями, однако тем и ограничился. Что-то подспудно удержало его от намерения немедленно покончить с этим арахноидом.
- Уверяю, господин, - снизу-вверх блеснул зрительными элементами А-Нут, - Что поражение явилось вовсе не из-за малой эффективности созданной рати. Наоборот, наши новые вои оказались мощны и чрезвычайно эффективны. Поражение случилось по причине необычайной стойкости ирийских колонистов, не испугавшихся угрозы полного истребления и уничтоживших планетарную систему вместе со светилом и армией агрессора.
- Как это случилось? – остывая поинтересовался Ящер Рапт, оставаясь напротив подданного.
- Устройство создания малых черных дыр, - коротко прояснил Паук, - Средство крайней степени для сильного противника. Ирийцы показали себя слишком стойкими, чтобы надеяться на легкую победу. Для того, чтобы качнуть чашу весов судьбы в нашу сторону нужен, как минимум, сильный союзник.
Не ожидавший такого вывода, Ящер отвернулся, чтобы скрыть свой лик, пошедший фиолетовыми пятнами. Он слишком недавно обрел независимость от Империи Ориона, чтобы обрести желание вновь эту независимость потерять. Даже по причине угрозы тотального поражения.
- Ты имеешь ввиду Чернобога Пекального?
- Он не единственный, кто может стать нашим союзником, - в голосе Паука неожиданно зазвучали непривычные нотки, - И господином.
Ящер Рапт не сразу понял, что за эмоциями упустил ситуацию и оставил за собственной спиной тайного врага. Еле различимый молниеносный укол в районе позвоночного столба заставил разом онеметь нижнюю часть тела. Попытавшись запоздало обернуться, правитель потерял равновесие и рухнул на пол, прямо к ногам Паука. А затем и вовсе задергался в тщетных потугах оживить онемевшие члены. Одурманенное сознание начало ускользать от него, грозя покинуть насовсем.
- Не волнуйся, Рапт, - прозвучал где-то сверху голос арахноида, - Это всего лишь средство забытья. Не смерти. Ты еще нужен мне и моему господину. А пока ты валяешься здесь, словно куль с припасами, мы заберем у тебя остатки того, что ранее звалось Триадой Антареса.
Явление Абигора.
Покои Ящера Рапта. Ловушка Чернеца.
Тот, кто создавал паучье средство забвения, совсем не подумал о той жестокой боли, которая мучила жертву все то время, пока ее пробуждающийся организм отходил от подобия смертной комы. По крайней мере, так посчитал Ящер Рапт, когда проблески сознания вновь закрались в его одурманенный разум. Боль сопровождала каждый такой проблеск, казалось, пульсируя во всем организме и затрагивая каждый синапс.
- Он очнулся, мой господин, - голос, едва донесшийся сквозь дурман, принадлежал Пауку.
«Проклятый предатель, - вяло подумал правитель Триады Антареса, - Надо было давно уничтожить эту ползучую двуличную тварь».
Желание наказать арахноида за двуличность проявилось непривычно слабо. Наверное, это все еще действовало коварно введенное средство.
- Вижу, раб, - отозвавшийся клекочущий голос с характерным прищелкиванием жвал принадлежал…судя по всему…тоже Пауку (?), - Этот помесный раптоид едва не проспал все интересное. Хотя, может так даже и лучше.
«Похоже на раздвоение личности, - еде шевеля мозгами, подумал Ящер и попытался поднять тяжелые веки.
«Раздвоение личности бывает, когда в одном организме скрываются два разных разума. Здесь это тоже в какой-то степени присутствует, но не так, как ты подразумевал».
Услышав ментальный голос в своей голове, Рапт дернулся всем крупным телом, пытаясь создать против него пси-барьер, и ощутил, что парит в пространстве, словно подвешенный. Мышцы правителя Триады уже отходили от безволия, однако применить их оказалось не к чему. Точка опоры отсутствовала. Только после осознания этого факта раптоид решился приоткрыть глаза.
- Приветствую тебя, бывший правитель, - он скосил кровянисто-желтый зрак в сторону источника звука и узрел Паука.
…Нет, не Паука. Существо, полностью копирующее его подручного, отличалось на почти подсознательном уровне, демонстрируя иную личность. А еще, как разглядел Ящер Рапт своим очень острым зрением, параметры которого выходили далеко за пределы среднего уровня, псевдо-Паук прямо-таки излучал темную энергию, мутными завитками составлявшую зловещий абрис костляво-членистого тела. Некогда уже наблюдавший подобное на примере Чернобога Пекального, правитель Триады неожиданно ощутил невольный страх пред той силой, что струилась в жилах темного создания. Эта сумрачная энергия, преображаясь в материю и сознание, творила зло и стремилась подчинить себе всех, кого касалась.
- Почему бывший? – он постарался, чтобы голос его не дрогнул.
- Потому что цивилизация Триады Антареса только что рухнула под напором могучего разума Атта, - в его поле зрения выступил настоящий Паук Анут, - Склонись пред ним, как склонились твои недавние подданные.
- Зачем? – взгляд Рапта не изменил выражения, показывая готовность к любому исходу, - Все равно моя участь предрешена. Гибель моя неизбежна.
- Это почему? – темный арахноид приблизился и остановился напротив, - Зачем разбрасываться ценным сочетанием разумной материи? Ты и твой опыт вождя пригодитесь нам для наших интересов. Тем более, что наша армия обращенных стократно выросла, а командовать ею следует существу того же подобия…
Ящер поднял чело, окинув тяжелым взором стоящие пред ним фигуры.
- А кто вам сказал, пауки, что я стану служить вам и водить ради ваших целей армию присягнувших вам воев…
- Он не понимает, - повернулся к Пауку темный арахноид, - Объясни.
- Твоего согласия не требуется, Рапт, с готовностью пояснил тот, - Как и содействия твоего сознания. Все просто. Твое тело – подходящий сосуд для темного сознания, хочешь ты того, или нет. А твой собственный разум в данной ситуации может сделать только один выбор – вступить в союз с твоим новым руководящим началом, либо воспротивиться ему и погибнуть…
Правитель Триады опустил тяжелое чело, переваривая полученную информацию. Затем скосил зрак в сторону череды обзорных экранов, установленных на стене отсека. На них отражалась картина космической пустоты, окружавшей его опорную боевую станцию-крепость. Теперь, в пику обычному виду, экраны демонстрировали щедрую россыпь мусорной мешанины обломков технического происхождения, дрейфующей в космосе. То, что осталось от флотилии боевых кораблей оборонного рубежа. Среди обломков явно угадывались исковерканные тела его воев-охранителей. Взгляд зацепил один из экранов, панорама которого ухватила одно из мертвых тел, подплывшее к станции наиболее близко. Глаз резанул крупный вид изуродованного воя. Буквально вспоротое вдоль крупное тело боевого рапта с лохмотьями биоброни и бахромой выглядывающих внутренностей, расплющенный закрытый шлем с потеками крови и мозговой жидкости. Они защищали его до конца. Даже умирая.
- Никогда!!!!! – Ящер Рапт рванулся из своих гравитационных оков в тщетной яростной попытке достать хотя бы одного из своих врагов.
Но не сумел. А затем, когда порыв хищной ярости в нем захлебнулся злобным бессилием, сверху навалилась тяжкая темнота… Нет, не темнота… орды врагов, вооруженные до зубов, наступали на боевые порядки его потрепанной боем армии… Боевая секира мерцает иссякающим силовым режущим полем… Кладень вспыхивает яростным огнем в его могучей длани… А затем он неистово кромсает ряды напирающего противника, ведя за собой верных воев… Груды поверженных тел, фонтанирующих тягучими струями крови… Но не время для отдыха… Новые орды маячат на горизонте, угрожая Триаде Антареса…
- Что с ним? – поинтересовался Паук, наблюдая за конвульсивными дёрганьями тела Ящера.
- Ничего особенного, - спокойно отозвался Чернец, - Идет процесс заселения темной сущностью.
За флегматическим видом псевдо-Паука сокрылось титаническое напряжение, внешне выразившееся всплеском темной энергии, затуманившей его видимый образ. Сумрачная атмосфера отсека визуально потемнела и словно сгустилась, приобретя текучее свойство. А затем, словно антивспышка, что-то черное вспучилось в пространстве, затем растворившись без остатка, словно от порыва ветра.
- Он пришел! - торжественно произнес Чернец, - Встречай, раб, нового вождя армии одержимых!
- Кого? – не понял Паук, обескураженный тем, что происходило у него на глазах и что он не мог постигнуть.
Темный арахноид, занятый своим, не ответил. Он подошел к подвешенному в воздухе пленнику вплотную и заглянул в его лик.
- Кто пришел в эту сторону бытия? – спросил он, - Кто ты, сущность власти?
Ящер вдруг дернул массивным черепом и распахнул почерневшие очи, словно привыкая к месту, где оказался.
- Зови меня Абигор, - голос, исторгнутый им, оказался насыщен непривычно низкими тональностями.
Тело раптоида вдруг подернулось рябью темной энергии. Завихрившись, сумрачная сила рванулась вширь, освобождая его от невидимых грави-пут, однако же он не обрушился на пол, вместо того медленно опустившись на него. В мерцании темного марева Пауку показалось, что измененная сущность его бывшего повелителя даже не коснулась плит под ногами, зависнув над ними в крохотной доле.
- Где разум, предшествовавший тебе, великий воин преисподней? – вопросил Чернец, - Он не помешает тебе?
- Не сможет, - мрачная усмешка на хищном лике раптоида показалась жуткой, - Ибо его разум на вечные времена заключен в великой иллюзии бесконечной кровавой битвы с врагом.
- Хорошо, коли так, - кивнул темный арахноид, - Тогда, Абигор Искусник, пришла пора отдать под твое руководство все легионы одержимых существ, служащих ныне на благо великой тьмы.
Глава 18. По тропам.
Морана Белоликая. Агент по поручениям.
Обратный путь в Ансер после посещения колониальной системы Криона-Весса занял относительно небольшое время, однако Морана ощутила значительное опустошение и подавленность. Наверное, сказалась потеря сил во время действий в ментальном поле. Обычно, после подобного правительница старалась побыть в одиночестве, самоизолируясь в своих покоях Змеиного дворца и почти не реагируя на внешние раздражители. Ее разум в уединении отдыхал. И весь персонал дворца, зная о том, не решался тревожить отдых правительницы чертога.
Но на сей раз так поступить не получилось. Подвох она ощутила, едва вступила в покои, отпустив горничных дев и оставшись одна. Что-то витало в воздухе, заставляя насторожиться.
«Выходи, - приказала правительница, с немым раздражением отследив энергетический ментальный след, - Иначе я вытащу тебя сама».
Дважды грозить не пришлось. Зеленоватая дымка пахнула всполохом, и ей навстречу выскользнул знакомый силуэт посыльной темного владыки.
- Параскея! Что нужно тебе, змея? И как ты посмела явиться без приглашения?!!
Ныне Мара, вполне постигшая натуру змеедевы, особо не церемонилась. В ответ та заискивающе преклонилась, явив знакомую узкогубую улыбку.
-Не сердись, владычица, - смиренно произнесла змеедева, - Я к тебе с поручением от нашего Отца. Накануне он не смог донести к тебе свой зов, оттого и отправил меня.
«Не смог донести… - подумала правительница Чертога Лисы с легким удовлетворением, - Потому и не смог, что я научилась скрывать от него присутствие своего разума».
- Что нужно ему? – она смягчила выражение лика, оставив на нем только гримасу превосходства.
- Владыка просит разобраться с непростой ситуацией в одном из пограничных с твоим чертогом миров…
- У него полно цепных псов, - возразила Морана, - Разве их недостаточно для наведения порядка на своей территории?
- Владыка считает, что проблема имеет тонкую подоплеку и в этом случае могла бы пригодиться именно ты, ибо у Скипера-зверя, и других хватает своих забот.
- Хватает, - хмыкнула правительница Чертога Лисы при упоминании претящего ей имени, - Вредить мне на моей территории. Впрочем, изложи суть проблемы.
Морану Белоликую подспудно уже начинало тяготить, что Пекальный владыка увидел в ней еще одного тайного посла для решения всякого рода второстепенных, заботящих только Чернобога, проблем. И все по той причине, что Мара относилась к поручениям Витула с тщательностью и обязательной скрупулезностью мудрой женщины. А может из-за того, что все порученный ей миссии (а их за последнее время набралось уже с дюжину) дева-правительница выполнила играючи легко и с высокой эффективностью.
- Империя Мессаха страдает от набегов на окраинные системы…
- Дассы, - с легким раздражением протянула Мара, - Опять дассы…
Территории Мессаха, как она знала, простирались прямо у территорий Приграничья Ледяных миров, местами соприкасаясь с владениями Скипера – зверя, и уходя далеко вглубь, вплоть до Территорий Драконовых. Когда-то в незапамятные времена, исчислявшиеся не одним тысячелетием, эта империя прослыла одним из заклятых противников пришедших в сектор детей Триединого Союза, однако с тех пор бездарно растеряла былое величие, постепенно превратившись в захолустный дворик Империи Ориона. Но при всем при том, несмотря на потери изрядного количества коренных систем, многие из которых перешли под прямой протекторат цивилизаций Ирийского древа, уходившая в закат конгломерация миров еще сохранила остатки сил и возможностей, позволявшие считаться с ней и ее запросами.
- …Правитель Мессаха, Босоркун Потрясающий обеспокоен набегами неизвестных сил на свои владения, - продолжила посланница Чернобога, - Набеги на подвластные ему миры происходят молниеносно, силами неведомой малой рати, которая приходит неведомо откуда и уходит неведомо куда…
- Слишком много неведомого, - сухо обронила Морана, - Хоть что-то известно? Хоть что-то ведомо?
Параскея-Змея запнулась, сбившись с речи.
- Мало что известно, - нашла она, наконец, утерянную нить рассказа, - Набеги точечны. Силы обороны не успевают среагировать, как вороги успевают скрыться, прихватив ценную добычу…
- Что забирают?
- Все, что имеет ценность, включая сырье, - ответила посланница, - Потери дассов не столь велики, чтобы заявить о каком-то значительном ущербе, однако неуловимость лиходеев беспокоит Босоркуна Потрясающего... Известно только, что они, возможно, используют тропы подпространства…
- Ты думаешь, что я смогу их выследить? – возмутилась правительница, - Ищи иглу в стогу сена…
Заносчивыми репликами дева-правительница исподволь испытывала терпение обычно вспыльчивой Параскеи, однако на сей раз без обычного отклика. Видимо строго проинструктированная, та держалась в рамках натужного спокойствия.
- Витул Пекальный предполагает, что это могут быть отщепенцы из его владений, промышляющие разбоем…
- Кто же?
- Это тебе и надлежит выяснить. То, что известно о местах нападений и ту информацию, что удалось собрать дассам, я готова передать тебе по разрешению владыки.
- Загадка… - задумалась Мара, - Впрочем, я попробую разобраться.
Морана Белоликая не хотела себе признаваться, однако похоже, что Чернобог Пекальный на правах родителя пытался превратить ее в кого-то вроде посыльного. Не простого посыльного. В специалиста по особо важным поручениям и щепетильным миссиям. При этом Витул не ограничивал в средствах и силах, предлагая, как привлечение доверенных подручных с ее стороны, так и помощь своих союзников.
В обоих случаях Мара отказывалась. По личным соображениям. Во-первых, не желала искать и привлекать на свою сторону кого-то из представителей своего чертога, ибо это грозило вероятностью раскрытия ее сношений с Чернобогом для посторонних. Во-вторых, не хотела действовать в составе приданных пекальных сил по соображениям корректности сложившихся взаимоотношений с темным владыкой. Сейчас, даже выполняя его поручения, она держалась наособицу и не связывалась никакими условностями и ограничениями. Даже при условии, что сам владыка считал ее почти сложившимся своим вассалом. Однако, если честно, причиной того, что Витулу удалось привлечь ее к такому роду деятельности, послужил лишь тот тайный посул, что в ходе ее появлялась возможность что-то сделать и для себя, для своих чаяний. Эти соображения и подвигали пока Морану Белоликую на принятие условий родителя.
__________________________
Загадка при ближайшем рассмотрении показалась весьма интересной, но не из простых, учитывая характер нападений неизвестных. Все, как она любила. Получив на руки последние данные звездных локаций, Морана пришла к выводу, что дело ей вполне по зубам. Анализ, проведенный по свежим следам, показал, что лиходеи, несмотря на свою изобретательность, действовали по вполне определенной схеме, появляясь, каждый раз в новом месте, и почти никогда не возвращаясь в места предыдущих вылазок. Исходя из этого правительница, наверняка зная, что действуют налетчики, передвигаясь по мирам с помощью технологии троп, предположила несколько потенциально привлекательных маршрутов для новых вылазок и при помощи дассов выставила в этих местах сигнальную аппаратуру, замкнутую лично на нее. Затем, словно опытному рыболову, правительнице чертога осталось выждать момента поклевки.
Процесс ожидания вышел довольно длительным, и не по причине плохого планирования. Дева-правительница, используя все возможные способы сбора информации, тщательно отслеживала вторичные следы проявлений искомых преступников, которые, старались проявить изобретательность, время от времени допуская импровизации и позволяя себе некие отклонения от общей линии поведения. Так опытный паскат выслеживает свою добычу, терпеливо наблюдая за ее движениями и маневрами по той простой причине, что следовало выбрать для нападения наиболее удачный момент. Просчитать в этом русле все возможные варианты также следовало. Обладая тонким аналитическим умом, Мара не стала делать поспешных выводов и гоняться за тенями, предпочтя набраться терпения и выждать еще. Победа останется за тем, у кого прочнее нервы. Для пущей верности своего плана пришлось полностью проигнорировать несколько последующих вылазок неуловимых налетчиков для того, чтобы создать у противника иллюзию безнаказанности и притупить его опасения.
Ожидания вознаградились спустя несколько стадий времени обращения Ансера вокруг светила. И едва уловив полученный сигнал, полученный из мира Туфала, расположенного на одной из окраин Мессаха, правительница Чертога Лисы тут же исчезла из своих покоев Змеиного дворца, уйдя по проложенной загодя тропе…
_____________________
Центральная планета системы Туфала носила название Вануан, и вполне ожидаемо выглядела как затхлый болотистый мир, наиболее подходивший для обитания такой разновидности дассов как муно. Биология этого чудного народа походила на членистоногих наличием мощного внешнего скелета, содержащего кашеобразный внутренний объем органов, и основывалась на способности обитания в среде, богатой сернистыми соединениями. Каждая отдельная особь этого племени, обладавшая от восьми до десяти мощных конечностей, используемых универсально, превосходила размером даже древних титанов второго поколения. Само собой, поэтому муны активно и использовались как наемники в разных конфликтах. Определенный минус у этих созданий, однако, все же имелся и заключался в полном отсутствии ментальных возможностей, что, возможно, обуславливалось сравнительно небольшим объемом мозга. Впрочем, сей факт не помешал предкам не самой разумной, но очень живучей разновидности дассов создать большую империю даже после сокрушительного поражения в тысячелетних войнах с потомками Триединого Союза. Ныне, даже весьма в урезанном виде, империя все равно включала в себя обширные территории из нескольких десятков звездных систем, что, тем не менее, не позволило выбиться из ряда других цивилизационных образований, ныне находившихся в вассальной зависимости от владыки Пекальных миров.
«Здесь мерзко, - подумала Морана, выйдя из портала прямо посреди заболоченной равнины, сплошь покрытой ковром тускло-фиолетовой растительности, - И небосвод, имеющий оранжевый оттенок, выглядит мерзостно».
Как оказалось, она сошла с тропы неподалеку от центрального града мунов – сложного комплекса больших полусферических жилых конструкций грязно-желтого цвета, кажущихся едва ли не гигантскими на фоне здешней низкорослой растительности. Даже колонии серых колонноподобных грибов, частыми группами разбросанные по равнине, показались мизерными по сравнению с ним.
«Атмосфера здесь, конечно, желает лучшего, - подумала Мара, глубоко и печально вздохнув под маской защитного костюма, - Агрессивная, наполненная едкими соединениями. Немудрено, что здесь обитают только эти твари с клешнями».
Она выдвинулась в сторону сооружений града. Туда, где виднелась самая крупная полусфера с неровным проемом тяжелых защитных створ. Ломкий фиолетовый псевдомох под подошвами сапог жалобно захрустел, оставляя на поверхности темные кляксы тягучего сока, похожего на капли чужеродной крови и, скорее всего, ядовитого донельзя. Приблизившись к створам, гостья подметила, что поверхность купола вдруг изпещрилась десятком отворенных потайных отверстий, через которые на его поверхность проворно выбралась группа ракоподобных мунов-воинов и, резво передвигая цепкими конечностями, словно находились на ровной площадке, спустилась вниз, на площадку пред входом. Передний муно, облаченный в ярко-желтую бронекирасу и, очевидно, несущий командирские функции, с явной угрозой заступил Моране дорогу, заклекотав что-то на своем языке, изобилующем щелчками и шипящими выдохами разной тональности.
- Кто ты пришелец, и что тебе нужно здесь? - бесстрастно донесла до ее слуха система универсального переводчика.
- Я гость, приглашенный вашим правителем, - коротко ответила Мара, бесстрастно разглядывая мунов снизу-вверх, в то время как система переводчика выдавала ответную серию сложного клекота, - Проводите меня к Тамчу Великолепному. Немедленно.
Скорее всего, имя здешнего правителя означало просто наименование сана, и не более. Так было принято у созданий, существующих единым общественным роевым устроением без признаков персонификации. И, само собой, что за время предыдущего общения с представителями этого мира Моране не удалось постичь принцип, по которому эти создания хоть как-то идентифицировали друг друга. Впрочем, для ее миссии это виделось малосущественным, оттого гостья более не ломала голову подобной проблемой и хладнокровно дожидалась, пока воины стражи, используя местный аналог пространственной связи, уточнят ее статус и ожидаемость визита.
Как ни странно, но ожидание не затянулось. Получив подтверждение, стражи расступились в стороны, предоставив ей проход в открывшийся створ. Гостья прошла внутрь, однако выглядела больше погруженной в себя, чем смотревшей по сторонам. Она ощущала ход времени и понимала, что промедление, завернутое в обертку ритуальных расшаркиваний, может сбить темп и обрушить все планы на поимку.
Зал местного правителя обнаружился недалеко, так что не пришлось тратить время на длинные переходы по помещениям и коридорам, выглядевшим так, будто их прогрызли гипертрофированные муравьи. Возможно, так и было, ибо в одном из боковых проходов Мара заметила оживленную группу приземистых членистоногих, по всей видимости выполнявших функции рабочих. Те сновали по этому проходу, словно вылизывая каменный пол и стены. Разглядывать более детально гостья не рискнула, дабы не вызвать беспокойство у сопровождавших ее воинов. Вместо этого правительница прибавила шаг, входя в парадную дверь зала, такую же непропорционально изломанную по контуру, что и другие, но выполненную из минерала ярко-изумрудного цвета, разом играющего бликами от всех находившихся рядом светильников.
Парадный зал выглядел вычурно и красочно, играя цветами каких-то непонятных конструкций и предметов, очевидно считающихся здесь роскошью, однако все равно производил впечатление неряшливости из-за скромной архитектурной составляющей в виде излишне многочисленных колонн, словно вырубленных кое-как детскими руками. Зато в центре зала, как и подобало статусу, располагался величественный трон из темного камня, явно заимствованный из какой-то другой культуры, более сведущей в пропорциях и геометрии. На этом троне восседал сам правитель мира, отличавшийся от других особей своего племени щедро золоченым бронекостюмом с плюмажем из ярких перьев неведомых птиц.
Фигура на троне зашевелилась, очевидно, намереваясь подняться на мощные конечности, однако, едва заметив шевеление, Морана сделала предупреждающий знак.
- Не время церемониям, - сказала она, - Ибо я получила сигнал грозящей вам опасности. Прямо в это самое время подвергается набегу один из твоих сокровенных градов. Если мы промедлим, то не успеем предупредить его разграбление. Немедленно мобилизуйте своих воинов и отправляйте их по указанным мною координатам. Если поспешат, то их помощь мне окажется весьма своевременной.
Правитель, выпрямившийся во весь свой громадный рост, что-то заклекотал, громко щелкая многочелюстным аппаратом, однако Мара его уже не слушала. Сунув в клешню ближайшего стража информационную сферу с данными и координатами, она тут же удалилась из зала в сторону, где индикатор показывал расположение ближайшей портальной тропы…
…Место нападения, обозначенное сигнализационными системами, расположилось в экваториальной зоне планеты. Сойдя с тропы недалеко от него, правительница машинально отметила, что температурные показатели среды резко возросли. Она ступила в густой ворс знакомой растительности и утонула в нем едва ли не по колено. Где-то рядом явно угадывался большой водоем, в котором, судя по звукам, ворочалось что-то огромное.
«Здешние тропики явно живописнее, того места, где я побывала только что, - подумала Морана, тщательно выбирая для прохода более высокие и не так заросшие складки местного рельефа, - Только бы не угодить в какие-нибудь топи».
Здешний град, выглядевший, словно под копирку таким же скучным набором полусферических построек, как и град правителя, она планировала обнаружить прямо за грядой колонии гигантских колоннообразных экваториальных грибов. В предыдущий свой визит Мара достаточно хорошо изучила окрестности этого места, служившего одним из крупных хранилищ ценных запасов империи Мессаха. Содержимое этих хранилищ держалось в полном секрете, и даже те муны, что охраняли его, не ведали о том, что именно охраняют.
«Интересно было бы посмотреть на то, что с таким рвением охраняют дассы, - подумала дева-правительница, осторожно огибая колонию-грибницу, - Очень сомнительно, что там хранятся обычные запасы ценных ископаемых. Скорее похоже на сокровищницу».
Чертыхаясь, она выбралась к заросшему лиловой тиной водоему с ярко-изумрудной водой и пошла вдоль него в сторону града. Каждый шаг в густом ковре здешней растительности давался с трудом. Сам же град, обнаруженный на прежнем месте, на расстоянии показался брошенным и лишенным чьего-либо присутствия.
«Зря не приготовила загодя для миссии гравикомпенсаторный костюм, - пришла запоздалая мысль, - Слишком трудно передвигаться. Надо глянуть на индикатор и, в идеале, сделать короткий переход по тропе для сокращения маршрута».
В глубине водоема, остававшегося от нее по левую руку, что-то громко чавкнуло, привлекая внимание правительницы. Резко обернувшись, Мара заметила глазные отростки какого-то крупного водного существа, приподнявшиеся из водной глади. Существо, заметив ее реакцию, вдруг резко взвилось из глубины, показавшись во всей паукоподобной мерзостной красе и, явно атакуя, выпрыгнуло из воды, одновременно выстрелив в сторону Мораны засеребрившейся в воздухе сетью. Впрочем, прежде чем эта паучья снасть достигла берега, на нем уже никого не было, и лишь всполох зеленоватой дымки таял в густом ядовитом воздухе.
«Рискованно передвигаться здесь без должной подготовки и сходить с тропы раньше намеченного, - пожурила себя за недогадливость Мара, выйдя из портала прямо за створами наружных ворот, - Потеряла время».
Деву-правительницу опять обеспокоило слабое возмущение эфира. Поначалу она посчитала, что подобный всплеск произошел из-за неожиданного нападения местного хищника. Но, уже оказавшись в стенах града, поняла, что дело крылось в ином. Здесь явно прослеживалось присутствие разумной сущности, к мунам не имевшей никакого отношения. И она присутствовала здесь не в одиночку.
«Пора, - поняла Морана и с помощью активационного микроманипулятора привела в действие глушащую систему, - Теперь, лиходеи, вы в ловушке».
Несмотря на пустынность, покои и переходы этого места неожиданно оказались напичканы всякого рода механизмами и охранными системами. Не успела Мара сделать пару шагов вглубь первого же помещения, как искусственный голос на диалекте драконовых возвестил, что она без соответствующих на то полномочий нарушила охраняемый периметр и подлежит уничтожению.
«Механизмы, - покачала головой правительница, невозмутимо проходя вперед, - Дассы просто одержимы механизмами».
Не сказать, что ирийцы чурались всякого рода технических приемов. Техника, функционирующая на самых различных физических принципах, активно применялась Ирийским Союзом в разных аспектах существования цивилизации. Однако именно круг Пекальных миров в симбиозе с дасскими технологиями делал акцент на технический аспект, иногда совершая попытки, возвести его в абсолют, что в отдельных случаях даже приводило к случаям альтернативной жизни. Этим понятием, как правило, называли культуры, представляемые, либо контролируемые искусственным разумом.
Тональные сигналы охранного комплекса града начали приобретать пронзительно визгливые нотки, когда шарик детонационного устройства, оброненный Марой сразу после прохода в коридор, сработал и создал мгновенный и очень мощный импульс электромагнитного излучения, пронесшийся по пространству внутренних помещений града, и выжегший центры искусственного сознания. Сразу же после срабатывания этого устройства комплекс полусферических построек (Морана была готова поклясться, что так и произошло), озарился чередой энергетических замыканий и погрузился в полную тьму.
«Так-то лучше – подумала правительница, зрение которой полностью обеспечивал изолированный контур защитного бронекостюма, облаченного ею под привычным меховым одеянием, а также ментальное чутье, позволявшее на уровне подсознания воспринимать размытые, но вполне осязаемые контуры предметов, - Одной угрозой меньше».
Она, крадучись и осторожно оглядывая окрестности, прошла мимо помещений, хаотично расположенных по обеим сторонам длинного коридора. Ничего! Ночное зрение выхватывало участки стен, щедро обожженные полыхнувшей энергией, обширные кляксы иссиня-черной тягучей крови на каменном полу, очевидно обильно пролитом воями-мунами в короткой, но яростной схватке. Не заметила только тел, отчего видимые следы только что отгремевшего боя показались каким-то наваждением, навеянным на разум… Судя по всему, нападавшие аккуратно разложили павших воинов противника по темным чуланам, дабы те не бросались в глаза. Кстати о разуме… Мара привела его в состояние дрожащей струны и принялась тщательно прощупывать ближайшее пространство. Доля времени, другая… Обнаружились признаки посторонней умственной сигнатуры. Разум пытливый, но недостаточно чувствительный… Хотя, витало некое ощущение, что ментальная составляющая здесь в какой-то мере присутствовала… Но и не нападала…, Кто бы здесь ни находился, ему не тягаться с ней в силе.
Морана Белоликая прошла дальше в показавшуюся впереди бронированную створу, очевидно ведущую в большое хранилище, искореженную и взломанную сильным разовым пульсовым энергетическим воздействием. Видимое пространство по-прежнему выглядело пустынным и необитаемым. Судя по первым ощущениям, ее противник имел хорошие возможности для маскировки, позволявшей остаться незамеченным даже при визуальном контакте.
Помещение хранилища, в котором оказалась Морана, было огромным и сумрачным из-за недостатка освещения. Оно имело идеально сферическую форму, а еще, судя по всему, обладало собственным постоянным вектором гравитации, направленным от центра к поверхности. Подобные хранилища скорее уместны в космическом пространстве, но не на поверхности планеты. Загадка!
В пространстве сферы что-то тихо зашипело, словно выпуская воздух, а затем в сторону настороженной Мораны прилетела силовая секира, призрачно мерцая плоскостью взведенного лезвия. Ожидаемо! Маневр невидимого противника на правительницу впечатления не произвел. Дева-правительница со спокойствием абсолютного холода сошла с места, где только что стояла, предоставив оружию вонзиться в плиту полового настила у своих ног.
- Выходи, - коротко приказала она, обратившись в тишину пространства сферы, - Пути отхода вам обрезаны, а потому настало самое время для разговора. А не выйдешь – вытащу силком.
Как и следовало ожидать, неведомый враг тут же проявил нервозность и попытался уйти своей тропой. И не смог. Потом снова. Правительница вполне ощутила его изумление и жгучую ярость возмущения.
- А сможешь силком? – вдруг прозвучал тонюсенький скрипучий голос прямо у нее над головой, - Не надорвешься?
Неожиданно, вверху в воздухе пространства сферы, открылся карман зеленоватой дымки, из которого вывалилась угловатая тощая фигура, показавшаяся несколько несуразной из-за длинных костлявых ног, с выпирающими даже через бронекостюм суставами. Фигура летела прямо на нее, корректируя траекторию боевой гравикомпенсационной системой биоброни, и замахнувшись силовым кладнем драконовых, кажущимся несоразмерным по размеру.
- Из гравистрела бы уже раз с десяток стрельнула, - пробормотала Мара, отступив еще на шаг и взмахнув дланью с перстнем Клювоносом, словно отмахиваясь от мухи.
Оглушенная ментально-силовой пощечиной, обладательница костлявой фигуры рухнула в паре метров от нее, громко застонав от болевого спазма нервных синапсов.
- Лучше не вставай, - посоветовала Морана, поправляя на пальце тяжелый клювовидный перстень, - Если ты пока не поняла, поясню, что я не намерена лишать тебя жизни.
Ее противница, со стоном повернувшись набок, что-то гортанно выкрикнула, сразу после чего в пространстве над головой стоявшей в ожидании правительницы чертога открылось еще с десяток портальных ходов, обрамленных зеленой дымкой, из чрева которых посыпались темные фигуры в голубоватом абрисе энергии гравитационных компенсаторов.
- Зря, - холодно констатировала правительница Чертога Лисы, - Ибо в данном случае численность твоих воев не имеет значения.
Похоже, что она вычислила настоящую банду разбойников. Многочисленных и свирепых, но совершенно не защищенных от ярости существа с более развитым разумом. Прекрасный материал для развития. Дева-правительница усмехнулась, придя к такому обнадеживающему выводу.
- Еще раз говорю тебе, что не стоит далее пытаться меня разозлить, - Мара также поразила воинов ментальным ударом по нервной вегетативной системе, и, сделав шаг, оказалась радом с костлявым существом, - Если бы я преследовала целью всех вас умертвить, то так и сделала. Я же пока желаю просто поговорить с вашей веселой компанией. Кто ты, и зачем все эти набеги на миры дассов?
Лишенные возможности управлять гравикомпенсационной системой, вои подобием дождя осыпались оземь, огласив пространство дружным звериным ворчанием. Правительница всмотрелась в очертания тел этих созданий, машинально отметив их животную мощь, проступавшую даже под слоем брони защитных боевых костюмов.
- Рекомендую вести себя без агрессии, - рекомендательно высказалась она, наблюдая за тем, как корчится перед ней создание, которое пыталось только что на нее напасть, - Повторяю, что не намерена лишать вас жизни и свободы. Просто желаю разобраться, кто вы такие, и откуда взялись.
Создание зашевелилось, явно оправляясь от удара, и перевернулось навзничь, глухо бряцнув броней костюма и обернув к правительнице лик, закрытый глухим боевым сферическим шлемом.
- Судя по повадкам, ты собираешься отдать нас Чернобогу и его псам, так что для нас будет лучше умереть сразу, - голос, донесшийся до Мораны через звуковую систему связи, прозвучал по-отрочески тонко и задрожал, готовясь сломаться.
- Не скрою, что просьба о вашей поимке исходила от него, - сдержанно подтвердила правительница Чертога Лисы, - Но это совсем не значит, что я намерена в точности выполнить его указание. Так что отдай приказание своим воям удалиться и занять позиции у входа в это помещение. Сюда следует боевой отряд муно, так что времени для беседы остается все меньше.
Воины, к тому времени также пришедшие в себя, поднимались с пола, разминая могучие члены, закованные в гибкую броню. Угловатое создание, привстав, обернулось к ним, и произнесла что-то на ворчащем наречии. Те, было, уже приготовившись к перегруппировке для нового нападения, послушно отступили и, сформировав подобие походного боевого порядка, двинулись к выходу из хранилища пружинящей прытью, выдающей хищную натуру. Мара была готова поклясться, что в ответ своей предводительнице кто-то из них отпустил приглушенный рык.
- Хорты? – кивнула она в сторону удалявшихся бойцов.
- Рвены, - ответила их предводительница, с трудом поднимаясь на ноги, - Это тоже один из народов волхов. Они храбры и отчаянны, какими могут быть только истинные волхи, оттого их племя за последние круголеты стало стремительно сокращаться в численности.
- Я наслышана о храбрости детей Великого Волха, - отдала должное Морана, - Но ты не из их числа. Кто же ты?
Угловатое создание подобрало лежащий у ног кладень и вложило его в ножны, явно не выражая агрессии.
- Я – порождение Скипера – Зверя. Так он сказал, когда я явилась в этот свет. Мое имя – Полудня Ягьевна.
Удивление Мары выразилось в сдавленном восклицании. Неожиданно.
- Судя по всему, ты более не служишь ему. Иначе бы Чернобог не объявил на тебя охоту…
- Это так, - согласилась Полудня, - Ибо не по душе мне его черное ведовство. Оттого больше не служу я Пекальным мирам. Мое место теперь среди рвенов, кои стали моей семьей.
- Почему же ты тогда не пришла на сторону Ирия?
- Потому что племя рвенов пострадало из-за своей независимости и сопротивления Ирийскому союзу, стремившемуся подчинить их своей воле, и вынуждено оставить те миры, которые им некогда принадлежали. Теперь мы вместе находимся в пограничье меж великими цивилизациями, стараясь остаться незамеченными. А наш общий дом – всего лишь одна из каменистых пустынных планет, затерянная среди непригодных для заселения миров и бедная необходимым для нормального существования.
Морана задумалась. Похоже, что сама нить судьбы сводила к ней обездоленных. Что ж, так тому и бывать.
- Я выслушала тебя, Полудня Ягьевна, - произнесла она после недолгих раздумий, - Теперь выслушай и ты меня, а затем прими решение за себя и своих воев. Мне нет нужды выдавать вас на растерзание Витула Пекального и его приближенных, несмотря на то, что Чернобог самолично приложил свою длань к моему рождению. Я принадлежу сама себе, хотя каждая из названных нами сторон мнит меня своей союзницей, и имею свой собственный взгляд и собственное мнение на происходящее. А еще у меня со Скипером – Зверем свои кровные счеты. Вы нужны мне, а я вам. Силы ваши невелики и особой угрозы для великих чертогов обоих сторон не представляют, однако любая конкуренция за ресурсы повлечет для вас осложнения. А мне вы нужны как союзники для осуществления грядущих планов и замыслов. Ваша рать, безусловно, отважна, несмотря на очевидно малую численность, а потому, если правильно распределять силы и возможности, совсем не бесполезна. Потому предлагаю свою помощь и покровительство, ибо по своему духу и разуму я не принадлежу ни к одной из названных тобою сторон. Предлагаю союз, в котором ни один из вас, включая твоих рвенов, не останется в обиде. Сегодня вы избежите гибели в обмен на то, что я смогу вам предложить. Идет?
Мара протянула вперед узкую длань в защитной бронеоболочке для рукопожатия, выражая свое дружеское предложение этим жестом. Полудня, застыв напротив, очевидно пыталась осмыслить эту информацию.
- Принимай решение скорее, - поторопила правительница, не опуская руки, - Отряд муно уже рядом. Вслушайся, коли не веришь.
- Хорошо, - сдалась та, схватившись в ответ маленькой, но крепкой шестипалой ладонью, - Придется положиться на твое слово, хотя я уже привыкла к предательствам. Пусть будет так. Мы в твоей власти. Что нам делать?
Морана улыбнулась под защитной маской.
- Мне тоже придется положиться на твое слово, - ответила она, отнимая длань, - Я сейчас ликвидирую силы, глушащие поле, которое не давало всем нам воспользоваться тропами и, само собой, не смогу помешать, пожелай вы скрыться. Если же мы обе сдержим данное слово, тогда нам останется уничтожить воинов муно и с боем вырваться за пределы града. А уже затем останется воспользоваться тропой и уйти в мои владения, не оставив следов. Ты и твои вои готовы пойти на это?
- Готовы, - Полудня решительно потянула кладень из ножен.
Обретение союзника.
Мир Ансера. Змеиный дворец. Морана и Полудня.
Покои правительницы Змеиного дворца давно не слышали столь оживленных разговоров.
- Как же ты объяснишь произошедшее Чернобогу? Он заподозрит неладное, когда узнает, что отряд муно посечен без остатка, а наши следы утеряны.
Полудня сняла свой блистающий сферический шлем и, бережно уложив его на тумбу подле себя, обернулась. На Морану взглянуло кажущееся исхудавшим, скуластое лицо с желтовато-серой кожей, покрытой мелкими чешуями. Похоже, что это создание действительно создавали с применением крутой смеси жизненных, начал. Показавшееся сперва вполне гуманоидным, тело предводительницы разбойного отряда сейчас смотрелось излишне вытянутым и чрезмерно худым. В то же самое время конечности новой знакомой демонстрировали дополнительные суставные сочленения, что давало большую подвижность, но выглядело несколько неестественным. Из приблизительно человеческих черт Полудня имела очи с вполне гуманоидным разрезом, однако с необычайно ярким желтым окрасом радужной оболочки, да соломенные волосы вполне человеческого типа, но гораздо более толстые привычных, из-за чего казались клубком спутанной пакли, прикрепленной к самому темени.
«Похоже, что Скипер просто наугад смешал с десяток основ жизни самых различающихся между собой созданий, - подумала Мара, созерцая этот необычный лик, - Тут и след драконовых, и ящеров, и нагов. Возможно, что и без дассов не обошлось».
- Не нужно беспокоиться, - ответила она на прозвучавший вопрос, - Произошла жестокая битва, во время которой весь отряд присланных мне на помощь муно полег смертью истинного воя. Они прикрыли меня в тяжелый момент боя, когда я, застанная врасплох, получила рану и оказалась временно небоеспособна. А затем разбойники, преследуемые мной, сумели захватить своих погибших и попытались скрыться, однако, отступая, оказались загнаны в ближайшее болото, где и сгинули, растерзанные болотными тварями. Если кто-то захочет поискать ваши останки, пускай потрошит съевших вас местных хищников.
Широкоскулый лик Полудни при этом рассказе растянул узкогубый рот в подобие улыбки, отчего заостренные ее уши пришли в движение и уползли к затылку.
- Складная сказка, - оценила она, - Может и устроит темного владыку.
Предводительница рвенов Моране понравилась. Обделенная судьбой, она выковала свой характер, с помощью которого выросла в хорошего воина и вожака для волчьих созданий, способного повести за собой. В бою, как недавно убедилась правительница Чертога Лисы, она превращалась в сущую бестию с молниеносными движениями смертоносного силового клинка.
- Я отметила, что ты свободно передвигаешься тропами подпространства, не связываясь теми ограничениями, что известны при использовании активатора пекального владыки. Слуги Чернобога вынуждены использовать технические устройства и разведывать тропы перед перемещениями. У тебя я подобного не видела.
Лик Полудни снова посетила узкогубая улыбка.
- Это потому, что я и создала технологию межпространственных троп. Пространство связано со своей обратной стороной мириадами мелких и крупных связующих структур, и стоит понять их свойства, как открываются большие возможности для перемещений в межпространстве.
- Ты создала технологию троп? – удивление Мары проявилось столь сильно, что она заметно оживила мимику обычно холодного выражения лика, - Никогда бы не подумала, что ты знич.
Полудня захохотала в голос. Смех у нее оказался заливистый и заразительный, едва не заставивший правительницу чертога вторить следом.
- Никто не мог подумать. Особенно Скипер, учитывая, что его зондирование моего разума после появления в этот мир, дало очень средние показатели возможностей. Ни ментальных сил, ни развитой возможности к элементарному анализу…
Морана с неподдельным интересом выслушала короткую историю жизни Полудни, невольно задумавшись о превратности судьбы и предназначения. Очевидно, что, поставив пред собой цель создания могучего существа с могучим же сознанием, способным успешно противостоять развитым возможностям представителей Ирийского Союза, Скипер-зверь поставил на поток опыты с животворными началами всех тех созданий, которых смог заполучить. И это выглядело вполне логичным, ибо любой представитель народов Ирийского сада, включая титаническую ветвь наследственности, имел в своем биологическом запасе функцию разума со вполне развитой ментальностью, и только это, зачастую, давало неоспоримое превосходство над другими разумными формами. В то же самое время, несмотря на то, что племя Чернобога и его бесспорные союзники, взяв в свое подчинение миры драконовых, ящеров, нагов и иных созданий, создали могучую Империю Ориона, проводящую агрессивную политику по отношению к другим цивилизациям, большинство его подданных в самых различных мирах не могли похвастаться возможностью свободного использования ментальности. А потому, одной из главных задач зничей Витула во главе со Скипер-Зверем стала задача создания целых народов, по своим исходным качествам, не уступающим в силе разума потомкам древних пращуров Триединого Союза.
Но игры с разумом, заключенном в чьей-либо наследственности, всегда несли в себе довольно непредсказуемые результаты и время от времени могли поставить в тупик. Рождения Полудни, как итога одного из главных направлений своей наследственной инженерии, Скипер-Зверь ожидал с нетерпением и большой надеждой. В этом создании скрестились животворные начала большинства представителей драконовых, нагов, нескольких мощных наследственных линий дасских представителей, и даже фрагменты наследственного биоматериала неких исчезнувших народов, тысячи лет назад считавшихся великими. Со стороны же потомков праотцов Ирия донором материала послужила сама Яга Виевна, одна из многообещающих чад едва ли не самого могучего отпрыска и военачальника Чернобога Пекального.
Но пути создания разумных существ через искусственное рекомбинирование, равно как и иные методы исследования жизненных начал, неисповедимы и не просчитываемы до конца. Как бы того не желалось. Едва долгожданное чадо появилось на свет, как Скипера-Зверя, уже мнившего себя великим комбинатором наследственных, начал, настигло великое разочарование. Разум новорожденной, несмотря на использование самых отборных исходных, показал настолько усредненные показатели, что, как представилось команде зничей, не возникло тех перспективных задатков, которые стоило развивать. Именно поэтому Полудню определили в число неудачных результатов экспериментов и воспитали среди челяди, обслуживающей тех особей, чей разум показался достойным развития.
- Все свое детство я провела с метлой и прочим уборочным инвентарем, убирая экскременты за самыми экзотическими созданиями из совершенно разных миров и систем, - Полудня задумалась, очевидно, вызвав в своей памяти цепь не очень приятных воспоминаний, - Зато теперь у меня богатый опыт в плане знаний о физиологических особенностях многих племенных разновидностей разумных существ.
- Чем он тебе пригодился? – скептически поинтересовалась Морана, задумчиво внимавшая рассказу.
- Особо ничем, конечно, - поморщилась собеседница, - Однако, чисто теоретически, в любой из схваток с разновидностями существ, которых я встречала, у меня возникало преимущество за счет знания основных уязвимых точек. Я даже систематизировала эти знания в определенную интуитивную систему, которая выручает меня до сих пор.
Тут до сознания Мораны начала доходить истина, о которой она сперва начала догадываться подсознательно.
- Подожди, - немного опешив, произнесла она, - Если я правильно поняла, то…
- Правильно поняла ты, владычица, - кивнула Полудня, усаживаясь напротив, - Проведя свое детство на грязных задворках, я постепенно стала самостоятельно познавать окружающий мир и его законы, урывать какие-то знания, стараться что-то познать и систематизировать. Это стало толчком для развития моего собственного сознания и моих собственных психических возможностей, что, в конце концов, привело к тому, кем и чем я являюсь сейчас. Нет, я не развила в себе ментальный потенциал, хотя и научилась понимать менталов на полутонах. Я стала ученым, развившим свои мыслительные возможности настолько, что сумела проникнуть в те области знаний, которые считаются спорными и непостоянными, скрывая законы мироздания. Именно успехи на этой стезе подтолкнули меня к созданию способа перемещения через подпространственные тропы. А бойцом и командиром, способным повести за собой я стала позже.
«Один из минусов жесткого подхода к отбору перспективных экземпляров, полученных из продукта комбинирования жизненных начал, - подумала Морана, наблюдая за оживлённой жестикуляцией собеседницы, - В данном случае получился наглядный пример развития разума под влиянием внешних сил, как толчка для его активации».
- Кстати, - произнесла Полудня с долей кокетства, - Технология троп – не единственное мое изобретение. Я могу значительно улучшить весь ряд тех технологий, которыми ты пользуешься. Это большое преимущество.
Морана согласно кивнула, хотя думала сейчас о другом. Детская обида неоцененного и брошенного в жесткие условия ребенка оказалась ей неожиданно близка. Столько плохого на таком коротком жизненном пути… Но она даст ей то, ради чего Полудня сможет сражаться и отдать, если понадобится, жизнь. И, взамен, получит верного союзника. А может и более.
«Я сделаю все, чтобы это дитя обрело дом и семью, - это Мара произнесла про себя, в такт ходу собственных мыслей.
- А сможешь? – вдруг спросила Полудня, замерев, напротив.
- Смогу… Что?.. – правительница Чертога Лисы от неожиданности даже запнулась, - Ты умеешь?..
- Ты плохо слушала, - улыбка собеседницы на этот раз вышла несколько стеснительной, - Я не умею говорить в ментальности эфира, однако имею способность кое-что слышать.
- Что еще ты умеешь?
- Я умею многое. От создания визуальных преображений, коими давно и активно пользуются дассы, до умения управлять технологиями без помощи вспомогательной аппаратуры. Кстати, поэтому я и мои вои так свободно используем технологию троп. Я научу и тебя. Знание выбора тропы дается настолько легко, что им могут овладеть даже создания с минимумом ментальности…
- Визуальные преображения… Это как? – осторожно поинтересовалась Морана, еще не сталкивавшаяся с подобным.
- А, это на самом деле просто, - улыбнулась Полудня и тут же преобразилась в нее саму, взглянув на правительницу знакомыми темными очами на утонченном белом лике, обрамленном черными кудрями, - Требует некоторых навыков, но вполне эффективно при определенных обстоятельствах. Суть заключена в особом пассивном ретрансляторе, настроенным с сознанием носителя в унисон и активируемым лишь при определенной команде, подаваемой от нервных синапсов. При ментально развитой личности подобное устройство может целиком получать питание от психофизически направленного вектора усилий…
- Как вжара, - прокомментировала дева-правительница.
- Да, как вжара, - подтвердила собеседница, - Однако для активации лицами с отсутствием ментальной составляющей или же с ее недостаточной силой, потребуется небольшой элемент питания. При его наличии совершенно любой сможет воспроизвести вполне реальное видение. Очень удобно для маскировки.
Зеркальное видение мигнуло, а затем пропало миражом, явив зрению прежний облик собеседницы.
- Скипер-зверь поздно заметил мои возросшие способности. Слишком поздно для того, чтобы я забыла об обидах, которые мне пришлось пережить за все время, прошедшее с момента рождения, - продолжила рассказ Полудня, - Хотя, первоначально, я наивно посчитала, что изобретенная мною технология сможет перечеркнуть весь тот негатив, который сопровождал мою жизнь…
- Не смогло? – кратко вклинила реплику Мара.
- Нет, - покачала соломенной паклей волос та, - Хотя прошло некоторое время, прежде чем я это поняла. Меня направили к Волху Змиевичу – одному из молодых чад Витула, в распоряжение которого отдан целый мир, заселенный зничами разного ранга и разных возможностей. Волх – правитель, управляющий потенциалом и техническими возможностями Пещерного Мира. А Пещерный Мир – есть одна из исследовательских цитаделей, кующих технологии и могущество Империи Ориона.
- Волх работает со Скипером?
- Нет. У Волха Змиевича специализация в создании технических устройств и различных технологий. Скипер – Зверь же склонен к деятельности по направленным мутациями и созданию новых видов разумных созданий, хотя и не достиг на том пути особенных успехов, как Чернобог Пекальный и его наследные отпрыски. Это скорее мания, порожденная непомерным тщеславием. Не суть важно. Как только Скипер разглядел во мне задатки знича, меня направили в упомянутый Пещерный Мир Задана, вращающийся в горячей тройной звездной системе Фео-Литта, где я присоединилась к сообществу зничей, работающих на благо Витула. Там я и создала технологию тропы…
- Я пользуюсь тропой, - заметила Морана, - Это знание, как и активатор прохода дал мне Чернобог. Технология перспективна, но очень ограничена и, как видится, полна недостатков. У тебя я таких барьеров не увидела. В чем же дело?
- Все потому, что в пользование Чернобога я отдала технологию – клон. Это сильно урезанный вариант таких перемещений, имеющий ряд обязательных условностей. И у зничей Волха Змиевича не хватит потенциала, чтобы открыть настоящий...
За беседой они вскоре забыли о времени, болтая подобно закадычным подружкам. Однако же, даже после заката светила Ансера и наступления ночи, только вкратце успели обсудить ряд основных вопросов будущего союза, предусмотрев заботу о благополучии рвенов и прочих будущих союзников. Расстались лишь тогда, когда первые бледные лучи местного солнца снова оживили своим светом пенные гребни тяжелых океанских волн, лениво движущихся к побережью скалистого материка, на одном из хребтов которого возвышался Змеиный дворец.
- Наверное мне пора, - со вздохом произнесла Полудня, выглянув в окно, - Красивый у тебя мир. Много воздуха и свободы. Не то, что у нас.
- Мы вместе это изменим, - пообещала Мара с мягкой улыбкой, - И рвены обретут достойный мир, где у каждого из них будет достаток и благополучие.
После того, как ее гостья ушла, Морана долго смотрела в окно на разгорающийся океанический рассвет. Впервые за долгое время, может быть даже со времен гибели семьи Вершеня Световида, на душе у нее стало тепло и спокойно. Или, как говорили в ирийских кругах – отрадно. Чернобогово поручение сослужило ей неожиданную службу, даровав уверенность в правоте собственных взглядов и, вдобавок, познакомила с созданием, общение с которым грезило дружбой и обещало принести щедрые плоды.
Глава 19. Ничто не вечно.
Асвина «Урман» на орбите одного из миров Империи Ориона. Чернобог Пекальный.
С каждым новым круголетом он все более склонялся к одиночеству. Наверное, сказывался возраст, приносящий множество новых дум и чаяний, ранее неведомых кипучей натуре Чернобога Пекального. А может, как предпочитал считать сам Витул, к нему в двери стучалась мудрость, дабы познать в собственном самосозерцании тайны вселенских основ.
«Что-то рановато я стал соотносить себя к умудренным старцам, - вдруг усмехнулся про себя Чернобог с проснувшейся иронией, - Биологическая суть отпрысков Триединого Союза ввиду своего устроения, близкого к идеальному, предполагает многие и многие тысячелетия активного существования. У меня впереди еще длинный путь».
В этом утверждении, безусловно, присутствовала правота, ибо еще до времен Великой Экспансии предки ирийских народов позаботились о том, чтобы усовершенствовать свою биологическую природу и убрать такую статью убыли своего народонаселения, как смерть от естественных причин. Прямые же наследники Аори, Сваги и Титаниды, всю свою историю проведшие в нескончаемых войнах, не забыли о том, чтобы максимально сохранить эти позиции, так что Витул, задайся целью, так и не смог бы вспомнить случая смерти среди своих соплеменников по естественным причинам.
«Мы в полной мере постигли свои тела, - подумал он, - Осталось дело за постижением вселенной. А это гораздо сложнее, чем можно себе представить».
Племена, ведущие свою наследную линию от Триединого Союза, любознательные и деятельные, как продолжатели рода древних прародителей, не только постарались сохранить тот багаж знаний, что достался им по праву преемственности.
«Тот, что достался, - Витул сделал необходимое отступление, дабы акцентироваться на данных словах, - Тот багаж, что достался. А достался он народам чертога совсем не поровну».
Времена деградации и последующего развала Триединого Союза больно ударили по потомкам ирийских праотцов. Наверное, потому что, разобщившись, народы прежде единой формации, пережили не одно цивилизационное потрясение, в результате которых часть багажа знаний предков оказалась утеряна. У одной ветви народов в большей степени, у другой менее. Однако эта убыль коснулась всех, отбросив далеко назад в процессе познания. И даже тогда, когда цивилизационное сообщество, взявшись за ум, повернуло процесс вспять, многое из мудрости пращуров кануло во времени безвозвратно. Да, потомки некогда неодолимой працивилизации снова взялись за развитие наук и получение новых знаний, продолжили познавать структуру и законы вселенной так рьяно, что по истечению нескольких тысячелетий снова вплотную приблизились к тому рубежу, за которым маячило могущество превосходящих технологий, предполагающее власть над формами жизни, обитающими в доступных пространствах сектора галактики. Ирийские правители ныне снова легко создавали новые народы, приспосабливая их биологию и физиологию к конкретным условиям места нового обитания, могли искусственно внести необходимые видоизменения и повлиять как на внешний облик созданных разумных существ, так и на общую продолжительность жизни каждого отдельного представителя нового племени. Новые планеты и миры заселялись с максимальной функциональной эффективностью для создания устойчивых общественных формаций, способных полноценно влиться в великую сверхцивилизацию. Империя Ориона, хоть и считающаяся обособленным территориальным образованием, шла по совершенно аналогичному пути, также считая его абсолютно оптимальным для собственного прогресса.
«Жаль, только, что потомки праотцов Ирия все-таки не смогли сберечь весь объем знаний, что передались нам по наследству. Часть знаний о фундаментальных законах построения нашего бытия забыты в огне нескольких войн, и приходится тратить титанические усилия, чтобы преодолеть путь познания заново».
Да, в чем-то, конечно, Витул все-таки преуспел. Усилиями его ученых мужей таки раскрылась тайна создания малых порталов для преодоления огромных территорий и границ миров, созданы технологии, позволяющие совершать эти перемещения без таких энергетических затрат, которые происходили при обычном «проколе» подпространства летательными средствами всевозможных видов. Обладая этим знанием, развивая его, как предвидел пекальный владыка, можно попытаться освоить этот вид перемещений по пространствам галактики в совершенстве настолько, чтобы уметь моментально выстраивать пути перехода в нужном направление и на нужные территории в полной недосягаемости для потенциального врага.
«Можно, - кивнул темным ликом в такт мыслям владыка, - Однако же, мы еще на половине пути и пока очень ограничены возможностями. Пока только по изведанным путям и с рядом предосторожностей. А хотелось бы…»
Чисто гипотетически, подобное преимущество сулило возможность легко подчинить себе весь доступный сектор. Не имеющие средства противодействия, все миры Ирийского Союза один за другим пали бы к его ногам. До единого… Эта мысль преследовала его, словно стервятник, кружащийся вокруг желанной добычи. Жажда власти опять преследовала его, возвращая чаяния к тому, от чего они только что ушли. Замкнутый круг…
Слабый шорох отвлек его от дум, заставив насторожиться. Мгновение – и темная ментальность властителя жестко ударила по сознанию пришедшего существа, ошеломив его и обессилив. Мягкий звук падающего тела подтвердил поражение пришельца. Кто? Чернобог повернул гордый профиль темного лика в сторону звука и в сумерках покоев рассмотрел распростершуюся на плитах пола женскую фигуру.
- Зачем ты здесь, Параскея? – коротко вопросил он у змеедевы, разглядывая ее сверху вниз, - Разве я не запретил приходить ко мне без вызова?
Ответом стал сдавленный стон и слабое шевеление на полу.
- Запретил, владыка, - прозвучал слабый голос, - Но я…
- Владыка запретил тебе, - голос Витула стал набирать силу, наполняясь гневом, - Но ты?.. Ослушалась? Ты?.. Которую я приблизил к себе?
Тело внизу затрепетало, близкое к конвульсиям.
- За твое ослушание я могу отобрать активатор и лишить тебя права передвижения по тайным переходам!!!
- Повелитель, если бы не острая нужда… - гибкое тело змеедевы склонилось в молящей позе, - Волх Змиевич…
- Продолжай, - заинтересованно произнес Чернобог, - Если причина важна, то мой гнев тебя не коснется.
Эксперимент с созданием Параскеи-Змеи с течением времени он считал все более неудачным, ибо продукт скрещивания жизненных начал потомков Сваги и одной из разновидности нагов вышел откровенно слабым по своим потенциальным характеристикам. Слабые ментальные способности и средний уровень интеллекта не предполагали того, что Витул смог бы решиться доверить змеедеве что-либо серьезное из своих замыслов. Недалека. А еще слишком завистлива и мстительна. Не в соразмерности с разумом. Тем паче, что ярким противовесом ей стала активно развивающаяся личность Мораны, в которой владыка увидел весомый потенциал, вполне увязывающийся с его намерениями и планами.
- Повелитель, - Параскея склонилась еще ниже, выказывая полное раболепие, - Твой сын внушает большие опасения. Он близок к конфликту со Скипер-Зверем. А еще безрассудно смел и имеет горячий нрав. От этого может пострадать ваш план и ваши интересы.
Единственной ценной для Чернобога чертой Параскеи-Змеи стало то, что она оставалась ему безраздельно предана. Эту фанатичную преданность темный владыка и использовал в своих интересах, сделав ее наложницей своего отпрыска, коего, как и Мару, посчитал очень перспективным…
Он очнулся от оцепенения и притянул Параскею, уловив за руку.
- Что с Волхом? Почему у него конфликт со Скипером? Из-за чего? Он тебе сам сказал об этом?
- Он не доверяет мне, - криво усмехнулась та, мелькнув почти змеиным образом под тонкой кожей лика, - И никогда не доверял. Знает, что я послана тобой не сколько для его утех, сколько для слежки за ним. С таким отношением в доверие не войдешь.
Темный облик Чернобога исказился плохо скрываемым гневом. Так коробит поверхность планеты, под которой разбушевалось близкое пламя разбуженной лавы. Он отпустил плечо змеедевы, оставив на белоснежной кожей отметины хватки жестких сильных пальцев. Недалекое порождение гибрида рептилии!!! Она даже не сумела придумать достойную легенду для своего пребывания рядом с тем, кого ей было поручено контролировать! Никчемная тварь!!! Он едва перевел дух, чтобы скрыть свою ярость и разочарование.
- Отче… - начала, было, Параскея, устрашившись его вида, однако тут же осеклась, послушно потупив взор.
- Молчи!!! Вместо того чтобы проявить хитрость и умение войти в доверие, дабы завоевать место в сердце моего сына, ты ограничилась обычным и плохо прикрытым шпионажем. А затем, когда твое двуличие оказалось раскрыто, приползла ко мне с доносом? Зачем ты нужна мне, если не способна наладить отношения ни с кем из моих отпрысков?
Он оттолкнул ее, равнодушно проследив за тем, как змеедева растянулась на плитах пола. Даже в столь плачевном для себя положении она переигрывала, тщась вызвать у него сострадание. У Витула и без нее в достатке соглядатаев. Более умелых и более опытных. Преданность ничто, если не подкреплена делами на благо хозяина.
- Прочь, - повелительный взмах его длани сказал Параскее всё, - Отныне ты будешь обречена безотлучно находиться рядом с Волхом без права пользования портальной тропой. Нуад! Доставь ее в обитель Волха Змиевича, и лиши права пользования тайными ходами. Роль женщины рядом с правителем заключается в обретении безграничного доверия, с помощью которого она сможет влиять на его решения. Та же, что ведет интриги за спиной избранника, не заслуживает ничего кроме забвения.
Рядом с троном Чернобога, в знаке повиновения склонив бородавчатый округлый шлем, ожила молчаливая фигура могучего воина в громоздких латах усиленного боевого костюма. Ожила и выступила из тени трона, где по обыкновению обреталась. Об этом верном псе Витула ходили настоящие легенды, за пару тысячелетий обросшие жуткими, зачастую вымышленными подробностями. Мало кто знал биологическую принадлежность этого существа, всегда скрывающего свою личность за забралом изолированной бронесистемы. Для большинства Нуад Молчаливый являлся всего лишь верным телохранителем владыки Империи Ориона, в ком удалось закрепить верность на генетическом уровне. Эта информация, известная о воине в широких кругах приближенных, давала только отдаленное представление без каких-либо подробностей. Те же, кто знал о нем более подробно, давно уже почили в могиле, обретенной нежданно и при загадочных обстоятельствах. Остальные, зная о судьбе таких любопытствующих, предпочли более не интересоваться данной темой.
В два шага оказавшись рядом с Параскеей, Нуад перехватил ее за талию и молча поднял с пола, сделав это легко, словно не ощущая веса. Затем канул вместе с ней в пахнувшем зеленоватой дымкой портале. Витул проводил взором широкую спину слуги и снова откинулся на спинку трона. Волх Змиевич. Один из самых ярких его отпрысков, созданных путем направленной селекции жизненных начал. Одна из главных его надежд, наряду с Кошем. Острый стратегический ум вкупе с могучим организмом и целым рядом сопутствующих достоинств, делающих его носителя великим воином и полководцем. Обладая не столь выраженным, как у того же Вия, ментальным потенциалом, Волх стал одним из немногих, оказавшихся невосприимчивыми к стороннему ментальному воздействию любого рода, что стало одним из бесспорных преимуществ в бою.
«Всем хорош вышел, - подумалось владыке, - Разве что излишне эмоционален. Может быть ввиду молодости».
Волх Змиевич действительно только недавно вырос из поры отрочества. Как и Морана, показавшая себя неожиданно сильной и расчетливой правительницей, и ставшая в первом ряду союзников, которых темный правитель ценил пред другими. Чернобог Пекальный в последнее время все чаще думал о том, чтобы свести этих ярких отпрысков вместе, создав пару, потенциал которой затмит все им ранее виданное. Параскея же показала себя лишь куклой, оказавшейся совершенно неспособной влиять на Волха и создать с ним даже временный союз.
«Морана!!! – выкрикнул он в ментальное пространство, привычно направив оклик в нужный вектор.
Он знал, что Мара услышит. С самого начала знакомства случилось так, что они оба нащупали этот канал связи, и всегда могли оставить друг для друга сообщение, которое будет услышано наверняка хотя бы отголоском. Пусть канал и не нес в себе функций полноценного общения, ибо к собеседнику доходил ментальный отзвук, эхо, но, однако, этого вполне хватало для экстренной связи.
- Ты звал меня, владыка? – зеленая дымка портала заструилась ровно в том месте, куда ушел Нуад со своей ношей, выпустив из себя грациозную женскую фигуру в пышных меховых одеждах, - Я услышала твой зов.
- Хотел увидеть тебя, дитя, - белоснежно улыбнулся Чернобог, напоказ явив деве-правительнице свою благосклонность, - Наверное, потому, что ценю твою помощь. Мало у меня найдется приближенных, к кому у меня так лежит сердце…
Пекальный владыка почти не лукавил, ибо его подопечная, едва обозначившись в миру, вдруг показала себя с наилучших сторон. В краях Великого Ирийского Сада она за короткое время сумела преподнести свою персону достойной наследницей правителя Чертога Лисы, и доказать свою эффективность правительницы. Миры чертога, оказавшись во власти ее трезвого и расчетливого ума, образовали единую равноправную систему, спровоцировав экономический бум добычи и производства необходимых ресурсов. В свою очередь, Чернобог, завязавший с Марой тесные тайные взаимоотношения, считал, что заполучил в свои руки одного из самых ценных во всем галактическом секторе агента своих интересов. И в самом деле, до сих пор, с самого момента их знакомства, та ни разу не дала ему повода подозревать обратное, сделавшись незаменимым тайным дипломатом, эффективно продвигающим замыслы Витула в сферах его вящих интересов. В копилку ее успехов, только в течение последних несколько лет, легло заключение тайного союза Империи с тремя мирами из числа официальных вассалов Великого Ирия, а также виртуозно выполненные иные миссии, потребовавшие особой щепетильности и импровизации в исполнении. С каждым новым успехом своей протеже, владыка ценил ее все сильнее.
- Мне льстит такое обращение, отче, - тон речи прибывшей звучал с ровным спокойствием, за которым не угадывалось ничего, что могло обозначить какие-то эмоции, - Но, на самом деле, мой опыт пред тобой ничтожен, как и мои знания, ибо еще предстоит пройти и узнать очень многое.
«Сильный ум взращивается на моих глазах, - тихо отметил для себя Витул, - Поражает, как быстро эта дева превращается в яркую личность».
- Я ценю не твой опыт, а твои способности, благодаря которым ты принесла успех всем назначенным тебе миссиям, - произнес он вслух, машинально отметив блестящую непроницаемость ее красивых очей цвета темного серебра, казалось не несущих в себе отражения разума, - Лишь благодаря твоим стараниям и способностям эмиссара они закончились полным успехом. Именно поэтому я и желал бы, чтобы ты занялась более серьезными и важными делами. Располагает временем и желанием мне помочь властительница Чертога Лисы?
Изящная дева пожала хрупкими плечами, на которых возлежала роскошная меховая накидка.
- Раз я нахожусь подле тебя, значит, могу располагать временем, - произнесла Морана, вскинув обрамленное роскошными черными волосами точеное личико в горделивом властном жесте, - Мои приближенные не задаются вопросами о том, где я, и чем занимаюсь. Это им запрещено.
«Умная красавица. Опасная и непредсказуемая. Такая вполне может понравиться моему отпрыску».
- Хорошо, раз так, - кивнул Чернобог Пекальный, - Ибо дело, которое я хочу тебе поручить, очень важно для Империи и меняя лично. Что ты знаешь о Скипер – Звере?
Ответ не заставил себя ждать, словно имелся наготове.
- То, что он убийца моей семьи…
- Приемной семьи, - поправил ее пекальный владыка, - Он всего лишь один из моих военачальников, исполняющих мою волю.
- Значат ли сказанное, что это ты, отче, повелел лишить меня моих близких? – зеницы Мораны потемнели еще больше и стали пронизывающими.
Она была очень впечатляюща и прекрасна в своем гневном виде.
- Ты хороша в своей дерзости, - белозубо улыбнулся Витул, - Вершень Световид оставался мне врагом на протяжении долгого времени, и его смерть вполне вписывается в наши с ним взаимоотношения. Хотя, если честно, я намеревался всего лишь взять этого правителя и его семью в неволю. Так что, гибель Световида, как и некоторых членов семьи, стала лишь следствием отчаянного сопротивления. Скипер – Зверь хороший воин, но слишком яростен в битве.
- Прости, владыка, - взгляд Мораны потерял остроту, закрывшись прежними шорами, - Несмотря на все прошлые разногласия, эти люди дороги мне. Их гибель…
- Но они погибли не все, - улыбка владыки испарилась, оставив суровый лик, - И кто знает, может быть я позволю тебе вновь увидеть тех членов твоей приемной семьи, кто остался в живых… Само собой, если буду уверен в твоей преданности.
Улыбка вернулась на его лик, словно и не уходила. Морана проследила за мимическими потугами владыки с внешним равнодушием, понимая, что ничего нового о своих сводных сестрах не узнает. Пекальный владыка тщательно дозировал информацию.
- Моя преданность подтверждена делами и в дополнительных доказательствах не нуждается, - грациозно пожала она плечами.
- Верю, - согласился владыка, - И пригласил тебя именно поэтому. Я полон уверенности, что Морана Белоликая вполне готова к свершению великих дел. А потому хочу направить тебя в помощь одному из самых любимых мною отпрысков. Верю, что вместе вы добьетесь многого.
- Надеюсь, что это не о Скипере, - усмехнулась она точеными устами, - Иначе, боюсь, опечалю тебя, отче, если не удержусь и отмахну ему рогатую голову.
Витула явно развеселили эти слова, вызвав звучный хохот.
- Э нет, не мое это творение, - ответил он после приступа смеха, - Скипер лишь воевода и подручный одного из моих отпрысков. А мать ему – Земун Плодородная, попросившая пристроить к себе в услужение свое неудачное чадо. Страшен и неумеренно жесток оказался этот выродок, однако достаточно разумен, чтобы стать хитрым стратегом и полководцем воинов ганни, кзанов, хазеев и нагов. Не хотелось бы лишиться такого подручного. Хотя... Вряд ли ты сумеешь победить столь разумное и мощное существо, буйное в ярости и беспощадное к своим противникам. Впрочем, - пекальный владыка унял колыхание могучего тела, - Ты не встретишься с ним по той причине, что Скипер служит моему сыну Кощею и выполняет очень специфическую работу, исключающую даже случайную вашу встречу.
- Жаль, - задумчиво протянула Мара, - Я бы посмотрела в глазки этой зверюшке.
Чернобог взглянул на стройную фигурку девы с невольным уважением к ее твердому характеру.
- Посмотрим, - произнес он увещевательным тоном, - На то, как ты покажешь себя в делах. Может быть, и придет тот день, когда я разрешу тебе осуществить твою месть. Если к тому моменту, конечно, желание не пропадет.
- Желать? Буду! Он отнял то, что принадлежало мне!
Чернобог исподволь одобрительно взглянул на деву из-под густых темных бровей. Ему нравилась эта царственная властность черновласой красавицы. Властность и безусловная вера в свою правоту.
- Я же сказал – может быть, - владыка откинулся на спинку трона, отчего его текучая основа слегка изменила очертания, дабы удобнее поддержать сидящего, - Но ныне не об этом. Я желаю познакомить тебя с Волхом Змиевичем, моим сыном и великим зничем…Те, кто встречался с ним в бою, прозвали его Огненным.
- Твой отпрыск? Знич? – недоверчиво покачала челом Морана, - Если бы ты сказал – воин, я поверила безоглядно…
- Он великий вой, - усмехнулся Чернобог Пекальный, - Однако ему, как и многим из моих отпрысков, это не мешает быть зничем и ведуном. Великий кладезь знаний хранят такие чада для моей прихоти. Именно он и проложил первую подпространственную тропу, не требующую чрезмерных энергозатрат.
- Впечатляет, - согласилась Мара с непроницаемым видом, - За какой же надобностью ты посылаешь меня к Волху Змиевичу? Я не сильна в ведовстве.
- Зато стала сильна в бою, - парировал Витул, - Я до сих пор впечатлен эффективностью, с которой ты решила проблемы с мятежниками мира Калдуллы. А еще раньше, во время твоей миссии на Аеголь. Если ты и далее станешь развивать свое мастерство в такой прогрессии, то в своей эффективности скоро превзойдешь лучших воев любого из миров.
Морана резко встряхнула копной роскошных волос и вперилась в темный лик собеседника яростным взором.
- Ты шпионил за мной, отче? – едва не задохнулась она в своей ярости.
- По возможности, - не стал отпираться Чернобог, - Время от времени. Для доверия необходимы основания. А потом меня привлекла эстетика твоего стиля боя. Резко и эффектно в зрелищном исполнении. Рассеченная плоть и реки крови…
- Не люблю долго возиться. Кара должна быть молниеносной и неотвратимой.
- Зря, - не согласился владыка, - Иногда не помешало бы насладиться мучениями жертвы. Бывает, того требует душа.
- Возможно, - пожала плечами дева, - Но я пока не столь искушена. Итак, ты желаешь, чтобы я стала хранительницей жизни твоего отпрыска? Зачем? Ему что-то угрожает?
Пекальный правитель задумался. И ответил не сразу.
- Возможно, что так, - высказался он, наконец, явно взвешивая свои слова, - Волх слишком вспыльчив и горяч ввиду своей юности. А еще неискушен в интригах, которые плетутся вокруг него. Я же хотел бы сохранить его просветленный ум для грядущего. А потому, думаю, твое присутствие рядом, твое участие и твое тонкое понимание происходящего станут теми условиями, благодаря которым я смогу оберечь сына. И эту услугу с твоей стороны я буду очень ценить.
- Хорошо, - кивнула Морана, - Пусть будет так. Рада услужить тебе, отче…
…Стройный девичий силуэт уже канул в омуте зеленой энергетической дымке, а владыка все продолжал восседать на своем троне в глубокой задумчивости.
«Она так же прекрасна, как своевольна и независима, - размышлял Витул, - И эти качества делают Морану сильным, но крайне непредсказуемым и наверняка лишь временным союзником. А роль слуги и вовсе не для нее. Интересно, существует ли тот ошейник, который сможет ее гарантированно сдержать в повиновении?»
С этим немым вопросом он и воззрился на массивную фигуру воина, материализовавшуюся на месте ушедшей Мораны, не сразу поняв, кто это.
- Нуад, - узнал владыка, - Ты мне сейчас и нужен. И Шиш. Только вы и твои сумеречные твари сможете проследить, не вызывая подозрений…
Глава 20. Повелитель Мира Пещер.
Звездная система Фео-Литта. Планета Задан. Волх – сын Чернобога.
Этот подземный мир, настолько обширный, что имел протяженность почти в половину полушария, ставший местом заключения для полуторамиллионной армии зничей, тяготил и его самого. Тяготил даже не своей замкнутостью, ибо у Волха Змиевича, как у отпрыска темного владыки всегда имелся свободный выход в миры с благоденствующей биосферой. Его тяготила отведенная ему роль – руководить миром-тюрьмой, все предназначение которого заключалось в создании новых технологий, способных упрочить военную и экономическую составляющую Империи Ориона. Планета Задан сложной системы Фео-Литта на самом деле могла честно зваться обычным куском скалы планетарного масштаба, вращающимся на ближайшей к тройной звездной системе орбите прямо за бескрайними полями астероидных колец, в кои превратились ближайшие протопланеты. Светила системы, вращающиеся меж собой на постоянно меняющихся орбитах, постепенно жрали друг друга, а потому самое малое из них находилось на последнем издыхании, превратившись в коричневого карлика. Два остальных, приблизительно равные по массе и характеристикам излучения, никак не могли определиться в главенстве и пока пребывали в паритете. Естественно, что при таких условиях планета Задан, волею судеб, ставшая административным центром системы, не могла бы похвастаться чем-либо в виде растительности и значимой фауны. Несмотря на избыток световой энергии, суммарно излучаемой троицей светил системы, к ней доходила лишь мизерная толика, а потому поверхность планеты на тысячелетия сковала мерзлота, уходящая глубоко под поверхность планетарной коры. Впрочем, здешний обитаемый мир, имея под этой корой разветвленные пещерные мегаструктуры, вполне обходился и без поверхностного биоценоза, заменив нишу растительности вполне неприхотливыми грибами всех возможных форм, видов и размеров, а животный мир представив живностью, пусть и не имеющей крупных форм, но способных к свободному передвижению под землей.
Планету не зря нарекли Пещерным миром. Насчитывающие тысячи и тысячи мер длины, многоуровневые пещерные комплексы простирались далеко вширь и вглубь, вплоть до самого ядра, слабо выраженного и едва теплого для того, чтобы обогревать самое себя. Там в ярусах этих пещерах, давно обжитых и обустроенных в изолированные боксы, текла налаженная жизнь тех, кого волею темного владыки занесло в эти негостеприимные края. Бежать отсюда никто не пытался, так как на поверхности Задана царил жестокий и бессменный тюремщик - вечная беспощадная стужа. Внутри же, замкнутая и закупоренная, пещерная система планеты жила вполне себе комфортно. Воды и основных элементов для создания биоценоза здесь хватало, энергия, поступающая от глобальной реакторной системы, также имелась в избытке, а промышленность, функционирующая для обеспечения научных нужд, с лихвой восполняла все потребности здешнего населения.
«Интересно, зничи Ирийского союза тоже сидят на привязи? – задался отстраненным вопросом Волх Змиевич, лениво разглядывая цветное мерцающее панно с пейзажем дикой цветущей степи на скальной стене своих покоев.
По своему духу и наследственному праву он был рожден не для того, чтобы сидеть в каменной норе. Да и нрав у отпрыска Чернобога более тяготел к вольной жизни воя. Свое отрочество нынешний правитель пещерного мира провел за учением воинскому искусству, да в многочисленных походах в непокорные земли. Оттого он ныне и тосковал по ощущению вольного степного ветра на своем лике, да верному кладню в твердой, натруженной битвами длани. Длительные тренировки с оружием его несколько развлекали, давая разрядку могучим мышцам, однако не прибавляли того настроя, которого ему так хотелось.
Вспомнив об оружии, Волх испытал, прилив желания наведаться в тренировочный зал. Однако же, едва повернулся в сторону выхода, наткнулся взглядом на мутную фигуру, выскользнувшую прямо пред ним из портала тропы. Лишь когда марево схлынуло, его взору предстала изящная фигура девы с белым утонченным ликом и живописной копной черных волос. Роскошная меховая накидка на плечах гостьи поверх защитного бронекостюма нисколько не скрадывала очертаний гибкого тела.
- Эффектное появление, - вслух констатировал Волх Огненный, бесцеремонно рассматривая гостью, - Ты моя новая наложница?
- Отчего же ты так решил? – ответила та в ответ, рассматривая правителя пещерного мира столь же оценивающим взглядом, - Я похожа на деву для постельных утех?
При последних словах ее темные очи пронзительно полыхнули сдерживаемой яростью, явно изобразив Волху Змиевичу властность натуры. Нет, эта странная гостья явно не из ряда тех, кто покоряется первому зову мужчины.
- Не похожа, - утвердительно кивнул он, - И все же, как тебя зовут?
- Я Морана Белоликая, - кратко ответила та, продолжая рассматривать его странным изучающим взглядом очей цвета темного серебра.
- Если ты не послана отцом моим для того, чтобы скрасить мое одиночество в этом тоскливом мире, то для чего здесь?
- Ты не прямодушен, как и все отпрыски Чернобога, - усмехнулась она, - В одном предложении сразу две кривды. Ты знаешь наверняка, что я пришла от имени Чернобога, хотя пытаешься представить неведение. А еще ты предполагаешь, что я послана к тебе только для постельных утех, хотя посланник правителя может прибыть и совершенно по иным причинам. К тому же ты не одинок. Разве змеедева недостаточно холит твои чресла? Мне показалось, что она поднаторела в искусстве камы.
В речи гостьи прослеживался трезвый скепсис и явная привычка к анализу. Такое проявление развитого ума заставило Волха Змиевича отнестись к гостье несколько по-иному.
- Тогда повторю вопрос, - отпрыск Чернобога сменил гримасу мужского превосходства на более почтительную, - Кто ты, пришелица, и по какому поручению?
- Изволь. Твой родитель обеспокоен твоим поведением и размолвкой со Скипером – Зверем, - поведя плечиком, поведала Морана, опускаясь в ближайшее кресло, - И обеспокоен, прежде всего, тем, что ваш разлад может сказаться застоем в работе. Он уделяет большое внимание тем технологиям, что родились здесь. Особенно военным.
- Зничи, которых ссылают сюда изо всех доступных миров, живут на положении рабов, - угрюмо пожал могучими плечами Волх, - А новые знания в неволе рождаются с великим трудом. Если рождаются. Мои зничи поднаторели в создании оружейных технологий, изощряясь в них раз от раза. Однако же, в глобальных процессах изучения они не столь сильны, чтобы произвести впечатление. Один только Скипер видит здесь большой потенциал. Особенно, если использовать зничей для его нескончаемых жутких опытов по принудительному мутированию разумных организмов, - он вдруг развеселился, - Ха-ха!
- Как понять – принудительное мутирование? – Мара сделала вид, что вопрос ее не волнует, однако голос слегка дрогнул, - Я не сильна в этой области знаний.
Впрочем, Волх Змиевич не придал этому значения.
«Типичный мужчина, обладающий преимущественно прямолинейным мышлением, - дала она мысленную оценку, разглядывая молодые, но довольно строгие черты его мужественного лика, - Не особенно умудренный опытом, однако не лишенный обаяния. Витул намекнул, что он один из его любимых отпрысков. Интересно, почему?»
Морана попробовала осторожно прозондировать сознание Волха Змиевича. Однако тут же натолкнулась на могучую ментальную защиту, которой еще не встречала ни у кого. Отпрыск темного владыки оказался не так прост, как поначалу показалось. Пробовать пробить ее явно не стоило.
- Что такое принудительное мутирование? – мрачно усмехнулся Волх, подняв на нее взор больших темно-серых очей и не подав вида, ощутил ли он признаки ментальной разведки, - Это набор высоко агрессивных вирусных мутагенных штаммов, вводящихся в организм самыми разными способами. Вступая во взаимодействие с разными данными жизненных начал, они дают совершенно невообразимый разброс реакций и результатов, зачастую превращая исходный организм во что-то невообразимое. Этот способ, несмотря на все его ужасное содержание, один из любимейших способов Скипера-зверя для экспериментов и, нужно признать, время от времени дает совершенно поразительные результаты. Впрочем, в большинстве остальных случаев этот способ лишь порождает кошмарных чудищ. Такие отбросы либо сразу уничтожаются, либо служат для охраны различных территорий от непрошенных гостей ввиду высокой агрессивности.
Ранее Морана смутно догадывалась о том, что Скипер-Зверь не просто один из эффективных военачальников темного владыки. Однако не думала, что реальность будет выглядеть еще мерзостнее.
- Его опыты требуют большого количества исходного разумного материала, - продолжил ее собеседник, - Все потому, что так велик побочный расход, не несущий для него последующей ценности. А потому отряды Скипера постоянно рыскают по доступным мирам, совершая внезапные набеги и захватывая в полон тысячи и тысячи разумных созданий…
Все существо Мораны содрогнулось от смысла постигнутых ею слов. Значит, и ее приемная семья… Она едва сдержалась от яростного возгласа.
- А из-за чего между вами конфликт? – решила сменить тему правительница Чертога Лисы, поняв, что услышала достаточно.
- Ему не по нраву тот набор ограничений, которые накладывает технология подпространственных троп, - в этот раз улыбка Волха вышла широкой, что позволяло догадаться, что раздражение Скипера пришлось ему по душе, - И он требует доработать ее так, чтобы свободно перемещаться по скрытым пространственным структурам, а не зависеть от стационарно установленной системы переходов. Он хочет больше возможностей и большего доступа, что позволит существенно расширить ареал набегов на цивилизации. В особенности его интересуют миры Ирийского Сада.
- А это возможно? Доработать? – невинно поинтересовалась Мара, красиво откинувшись на спинку кресла, - Чернобог поведал мне, что тропы действуют только тогда, когда сама пространственная структура находится в статике. При любом изменении нужного предела пространственно – подпространственной составляющей, установленная для прохода тропа исчезает из числа возможностей перехода.
Не ожидавший от нее таких информативных речей, Волх Змиевич изумленно воззрился на свою гостью.
- Ты говоришь, как знич, - пробурчал он вполголоса.
- И все-таки? – не стала униматься Морана.
- Ну да, - нехотя признался повелитель Пещерного мира, - Такое представление о структуре пространства сложилось у нас первоначально. Однако же оно оказалось в корне неверно, ибо пространственные структуры, как выяснилось позже, всегда находятся в движении и подчиняются вполне определенным законам существования. Скорее речь идет о маркерах, между которыми устанавливается устойчивая связь.
-То есть, фактически, вы нащупали новые принципы существования троп и сняли те ограничения, которые мешали этому принципу перемещений?
- В какой-то мере, но только теоретически, - отмахнулся от нее сын Чернобога, - Этот принцип предполагает возможность свободного перемещения на огромные расстояния без чрезмерных затрат энергии, передвигайся ты тропой или путешествуй на вайтмаре с десантом колонизаторов. Однако у нас не нашлось пути, чтобы осуществить это на практике. Истина ускользает от нас…
- Либо отсутствуют компетентные зничи, способные решить эту задачу.
Мара вдруг замерла, ощутив постороннее присутствие. Знакомое присутствие. Скользкое и мешающее. Змея подколодная!!! Выбросив ментальное щупальце, она настигла это существо, так пытавшееся остаться незамеченным, и сжала его разум подобием тисков. Где-то в смежных помещениях раздался сдавленный болезненный писк.
- Что это? – встрепенулся Волх, прислушиваясь.
- Это твоя наложница, которая пытается шпионить за тобой, - пояснила Морана и, повернувшись в сторону недавнего звука, громко произнесла, - Уползай отсюда, гадина, и не смей приближаться. Иначе в следующий раз я тебя не помилую. Нить твоей судьбы в моих руках.
Тихий шорох поспешно удаляющейся Параскеи послужил ей вполне устраивающим ответом.
- Нить судьбы? – осторожно переспросил Волх, очевидно уловивший в словах гостьи нечто интересное для себя, - Неужели ты обладаешь умением видеть это?
Похоже, отметила исподволь Морана Белоликая, отпрыск темного владыки обладал не только острым вниманием, но и определенным пониманием бытийных структур на интуитивном уровне.
- Ты, о чем? – правительница Чертога Лисы приняла непринужденный вид, - Не понимаю.
- Понимаешь, - усмехнулся Волх с легким прищуром, явно сделав для себя вывод, - Но не нужно опасаться меня. Я умею хранить секреты. Хотя, нужно сказать, немало удивлен, ибо, как изыскатель древних знаний праотцов наших, я только слышал или отрывочно читал о разумных существах, в своем развитии стоящих на предуровне перехода в другую мерность совершенства разума и способных видеть и понимать то, что иным недоступно.
- Не будем говорить о том, о чем говорить мне совершенно не хочется, - ответила на это Мара, хотя слова собеседника втайне пришлись ей по душе.
- Не будем, - легко согласился ее собеседник, - Неприятная тема. Глубокое видение предполагает соответственное понимание бытийных уложений, что, в свою очередь предполагает гораздо большую степень ответственности.
Ей польстила такая обходительность, встреченная впервые при общении с себе подобными. А еще (ощущение пришло к ней совершенно неожиданно), вполне похоже, что она нащупала еще одного кандидата в союзники для своего, пока еще туманного будущего. Кандидата, чей склад ума и характер поступков ей нравился все больше.
Охота на соглядатаев.
Планета Ансер системы Санги-2. Змеиный дворец.
Как правительница Чертога Лисы, Морана Белолицая ныне редко доверялась другим. Сказывался накапливаемый опыт, впитываемый ею из любой ситуации. Особенно не доверяла она таким, как владыка Империи Ориона. И особенно после его внезапного признания о случаях слежки за ней. А потому отныне, едва ее настороженный разум улавливал признаки любой сторонней биоэнергетической активности, Морана Белоликая предпринимала меры для идентификации объекта и оценки его потенциальной угрозы. Нельзя допустить, чтобы кто-либо заинтересованный узнал хоть крупицу из ее планов и перспектив.
На этой стезе, вольно или невольно, но ей пришлось поднатореть. Не сразу. Со временем, для чего она по своей воле значительно ограничила себя в контактах и заперлась внутри собственных покоев. Добровольное заточение дало результаты уже спустя неделю, когда ее внутренний пси-биосканер научился контрастно различать разность сигнатур биологического характера, а вскоре и почти сразу же распределять их по видам и классам характерных признаков. Еще через неделю правительница Чертога Лисы натренировала ментальную чувствительность настолько, что научилась различать мелкие характерности, более чем в половине случаев свидетельствующие о враждебных намерениях носителей.
Пробный же тест практического применения приобретенных навыков дал неожиданный результат – в многочисленных переходах собственного дворца Морана выявила сразу трех посторонних существ, ведущих за ней слежку. В ходе последовавшей за этим короткой охоты, приземистые, почти карликового размера, косматые создания были лично изловлены и обездвижены ею, а затем и доставлены в отдаленные покои дворцового сооружения, где их не мог узреть никто из посторонних.
- Кто ты и кем послан? – поинтересовалась Мара, когда первый из косматой троицы пришел в себя после ментального шока, обнаружив себя привязанным к стулу.
Косматая тварь презрительно фыркнула и молча заелозила на сидении, пытаясь найти слабину в путах.
- Кто ты? – повторила Морана вопрос и отвесила пленнику увесистую оплеуху, от которой голова существа резко дернулась в сторону.
- Это ничего не даст, - равнодушно ответил шпион, сплюнул сукровицу и шумно засопел.
А когда понял, что его разум сканируется, отвернулся и сузил в щелочки маленькие глаза.
- Ладно, - вдруг поняла дева-правительница, запустив ментальные щупальца в недоразвитый мозг, - Вижу, что болевая чувствительность у тебя, как скорее всего и у твоих сородичей, сильно понижена путем искусственного подавления болевых центров. Поэтому, далее обойдемся без экзекуций. В конце концов, твой разум куда чувствительнее к боли.
Оказывать подобное пси-воздействие она особенно не умела, а потому, первые кошмарные видения, напущенные на разум подопытного, оказались неуклюжими. Однако, уже спустя считанные доли времени приемы пси-воздействия стали меняться, приобретая нужную остроту и болезненность, что позволило достичь поставленной цели. Существо, поначалу охая, затем перешло на стоны, а после и вовсе сорвалось в истончающийся непрерывный крик.
Для верности эффекта, в первый раз в напускании морока Морана Белоликая практиковалась слишком долго, результатом чего стал неожиданный отказ психики шпиона и скорая кончина после стремительной агонии. Когда его пунцовый от напряжения косматый лик обвис в потере сознания, она позволила упасть существу рядом со стулом и на миг оцепенела в невольном испуге. Но тут же взяла себя в руки и усадила на опустевшее место следующего из троицы, давно уже пришедшего в себя от раздающихся воплей.
- Советую тебе не упираться, - сказала правительница чертога новому подопытному, слегка скосив глаза в сторону валявшегося мертвого тельца, - Или кончишь как он.
Существо перевело взор в указанную сторону и заметно содрогнулось, рассмотрев лик собрата, сведенный в смертной судороге.
- Так кто ты? – снова поинтересовалась Морана Белоликая, - И зачем следил за мной?
- Я Шиш, - буркнуло косматое создание, уведя маленькие, глубоко сидящие в глазницах очи в сторону, - А это Сим, - косматый кивнул в сторону окоченевшего тела, - Тот зовется Суром, - кивнул в сторону, где угрюмо застыл третий пленник, - Служим мы самому владыке Чернобогу. Нам приказывает Нуад Молчаливый по его воле.
Страх пред неведомой доселе умертвляющей пыткой развязал существу язык и уже по истечении первой доли времени дева-правительница узнала, что шпионы принадлежат племени гмуров – искусственно выращенным рекомбинантным созданиям с заданными свойствами биологии. Помимо чрезвычайно низкого болевого порога гмуры обладали свойством направленной пси-маскировки, приданным несовершенному разуму только для одной цели – оставаться незамеченными для других. Низкорослые, под защитой маскирующего ментального щита они становились и вовсе незаметными для подавляющего числа окружающих их существ, что делало маленьких псевдо-гоминидов идеальными соглядатаями и сборщиками информации.
- Хорошо, Шиш, - подвела Морана черту под недолгим допросом, - Если ты продолжишь говорить правду, то я не причиню вреда тебе и твоему товарищу. Более того, предложу твоему племени переселиться сюда, в мой мир, и стать моими подданными. Я предоставлю вам достойные условия обитания.
- Ладно изъясняешь, царица, - посмотрел на нее Шиш из-под нависших бровей, - Однако, сомневаюсь, что возможно то. Наши родные в заложниках у Нуада. А он не отпустит их.
- Я посмотрю, что можно сделать для их спасения, - пообещала Мара, слегка изогнув красивые губы в полуулыбке, - Если спасу твое племя, согласишься ли ты служить мне?
- Соглашусь, - подтвердил тот, - И не только я. Все мы. Обещаю.
- Тогда давай подумаем о том, как найти мне Нуада Молчаливого, - сказала она гмуру, - По рукам?
- По рукам, - дернулся Шиш, засучив трехпалыми ручонками, - Только сперва развяжи наши путы.
Правильно расставить силки.
Звездная система Вилона-Тара Чертога Волка. Окрестности планеты Благо-Та.
Звездная система Вилона-Тара располагалась в самом центре обширных территорий Чертога Волка и считалась одним из основных его административных центров. Находясь почти в самом сердце чертога, система давно забыла о войнах и схватках, занимаясь исключительно мирной деятельностью. Светила, входящие в состав Вилоны-Тара представляли собой группу из пяти одиночных желтых светил, расположенных достаточно близко друг к другу, чтобы составить единую конгломерацию с общей системой правления и общей экономикой. Сами светила, довольно молодые и имеющие значительный потенциал излучения, давали довольно энергии для благополучного существования плодородных миров с обильной лесной биосферой, достаточной для того, чтобы стать богатой кормовой базой для союзных миров с менее благоприятным климатом. Конгломерат пяти звезд обеспечивал полноценное существование без малого двух дюжин планет-житниц, народы которых мирно, без войн и катастроф, трудились в своих солнечных мирах уже не одну тысячу лет, обеспечивая продовольствием не только значительную часть остальных территорий чертога, но еще и торгуя с территориями дружественных чертогов, расположившихся по-соседству. Территории Приграничья, соседствующие с неприятельскими землями Скипера-Зверя, находились довольно далеко и принимали все возможные вражеские удары на себя, гарантируя мирам-житницам безбедную жизнь и общее благоденствие без лишений.
Но однажды это установившееся на века благоденствие сослужило плохую службу, выразившись в потере бдительности. И случилось так, что в пределы тяготения одной из планетарных систем, носящей название Камы, вошло дрейфующее тело, по своей форме и размерам схожее с небольшим каменисто-железистым астероидом. Это дрейфующее, показавшееся совершенно безжизненным тело попало в мешанину прочего каменистого мусора, составляющего наружный астероидный пояс планетарной системы, да там и осталось, совершенно в ней потерявшись. Событие это осталось совершенно незамеченным для охранного рубежа миров планетарной системы, так как по параметрам не соотнеслось ни с одной из причин возможных угроз, а никого более подозрительного и прозорливого не нашлось для того, чтобы проверить этого пришельца детальнее.
Впрочем, цепь событий этим только запустилась. На протяжении последующего стандартного года границу системы пересекла еще дюжина подобных небесных тел, движущихся свободными курсами и векторами, не предполагавшим какой-то корректировки траектории. Службы охраны системы, потерявшие хватку за период затишья и благоденствия, их появлению также не придали никакого значения, ибо те не проявляли никакой подозрительной активности, а потому оказались причислены к составу астероидного пояса без особых сомнений. Никто из представителей глубоко эшелонированной планетарной обороны не мог и предположить, что таким незатейливым манером в доступные планетарные пределы внедрялись элементы чужеродной системы, самим своим присутствием несущие значительную потенциальную угрозу. Сумев незаметно внедриться, эти элементы заняли точно рассчитанные для них пространственные позиции, погрузившись затем в спящий режим ожидания.
Заключительным актом подготовительной операции врага стала искусно проведенная инсценировка появления на подступах к границам планетарной системы Кама крупного планетоидного тела, идущего по траектории, предусматривающей косвенный заход в орбитальный сектор полноценно обитаемых планет. Однако же, прежде чем оборонительные силы системы стали выказывать опасения, упомянутое тело живописно столкнулось с чем-то вроде кометы и распалось на куски, хоть и грозящие определенными проблемами при вхождении в систему миров, однако не настолько, чтобы выглядеть значимой угрозой. Большинство осколков и обломков планетоида, достигнув внешнего периметра системы также оказались включены в наличествующую там каменную кашу астероидных поясов и только несколько крупных обломков проследовали дальше в сектор внешних орбит, неторопливо плывя в космическом пространстве под присмотром патрульных и не привлекая излишнего внимания ввиду общей траектории, условно сходящейся с орбитами движущихся обитаемых планет по пологой касательной. Спустя какое-то время об этом инциденте стали благополучно забывать, надеясь, что рано или поздно дрейфующие обломки пришлого планетоида удалятся на вполне безопасное расстояние и покинут систему вовсе.
Глава 21. Западня от Зверя.
Окрестности планетарной орбиты мира Благо-Та планетарной системы Кама, входящей в звездную систему Вилона-Тара.
Тайная операция принесла свои плоды ровно в тот день и час, когда ей и назначилось свершиться тем, кто так искусно сыграл роль режиссера. В нужный момент времени, выплыв из тоннеля подпространственного прокола, в зоне космического пространства, расположенной рядом с сектором орбит планет-житниц, показалась птицеподобная вайтмана Чертога Волка в окружении кораблей боевого охранения, выглядевшими живыми бликующими каплями на фоне крупного сопровождаемого летательного аппарата. Выйдя в открытое пространство системы, корабельное соединение слаженно выполнило маневр разворота, откорректировав траекторию движения в направлении восьмой по счету планеты, называемой Благо-Та. Именно в этот момент и сработала спусковая пружина загодя устроенной западни.
В пространстве внешних границ системы, где-то среди дрейфующих космических скал, пришли в движение ожившие механизмы вышедших из режима сна субэнергетических батарей, способных разово высвободить накопленную ранее энергию звезд. Около двух десятков аналогичных устройств, доселе замаскированных под астероиды, составили единую энергетическую сеть, в считанные доли времени добывшую гигантский объем энергии, способный утолить потребности целого мира. В тот же самый промежуток времени три массивных куска разрушенного планетоида, еще находящиеся в близости к плоскости орбит обитаемых планет системы также пришли в движение, оживляя и приводя в готовность боевые системы, искусно скрытые под декоративной скальной поверхностью, стряхивая маскировку в пространство и подобием распускающихся цветочных бутонов разворачивая огромные полусферические антенны-энергоприемники.
Миг – и со стороны сети субэнергетических батарей в направлении планетоидных псевдо-осколков протянулись ветви энергетического канала, скользнувшего под самой поверхностью реальности, а потому выглядевшие призрачными.
Еще миг – и океан сжатой энергии вспыхнул в этих призрачных венах, достигая приемников боевых систем и насыщая их потребность для достижения боевого потенциала.
Третий миг стал решающим. Наполнившись мощью, боевые модули окончательно изменили ломаную форму внешней маскировки и, выставив из своих недр жерла мощных гравитационных излучателей, произвели общий сходящийся залп, сокрушительно ударивший по соединению космических кораблей. Жесткий гравитационный удар в крошево стер виманы охранения и обрушился на вайтману, безжалостно корежа ее обшивку и лишая возможности функционирования основных систем…
Торжество коварства.
Окрестности планеты Благо-та. Флот захвата. Скипер-Зверь.
Массивные копытообразные конечности гулко печатали шаг по металлическому настилу пола, слегка, при этом, цокая металлом системы вспомогательных когтеобразных зацепов.
- Теперь, когда мы, наконец, застали врага врасплох, главная задача – получить его живым. Мне он очень нужен, - не оглядываясь на членов своей свиты, произнес Скипер – Зверь, продолжая свой путь по коридору, - Так что главную фазу операции нужно произвести молниеносно и без каких-нибудь случайностей.
После этих слов он все-таки обернулся, окинув свою свиту страшным зраком. Его не зря называли зверем, вкладывая в это вторичное обозначение нечто большее, чем просто черту внешности или характера. Он и являлся таковым в том самом жестоком его проявлении, жадным до крови, расчетливым до последнего движения и совершенно безжалостным.
Скипер-Зверь находился в ряду самых ранних созданий, в помощь чернобожьим замыслам созданных Вием Дремучим путем широкого наследственного комбинирования, и отсчитал уже не одно тысячелетие на своем жизненном пути. Уже во времена ранней фазы Войн Раздора он сопровождал будущего темного владыку в его битвах, находясь в первых рядах самых надёжных воев. Тогда же и показал Чернобогу Пекальному свою фанатичную верность, что вместе с характерным набором истинно звериных черт составляло основу его натуры. Зная о такой верности, сторонние несведущие лица время от времени относили Скипера к тайным отпрыскам Витула, о чем ни тот, ни другой никогда пояснений не давали, предпочитая оставить тем, кто задается подобными вопросами, полную свободу для работы воображения. Известным фактом являлось только то, что оставшийся на втором плане, создатель этого существа изначально использовал жизненные начала только самых жутких разумных существ, чей смысл существования заключался в убийстве. В этом плане Скипер – Зверь вышел едва ли не совершенством. Громадный рост создания уступал лишь титанам вторичной формации, чей средний рост превышал средний рост потомков Триединого Союза почти в три раза, а мускульный каркас четырехрукого торса не мог не поражать своей хищной развитостью. Четыре его нижние конечности с массивными копытообразными ступнями с рудиментами шестипалой ступни, давали этому существу устойчивости с лихвой. Впрочем, на этом особенности строения звероподобного существа не заканчивались. Помимо дублирующего расположения двух взаимосвязанных систем основных внутренних органов, организм Скипера располагал настолько прочной кожей, что мог выносить не только узконаправленное излучение разных видов в довольно широком диапазоне, но и кратковременное воздействие плоскостных силовых полей, широко представленных в оружии близкого воздействия.
- Повелитель, тебе нужно облачиться в броню, - грубый рыкающий голос, чем-то похожий на голос Скипера – Зверя, принадлежал его ближайшему помощнику Жутко Пучеглазому, долговязому гуманоидному созданию с многосуставными конечностями и странным черепом, состоящим из раздваивающейся черепной коробки с отдельным вместилищем для каждого полушария, широко расставленными глазными впадинами и далеко вперед выступающей острозубой пасти с массивной нижней челюстью, - Нельзя подвергать тебя опасности…
Члены многочисленной свиты, представленной его приближенными бойцами, в поддержку Жутко нестройно забубнили из-под лицевых масок боевых шлемов.
- Какой опасности? – переспросил Скипер, сворачивая в шлюзовой зал, зачастую предпочтительно используемый для высадки десанта, - Я значительно сильнее вас всех. И способен пойти в бой вообще без защиты брони. Чего мне опасаться?
Высказавшись так, он остановился и, обернувшись к сопровождающим, снова уставился на них ужасающе темными, как космос очами без какого-либо намека на наличие белков. Говорил он чистую правду, ибо прослыл настоящим безумцем принудительного развития организма через симбиоз со всякого рода техническими усовершенствованиями в стремлении без конца улучшить свое и без того мощное тело. Таких улучшений он сделал великое множество. Помимо всякого рода имплантов, призванных усилить функции организма, безусловно, к таким улучшениям относилась и его собственная кожа, подвергнутая симбиотическому преобразованию клеток бронеметаллическими соединениями, что привело к уплотнению ее структуры и превращению в подобие биологической брони. Внешний эффект этого преобразования выразился в приобретении кожей ее обладателя, визуально выраженного металлического медного оттенка. Как вторичный признак изменений, волосяной покров, и без того ранее жесткий, также обрел ярко медный оттенок и, изменив свою структуру, превратился в толстую, торчащую дыбом щетину, покрывавшую все тело Скипера целиком. Голова его, по своему строению напоминавшая создателю этого уникального организма о том, что в комбинировании наследственности активно участвовали жизненные начала разумных тельцов, приобрела отблескивающую желтым металлом гриву, торчащую подобием щетки между массивных бычьих рогов.
- То-то же, - дождался он раболепного поклона своих воев, после чего прошел в центр помещения, - Сенсорная разведка! Покажите мне панораму зоны операции.
Голографический луч послушно изобразил перед ним подробную схему планетарной системы с указанием места нахождения искомого объекта.
- Отлично! – воскликнул Скипер–Зверь, в пару мгновений оценив обстановку, - Промежуточный результат достигнут!
Разум его не обладал ментальными возможностями, как у потомков Титаниды, Сваги или Аори, обращаясь в несколько иной сфере. Зато он обладал могучим аналитическим складом, что позволило военачальнику Чернобога Пекального стать выдающимся стратегом, на раз умевшим составлять беспроигрышные многоходовые боевые операции.
- Пучеглазый! – Скипер–Зверь оглянулся на подручного.
Тот замер в ожидании приказа.
- Дракх к прыжку в намеченную точку! Абордажную команду в шлюз! Всем воям быть наготове! Я жажду взглянуть в очи моего заклятого врага!
__________________________
В месте, где флотилию кораблей настигла суперволна гравитационного удара царил настоящий хаос. В пространстве космоса дрейфовала мешанина обломков разбитых летательных аппаратов, мертвых тел ирийцев, постепенно расползаясь по зоне катастрофы и понемногу разлетаясь в стороны. В центре этой каши темнела туша вайтманы, изредка поблескивая мелкими островками защитного слоя обшивки, уцелевшей на корпусе корабля после воздействия избыточной гравитации.
Вайтмана выглядела умершей, хотя ее биомеханическая сущность в это самое время напряженно работала, активно занимаясь процессом восстановления основных систем. Скипер-зверь это знал наверняка и торопился, так как сейчас, буквально на короткий промежуток времени корабль, обычно представляющий из себя хорошо защищенную крепость, оказался совершенно беззащитен или, максимум, не способен оказать, сколько-нибудь серьезное сопротивление. По его приказу десантный дракх, силуэтом походящий на комбинацию пузатых конусовидных фигур, вынырнул из подпространственного омута в непосредственной близости от поврежденного объекта, чтобы затем, в течение последующего промежутка времени, продолжительностью едва ли не в тысячную часть временной доли присосаться к нему трапами гибких абордажных туннелей. Еще пара дракхов, появившись в пространстве неподалеку, замерли в охранении, готовые выплеснуть разящую энергию боевых систем в сторону любой угрозы, способной явиться на горизонте событий…
… Он так и не влез в свой боевой бронекостюм, возможно бравируя своей храбростью, хотя и не отказался облачиться в легкую кирасу из гибкой биостали, свободно облегающую могучий торс. Сейчас Скипер-Зверь, играя мощной мускулатурой, наблюдал за тем, как волновой резак вскрывает запорное устройство шлюзовых створ, за которыми начинались помещения пораженной вайтманы.
- Скорее, - едва скрывая нетерпение, властно рыкнул Зверь, и команда его рогатых воинов с удвоенной силой засуетилась вокруг установки, через миг дав максимальное излучение, которое только та могла произвести.
Скипер, во многом став одним из наследников дел легендарного Черного Змия, давно прослыл могущественным правителем, сумевшим распространить свое влияние на огромные звездные территории, размером едва ли не в три (а то и в четыре) чертога ирийского измерения. Умение глубоко анализировать ход истории, а также умение высчитывать свою выгоду даже в ситуациях, сулящих поражения и убытки, позволили ему собрать под свое крыло древние культуры ганни, кзанов и хазеев – многочисленного цивилизационного древа народов преимущественно псевдогуманоидного типа, в своем многообразии часто имеющих отличительную черту, выражавшуюся в рогатом черепе каждого из своих представителей, довольно обширные сегменты цивилизации нагов, к числу которых ныне причисляли и наргалов, а также весомую часть сборной агломерации дассов, довольно многообразных в своем цивилизационном представлении. В сегменте территорий, принадлежавших Зверю, конечно же присутствовали и иные народы, но по разным причинам правитель не уделял им особого внимания, предпочтя оставить их в угнетенном состоянии, либо на растерзание более сильных. Территорий для Скипера, для его личных целей, коих всегда насчитывалось не менее сотни, ему всегда мнилось мало. А потому правитель звездных систем, прозванных Коалицией Ярых Миров, постоянно вел борьбу за новые системы, под любым предлогом прибирая их под свой ненасытный протекторат.
Зверь давно считался едва ли не самым великим военачальником самого Чернобога Пекального, коему он и ныне служил верой и правдой, хотя многих из его отпрысков откровенно недолюбливал. Особенно отличающихся юностью. В частности, того же Волха Змиевича, которого считал скудоумным и поверхностным, достойным лишь управлять малыми планетарными образованиями в качестве наместника…
Шлюзовые створы, лишенные надежного запора, дрогнули. Затем системы шлюза, энергетически принудительно запитанные с внешней стороны, пришли в движение и, натужно скрежеща, отворили проем, достаточный для входа. Ожидавший этого с нетерпением, Скипер подал знак воям следовать за ним следом, после чего двинулся первым.
Сопротивления и воев противника они не встретили вовсе. Вместо них абордажную группу ждали тишина и сумрак, освещённый только затухающими вспомогательными источниками аварийного освещения.
- Гипергравитационный удар – надежное средство нейтрализации противника, - довольно качнул медно блестящей гривой повелитель Ярых миров, осматриваясь вокруг, - Не удивлюсь, если нас ожидает здесь только кладбище. Хотя, если подумать, меня это тоже устроит.
Удар гравитации намеренно сделали чудовищно сильным, что оставило экипажу вайтманы довольно немного шансов на выживание. Рогатые солдаты, вскоре жадной стаей выпущенные вперед по ходу движения Скипера и его свиты приближенных, обнаружили лишь остывающие трупы.
- Живые есть? – кратко вопросил Скипер-зверь, равнодушно созерцая переборку коридора, по которой змеисто струилась вода из поврежденного водовода.
- Нет, повелитель, - покачал рогатым шлемом командир группы разведчиков-кзанов, выпрямившись около одного из лежащих тел, - Такое резкое и интенсивное воздействие не оставило им шансов. Судя по синим ликам, их внутренности раздавлены.
- Это хорошо, - обронил Зверь, проходя мимо, - Ищите Велеса. Он где-то во внутренних покоях.
Вход во внутренние покои оказался распахнут. Около него лежали недвижимые тела дружинных в боевой биоброне. Ганни-разведчики, отдаленно похожие на странных насекомовидных из-за своих нижних обратносуставчатых ног, крадучись проследовали внутрь, осторожно переступив через них, и скрылись в сумраке помещения.
- Здесь! – прозвучал оттуда зовущий голос, и Скипер тоже прошел внутрь.
Повелитель Чертога Волка, облаченный в свою сияющую броню, лежал у самого подножия своего походного трона, напоминая каменное изваяние прямой закостенелой позой. Один из кзанов попытался ухватиться за тело Велеса, однако тут же отдернул четырехпалую конечность, получив искристый заряд.
- Он жив, - довольно заключил Скипер-Зверь, растянув толстогубый рот в подобие улыбки и обнажив ряд крупных зубов с выделяющимися клыками, - Если б это было не так, то, как гласят легенды, силовой кокон последней защиты не смог войти в режим активации. Велес может быть тяжело ранен и при смерти, но система такой защиты надежно и надолго сохранит последние искорки его жизни.
Властитель Ярых миров подошел ближе и взглянул сверху вниз на давнего врага, на его спокойное и умиротворенное лицо, обрамленное рыжими кудрями волос. Силовой кокон последней защиты, система которого, встраивалась в организм носителя в виде несъемных имплантов, встретился ему второй раз в жизни, так как считался характерной особенностью старших ирийских правителей. По слухам, система создавала универсальную оболочку, способную поддерживать биологическую основу и жизненные процессы охраняемого организма на протяжении тысячелетий. Кто и на каких принципах создавал подобные системы, никто из непосвященных не знал, а изучить ее элементы не представлялось возможным ввиду программы саморазрушения до элементарного уровня каждого элемента, трансплантированного в тело носителя.
«Интересно, - подумал Скипер-Зверь, продолжая рассматривать Велеса, - Насколько окажется стоек силовой кокон на сей раз».
Когда-то давно он уже сталкивался с чем-то подобным и, иногда казалось, едва не разгадал секрет деактивации подобного устройства. Едва не разгадал…хотя, по ощущениям, почти сумел преодолеть многослойную защиту. Затем все-таки взломал ее… Не единолично, однако вполне эффективно…Вместе с пекальным владыкой он осилит ее и теперь. Любопытно, однотипна ли эта система, устоит ли в этот раз?
- Ладно, - хрипло хмыкнул он и повел черным зраком в сторону подданных, - Разберемся позже. Пока грузите нашу добычу в дракх. Надо убираться из этой пространственной точки, пока не среагировали местные рубежи планетарной обороны.
Приказы повелителя выполнялись быстро и неукоснительно. Не минуло и половины промежутка времени, отпущенного на реагирование боевых охранных систем рубежей звездной системы плодородных миров, как десантное судно оторвало от корабля-жертвы присоски абордажных туннелей и, слегка отдалившись от него в сторону, ухнуло в яму подпространственного перехода.
Когда зверь силен.
Окрестности звездная системы Пи-Окка.
То, что рассказали гмуры о Нуаде Молчаливом, Мару насторожило, ибо в их представлении личный телохранитель Чернобога оказался описан, как совершенно неистовое злобное существо. Злобное и не совсем понятное… И, нужно отметить, если бы правительница Чертога Лисы узнала полученную от косматых коротышек информацию до того, как дала слово оказать помощь, то тысячу раз подумала, прежде чем подвизаться на роль спасителя их немногочисленного народа. А сейчас лишь одно чувство долга удерживало ее от того, чтобы не отказаться от столь опасного мероприятия. Давши слово…
Если начинать с начала, то рассказ следовало бы вести еще от самых ранних времен образования прообраза Империи Ориона. Именно тогда, на пороге новых времен Витул Пекальный наткнулся на сложную и почти совмещенную звездную группу из двух сдвоенных солнц, стоящую на отшибе от его новых пекальных территорий. Даже с первого взгляда и после анализа первичных данных систем дальних сканеров становилось понятно, что земли системы холодны и скорее всего безжизненны, но очи новоиспеченного владыки неожиданно узрели в расположении здешних планет определенную выгоду и вскоре туда была направлена разведмиссия из нескольких кораблей исследовательского класса. Целью миссии стала разведка местности для устроения будущей охранной базы, способной прикрыть фланг Пекальных царств от возможных вражеских нападений.
Все бы ничего, и это событие осталось рядовым, однако отправленная в систему Пи-Окка исследовательская экспедиция внезапно канула, перестав выходить на связь, чем внезапно привлекла пристальный интерес к этим мерзлым мирам, ранее считавшимся мёртвыми.
Сохранившиеся с тех пор скудные сведения архивов лишь в нескольких абзацах описывали то, что произошло потом. Содержание информативной базы кратко уведомляло, что на нескольких мирах данной звездной системы разведка обнаружила очаги цивилизации крионов – разумных созданий, биологическое устроение которых, основанное на антифризной составляющей организма предполагало их свободное существование в условиях мерзлоты и сверхнизких температур. Однако, на том описание странной цивилизации обрывалось, заканчиваясь коротенькой сноской о том, что крионы оказались слишком агрессивны и слишком условно разумны, чтобы наладить полноценный контакт с развитыми разумными формами, а потому решением императора полностью уничтожены. Более сведений о Пи-Окка просто не было, словно она осталась безжизненной пустыней после вторжения имперцев.
«Как бы не так, - вспомнила Морана выражение заросшего космами лика Шиша, когда он рассказывал ей всю предысторию, - На самом-то деле все вылилось в локальную, но очень кровопролитную войну с хищными ледяными тварями, чей разум оказался неожиданно силен и непредсказуем».
Из сбивчивого рассказа гмура выходило, что имперцы неожиданно наткнулись на цивилизационно развитую криоформу разумного существа, показавшего едва ли не самые высокие показатели ментальности в существующих тогда пределах Империи Ориона. Идеально приспособленные для существования в пределах очень низких температур, предки крионов легко взошли на вершину цепочки сложившегося там биоценоза и на правах главного хищника за несколько тысяч лет развились до разумного вида. В силу разных причин они не обрели речевой формы взаимодействия, оставшись немыми, однако свободно общались между собой в ментальности, что обусловило необходимое условие для формирования общности. Нет, они по ряду причин не выродились в сверхразум, ограничившись строго иерархичным общественным укладом, однако, когда первые же отряды империи высадились в холодных мирах Пи-Окки, то столкнулись с настоящим кровавым кошмаром.
«Они сильные, - вспомнила правительница Чертога Лисы слова Шиша, - Легко обездвиживают противника псионическим ударом, а потом разрывают его на части, чтобы затем вкусить плоть обмерзших тел».
Скорее всего, столкнувшись с таким ледяным ужасом и потеряв за раз несколько боевых соединений, Чернобог не стал размениваться на длительные позиционные бои с крионами, предпочтя разобраться с ними с высоты планетарных орбит. Здесь, учитывая, что уровень развитости крио-цивилизации едва развился до первых межпланетных перелетов, преимущество оставалось целиком на стороне империи. Холодные миры тщательно забросали мегатермитными и ядерными зарядами, что за краткий период, достаточный для воздействия на весь ледовый биоценоз, позволило поднять общий уровень температур и стереть в прах саму их цивилизацию.
Впрочем, Витул Пекальный не стал бы владыкой империи, кабы даже из этой истории не извлек для себя определенной выгоды. Едва по просторам ледяных миров прокатилась волна тепловой энергии, приговорившая крионов к мучительной смерти, как на поверхность снова высадились отряды имперских воинов. Эти отряды зачистки предназначались для розыска и пленения уцелевших особей вида для личных целей императора. Таким образом солдаты нашли и тщательно отобрали для дальнейшего воспроизводства несколько тысяч жизнеспособных особей, после чего руины крио-цивилизации подверглись тотальной зачистке, дабы стереть саму память о ней. Затем полоненные крионы подверглись тщательному изучению, по окончанию которого Чернобог принял решение о возрождении криобиоценоза миров с цивилизацией, находящейся под его полным контролем. Такой подход дал ему возможность взращивать целые поколения беспощадных воев с характеристикой боевых качеств легендарных ледяных чудовищ.
Крио-технологии, безусловно, присутствовали и в Ирийском Союзе. Любознательная Морана, не знакомая с ними вживую, много слышала и читала об этом. И все-таки для ирийского сообщества то была прикладная наука. Как правило элементы криоконструирования применялись к живым существам в случаях ущербных состояний, близких к гибели. Зачастую таким путем могли сохранить общую биологию организма, дав ему шанс функционирования на протяжении десятков круголетов. Однако, главным недостатком имевшихся приемов криовосстановления становилась частичная потеря разумной составляющей, равно как и полная потеря ментальных способностей. В этой связи биология крионов становилась уникальной для цивилизаций сектора, ибо ледяные существа, функционируя при аномально низких температурах, полностью сохраняли чистоту сферы разума и свойства наследственной линии. Учитывая эти факторы, Мара совсем не удивилась тому интересу, с которым Витул отнесся к возрождению популяции крионов.
«Миров, закованных в тысячелетние льды в доступном секторе галактики не счесть, - подумала правительница Чертога Лисы, - А потому весьма выгодно иметь в рукаве тайный козырь, с помощью которого можно заселить большинство из них. Особенно при условии должной преданности».
Витул, по всей видимости, рассудил подобным же образом. История умолчала о том, каким образом он распорядился тем количеством ледяных тварей, что достались ему в полон, однако нашлись косвенные свидетельства того, что в первое же тысячелетие после уничтожительной войны в мирах звездной системы Пи-Окка, количество индивидов возрожденной цивилизации крионов сперва вновь достигло былого объема, а затем и перешагнуло прежний уровень, постепенно заселив, сперва восстановившиеся со временем прежние коренные миры, а затем и все остальные земли вместе с лунами.
«Шиш сообщил, что Нуад Молчаливый по общей биологии также принадлежит к этому народу. Более того – он один из приближенных к Витулу существ, осуществляющих личную охрану».
Это многое объясняло, ибо в своих контактах с Чернобогом Пекальным не раз видела на заднем плане воев охранения в тяжелых и всегда наглухо закупоренных костюмах изолированной биоброни, что служило еще одним наглядным свидетельством того, что темный владыка исполнил свой замысел и воссоздал общество крионов, служащих его интересам. Ныне эта цивилизация существовала для того, чтобы готовить свирепых воев-хищников в ряды его армии, и без того полной монструозных особей. Более того – служба на благо Империи Ориона ныне считалась главной доктриной прирученной цивилизации ледяных тварей, обеспечивающей благосостояние, почет и уважение этого странного сообщества к сложившейся воинственной касте.
«Немудрено, что об этих мирах Ирийскому Союзу почти ничего не известно, - Мара вгляделась в форму созвездий через визионную систему виманы, едва только та вышла из подпространственного «прокола» в видимое космическое пространство, - Вотчина прирученных и вымуштрованных ледяных зверей, целиком преданных только ему. Попробуй сунься туда. Себе дороже».
Система сканирования старательно вычертила на экране визиона обозначения структурных элементов и тел интересующей ее звездной системы, под конец выдав столбики уточняющей информации. Морана Белоликая тяжело вздохнула и придвинулась к экрану ближе, детально рассматривая каждый сегмент картинки. Как ни крути, а ей придется с головой нырнуть в эту стылую берлогу…
- Что ж, - произнесла она сама себе, ибо управляла разведывательной виманой единолично, - Успех возможен, но только при условии четкого выполнения всех пунктов плана.
Глава 22. Прыжок в логово.
Звездная система Пи-Окка. Планетарный мир Анто-пи. Искусственная луна Хёна-А.
Безусловно, у нее имелось преимущество в виде мобильности, так как ледяные твари явно не обладали технологией свободного передвижения тропами без ограничений технологии-клона. Зато, что представляло значительную опасность, крионов, предполагалось, было много. А еще они все до единого превосходили ее в физических показателях. При этих условиях оставалось уповать на незаметность и свое ментальное чутье.
Мара запросила у синтетического разума виманы визуализацию звездной системы Пи-Окка, и тот с готовностью развернул пред ней голографическую визуализацию образования близкорасположенных звездных двоичных систем, схожих, словно близнецы, характеристиками парных равнозначных светил и общим набором планетарных тел, что обращались вокруг них по сложным орбитам. Общий абрис картинки напоминал подобие летящей бабочки. По сути, эту систему, учитывая общее взаимовлияние двух групп из сдвоенных светил со столь мудреным составом планетарных тел, обращавшихся по самым замысловатым траекториям, правильнее следовало называть четверной сложной звездной системой, однако сдвоенные группы располагались на предельно дальней дистанции взаимодействия, так что официально считалось, что систем две. В любом случае, общие характеристики звездного собрания Пи-Окка, характеризующиеся весьма неровными данными и порядком свечения, безусловно не оставляли планетарным телам и шанса на образование классического биоценоза.
«Интересно, - задалась отвлеченным вопросом Морана Белоликая, - Как же случилось, что в таких жестких условиях смогла зародиться жизнь крионов? Вероятность, скорее всего миллиардная, если не меньше».
История умалчивала сей факт, однако деву-правительницу, теперь доподлинно осведомленную о наличии в системе действующих примеров, вполне адаптированных к существованию при сверхнизких температурах, все-же мучил вопрос о том, какой фактор стал тем самым ключиком, что запустил их в действие.
Ради того, чтобы осмотреть поле предстоящей операции в деталях, Мара отправила виману в короткий подпространственный прыжок, выйдя из него ровно в таком ракурсе по отношению к звездной группе, чтобы общая плоскость орбит планетарной системы Пи-Окка -1 оказалась развернута прямо перед ней. ИИ с готовностью вычертил маршруты обращения основных и сопутствующих планет и планетоидов, не забыв обозначить области астероидных полей.
- Вот она, Анто-пи, - ткнула перстом Морана Белоликая, определив интересующее ее небесное тело, - Четвертая и самая крупная из тех планет, что движутся по стабильной орбите. Безусловно замерзший мир, не знающий о теплых периодах. Вокруг нее должны обращаться пять лун, одна из которых носит рукотворный характер. Это и есть искомый искусственный мир Нуада Молчаливого.
Нуад Молчаливый при ближайшем изучении сведений о нем, оказался весьма примечательной личностью. Сильный псионик, этот крион завоевал доверие темного владыки длительной верной службой в качестве личного охранника, и даже несколько раз спасал его от коварных покушений. Одержимый идеей восстановления собственной популяции, при потворстве Витула, он таки сумел организовать и запустить процесс восстановления порушенной прото-цивилизации, в конце концов добившись в этом деле значительного прогресса. Однако официальным правителем цивилизации возрожденных мерзлых земель не стал, предоставив эту роль выбранному совету, а сам предпочел остаться при правителе Империи Ориона в роли исполнителя отдельных поручений и командира небольшой армии крионов, коих использовали нечасто и лишь в специфических условиях. Взамен, в качестве награды за верную службу, Чернобог Пекальный дал ему возможность создать свой собственный мир, расположенный в искусственной металлической луне, что обращалась среди товарок вокруг Анто-пи. Там Нуад Молчаливый, по сути являясь единоначальным местным правителем, занимался выведением особо сильных биологических форм биологии крионов, отбирал из них новых воев в свою армию, и заодно присматривал за советом цивилизационной структуры, являясь над ним негласным гегемоном. Таким образом предусмотрительный владыка Империи Ориона обеспечивал полный контроль над всеми, некогда непокорными землями.
Определив нужную точку в пространстве, Морана Белоликая тщательно выверила координаты и ввела их для отправки по назначению. Теперь не только она будет знать о расположении искомой искусственной луны, где, исходя из свидетельств Шиша, якобы на правах заложников содержат немногочисленный народ гмуров, коих Витул отдал Нуаду Молчаливому для выращивания и широкого использования в качестве шпионов. Шиш, как и другие его сородичи, выполняющие функции разведчиков и соглядатаев, не имели достоверных данных о месте содержания сородичей, но знали наверняка, что при малейшем их неповиновении когти и клыки крионов легко лишат их семьи и родных.
«Занятно. Шиш поведал о том, что лишь недавно получил информацию о месте содержания близких. Ранее она была для него недоступна, что настораживает…»
Она ушла в портал межпространственной тропы сразу же после того, как последнее обозначение оказалось введено в базу информации виманы. Имелся соблазн приблизиться к окрестностям Анто-пи хотя бы на расстояние светового года, однако правительница Чертога Лисы не стала так рисковать, ибо не хотела, чтобы ее преждевременно обнаружили. Именно в полной секретности своей миссии пока видела она свой успех…в случае, если все пойдет так, как виделось в идеале…
Сходить с тропы на поверхности металлической луны для последней корректировки направления она тоже не стала, предпочтя сразу уйти под броне-кору искусственного объекта. Риска оказаться где-то в толще искусственной бронезащиты и защитных конструкций внешнего корпуса планетоида дева-правительница не опасалась. В подобных случаях портал доступа просто не открывался, тем самым давая понять, что выход следует искать в другом месте. В этом крылось основное отличие принципа перемещений по естественным изломам пространственных надстроек от технологии принудительных подпространственных проколов, где играла большое значение точность выходных координат.
И все-таки Мара слегка промахнулась, образовав выходной портал прямо в стылом внутреннем воздушном пространстве искусственной луны, довольно далеко от ее гравитационной поверхности, густо занесенной снежным покровом. Здесь кстати пришлась система гравикомпенсации защитного костюма, позволившая почти упасть в эти высокие снежные наносы и затормозившая падение прямо над ними.
«Необычное место, - подумала она, включив автоочистку элементов визиона шлема и приподняв голову над поверхностью сугроба, в который приземлилась, - Внутренний гравитационный вектор направлен к внешней поверхности, тогда как в центральную точку пересечения исходных векторов, расположенную примерно в центре полой луны, помещен источник световой энергии, почти лишенный термической составляющей. Идеальные условия для существования биологических организмов с антифризным коктейлем вместо обычной крови».
Нет, конечно, внутреннее устройство искусственной луны не ограничивалось простой конструкцией большого полого пузыря с источником света в его центре. Этот масштабный объект имел скорее сегментарно-отсечную структуру с набором больших полостей и массивными конструкциями внутреннего скелета. Ввиду общего направления вектора гравитации, внутренняя поверхность этой гигантской сферы всецело предназначалась для обитания разумной общности, замыкая ее в самой себе. Дева-правительница огляделась по сторонам, однако во всех направлениях увидела лишь нескончаемые снежные барханы. Дальше них горизонт видимости сильно размывался из-за густых холодных воздушных течений и общей изогнутости поверхности.
«Ты прибыла сюда на свою погибель, дева из ирийских пределов, - внезапно прозвучавший в голове голос по звучанию больше походил на тембр драконовых или аспидовых созданий с их придыханиями.
Так говорили могучие существа, привыкшие к трепету иных созданий, в большинстве случаев, уступающих им в силе и размерах. Мара повела головой по сторонам, инстинктивно пытаясь найти источник направленного ментального сигнала. И не нашла. Создавалось впечатление, что голос идет отовсюду.
«Я ждал тебя, - продолжил голос, - Так что не тщи себя надеждой остаться незамеченной. Обитаемая внутренняя поверхность моей луны секторально заселена дикими крионами для того, чтобы обеспечить максимальную внутривидовую конкуренцию и выживание только самых развитых и самых свирепых особей. На своей территории они готовы порвать на куски любое создание, чтобы избавиться от возможного конкурента и заодно обеспечить свое пропитание…»
Морана Белоликая с трудом подавила в себе яростный позыв ответить и несколько отвлеклась, чтобы осмыслить свое положение. Невольная досада от осознания, что ее первоначальный план полетел вверх тормашками, мешала сосредоточиться. Первое и самое логичное, что пришло на ум – то, что она скорее всего повелась на чью-то хитроумную уловку и дала себя заманить в ловушку. Но зачем? И по чьему заказу? Чернобог Пекальный может подозревать ее в чем-то, но это его обычное состояние по отношению к своим союзникам и вассалам. И это далеко не повод дать распоряжение на расправу. В лучшем случае, ее могли изобличить в каком-либо своеволии и пожурить, но не умертвить. Нет, это не правитель империи. Тогда кто? Скипер-Зверь? Дева-правительница была уже достаточно наслышана о натуре Зверя и имела уверенность в том, что он мог инициировать подобное. Преданный Витулу, тот вполне допускал возможность переступить при случае даже через его правителей-вассалов, к большинству из которых относился недоверчиво. Что ж, возможно… Хотя… Мара чувствовала, что ответ пока не найден. Гмуры, при всем их потенциале шпионов, вряд ли способны хоть в малой степени противостоять ее ментальному напору и имеют только потенциал исполнителя. Разве что, их использовали втемную, как приманку.
«Прятаться бесполезно, - снова зазвучал в голове тот же пси-голос, начиная несколько раздражать, - Я давно отслеживаю твои перемещения по приказу владыки…
Все-таки, это инициатива Витула! Зачем? Привести к покорности? Вполне возможно, если тот прознал о ее действиях, идущих вразрез с политикой империи. Впрочем, при имени владыки голос ее интуиции молчал. Зато возросло подозрение, что ловушка для нее подстроена именно с расчетом ее дальнейшего устранения.
«…Перемещение твоего летательного аппарата замечено близ моих пределов, несмотря на всю твою осторожность. Обозначь свое местоположение и сдайся моим слугам. Дальнейшую твою судьбу я решу сам. В противном случае мои дикие крионы вкусят твоей горячей плоти…»
Стоп!!! «Обозначь свое местоположение»? При всем своем желании создать иллюзию законченной западни, противник сам того не зная, выдал ей реальное положение вещей. Прибытие виманы к окрестностям Анто-пи на таком расстоянии могло быть отслежено только узконаправленным сканированием, либо…маячком, выдающим кодированный сигнал для интересующейся стороны. Технически это возможно сделать на Ансере, учитывая допущенность оставшихся в ее мире наргалов во все сферы общественной жизни цивилизации. Если это так и поработал предатель, все равно сейчас Нуад знает только то, что вимана властительницы Чертога Лисы обретается в космосе неподалеку от системы Пи-Окка.
«Скорее всего, - вдобавок сообразила она, - Плененные гмуры также могли играть роль ретранслятора направленного информационного сигнала. Даже невольно, ибо имплантация подобных устройств при характерно пониженном болевом пороге технически несложна. Нужно отдать должное изощренности мысли моего противника, предполагавшего и то, что шпионы могут попасться».
Техническая сторона случившегося ей стала интуитивно понятна. Пусть и не до конца. Оставались непонятными окончательные мотивы противной стороны и ее цель. Заполучить в свое распоряжение столь весомую жертву, конечно, могло тешить раздутое самолюбие, но практическая выгода… Какой-то далекий проблеск мелькнул в сознании и ускользнул, унеся с собой и разумный ответ. Потом. Она вернется к этому потом.
Еще одно соображение пришло ей на ум, когда она продолжила оценку ситуации. Зная о прибытии ее корабля в окрестности подконтрольной ему системы, Нуад Молчаливый не знал о том, где она находится в настоящий момент. А раз так, то стоило поиграть в предложенную ей игру.
«Эй, слуга владыки!!! – решившись, выдала Морана Белоликая в сферу ментальности, - Плохо уговариваешь!!!Как-то претит мне сдаваться в полон без сопротивления!»
Как и ожидалось, клич девы-правительницы оказался услышан в тот же миг, послужив ориентиром. Снежные равнины (разум почувствовал сразу), вдруг ожили множественным движением в ее сторону, а эфир загудел от ментального напряжения, не нашедшего точного расположения цели. Возможно (конечно же, если предварительная информация о ледяных тварях хоть сколь-нибудь правдива), суммарное пси-ударное воздействие атакующих ее существ и могло чем-то повредить, однако, не имея представления о локализации объекта нападения, скорее всего расходовалась впустую.
«Жаль, что ты так несговорчива, - равнодушно отозвался голос, - Я бы мог сохранить тебе жизнь».
Голос еще звучал в разуме девы-правительницы, когда она ощутила пси-прикосновение извне. Кто-то, используя похожие возможности, окончательно определил ее местонахождение и направил к нему свору хищных крионов.
«Схема понятна, - Мара приняла это соображение спокойно и без лишних эмоций, - Уровень владения ментальными силами у местных обитателей вызывает бесспорное уважение. Жаль только, что они настолько же предсказуемы, как и свирепы».
На всякий случай поставив ментальную защиту, она дождалась, пока свора диких ледяных тварей приблизится на расстояние прямой видимости и появится возможность разглядеть их, как того желало любопытство. Поэтому медлила. Вот они совсем близко! Далеко вокруг разметая комья мягкого снега, по рыхлой мерзлой поверхности, скача во весь мах подобно спущенной с поводка своре, к ней неслись, колыхая густым и длинным, пушащимся, словно облако, голубовато-белым мехом, огромные грузные создания. Их шесть мощных конечностей, из которых только задняя массивная пара, по всей очевидности несла опорную функцию, мелькали в этом полупрыжковом беге так часто, словно приближавшееся существо несло на себе еще кого-то.
«Бело-голубой мех, - машинально отметила Морана Белоликая, - Цвет так похож на окрас полярных хищников Ансера…»
Впрочем, на том сходство с хищниками родной планеты, отличавшимися красотой и благородством форм и заканчивалось. Дева-правительница с внутренней брезгливостью взглянула на крысиноподобный лик ближайшего монстра, на разверстую оскаленную пасть со словно вывернутыми наружу острыми зубами, а затем бесследно канула в зеленоватом мареве портального перехода. Правительница Чертога Лисы направилась туда, где накануне ее ментальное чутье в свою очередь нащупало тот разум, который управлял атакующей стаей.
Портал вывел ее в помещение какой-то башни, где, как и накануне снаружи, царила жестокая стужа, пробивавшаяся даже сквозь термозащиту бронекостюма. Мельком глянув на густо заиндевевшие бетонные стены большого квадратного помещения, в котором она оказалась, правительница Чертога Лисы обернулась навстречу к тускло просвечивающемуся выходу на какую-то открытую площадку, откуда резкий и порывистый ветер принялся сердито швырять в ее сторону горстями снежной пороши. Подмывало направиться сразу туда, где, как подсказывали чувства, находилось искомое существо, распоряжавшееся ледяными тварями. Однако, чтобы пройти в проход, сперва требовалось убедиться в том, что темные углы помещения, щедро заметенные снежными вихрями почти до потолка, безопасны. Слишком уж все было похоже на западню. Чтобы остаться незамеченной, Морана прошла порталом тропы к одной из стен, и уже оттуда, под прикрытием сумрака, осмотрелась более внимательно.
На самом деле, конечно же, сумрак, учитывая зрение ледяных тварей, укрытием мог считаться довольно условным. Однако, массивная твердость бетона давала уверенность, что возможный противник не сможет подкрасться и напасть со спины. А потому следовало осторожно продолжить разведку. Дева-правительница нащупала на поясе плазменную гранату дистанционного подрыва, аккуратно отцепила ее и с силой отшвырнула в дальний угол. Слух у ледяных созданий, очевидно, имел чуткость, на несколько порядков превосходящую средние показатели – из снежных наносов по углам помещения в сторону звука прыжком вылетели могучие, белесо опушенные твари, в полете и с широко расставленными когтистыми конечностями напоминая огромных паукообразных. Мара дождалась, пока твари окажутся в нужном месте и нажала кнопку детонатора.
Ослепительно яркий всполох плазменной детонации ударил по рецепторам визиона, слегка притушив их своей вспышкой, однако правительница Чертога Лисы разглядела как отлетели от нее прочь, получив смертельный ущерб, два из четырех ледяных монстров, что оказались ближе. Оставшиеся две твари, также получив увечья, с воем отпрянули, было, назад, однако одного за другим их массивные тела настигла пси-материальная сила перстня-когтя, располосовав в куски слегка неровным из-за спешки силовым срезом.
«Удивлен, - снова прозвучал в разуме пси-голос, - Какая мобильность… И эффективность…»
Она на всякий случай поменяла место дислокации, пройдя тропой к стене ближе к выходу из помещения, и там замерла, активировав все спектры видения визиона. Однако, в напряженном внимании минула едва ли не доля времени, а источник голоса так и не показался в зримых пределах. Это поставило в тупик, ибо ментальное чутье подсказывало, что противник совсем недалеко.
«Впрочем, тебе это не поможет, ибо для того, чтобы найти, необходимо увидеть. А я такой возможности тебе не дам».
Ментальная реплика дала ей неожиданную подсказку. «Чтобы найти, необходимо увидеть». Направленный ментальный экран, как у гмуров? Возможно! Морана Белоликая тщательно ощупала окружающей пространство ментальным сканером, трепетно улавливая признаки жизни. Новый резкий выпад длани с навершием перстня Клювореза. Мгновение ожидания. Она уловила сдавленный рык и приглушенный шум чего-то упавшего. Затем перевела взор в сторону звука и удивилась, ибо совсем не предполагала увидеть что-то в том месте, которое только что казалось пустым. Теперь же там, на мерзлом, присыпанном порошей бетоне, с рыком и скулением возилось какое-то существо.
- Кто ты? – поинтересовалась Мара, мгновенно оказавшись рядом, - Ты не похож на Нуада. На ледяную тварь тоже.
У ее ног распростерлось определенно гоминидное тело в защитной броне. Рядом валялся силовой кладень, который дева-правительница поспешила отбросить движением ноги. Неведомый вой болезненно заурчал, тщетно пытаясь зажать верхними конечностями обрубок ноги, из которого щедро сочилась синяя, не застывающая на стуже кровь.
- Я ожидала встречи с Нуадом Молчаливым, - встала над раненным Морана Белоликая, - Но ты не он. Кто же ты?
«Это Олар Тыквак. Он рэккен, - вдруг снова зазвучал голос, ставший знакомым, - Мой подручный и, заодно, ретранслятор моего ментального голоса и моей воли. С его помощью я продолжаю управлять этим миром даже находясь подле моего владыки».
«Что такое рэккен?»
«Рэккены – это народ, созданный великим Чернобогом из наследных начал ледяных тварей и гоминидов. Рэккены – дальнейшее развитие сущности криона. Разумное и свирепое, но гораздо более совершенное».
«Гибриды, - неодобрительно заключила Мара, - Узурпировавшие власть над коренным народом и ставшие его рабовладельцем».
Она отвернулась от ворочающегося в луже собственной крови Олара, подняла лежащий чуть поодаль силовой клинок и медленно прошла через проем выхода из помещения на большую открытую террасу, почти занесенную снегом с близлежащих просторов окружающего пространства, в коем ни на миг не прекращали свою пляску снежные вихри. Башня, с которой подручный Нуада Молчаливого управлял ордой ледяных тварей, оказалась довольно высокой, значительно вознесшись над окрестными величественными снегами. По всей видимости, таких, скованных мерзлотой сооружений на внутренней поверхности полой искусственной луны хватало, ибо око девы-правительницы ухватило еще несколько похожих форм, очертания которых почти утонули в эманациях обычной для этих мест метели, как и несколько схожие с горными пиками образования, предназначение которых для девы-правительницы пока осталось неизвестным.
«Нас здесь вполне устраивает здешняя стужа, -вставил замечание ментальный голос Нуада Молчаливого, - Так как она – наша естественная стихия».
Она почувствовала, что ее противник вот-вот должен объявиться. Подсказывала логика. Морана Белоликая активировала трофейный силовой клинок, который держала в руках, затем обернулась и запустила его в сторону Нуада, который как раз выходил на террасу из портала тропы. Несмотря на свои громоздкие размеры и кажущуюся неповоротливость тяжелого воя в латах, тот легко уклонился, и кладень угодил в бетонную стену, отколупнув от нее изрядный кусок.
«Значит ты тоже рэккен, - мысленно заключила правительница Чертога Лисы, не забывая, что ее оппонент способен к общению только через ментальное поле, - Гибрид человека и ледяной твари. Подозреваю, что если бы не щедрая примесь жизненных начал гоминидов, то я вряд ли увидела тебя пред собой в качестве противника. Кто уговорил тебя нарушить приказ владыки и покуситься на мою жизнь вместо того, чтобы просто следить за мной?»
«Так я и сказал тебе! – издевательски захохотал в ответ пси-голос, - Важно, что ты клюнула на приманку и показалась там, где я тебя ждал и где сила будет на моей стороне…»
«А она на твоей стороне? – прервала Морана явно заранее приготовленный пафос, - Что ты можешь противопоставить мне помимо своего кладня и энергострела в кобуре?»
«Для начала посмотри с террасы вниз, в снежную даль. Оттуда сюда накатывается волна из двадцати дюжин отборных ледяных монстров, послушных только моей воле…»
Боковым зрением дева-правительница действительно ухватила что-то движущееся в снежной дали, однако обратить туда все свое внимание не решилась, не став выпускать Нуада из виду.
«Еще сотня моих отборных рэккенов сейчас готовятся к переходу по портальной тропе. Тебе не уйти, Морана Белоликая, ибо сразу после их появления твоя горячая кровь утолит голод моего Хладня и отдаст ему всю энергию без остатка. А затем, когда омертвевшая плоть станет более удобной для поедания крионами, я напущу на твои останки всю свору отборных ледяных тварей, которые поглотят в своем чреве даже снег со следами твоих шагов. После этого правительница Чертога Лисы бесследно канет для всех, оставив свои владения тому, кто придет в эти пределы новым правителем. Ледомирье, как я слышал, вполне подойдет для взращивания новой цивилизации подобных нам существ».
Интересно, от кого Нуад Молчаливый мог узнать характеристики миров чертога, находящегося так далеко от ареала обитания существ с антифризной кровью? Догадка снова забрезжила у нее в голове, грозя оформиться в вывод. А чтобы подкрепить ее, дева-правительница совершила мгновенное нападение на ментальную сферу противника. Выпад был рассчитан не на полноценное противоборство, что грозило занять определенное время. Вместо этого, за счет фактора неожиданности, она смогла на мгновение заглянуть за барьер его пси-защиты. Всего на миг, которого хватило вполне.
«Теперь мне понятно, что двигает тобой, ледяной червь, - Мара не выказала никакого взрыва эмоций, хотя, скорее всего, ее противник сейчас ожидал чего-то подобного, - Скорее всего, понадобилось некое давление со стороны, чтобы ты пренебрег приказом своего господина. Кто это был? Я и без подсказок почти догадываюсь… Параскея-Змея? Жадное и завистливое существо, не способное в одиночку претендовать на власть в некогда потерянных ею пределах…»
«Это совсем неважно, - телохранитель Чернобога, кажется, совсем не удивился проницательности Мораны Белоликой, - Я без особого ущерба отдам ей миры, не годящиеся для обитания криосуществ. А заодно, вместе с моими воями стану ей опорой в делах правления, со временем прибирая бразды власти в свои руки».
Пазл сложился, полностью обозначив ей расклад сторон. Тем лучше.
«Ты кое-чего не учел, - она зловеще усмехнулась под лицевой защитой своего шлема.
Шум приближающейся лавы диких ледяных тварей становился все громче и отчетливей, однако сейчас дева-правительница отмахнулась от него, словно от чего-то незначительного.
«Чего же я не учел? – озадачился ее противник, уже уверовавший в скорую победу.
«Этого, - мысленно произнесла Мара и указала перстом куда-то вверх.
Словно только и ожидав этого жеста, в пространстве псевдонеба искусственной луны неожиданно родилось новое солнце. Яркая вспышка энергии мгновенно испарила все снежные заносы вокруг башни, где они находились, сразу найдя под ними всех крионов. Плотные тучи ядовитого пара под аккомпанемент ментального визга настигнутых болью созданий, поднялись в стылый воздух, почти сразу же образовав плотный туман и начав собираться в подобие облаков. Оставшиеся же на поверхности шестиконечностные монструозные тела, не способные выдержать столь резкую смену температуры окружающей среды, достигнув подножия башни, корчились в этот момент внизу в короткой агонии. Вдогонку первому термическому взрыву эхом вторил еще один. Он вышел не столь эффектным визуально, однако основательно сотряс лишенные снега окрестности, ставшие казаться неряшливо грязными из-за обнажившегося мусора, кусков камней и проплешин внутренних каркасных конструкций луны, временами выглядывавших на поверхность. Сразу после этой детонации наступило нарастающее ощущение легкости тела, какое случалось только при отключении искусственного поля тяготения. Дождавшись грома акустической сопровождающей взрыва и того, что Нуад Мочаливый невольно отвлекся на происходящее вокруг, Морана Белоликая тайком метнула в его сторону горсть блестящих горошин микродетонаторов, сперва упавших к ногам слуги Чернобога, а затем, после отключения гравитационного поля, взлетевших над поверхностью бетонного пола подобием небольшого роя насекомых.
«Ты не сможешь использовать свору своих ледяных тварей, потому что они уже мертвы, - заявила она в пси-сферу, и затем привела в действие детонатор.
Групповая детонация горошин-зарядов, яркая и подобная грому, мгновенно дезориентировала Нуада Молчаливого, гарантированно ослепив визионику его бронекостюма. В распоряжении девы-правительницы оказалось достаточно времени, чтобы без труда сокрушить противника. Отточенный пси-силовой взмах боевого серпа разом отделил от застывшего тела врага его длань с выхваченным Хладнем – оружием, действие которого, очевидно, основывалось на создании режущих силовых поверхностей за счет аккумулирования внешней энергии.
«Сейчас выясним, - подумала Морана, в мановение ока оказавшись рядом с Нуадом и перехватывая падающий Хладень на лету.
Ухватившись за рифленую рукоять, она удобнее взялась за оружие и снова обернулась к противнику, начавшему приходить в себя.
«А еще ты не сможешь вызвать своих рэккенов, - добавила она, вонзая Хладень прямо в грудь Нуада Молчаливого, - Потому, что ты уже проиграл».
Бледное голубовато - белое свечение активированного обоестороннего струнного лезвия едва охватило боевую часть оружия, как, не встретив никакого сопротивления брони, погрузилось в тело жертвы по самую рукоять.
«Ну что же ты?!!! – яростно выкрикнула в ментальность правительница Чертога Лисы, резким движением Хладня распоров противника от широкой груди до самой брюшины, - Где твое желание присвоить мое Ледомирье?!!!
Нуад Молчаливый, умерщвленный мгновение назад, ликом вперед и безвольно подвернув ноги, безмолвно рухнул оземь, вывалив на бетонный пол щедрую порцию собственных внутренностей, превратившихся в грязный сине-зеленый лед.
- Интересный предмет, - вслух оценила Морана Белолицая, рассматривая оружие-трофей, которое только что вырвала из тела побежденного, - Пригодится.
Сила внутренней гравитации искусственной луны, к этому моменту, очевидно иссякла совсем, так как бетонный пол террасы начал уплывать из-под ног, постепенно оставаясь внизу.
- Ты цела, госпожа? – из зеленой дымки портала рядом вынырнула фигура Полудни в узнаваемом зеленоватом бронекостюме.
- Все хорошо, - ответила Мара, оттолкнувшись от пола террасы и благодаря наступившей невесомости подлетев к помощнице, - Твой запасной план на случай экстренной ситуации оказался абсолютно верным и сработал без запинки.
- Я поняла, что мы будем действовать по нему ровно в тот момент, когда уловила сканерами посторонний узконаправленный сигнал в оставленной тобою вимане.
- Правильно, - похвалила ее дева-правительница, - Однако следов народа гмуров я так и не обнаружила.
Нахмурившись под лицевой маской закрытого шлема, она всмотрелась вдаль. Улетучившаяся гравитация изменила все окружающее пространство, подняв в студеный воздух внутренней атмосферы тонны снега и льда, меж которыми, беспомощно перебирая конечностями, болтались туши ледяных тварей, затянутых сюда температурным дисбалансом из других отсеков лунных полостей.
- Возможно, - предположила Полудня Ягьевна, - Что их здесь и нет вовсе. Гмуры теплокровны и для жизни им необходимы надежные укрытия, которые мы не нашли по сигнатурам искусственной луны. Это место изначально служило ловушкой. Впрочем, если следы народа Шиша где-то и есть на планетах системы, то мы их найдем рано или поздно. Только нужно время для обстоятельных поисков.
- Оно у вас теперь есть, - произнесла Морана Белоликая, - Ибо теперь владения крионов лишены своего гегемона-правителя, а возможные претенденты на овладение властью над здешними пределами узнают об этом гораздо позже, чем мы придумаем, как распорядиться этим наследством. Так что со всей осторожностью организуй тщательное и тайное изучение миров системы для розыска места, где возможно содержание заложников, а затем детально изучи общественное устройство этих мест. Я же должна подумать над тем, чтобы найти достойного правителя, способного подчинить себе эти дикие земли, полные ледяных монстров.
Она сотворила портал выхода на межпространственную тропу и, задав гравикомпенсаторами нужный вектор движения, приблизилась к нему, однако на миг остановилась, обернувшись к помощнице.
- И ради вселенной, вместе со своими рвенами, восстанови искусственную гравитацию этого места, - с напускной строгостью добавила Мара, прежде чем исчезнуть в портале, - Меня нервируют летающие твари с шестью конечностями.
Громкий хохот Полудни Ягьевны сопроводил ее уход.
Завязать связи.
Звездная система Фео-Литта. Планета Задан.
Еще не отойдя духом от жестокой схватки с обитателями сверххолодных миров, она наслаждалась непринужденным разговором с отпрыском Чернобога Пекального, в котором неожиданно для себя с недавних пор обрела достойного собеседника.
«Витул явно допустил ошибку, сведя нас вместе, - пространно подумала Морана, внимательно наблюдая за жестикуляцией собеседника, - Ошибку грубую и недальновидную, ибо недооценил нас обоих в нашем своеволии и тяге к независимости от всех».
Общение, становившееся все более дружеским, заставляло ее все яснее видеть в лице Волха Змиевича потенциального союзника, подспудно не разделяющего политическую позицию той стороны, на которой оказался по праву своего рождения. И чем дальше, тем больше. В характере отпрыска Чернобога неумолимо проступали черты, более приличествующие поборнику ирийских традиций. Даже не подталкивая его к осуждению действий союзников Империи Ориона, правительница Чертога Лисы регулярно замечала в его взглядах подобные предпосылки. Это давало реальную надежду на будущее взаимовыгодное союзничество.
- …Скипер-зверь проводит опыты по направленной активной мутации живых организмов с применением всех ему известных способов воздействия, - продолжая начатый разговор, отпрыск Чернобога выразил свое возмущение соответствующей гримасой, - Подопытными экземпляры берутся из числа полона, коего в его мирах содержится огромное количество. В случае неудачного результата эксперимента, а таких неудач, насколько мне известно, насчитывается более половины из общего числа, подопытные, как я предполагаю, уничтожаются. Безусловно, что попавшие в полон видные деятели и вои, ценятся больше и расходовать их, как простой люд, он не станет. Однако может быть, это еще хуже, ибо на них используются те проверенные методы, которые уже отработаны на менее ценных особях…
- То есть, моя семья…
- В отношении твоей семьи, опасаюсь, что-то делать уже поздно, - участливо вздохнул Волх, запустив пятерню в черную как смоль бороду, - Прошло слишком много времени, что почти исключает вероятность... А исчезновение правителя Чертога Волка произошло совсем недавно. Может статься, что ему еще можно помочь…
- Правитель Чертога Волка? Велес Асилкович?
- Да, - нехотя, словно сердясь на себя, что сказал лишнего, подтвердил Волх, - Пришла мне весть о том, что попался он в силки Скипера-Зверя. Вот ему еще можно было бы…
- Помочь? – не поняла Морана, - Ладно я нахожусь где-то между противоборствующими сторонами и могу лелеять тайные мысли о возможности освобождения кого-то полоненного из стана Ирийского Сада. Ты же находишься на вполне определенной стороне. Не допускаешь такой вероятности, что я могу донести твои мысли до Чернобога?
- Не допускаю, - отрицательно качнул челом собеседник, - По нескольким причинам. И первая из них в том, что ты так трепетно относишься к судьбе членов твоей приемной семьи. А вторая в том, что ничего из тех тем, что мы доселе обсуждали в наших беседах, до сих не всплыло в кругах, близких к моему родителю, как я не проверял. Думаю, что нам с тобой уже можно друг другу доверять, ибо те темы, которые затрагивала ты, также остались известны только мне.
Возможно что-то случилось в высших сферах и провидение сводило пути правительницы Чертога Лисы и правителя Пещерного Мира в одну точку. Сын Чернобога сегодня потрясал своей откровенностью, едва ли не в первый раз огласив о том, что на протяжении определенного промежутка времени выяснял, насколько надежна и честна его связь с девой-правительницей. Это следовало рассматривать как серьезный прорыв в установившихся между ними дружеских отношениях, и Мара отдала должное этому факту.
- Думаю можно, - не стала спорить она, одарив собеседника приветливой улыбкой, - Я тоже думала об этом. Наши цели не совпадают с целями многих из тех, с кем приходится взаимодействовать. Тем ценнее поддержать друг друга.
Волх согласно кивнул, однако вместо развития темы перевел русло разговора несколько в неожиданную сторону.
- Мой отец не зря подозревает меня в конфликте со Скипером – Зверем. Не приемля его политику и методы, я готов противостоять ему. Пусть пока не открыто, так как явное выступление против доктрины Скипера обозначит выступление и против Чернобога.
Морана внимательно посмотрела на собеседника, постаравшись не выдать эмоций. После этих слов отпрыск Витула грезил стать очень перспективным союзником.
- Тайно я вполне могу использовать потенциал Пещерного Мира в этих целях, - продолжил Волх Огненный.
Правительница Чертога Лисы невесело улыбнулась.
- Эта помощь, конечно, пригодится, однако не это занимает меня сейчас. Кое-какими технологиями и мы располагаем. Мучает лишь одно – неспособность помочь тем полоненным, кто предназначен на жертву Скиперу – зверю. А еще мучает то, что мы никак не можем обратить процесс мутации вспять…
- Почему это не можем? – вдруг произнес отпрыск темного владыки, - Есть такая возможность, только…
Он замялся, подбирая слова.
- Что… только? – дева-правительница округлила красивые глаза, с трудом переваривая услышанное.
- Существует технология обратного мутирования, - пояснил Волх, и тут же увел взор в сторону, - Она известна с давних времен. Только в том виде, в каком ею владеют зничи Империи Ориона и Ирийского древа она очень несовершенна. Больше шансов навредить, чем помочь. Поэтому я и не хочу давать напрасных надежд.
Мара вскочила, не усидев на месте, ибо вспомнила некогда высказанное ей Сивой Жгучим убеждение, что все попытки обратного мутирования обречены на провал. Возбуждение от мысли, что все может оказаться не так, почти перехватило ей горло.
- Что нужно для того, чтобы доработать эту технологию до приемлемого уровня?
- Не знаю, - пожал плечами тот, - Зничи Чернобога, попытавшиеся воскресить эту технологию еще до моего рождения на свет, так и не смогли придать ей нужное развитие. Процесс дает множество побочных нежелательных реакций и отклонений. Поэтому, несмотря на все старания, изыскания пришли в тупик и давно заморожены.
- Зничи Чернобога Пекального мотивированны только страхом смерти. Это сильно ограничивает их потенциал. Полет мысли дает только свобода. Оттого мои зничи имеют гораздо больший потенциал, - она высказалась прямо, хотя могла вызвать гнев у того, кого только что стала прочить в союзники.
- Может быть, - неожиданно не стал возражать правитель Пещерного Мира, - Но сути это не меняет. У меня нет такого знича, который сможет изменить положение.
- Зато у меня есть, - Морана присела напротив Волха Змиевича, пристально заглянув в его очи, - Такой носитель знаний. И этот знич, получив свободу, делает огромные успехи, собрав группу своих единомышленников в одном из диких миров.
Собеседник недоверчиво посмотрел на нее.
- Этот знич так хорош?
- Да, - подтвердила Мара, чуть заметно усмехнувшись, - Как и зничи из ее команды, которых она сумела собрать за короткие сроки по разным мирам. Боюсь, ты будешь недоволен, узнав, что в эту команду входит часть недавних рабов Пещерного Мира…
- Это невозможно, - фыркнул, не сдержавшись, сын Витула, - Пути для побега не существует. Разве что…
- Разве что?.. – лукаво продолжила Морана.
Волх поднял на нее свои очи и замер, пораженный догадкой. Однако потом отрицательно мотнул челом.
- Это невозможно…
- Возможно, - подтвердила она, - Все технологии совершенствуются. Технология троп тоже. Это также верно, как тот факт, что я давно уже не использую активатор для прохода в подпространственные структуры.
Правитель Пещерного Мира в ответ промолчал, но судя по виду, поразился до глубины души.
- Мы можем помочь друг другу, - продолжила правительница Чертога Лисы, - Заключив союз взаимной поддержки и сотрудничества. Союз, о котором не будет знать Чернобог и его сторонники. И не только он.
- Кто еще? – не удержался от вопроса Волх.
- Не будет знать никто, - отрезала Мара и, сделав шаг, протянула узкую изящную ладонь, - Союз?
- Союз, - ладонь утонула в крупной мужской руке, однако ответное пожатие вышло максимально осторожным.
Она довольно улыбнулась, показав жемчуг белозубой улыбки.
- Только, чур, не удивляться, когда придет время знакомиться с моими зничами.
Глава 23. Тот, о ком грезы.
Ансер. Змеиный дворец правительницы Чертога Лисы.
- Госпожа, к вам гость из Чертога Медведя, - с поклоном сообщила горничная, осторожно заглянув в покои Мораны через слегка приоткрытую тяжелую резную дверь из черного ясеня, - Он уже здесь и ожидает приема. Бает, что дело срочное.
От звука постороннего голоса в тихих покоях, у ног Мары зашевелился прикорнувший было, свернувшийся в клубок коловерша Черныш. Опушенный густой черной шерстью подобно настоящему коту, коловерша недовольно засопел, а затем принял сидячую позу, приподняв свою лопоухую псевдо-кошачью морду с большими умными ярко-зелеными глазами. Заметив пробуждение домашнего компаньона, правительница легко погладила его между навостренных ушей с торчащими кисточками на остриях.
- Зови, - коротко приказала повелительница чертога, мельком взглянув на румянощекую деву-прислужницу.
Не сказать, что правительница Чертога Лисы не знала о появлении близ орбиты планеты постороннего корабля. Служба контроля, инструктированная должным образом, сообщала ей о таких вещах сразу, не взирая на время. Однако гость из чертога сварожьего все равно был нежданным, ибо причины для визита она не знала.
«Кто это такой? – подумала вопросительно Морана, мысленно укорив себя за то, что не спросила у горничной, кто именно пожаловал ее своим визитом, - И по какой надобности? Обычно пред любым визитом присылают о том извещение. Необычно. И загадочно».
Причина тому должна служить действительно весомая. Повелительница прислушалась, улавливая приближающиеся шаги и обернулась ко входу. Ее движение повторил и Черныш, настороженно понюхав воздух чутким носом.
Створа резной двери распахнулась от уверенного толчка, и в помещение вошел гость в знакомых сияющих золотом доспехах. Коловерша, доселе тихо сидевший у ее ног, посмотрел на того, слегка прижмурившись, потом перевел взор на хозяйку. Затем тихо многозначительно хмыкнул.
- Даждьбог Тархович? – не поверила тому Морана, невольно отобразив изумление на лике, - Какой путь привел тебя, витязь, к моему порогу?
Тот прошел в помещение и в почтительном поклоне склонил пред ней голову с золотившимися кудрями. Когда в первый свой визит в Чертог Медведя она увидела сына Сварога в первый раз, тот глянулся ей прежде всего задорной юношеской живостью и прелестью свежего голубоглазого лика. Теперь же ей показалось, что он несколько возмужал и стал вовсе прекрасен. Глаза девы-правительницы при этой мысли заблестели и убежали в сторону. Чуткий Черныш проследил это движение, однако смолчал, плюхнувшись на пол и приняв вид спящего.
- Здрава будь, Морана Белоликая, - произнес Даждьбог Тархович, остановившись напротив сидевшей у окна правительницы, - Прости меня за нежданный визит, но надобность возникла великая.
«Великая надобность, - подумала Мара, исподволь продолжая любоваться его мужественным ликом, так часто являющимся ей во снах, - Насколько мне известно, принцип подпространственных троп уже изучен зничами чертогов ирийских. Пусть в упрощенном виде, но достаточном для того, чтобы воспользоваться им наравне с пекальными отродьями, - Но, видимо, из-за гордыни потомки Триединого Союза для визитов продолжают использовать пышные процессии из свит звездных кораблей. Глупость – терять драгоценный временной ресурс из-за ритуалов».
Она не вдавалась в подробности, но что-то подобное действительно присутствовало в характере представителей Ирийского Союза. И хотя технология троп действительно активно осваивалась, ирийцы в своих чертогах пока ограничивались лишь применением средств эффективного подавления возможности подобного передвижения, резко ограничив вероятность уязвимости рубежей собственной обороны.
- В чем же твоя надобность, светлый тарх? – приподнявшись с места и совершив церемонный поклон, поинтересовалась правительница Чертога Лисы, - Чем я могу помочь союзным чертогам? Мощь цивилизаций Ирийского Сада настолько велика, что даже мой новый флот, отстроенный на верфях едва на две четверти…
Посетитель, как никто иной доподлинно знал, что совет старших ирийских правителей, воспользовавшись сменой власти в Чертоге Лисы и, очевидно, опасаясь неожиданных поворотов в политике, временами случавшихся при подобных переменах, поспешил прибрать к собственным рукам военные силы и флот, некогда созданные трудами прежнего правителя чертога. Само собой, несмотря на дружеские отношения, установившиеся после утверждения Мораны во власти, эти силы никто возвращать не спешил, присовокупив их к сводным дружинным соединениям Союза. Смирившаяся с такой потерей, новоявленной правительнице ничего не оставалось, как запустить заново процесс формирования армии чертога.
Это обстоятельство, кстати всплывшее в памяти, принесло чувство досады, заставившее Мару недовольно дернуть ногой. Коловерша, потревоженный движением правительницы, возмущенно фыркнул, однако тем и ограничился, снова свернувшись в клубок.
- Прости, владычица, - Даждьбог Тархович склонился в ответ, - Мой визит к тебе не касается этого вопроса и обусловлен нашей общей потерей. Доблестный и славный своими подвигами, Велес Асилкович попал в западню, устроенную ему коварным врагом. И теперь царствующие чертоги Ирийского Союза обеспокоены той угрозой, которую несет эта целенаправленная акция.
А он не так прост, этот отпрыск сварожий, как ей мнится из-за шор влюбленности… И, кажется, вполне понимает, какой эффект производит на нее его появление… Оттого и появился самолично. Смышлен…
- Почему же этот визит именно ко мне? – взяв себя в руки, улыбнулась она, недвусмысленно намекая на то, что мотив Даждьбога разгадан, - К довольно юной и неискушенной деве-правительнице, едва сумевшей навести порядок в собственных владениях после гибели прежнего правителя.
Пришел черед улыбнуться и ему. Улыбка отпрыска Сварога вышла почти хулиганской. Таким он ей нравился еще больше. В большом и сильном вое крылась активная и кипучая натура. И…не только…
- Светлая Мара, - лик Даждьбога внезапно потерял весь свой помпезный вид, став своим и доступным, - Давай отбросим условности и поговорим открыто? Я не враг тебе.
- Конечно же, не враг, - попробовала увести разговор в сторону Морана, - Мы союзники и наши чертоги…
- Ты знаешь, о чем я, - прервал ее молодой тарх, - И я не столь слеп, как тебе могло показаться. Но у меня и в мыслях нет, как-то ограничивать твою свободу и твою деятельность. Я уважаю независимость, умение преследовать свои цели и отстаивать свои убеждения, не возводя их во главу угла.
Говоря это, молодой правитель приблизился, опустившись пред ней на колено и его откровенная речь, сказанная прямо и так близко, неожиданно запала Маре в душу. Черныш, сощурившись, со своего места следил за этим маневром с откровенным интересом, едва не порываясь высказать какую-нибудь едкую реплику. Заметив это, дева-правительница погрозила ему указательным пальцем, предупреждая возможное вмешательство в разговор.
- Велес Асилкович неожиданно захвачен врагами во время традиционного посещения Плодородящих миров, - продолжил сварожич, заглядывая ей в очи, - Западня, устроенная ему, оказалась продумана до мелочей. Говорят, что это происки Скипера – Зверя.
- Что же ты знаешь обо мне? – ее черные очи полыхнули в ответ пронзительно говорящим взором.
- Не так много, - пожал развитыми мускулистыми плечами витязь, мельком задев взором внимательно наблюдавшего за ними коловершу, - В основном то, что ты, формально принадлежа к союзникам Ирийского Союза, держишься от них наособицу, ведя собственную политическую игру. Нет нужды прослыть ведуном, чтобы это увидеть.
- То правда, - согласилась Морана, - Мой чертог и я сама, стоим между территориями Ирийского Союза и Пекальными владениями подобно барьеру. Или буферной зоны, поглощающей и сглаживающее многое. Очень многое…
- Именно поэтому ты, владычица, и мнишься мне тем посредником, с помощью которого властители цивилизаций, наконец, смогут прийти к миру, который, несмотря на Великий договор, который пока так и не наступил. Ибо все в секторе знают, что Скипер – Зверь выступает от имени Чернобога Пекального, хотя тот и делает вид, что соблюдает миролюбивую позицию.
- И здесь твоя правда, тарх, - нехотя признала Мара, с усилием отрывая взгляд от его голубых очей, так завораживавших ее своей чистотой, - Несмотря на то, что наш сектор Стожар давно не видел великих баталий, он и поныне является ареной кровопролитной войны, перешедшей на новый, не столь явный, но от того не менее жестокий, уровень противостояния.
- А после того, как в распоряжении Ирийского Союза оказалась технология подпространственных троп, то я и вовсе уверился, что мы с тобой можем стать единомышленниками и союзниками в полном смысле этих слов.
Судя по всему, этот проницательный сварожич явился к ней действительно не просто так.
- Союзниками, безусловно, да – согласилась Морана вслух, - Единомышленниками – спорно.
«Однако же, объясни, почему ты прибыл именно ко мне, - спросила она уже в мысленной сфере, - Неужели вся мощь Ирийского союза, способного стереть в пыль неугодные звезды, не в силах положить конец этому бессмысленному продолжению Войн Раздора?»
«Из-за этого внезапного похищения одного из глав самых влиятельных чертогов поднялся шум среди великих правителей. По их обоюдному решению Сварог Огненный направил посольские виманы по всем доступным пределам, изыскивая возможные пути для решения проблемы по возвращению Велеса из лап врага. Я же вызвался нанести визит именно сюда, прекрасная дева, ибо твердо уверен, что именно ты способна найти такой путь».
Слова слегка отрезвили. Мара внимательно заглянула в его очи, но их чистая синева оказалась для нее непроницаемой. Что ж, она уже уяснила то, что отпрыск Сварога не так прост, каким иногда казался на вид. Возможно, он знал о ней что-то такое, что позволяло ему наверняка сделать подобный вывод. В любом случае, выяснять это правительница Чертога Лисы сейчас не собиралась.
- Каждый из нас имеет за собственной душой что-то сокровенное, - произнесла Морана вслух, не отрывая от гостя слишком внимательного взора, - И это не всегда то, о чем стоило бы рассказать. Так ты, сварожич, считаешь, что я смогу оказать помощь в поисках и спасении могучего Велеса?
- Считаю, владычица, - он утвердительно кивнул, тщательно спрятав намек вежливой улыбки в курчавую ухоженную бородку золотисто-соломенного цвета.
- Хорошо, раз так, - сдалась Морана, потупив свои красивые черные очи, - Тогда я подумаю, чем смогу помочь владыкам Ирийского Союза. Отправляйся в обратный путь. Найду тебя, когда наступит нужное время. Иди с миром, Тарх!
Он послушно и легко поднялся на ноги, едва слышно бряцнув чешуей бронекостюма. А затем, развернувшись, направился прочь из покоев правительницы чертога. Коловерша Черныш посмотрел ему вслед и безмятежно зевнул, однако дернулся, уловив движение хозяйки в сторону уходящего гостя.
- Только у меня будет одно условие, тарх, - негромко произнесла ему вслед Мара, разглядывая широкую мужскую спину.
- Какое же? – он остановился в проеме выхода, слегка полуобернувшись.
- Только одно, - она помедлила, однако закончила свою мысль ровно и четко, - Ты возьмешь меня замуж. И будешь любить, как свою единственную ладу.
В ответ Даждьбог только молча кивнул и вышел прочь, скрывшись из виду.
- А ты, хозяйка, дрогнула пред этим молодцем, - вдруг тихо, мурлыкающим гласом, обратился к ней Черныш с хитрым прищуром, - Ой, дрогнула…
- Молчи! – Морана Белоликая поймала компаньона за большое ухо и чувствительно дернул за него, - Не твое то дело!
Коргоруша (так еще звали коловерш) возмущенно взвизгнул от неожиданной грубости и, вырвавшись, поспешно скрылся в углу, откуда дерзко блеснул пульсирующим взором кошачьих очей.
Там, на неведомых путях.
Асвина «Урман». Морана и Чернобог.
Она не успела еще отойти от своей смелости, так неожиданно проявленной в разговоре с запавшим ей в душу отпрыском Сварога, как ощутила скрытое возмущение в ментальном эфире. Так ее звал Чернобог Пекальный, когда ощущал в ней необходимость. Хотелось проигнорировать, но сегодня зов оказался настойчивым, как никогда.
«Интересно оказаться на промежуточной позиции между противоборствующими коалициями, - подумала Мара, - Особенно, если каждая из них мнит тебя своим союзником. Только что обращался Даждьбог Тархович, теперь – Витул Пекальный. Воистину, я пользуюсь спросом».
Впрочем, полученный ментальный зов уже возбудил ее любопытство. Зачем же она понадобилась? Может быть, тоже в связи с историей пленения Велеса Асилковича? Вряд ли. Пусть она никогда не видела воочию правителя Чертога Волка, но пока не уловила в этой фигуре глобального и сакрального значения.
- Что ж, узнать можно только лишь, явившись на зов, - трезво рассудила она, - А гадать… Нет желания ломать голову…
Морана вполне успела освоить принцип передвижения по случайным подпространственным тропам, алгоритм которого по-союзнически ей предоставила Полудня Ягьевна. А потому могла проложить более удобную тропу, чтобы посетить ожидавшего ее Чернобога. Но делать этого как раз и не стоило, дабы соблюсти тайну владения технологией. Исходя из таких рассуждений правительница Чертога Лисы просто шагнула вперед, справедливо располагая, что портал, подготовленный темным владыкой, ожидает ее в непосредственной доступности. Не прогадала – зеленоватое марево влажной пастью распахнулось прямо пред ней немым приглашением.
Выход оказался в незнакомом и довольно мрачном месте. Помещение выглядело просторным, но до размеров залы слегка не дотягивало. Богатая кроваво-черная роспись свастичных рун, стены с темнеющими проемами выключенных экранов. Мара огляделась, сразу определив, что находится на борту огромного космического объекта искусственного происхождения.
- Где мы? – задала вопрос Морана Белоликая, рассмотрев поодаль знакомую фигуру в ниспадающих темных одеждах.
- На борту моей любимой асвины, носящей название «Урман», - ответил, приближаясь, темный владыка, - Я рад принять тебя здесь, моя дщерь.
Правительница Чертога Лисы сверкнула, было, в сторону собеседника взглядом, словно намереваясь сказать что-то колкое, однако тут же передумала. Все относительно.
- По какой надобности? – смиренно поинтересовалась она, - Кого еще нужно изловить или привести к послушанию? Самая работенка для правительницы чертога.
Теперь пришел черед скосить взгляд Чернобогу. С тем же результатом.
- На этот раз миссия, которую я хотел бы тебе поручить, касается весьма щепетильного дела. А именно одной, некогда весьма влиятельной фигуры со стороны Ирийского Союза. Из-за своих взглядов и непримиримой неприязни к дассам, путь его разошелся с прежними союзниками, что привело к перепутью и необходимостью сделать выбор. Учитывая славные заслуги и способности этого воя, я готов стать для него надежным союзником и покровителем…
- Ириец?.. На сторону противника? – недоверчиво покрутила головой Морана Белоликая, - Насколько я знаю из истории, такое случалось крайне редко. Это не дассы, которые, словно беспутная дева в период войн сотни раз склонялись то на одну, то на другую сторону…
- Все же Карачун Трескунец вполне может обратиться ко мне, - возразил Витул с белозубой улыбкой, которая явно намекала, что владыка что-то недоговаривает, - И в этом случае появится верная перспектива на взаимовыгодный союз, который станет первым ударом по основанию Ирийского Союза.
Дева-правительница пристально всмотрелась в эту улыбку, вполне уверившись в своих подозрениях.
- Судя по всему, кто-то уже подтолкнул Карачуна к такому выбору? – задала она вопрос, хотя ответ для нее уже лежал на виду.
- Кто-то подтолкнул, - не стал отпираться Чернобог, - Хотя, я не стал бы называть это толчком в полной мере. Лишь слегка направил события в нужном развитии. Видишь ли, с самого начала войн Экспансии за доступный нам сегмент галактического пространства, Карачун проявил себя, непримиримым противником дасских аборигенных цивилизаций, неистово уничтожая их ради освобождения звездных территорий, подходящих для созданий мегацивилизации потомков Триединого Союза…
- Ого! – не сдержалась дева-правительница от возгласа, - Да он, судя по всему достаточно стар…
- Он не стар. Он опытен и могуч. Тысячи лет он щедро проливал реки дасской крови, огнем и мечом утверждая новый миропорядок. Однако же, спустя многие и многие лета, взаимоотношения между враждующими цивилизациями изменились, изменился набор противоборствующих сил, как и изменились ареалы территорий сторон. И внезапно оказалось, что дассы вослед расколовшейся надвое и затем такими усилиями воссозданной ирийской цивилизации, также разделились, войдя в союз с той или иной стороной. А потому вышло, что какие-то дасские миры стали союзными, а какие-то остались враждебными, оказавшись в лагере противника. И для легендарного воя, априори привыкшего считать каждого дасса врагом, наступили смутные времена…
- Понимаю, - сочувственно кивнула Мара, - Тысячи лет противостояния…
- Возможно, именно поэтому Карачун ушел на покой и с некоторых пор более не принимал участия в Войнах Раздора, - продолжил Чернобог Пекальный, - Но его натура не приняла табу на уничтожение союзных дассов, а потому за ним имеется грешок кровавых вылазок в дасские миры со своей личной дружиной. Лишь после запрета Сварога Огненного Карачун затаился в своем мире… До поры…
- Могу предположить, что именно в этот момент что-то произошло с твоей подачи, - холодно улыбнулась Мара.
Темный владыка стремительно шагнул ближе, отчего пола ниспадающего балахона отвернулась, на мгновение явив тускло блеснувший узор потайной брони.
- Ты понимаешь с полуслова, - в его словах промелькнуло скрытое восхищение, - Воистину чудно провидение наследственности.
Он поднял, было, длань к ее лику, словно хотел погладить белоснежные ланиты гостьи, но та аккуратно отстранилась.
- Что же нужно, отче, от меня?
- Не более четверти круголета назад случилась беда в звездном конгломерате Альциона – в тех самых мирах, коими управлял Карачун Трескунец после своей почетной отставки. Неведомый враг нанес неожиданный и очень болезненный удар по нескольким мирам. Он стер население тех земель в порошок, не оставив после себя ничего. Уничтожил несколько родственных народов до единого. И все это в тех пределах, что находились под властью Карачуна. Без того яростный своей натурой, правитель Альциона вовсе обезумел от горя. Его обуяла жажда мести, еще более возросшая, когда на пепелищах погибших земель зничи и вои отыскали следы дассов…
- Искусная подтасовка, - кивнула Морана Белоликая.
Витул на эту реплику не отреагировал, однако прямого подтверждения она и не ждала.
- …А затем сводная дружина Альциона во главе с Карачуном в качестве ответной меры предприняла кровавый рейд по территориям дасских цивилизаций, не особо разбираясь в изыскании доказательств участия тех или иных народов в атаке на их родные миры, и опустошив их едва ли не на пятую часть. Под удар попали многие, в том числе, нынешние союзники Ирийского Сада, что, как следствие, подняло у союзников Ирия бурю негодования и жажду сведения счетов. Говорят, что сам Варуна Мудрый поклялся уничтожить Карачуна и даже взял на это согласие у Сварога Огненного. Вот только, несмотря на все старания, в этом не преуспел. После того, как силы Альциона столкнулись с объединенными дружинами Ирия и Дасского союзничества, Карачун Трескунец распорядился дружине коленопреклонённо покаяться ирийским собратьям, пеняя на то, что не ведали о замыслах правителя, а сам скрылся в неизвестных весях вместе с самыми преданными ему воями.
- Впечатляет, - кивнула Морана, оценив широту ума темного властителя, провернувшего подобную схему, - Только стоит ли игра свеч? Чем ценен Карачун, чтобы ради него стирать с поверхности планет целые миры с населяющими их народами?
- Людишки наплодятся и снова заполнят зачищенные территории, - поморщился Чернобог Пекальный, - А вот вой и правитель с опытом многих тысячелетий – это ценность. Разумное существо с очень специфическим набором способностей…
- Все представители совершенствующейся части ирийского племени обладают набором некоторых сверхвозможностей, - едва не фыркнула Морана, - Ментальное поле дает способности концентрации отдельных видов энергии, спектр особого видения событий, либо…
- Карачун обладает уникальными способностями, - прервал ее Чернобог, - Уникальными даже для Ирия. Мало кто может похвастаться способностью впитывания энергии из окружающего пространства для создания особого вида режущего излучения, фокусирующегося в определенном спектре характеристик. Зничи называют это умение созданием «ледяного меча», ибо поле, окружающее режущую плоскость силы, чрезвычайно охлаждено. А еще, как следствие, обладая подобным умением, Карачун Трескунец за тысячи лет набрал достаточный опыт для того, чтобы овладеть рядом уникальных криотехнологий, которыми ныне обладает только он сам. Это очень полезное знание, дающее определенные преимущества…
«…может похвастаться способностью впитывания энергии из окружающего пространства для создания особого вида режущего излучения…». Знакомое сочетание слов и характеристик. Неожиданно для себя дева-правительница осознала, что этот разговор сулит принести ей определенные и далеко идущие перспективы. Во что они могли вылиться, пока оставалось неясным, но интерес пробудился в полной мере.
- Понятно, отче, - воспользовавшись увеличивающимися паузами между словами, подала реплику Мара, - Моей задачей станет привлечение на твою сторону этого правителя ледяных энергий.
- Не только это, - стряхнул задумчивость Витул, - Еще твоей задачей станет предупреждение Карачуна Трескунца и, тем самым, спасение его, ибо сварожья дружина, выполняя союзнические обязательства перед дассами, ныне напала на его след и выдвинула свои силы в направлении одинокой планетарной системы Рехата. Там находится последнее убежище беглого бывшего правителя Альциона и там, если нам не вмешаться, ему суждено принять последний бой с прежними союзниками и побратимами. Теперь ты поняла, что следует делать?
- Безусловно, - кивнула Морана Белоликая, - И в деталях.
На грани ошибки.
Чертог Медведя. Анкилон «Огненный». Сварог.
Сварог Огненный находился в своих покоях один и в тяжелых думах. Напасти на дома Ирийского Сада стали валиться одна за другой. Сначала гибель побратима Вершеня, затем трагедия на Тартаре, канувшем в бездну небытия вместе с одним из племен ардов. Затем дошли черные вести о нападении на Велеса Асилковича и похищении его врагом. Все это, плюс предстоящее непростое решение в отношении одного из славных правителей и воев легендарной Сваги тяготило его, лишая покоя.
- Поступил запрос на сеанс подпространственной сверхсвязи, - нарушил тишину ровный голос искусственного интеллекта, - Канал связи кодирован кодом Перуна Разящего.
- Открыть канал, - произнес правитель чертога и обернулся от стола, за которым сидел, в сторону темного экрана на стене.
Экран посветлел, явив образ наследного отпрыска в помещении жилого отсека походной вайтманы. Перун оставался сосредоточенным и несколько хмурым, но в целом выглядел неплохо в нижнем боевом облачении, часто носимом им вместо повседневных одежд.
- Здрав будь, отче, - первым начал беседу отпрыск, - Спешу доложить, что дружинные силы Небесной Рати прибыли в точку предварительной дислокации и заканчивают подготовку к началу боевой операции. Подступы к системе Рехата взяты под наш контроль…
- Разведка проведена? Противник не обнаружил вашего присутствия?
- Проведены все необходимые разведывательные действия для выверения плана атаки. Силы Карачуна не потревожены, хотя их местонахождение установлено достоверно…
Дядька Сива хорошо постарался с воспитанием сварожичей. При общении в деловом ракурсе отпрыски, как тот и учил, не позволяли себе никаких вольных отступлений, говоря только по делу.
- Хорошо, - высказался правитель чертога, - Не нужно спешить. Удавка на шее Трескунца должна затянуться так, чтобы у него не осталось ни единого шанса на спасение.
- Накануне в точку расположения флота прибыл Даждьбог Тархович. Он желает принять участие в предстоящем бое.
- Даждьбог? – оживился Сварог, - Подключи его к нашей беседе.
Экран поделился на две части, показав лик второго сына. Даждьбог Тархович, несмотря на схожесть черт, как обычно выгодно выделялся на фоне Перуна внешней свежестью, улыбчивостью и ясным взором чистых голубых очей.
- Здравствуй, отче, - почтительно склонил он чело, выказывая искреннее сыновье уважение, - Аз прибыл в распоряжение Индры Грозного для поимки дерзкого Карачуна, что посягнул на устои Ирийского Древа…
- Мое поручение выполнено? – едва дослушав, поинтересовался Сварог, - Как все прошло?
Даждьбог замялся, подыскивая нужные слова.
- Скажу так, что дева не выглядела удивленной от вести про Велеса Асилковича, - сообщил он с долей смущения, - Она словно ожидала мою просьбу…хотя…может, то мои домыслы, отче…
- Ожидала? – задумался Сварог Огненный, - Интересный поворот. Не снеслась ли она по зову крови с мирами пекальными? Есть ли на то подозрение?
Вопрос вовсе ввел сварожича в замешательство.
- Ну? – поторопил правитель, - Тебе, как будущему властителю ирийского чертога необходимо мыслить быстро, трезво и четко.
- Пока не вижу худа от Мораны Белоликой, - признался Даждьбог, пожимая сильными плечами, надежно укрытыми серебристо-чешуйчатым слоем биометаллической защиты, - Она к нам вполне дружелюбна и участлива. Однако же, как мне кажется, имеет какие-то тайны, не связанные с Ирийским Союзом…
- Почему ты так рассудил?
- Трудно сказать. Наверное, потому, что в ее обычае говорить очень мало из того, что, возможно, ей известно… А, иногда, Морана поражает своей осведомленностью о таких вещах, что…
Сварог с летами все более доверял мнению и оценкам проницательного Даждьбога, ибо тот все чаще и чаще проявлял определенные способности к предвидению. Эти способности зачастую позволяли ему сложить наиболее точную оценку тому или иному событию, либо человеку.
- Да, странное и неясное поведение для правительницы чертога, - задумчиво высказал вслух Сварог, - И я бы все-таки заподозрил возможность сношения с врагом…
- Она не враждебна, - не согласился Даждьбог Тархович, - Более того. Морана желает войти в нашу семью. За свое содействие она взяла с меня слово стать ее мужем. Я счел должным ответить положительно.
- Ого!!! – не сумели сдержать восклицания остальные два участника беседы.
- Если так, - добавил к восклицанию правитель чертога, - Тогда лучше пока отложить нам оценку правительницы Чертога Лисы до момента, когда ее натура проявит себя лучше. Хотя и ныне уже становится понятно, что пройдет совсем немного времени, и Морана Белоликая полноправно станет в ряд наиболее влиятельных властителей Ирийского Союза.
- К тому же, - лаконично добавил Перун Сварогович, согнав с чела гримасу удивления, - Она очень недурна собой. Слышал я, что многие отпрыски правящих династий уже примериваются к этой деве с возможностью предложения о браке.
- Поживем – увидим, - заключил Сварог Огненный, обращаясь к сыну, - Но мы отклонились от цели разговора. Итак, дружина Небесной Рати готова?
- Готова, отче, - подтвердил Перун.
- Тогда даю приказ к началу операции. Карачун Трескунец преступил наш закон и пролил много крови наших союзников. Те, кто претерпел из-за него, требуют правосудия и отмщения. И я не смею им отказать. Так что ставлю задачу Небесной Рати разворошить место тайного укрытия преступника и раздавить его вместе с гарнизоном. Зная Карачуна и его боевое буйство, я не стану настаивать на том, чтобы он попал в руки правосудия живым, хотя и буду тосковать по этому славному в былые времена воину…
________________
После окончания сеанса связи Сварог еще долго смотрел в погасший экран, задумавшись о чем-то личном. Слишком многое связывало его с Карачуном. Наверное, поэтому он не сразу уловил в помещении постороннее движение.
- Кто здесь? – он резко обернулся в сторону, где зрение отметило непонятное размытие пространства, и увидел призрачную фигуру, очень схожую с изображением из голографа.
- Здравствуй, великий правитель чертогов, - приветствовало его изображение, наконец проявив черты Мораны Белоликой, - Прости, я без приглашения. Необходимость.
Сварог, тем временем, замер, пытаясь понять принцип задействованной связи.
- Каким образом твой облик сейчас предо мной? – коротко вопросил он.
Изображение девы изобразило легкую улыбку.
- Силы моего духа оказались вполне способны на установление ментального подвида связи. И он нисколько не уступает общепринятым. Это требует определенных затрат сил, но, не запредельных. Для исключительных случаев подойдет в виде резервной связи.
- Сейчас исключительный случай? – насторожился Сварог Огненный.
- О, да! – воскликнула призрачная гостья, взмахнув руками в нетерпеливом жесте, - И вмешательство не потерпит отлагательств. Иначе Чернобог может заполучить себе нового союзника в лице славного Карачуна. Важно ли это, судить тебе.
- Говори, - кратко приказал правитель Чертога Медведя, помрачнев ликом.
- Если вкратце, то Карачун пал жертвой тщательно спланированной ситуации, пойдя на поводу своих взглядов и предубеждений. Витул Пекальный организовал кровавый набег на миры Альциона, выдав его за вторжение дассов и, тем самым спровоцировал ответный набег дружины Трескунца на их территории. Тем самым он вывел твоего старого побратима в ранг преступника и, предвидя карательный рейд Небесной Рати, поставил его пред реальным выбором пекальной стороны, которая сможет гарантировать Карачуну спасение.
- Но Карачун…
- Но Карачун – воин, - перебила Морана, - Воин, в каждой жиле которого глубоко, с тех самых времен Войн Экспансии, сидит ненависть к дассам. Он пошел на поводу этих убеждений, легко поверив в виновность тех, кто на самом деле был не при чем.
- Это не умаляет его преступлений, - упрямо произнес Сварог, - И он должен ответить за это.
Изображение Мары осуждающе покачало головой.
- Скажи мне, великий правитель, у кого из вас, представителей старшего поколения, нет подобных деяний? Не имеет значения, называть их преступлениями, или нет…
Сварог Огненный потупил гордое чело, глубоко задумавшись.
- Возможно, - нехотя согласился он, - Что правда на твоей стороне. Но события уже запущены. Небесная Рать получила приказ на атаку системы Рехата и жизнь Карачуна ныне на волоске. Что мы сможем сделать для того, чтобы все изменить? Дасские союзники ждут показательной кары отступника.
- И все-же стоило бы остановить бойню на Рехате.
Правитель Чертога Медведя проследил, как изображение Мораны переместилось в центр помещения, словно плывя в воздухе.
- Может быть и так, но Небесная Рать, получив приказ, уже вошла в режим молчания до самой битвы. Я не сумею сейчас же отменить приказ…
- Сумеешь, если, не теряя времени отправишься в систему Рехата сам, - не согласилась Морана Белоликая, - Мои расчеты гласят, что времени, которое необходимо для развертывания атакующих сил Небесной Рати, вполне должно хватить на один подпространственный переход. Если поторопишься, то можешь успеть.
Сварог колебался.
- Дассы, - высказался он после паузы, - Они не отступят от требований, чтобы Карачун понес заслуженное…
- Всем дассам необязательно знать о том, что Карачун остался в живых, - лукаво улыбнулось изображение, - А тем из них, кто имеет реальный вес, я сама попробую довести правду о истинном положении вещей…
- Варуна?..
- Именно, - подтвердила дева-правительница, Его авторитета среди дассов станет вполне достаточно, чтобы заставить других дасских правителей забыть о существовании Карачуна Трескунца. Тем паче, что для широкого круга неосведомленных лиц он падет на поле боя и дассы окажутся отомщены. Мы же позаботимся о том, чтобы он нашел приют для спокойной жизни в одном из дружественных миров. Я даже готова предложить в качестве такого мира свои владения. Решай. Сейчас.
Сварог, судя по виду, еще колебался. Но продлилось это недолго.
- Хорошо, - приняв решение, согласился правитель Чертога Медведя, - Пусть будет так! Дадим ему шанс!
Глава 24. Когда колеблешься в вере.
Окрестности планетарной системы Рехата.
Тысячелетия, наложившиеся на чело могучим опытом, чрезвычайно обострили его ментальное сознание, и без того очень чувствительное к любым изменениям пси-поля. Да еще эти круголеты изоляции, в течение которых он ощущал себя таким одиноким… Немудрено, если сознание превратится в один могучий резонатор, чутко реагирующий на любое изменение ментальных составляющих.
Сейчас он вдруг ощутил настораживающее изменение, однозначно свидетельствующее о том, что надвигаются ситуационные сдвиги бытия. А раз так, то стоило бы подготовиться… Но, к чему???
Некогда Карачун Трескунец считался выдающейся личностью даже среди многих известных представителей былого Триединого Союза, что ныне правили чертогами Ирия. И прекрасно знал, что не зря, ибо относился еще к тому поколению пращуров, что прибыло в данный сектор Стожар из мест существования прародительской архицивилизации. На его длинном пути насчитывалось столь много испытаний, столько потрясений, что развитие личности выше общего уровня стало вполне закономерным итогом. Он уже почти не помнил времен своей юности. Смутные отрывочные воспоминания о череде поспешных и необдуманных поступков, мало характеризующих будущего правителя и стратега, незрелые эмоции, глупые переживания, продиктованные незнанием сути вещей… Все то, что осталось далеко и далеко…
Зато он прекрасно помнил свой путь воя. Путь взросления и опыта. Славный путь, полный риска и лишений, но вполне вознагражденный славой… И полная горница грехов, которые уже складывать некуда… Именно они, грехи, тянут его, прочно застопорив путь саморазвития…
«Мне есть, что рассказать поколению юнцов, что мнят себя великими бойцами, - подумал Карачун, - Лишения и потери, раны и гибель многих друзей. И никакой благодарности…
Наверное, это слишком мелочно, так обижаться и стенать о том, как несправедлива судьба. Пусть и молча… А все почему? Из-за ненужной неприязни к негуманоидам? Из-за того, что правители Ирийского Союза вдруг воспылали желанием сделаться приятелями с теми, кого уничтожали так долго и под корень? Трескунец попытался вспомнить и посчитать всех тех дассов, кого он умертвил хотя бы за последнее тысячелетие, но сбился уже на пятой сотне. Чешуйчатые и оперенные, рогатые и клюворотые, перепончатокрылые и обладающие многообразием щупалец. Он умертвлял их всяких, разил беспощадно, рассекая на части, либо до той поры, пока не переставали извиваться в агонии их смертоносные, покрытые слизью тела. Именно во время кажущейся бесконечной войны с Землями Дассов он повзрослел, обрел себя и стал тем самым воином, о котором потом сложили легенды. А затем и предводителем, самолично водившим дружинных людей в походы на всякую нечисть.
Все изменилось с приходом стадии Войн Раздора, разделившей бывших побратимов и родственников на два непримиримых лагеря, что исповедовали диаметрально противоположную политику в отношении друг друга и в отношении цивилизаций сектора. Дассы вдруг перестали считаться тем заклятым врагом, пред которым неизменно обнажалось оружие. Они стали теми, с кем стоило заключить союз, предполагавший взаимоуважение. Само собой, что эту резкую смену политики Карачун не принял. Слишком вразрез шла его жизненная стезя до и после. И если идеологическую доктрину Ирийского Сада он принял сразу и легко, то свое отношение к негуманоидам изменить так и не смог. А потому, как неизбежный итог, постепенно ушел от дел и осел в своем родном системном конгломерате Альциона, расположенном в пределах Чертога Лося.
«Попытка убежать от себя и собственных убеждений, - мрачно усмехнулся Карачун в свою белоснежную жестко курчавящуюся бороду, - Обреченная на провал».
Кипучая натура, часто толкавшая его на авантюры, сыграла со своим носителем злую шутку. И убеждения, въевшиеся в самые глубины этой натуры. Им нужен был только повод, чтобы вновь выйти на тропу войны с нелюдями.
«Что же стало этим поводом? – неожиданно пришел вкрадчивый вопрос из затихшей ментальной сферы, - И стоил ли он того, чтобы затем выступить против побратимов?»
…Это походило на какое-то наваждение. Карачун Трескунец резко вскинулся на тронном месте, не смея поверить, что ему не почудилось. Цепкие очи быстро окинули гулкое помещение зала, из-за космической панорамы казавшееся необъятным, в поисках того, кто мог так беспардонно вклиниться в мысли. Не нашли. Может быть из-за того, что огромный сферообразный зал, где он так любил медитировать в последние лета, не позволял охватить себя даже очень внимательным взором, представляясь большим подобием пустынности, где обязательно найдется место хотя бы ошметку зыбкой мглы…
Раздражающий посторонний фактор внезапно исчез, дав Трескунцу возможность вернуться к думам о поводах, поступках и расплате. Вопрос, как ни крути, своевременный. Стоило ли рубить с плеча, когда ярость застилала разум? Стоило ли отмахиваться от помощи старинных союзников и друзей? События, происходившие от его спонтанных эмоциональных поступков, в последнее время несли больше вреда, чем пользы. И оценивались по-разному. Не всегда в его пользу.
Событиям тем исполнилось едва ли с полтора круголета, что по меркам средней продолжительности жизни развитого существа произошло совсем недавно. И начались они с сокрушительного набега на систему Альциона вражьих сил, возникших в ее пределах так нежданно, словно и не существовало охранных форпостов на границах чертога. Прежде чем отреагировали дружинные силы чертога, три обитаемые планеты системы сгинули в огне атомных пожаров вместе с людьми и всей биосферой…
С кем идентифицировать загадочного агрессора, так и осталось неведомым, так как не осталось в живых тех, кто видел его в лицо. Лишь космические сканеры дальнего действия сумели зафиксировать остаточный энергетический след, ведущий на территории дассов, да на пепелищах разоренных земель нашли следы, однозначно указывавшие на негуманоидов.
«Как наивно считать, что враг, сумевший нанести такой коварный удар, проявит глупость и оставит после себя такие явные подсказки для поиска. Скорее похоже на инсценированный ложный след».
Голос в его разуме прозвучал неожиданно, отчетливо и резко, словно совесть.
«Кто ты? – на этот раз Карачун ощутил полную уверенность в чьем-то присутствии совсем недалеко, - И зачем ты здесь?»
Да, время показало, что его ответные действия вышли неоправданно опрометчивыми, однако признавать это правитель ледяного мира не спешил.
«Почему же не признать собственные ошибки? – тембр снова прозвучавшего ментального голоса оказался таков, что Трескунец не смог понять кто пред ним, мужчина или женщина.
Вместо ответа Карачун резко развернулся в сторону, где едва угадалось движение, в рывке полоснув пространство хлестким ледяным ударом кладня, так и впрыгнувшего в его крепкую длань. Воздух резко дохнул стужей и тонко зазвенел крупинками оседающего мелкого льда. Правитель с надеждой глянул в сторону, где надеялся увидеть пораженное тело, однако ничего подобного не обнаружил. Только заливистый тихий смех, отголоском донесшийся до него с другой стороны огромного помещения позволил сделать вывод, что внезапная атака не выдалась.
«Мои вои!!! - закипая от осознания неудачи, издал Карачун ментальный рык, - Ко мне!!! Искать врага!!!»
…Его большим недостатком давно слыл взрывной темперамент, сочетавшийся с разновидностью боевого безумия, впадая в которое, Трескунец становился малоуправляемым, повинуясь только своему эго. Именно поэтому тогда, войдя в воинственный полубезумный раж и никого не послушав, он собрал в мирах Альциона дружину из самых приближенных побратимов и совершил тот памятный кровавый рейд в самую глубину территорий дассов, оставляя после себя только смерть, густо политую тягучей кровью негуманоидных созданий…
Повинуясь пси-воле хозяина, пространство громадного помещения оживилось появлением довольно многочисленной группы вооруженных существ, осуществлявших функции боевого охранения и прошедших, по всей очевидности, сквозь потайные служебные ходы. Впрочем, слово «вошедшие» характеризовало воев слабо, ибо, если одна часть этих существ, несшая в себе слабые признаки гуманоидного строения и облаченная в тяжелую противоплазменную броню, неторопливо вплыла в сферическое пространство благодаря устройствам векторной гравитации, то вторая часть, явно относящаяся к разновидности крылатых нагов, боевым хищным клином ворвалась в помещение, наполнив его густую тишину отчетливым шелестом мощных крыльев.
«Думаешь, твои криовоины что-то изменят? – вопрос неизвестного собеседника прошелестел совсем тихо и почти рядом, заставив правителя крутануться на месте и провести новый выпад кладнем в пустоту.
- Искать!!! Взять!!! – новый рык заставил криоизмененных существ рассыпаться в атакующее разнонаправленное построение, предназначенное проверить здесь каждую пядь.
«Твои слуги не слишком проворны, - сообщал голос ментального собеседника, в то время как Карачун наконец заметил смутную рябь какого-то движения поодаль, - Криотехнологии несовершенны. Не то что существа естественного происхождения в мирах сверххолода».
«Таких не бывает. Не встречал. А эти безусловно послушны, - возразил правитель, одновременно взмахивая кладнем в сторону, где заметил движение пространства, - И не задумываясь, отдадут за меня свою жизнь. Точнее то, что от нее осталось».
К его удивлению, коронный ледяной удар, доселе запросто и за раз вышибавший дух из любого существа, на сей раз своей цели не достиг, наткнувшись на могучее противодействие непонятной природы. Отдача пришла в виде такого же выпада, не сумевшего поразить Карачуна, однако изрядно содрогнув его сознание. С усилием нейтрализовав это воздействие, Трескунец поспешно сотворил защитную энергосферу, с удивлением заметив подвижную гибкую фигуру, зыбким маревом проплывшую от него в другую сторону. Туда же, явно заметив пришельца, кинулись несколько перепончатокрылых охранников, однако, едва их траектории стали приближаться к пересечению, неизвестная разящая сила режущей синусоидой прошлась по атакующей стае, разделив каждое существо на несколько кровоточащих ошметков. Та же участь настигла одного из тяжелых бронированных воев, которого вдруг раскроило наискось.
«Не губи, зря своих воев, - снова раздался в сознании голос, - Они тебе еще пригодятся в том, что тебя ожидает совсем скоро».
Фигура повернулась в сторону следующего охранника и, Карачун был готов поклясться, что она повела только перстом, тогда как вой просто осыпался частями на пол. Эта демонстрация доказала ему, что пред ним могучий противник.
- Вои назад! – скомандовал правитель, неожиданно осознав, что неведомый гость еще не проявил никакой агрессии, ограничившись защитой, - На исходную!
Он не проронил ни слова, с каменным видом ожидая, пока опустеет громадный зал. Лишь его цепкий взор продолжил изучать ту точку пространства, где продолжала парить фигура, скрытая рябью защитной энергетической мантии. К великому сожалению, Трескунец до сих пор так и не сумел пока разглядеть странного посетителя подробнее.
- Кто же ты, и что тебе нужно, незнакомец? – спросил Карачун, когда они остались одни, - И какова цель визита?
- Великий Карачун наконец-то задался резонным вопросом, лежащим на самой поверхности? – смешок холодной ледышкой скользнул в пространстве зала, зазвенев тональностью, явно искаженной искусственно.
- Я понял, что мой гость пришел с какой-то определенной целью, - с долей раздраженного неудовольствия ответил Карачун, - Хотя не понял, с какой.
- У меня не просто цель, - парировал искаженный голос, - У меня миссия. Помочь тебе определиться со своей судьбой.
- С судьбой? – изумился правитель, - Мне не нужен никто для таких целей. Я распоряжаюсь своей судьбой сам. Как хочу. И сам делаю выбор…
- Либо думаешь, что сам делаешь этот выбор, не задумываясь о том, на какой основе он происходит. Например, вспомни, из-за чего ты оказался в этом заброшенном мире на правах гонимого за злодеяния против Союза Ирийского Сада.
- Я поступил…
- Спонтанно и необдуманно, - закончил за него голос, - Пойдя на поводу того, кто создал цепь условий для принятия такого решения. Кто просчитал тебя и твои помыслы, словно отрока.
- Я до сих пор не знаю и не уверен, что поступил неправильно. Слишком мало доказательств противного…
- Ты слишком значим для многих, чтобы тебе позволили просто уйти на покой, - голос сказал то, что Карачун знал и так, однако все время пытался убедить себя в обратном, - Опытный витязь с задатками военачальника всегда нужен обеим сторонам. Однако, лишь одна из сторон пойдет на то, чтобы стирать миры ради твоего союзничества. Лишь один из тебе знакомых правителей способен разменять миллионы жизней разумных существ на твою присягу верности. У меня полная уверенность в том, что ответ очевиден. Именно благодаря его усилиям, Карачун Трескунец ныне поставлен в то положение, в котором находится.
- Он? Пекальный?????
- Вот видишь, правитель, как все просто! Зная тебя и твой характер, легче всего нанести удар, уведя потом подозрения в ту сторону и к тем созданиям, с которыми ты так долго воевал. Использовав тебя в своей игре, он, ко всему, легко дискредитировал твою персону в своих целях. Став отщепенцем, Карачун Трескунец выглядит противником даже для тех, с кем он когда-то был так близок. А потому, подобрав момент, не составит труда переманить его в свой стан, так сказать, по-родственному.
- Ты пришел от него? – ледяной правитель ощутил, как подспудно внутри него снова начинает копиться ярость.
- И да, и нет, - неожиданно звонко рассмеялся вдруг голос, в то время как зыбкая фигура оказалась совсем неподалеку, продолжая переливаться энергетической рябью, - Каждая из сторон для меня пока равна, хотя и тянет к себе в надежде на прочный союз. И каждая из сторон мнит себя моим господином или, как минимум, товарищем, тогда как мое место где-то там, в межстороньи. Подумай, может и твое там же.
- А так бывает?
- Бывает, - успокоил голос, - Ибо давно назрело время для третейской стороны, способной определить правильность действий каждого из противников…
Зыбкая фигура мановением ресниц исчезла из той точки пространства, где только что находилась, чтобы тут же оказаться где-то вверху, маревом плывя на фоне огромной транслируемой космической панорамы.
- Чудно, - с долей растерянности выдавил из себя Карачун, и мотнул косматой седой головой, ощутив при движении металлическое давление жесткого воротника броневого костюма, - И непонятно.
- Это пока, - издал голос уже знакомый смешок, - Впрочем, я тебя торопить и подстегивать в решениях и суждениях не собираюсь. Вселенная, как и миры в ней, чрезвычайно разнообразна. И в каждом из миров присутствуют свои понятия о добре и зле, о правде и кривде. У тебя, великий Карачун – свой путь, который не подобен иным. А потому предоставлю тебя своим собственным мыслям и своим собственным решениям. Теперь ты знаешь, кто строил козни и пытался столкнуть на дорогу, ведущую в Пекальные пределы. А еще узнай, что разгневанные твоими поступками в отношении дассов, прежние твои побратимы уже вышли против тебя, дабы наказать за море пролитой крови нелюдей, с коими они давно в союзе. Так что, пред тобой ныне новый выбор – идти в пределы пекальные, где тебя так ждет твой властный родственник, столь близкий к тьме, либо остаться здесь и принять бой, исход которого для тебя практически предопределен. От твоего выбора ныне зависит слишком многое. И этот выбор стоит пред тобой именно сейчас, ибо в этот самый момент у пределов твоей ледяной обители стоят корабли Небесной Рати, готовящиеся покарать тебя и твоих немногих приспешников. Если ты не ведал об этом, самое время сделать необходимые приготовления.
Проникнувшись словами таинственного собеседника, Карачун Трескунец торопливо протянул длань в сторону и, ухватив свой боевой шлем, водрузил его на чело, вставляя в сочленения бронекостюма. Затем вдруг замер, пытаясь постичь происходящее.
- Зачем тебе посвящать меня во все это? – его голос прозвучал глухо из-за сомкнувшейся лицевой защиты, - И стоит ли мне принимать всерьез твои слова?
- А вот это дело сугубо твое, - невозмутимо ответил голос, - Ибо я здесь не для твоей защиты и не для манипуляций твоими поступками. Тем более не для того, чтобы принуждать тебя встать рядом со мной, хотя и хочу этого. Решение, которое ты примешь – ты примешь сам. И пусть будет оно независимым и непредвзятым, так как, зная расклад сил, ты сделаешь собственный вывод, не искаженный ничьим сторонним влиянием. И оттого будет зависеть, встретимся ли мы с тобой впредь. Прощай, ратоборец!
После этого голос, как и зыбкая фигура, пропал, словно и не бывало его здесь вовсе. Искажающий фон исковеркал последние слова таинственного собеседника, однако не настолько, чтобы не уловить в них интонации, характерные… для…женщины? Впрочем, Карачун, поглощенный новыми мыслями, не особенно обратил на это внимание, как не уловил момента ухода этого собеседника не только из помещения зала, но и из сферы доступного ментального пространства.
Мудрость, что за гранью человеческого.
Чертог Ворона. Мушенгет власти Варуны Мудрого.
Приемный зал дворца Варуны, впрочем, как и сам дворец повелителя Чертога Ворона, неизменно поражал странным великолепием любого, кто в нем оказывался. В нем не имелось привычных ирийских пропорций и рунических разводов на стенах. Аляповатый сводчатый потолок колоссального помещения поражал больше несимметричной лепниной, чем яркими блистающими красками, наложенными неровно и как бы наспех. Хотя, может быть, для многочисленных племен дассов этот цветовой хаос и мог являться тем самым признаком роскоши, что характерен самым великим из них.
- Здравствуй Варуна Мудрый! – произнесла она спокойным уверенным голосом, далеко вокруг разнесшимся по гулким сводам, - Или, лучше было бы назвать тебя Великолепным, властитель столь впечатляющего мушенгета?
Правитель чертога, наверное, вполне мог считаться одним из самых ярких представителей своего многоликого племени, хотя, на взгляд неискушенного ирийского проточеловека неизменно произвел бы устрашающее впечатление. Так, в общем-то, наверное, и было, когда первые апуры и анкилоны колонистов пращуров Триединого Союза прибыли в пределы данного сектора галактики Стожар. За прошедшие с тех пор тысячелетия и тяжелую истребительную войну, конечно же восприятие этих существ неминуемо изменилось, ибо, как свидетельствует звездная мудрость, не все то, что выглядит непривычно, несет в себе смертную угрозу. Ассимиляция неминуема. Так и дассы, во всем своем свирепо клыкастом и устрашающем многообразии, по истечению определенного отрезка галактической истории по истечению времен стали союзными конгломератами в составе территориальных образований сектора. Чертоги дассовы полноправно вошли в состав как Ирийского Союза, так и Империи Ориона, влияя ныне на их политику и территориальные устремления.
Во дворце правителя Чертога Ворона видовое многообразие племен дассов выглядело особенно впечатляющим, начиная от приблизительно гуманоидных существ с синей чешуйчатой кожей и оскаленными клыкастыми ликами и, заканчивая вовсе фантастичными созданиями, сочетающими, казалось бы, несовместимые черты отдельных видовых линий. Правитель Варуна выглядел сейчас под стать своим подданным в натуральном обличии гипертрофированного птицеподобного существа с антрацитово-черным оперением, масляно блестящем в свете ярких осветительных колонн, разбросанных по всему помещению.
- Кто нарушил мой покой? – внешне правитель чертога постарался не выказать своего смятения, однако Мара заметила, как дернулось его тяжелое чело с массивным клювом.
Многочисленные глаза разной величины и направленности, покрывающие это чело по всей окружности, заблестели темными бусинами, в хаотическом движении пытаясь нащупать предмет возмутителя спокойствия, однако же, далеко не сразу уловили в пространстве зала рябь зеленоватого марева, из которого возникла невзрачная согбенная фигура.
- С визитом я к тебе, великий, - шагнула из портала седая человеческая женщина преклонных лет в рваном рубище, едва прикрывающем костлявое дряхлое тело.
- Кто ты? – проклекотало оперенное создание на троне, - И кто послал тебя, убогая?
Не искаженный пеленой портального марева, парадный зал дворца Варуны показался ярче, заиграв несколько иными красками и бликами. Он смотрелся почти необъятным, однако в целом обладал очертаниями приблизительного архимногоугольника, в некоторых моментах архитектуры приобретающего почти сферическую форму. Трон правителя чертога, очертаниями напоминающий раскрытый цветок с огромными пурпурными лепестками, расположился в центре небольшого бассейна с бирюзовой водой, плещущейся ленивыми тяжелыми волнами из-за какой-то живности, снующей в глубине его изломанными силуэтами. Сам же трон выглядел взгромождением на странное буроватое возвышение непонятного происхождения, издали походящее на скальный валун. По периметру зала вокруг тронного места прямо в воздухе вращались разноцветные сферы, походящие на сгустки энергии волнением и протуберанцами на своей поверхности. Этих образований насчитывалось девять, и часть из них казались пустыми. Однако же остальные выглядели вполне обитаемыми, явно содержа в себе непонятные создания.
- Не суди по виду, а суди по делам, - ощерилась старуха темным провалом беззубого рта и тряхнув грязными седыми патлами, - А пришла я к тебе сама по себе и по своей воле, чтобы уберечь от поспешных шагов.
- Тебе ли учить меня, костлявая, - мощный клюв Варуны издал громогласное клацанье, - Прочь!
Повинуясь немому сигналу, из тайных помещений в зал хлынули дассовы воины. Огромные и жуткие в своих свирепых обличиях, бряцая тяжкой драконовой броней, они ринулись к тому месту, где дожидалась их странная визитерша.
- Не делай так, владыка, - спокойно вымолвила она, - Или я любого из них пальцем перешибу.
Повелитель чертога сопроводил замечание молчанием, наблюдая, как приближаются к гостье его верные псы. Однако же ни он, ни его охранники не уловили, что же произошло затем. Первый же приблизившийся к гостье внезапно с тонким визгом остановился и опал оземь двумя ровно рассеченными половинами. А затем, под издевательский старушечий хохот, у второго воина, словно от лихого удара опытного воя, далеко в сторону отлетела его голова, брызнув фонтаном синей крови. Остальные охранники, остолбенев от неожиданности, боязливо замерли поодаль, охватив пришелицу с боков в полуохват.
- Я предупреждала, - молвила старуха, убирая в широкий рукав воздетый перст со странным массивным кольцом, - Не делай так, если не хочешь плохого. Я своей волей сюда пришла, и не тебе мне указывать.
Темный массивный птичий силуэт на троне внезапно двинулся и исчез, явив вместо себя благообразного Варуну Мудрого, каким его привыкли видеть на сходах владык чертогов. Морана вгляделась. Великолепные золоченые торжественные одежды, так резко контрастирующие с прежним черным оперением, скрадывали очертания крепкого мужского тела, на плечевом сочленении которого угадывались четыре руки. Слегка синеватый смуглый лик и его благородные черты с крупным красивым носом обрамляли кудрявые черные волосы со знакомым отблеском масла. Хороший камуфляж, чтобы затеряться среди правителей ирийского происхождения.
- Зачем? – кратко спросила она, жестом руки указав на смену образа.
- Лучше нам обоим продолжить беседу, сокрывшись под маской, - голос правителя утратил прежний характерный клекот, сменившись приятным баритональным звучанием, - Так удобнее для восприятия. Теперь, когда приветственный этикет соблюден, будет резонным вернуться к моему предыдущему вопросу, ибо сейчас он прозвучит еще уместнее. Кто ты, и зачем пришла в мой дворец незваной?
Повелительного взмаха его руки оказалось достаточно для воинов охраны, чтобы они поспешно убрались, унеся останки погибших. Лишь лужи натекшей из тел зеленовато-синей крови напоминали о том, что здесь только что произошло.
- Зови меня Ямия Вещая, владыка, - склонила Мара голову, не выходя из своего образа, - И пришла я от самой себя, ибо только правда мой господин. Задача моя – рассеять козни вражьи и поставить тебя, дасс, пред выбором великим. И от этого выбора, Варуна, будет зависеть судьба целого звездного чертога, в коем обитают народы твои.
Она аккуратно перешагнула лужицу крови на своем пути и медленно двинулась в сторону восседающего на троне правителя. Тот не двинулся с места, однако в помещении зала что-то поменялось. Развитое боковое зрение Мораны уловило, что подвешенные в воздухе сферы изменили свое пульсирующее вращение, сильнее заклубившись свернутой пространственной энергией. А затем из некоторых из них показались лики каких-то существ. Драконы? Немудрено, ибо значительный сегмент былой Драконовой коалиции в настоящее время находился под протекторатом чертога Ворона. Подтверждением тому стала рогатая, определенно драконья голова, высунувшаяся из ближайшей сферы и проводившая согбенную фигуру гостьи внимательным умным взглядом.
- Уратра, друг мой, - произнес Варуна в сторону дракона, - Угрозы нет. Это не враг.
- Я вижу, уважаемый махтан наоб, - хрипло проворчал дракон, убираясь в марево сферы, - Агхи, назад.
При последних словах Мара уловила шевеление еще в одной из сфер, после чего к ним вернулось прежнее пульсирующее сияние.
- Ты окружен надежной защитой, правитель, - улыбнулась она, на миг забыв о своем образе и слегка выйдя из него.
- Это не защита, - отрицательно покачал челом Варуна, - Это мои друзья. Близкий круг.
«И здесь портальная связь, - поняла Морана, - Своеобразная и обусловленная свойствами своего диапазона. Похоже, что дассы тоже ведают некими знаниями о портальных принципах связи. Интересно будет разузнать. Позже».
- Хорошо иметь друзей, - произнесла она вслух, тщательно отделив слова от предыдущих мыслей, - И хорошо, что ты знаешь цену дружбе. А потому, полагаю, Варуна Мудрый, ты поймешь мою речь в правильном русле и при первой же возможности передашь основную мысль ее тому, кому кроме тебя это предназначается. Поверь, это укрепит твой статус одного из мудрейших правителей звездных пространств.
- Кому же мне передать мысль, внушаемую столь экстравагантным способом? – лик правителя выразил некоторое удивление.
- Главным образом, своим верным союзникам-дассам. Ирийские представители, кому это было необходимо, уже осведомлены о сути моих чаяний. Если вкратце, то речь сейчас пойдет об одном выходце из становища ирийских чертогов. О Карачуне, - с этими словами она сделала еще шаг в сторону трона
- Коли речь идет о носителе этого известного имени, я готов выслушать, - одобрительно кивнул Варуна, пытливо рассматривая приблизившуюся старуху, и мимолетно обернувшись вниз, к подножию трона, молвил, - Макара, успокойся. Угрозы нам нет.
Ответом ему стала огромная пасть, вынырнувшая из воды бассейна и зевнувшая жутким набором острых акульих зубов. Тело чудовища, которое Морана ранее принимала на пьедестал для трона правителя, слегка пошевелилось, колыхнув водную гладь, а затем снова успокоилось.
- А вот это создание на самом деле мой преданный защитник, - кратко пояснил Варуна, - Однако, мы отвлеклись. Теперь я готов внимательно выслушать все, что ты мне хотела поведать.
Дыхание дикого мира.
Планета Ято. Морана и ее мысли.
Она уходила в марево портала, не обернувшись. Впрочем, и не опасалась вовсе. Ментальное усилие, коему обучила ее Полудня, распахивало энергетический полог портала резко, и закрывало прямо за спиной, словно взмахом секиры отсекая любую возможность кому-то проскользнуть следом. А заодно энергомарево подпространственной тропы служило неким щитом, с легкостью защищавшем путешественника тропы от любого вредоносного воздействия получше любых броневых защитных одеяний. Так что для подобных путешествий ей ныне хватило бы простого походного одеяния.
«Прощай Ямия, - слова Варуны Мудрого провожали ее, медленно затихая в ментальной дали, - Благодарю за участие и добрые слова. Я запомню этот урок благородства».
Повелитель чертога Ворона, кажется, вполне проникся смыслом сказанного. И вполне вероятно, у него сложилось стойкое впечатление, что гостья выступила от имени некой мощной посторонней силы, вмешавшейся в дрязги сектора только по собственному странному желанию, не несущему для этой силы ровно никакой выгоды. Пусть. Кажущаяся незаинтересованность и видимое стремление к вящей справедливости играет только на руку. Ее новая ипостась - независимая сторона, ратующая за справедливость и равновесие всех тех сторон, что участвуют в нынешней борьбе интересов. А ее собственные интересы пусть останутся в тени, видимые только ей самой.
«Ему и не следовало понимать все, что подразумевалось. И только одно нужно было усвоить – то, что ситуация с Карачуном целиком относится к политике такого высокого уровня, что влезать в нее не стоит от слова совсем. Благо, что мудрый Варуна вполне оправдал свое второе имя, пообещав устраниться».
…Морана хотела, было, осуществить переход в собственный дворец на родной планете, однако внезапно передумала. Ей захотелось вместо соленого воздуха океана вдохнуть чего-то освежающе резкого и бодрящего. А потому она на ходу изменила порядок воздействия составляющих сил и проложила тропу по только ей знакомому маршруту. Зеленоватое марево выпускного портала вывело на козырек совершенно отвесной скалы, дающий обзор на огромный заснеженный мир, широко раскинувшийся в стороны и полный острозубых ледяных скал и хребтов, высоко вверх вздымающих свои острые клыки, словно грозящие проткнуть собой хмурое серое небо.
Кратко попробовав колкий ледяной воздух, Мара поморщилась и привела в действие механизм защитной лицевой маски. Еще не хватало, чтобы этот атмосферный воздушный коктейль повредил ей легкие своим чересчур стылым составом.
«И все-таки здесь завораживающе красиво, - привычно подумала она, задумчиво созерцая блики атмосферного сияния, предваряющего грядущий восход, - Даже сейчас».
Стоило сделать паузу, выдохнуть напряжение и поразмыслить. За то время, что минуло с установления статуса наследницы властной династии, Морана с лихвой проявила способности, достаточные для того, чтобы укрепиться на престоле правителя Чертога Лисы и в роли официальной сторонницы Ирийского Союза. Удалившись в свои наследные пределы, молодая правительница с успехом занялась новыми обязанностями, решила целый ряд насущных проблем чертога, а заодно повела настолько тонкую и продуманную политику, что вскоре сумела заполучить в полное подчинение весь конгломерат Ледяных миров вместе с вновь прирученными правительствами колониальных ассоциаций. На территориях звездного пространства чертога вдруг воцарился прочный мир, не нарушаемый даже разовыми вылазками неприятеля с сопредельных территорий. В глазах остальных правителей чертога это выглядело более чем хорошим результатом правления…
Впрочем, вся эта руководящая составляющая стала лишь одной из сторон существования молодой правительницы, ибо ныне имелись и иные стороны ее бытия, менее видимые для постороннего глаза. Менее видимые, однако, не менее значимые для Мары…
Такой потайной ипостасью стало тесное тайное общение с силами Пекальных миров, с коими деву-правительницу некогда и навсегда связала отчая воля Чернобога Пекального, с некоторых пор вполне убежденного в ее преданности и союзничестве. Моране, с той поры уже привыкшей просчитывать каждый свой шаг и взвешивать каждое свое слово, ничего не стоило поддерживать его убежденность в этом и заслужить доверие обычно столь недоверчивого владыки. Войдя в ближний доверенный круг Витула, правительница Чертога Лисы со временем стала поверенной очень многих его тайн и замыслов, а затем и выразителем его воли в различных миссиях поручительства…
«Они все думают, что я служу тем идеям, которые составляют основу их идеологии, - подумала Мара, наблюдая через визатор маски, как постепенно светлеет полоска дальнего горизонта, насыщаясь энергией предстоящего рассвета, - Каждый из них, и Сварог, и Чернобог Пекальный мнят, что приручили меня и держат на коротком поводке. Им и в голову не придет, что у меня есть свое осмысление происходящего.
…Ей нравилось встречать рассветы на этом скалистом козырьке сурового лика ледяной планеты, что носила невзрачное имя Ято и стояла на четвертой орбитальной позиции от тусклого местного светила, называемого Азель-ти. Однако Мара не называла планету своим каталожным именем, предпочтя дать ей свое название. Она называла ее миром Мста. Миром холодным и безжалостным, как она сама, но, в то же самое время, беспристрастным ко всему, что происходило в его пределах. Однажды, оттачивая мастерство межпространственных переходов, она оказалась здесь абсолютно случайно, но после, очаровавшись дикостью этого юного мира, стала появляться в нем регулярно, иногда мечтая сделать его своей тайной обителью. Что ж, может когда-то так и будет…
«Я нахожу здесь родство самой себе, - Морана снова вгляделась далеко в горизонт, внимая переменам, что нес в себе рассвет, - И здесь я чувствую себя дома.
Рассвет, анонсированный тусклым солнцем, оживил эти суровые места вполне ощутимыми внешними переменами и внес толику ярких красок в эти сумеречные стылые просторы. Прежде всего, это проявилось в заметном изменении плотности атмосферного воздуха, внезапно переставшего нести прежнюю морозно-ледяную составляющую. Он ощущался уже, хоть и очень освежающим, но уже вполне пригодным для свободного дыхания. Опытным взором уловив знакомые ей внешние проявления, Мара поспешила убрать лицевую защитную панель маски и жадно впустила в легкие щедрый бодрящий глоток.
В памяти блеснуло тусклое воспоминание. Глаза. Ярко-голубые очи, манящие ее на уровне подсознания мощной силой мужского притяжения. Она до сих пор помнила этот взгляд молодого Даждьбога Тарховича. Обычно мимолетный, но так глубоко западающий в ее душу… Может быть стоит решиться наконец заглянуть в них поглубже? Сейчас бы она так и сделала. Но это сейчас… Мимолетная слабость…
Она упрямо тряхнула головой, словно пытаясь сбросить это наваждение. Славен Даждьбог своими подвигами, грозен для своих врагов, но… Мара снова тряхнула своей головой, отчего на лоб из-под шлема выползла упрямая черная прядь. Ее сознание и сила разума со времени принятия на себя обязанностей правительницы увеличились многократно, позволив иногда заглядывать довольно далеко за призрачную завесу вероятностей. А те, как ни грустно осознавать, прядь за прядью плетя событийные кружева, пока никак не могли свести нити их судьбы в одну благоприятную точку. Может не суждено?
Она многого достигла. Из недалекой и неопытной молодой девы, какой была так недавно, Морана Белоликая успела превратиться в зрелую красавицу с могучим умом и способностями, уже овладевшую многими тайнами и умениями. Хотя обычно и не афишировала, чего достигла. Не нужно. Особенно пред правителями. Пусть думают, что угодно, лишь бы не подозревали правду о ее сути.
- Пусть, - согласилась она с самой собой в такт мыслям, - В женщине-чаровнице всегда присутствует загадка.
Сильный разум девы-правительницы отныне всегда находился в движении, раз за разом постигая новое. Ей уже мало казалось в совершенстве владеть собственными атрибутами концентрации энергии собственного разума – перстнем Клюворезом и серпом Пластуном (так она однажды нарекла свое личное оружие), стало мало виртуозно владеть даром визуального преображения, из-за которого ее не могли узнать те, кому этого делать не следовало. Используя свой дар – видение и понимание малопонятных для трехмерных существ субстанций, она делала первые попытки воздействовать на структуру самого бытия и ощущала, что со временем сумеет достичь в этом определенных результатов и освоить то, что не под силу самым могучим представителям разумных существ, населяющих галактику…
Морана Белоликая снова глубоко втянула в легкие живительно бодрящий воздух морозного мира, отметив, что тот начал терять ледяную резкость – верный признак скорого рассвета. Ответом стал яркий красноватый световой луч, воровато выглянувший из-под края тяжелой окологоризонтальной облачности и узким языком едва различимого тепла лизнувший скалистый козырек, на котором замерла женская фигура в неброском защитном костюме.
- Пора в дорогу, - вдруг решила правительница Чертога Лисы, несмотря на сильное желание остаться и вволю насладиться красками грядущего планетарного утра, - Тем более, что дело сделано. Нужно лишь выждать время, чтобы для Карачуна Трескунца миновала гибель, а он, в свою очередь, пришел к необходимым выводам, правильно рассудив, что метание меж противоборствующих сторон и сил, порожденных Войнами Раздора отныне не подходит для бывалого воина и мужа со старыми понятиями и закалкой Древней Сваги. И что верное место для него уготовано лишь подле моего плеча. Я обожду, мой грядущий компаньон и советчик…
С этой думой она повернулась спиной к зареву рассвета и канула в зеленовато заклубившуюся пустоту портала, распахнувшегося по мановению перста.
Глава 25. Обложить логово.
Окрестности планетарной системы Рехата. Армада Небесной рати.
Планетарный мир с такого великого расстояния мог бы показаться вполне себе тихим и мирным, кабы не слишком тусклое багровое солнце, массивным шаром висевшее в его центре. Даже присутствие второй звезды – яркого, но совсем небольшого пульсара, обращавшегося вокруг тусклого гиганта, да конгломерата разномастных планетарных тел, движущихся по широкой орбите и иногда проходящих почти перпендикулярно к общей плоскости вращения, не могло оживить эту сумеречную компанию, предоставив ей печальную долю вечно ледяных и ничтожно одаренных лучистой энергией земель.
- Самое место для него, - высказался вслух Индра Грозный, всматриваясь в космическую панораму на информационном экране, которую искусственный разум корабля щедро сдобрил пояснительными сведениями о системе Рехата, - Минимум доступной энергии и минимум желающих покуситься на эти территории. Самое место для обустройства тайной и надежной резиденции…
- И, исходя из данных звездных карт, самое удобное место для того, чтобы в дальнейшем осуществлять набеги на сходящиеся пограничные территории трех чертогов, - отозвался Перун Разящий, внимательно изучая звездную картину, справа от соратника, - Очень выгодная стратегическая позиция.
Он обернулся за поддержкой к Даждьбогу, но тот промолчал, продолжая пространно смотреть в космос. Все дружинные знали, что он не одобрил эту военную вылазку, предложив вместо нее переговоры, но после категоричного отказа в том, счел своим долгом принять участие в грядущей сече.
- В любом случае, - хмуро заключил Индра, - Нам должно тщательно проверить все закоулки этого ледяного хаоса, чтобы не упустить нашего противника.
- Так уж и противника, - хмыкнул Даждьбог и снова углубился в созерцание.
Вопрос до сих пор оставался действительно спорным, ибо нынешним противником дружины стал тот, кто совсем недавно сам находился в рядах этого войска. Мало того, что находился – был одним из верных побратимов, ратовавших за процветание Союза Ирийского Сада. И теперь у его бывших друзей на душе царил сумрак - состояние души, что порождает сомнения.
Карачун Трескунец, как немногий из выживших в тысячелетних битвах представителей старшего поколения, успел поучаствовать во всех основных событиях и ассах со времен прибытия в сектор проирийских переселенческих апур и вайтмар. Он своими очами видел, как немногие из уцелевших правителей пращуров – сважан и аори пытаются построить первое гармоничное общество на этих новых, зачастую малопригодных для нормальной жизни территориях, зрел прибытие народа титаноидов, истощенного длительным межсекторальным перелетом. А еще стал одним из тех, кто, когда пришло их время, проводил этих самых пращуров на путь возвышения. Пращуры ушли, оставив бремя власти на не вознёсшихся, что затем развязали череду бесконечных войн, но Карачун остался и тут, сочтя себя должным продолжить свою службу, посвященную сохранению наследия ушедших на благо потомков. Все вои Небесной Рати помнили, что Карачун Трескунец не стал отсиживаться в стороне и, несмотря на свой статус наследного правителя, остался в рядах воинства в те неспокойные времена. Не суть важно, что он, как и многие, тогда ошибался. Он оказался всецело предан интересам образовавшегося Триединого Союза и кинулся в самую гущу разгорающихся военных действий…
О времена! Неспокойные и лихие. Тогда большая часть доступных территорий сектора просто пестрела цивилизационными негуманоидными конгломератами. Наги всех возможных видов, многочисленные народы ветви драконидов, земноводных и всевозможных переходных форм, а также всякого рода звероподы, своей биологией сходствующие с гуманоидами, но ими никогда не являвшиеся. Те цивилизации имели разный потенциал и мощь, но за многие тысячелетия пребывания в своих ареалах, смогли сложить определенную систему соседских отношений, имевшую определённые колебания только в виде локальных конфликтов, не затрагивающих большие территории. А потому, едва только могучее племя сторонних пришельцев решило обрести для себя и детей более удобное место, как едва ли не все эти цивилизации аборигенов поспешили объединиться, дабы смести их далеко за пределы своих территорий.
Много тысячелетий минуло с тех времен. Закончилась и разорительная война, в огне которой колониальная мощь более развитых сынов Триединого Союза показала коалиции Дассов (так именовался союз негуманоидных цивилизаций), что пришла сюда насовсем. Враги на свой лад тогда еще называли их территории Царством Асов, что затем укоренилось в сознании потомков, дав общее нарицательное имя сынам Ирия. Асы… Эта новая сила, набрав мощь, подчинила себе значительную часть территории сектора, решительно подвинув прежних хозяев звездных просторов и указав, что отныне с нею придется считаться всем, кто еще тешил себя прежней гордыней…
Может, и свелась бы на нет прежде всесильная дассова братия, однако же, на ее удачу и спасение, вскоре случилась меж великих мужей Триединого Союза ожидаемая политическая распря, что привела к делению гуманоидных просторов на два непримиримо враждующих лагеря. Это обстоятельство и дало нужную передышку дассовым территориям, хотя и не избавило их от дальнейшей участи оказаться поделенными между двумя сторонами, со временем, реорганизовавшимся в Союз Ирийского Сада и Империю Ориона. Лишь немногие цивилизационные осколки былой коалиции негуманоидов, сумевшие сохранить свободу воли лишь по причинам независимого характера, ныне разрозненные и слабые поодиночке, еще находились среди окраинных миров, что граничили с мертвым пространством космической пустоши сектора.
В период распада Триединого Союза Карачун, как приверженец традиций предков, сделал свой моральный выбор в пользу Ирийского Союза и посвятил свою дальнейшую жизнь дружинному делу, сражаясь в бесконечных битвах против умелого и умного врага, каким оказался его родственник Чернобог Пекальный. Может поэтому сейчас многие вои Небесной Рати, прошедшие с ним череду кровавых битв, сохраняли особенное молчание, хмуро готовясь к противостоянию с тем, кем совсем недавно гордились…
- Разведка подтверждает, что система Рихата обитаема, - робко нарушил общее молчание дружинных техник из племени расен, пытливо взглянувший на витязей из-под козырька легкого шлема янтарными очами, - Судя по результатам дальнего сканирования, в той или иной мере обитаемо большинство планетарных тел, хотя наиболее яркий сигнал сканерам подает пятая по счету от солнца массивная суперземля с богатым набором астероидных колец.
- Хорошо, Окир, - кивнул ему Индра Грозный, - Продолжайте изучать систему. Нам нельзя ошибиться.
- Думаю, было бы не лишним дать команду дружине на подготовку к бою, - обратился к Индре Перун Разящий, - Детальное сканирование, как правило, занимает небольшое время. Нам надо использовать его с пользой, ибо наш враг умел и бесстрашен.
В ответ тот ограничился косым хмурым взглядом. Да, Карачун Трескунец трусом никогда не считался. Напротив, прослыл одним из самых опытных воев с длинным списком личных побед. А уж если говорить о том, как совершенствовалось и изменялась его ментальная сущность, то любой из его бывших побратимов помнил о том, каким образом к нему приклеился эпитет «Трескунец». Многие из потомков Великой Сваги, к коим относился и Карачун, пройдя значительный жизненный путь и познавая свойства собственного организма находили в своей сути определенные, и часто только им характерные умения. Так случилось, что Карачун обнаружил в себе умение аккумулировать энергию за счет усвоения ее из разных внешних источников, тем самым увеличивая свою живучесть в экстремальных условиях. Сопутствующим эффектом стало умение управлять окружающей средой, провоцируя неожиданные падения температуры. А уж ледяное воздействие его вжары стало характерным приемом для ближнего боя, дающим большое и часто смертельное преимущество.
- Последние данные дальней разведки подтверждают верность первичного анализа, - рядом с Индрой снова появился Окир, - Пятая планета превращена в крепость, способную выдержать серьезный натиск. Плотность вражеского гарнизона пока не ясна, так как, согласно имеющимся сведениям Карачун активно практикует криоморфные изменения для своих воев…
- …Которых набирает из захваченных, часто сильно изувеченных и израненных разумных организмов самых разных племен и биологии, - закончил за Окира Даждьбог Тархович, - То нам хорошо известно. Криометаморфы, полученные из таких существ, отличаются тусклой жизненной сигнатурой и абсолютно послушны своему хозяину. Биологическая версия думающего механизма, способная воевать, однако не жить и размножаться. Почти мертвец…
- Дядька Черно! – обратился себе за плечо Индра, - Дружина Прави готова?
- Готова, - в месте, куда адресовался поворот чела, выросла кряжистая фигура в полном боевом облачении и глухом каплеобразном шлеме с закрытым забралом, - Дружина Прави в ожидании команды. Все тридцать витязей.
- Тридцать три, - поправил Перун, также заканчивая облачение в боевую броню, - Вместе с нами, сварожичами, да самим Индрой. Пойдем одним сплоченным отрядом, и от врага останутся ошметки…
Во всеоружии.
Вайтмара десанта армады Небесной Рати.
- Всем приготовиться!!! – зычно произнес Индра Грозный, обратившись ко всей многоликости застывших рядов дружинного войска, - Мы на расстоянии подскока к пространству планетарной системы, где нас ожидает укрепившийся враг. Для того чтобы максимально эффективно осуществить атаку, я распределил силы наступления так, чтобы сперва смять рубежи охраняемых территорий второстепенного значения, имитируя охват неприятельских сил с целью планомерного уничтожения и создания плацдарма для атаки второй очереди. Эти силы должны обратить все внимание на себя, тогда как Небесная Рать и приданные ей силы, скрытно сгруппировавшись, нанесут главный и предельно концентрированный удар в том месте, где расположена основная цитадель…
Индра Грозный, несмотря на кажущуюся видимую жесткость своего характера, прослыл командиром очень трепетным по отношению к своим воям, каждого из которых хорошо знал и считал своей семьей. А потому, будучи уверен в каждом из них, всегда доносил до их разума замысел предстоящей битвы. Закаленные в битвах, дружинные отвечали ему полным доверием и бились под его началом так, словно каждый новый бой виделся последним. Сейчас, блистая сверкающей броней, они молча внимали каждому слову, доносившемуся до них с высоты парящей командирской гравиплатформы.
- …Братья мои, - Индра говорил проникновенно, однако, как бывалый воевода, старался не растягивать речь, - Мы с вами видели много недругов, однако таких видели мало, ибо предательство в наших рядах – явление редкое. А потому хочу предупредить, что вы можете встретиться в бою с теми, с кем некогда бились сообща, и кто затем изменил священным законам Ирийского Сада. Пусть жалость не коснется ваших сердец, а разящая длань останется тверда.
Небесную Рать Индра Грозный создал самолично, вложив в нее весь свой талант военачальника и стратега. А потому и дружинная армада, находившаяся под его командованием, по своему устроению довольно сильно отличалась от многих других боевых формирований космофлота, бившихся за интересы Ирийского Союза. К примеру, если достославный Вершень Световид, некогда снискавший громкую воинскую славу, предпочитал стремительные наскоки высокомобильными скоростными формированиями, то он и составлял боевые порядки из маневренных малых, но хорошо вооруженных виман для нанесения быстрого и сокрушительного удара, способного смести основные заградительные рубежи, оставив второму эшелону из вместительных вайтман и вайтмар, несущих основные силы тяжелой пехоты функцию по закреплению на захваченной территории. Индра Грозный же предпочитал унифицированное строение элементов боевых соединений, а потому определил для таких элементарных звеньев набор из вполне определенного количества виман, взаимодействующих с необходимым количеством вайтман и вайтмар. Каждое из таких звеньев флотилии управлялось опытными командирами, что позволяло легко координировать взаимодействие и маневрирование общего формирования.
«Моя воля, я бы не стал так расшаркиваться пред изменником, - ментальная сфера озвучилась недовольным ворчанием Перуна, - Мы относимся к нему, как полноценному врагу. Слишком почтительно для того, кому стоило бы задать показательную позорную порку».
«Карачун - есть полноценный и боеспособный враг, - возразил ему голос Индры, - Он воевал тогда, когда нас с тобой не существовало и в помине. Воевал и приносил победу в окровавленных дланях. А потому считаю верхом безумства делать показательные акции. По любым соображениям».
Перун, находившийся в первом ряду Небесной Рати, поднял смурной взгляд к парящей платформе и встретился со взором пронзительно темных очей воеводы. Потом увел глаза в сторону.
«Индра прав, брат, - вторил воеводе пси-голос Даждьбога Тарховича, - Как ни презирай измену, необходимо учитывать то, что Карачун Трескунец великий воин, а потому способен дать нам полноценный бой. Так зачем относиться к нему без должного почтения и безрассудно бросать в битву отборных воев, жертвуя их ценными жизнями?
Перун, усилием подавив свое недовольство, промолчал, обратив свои мысли на предстоящую битву. С некоторых пор у людей, приближенных к кругу Сварожьему стало замечаться некое недоверие к его поступкам. То ли из-за приступов боевого безумия, не всегда застигавших его в нужный момент и нередко мешающих принятию взвешенных решений, то ли ввиду некоторых соображений о природе этих безумных проявлений. Так или иначе, но стороннему наблюдателю при определенной степени внимательности было нетрудно сделать вывод о том, что после нескольких столетий заключения в силовой защитной капсуле разум наследника великого Сварога оказался ущерблен по неизвестной причине. Никто и никогда подобные выводы официально не озвучивал, однако они напрашивались сами по себе и влекли последствия в виде подспудной опаски.
«Ну что же, - подумал Перун, - Где-то они правы. Я сам знаю, что анабиоз в защитной капсуле был чем-то нарушен и темная паразитарная протосущность, преодолев многоуровневые барьеры, сумела проникнуть в меня и мое сознание. Гораздо более сложная задача определить природу этого вмешательства, чтобы найти способ противодействия. А пока этого не произошло, мне приходится каждый новый день бороться с темнотой внутри меня, чтобы не дать ей поработить разум».
Тяжелая длань в бронеперчатке легла на плечевое сочленение его защитного костюма, прервав нить тяжелых мыслей. Перун обернулся, встретившись с внимательным взглядом Даждьбога.
- Пора, - произнес тот, мотнув головой в сторону, - Дружинные корабли начали маневр с выходом на позицию атаки. Наша задача – всей Небесной Ратью ударить по рубежам цитадели Карачуна и разом взять ее под свой контроль. Пора отправляться на Баз. Скакуны заждались.
Базом ирийцы испокон называли обширный отсек для содержания транспортной живности боевого назначения, широко используемой для боев в космосе и на планетарной поверхности. Безусловно, что эта разнообразная живность, имеющая самую различную биологию и принципы устроения организма, изначально выводилась для военных целей и максимально усиливалась в возможностях как за счет наследственной инженерии, так и за счет укрепления различных функций, не говоря о сопутствующих свойствах броневой амуниции.
Шахта гравилифта вынесла их в широкий порт, проход из которого выходил в огромное сферическое помещение с разнонаправленной гравитацией. Поверхность этого громадного отсека напоминала соты из-за деления на отдельные боксы. В каждом таком боксе, на расстоянии казавшемся мелкой ячейкой, шевелились какие-то существа, казавшиеся почти букашками. Используя начальный импульс гравилифта, витязи Небесной Рати, один за другим выходили на точку нулевой гравитации, после чего получив индивидуальный векторный толчок от транспортного гравитрона, отправлялись по тщательно выверенной траектории к тем боксам, в которых их ожидали собственные скакуны. Пространство База и движение в нем, слегка напоминало парение в воздушной пустоте некой пещеры, слегка тревожимой редкими ветряными течениями, что сопутствовали деятельности транспортных гравитационных линий.
Обозначение «скакун», существовавшее на протяжении эпох, при более близком рассмотрении оказывалось размытым по своей сути, обозначая не конкретное животное, а некий класс существ, используемых для определенных военных целей. Отдельные подвиды скакунов умели выживать в атмосфере газовых гигантов, обеспечивать передвижение в водных средах и даже в озерах раскаленной лавы, обеспечивая необходимое содействие всаднику в выполнении боевой задачи. Кроме того, эти существа, как правило имели ряд степеней разумности, что при определенных навыках наездников, могло обеспечить чрезвычайно слаженную командную функциональность.
- Ха, брат, смотри, - прозвучал над ухом голос Даждьбога, - Буря терпеливо ждет тебя. Непохоже на него.
Взор у Даждьбога Тарховича остер так же как его Пламенный кладень, коим он виртуозно управлял в схватках. Перун кинул взор в указанном направлении и рассмотрел приближающийся отсек загона, в котором темнело нечто, кажущееся на расстоянии бесформенным. Это «нечто» - его боевой скакун Буря.
- Встретимся, - отрывисто выкрикнул ему в ухо Даждьбог, после чего слегка оттолкнулся, выверяя траекторию до своего загона. – Мой Орлик тоже истосковался без товарища.
Загон приближался, постепенно увеличиваясь в размерах и превращаясь в конюшенное помещение без крыши, но с высокими стенами, за которыми довлело видимое пространство огромной сферы База. Приближаясь, Перун привычно отметил нарастающее гравитационное притяжение и сгруппировался, чтобы встретить поверхность пола пружинистым приседом.
- Здрав будь, друже мой! – привычно поприветствовал сварожич своего скакуна, - Что ты тих? Не желаешь ли размять свои косточки?
Существо, расположившееся в самом углу просторного загона, пошевелилось и приподняло массивную турью голову с мощными острыми рогами. Затем застыло, очевидно, присматриваясь. Потом слегка потянулось, обозначив мощные хребтовые мышцы развитого тела.
- Здравствуй, сварожич, - голос его, хрипло басовитый, казалось, зарождался где-то глубоко внутри, - Какими судьбами? Или надобность какая?
Скакун Буря, как и многие существа, назначенные для дел воинских, создавался искусственно с применением изощренных методов скрещивания различных животворных начал для удовлетворения вящих потребностей воя. Важная роль отводилась тому, кому суждено биться рядом с великим воем в тесной связке. Поэтому учтя запросы наследного сварожича, Бурю создали скакуном могучим, наделив его рядом выдающихся особенностей. Существо имело стать и голову, сходную с турьими, однако общие размеры его тела с лихвой превышали пропорции этих животных. Впрочем, на том сходство с бычьей породой у него и заканчивалось, так как остальные внешние признаки совсем не вязались с представлениями о ней. Конечности Бури, как передние, так и задние, шестипалые и с изрядными острыми когтями, вполне могли принадлежать хищным драконовым, как и длинный хвост, толстый и покрытый шипами. Заканчивался хвост раздвоенным и чрезвычайно острым шипом, коим Буря, как показывали былые битвы, владел с виртуозностью. При первом беглом взгляде казалось, что скакун Перуна громоздок и неповоротлив, однако все, кто видал его в бою, сразу отмечали необыкновенную живость движений, которую обеспечивал комбинированный сложный скелет удлиненного торса, на мощной спине которого ко всему умещались сильные раскидистые крылья с жесткими иссиня-черными, отливающими сталью маховыми перьями.
- Какая у нас с тобой может быть надобность, кроме схватки с врагом? – широко улыбнулся Перун, шагнув к скакуну, - Поиграем удалью богатырской?
- Поиграем, - спокойно промолвил Буря, глянув на товарища влажным черным зраком из-под тяжелого века, - Только самый главный враг, сварожич, как правило, прячется где-то внутри.
Скакуны витязей, их верные товарищи, как правило, имели универсальный речевой аппарат и свободно изъяснялись со своими наездниками, что значительно облегчало слаженность товарищеской пары в бою. В наборе с речевым аппаратом, как само собой разумеющееся свойство, данное создателями таких существ, шел и разум, ибо слаженность напрямую зависела и от взаимопонимания. Учение древней Сваги, где широко использовались скакуны, заложило эти принципы в основу воинского братства задолго до образования Ирийского Союза и оттачивало их до сих пор, так и не найдя достойной замены функционалу подобного симбиоза. Разные вои предпочитали скакунов сообразно своему характеру и потенциалу, однако многие, из них, если не большинство, предпочитали себе в пару не только умственно, но и ментально развитых существ ввиду того, что от этого симбиотическая боевая пара только выигрывала.
- Друг мой, ты бурчишь, как старец, - еще шире улыбнулся Перун, - И зришь ты так же глубоко. Уж не стал ли Буря и вправду стариком? Коль так, то может, стоит мне подумать о новом скакуне? Боюсь рискнуть твоею дряхлостью в горячей схватке.
- Скакуны не дряхлеют, - прищур тяжелого зрака стал еще уже, - Ибо еще никто из них не смог дожить до сколь-нибудь глубокого возраста. Моя участь, как и многих до меня, почить в пылу боя.
Буря создавался не просто скакуном. Вернее сказать, не простым скакуном. Когда-то давным-давно в мудрую голову Сварога Огненного пришла идея наделить скакунов умственными способностями, сравнимыми размерами и мощью с разумом развитого существа. Идея, к слову сказать, новизной не отличалась. Такая же идея приходила в умы и других правителей, которые, безусловно, тоже практиковались в создании подобных единиц боевого разума. Так что, со временем, среди богатого видового разнообразия скакунов стала складываться некая иерархия, обусловленная не столько характеристиками внешнего облика, сколько критериями силы разумности. Как следствие, скакуны славных воителей и правителей народов зачастую обладали умственным потенциалом, не уступающим интеллекту самих правителей и отличались от хозяев только приоритетом безусловной подчиненности.
Буря также родился одним из представителей этого нового племени скакунов, коим было суждено оказаться как верными товарищами своим наездникам, так и советчиками во многих делах. Его умственные способности оказались настолько впечатляющими, что со временем развились в довольно сильную ментальность, достаточную для того, чтобы анализировать, понимать и осознавать достаточно сложные для понимания темы. А потому он знал очень многое о своем хозяине. В том числе много такого, о чем тот говорить бы не хотел.
- Я всегда готов к схватке, сварожич, - он пошевелился и встал на лапы, лениво потянувшись, - Тебе ли не знать, что в моей душе живет только желание битвы. Так изначально заложено теми, кто меня создал. И может быть так легче – не нужно жить в борьбе с самим собой, превозмогая мутные порывы темной примеси.
Перун задумчиво наблюдал за тем, как потягивается Буря, напрягая бугры мощной мускулатуры. Скакун жил достаточно долго, чтобы помнить его в детстве, в ту пору, когда молодой сварожич получил в свое распоряжение будущего боевого товарища, чтобы сладить с ним, сойтись норовом для лучшего взаимодействия в грядущем. Не его вина, что юный Перун, повинуясь порыву бездумной удали, без согласия Сварога – отца сорвался в необдуманную вылазку против похитителя Скипера – Зверя. Не его вина в том, что тогда наследный сварожич взял с собой другого скакуна – более покладистого Сивку, отличавшегося чудовищной силой, но уступавшего молодому Буре в силе разума. Получись бы по-иному и возьми он тогда в товарищи Бурю, может, не случилось бы им попасть в западню противника. С этой тайной мыслью Перун обратился к стоявшему поодаль кубу-хранилищу, чтобы достать из него боевую броню своего товарища.
«Не казни себя, друже, - пришло к нему из ментальности, - Не факт, что мое присутствие в том бою гарантировало бы тебе возможность избежать ловушки. Жаль Сивку, однако же, он отдал свою жизнь ровно так, как уготовила ему судьбина».
Перун промолчал, укладывая складку брони на мощный круп боевого товарища. Буря один из тех немногих, кто знал его до и после трехсотлетнего заточения. И один из тех, кто первым уловил в нем перемену в сути «эго». Ныне верному скакуну приходилось мириться с присутствием темной примеси в разуме сварожича, ибо никто из самых ведающих не мог и предположить, существует ли во вселенной способ исправить то, что сотворила злая сила.
«Сивка был верным другом, - собравшись с духом ответил товарищу Перун, приведя в действие механизм брони, отчего она пришла в движение, растекаясь по мощному телу скакуна подобием прочной чешуйчатой кожи, - Почти таким, как ты. Верным товарищем».
Буря смолчал, сделав вид, что занят борьбой с внутренним зудом, что неизбежно возникал при интегрировании синапсов. На самом деле ему нравилась такая оценка. Перун знал наверняка, что случись - Буря тоже положит свою жизнь, защищая товарища. Как и Сивка, который костьми лег около защитной капсулы с Перуном в злополучном подземелье.
- О, брат, ты еще не готов? – донесся вдруг до Перуна голос Даждьбога, - Поторопись. Пора выдвигаться к десантному шлюзу. Там уже собираются силы Небесной Рати.
Он поднял чело и увидел парящего над боксом брата на белом скакуне Орлике – боевом создании, сочетавшем признаки льва и орла, такого же мощного, как и Буря. Сейчас он парил в воздухе при помощи огромных крыльев, распластав их на всю ширь – очевидно, удачно поймал порыв воздушного потока.
- Сейчас, брат, - сдержанно кивнул Перун, потянувшись к элементам гравитронной двигательной системы, - Осталось немного.
- Догоняй, - задорно крикнул Даждьбог, махнул ему рукой, блеснувшей металлом на свету, после чего лихо унесся в сторону места сбора.
Перун махнул ему вслед и сосредоточенно принялся устанавливать грави-сопла на конечности и тело Бури. Это заняло всего минуту. Закончив, он осмотрел свою работу, убеждаясь, что сделал все верно и только после этого вскинулся сам на круп товарища.
- Вперед, друже, - коротко скомандовал он, - Пора и нам.
«О, да, - также кратко отозвалось ему сознание Бури, после чего они, слившись в единое существо, рванулись из загона в воздушное пространство корабельного База.
Атака.
Космическое пространство планетарной системы Рехата.
Массивный броневой створ шлюза, похожий на сплющенный панцирь гигантской черепахи, дрогнул и лениво уполз в сторону, распахнувшись прямо в космическое пространство, залитое пульсирующим сиянием мириад далеких звезд. На их фоне громоздилась большая, наполовину затененная ледяная планета, щедро наделенная десятком плотных астероидных поясов.
- По направлениям атаки!!! – пророкотал в эфире глас координатора – Вперед!!!
Боевой распорядок Небесной Рати стоял прямо перед шлюзом, ожидая отмашки своего направляющего. Стройные ряды воев, восседавших на скакунах, тускло блистали тяжелой броней. Индра Грозный, расположившийся на своем исполинском Единороге в центре этого построения, на фоне распахнувшейся звездной панорамы и сам показался былинным исполином, за которым должно идти витязям.
- Повторяю главную задачу! Наша цель – главная цитадель, - добавился в эфир его мощный голос, - Отряды огневой подготовки уже пробивают брешь на заградительных рубежах и затем сосредоточатся на подавлении огневой мощи стрелковых систем. Их возможностей хватит с лихвой, тогда как Небесная Рать ударит по самой цитадели, подавляя ее гарнизон…
Сидя на крупе своего скакуна, Перун вглядывался в космос через визионное устройство закрытого шлема. Пустота зачаровывала его. Раз за разом, на протяжении сотен лет. Если бы не боковой вид визора, показывающий длинный ряд застывших в ожидании фигур воев, он мог даже забыть, для чего находится в этом месте…
Его задумчивость оказалась прервана началом операции, ознаменовавшимся красочным зрелищем роя стрелковых модулей, тучей выброшенных из пусковых шахт в космос по обеим сторонам от шлюза. Рой, беззвучный в пустоте космоса, заклубился в нем единым организмом, трансформировался, приобретя веретенообразную поляризацию, и своим острием указал направление. Впереди этого веретена, вырвавшись из жерл всевозможных излучателей, полетел густой залп энергии различных видов, предназначенный для первого массированного удара по рубежам противника. Едва только этот атакующий тандем удалился, как повинуясь команде, все вои Небесной Дружины ринулись следом, на ходу разбиваясь на звенья и группируясь вокруг центра построения, на острие которого находились Индра Грозный, Перун Сварожич и Даждьбог Тархович. Увлеченный в это командное движение, наследный отпрыск Сварога Огненного невольно ощутил ритмику хорошо слаженного военного механизма.
- Вперед, брат! - переговорная система донесла лихой клич Даждьбога, в то время, как тот пронесся рядом, норовя вырваться из построения вперед, - Устроим старому другу Карачуну славную баньку!!!
Тем временем противник не дремал. Оборонные рубежи ледяной планеты хищно огрызнулись огнем плазменно-молекулярных излучателей, роем озлобленных ос устремившихся навстречу атакующим. Один из сгустков энергии скользнул совсем близко, угрожая Даждьбогу, однако его скакун, виртуозно манипулируя грави-соплами, легко изменил траекторию полета и уклонился. Этот маневр сопровождался зычным веселым хохотом наездника.
- Будь внимателен! - не сдержался от предостережения Перун, несмотря на свою видимую угрюмость, дороживший братом, - Не рискуй понапрасну.
Боевое построение приближалось к планете со стороны одного из полюсов, дабы оставалась возможность для максимального обзора астероидных зон, скрывавших где-то в своей круговерти анкилон цитадели Карачуна. Вектор атаки выглядел не лучшим, однако позволял в полной мере выявить бастионы орбитальных огневых станций для их дальнейшего подавления. Минус состоял в том, что нападающие также оказывались в полной видимости для встречного огня.
А встречный огонь все усиливался, превращаясь в плотный поток. Юркие легкие стрелковые модули, управляемые опытными операторами, пока без особых усилий избегали контакта с летящей в них разящей энергией, однако делать это становилось все сложнее. Сначала один, потом другой, а потом и больше, стали они ярко вспыхивать от попаданий, безмолвно детонируя в космическом молчании. Впрочем, сами устройства, ведомые силой мысли оператора, подойдя на достаточное расстояние, также открыли шквальный огонь из огневых установок, стараясь не столько поразить рубежи, сколько оттянуть внимание противника на себя.
«Маневр отвлечения, - сообразил Перун, когда рой модулей, продолжая сумасшедшую перепалку, разделился на две части и разошелся в стороны, уведя сектор интенсивного обстрела от наступающей Небесной Рати, - Самый шумный отвлекает внимание на себя.
Однако же, маневр вспомогательных сил не остался единственным. Что-то мелькнуло в стороне слабым отсветом, привлекая внимание витязей боевого строя. Еще один рой модулей, но явно другого вида, запущенный из какой-то сверхмощной установки, с большой скоростью обогнал боевой порядок Небесной рати и устремился к рубежам обороны противника, напоминая горсть блестящих шаров, брошенных в пустоту. Модули двигались в силу инерции первоначального импульса, и никаких энергетических сигнатур не выдавали, затрудняя противнику обнаружение, и в то же самое время, подбираясь к рубежам обороны планеты вплотную.
- Видал, брат? – подал голос Даждьбог, тоже заметивший движение, - Индра Грозный что-то задумал.
- Ничего особенного, - послышался вслед слегка ворчливый комментарий Индры, - Всего лишь мины двойного назначения. Простое средство для вышибания огневых узлов рубежа обороны.
Мины унеслись в сторону расположения противника, почти потерявшись для визуального отслеживания, однако приблизились достаточно для того, чтобы активировать свой механизм. Первая из них, оказавшись в зоне поражения, вдруг разрядилась мощным гравитационным импульсом, прочертившим огненно-синий след в направлении одного из ледяных астероидов, с поверхности которого велся плотный обстрел наступающих. Разряд ударил в астероид подобием гигантского молота, обратив его в фонтан смешанного каменно-ледяного крошева, вышибленного из плоскости астероидного кольца в перпендикулярном этой плоскости направлении.
- Красиво, - невольно прокомментировал Перун, наблюдая за происходящим.
- То ли еще будет, - многозначительно ответил Индра.
И в самом деле, один за другим, минные модули засверкали разрядами, находя и уничтожая свои цели. Расстреливаемые гравитационными пучками, астероидные кольца и спутники планеты содрогнулись от их мощи, разбрасывая осколки и пыль далеко в космос. Вид планеты теперь напоминал некую гипертрофированную мишень, методично расстреливаемую из такого же гипертрофированного ружья. Всего за несколько минут такого расстрела орбита планетарного тела стала напоминать мешанину космического мусора, движимую случайными силами и по случайным траекториям. Кульминацией стало срабатывание второго заряда мин, достигших орбиты планеты и плоскости астероидных полей. Мощные разрывы бомб «колебания мерности», находя заданные цели, щедро запятнали окрестности планеты яркими цветами адской энергии. Как следствие, прежний встречный поток вражеского огня неожиданно иссяк и почти сошел на нет.
- А вот теперь, мои витязи, наступила и наша очередь, - громогласно воскликнул в эфире Индра, - Сканеры с вероятностью до девяноста процентов определили местонахождение цитадели Карачуна Трескунца и передали точные координаты ее расположения, раздав их на ваши маршрутизаторы. Вперед, на штурм, братья!!!
В такт его кличу, визионное устройство шлема выдало глазу Перуна цифровое обозначение, после легкой заминки обработанное маршрутизатором в точку на трехмерной карте устройства. Наложив эту точку на вид ледяной планеты, сварожич без труда определил облачное утолщение в одном из колец, в котором прятался анкилон цитадели. Навигационное устройство, повинуясь команде, увеличило масштаб картинки, и Перун без труда смог определить искомое место. Словно услышав его мысли, из мешанины ледяной и каменной пыли, подобно рыбине, всплывающей из глубин, показалась часть летающего града, мигнувшая в его сторону пузырями обзорных помещений и строгими башнями непонятного назначения. Где-то, конечно, притаились и конструкции стрелковых башен, но это сейчас показалось неважным…
- Вперед!!! – вдруг вторил Перун кличу Индры Грозного с внезапным азартом и устремил своего скакуна вослед своим товарищам…
Глава 26. Лицом к лицу.
Планетарная система Рехата. Цитадель.
Несмотря на падение основных рубежей обороны, схватка на подступах к цитадели вышла ожесточенной. Пришлось повозиться, отбиваясь от густого роя летательных аппаратов, высыпавшегося из чрева орбитального анкилона навстречу атакующим. Уже на подступах к ближайшим фортам, Перуна Сварожича атаковала четверка каплевидных шакун ближнего действия. Они сосредоточились на броне Бури, едва не опалив одну из его лап, чем привели скакуна в полное неистовство. Могучее создание, ускорившись, в мановение ока настигло одну из летающих стрелковых установок и могучим рывком когтистых конечностей разодрало ее в клочки вместе с пилотировавшим ее нагом. Тем временам Перун, достал кладнем еще один аппарат, вспоров его наискось, дабы наверняка умертвить пилота. Таким образом открыв боевой счет, выполнив сложный кульбит, они настигли оставшуюся пару шакун, расправившись с ними с подобной же эффективной жестокостью.
- Чувствую присутствие, - вдруг подал голос Индра Грозный через систему голосовой связи, - Трескунец недалече. Следуйте за мной!
Перун метнулся взглядом, разыскивая могучего Единорога – скакуна Индры. И нашел его титаническое мускулистое тело с наездником уже у самого парящего града, куда оно устремилось подобием тяжкого снаряда.
- Вперед, брат! – нагнал его Даждьбог на блистающем серебристой броней Орлике, указывая дланью в сторону, - За воеводой!
Перун Сварожич припустил Бурю следом, нацелившись на большую пузыреобразную выпуклость какого-то большого помещения, далеко выпиравшего из плоскости наружной стены анкилона.
«Похоже на обзорный зал, - подсказал ему Буря, - Карачун должен находиться где-то там. И скорее всего, не один».
«Это даже хорошо, - ответил ему мысленно Перун, ощущая, как начинает накатывать темная волна боевого сумасшествия, готовая снова изменить его сознание, - Не придется сдерживать те порывы, которые так и рвутся наружу».
Буря, словно отзываясь его желанию, кратно увеличил свои усилия, набирая скорость хода и обгоняя витязей, пока не оказался на острие атакующего построения рядом с Единорогом Индры. По другую руку от Перуна вынесся Даждьбог на своем Орлике, ярко бликующем в свете энергетических всплесков серебристой броней.
- Стрелковым порядкам, - скомандовал Индра Грозный, попутно координируя вспомогательные силы – Огонь в точку прицела моего визора. Пли!
Они не успели приблизиться на расстояние эффективного ближнего боя, как силы стрелковой поддержки произвели сконцентрированный залп из всех орудий, сверкнувший мимо наблюдателей одним ярким всполохом. Выстрелы беззвучно вспороли бронированную обшивку помещения, выбросив в пустоту космоса тучу обломков вместе с остатками его внутренней атмосферы в виде легкой, быстро улетучившейся дымки, и оставили после себя темную зияющую дыру. Именно в нее, не сбавляя хода своих скакунов, и нырнули витязи, на ходу обнажая свое оружие.
Громадное помещение ожидаемо оказалось тусклым и сумрачным, однако и того скудного синеватого освещения, что превращало внутреннее пространство в подобие полумрака, оказалось достаточно, чтобы оглядеться без искусственной подсветки визорной системы. По крайней мере, Перуну хватило одного беглого взгляда, чтобы рассмотреть силы противника, приготовившиеся для отражения атаки. А их у Карачуна хватало. Око выхватило построения пехотных подразделений, тускло отблескивающих тяжелой броней с пассивными силовыми отражателями.
- Всем внимание! – успел он крикнуть в переговорное устройство, попутно отметив для себя наличие достаточной силы притяжения - Встречный огонь.
Эффект неожиданности сработал только для них троих, в то время как вои противника тут же открыли беспорядочную, но плотную стрельбу в сторону следующих за ними атакующих витязей, создав довольно сильный заслон. Силовое поле, включенное мобильными силами технической поддержки, вспыхнуло желтым пламенем, успев принять в себя львиную долю залпа неприятеля, однако часть энергетических пламенных зарядов все-же настигла свои цели, принеся первый ущерб. Перун зажмурился, услышав ментальный вопль раненных. Темная бесноватость, словно ожидавшая этого момента, нахлынула пеленой, оплеснув разум.
- Буря, вперед!!! – рыкнул он, направляя скакуна прямо в гущу вражеских воев, - Быстрее!!!
Краем доступного обзора сын Сварога заметил, что соратники в точности повторили его маневр, ринувшись на сближение с врагом. Хорошо!!! Его порыв не пропадет даром, передавшись оставшимся витязям.
Ожесточенно орудуя верным кладнем, Перун Сварожич подобно молнии врубился в сомкнутый строй противника, оставляя за собой в его порядках широкую кровавую просеку и внося сумятицу. Ошеломленные натиском, вои неприятеля открыли беспорядочную сходящуюся стрельбу, принося больше ущерба себе, чем атакующему. Однако то было временное замешательство, ибо уже спустя пару временных долей один из зарядов пришелся Буре прямо в бок, оставив на броне горелый вспученный шрам, а другой угодил в ногу Перуну, принеся ему пронзительную боль плазменного ожога. Скакун, видимо тоже ощутив болезненные ощущения, шарахнулся в сторону, сбив несколько нагов.
- Держись. Буря! – вскрикнул сварожич, выхватывая из ножен свой боевой топор, хранимый именно для таких близких схваток, и вскинул его над собой в громогласном боевом кличе.
Сознание не особенно запомнило, что происходило далее, ибо наступившая следом сеча потребовала всего воинского умения Перуна Сварожича. Вместе с витязями Небесной Рати, изо всех сил орудуя своим оружием, он прорубался сквозь ряды вражьего войска, направо и налево от себя сея смерть и разрушение, отсекая головы и конечности, одновременно защищаясь от летающих тварей, того и гляди норовящих вцепиться в него мерзкими жвалами. Броня его, уже изрядно иссеченная, осклизла от черной крови, обильно брызжущей на него со всех сторон. Впрочем, особой усталости он не ощущал, захваченный бешеным желанием отыскать того, с кем можно было бы схватиться на равных.
- Карачун!!! – этот клич он выкрикнул также в ментальности, дабы быть услышанным наверняка, - Выходи на бой честный!!! Крови твоей хочу!!!
- Ты ли хочешь? – прозвучало неожиданно рядом, - Или то, что засело в тебе? Я вижу темь внутри тебя, сварожич!
Перун яростно осадил Бурю, и повел взглядом вокруг себя, выискивая противника.
- Где ты, повелитель ледышек?!!! – выкрикнул он, хлестким ударом располовинив подвернувшегося под удар вражеского воя в тяжелой драконовой броне, - Покажись!!!
Леденяще студеный, удар вжары противника, неожиданно сильный и проникающий, пришелся в бок скакуна, поразив его и опрокинув навзничь. Перуна выбросило с его крупа, и, потеряв равновесие, он изо всех сил грянул оземь…
____________________
Индра и Даждьбог какое-то время держались в сече друг друга и одновременно, зная о воинском буйстве Перуна, старались не выпускать его из виду. В тот самый момент, когда того настиг коварный удар, они, было, оба ринулись к месту падения Бури. Однако сразу же на их пути возник новый враг.
- Не спеши, воин, - пред Даждьбогом выросла исполинская гуманоидная фигура воина в шлеме с тремя острыми рогами, расположенными на его навершии зачесанным гребнем.
- Ты кто такой? – сварожич хладнокровно и с вывертом поразил кладнем змеиную фигуру, в прыжке метнувшуюся к нему со стороны, выпустив наружу желтоватые внутренности, - И зачем тебе именно я?
Исполин вынул из заплечного крепления огромную палицу с навершием гравиотдачи и демонстративно взвалил ее на плечо, рассматривая воя в серебристой броне. Под ним не было скакуна, но он ему, судя по размерам, и не требовался. Хотя бы потому, что габаритами воин превосходил Даждьбога раза в четыре.
- Индра, - крикнул в сторону предводителя воинства сварожич, - Перуну нужна помощь!
Бросив на него понимающий взгляд, Индра Грозный двинулся, в указанную сторону, но неожиданно тоже столкнулся с грозным противником. Пред ним вырос силуэт громадного драконовидного существа, закованного в толстую, тускло отсвечивающую чешуйчатую броню.
- Остановись, создание, - провещал дракон низким рычащим басом, сопровождаемым характерным шипением голосовых связок, - Остановись и преклонись предо мной, ибо я есть гибель твоя.
- Гибель моя, как тебя называть?
С ходу оценив свои возможности, Индра понял, что Перуну придется разбираться со своим противником самому.
- Я Врат, - провещало драконовое создание и расправило огромные перепончатые крылья, очевидно для пущего впечатления.
- Просто Врат? – не удержался от колкости Индра Грозный, - Даже без добавочного устрашающего второго имени? Как-то не впечатлило. Особенно крылья в безвоздушном пространстве.
- С тебя будет достаточно одного, - Врат досадливо зашипел, однако крылья сложил.
А потом эта громадина, приведя в действие грави-двигательную систему, прыгнула, очевидно, намереваясь раздавить своего противника. Слишком медленно, если учитывать слегка пониженную силу притяжения анкилона. В запасе у Индры оказалось с лихвой времени для того, чтобы уйти с траектории его прыжка и, выждав паузу, от души пройтись кладнем прямо по перепончатому крылу. Дракон, ощутив боль пореза, издал приглушенный шипящий звук и скомкал приземление, шлепнувшись на металл искусственного пола громадным мешком.
- Ты-то хоть назовешься? – поинтересовался Даждьбог у своего противника, пока тот наблюдал за схваткой Индры с драконом, - Либо я могу тебя назвать сам. И не факт, что тебе это понравится.
- Зови меня Зим. Хотя, думаю, тебе ни к чему.
«Зим Студенец, - вспомнил Даждьбог Тархович, - Один из немногих уцелевших модифицированных рекомбинантных отпрысков Карачуна. Эксперимент скрещивания ирийских жизненных начал с прямой линией титанов. Раньше, говорят, у него даже была дружина из таких сынков.
Несмотря на кажущуюся неповоротливость, Зим оказался неожиданно проворен во внезапности атаки. Но сварожич в силу размеров и врожденной юркости все равно оказался проворнее, вместе со скакуном поднырнув под руку гиганта и взмахом кладня разрубив палицу на две части. Не достигнув успеха, Студенец тут же отпрыгнул в сторону и выхватил пару силовых секир ближнего боя.
«Учитывая его подвижность, схватка может затянуться, - подумал Даждьбог, активируя силовой щит на предплечье левой руки.
В этот раз он не стал затягивать время и напал сам, приняв на щит сдвоенный удар силовых секир, а затем рубанув туда, куда мог дотянуться – по щиколотке левой ноги Зима, оказавшейся в ближайшей по доступности зоне нападения. Орлик, угадывая замысел товарища, бросился по кратчайшему вектору. Броневая защита боевого костюма гиганта оказалась прикрыта силовым полем и вспыхнула ярко-синим отсветом, однако не сумела сдержать сконцентрированный удар кладня сына Сварога. Взвыв, Студенец отскочил в сторону, припав на раненную конечность.
Дракон тоже ускорился, взвившись над полем битвы и примериваясь к нападению. Индра Грозный в ожидании активировал силовой щит, отметив, что основная сеча отодвинулась в сторону, словно давая им место для поединка.
- Витязям Небесной Рати, - произнес он в переговорник, наблюдая за тем, как пикирует на него из-под самого разрушенного купола помещения громоздкая драконья туша, - Отрезать и локализовать силы противника. Здесь мы сами.
В этот момент налетел Врат, разогнавшись подобно снаряду, грозящему оглушить и размазать противника. Самоуверенность сыграла с ним злую шутку, ибо Индра ожидал его и, плавно сойдя с траектории, единым взмахом верного кладня, в который вложил концентрированную ментальность, располосовал огромную тушу дракона по всей его длине так, что лишь изуродованные части тела Врата достигли пола, грянувшись о него безжизненной массой.
- Помочь, сварожич? – обернулся в сторону Даждьбога Индра.
- Помоги Перуну, - отрывисто отозвался тот, в это самое время, увернувшись, от очередной атаки Зима Студенца и угостив его очередным ударом.
Индра обернулся в сторону, куда ввиду схватки еще не заглядывал, после чего довольно усмехнулся под лицевой броней глухого шлема.
- Похоже на то, что помощь ему не особо то и нужна, - высказался он, наблюдая за тем, как кружатся в танце ближнего боя две могучие фигуры в блистающей броне.
_____________________
Ошеломление от падения продолжалось недолго. Взбешенный, Перун Сварожич тут же вскочил на ноги, не обращая внимания на легкое головокружение. И тут же едва не пропустил новый удар ледяной вжары, грозивший прийтись ему в грудь, если бы не молодецкая реакция. Сварожич резко ушел с траектории колющего энергетического удара, так что та лишь скользнула вдоль бронированного бока. Ушел, и тут же метнул метательный силовой топорик в то место, откуда предполагал направление атаки противника. А затем уже смог рассмотреть своего противника более детально.
А зрелище впечатляло, ибо, несмотря на свой немалый возраст, Карачун Трескунец оставался весьма могучим бойцом. И сейчас, надвигаясь на Перуна на крупе своего скакуна, коим являлся длиннохвостый драконовидный змей с длинной шеей и удлиненной клювовидной пастью, он, кряжистый и широкоплечий, походил на неведомого смертельно опасного бога. Синего оттенка металлическая броня, надежно облегала могучие торсы этой боевой пары россыпью крупной чешуи.
- Вот ты где, хозяин ледяных червяков, - издевательски произнес Перун, тщетно борясь с волной темного безумия, поднимавшейся где-то внутри его существа, - А я уже устал тебя искать за чужими спинами.
Темная пелена начинала искажать его сознание, наползая на него подобием липкого тумана. В этот раз она была сильнее. Наверное, из-за падения. Борясь с темным воздействием, сварожич обострил свои чувства настолько, что сразу уловил движение в стороне. То был один из уцелевших воев Карачуна, явно не несший какой-то опасности. Однако не в тот момент, когда внутри Перуна пробудился сумрачный и кровожадный зверь. Повинуясь проснувшимся дремучим инстинктам, сварожич внезапно метнулся в сторону и движением кладня с неведомым наслаждением расчленил воя на несколько кровоточащих частей.
А затем обостренные инстинкты и вовсе заработали в полную силу. Продолжая начатое движение, Перун успел возвратиться к месту прежней позиции ровно в тот момент, чтобы появиться сбоку от Карачуна и легким движением своего оружия начисто снести бронированную голову его скакуна.
Поверженный столь неожиданным ударом, Карачун на обезглавленным змее-драконе свергся оземь и, потеряв равновесие, покатился по полу, сразу пропитавшемся едкой зеленовато-желтой кровью, что хлестнула фонтаном из обрубка шеи драконовидного создания.
- Не ушибся, предатель? – поинтересовался Перун, примериваясь к следующей атаке.
- Я себя предателем не считаю, дитя, - Карачун, щедро измаранный потеками крови, легко вскочил на ноги и тут же из-под выверта нанес мощный удар леденящей вжарой, - Я идеалов Ирия не предавал и бился в соответствии с кодексом собственной чести.
Заряд колющей энергии намеревался пронзить грудь Перуна насквозь, однако свой цели не достиг. Отпрыск Сварога, готовый к подобному выпаду, просто увернулся и вместо какой-либо защиты, нанес свой удар кладнем, целя по вжаре. Слишком сильным было оружие, чтобы игнорировать его опасность.
- Как же ты не предал нас, своих побратимов, если даже сейчас гибнут от рук твоих воев сыны ирийские? – он с удовлетворением проследил, как силовое лезвие его кладня срезало навершие, нарушив общий баланс оружия и, соответственно, сделав негодным, - Ты умертвлял слишком долго и слишком много. А их тени молят об отмщении из небытия.
Карачун с досадливым шипением выбросил испорченное оружие и потянулся за своим кладнем.
- Смотря как они гибнут, - пожал плечами Трескун, из-за чего чешуя его брони пришла в текучее движение, - Вою не зазорно погибнуть в поединке. То славная гибель. И неважно, асы они или дассы. А меня выставили изменником наших верований и традиций только благодаря проискам наших общих врагов. Будь я на их стороне…
Он не договорил, сделав ловкий выпад кладнем. Выпад столь искусный, что Перун отразил его с трудом.
- А то уже неважно, - возразил сын Сварога, - Достаточно того, что ты ныне не на нашей стороне, владыка ледяных задворков…
Они обменялись серией ударов, закружившись на небольшом пятачке, свободном от мертвых тел воев, все больше понимая, что силы их равны. Каждому оставалось надеяться на то, что противник допустит роковую для него ошибку, коей сможет воспользоваться другой.
- Вижу примесь в тебе темную, - вдруг произнес Карачун, не прерывая схватку, - Аура твоя нечиста. Каким образом, сварожич, случилось то?
- В себя загляни, допрежь к другим соваться, - вдруг обозлился Перун.
- Вот и злость твоя темна, - Карачун сокрушенно покачал головой, приняв тяжелый выпад кладня на свой силовой щит, - Как темно и будущее твое. Ибо тот, кто вложил эту тьму в тебя, постарался не зря. Ждет тебя много недоброго, дитя.
Перун слегка оторопел, после чего заставил себя встряхнуться и пойти в новую атаку, вложив в нее вдвое больше усилий и умения. Но цели не достиг. Трескунец даже не дрогнул от его натиска, стоя против него подобием скалы.
- Силен ты сварожич, - прозвучало в стороне от схватки, - Ан, я помогу тебе, чтобы не затягивать? А то задержался наш былой побратим к пращурам в гости. Карму свою очищать.
Заметив появление Индры, Карачун отбил новый выпад противника, вслед за чем контрприемом заставил Перуна отлететь на достаточное для передышки расстояние. Численный перевес плюс воинская выучка витязей Сварога более не оставляла ему шансов.
- Где брат мой? – обратился сын Сварога в сторону побратима.
- Бьется он, - коротко пояснил Индра, сделав шаг к поединщикам, - С Зимом Студенцом. Недолго уже. Верток Даждьбог, да ловок кладнем. Изранен Студенец, конец его силам приходит.
Владыка ледяного мира не проявил внешних эмоций при этих словах, хотя за его молчанием скрылась тревога и горечь предстоящей потери.
- Ну что, дед Карачун? – остановился Перун, - Предлагаю сдачу на милость победителя. Вместе с последним отпрыском. Не себя, так его сохранишь.
В ответ донесся тихий смешок.
- Наши пращуры не так нас воспитывали, чтобы сдаваться и унижать тем честь воинскую, - решительно поднял тот кладень, - И коль суждено нам с сыном моим сложить свои головы, то так тому и быть. Выпрашивать жизнь не по мне. Нападайте, и покончим с начатым.
Но прежде чем витязи Небесной Рати решили снова напасть, что-то незримо изменилось в окружающем пространстве. И не только. Это почувствовали все вои дружины. А потому, не зная, чего им ждать, невольно замерли на месте.
- Остановите бой! – прозвучал в эфире громовой голос, оглушительный даже в ментальной сфере, - Ибо не пристало нам по прихоти врагов уничтожать друг друга. Как владыка Чертога Медведя, я приказываю остановить сечу!
Перун поднял голову и увидел, как пролом внешней обшивки громадного помещения потемнел от приблизившегося к нему массивного тела. Пару мгновений – и в лучах проглянувшей холодной звезды заблестела золотистой обшивкой узнаваемая вайтмана Сварога Огненного.
- Отец, - произнес он, наблюдая за тем, как небесное летательное средство выплевывает из своего нутра, словно горсть блестящих горошин, вереницу транспортных модулей, - Зачем он здесь? Не понимаю.
Темная пелена воинского бешенства схлынула из сферы его разума, уступив место вопросительному ожиданию. Он не понимал, что происходит.
«Я не понимал тоже, - вдруг пришел ему ментальный родительский ответ, - Пока кое-кто, внушивший мне доверие, не раскрыл правду на происходящее и не прояснил планы наших врагов. А между тем, нам, отпрыскам великого Ирия, стоило бы больше доверять друг другу».
Группа малых транспортных модулей, пройдя сквозь пролом в пространство зала, приблизилась к месту замершего боя, после чего один из них завис над недавними поединщиками.
- Отец, - снова произнес Перун, как того требовал обычай преклонив колено при виде родителя, показавшегося из модуля на открытой гравитационной платформе в своей старой броне времен начала Войн Раздора, - Зачем?.. Мы…бы…сами…
Он застыл в замешательстве, явно уязвленный повелительным жестом длани, недвусмысленно призывающим его к молчанию.
- Обида наша взаимна, старый товарищ, - обратился Сварог Огненный в сторону застывшего глыбой Карачуна, - И не укорять тебя я сейчас намерен. Но узнав от доверенного человека об истинных истоках нашей вражды и непонимания, я поспешил сюда, боясь, как бы не опоздать…
Последние слова он произнес, открыв забрало шлема и взглянув на Карачуна сквозь прозрачное бронестекло.
- О чем речь, отче? – прозвучало чуть в стороне.
Оглянувшись, Перун заметил приближающегося Даждьбога. Увидев лик родителя, тот тоже поспешил поднять лицевую броню.
- Помолчи, сын, - не дал ему слова Сварог, - Ибо мы не ведали, что творили, пойдя на поводу у недругов.
Он снова обратился в сторону Карачуна, поза которого за это время не изменилась.
- Я скажу больше, чем хотел сказать изначально, - правитель чертога поднялся с ложемента во весь свой рост, - Мы с тобой виноваты оба, и будет кривдой сказать, что чья-то вина больше вины другого. Ты повелся на байку о неожиданных зверствах покоренных и вошедших с нами в союз даассов. Я же, как слепец, позволил уверить себя в том, что ты изменил Ирию вместе с нашим общим противником. Это и позволило дойти до открытого противостояния. Если я не прав, то готов выслушать все твои претензии прямо сейчас.
Безмолвная фигура Карачуна пошевелилась. Затем он вложил в ножны свой кладень и, также убрав лицевое забрало, шагнул Сварогу навстречу.
- Я верю тебе, - косматый седой лик старого воина показался несколько одичавшим и запущенным, - Ибо хорошо осознаю степень неправоты собственного проступка. И берусь судить только себя, так как каждый отвечает за свои поступки…и преступления. Я не боюсь гибели в бою… И был готов к ней. Кабы не твое появление, то я, не имея шанса на победу пред двумя твоими лучшими бойцами, уже лежал бездыханным на этом хладном полу. Твой же приход дал надежду на будущее и на то, что у меня появится возможность оправдать ныне отложенную смерть.
Карачун покорно опустился пред правителем чертога на одно колено, склонив пред ним чело.
- Встань, старый друг и побратим, - Сварог сошел с платформы и, подняв его, поставил с собой рядом, - Я готов забыть былое. Надеюсь, что ты тоже.
«Во дела! - только и успел подумать растерянный Перун, - А мы едва не искромсали друг друга».
Делать ему здесь более было нечего, ибо стало понятно, что события, начинавшиеся, как грозная сеча, закончились почти полюбовно. С этой мыслью Перун Сварожич, прозванный Разящим обратился в сторону от начинающегося братания, взглядом разыскивая того, чья судьба волновала его не меньше, чем своя собственная.
Бурю он нашел неподалеку. Непривычно тихий, тот лежал меж мертвыми телами воинов, уронив крупную голову, и казался меньше своего обычного размера, может из-за расслабленного спокойствия обычно напряженных мышц. Перун подошел ближе и склонился над ним, пытаясь разглядеть дыхание жизни. Затем, так и не разобравшись, наложил обе длани на тело товарища и с усилием развернул его, бережно уложив набок. Бронированная перчатка окрасилась в темно-багровый цвет крови. Сын Сварога приподнял когтистую конечность скакуна и увидел зияющее отверстие проникающего ранения ледяной вжары. Попав в могучий торс Бури, удар пронзил его насквозь, не оставив надежды на спасение. Осознав это, Перун Сварогович опустил окровавленную руку на остывающее тело и поник головой.
«Не печалься, друже, - вдруг пришел к нему слабый ускользающий ментальный образ голоса, - Это славная смерть для товарища такого славного витязя. Не печалься. Ибо моя карма изначально такова».
Сварожич промолчал, лишь задрожав дланью на грудной броне отходящего в навь друга. Потом потянулся к челу скакуна, открывая налобное забрало. Затем также открыл собственный лик, убрав лицевую защиту шлема и оставив закрытой только защитную стекломаску. Влажное воловье око Бури остановившимся взглядом глянуло на него сквозь прозрачное бронестекло.
«Не кручинься, - пришло напоследок, утихая, - И жди меня после моего перерождения. Жди. Молодого, сильного…и верного. Прощай…брат…»
Перун вздрогнул всем телом, когда чья-то рука мягко легла на его плечо. Обернувшись, увидел лик Даждьбога, участливым взглядом глядевшего на него сквозь бронестекло шлема с поднятым забралом.
- Отпусти его, брат, - произнес он, не снимая с плеча длани, - Быстрее вернется. Близких иногда приходится отпускать.
- Иногда приходится, - эхом подтвердил Перун, не двигаясь с места.
Даждьбог опустился на колени рядом и, протянув свободную руку, закрыл Буре опустевший зрак.
- Как твой противник? – поинтересовался наследный сварожич, попытавшись заполнить пустоту тишины, - Слышал, что этот отпрыск титановой крови не сумел оказать тебе достойного сопротивления?
- Отчего же, - Даждьбог поднялся с колен и потянул Перуна за руку, - Он достойно бился. Пойдем к отцу. Ждет.
- Пойдем, - согласился тот, вставая на ноги, - И все-таки, ты убил его?
- Нет, - мотнул головой брат, - Промедлил. А затем прозвучал призыв Сварога, и мне не пришлось делать то, чего я делать не хотел. Так что Зим Студенец скоро снова встанет подле своего родителя. И это хорошо.
- Хорошо, - согласно кивнул Перун Сварожич, - То к лучшему.
Конец первой книги.
Словарь основных понятий и слов:
Абигор Искусник (Искусный) – темная симбиотическая личность, заместившая разум Ящера Рапта после принудительного подселения подпространственного симбионта. Обладает могучей ментальностью и умом. Один из военачальников темных созданий Атта, ставший во главе армии одержимых.
Агень Сважий – один из представителей первого поколения правителей Триединого Союза народов Аори, Сваги и Титаниды, ведущих свою родословную от пращуров-основателей. Второй сын Рода Бело-Света и кровный брат наследного Вышеня Неистового (в более поздние времена возвышения – Просветленного). Имел большое потомство в виде многочисленных дочерей (история сохранила имена восьми) и трех сыновей, из которых в Войнах Раздора выжил только Сварог Огненный. Сыновья Правень Червленый и Явень Гораздый, также получившие по звездному чертогу для наследного управления, почили в Войнах Раздора.
Алконост Сладкоголосая – правительница племени разумных птицевидов-амфибий, способных свободно обитать как в атмосфере, так и в водной среде.
Анкилон – дальнейшее развитие концепции корабля – города разновидности «апура». Имеет вид хорошо защищенного космического города-крепости. Предназначен для размещения гарнизонов и резиденций. Не предназначен для атакующих действий.
Аори - одна из пришлых родственных гуманоидных сверхцивилизаций, прибывшая в пределы сектора в результате переселения и по причине гибели пространства в месте прежнего обитания. Вместе с народами Сваги и Титаниды составила Триединый Союз, который после Времени Раскола стал родоначальником территориальных образований Ирийского Союза и Империи Ориона.
Апура – гигантский космический корабль – город размером с небольшой планетоид или планету, предназначенный для перемещения целых народов в новые миры заселения в пределах пространства сектора или даже галактики. Обладает минимальным вооружением и защитой, ибо имеет предназначение для перемещения живых существ и их собственности в качестве мегагрузового судна. Как правило, перемещается в сопровождении боевых кораблей охранения.
Арахны (арахноиды) – цивилизационная общность разумных паукообразных существ, входящая в сложное общество территориального анклава Триады Антареса на правах второго по главенству племени. Особенностью данного сообщества является наличие общего сознания на ментальной основе.
Арды – один из ирийских народов, относящихся к группе старших племенных образований. Арды имеют славу храбрых и сильных воинов.
Асвина – гигантский корабль – город с полным набором наступательного и оборонительного вооружения. Как правило, размером превышает размер анкилона и используется для полноценного применения в космических ассах.
Аспид Черный - рекомбинантный драконозмей, выведенный Чернобогом Пекальным из жизненных начал Черного Змия. Обладает выдающимися показателями разумности и ментальности помимо большой физической мощи. Правитель Змиева Царства.
Аспиды – вид разумных существ, являющийся промежуточной формой между нагами и драконовыми. Относятся к общей группе драконовых видов. Народы аспидов также причисляются к древнейшим представителям коренных обитателей сектора и ранее были представлены несколькими родственными цивилизациями. Завоеваны и подчинены в процессе Войн Раздора и преобразованы в несколько царств, входящих в состав пояса Пекальных миров. Разумная особь аспидообразных, как правило, имеет сильно выраженные ментальные способности, а также способность к созданию векторно направленной гравитационной тяги, выраженную наиболее сильно среди драконовых. Боевая мощь развитого аспида сопоставима с мощью взрослого дракона.
Асса – большая битва, оставшаяся в истории и былинах.
Асы – общее название пришлых гуманоидных народов, составивших Триединый Союз.
Атт Вездесущий – одно из имен глобального разума подпространства.
Белобог Ясный – представитель первого поколения праирийцев, родившихся после прибытия переселенцев в данный сектор галактики. Правитель Священного Града Мировой Утицы – единственного Небесного (Парящего) Града, сохранившегося после окончания периода глобальных войн.
Белун Свентовит – один из важнейших деятелей Триединого Союза, уцелевший сын комбинантного брака Тарии Титаниды и Эриона Аора из поколения пращуров-основателей, воспитанный Родом Бело-Светом. Создатель Рубежного Ряда Небесных Градов, несколько эпох осуществлявших дозор и защиту внешних рубежей пределов Триединого Союза. Из его отпрысков уцелели Род Буслаевич и Велес Асилкович.
Бо – светлая сверхсущность, образовавшаяся вследствие эксперимента темных созданий Атта по синтезированию сверхличности, способной контролировать как темную, так и светлую составляющую пространства и выделившаяся из исходного образца после распада его на светлую и темную ипостась. Обладает сверхвозможностями, позволяющими ему кроить ткань бытия по своему желанию.
Борх – синтетико-органический разумный суперобъект, несущий в себе способности для перемещения в пространстве подобно космическим кораблям. Обладает способностью аккумулировать в себе энергию звезд для обеспечения собственной жизнедеятельности и использования в виде оружия при необходимости и по приказу того, кто им управляет. Прототип Борха захвачен армией одержимых на территории Змиева Царства, после чего принужден к служению темному разуму преисподней в качестве средства передвижения в космосе. Имеет приблизительно сферическую форму, внешне напоминая планетоид.
Боян-Сказитель – представитель поколения пращуров, обладающий даром создания ментальных групповых иллюзий, с помощью которых передает пласт сжатой информации.
Вайтмана – корабль среднего класса, способный к подпространственным перемещениям. Существует множество видов вайтман разной вооруженности и принадлежности. Помимо команды управления может нести в себе войсковое подразделение до четверти дружинной армии. Боевая вайтмана имеет на борту от одной до десяти эскадрилий виман.
Вайтмара – корабль старшего класса, варьирующий по размерам и уступающий лишь кораблям-городам. Способна к подпространственным перемещениям. Как правило, используется больше для перемещения живой силы армий и боевых устройств и механизмов. На борту имеет от полусотни эскадрилий боевых виман.
Варуна Мудрый – правитель Чертога Ворона, объединяющего в себе значительную часть союзных Ирию дасских территорий. Биологически представляет из себя большую псевдоптицу. Мастер визуальных преображений.
Ведун – разновидность знича.
Велес Асилкович – правитель Чертога Волка и прославленный военачальник времен Войн Раздора. Выделяется среди воинов богатырским сложением и большой физической силой. Сводный брат Рода Буслаевича. После захвата в плен Скипером-Зверем личность Велеса изменена темной сущностью Атта.
Велиал – ди-а-мон – инициатор возвращения темных созданий Атта в галактический сектор, сумевший вселиться в разум клона арахноида. Позже, в результате эксперимента по синтезированию стабильных образцов энергофизических существ, обрел собственное тело и стал одним из приближенных в свите Ди-а-вола.
Великий Путь Исхода – пространственный излом, способный служить путем для перемещения из одного галактического сектора в другой.
Вершень Световид – военачальник Ирийского Союза во времена Войн Раздора, прославленный воин и побратим Сварога Огненного. При помощи Сварога признан первым правителем Чертога Лисы, образованного путем присоединения к мирам Ледомирья части территорий распавшегося Царства Черного Змия. Супруг Ноцены Лунной, приемный родитель Мораны Белоликой и отец Лады-Славы Прекрасной, Живы Дивной, Деваны Ловкой Остроокой, Весты Чудной и Гасты Твердой.
Верховная Мать – ненаследуемый и выборный сан правителя агломерата птичьих, птицевидовых и птицелюдных миров, предполагающий обет безбрачия и дающий права наряду с правами правителей чертогов.
Вжара – разного рода конструкции и приспособления для создания и преобразования ментальной силы в различные формы психофизического воздействия (кладни, силовые лезвия и т.п.).
Вид Благослав – реинкарнация Бояна – Сказителя. Прославился как воин и сказитель.
Вимана – класс малых и сверхмалых судов воздушного и космического назначения. Предназначены для ближнего боя, маневренны и способны двигаться по самым изломанным траекториям. Сверхмалые виманы не способны к подпространственному перемещению.
Вий Дремучий – один из наследных рекомбинантных отпрысков Чернобога Пекального старшего поколения с большой долей наследственности правителя Империи Ориона. Обладатель уникальной ментальной силы, позволяющей формировать психофизическое воздействие на противника без использования вжары. Сильный военачальник, показавший свою эффективность в Войнах Раздора, правитель Виева Царства (Срединное царство Империи Ориона), входящего в пояс Пекальных миров. Внешность комбинирована, приблизительно гоминидного типа с рядом отклонений в сторону рекомбинантных начал. Физические возможности гипертрофированы по сравнению со среднеирийскими показателями.
Витул Дерзкий – один из немногих уцелевших отпрысков Вышеня Неистового (Просветленного), впоследствии устранивший всех оставшихся претендентов на наследный трон. Прославил себя как военачальника в Войнах Раздора. Помимо активного противостояния образовавшемуся Ирийскому Союзу, завершил начатый Вышенем процесс завоевания дасских территорий, окончательно разбив остатки древних коренных цивилизаций и присоединив их основную часть к составу образованной им Империи Ориона, в которой он стал единовластным правителем Пекальных царств под именем Чернобога Пекального.
Влада Морская - правительница возрожденных из древних образцов жизненных начал народов рус-алов, обитающих на группе водных миров нескольких соседствующих звездных скоплений, объединенных названием Пучина Ок-Ия. Тайная супруга Рамхата Справедливого.
Власты – народ архидревности сектора, пошедший по пути темного развития и создавший в секторе темную империю под властью разума преисподней. Сведения о биологии и свойствах данных разумных организмах почти утеряны. Власты и их империя уничтожены в результате глобальной войны задолго до описываемых времен.
Войны Раздора – период истории проирийских народов, ведущийся с момента развала Триединого Союза на Союз Ирийского Сада и Империю Ориона, трактующих разные политические позиции, что привело к череде военных конфликтов между этими территориальными образованиями, продолжавшихся на протяжении многих тысячелетий и обобщенных в эпоху Войн Раздора.
Вой – воин, боец, витязь.
Волкоподы – общее название группы разумных волкоподобных и собакоподобных разумных существ. Образуют стайные цивилизационные структуры, не имеющие аналогов у иных видов разумных существ. Характеризуются, как эффективные и стойкие воины.
Волх Змиевич (Огненный) – один из младших отпрысков Чернобога Пекального, рожденный естественным путем. Молодой воин и молодой правитель, которому в правление отдан Пещерный Мир Зидана, в котором усилиями Империи Ориона образован технический исследовательский центр. Не принимая политики правителя империи, вступил в союз с Мораной Белоликой, с ее подачи взяв в правление миры волкоподов и разорвав отношения с пекальными мирами.
Враны – разновидность птицевидов.
Время и общепринятые меры его измерения от наименьшей – миг, мгновение, часть, доля, полчаса, час, сутки, месяц, год (лето), круголет, век, тысячелетие, эпоха, коло.
Вышень Неистовый (Просветленный) – старший наследный отпрыск Рода Бело-Света, одного из влиятельнейших правителей Тройственного Союза. В первый период своего жизненного пути отличался воинственным характером и считал народы Тройственного Союза исключительными и имеющими преоритетное право на территории сектора. В результате интриг и тайной подрывной деятельности, спровоцировал крупный военный конфликт, приведший к распаду Тройственного Союза на несколько независимых друг от друга образований и началу продолжительного периода Войн Раздора. Во втором периоде своей жизни Вышень Неистовый прошел путь осознания своих ошибок и стал на путь совершенствования разумной сущности, в результате оставив идею тотального завоевания и возвысившись над текущей мерностью. Перед уходом в иные мерные пределы Вышень противопоставил себя деятельности своего отпрыска Витула Дерзкого, продолжившего завоевательную экспансию и в противовес ему создал сообщество территорий Ирийского Сада, преобразовавшееся впоследствии в Ирийский Союз и устроенное на принципах светлого учения саморазвития сущности.
Гамаюн Вещая – предводительница племени сухопутных разумных птицевидов, обитающих на поверхности планет. Также эта разновидность разумных птицевидов, способна длительное время находиться в открытом космосе. Представители племени Гамаюн Вещей отличаются могучим разумом и ментальностью.
Глобальный разум вселенной – складывается из разумных составляющих галактических структур.
Глобальный разум галактики – сверхразумная структура, обусловленная наличием разумности в своих границах и складывающаяся из содержания разумности. Чем сильнее развитие разумных форм, населяющих галактику, тем сильнее глобальный ее разум.
Гмуры – рекомбинантный народ, целенаправленно выведенный для осуществления слежки и шпионской деятельности. Представители народа почти лишены ментальности и имеют усредненный разум, предназначенный для послушания. Имеют сильно пониженный болевой порог. Из плюсов имеют способность для создания направленного поля визуальных наваждений, позволяющий маскироваться в пространстве от любых существ.
Горын Виевич – рекомбинантный дракон-отпрыск Вия Дремучего и властитель Верхнего царства Империи Ориона. Обладает выдающимися боевыми и ментальными качествами.
Гравикомпенсационные системы – комплекс устройств-движителей, генерирующих направленный гравитационный импульс. Используются для движения в невесомости, в космосе, на поверхностях миров для прыжков и прочих маневров.
Гравипулы – ручное стрелковое оружие пехотинцев, основанное на стрельбе пулями и снарядами при использовании векторной гравитации.
Гравитроны – большой класс оружейных систем, основанных на использовании направленной векторной гравитации большой силы.
Дассы – общее название коренных народов цивилизаций сектора, обитавших в пределах галактического сектора до прибытия асов.
Даботан – планетарный макрообъект искусственного происхождения, несущий функцию центра системы древней портальной связи между разоренными и брошенными мирами, в незапамятные времена входившими в состав империи слуг Атта. В описываемые времена частично функционирует. Располагается в границах влияния сложной звездной системы Локо-Моро и довлеет над ней в виде главной структуры.
Даждьбог Тархович – второй наследный сын Сварога Огненного, созданный им из своих жизненных начал и наследственности правительницы рус-алов Роси, рожденный Матерью-Сырой-Землей. Великий воин и правитель Чертога Роси.
Двоедушник – биологическое создание, в котором к могучему телу с малоразвитым или ущербленным разумом подсаживается развитый разум-симбионт. Собственный разум, как правило, подавляется, существуя в виде рудимента и запасного сознания.
Ди-а-мон – темная сверхсущность с развитым разумом, уступающим только Ди-а-волу и способная руководить низшими созданиями по его воле.
Ди-а-вол – темная сверхсущность, способная главенствовать над иными темными созданиями Атта.
Драконовые – общее название древних коренных народов сектора, населяющих обширные территории, вошедшие в состав владений Империи Ориона по итогам Войн Раздора. Являются наиболее развитой и мощной разумной формой разумных змееподобных существ. Древние цивилизации драконовых завоеваны и подчинены Чернобогом Пекальным. Драконовые стали верными последователями идей Чернобога Пекального и его преданными вассалами. К общей подгруппе драконовых относятся собственно драконы, аспиды и наги.
Драконы – основной вид разумных драконовых, представленный видовым разнообразием хищных особей с защитной броне-чешуей массивного тела с могучими конечностями. Видовое разнообразие особей предполагает наличие крыльев с чешуйчатым оперением, либо кожистой поверхностью, наличие массивного хвоста, зачастую используемого в бою в качестве ударного приспособления, удлиненную пасть с набором острых зубов, предназначенных рвать добычу (у отдельных разновидностей острые зубы пасти комбинированы с массивным псевдоклювом). Подавляющее число особей народов драконов имеют развитую ментальную составляющую, а также иные способности организма (например, умение создавать направленные векторы гравитационной тяги), позволяющие доминировать над другими формами.
Дракх – легкий маневренный корабль для абордажных атак.
Дый Рассудительный – кровный отпрыск Чернобога Пекального из старшего поколения отпрысков. Несмотря на воспитание в темных традициях пекальных царств, довольно нейтрален по отношению к представителям Ирийского Союза. Участвовал в составе пекальных войск в Войнах Раздора, однако проявил себя не великим воем, а великим управленцем. Обладает средними показателями ментальной силы, но более силен стратегическим мышлением. Поставлен правителем Царства Темных Дол – образования из десятка звездных систем, в которых распространены миры с преобладанием темных гористых лесов, впоследствии объединенных портальной системой Темных Дол. Ввиду нейтрального статуса Дый Рассудительный впоследствии вошел в совет ирийских чертогов и связал себя родственными узами со многими правящими династиями.
Земун Плодородная - вассальная Империи Ориона правительница Альянса Тельца. Народ разумных тельцов представляет собой сообщество гоминидоподобных созданий с примесью иных народов, что обусловило комбинированную внешность индивидов, обретших массивный мощный скелет с могучей мускулатурой и черепную коробку с навершием из парных рогов. Помимо политической деятельности, тяготеющей к Империи Ориона, Земун известна свободными нравами и сексуальной распущенностью, что позволило ей экспериментировать в спаривании с представителями иных видов, рас и народов, а также широко использовать собственные жизненные начала в рекомбинантных опытах с наследственностью.
Змиево Царство – вассальное царство Империи Ориона, управляемое Аспидом Черным. Включает в себя звездные территории, населенные народами драконов, аспидов и нагов. Образовано после развала Великого Царства Черного Змия путем частичного деления изначальных территорий между Скипером-Зверем и Аспидом Черным после гибели правителя Черного Змия в одной из асс Войн Раздора.
Знич – общее название ученого.
Золотой Птенец – автоматический сверхаппарат для создания колоний на новых территориях из стандартных быстро развёртываемых комплексов замкнутого биологического цикла и заселения их общностью индивидуумов, выращенных искусственным путем. Использовался, как крайнее средство для сохранения наследия истребленных народов путем взращивания искусственно полученного потомства. Второе назначение аппарата – создание условий для формирования планетарных биоценозов с заданными характеристиками.
Империя Ориона – общность звездных территорий, состоящая из отдельных территорий – царств, входящих в единый конгломерат при верховном правителе-императоре Чернобоге Пекальном (Витул Дерзкий). Политически противопоставлена Ирийскому Союзу.
Индра Грозный – рекомбинант, созданный Сварогом Огненным путем использования комбинации наследственных данных ирийцев с жизненным началом Чернобога Пекального, рождённый из Мать-Сырой-Земли. Имеет смуглый лик и выдающиеся данные разума, позволившие ему стать одним из самых выдающихся военачальников Ирийского Союза и предводителем Небесной Рати – объединенного войска из лучших воинов ирийских чертогов.
Ирийское Древо – суть общность цивилизационных образований асов, включающая в себя наследие Триединого Союза и все системные территории наследников Аори, Сваги и Титаниды.
Ирийский Сад – общность звездных территорий, живущая по принципам светлого учения саморазвития духа. Включает в себя как цивилизационные образования асов, так и цивилизации дассов, принявшие этот путь развития.
Ирийский Союз – результат развития общности Ирийского Сада, выразившийся в образовании территориальных чертогов и агломераций под единым началом верховных правителей.
Ирийцы – суть общность гуманоидных народов и племен, образованных при ассимиляции пришлых цивилизаций Аори, Великой Сваги и Титаниды.
Карачун Трескунец – представитель первого поколения протоирийцев, прибывших в галактический сектор с кораблями переселенцев Аори и Великой Сваги, ставший великим воином и полководцем. Как воевода дружины Сварога Огненного прошел весь период Дасских Войн и Войн Раздора, отличившись особенной ненавистью к представителям негуманоидных народов сектора. На пути саморазвития обрел способность к психофизической аккумуляции окружающей энергии, которую мог использовать в боевых целях. Процесс сопровождается охлаждением пространства и созданием так называемого «ледяного лезвия энергии». По окончанию Войн Раздора управлял родными мирами, не желая участвовать в политике сектора. После спланированной провокации со стороны главы Империи Ориона, желавшего получить Карачуна Трескунца в свои союзники, был выставлен преступником в глазах ирийского сообщества. Однако усилиями Мораны Белоликой, сумевшей вовремя вмешаться в события, старания Чернобога Пекального были раскрыты перед правителями Ирийского Союза. Для решения ситуации Морана Белоликая инсценировала гибель Карачуна в глазах заинтересованных лиц, дав ему новую личность под именем Мороза Лютича и новые возможности для участия в глобальной политике сектора.
Кзаны – одна из групп древних дасских народов, характеризующихся протогоминидным строением, большой физической силой и особенным строением черепа, в котором полушария мозга располагаются в разных коробках, переходящих в роговые ответвления (и, зачастую, в рога). Нижние конечности имеют, в основном, обратноколенчатое строение и оканчиваются массивными псевдокопытами со скрытой когтеобразной структурой. Давние сторонники пекальных сил.
Коловерша (коргоруша) – биологический и видовой родственник разумных паскатов. Рекомбинантный вид небольших размеров отдельной особи, предполагающий переходную, псевдогоминидную структуру скелета и выраженную ментальную составляющую при развитом разуме, что обусловило востребованность представителей вида в качестве компаньонов и вспомогательных сил.
Кош Хладный – представитель младшего поколения отпрысков Чернобога Пекального, относимый к числу наиболее близких к родителю за счет рождения естественным путем с минимальным использованием рекомбинантных вмешательств. Считается приоритетным наследником родителя. Привлечен Чернобогом к изучению свойств темной энергии подпространства, в чем преуспел. За счет взаимодействия со структурами темной энергетики, биология существа, равно как и духовная структура Коша претерпели значительные изменения, значительно увеличив его силовые возможности и потенциал. В описываемый период поставлен Чернобогом Пекальным для управления массивом Ярых Миров, ранее управлявшимся слугой правителя империи Ориона – Скипером-Зверем, что спровоцировало конфликт между ними. Кош Хладный инициировал раздел территорий на собственно Ярые миры, которые отдал под управление Скипера-Зверя, и Мертвое царство, которое взял под свое управление. Владеет разрушенной сложной звездной системой Локо-Моро (Лукоморье).
Крионы – протоцивилизация ледяных миров, представленная могучими существами, чей биоценоз предполагает существование при сверхнизких температурах. Особь криона представлена монстрообразным хищным существом с восемью функциональными конечностями, покрытым густым бело-синеватым мехом Особи вида обладают чудовищной силой, лишены возможности голосового общения, целиком заменив его ментальным.
Круголет – временной период продолжительностью 16 стандартных лет.
Крышень Могучий (Светонос) – правитель Чертога Тура.
Ледомирье – звездный конгломерат систем с неблагоприятными условиями для развития полноценного биоценоза. Обжит на уровне изолированных промышленно-добывающих колоний с населением преимущественно ирийского происхождения. Входит в состав Чертога Лисы. Является промышленно развитым образованием, имеющим важное значение для экономики чертогов.
Летяга – пилот летательных аппаратов.
Лихо Диевич Одноокий - рекомбинантное существо, порожденное Скипером-Зверем в результате одного из опытов с наследственностью. Уникальное разумное существо, наделенное большой ментальной силой и сильным разумом. Несмотря на общую ущербность биологической конструкции, предполагающей слабое псевдогоминидное тело, не способное к размножению, стал одним из выдающихся военачальников Империи Ориона.
Локо-Моро – обширная древняя звездная система сложного устроения и приблизительно свастичной формы, в незапамятные эпохи служившая центром сверхцивилизации сектора, образованной неким загадочным народом, условно называемым слугами Атта, сумевшим войти в симбиоз с темной ипостасью пространства, называемой подпространством или преисподней. Разрушена и заброшена задолго до прихода ирийского переселения. Планета Даботан – искусственный макрообъект, созданный данной ушедшей цивилизацией как центр портального сообщения. Также заброшена и пустынна, однако часть сохранившейся портальной системы еще функционирует, обеспечивая доступ к части заброшенных миров. Миры системы реанимированы Скипером-Зверем по приказу Чернобога Пекального. После отданы во владение Коша Хладного и преобразованы в составе Мертвого царства. Название Локо-Моро впоследствии преобразовано в Лукоморье.
Макошь Чудоокая – представительница наследственной линии Агеня Сважьего, обращенной в цивилизацию разумных птицевидов, рано лишившаяся родителей и воспитанная дядей - Сварогом Огненным. Сопутствующая наследная линия ведется от правителей агломерации разумных птиц и птицевидов, поэтому, Макошь одновременно является законной наследницей, и правительницей Чертога Лебедя, к коему приданы сопутствующие территориальные образования разумных птиц. Наследуя традиции птицевидов, была избрана Верховной Матерью, из-за чего приняла обет безбрачия. Близко и доверительно общалась с Родом Буслаевичем, а также с Сварогом Огненным, приходящимся ей кровным родственником. Жизненные начала Макоши были заложены в собрание образцов Алатырь-Камня и использованы в более поздние периоды.
Майя Златогорка – дочь Святогора Славена, одного из правителей Титаниды, первая жена Даждьбога Тарховича, правителя Чертога Роси.
Матерь Сва – предводительница пранарода разумных птиц, от которого пошло их видовое разнообразие. Она привела свой народ к содружеству и симбиозу с народами Аори и Сваги, вследствие чего племена птицевидов стали неотъемлемой частью Триединого Союза, а затем и Ирийского Сада.
Мать-Сыра-Земля – модифицированная суперматка для вынашивания детей-рекомбинантов с заданными способностями. Имеется в пользовании каждого ирийского чертога для использования в процессе целенаправленного улучшения биологических организмов.
Ментальность (пси-способности) – способность мысленного общения, психокинеза и создания психофизического воздействия разного рода. Позволяет сканировать чужой разум, управлять чужим разумом. Подавлять чужой разум.
Мертвое Царство – владения и звездные территории, отошедшие под управление Коша Хладного после негласного разделения территорий Ярых миров.
Мертвый меч – оружие ближнего боя Коша Хладного, сочетающего и совмещающего в себе качества вжары и оружия с накачкой темной энергии.
Меч Мортон – силовое лезвие с накачкой из темной энергии, созданный Кошем Хладным для Чернобога Пекального.
Мира Радонейская – супруга Белобога Ясного, правителя Священного Града Мировой Утицы.
Морана Белоликая – наследная правительница Чертога Лисы после гибели первого правителя чертога – Вершеня Световида, которому она являлась приемной дочерью. Как рекомбинантное существо создана Чернобогом Пекальным с использованием наследственных начал представителей ирийской цивилизации в комбинации с началами разумных нагов.
Мороз Лютич – новое имя Карачуна Трескунца после официального извещения о его гибели. Под этим именем он стал правителем новых территорий, в состав которых вошли миры звездной системы Пи-Окка с обитающей там протоцивилизацией потерявших правителя крионов и союзником Мораны Белоликой.
Мушенгет – общее название дворцов правящих династий дассов.
Наказ Твердый – легендарный правитель працивилизации Великой Сваги, при котором было принято решение о великом переселении в другой сектор галактики из-за пространственных катаклизмов родоначальных миров. Совместно с правителями працивилизации Аори организовал переселение по открытому им Пути в галактический сектор, где затем образовалась протоирийская сверхцивилизация праотцов. Стал родоначальником многих правящих линий Союза Ирийского Сада и Империи Ориона. Родитель Триглава Вещего и прародитель Рода Бело-Света.
Наги – видовое разнообразие разумных змееобразных существ, образованных в ряд близкородственных цивилизаций. Принадлежат к общей группе драконовых. Издавна обитали на доступных территориях галактического сектора, однако с появлением в секторе гуманоидных завоевателей территории те были неоднократно завоеваны и в конце концов преобразованы в несколько системных агломератов, носящих общее название «нажьих царств». Как правило, ментальные способности нагов редко превышают средних параметров. Кроме того, способность нагов к созданию направленной векторной гравитационной тяги выражена гораздо слабее, чем у аспидов и драконов.
Небесные (Парящие) Грады – система космических мегагородов, совмещающих функции цивилизационных центров с узлами скоординированной космической обороны Триединого Союза, образованного пращурами ирийцев. Располагались в разных точках космического пространства, ориентируясь на необходимость присутствия. При создании таких градов использовался большой объем специфических и зачастую затем утерянных потомками знаний и технологий.
Ноцена Лунная – представительница одного из наследных родов Чертога Лебедя из народа свентовитов, выданная замуж за Вершеня Световида, правителя Чертога Лисы и ставшая его верной спутницей. От брака рождены пять дочерей, большинство из которых оставили большой след в истории галактического сектора. Погибла вместе с супругом и дочерью Гастой Твердой от рук Скипера-Зверя.
Нуад Молчаливый – рекомбинантное симбиотическое существо, названное рэккеном, созданное Чернобогом Пекальным из жизненных начал крионов – существ, чей биологический цикл требует сверхнизких температур, и наследственности гоминидов ирийского начала, положивший начало разделению сообщества крионов на два народа. Народ рэккенов, созданный вслед за Нуадом Молчаливым, стал доминантом в сложенном владыкой империи обществе крионов, подавляя исходную форму и проявляя более сильные показатели разумности и ментальности. Особи обоих народов не способны к голосовой передаче информации, заменив его только ментальным общением. Нуад Молчаливый, исполняя обязанности одного из личных телохранителей Чернобога Пекального, одновременно управлял сообществом крионов до момента своей гибели от руки Мораны Белоликой.
Огневик (Огненный помощник) – дракон правитель мира Агни-Орса и звездной системы Факел-тау, входящей в территории Змиева Царства и подчиненной ее правителю Аспиду Черному. Мир является одним из ведущих центров разработки технологий для Империи Ориона. Под его руководством разработан прототип Борха.
Параскея-Змея (Параскея Змиевна) – одно из рекомбинантных созданий Чернобога Пекального, в котором при помощи Земун Плодородной он постарался совместить жизненную основу гоминидов с наследственностью нагов и возлагал большие надежды на это существо, сделав правительницей искусственно созданного народа наргалов. После того как выяснилось, что Параскея не обладает полным набором свойств и качеств, необходимых для эффективного управления данным ей народом, а также не способна к естественному деторождению, владыка империи в ней разочаровался, отдав пальму первенства Моране Белоликой.
Паскаты – разнообразные псевдокошачьи разумные виды. Характеризуются наличием усредненных ментальных способностей и разумностью, достаточной для организации цивилизации. Зарекомендовали себя эффективными воинами.
Паук А-Нут – представитель вида арахноидов, входящих в состав Триады Антареса. Инициировал процесс проникновения разума преисподней в светлое пространство.
Перстень Клюворез – одна из двух вжар Мораны Белоликой, созданная из отрубленного Скипером-Зверем наконечника кладня-вжары убитого им Вершеня Световида, использованного затем для создания массивного перстня с клювовидным навершием.
Перун Разящий Сварожич – наследный сын Сварога Огненного, рожденный с использованием только его наследственного начала от Матери-Сырой-Земли. Из-за происков врагов заражен протосимбионтом темной сущности, влияющим на его сознание. Великий воин и правитель Чертога Орла.
Подпространство (преисподняя, темное пространство) – обратная, темная ипостась пространства, антипод светлой стороны. Глобальная бытийная противоструктура, аналогично пространственной имеющая глобальный разум, а также множество темных разумных структур разной степени развитости.
Полудня Ягьевна – рекомбинантная личность, созданная Скипером-Зверем с использованием жизненного начала Яги Виевны. Ментальная составляющая ниже среднего, однако разум развит выше среднего. Стала выдающимся зничем, открывшим технологию межпространственных троп и помощницей Мораны Белоликой.
Птицевиды – разнообразная видовая общность народов разумных птицеобразных, пришедшая в пределы галактического сектора, как часть переселенцев Аори. Биологическое строение птицевидов разнообразно в широких пределах и в отдельных значениях выглядит, как логическое усовершенствование биологии драконовых, перекликаясь с ними в выраженных свойствах. Разнообразие птицевидных народов выражено тремя основными группами, называемыми разумными птицами, разумными птицелюдами и разумными птицевидами. Разумные птицы сохраняют идентичность собственной биологии и строго подразделяются по характерным видам (совиные, врановые, соколиные). Разумные птицелюды представляют собой сообщество племен, полученное путем древней гибридизации птичьей и гоминидной форм в разных сочетаниях и формах выражения свойств. Разумные птицевиды, соответственно, представлены народами, образованными при попытках древних исследователей совместить свойства разумных птиц с иными видами носителей разума, кроме человека.
Птицелюды – продукт межвидовой гибридизации гуманоидов и разумных птиц, выразившийся в создании индивида гуманоидной формы с сопутствующими птичьими чертами.
Путь Исхода – естественный постоянный пространственный излом структуры бытия, позволяющий проложить короткий путь между изолированными полостями галактических секторов и галактик.
Разумные птицы (птицевиды) – многовидовая общность разумных созданий со строением тела по птичьему типу, развитым разумом и развитыми ментальными способностями. Имеет ряд переходных групп к гоминидам.
Рамхат Справедливый – правитель Чертога Вепря.
Раптоиды (рапты) – раса разумных ящероподобных хищных существ, на правах главенствующего племени входящая в сложное цивилизационное сообщество территорий Триады Антареса. Ментальная составляющая разума выражена в средней степени. На правах властной структуры все правители Триады являются выходцами из народа раптов. Характеризуются ярко выраженной хищной составляющей и свирепостью отдельного индивида.
Рвены – одно из племен волкоподов.
Род Бело-Свет – один из важнейших деятелей во главе Триединого Союза, ведущий наследственную линию от пращуров Великой Сваги и Аори, давший ряд важных наследственных линий правящим династиям Ирийского Союза и Империи Ориона. Отпрыск Триглава Вещего, основателя Триединого Союза и последний его правитель. Имел более десятка отпрысков, самыми известными из которых явились Вышень Неистовый и Агень Сважий. Стал приемным родителем для Белуна Свентовита, породившего наследные линии Велеса Асилковича и Рода Буслаевича. Погиб героем при военном столкновении с объединенными силами дассов и при тайном участии Вышеня Неистового, что стало началом эпохи Войн Раздора.
Рожана Благодатная – правительница Чертога Щуки.
Род Буслаевич – правитель Чертога Аиста (Бусла). Один из важнейших деятелей, участвующих в сохранении наследия пращуров, а также в восстановлении и изучении их утерянных технологий. Основатель проекта по изучению разломов бытийности с целью нахождения Путей перехода на дальние галактические расстояния. Посвятил себя изыскательству и науке. Наследных линий потомков от себя не имел. По некоторым сведениям, близко общался с Верховной Матерью. Жизненные начала Рода, как и многих видных деятелей, были заложены в собрание образцов Алатырь-Камня и использованы в более поздние периоды.
Росены – один из народов проирийского происхождения.
Рось Велеокая – правительница одного из народов рус-алов, воссозданного из древних жизненных начал, и первая жена Перуна Разящего, правителя Чертога Орла.
Руевит Семиликий – рекомбинант, созданный Сварогом Огненным из образцов жизненных начал Вершеня Световида с примесью наследственности Верховной Матери, рожденный Матерью-Сырой-Землей. Помимо высоко развитых пси-способностей обладает даром вариативного предвидения. После похищения Велеса Асилковича назначен посадником Чертога Волка.
Рэккены – народ рекомбинантных существ, существующих при сверхнизких температурах, созданный Чернобогом Пекальным из жизненных начал крионов и наследственности ирийских гоминидов. Данный вид существ предполагался для доминирования над крионами в естественной среде обитания и последующего их вытеснения из биоценоза. После гибели правителя рэккенов и крионов Нуада Молчаливого, с подачи Мораны Белоликой власть над народами крионов и рэккенов взял Мороз Лютич, добившись от них преданности.
Сатан – темное главенствующее сверхсоздание, воплощение темного сознания Атта (преисподней) в светлом пространстве, явившаяся после разделения со светлой сверхсущностью в результате эксперимента Велиала по порождению сверхсущества, способного повелевать как светлой, так и темной ипостасью Обретя способность повелевать темными структурами бытия, Сатан принял на себя сан Ди-а-вола.
Свага (Великая Свага) – одна из пришлых родственных гуманоидных сверхцивилизаций, прибывшая в пределы сектора в рамках переселения и по причине свертывания пространства в месте прежнего обитания. Вместе с народами Аори и Титаниды представители этой цивилизации составили Триединый Союз, который после Времени Раскола стал родоначальником территориальных образований Ирийского Союза и Империи Ориона.
Сварог Огненный – наследный властитель Чертога Медведя, сын Агеня Сважьего. Совместно с братьями наследовал чертоги, которые отвел им родитель, однако за время эпохи Войн Раздора потерял братьев и оттого наследовал помимо Чертога Медведя Чертоги Лося и Волка. Один из наследных чертогов – Чертог Волка позже отдал в правление Велеса Асилковича, тогда как Чертог Лося отдал в правление супруге – Ладе-Славе Прекрасной. Является официальным родителем для рекомбинантных отпрысков Семаргла Горящего – правителя Чертога Змеи и Стрибога Буйного, а также кровных отпрысков от Мать-Сырой-Земли: Перуна Разящего Сварожича – правителя Чертога Орла и Даждьбога Тарховича – правителя Чертога Роси. Носитель одной из главных наследственных правящих линий.
Свентослав Мудрый – наследный сын Белобога Ясного, правителя Священного Града Мировой Утицы.
Светлое пространство – собственно пространство, включающее в себя структуру бытийности.
Светлый Град (Небесный Град) – цивилизационные мегацентры пращуров Ирийского Союза, образованные для жизни после Великого Переселения. Как правило, представляли собой искусственные системы жизнеобеспечения замкнутого цикла для больших масс людей, расположенные в труднодоступных и трудно осваиваемых точках пространства галактического сектора. Светлые Грады имели большую защищенность от нападений извне.
Сектор галактики – обособленная область галактического пространства с общностью населяющих ее цивилизаций, ограниченная в пространстве разного рода факторами и сообщающаяся с другими секторами эпизодически.
Семаргл Горящий – правитель Чертога Змеи.
Серп Пластун – вторая вжара Мораны Белоликой, принятая ею в наследство от убитой Скипером-Зверем приемной матери Ноцены Лунной.
Серпентоиды – третий племенной вид, входящий в состав народов Триады Антареса, имеющий происхождение от водных нагов. Ведут водный и полуводный образ жизни и являются основной трудовой силой Триады. Ментальная составляющая разума выражена слабо.
Сива Жгучий – военачальник Сварога Огненного и поверенный в его делах, ведущий свою наследную линию от первых правителей працивилизации пращуров. Имеет славу великого воина.
Силовой клинок (силовое лезвие) – оружие ближнего боя, использующее силовое направленное плоскостное режущее воздействие. В упрощенном виде конструкция представляет собой контур силовой нити, при помощи которой создается плоскость режущего поля. Существуют разновидности-вжары, где силовой контур питает генерируемая носителем психофизическая энергетика (кладень).
Сирин Печальная – предводительница племени разумных птицевидов, обитающих на поверхности и в атмосфере планет.
Скакун - целенаправленно выращенное рекомбинантное боевое существо, предназначенное для передвижения и силовой поддержки дружинного воя в битве. Скакуны представлены разными классами и разными комбинациями ради обеспечения максимальной боевой мощи в связке с основным бойцом.
Скипер-Зверь – рекомбинантное существо, созданное Вием Дремучим для нужд Чернобога Пекального в самом начале периода Войн Раздора. Существо создано путем использования изощренной комбинации жизненных начал и представляет из себя могучую особь, превышающую средние размеры ирийского человека, обладающую выдающимися физическими характеристиками за счет редактирования наследственности. Ментальной составляющей разума не обладал. Имел четыре нижних конечности, оканчивающихся ступней в виде когтекопыт, четыре верхних конечности, мощный комбинированный мышечный каркас и голову с черепом переходного типа между разумным тельцом и разумным гоминидом. Верный слуга Чернобога Пекального за счет генетически заложенной преданности. Проявил себя как деятельный помощник и военачальник, из-за чего в период разгара Войн Раздора назначен посадником большого конгломерата территорий Ярых Миров. После того, как Ярые Миры были отданы правителем Империи Ориона во владение Кошем Хладным, Зверь пошел на конфликт с новым правителем, но потерпел поражение от его руки и был вынужден пойти на предложенные условия по разделению территорий Ярых миров на две части. Известен маниакальным пристрастием к жестоким опытам с разумными организмами, ради чего на протяжении долгого времени практиковал набеги на цивилизованные миры ради полона. Уничтожен в результате скоординированных ответных мер Ирийского Союза.
Смердина – кармическая граница, после пересечения которой душа умершего индивида идет на новый жизненный круг совершенствования. Представляется в виде некого пространственного течения или реки, через которую уходит душа.
Статичные порталы перемещения – постоянно действующие порталы перемещений между двумя определенными точками пространства, основанные на обнаруженных естественных пространственных изломах. Требуют минимум энергии для перемещения между точками назначения. Используются преимущественно дассами и родственными им культурами.
Стожары – спиральная галактика, имеющая много названий, в том числе Становище и Млечный Путь.
Стратим – огромная птица с головой гуманоида и представительница народа птицедивов, ставшего прародителем для многих новых племен птицевидов. Представители народа Стратим имеют универсальную адаптивность и способны выживать в различных средах обитания. Наследница Матери Сва на пути симбиоза народов разумных птиц с ирийским сообществом.
Технология межпространственных троп – технология перемещения в пространстве с использованием естественных межпространственных структур и пространственных надстроек, позволяющая перемещаться в пространстве с минимальной тратой времени на большие расстояния.
Технология подпространственного прокола – широко используемая технология перемещения между пространственными координатами галактического сектора путем прокола пространственной ткани и перехода в точку назначения через подпространство. Используется для перемещения звездных кораблей разного типа и потребляет много энергии.
Технология «пространственного лезвия силы» - система глобального оружия, способного поразить большое поле пространства, измеряемое в несколько световых лет. Использует набор расщепительных излучений с примесью темной энергии, перемещаемых верхних слоях бытийности, что предусматривает эффективное преодоление большинства защитных силовых отражений. Требует колоссальных энергетических затрат.
Темная звезда – искусственно созданный мегаобъект с внешней броне-корой, содержащий в себе полость свернутого пространства, векторно направленного к центру. Способна аккумулировать в себе гигантское количество звездной энергии.
Титанида – одна из пришлых родственных гуманоидных сверхцивилизаций, прибывшая в пределы сектора через тысячелетие после народов Аори и Сваги ввиду эвакуации из собственных миров-прародителей, погибших в связи с пространственными катаклизмами. Вошла в родственный союз с прибывшими ранее народами и образовала вместе с ними Триединый Союз, который после Времени Раскола стал родоначальником территориальных образований Ирийского Союза и Империи Ориона. После Раскола Титанида осталась союзницей образовавшегося Ирийского Союза, придерживаясь тех же взглядов и традиций.
Триада Антареса – вассальная цивилизация Империи Ориона, сложенная из трех видов разумных существ – раптоидов (разновидность рептилоидов), арахнов (глобальное сообщество разумных паукообразных с большим количеством подвидов, включающих насекомовидные производные) и нагов-амфибий с водным циклом жизнедеятельности. Видовая составляющая раптов считается главенствующей. Правитель Триады Антареса – Ящер Рапт, рекомбинантное существо, созданное Чернобогом Пекальным из наследной основы рептилоидов с собственным жизненным началом.
Триглав Вещий – наследный отпрыск Наказа Твердого и первый правитель сверхцивилизации праотцов. Родитель Рода Бело-Света и прародитель Агеня Сважьего. Преобразовал сверхцивилизацию праотцов в Триединый Союз, став в нем первым верховным правителем.
Триединый Союз – могучее территориальное образование, ставшее венцом деятельности пращуров працивилизаций Аори, Великой Сваги и Титаниды на пути создания общей сверхцивилизации родственных народов. Союз существовал на протяжении десятков тысячелетий, став самой могущественной силой в галактическом секторе и прекратил свое существование с началом эпохи Войн Раздора, поделив территории и сферы влияния между Союзом Ирийского Сада (Ирийский Союз) и Империей Ориона (Пекальная Империя).
Убийца планет – оружейная гиперсистема, использующая определенную комбинацию молниеподобных излучений. Система способна нанести фатальные повреждения планетам.
Хазеи – видовая группа существ, близкородственных к кзанам, имеющая похожее биологическое строение, однако отличающаяся от них строением скелета и формой черепа, а также нижними конечностями, представленными собственно копытами.
Химера – общее название видообразия монструозных созданий, полученных, как побочный продукт, в опытах Скипера-Зверя с агрессивными мутагенами. Существа разнообразны в формах конечного мутагенного ретрогенеза, однако характеризуются высоким уровнем агрессивности за счет подавления разумной составляющей.
Чернец – клон Паука А-Нута, отправленный им для инициации процесса выхода темного разума подпространства на светлую сторону бытия и ставший вместилищем разума темной симбиотической личности Велиала.
Чернобог Пекальный (собственное имя Витул Дерзкий) – первый и единственный император созданной им Империи Ориона, охватывающей Пекальный пояс царств. Известен как крупный военачальник периода Войн Раздора и исследователь свойств темной энергии. Имел множество отпрысков, созданных путем направленного наследственного комбинирования и только несколько отпрысков, порожденных естественным путем. Сторонник идеи направленной рекомбинантности для создания наследственных гибридов, обладающих превалирующим набором качеств для эффективного управления покоренными народами. Результатом его деятельности стало образование Пекальных Царств, во главе которых встали гибриды-правители, обеспечившие эффективное управление территориями империи. Его законные наследники – Вий Дремучий, Дый Рассудительный и Кош Хладный.
Черный Змий – один из основных равноправных союзников Чернобога Пекального в ранний период становления и существования Империи Ориона. Отличался воинственностью и стратегической мудростью, что позволило ему собрать под свое начало огромные территории. Царство Черного Змия взаимодействовала с силами Империи Ориона на равноправных условиях. В результате ожесточенного конфликта с военными силами Ирийского Союза под управлением Сварога Огненного силы Черного Змея оказались разбиты, а сам он пал в поединке против Сварога, после чего территории Царства Черного Змия оказались поделены между Скипером-Зверем, Аспидом Черным, став вассальными образованиями поглотившей их империи, и частично отошли Ирийскому Союзу, что позволило создать Чертог Лисы.
Чертог (звездный дом) – часть территории галактического сектора, включающая в себя определенное количество звездных систем, где обитают народы и виды разумных существ, подчиненные одному правителю и одному административному центру. Зачастую чертог представляет собой агломерацию родственных друг другу народов одного вида, соблюдающих общие традиции и свободно скрещивающихся меж собой. Каждый чертог имеет общую экономику и воинские силы для обороны общих рубежей чертога. Деление на чертоги принято у народов ирийской формации, тогда как иные виды разумных существ и иные цивилизационные формы могут подразделяться на царства, королевства, альянсы и т.п.
Шакуна - разновидность легкой боевой виманы, предназначенная для защиты космических объектов орбитального типа.
Ярые миры – общее название конгломерата звездных территорий, собранных или завоеванных Скипером-Зверем для Империи Ориона. Включало в себя обширные территории систем, разрушенных в архидревний период истории галактического сектора. В более поздний период по инициативе Коша Хладного территории Ярых миров были разделены на собственно Ярые миры под протекторатом Скипера-Зверя и Мертвое царство, половину которого составили упомянутые разрушенные территории. После поражения Скипера-Зверя владения Ярых миров были разделены на Чертог Орла и Чертог Роси.
Ящер Рапт – рекомбинантное разумное существо, тайно созданное Чернобогом Пекальным при совмещении жизненных начал раптоидов с собственными и с помощью интриг поставленное во главе цивилизации Триады Антареса. Является предводителем главенствующей в Триаде расы раптоидов и единоличным правителем всех народов цивилизации. Отличается свирепостью и ярко выраженными хищническими инстинктами, стратегическим умом, за счет чего стал вождем, несмотря на особенности строения организма, отличающие его от остальных представителей расы. Ментальность выражена выше среднего показателя. После нападения темных созданий Атта на территории Триады Антареса, захвачен в плен для подселения темной личности, подавившей разум носителя (см. Абигор Искусник).
Секторальные сказы, книга 1
© Copyright: Юрий Гализдра, 2026
Свидетельство о публикации №226031400389
Свидетельство о публикации №226031400389
Рецензии