Пуля

Пуля…

Я видел горы. Я видел ущелья,
Где душманы выли, как раненый зверь.
Я помню Чечню — аулы, селенья,
Ее подворотни, где пряталась смерть.

Я пил из Кунара, я мерз в Грозном,
Я в Авдеевке падал лицом в блиндажи.
Я был везде, где Господь и железо
Решали, кому и как дальше жить.

Я стал неуязвим. Я верил в приметы,
В заговоренный осколок в груди.
Я проходил через минные меты,
И смерть отступала: «Иди, иди».

Я думал — бессмертный. Я думал — везучий.
Я думал — Господь меня лично хранит.
А смерть всё ходила по пятам, ползучей,
Теперь ангел смерти надо мною кружит.

И вот — равнина. Донецкая степь.
Ни взрыва, ни крика, ни выстрела даже.
Я скинул броню, я хотел  посидеть,
Дымок затянуть в блиндажной пропаже.

И тут — прилетело. Без свиста, без гула.
Без цели, без смысла, без имени, без.
Та самая, что меня обманула,
Что шла через войны, как призрак, сквозь лес.

Она не искала. Она не ждала.
Она просто пела в воздухе горячем.
И в ту же секунду, когда я упал,
Я вспомнил всё сразу — и замер лежачим.

Я вспомнил Афган: как Сашка упал,
Как мы его несли, а он всё смеялся.
Я вспомнил Чечню: как брат замерзал,
Как он дуло ко рту приставлял и стрелялся.

Я вспомнил Донбасс: как пацаны
Горели в броне, как свечи, без крика.
Я вспомнил все те, что были даны
Мне жизни чужие — и понял: велико

Мое ремесло. Я — воин. Я — щит.
Я — тот, кто уходит, чтоб кто-то остался.
И пуля, что в сердце теперь горит,
Не враг мне. Она — тот покой, что снился.

Я не жалею. Я не кричу.
Я только смотрю, как степь затихает.
Я столько смертей обошел, я молчу,
Ведь эта одна — ничего не решает.

Она — не итог. Она — просто точка.
Случайный росчерк в судьбе палача.
Я жил, как умел. Я ставил на корточки
Смерть перед жизнью — и бил сгоряча.

Теперь я лежу. Надо мною дует ветер.
Донецкое небо, седое, как мать.
Я всё, что хотел, уже сделал на свете,
Осталось лишь небо губами поймать.

Прощайте, пацаны. Я ухожу.
Не по приказу — по воле случая.
Я ту пулю, что в сердце теперь ношу,
Не называю врагом. Она — лучшая.

Она — моя вечность. Она — мой покой.
Она — та награда, что не повесят на грудь.
Я был солдатом. Я был строкой.
Я был Россией. Закончен мой путь.