Тени Гиргеи, глава 1

Литературный эксперимент №1, пишу с помощью НЕЙРОСЕТЕЙ, с целью изучения возможностей этого более чем уникального и революционного инструмента, в данном случае ставил перед собой задачу писать лёгкую и развлекательную фантастику на основе интересной и забавной для меня темы, смотрю, что получится, конечно же редактирую, вычитываю, но в разумных пределах.

ЛОР: художественная вселенная Ю.Петухова, представленная в романе-эпопее "Звездная месть".

Время и место действия: планета Гиргея, события в тексте разворачиваются спустя спустя несколько лет после событий романа Ю.Петухова "Погружение во мрак".




1-1


Сирена будила их сверлящим визгом, словно кто-то запустил бормашину в основании черепа. Сначала это был только звук. Потом пришла боль.
Левый висок у Арьи пульсировал так, будто туда закачали раскалённый свинец. Она попыталась открыть глаза, и ресницы, слипшиеся за девяносто лет сна, разомкнулись с мокрым всхлипом. Свет не бил в глаза — он сочился, мутный и жёлтый, как моча. Контуры капсулы плыли.
«Дыши», — пересохший мозг выдал что-то похожее на мысль, и лёгкие, забывшие ритм, судорожно вскрикнули, втягивая воздух, пахнущий озоном, стерильным пластиком и чем-то ещё. Сладковато-кислым. Как рвота.
Рядом, в соседней ячейке, кто-то захрипел. Но Арья показалось будто лопнул шланг гидравлики. Она с трудом повернула голову — движение отдалось огнём в каждом позвонке — и увидела Лизу. Её лицо, всё ещё влажное от криогеля, было серым. Глаза широко открыты, смотрели в потолок, но не видели его. Изо рта тонкой ниткой стекала та самая розоватая слизь, пахнущая сладкой гнилью. «Побочный эффект, — вспомнила Арья слова техника, сказанные лет сто назад, - у одного из ста. Ничего страшного».
Ничего страшного.
Она кое-как нажала красную кнопку  «Аварийного сброса» на своей капсуле. Механизм взвыл, как раненый зверь, и крышка с шипением поползла в сторону. Холодный воздух обжёг кожу. Арья попыталась сесть, и её вырвало. Прозрачной, липкой жижей, в которой плавали какие-то волокна. Организм очищался от консервантов. Процесс, как говорили умники «абсолютно естественный».
С другой стороны зала раздался дикий, нечеловеческий вопль. Потом удар о металл. Потом тишина. Кто-то не пережил пробуждения. Или пережил что-то в себе, с чем нельзя было оставаться наедине.
Арья ухватилась за стенки капсулы и спустила на пол дрожащие, ватные ноги. Её бодрое и тренированное тело  теперь казалось чужой, неповоротливой тушей. Она посмотрела на главный экран, который дугой огибал крио-отсек.
На чёрном полотне космоса была видна планета.  И она была просто огромной — тёмно-синяя, почти чёрная, с завихрениями штормовых облаков и редкими искорками света на поверхности. Это были остатки заброшенных платформ, дрейфующих станций и причальных буев.
Она не просто висела — она заполняла собой все. Огромная, пульсирующая сине-черным мраком сфера. Не планета, а всепоглощающая воронка. Ее поверхность казалась  живой — клубились, рождались и умирали гигантские вихри штормовых облаков, свинцово-молочных, ядовитых. А в этой  сером пепельном месиве, словно последние искры угасающего костра, мерцали редкие, одинокие огни. Это были остатки заброшенных платформ, дрейфующих станций и причальных буев.
— Жива? — раздался голос справа. Не голос, а скрип ржавых петель.
Арья с усилием повернула голову. Шея хрустнула, болью отозвавшись в каждом позвонке. В соседней капсуле поднимался Горыч. Его здоровенное, мускулистое тело было синевато-бледным, как у утопленника. Шрам через бровь казался свежим, лиловым. Он морщился, потирая шею, и его пальцы оставляли на коже красные полосы.
— Жива, а ты как? — выдавила Арья. Язык был ватным, непослушным.
— Как дерьмо в проруби, — Горыч сплюнул в утилизатор. Слюна была густой, тягучей, цвета ржавчины.
Слева послышался звук — не кашель, а бульканье. Лиза сидела, обхватив себя руками, и её трясло мелкой дрожью. Её лицо было цвета стен — белое, с серым подтоном. Тёмные волосы слиплись от пота и криогеля, прилипли ко лбу и щекам, как водоросли к дохлой рыбине.
— Я… проснулась… сколько мы?
— Восемь месяцев  девять дней, все показатели  в норме, — прозвучал откуда-то сверху  механический, лишённый интонации голос бортового ИИ.
— В какой, к чёрту, норме? — это был Лёва. Он вылезал из своей капсулы, и каждое движение давалось ему с видимым усилием. Его худое, жилистое тело было покрыто мурашками. Татуировка змеи на предплечье казалась потускневшей, выцветшей, как старая газетная вырезка.
— Меня сейчас вырвет. Или мой мочевой пузырь сделает пуф-ф-ф...  Или и то, и другое.
— Добро пожаловать в цирк под названием "Крио" , — Горыч осклабился, пытаясь встать. Его ноги подкосились, и он тяжело рухнул на колени, ухватившись за край капсулы. Суставы пальцев побелели.
Капсула Василия открылась последней. Крышка уехала в сторону с тихим вздохом. Бывший пастор не двигался. Лежал на спине, уставившись в потолок. Его лицо было не бледным, а землисто-серым. Взгляд пустой, затянутый дымкой. На губе — капля засохшей крови, похожей на крошечного красного жучка.
— Василий, ты в порядке?
Арья подошла к его капсуле, её босые ноги  прошлепали по холодному полу.
Он вздрогнул, словно от удара тока. Глаза подвигались, словно фокусируясь, потом его взгляд остановился на ней.
— Я… видел, — его голос был хриплым шёпотом, будто он неделю кричал.
— Она там. Глубже воды. И ждёт. Она всех нас ждёт.
В отсеке повисла тишина, нарушаемая только навязчивым пиканьем терминалов. Горыч фыркнул, поднимаясь на ноги:
-Холимэн, хорош. Мы ещё даже не почистили зубы, а ты уже несёшь свою дичь.
— Это не дичь, — Василий медленно сел,  а его движения были механическими, словно у  заводной куклы.
— Бог говорит даже во сне. Особенно во сне, - добавил он.
— Угу, — Горыч потянулся за комбинезоном. Ткань хрустела, будто покрытая инеем. — А Гиргея — это врата ада, да?
Василий не ответил. Он просто смотрел куда-то сквозь стену, и в его глазах было что-то, от чего по коже Арьи пробежали мурашки. Не страх. Смирение. Как у человека, который уже увидел свой гроб.


1-2

Лиза поёжилась, накинув куртку на плечи.
—Василий, а Горыч даже прав. Может уже хватит? Мы ещё даже зубы не почистили, а ты уже нагоняешь мрачнуху… Борт, включи пожалуйста музыку, что-нибудь светлое, может быть Моцарта или Шопена.
—Будет сделано!
Из динамиков полилась лёгкая и прозрачная музыка.
-Кому что, а мне связь с Сержем, – попросила Арья, направляясь к панели управления.
— Серж, ты на связи?
Тут же раздался спокойный, чуть ироничный голос синтета:
— На связи. Доброе утро, сони. Как самочувствие?
— Хреново, — честно ответил Горыч. — Но уже в строю. И это главное.
— Отлично. Тогда взгляните-ка на это.
Серж переключил изображение — и на главном экране появилась Гиргея.
Все замерли.
Планета была огромной — тёмно-синяя, почти чёрная, с завихрениями штормовых облаков и редкими искорками света на поверхности. Это были остатки заброшенных платформ, дрейфующих станций и причальных буев.
— Вот она Гиргея... теперь просто планета, покрытая водой, а совсем недавно планета-тюрьма, — тихо произнесла Арья, подходя ближе к экрану.
-И ещё огромный карьер по добыче ридориума, - добавил Горыч.
—А мне нравится, — сказала Лиза, глядя на завихрения облаков, —такая древняя и первозданная мощь, но где-то там, в глубине может быть и жизнь.
— Земоготы, мутанты, зэки, которых не успели эвакуировать, - заметил Аксий, не отрываясь от экрана, - да ещё чёрт знает что.
-Хотелось бы верить, насчёт троггов, - сказала Арья, - но учёное сообщество с тобой не согласится. Да и зэки, откуда им там взяться? Каторга давным-давно закрыта, там нет ни души.
—У меня другая версия, - сказал Лёва, - Гиргея была одним из крупнейших подобных учреждений во всей Федерации. И там добывали супердорогой ридориум. Одних зэков там было то ли под сто, то ли под двести тысяч, а может и больше. И когда начались факапы, то проект быстро прикрыли. Слишком быстро. Так что я не удивлюсь, если кто-то решил задержаться внизу.
-Или просто опоздал на грёбаный самолёт, - глухо хохотнул Горыч. Он уже приложился к плоской металлической фляжке и заметно повеселел.
-Надеюсь, они там не только людей забыли, но что-нибудь ценное. Артефакты, пушки, деньги. За этим мы сюда и летели, верно?
Лёва усмехнулся.
— Ты прав, Горыч. Это настоящий клондайк. Я лично знаю пару локаций, где помимо оружия и военного снаряжения должны быть дорогие и редкие вещицы. Всё-таки это был очень и очень непростой объект.
-Ты и сам вроде не всё успел вывезти?
Он кивнул.
-Верно. Там мои личные вещи. И я хочу это забрать.
— Личные вещи, — повторил Горыч с ухмылкой. — Это всё, что ты типа спас, пока всё летело в тартараы?
— Называй, как хочешь. Главное, что оно моё.
Лиза нервно рассмеялась.
— Для вас это так просто… Словно внизу камера хранения, где вам всё выдадут по номерку.
— Почти что так, — ответил Лёва. — Я был там. Я знаю, что такое Гиргея. Да это опасное, а теперь ещё и заброшенное место, но там жили и работали люди. Много людей. А потому надо просто стрелять во всё что движется и тащить всё, что плохо лежит. И разбогатеть.
Арья подняла руку, призывая к тишине.
— Ребята, давайте не будем делить шкуру неубитого медведя. У каждого из нас свои цели, но вы знаете основную цель нашей… экспедиции.
-Без проблем, босс, - кивнул Горыч, всем своим видом давая понять, что деньги для него не главное. По крайней мере, именно сейчас.
Арья взглянула на обзорник, где медленно вращалась Гиргея.
— Серж, какова обстановка на орбите?
— Чисто, — ответил пилот по интеркому, — никаких кораблей, из трёх орбиталок, в строю только одна, "Цербер" называется.
-А маяки?
-Есть несколько, они работают, но по ходу в четверть мощности.
Он помолчал и добавил:
-Правда, я зафиксировал какую-то энергетическую активность на глубине, вот здесь, здесь и здесь. Источник неизвестен.
— Активность? — напряглась Арья. — Что это может быть?
— Сложно сказать. Может они что-то законсервировали, остаточная активность реакторов или чего-то другого. Я перекину данные Лёве.
Лёва кивнул, уже изучая поступившие файлы.
— Интересно. Энергия идёт из нижних уровней. Глубоко. Очень глубоко. Там что-то работает.
— Или кто-то, — тихо добавил Василий.
Все снова посмотрели на него.
— Что? — Горыч нахмурился. — Ты опять за своё? Демоны, что ли, реакторы включили?
— Не демоны, — Василий медленно покачал головой, - это гораздо хуже... То, что было здесь до нас. И то, что останется после всех нас.
Повисла тяжёлая тишина.
Арья недовольно качнула головой, словно сбрасывая с себя оцепенение.
— Серж, готовь первый шаттл к спуску. Мы целимся на Узел-У — один из ключевых ТЛХ Гиргеи. Лёва, ты знаешь точные координаты?
— Конечно. Узел-У — это почти столица. Была центром снабжения, доставки и выгрузки ридориума со всего северного полушария. Там есть админкомплекс, склады, жилые отсеки. И, самое главное, — доступ к центральной сети.
-Хорошо, даю два часа на приведение себя в порядок, затем собираемся здесь на небольшой брифинг.

 

1-3
 

Два часа пролетели быстро. Команда собралась в главном отсеке — небольшом помещении с круглым столом посередине, над которым парила голографическая проекция Гиргеи. Планета медленно вращалась, подсвечивая лица собравшихся холодным синим светом.
Арья стояла рядом, то приближая отдельные участки, то опять возвращаясь к общему виду с орбиты. Остальные расселись вокруг стола — кто-то с кружками синтетического кофе, кто-то с планшетами. Горыч не расставался со своей излюбленной фляжкой и сейчас почти развалился на стуле, закинув ногу на ногу. Лиза посасывала какой-то ну очень уж вкусно пахнущий клубничный вейп. Василий сидел прямо, сложив руки на столе, и смотрел на Гиргею так, словно это был ящик пандоры.
— Итак, — начала Арья, увеличивая изображение северного полушария, — наша первая цель — Узел-У. Это один из четырёх плавучих логистических хабов, которые обслуживали добычу ридориума. Расположен в северной экваториальной зоне, на поверхности океана.
Она провела рукой, и перед ними возникла голограмма массивной плавучей платформы. Конструкция напоминала гигантскую морскую буровую вышку — многоуровневая, с авиаплощадками, антеннами, стыковочными узлами для надводных аппаратов.
— Узел-У был центром снабжения, — продолжила Арья. — Через него проходили все поставки: оборудование, продовольствие, персонал. Под платформой находится админкомплекс — он уходит вглубь на несколько уровней. Там серверы, базы данных, системы управления. 
  — И трупы, наверное, — буркнул Горыч. 
  — Возможно, — спокойно ответила Арья. — Эвакуация проходила в спешке. Не факт, что всех успели вывезти. 
  Лиза поёжилась.
-Я отсюда людей не вижу, - сказал Лёва, который с нейрфейсом на голове выглядел так, будто к его мозгу присосался огромный серебристый паук, - пока фиксирую только автоматы, несколько дежурных андроидов, правда, не совсем понятно, в каком они состоянии.
—Неужели там нет никого живого?
Лёва покачал головой.
— Сомневаюсь. Прошло почти полтора года с момента эвакуации. Без снабжения, без связи... Если кто-то и выжил, то это будут не люди. Это будут... дикари, безумцы.
— Падальщики, — уточнил Горыч, —брошенные на заброшенных станциях… Я таких видел. Они хуже зверей. Убьют за банку консервов и глазом не моргнут.
-Исходим из того, что там пусто, - сказала Арья, - но мы должны быть готовы к встрече с возможными выжившими.
Она увеличила изображение платформы, показав внутреннюю структуру.
— Лёва ты должен попробовать взломать системы безопасности дистанционно, пока мы на подлёте. Нам нужен доступ без лишнего шума.
— Не проблема. Старые протоколы, лет десять как не обновлялись. Попробую перешить местную обслугу прямо отсюда.
— Отлично. Как только получим доступ, то заходим внутрь и обустраиваем временную базу. Проверяем системы жизнеобеспечения, запускаем генераторы. Лиза, на тебе биологическая и химическая безопасность, проверь, чтобы там не было никакой дряни. Аксий и Горыч - вы обеспечиваете безопасность.
—Окей, босс!
— Я помогу с доступом к базам данных, — добавил Лёва, - но учтите: многие архивы могли быть стёрты перед эвакуацией.
-Да, ты знаешь что искать. Начинай с заключенного по имени Гуг Хлодрик, кличка "Буйный". Любые материалы, упоминания, локации, где он работал и так далее. Меня интересуют все, любая мелочь, даже то, что покажется тебе незначительным.
Лёва кивнул.
— Василий, ты можешь остаться здесь. Мы тебя спустим, когда нормально устроимся внизу.
-Нет, я пойду вместе с вами.
-Хорошо, тогда будешь на подхвате у Лизы, и помоги ей с доставкой автодока. Далее... Как вам уже известно из брифа, мы используем Узел-У как единственную более-менее функционирующую платформу на Гиргее. Ко всему прочему, оттуда мы попытаемся получить доступ к цифровому начальству комплекса через запуск аваграммы последнего губернатора Григорьева. Я надеюсь, после этого мы будем располагать большим объемом информации.
-А если не выйдет? Если наверху мы ничего не найдём?
-Тогда будем спускаться по магистральному каналу в админ-сектор. Он расположен на глубине 700 метров. Там будем подключаться напрямую, если потребуется прямо из кабинета Григорьева.
-Что это за магистральный канал? - спросил Горыч, с интересом разглядывая трёхмерную голографическую схему.
-Можно сказать, что это очень толстая многосекционную трубу, в которой проходят крупные грузовые лифты, платформы и пассажирские лифты, рядом, в обвязке коммуникационные каналы и сервисные, аварийные тоннели.
-Лихо... Всё это очень дорогое удовольствие.
-Да, но ридориум ещё дороже.
-Лёва, лифты работают?
-Должны... но не уверен.
-Если нет, то будем использовать батискафы.
-Или тяжёлые скафы, но скажу вам - это то ещё удовольствие.
-А что там на дне? - спросила Лиза.
-Одному богу известно, - сказал Лёва, -но там могут быть даже бункеры для VIP-персон. Администрация наверняка строила себе убежища на случай войны.
- Или на случай чего-то ещё, — тихо добавил Василий.
Все посмотрели на него.
— Чего именно? — спросил Горыч с вызовом.
— Пробуждения, — Василий не отводил взгляда от голограммы, — вы забываете про истинных хозяев планеты. Про земоготов. А они очень древние, куда старше человечества. И они могли вернуться.
Теперь взгляды собравшихся скрестились на Арье. Она отрицательно покачала головой.
-Твоими бы устами, Василий, да мёд пить. Как бы тебе не хотелось… или мне хотелось с ними встретиться – никаких земоготов там нет. А иначе они бы давно дали о себе знать. А они что, молчали? Нет, они здесь были, но давно ушли.
-А что про это говорит КОМКОН?
— КОМКОН что-то скрывает. Говорю вам, как бывшая сотрудница этой замечательной конторы. И я допускаю, что причина консервации каторги в какой-то находке, каком-то странном открытии, пугающем правительство до усёру.
-Но что это может быть?
-Артефакт. Ксеноморф. Вирус. Я не знаю.
-И контакт… с ксеноморфами, которые жрут людей или превращают их в питательную биомассу. Просто отлично! - было не совсем ясно, то ли Горыч шутит, то ли возмущается.
—Итак, мы высаживаемся здесь, — она указала на посадочную площадку в центре платформы, - Серж будет прикрывать нас сверху и поддерживать связь. Лёва начинает взлом систем за полчаса до посадки.
— Ещё вопросы?
Горыч поднял руку.
— Один. Если там реально начнётся жесть — у нас есть эвакуационный транспорт? Или мы застрянем на этой платформе?
— У нас есть шаттл, — ответила Арья, - ещё одна шлюпка в резерве на орбите, Серж отправит её к нам по запросу.
Арья выключила голограмму. Отсек погрузился в полумрак, освещённый только аварийными огнями на стенах.
— Всё. Готовимся. Проверяем снаряжение, оружие, скафандры. А потом — вниз. Может, у кого-нибудь есть слова напутствия?
— Оставь надежду, всяк сюда входящий...
-Холимэн! Да хорош уже! - послышались возгласы со всех сторон.
— Прекрасная цитата для начала экспедиции, — заметил Лёва, - это где было написано? На вратах ада вроде?
-Гиргея - это и есть ад, - сказал Василий, без всякого выражения.

 

1-4
 

Лёва сидел в узком техническом отсеке, переводя взгляд с одного экрана на другой. Пальцы летали по сенсорной клавиатуре, код мелькал строками — зелёные символы на чёрном фоне. Рядом на столе стояла недопитая кружка кофе, пепельница полная окурков, планшет с картами Гиргеи.

— Ну же, ну же, пусти папочку... — бормотал он себе под нос, взламывая защиту орбитальной станции.

Экран слева замигал красным — отказ доступа. Лёва выругался, переключился на другой вариант. Станция была мертва, но её автоматические системы защиты всё ещё работали. Старые, тупые, но упрямые.

— Проблемы? — раздался голос за спиной.

Лёва обернулся. В дверном проёме стояла Арья, уже переодетая в тактический комбинезон. Волосы собраны в хвост, на поясе — пистолет и сканер.

— Не проблемы, а лёгкое неудобство, — ответил Лёва, возвращаясь к экранам. — Орбитальная станция не хочет с нами дружить. Её ИИ перешёл в режим карантина. Видимо, перед эвакуацией запустили протокол полной изоляции.

— Можешь обойти?

— Могу. Но это займёт время. — Он открыл ещё одно окно, где медленно ползла строка загрузки. — Мне нужно взломать не саму станцию, а использовать её как транзитный узел. Через неё я доберусь до систем Узла-У. Там защита слабее — я сам её настраивал три года назад.

Арья подошла ближе, глядя на бегущие строки кода.

— Ты работал наверху? Я думала, что тебя загнали на дно.

— Было дело. Но потом я перевёлся поближе к свежему воздуху. Заключил контракт. Полгода ставил системы безопасности, настраивал киберов, чинил андроидов.

Лёва усмехнулся.

— Мне хорошо платили. Но атмосфера была дерьмовая. Все друг друга боялись. Начальство паниковало, зэки бунтовали, охрана под кайфом. Я понял, что долго не протяну, и свалил. Думал, что вернусь, поэтому и не успел забрать своё добро.

— И что ты там оставил?

Лёва бросил на неё быстрый взгляд.

— Данные. Архивы. Кое-какие штуки, которые я нашёл в нижних уровнях. Не спрашивай, что именно. Скажу, когда достану.

— Артефакты? — Арья насторожилась.

— Может быть, — уклончиво ответил Лёва.

— Я бы хотела на это взглянуть, — Арья присела на край стола, - видимо администрация тщательно следила за тем, чтобы всё это было скрыто от посторонних глаз.

-Ну да, иначе бы добычу ридориума могли прикрыть.

-Хорошо бы узнать, почему её по итогу и прикрыли.

Экран справа мигнул зелёным. Лёва ухмыльнулся.

— Есть! Первый уровень взломан. Получаю доступ к транспондерам.

— Отлично, — Арья встала, — сколько у нас времени до посадки?

— Полтора часа. К тому времени я перепрограммирую охранных андроидов. Они встретят нас как своих.

— Хорошая работа, Лёва.

Он кивнул, не отрываясь от экранов. Арья направилась к выходу, но у двери обернулась.

— Лёва. Если ты что-то знаешь о Гиргее… о том, что там на самом деле происходило. Скажи сейчас. Мне нужно знать, с чем мы столкнёмся.

Лёва помолчал, глядя на бегущий код.

— Точно ничего не скажу. Но там внизу… там что-то не так. Что-то старое и злое. Я чувствовал это, когда спускался в нижние уровни.

— Василий верит, что там могут быть земоготы.

— Может быть. А может, что-то ещё, -он повернулся к ней, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на страх.

— Я больше атеист, чем верующий... . Но внизу кажется, что Гиргея наблюдает за тобой. И только и ждёт, когда ты облажаешься.

Арья кивнула.

— Спасибо за честность.

Она вышла, оставив Лёву наедине с экранами и кодом.

 

 
 1-5


В оружейной пахло маслом, металлом и порохом. Горыч методично проверял оружие, разложенное на верстаке: штурмовые винтовки, пистолеты, гранаты, ножи. Он разбирал каждый ствол, чистил, смазывал, собирал обратно. Движения были чёткими, автоматическими — результат многолетней практики.

— А я вижу ты тут чувствуешь себя как дома, — раздался приятный женский голос.

Горыч поднял голову. В дверях стояла Лиза, неловко прижимая к груди планшет.

— Ага, почти, - он вернулся к винтовке, — на Гиргее оружие может выйти из строя в любой момент. В современных пушках клинит электроника, внутрь забираются грибки, плесень, а потому я предпочитаю старую добрую баллистику.

-А под водой?

-Да там такое давление, детка, что размажет тебя почище выстрела в упор из дробовика.

Лиза подошла ближе, с любопытством разглядывая арсенал.

— Ты… ты правда во всём этом разбираешься?

— А как по-твоему? — Горыч ухмыльнулся, — я не учёный, красотка. Моя работа — стрелять и не дать пристрелить кого-нибудь из вас. И в этом я хорош.

Лиза неловко улыбнулась.

— Я вижу. Просто… мне это всё кажется таким грубым и жестоким.

— Жестокость — это реальность, — Горыч отложил винтовку и взял пистолет, проверяя магазин. — да ты и сам это знаешь, была же вроде на Гадре, не?

—Каждый такой спуск... как первый раз, никак не могу привыкнуть... и мне страшно, — тихо добавила Лиза.

Горыч поднял на неё взгляд. В его глазах промелькнуло что-то вроде сочувствия.

— Страшно — это нормально. Главное не дать ему тебя парализовать.

Лиза кивнула, всё ещё сжимая планшет.

— Ты… ты веришь, что мы вернёмся?

Горыч усмехнулся.

— Верю. Потому что у меня есть мотивация — деньги. И пока я их не получу, сдыхать не собираюсь.

Он отложил пистолет и взял со стойки лёгкий карабин.

— Держи.

Лиза удивлённо моргнула.

— Что?

— Оружие. Тебе оно понадобится. — Горыч протянул ей карабин, — знаешь, как им пользоваться?

— Я… я стреляла на симуляторах…

— Симуляторы — это хрень, — отрезал Горыч.

—Вот, смотри, — он показал ей, как держать карабин, как целиться, как переключать режимы огня.

— Главное правило: не стреляй, пока не уверена в том, что видишь перед собой. И не бойся отдачи. С оружием, как с собакой, надо просто суметь подружиться.

-Я люблю собак.

-Ну вот и отлично, значит и стволы полюбишь.

Лиза неуверенно взяла карабин, ощущая его вес.

— Спасибо.

— Не за что, — Горыч вернулся к верстаку, - я просто не хочу лишний раз беспокоиться за твою симпатичную попку.

Лиза тихо рассмеялась — нервно, но с благодарностью.

— Ты не такой циник, как хочешь казаться.

— Скорее прагматик. Чем больше нас останется в живых, тем больше шансов выжить мне самому.

Лиза постояла ещё немного, потом развернулась к выходу.

— Горыч?

— А?

— Если что… спасибо, что ты с нами.

Он хмыкнул.

— Спасибо моему банковскому счёту. Это он меня сюда привёл.

Лиза улыбнулась и вышла, оставив Горыча наедине с оружием.

Он смотрел ей вслед, потом покачал головой и снова взялся за винтовку. Но на лице его промелькнула лёгкая, почти незаметная улыбка.

 

1-6


В библиотеке было тихо и пусто. Василий был сторонником бумажных книг, а потому напечатал с десяток на бортовом принтере и несмотря на то, что бумага была синтетической - выглядели они как настоящие. Сейчас он занимался переплётом одной из них.

— Василий?

-Что-то случилось?

-Нет… Но меня волнует один вопрос.

Арья подошла ближе, глядя на книгу, что он держал в руках. Это была одна из его последних работ - "Четвертая волна", в которой выдвигалось предположение, что представители ныне исчезнувшей раса земоготов, следы присутствия которой обнаружены на многих планетах Федерации, были настоящими исчадиями ада и держали в страхе всю известную галактику.

—Василий, ты действительно веришь, что Гиргея — это место, откуда начнётся конец света?

— Не место, — Василий покачал головой, - скорее первая ступень лестницы, ведущей в бездну.

— Но что там, в глубине? — Арья скрестила руки, -ты полагаешь, что там были земоготы? Или кто-то ещё?

Василий присел на край стола.

— Земоготы могли быть просто инструментом в чьих-то руках, марионетками. И, возможно, их кукловод прячется именно там. Понимаешь, Арья... В ходе своих изысканий, я обнаружил несколько планет, где земоготы развернули особенно активную деятельность. И Гиргея - одна из них. У меня есть подозрение, что на ней скрывается зло. Настоящее зло, что гораздо древнее человечества. Зло, что существовало до нас и будет существовать после.

— Это звучит убедительно... почти. Но я не могу рассуждать с точки зрения веры или мистики, все эти предчувствия и прочее. Сам понимаешь, за годы работы ксенодетективом при Комиссии мне пришлось убедиться в том, что на сто фейков едва ли приходится одна реальная ситуация. Люди видят тарелки, огни, слышат голоса и звуки, ты прибываешь на место и обнаруживаешь провинциальных сумасбродов.

-Есть вещи, которые невозможно измерить приборами, - сказал Василий, грустно улыбнувшись, - и наверное, для большинства я стал шизотериком, когда впервые ошутил их.

-Но что ты чувствуешь здесь? Рядом с Гиргеей?

Василий поморщился, словно больной зуб напомнил о себе.

-Она рычит... будто голодный зверь. Она ворочается, словно хищник во сне, зверь, что вот-во может проснуться. И ещё этот сон... Пока мы летели сюда, я видел что-то странное, пока был в анабиозе. Я просто решил пока не говорить другим об этом.

-Что это?

-Обелиск. Огромный, чёрный, древний. Он стоит в глубинах Гиргеи и ждёт, когда кто-то его разбудит.

Арья напряглась.

— Обелиск? Это артефакт?

— Нет, мне кажется, что это ключ. Ключ к чему-то ужасному.

— К чему?

Василий встал, подошёл к иллюминатору, за которым медленно вращалась Гиргея.

— К Вторжению, - прозвучал его глухой голос.

-Тому, о котором ты говоришь в своих последних книгах?

Василий кивнул.

-Это Обелиск земоготов? 

-Я не знаю. Но знаю, что бежать или прятаться от этого бессмысленно.

Он повернулся к ней, и в его глазах горел странный огонь — смесь страха и решимости.

—Если Обелиск проснётся, то никто не убежит, никто не спрячется. И я должен его остановить, я должен не допустить этого.

Арья молчала, не зная, что ответить. Всё-таки Василий Потоцкий был тем, благодаря кому эта экспедиция состоялась. В чём-то их интересы пересекались, он искал подтверждения своей теории, а она разруливала дело из-за которого её уволили из КОМКОНа, дело, что стало её то ли благословлением, то ли проклятием. И даже после увольнения она... она по-прежнему была ксенодетективом, который прибыл на Гиргею, чтобы найти следы контакта, а ещё лучше тех, кто принимал в нём самое непосредственное участие.

— Ты не веришь мне, — констатировал Василий. — Но поверишь. Когда увидишь то, что я видел.

Арья постояла ещё мгновение, потом вышла, оставив его в одиночестве.

 

1-7



Шаттл отделился от «Когтя» с глухим лязгом стыковочных замков. Маленький, юркий, он развернулся носом к планете и начал спуск. Внутри было тесно. Шестеро в полном снаряжении, плюс ящики с оборудованием, оружием и припасами. Пахло машинным маслом, озоном от систем жизнеобеспечения и чем-то человеческим.

Шаттл вёл Серж Громов, а Лёва примостился рядом, уткнувшись в планшет, его пальцы летали по виртуальной клавиатуре. Горыч, Лиза, Арья и Василий сидели в пассажирском отсеке, пристёгнутые ремнями.

— Высота — триста километров, — объявил Серж, — входим в атмосферу через две минуты. Лёва, статус взлома?

— Почти готов, — не отрываясь от экрана, ответил Лёва. — Орбитальная станция уже думает, что мы служебный транспорт. Сейчас достучусь до Узла-У... Есть! Их сеть открылась. Захожу в систему управления охраной.

— Сколько времени?

— Десять минут. Может, пятнадцать. Зависит от того, насколько нормально работает система в автоматическом режиме.

Шаттл вошёл в верхние слои атмосферы. Обшивка загудела, завибрировала. За иллюминаторами вспыхнуло оранжевое свечение. Температура снаружи взметнулась до нескольких тысяч градусов.

— Держимся, — спокойно сказал Серж, корректируя траекторию.

Лиза сжала подлокотники кресла побелевшими пальцами. Горыч сидел расслабленно, прикрыв глаза. Василий молился вполголоса, перебирая чётки.

Тряска усилилась. Шаттл прошивал атмосферу, словно раскалённый метеор. Гиргея приближалась — огромная, тёмная, покрытая штормовыми облаками.

— Какая же она мрачная, — прошептала Лиза, глядя в иллюминатор.

—То ли ещё будет, - сказал Лёва, - внизу всё выглядит совсем по-другому.

Шаттл прорвался сквозь облака. Ветер ударил в обшивку, раскачивая судно. Дождь хлестал по иллюминаторам — тяжёлый, почти маслянистый. Видимость упала до нескольких метров.

— Ёк-макарёк!— выругался Лёва, вцепившись в консоль. — Погода здесь никогда не радует…

— Стандартная для Гиргеи, — Арья включила стабилизаторы. — Постоянные штормы. Атмосфера перенасыщена влагой. Солнечный свет практически не доходит до поверхности.

— Рай на земле, — саркастически заметил Горыч.

Шаттл снизился ещё. Теперь под ними простирался океан — тёмный, почти чёрный, с гребнями волн высотой в десятки метров. Вода бурлила, словно живая. Пенные гряды разбивались друг о друга, образуя хаотичные водовороты.

— Вижу Узел-У, — Серж навёл целеуказатель так, чтобы пункт назначения было видно сквозь лобовое стекло.

Из пелены дождя и тумана выступила массивная структура — плавучая платформа размером с небольшой город. Многоуровневая, покрытая антеннами, вышками, посадочными площадками. Огни на ней были погашены — только редкие аварийные маяки мигали красным.

— Выглядит как мёртвый разорённый улей, — прокомментировал Горыч, - и мне это не нравится.

— Мне тоже, — признала Арья. — Но выбора нет. Лёва, как там охрана?

Лёва хмыкнул, глядя на экран.

— Охрана в порядке. То есть, я её в порядок привёл. Перепрошил трёх андроидов — они встретят нас как технический персонал. Автотурели переведены в режим ожидания. Датчики движения отключены в секторе посадки.

— Хорошая работа.

— Я знаю, — самодовольно ответил Лёва.

Шаттл приближался к платформе. Серж вёл его осторожно, борясь с порывами ветра. Платформа качалась на волнах, но держалась устойчиво — мощные гидростабилизаторы компенсировали движение океана.

— Посадочная площадка номер три, — объявил Серж, осторожно поворачивая шаттл, - готовимся к касанию.

Шаттл завис над площадкой — круглой порыжевшей от ржавчины металлической площадкой с едва виднеющейся разметкой. Дождь барабанил по обшивке и казалось, что кто-то швыряет по ним тяжёлые камни. Ветер выл, пытаясь сорвать корабль и швырнуть в океан.

Серж аккуратно опустил машину. Шасси коснулось металла. Двигатели заглохли.

Тишина. Только шум дождя и завывание ветра снаружи.

— Мы на месте, — тихо сказала Арья.

Все выдохнули.

Горыч расстегнул ремни, потянулся.

— Ну что, детишки, пошли гулять по заброшенному парку аттракционов?

Лиза нервно рассмеялась.

— Звучит как начало фильма ужасов.

— Так и есть, красотка, только мы не совсем зрители.

-Горыч, не пугай ребёнка, - попросила Арья.

-Будет сделано, босс! -Горыч шутливо взял под козырёк, но слегка повернувшись – подмигнул Лизе.

Лёва закрыл планшет, сунул его в карман.

— Андроиды уже в пути. Встретят нас у выхода. Готовы?

Арья кивнула, проверяя пистолет на поясе.

— Готовы. Выдвигаемся.

 

1-8


Люк шаттла с шипением скользнул в сторону. Внутрь хлынул холодный, влажный воздух, пропитанный запахом океана, ржавчины и чего-то ещё — химического, неприятного.

Арья первой вышла наружу. Дождь сразу же обрушился на неё, ледяные струи ударили по стёклам защитных очков, толкнули в грудь. Она выше подняла воротник, включила фонарь на плече. Луч света пронзил серую мглу.

Платформа вокруг была пуста. Посадочная площадка, ангары, склады — всё заброшено. На стенах зданий росла плесень, ржавчина разъедала металл. Кое-где валялись обрывки тросов, пустые ящики, сломанное оборудование.

— Весело тут, — пробормотал Горыч, выходя следом. Он держал штурмовую винтовку наготове, оглядываясь по сторонам.

Лиза вышла, прижимая карабин к груди. Она вздрогнула от холода и сырости.

Василий вышел последним. Он остановился, глядя вокруг, и его лицо исказилось.

— Здесь… здесь чувствуется смерть. Много смерти.

— Ну да, тюремная планета, ничего удивительно, - Горыч пожал плечами, - тут люди мёрли как мухи…

— Нет, — Василий покачал головой. — Не просто смерть. Нечто большее. Словно… словно сама планета пропитана болью.

— Хватит мрачнухи, Холимэн, — оборвал его Горыч, - нам тут ещё жить и работать.

Арья подняла руку, призывая к тишине.

— Слышите?

Все замерли, прислушиваясь.

Где-то вдали, за зданиями, раздавался монотонный звук — лязг металла о металл. Ритмичный, механический.

— Андроиды? — предположила Лиза.

— Возможно, — Лёва достал планшет, проверил сигналы. — Да, это они. Идут сюда.

Через несколько секунд из-за угла ангара появились три фигуры — андроиды серии «Страж». Двухметровые, человекоподобные, в потёртой защитной униформе. Их оптические сенсоры светились тусклым жёлтым. Они двигались синхронно, словно солдаты на марше. Наконец, машины остановились в нескольких метрах от команды. Центральный поднял руку в жесте приветствия.

— Идентификация подтверждена. Добро пожаловать на Узел-У, - его голос звучал как-то странно, словно машина раздумывала, говорить ей или нет.

— Спасибо, железяки, - ответил Лёва.

-Приятно, что хоть кто-то нас встретил, -добавила Арья.

—Цель вашего прибытия? – поинтересовался Центральный.

— Проверка систем, запуск оборудования, обследование комплекса, — ответила Арья.

— Нам нужен доступ к админкомплексу. Проведёте?

— Подтверждено. Следуйте за нами.

Андроиды развернулись и зашагали к главному зданию платформы. Команда двинулась за ними.

Какое-то время они шли по узким переходам между зданиями. Дождь не прекращался, вода текла по стенам, собираясь в лужи. Где-то скрипели ржавые петли дверей, раскачиваемых ветром. Ветер завывал в трубах вентиляции.

— Чувствую себя как в постапокалиптическом триллере, — прошептала Лиза, оглядываясь по сторонам.

— Это и есть постап, — сказал Лёва.

— Ну да, ведь планета мертва, а мы ходим по её трупу, - пробасил Горыч.

— Горыч, заткнись, — попросила Лиза.

Он усмехнулся, но замолчал.

Они прошли мимо столовой — через разбитые окна видны были перевёрнутые столы, сломанные стулья. Стены исписаны граффити — грубые надписи, проклятия, мольбы о помощи.

— Не очень похоже на нормальную эвакуацию, — заметил Горыч, разглядывая надписи.

Он посветил фонариком на некоторые из них.

"Вы нас бросили".
"Мы умрём здесь".
"Будьте вы прокляты!"

-Кто это писал? Гражданские, что ли?

-По идее, часть заключенных должны были выводить через эти палубы. Возможно, тут вспыхнули какие-то беспорядки…

Василий остановился у одной из надписей. Она была сделана чем-то красным, буквы были выведены неровно, словно дрожащей и слабеющей рукой:

-ОН ПРОСНЁТСЯ…

— Что это значит? — тихо спросила Лиза.

— Не знаю, — ответил Василий. — Но это похоже на предостережение.

Горыч фыркнул.

— Или просто бред умирающего.

Но в его голосе послышалась неуверенность.

Они двинулись дальше, следуя за андроидами. Платформа была огромной — лабиринт из коридоров, лестниц, переходов. Везде следы запустения: ржавчина, плесень, разрушение.

Наконец они подошли к массивной двери с надписью: «АДМИНИСТРАТИВНЫЙ ТЕРМИНАЛ. ВХОД ТОЛЬКО ПО ПРОПУСКАМ!»

Центральный приложил руку к сканеру. Дверь со скрипом открылась, выпуская клубы затхлого воздуха.

—Вход открыт. Системы жизнеобеспечения работают в аварийном режиме. Освещение частично. Будьте осторожны.

— Какой заботливый, ты погляди, - буркнул Горыч.

Команда вошла внутрь. Андроиды остались снаружи, застыв в режиме ожидания.

Внутри было темно и холодно. Аварийные светильники мерцали тускло-красным, отбрасывая длинные тени. Коридор уходил вглубь, в темноту. Стены покрыты конденсатом, пол — лужами воды.

Арья включила фонарь. Луч выхватил из тьмы детали: двери кабинетов, стенды с инструкциями, пустые стойки ресепшена.

—Никого нет, — прокомментировал Лёва, тоже включив фонарь. — Но системы работают более-менее сносно, значит генераторы ещё живы.

— Проверь связь с Сержем, — попросила Арья.

Лёва нажал кнопку на гарнитуре.

— Серж, на связи?

Шипение помех. Потом голос, искажённый и отдалённый:

— Слы… слабо… помехи…

— Серж, повтори!

— …ехи с планеты… всплески энергии… что-то…

Связь оборвалась.

Лёва нахмурился.

— Хреново. Как я и говорил, тут сильные помехи. Идут откуда-то снизу, из глубин планеты.

— Ладно,— Лёва проверил планшет, - связь между собой у нас будет, я подключу по локалке. С Сержем буду пытаться как-то решить проблему.

— Прекрасно, — пробормотал Горыч. — То есть, мы отрезаны?

— Временно. Когда доберёмся до ЦП, можно будет усилить сигнал.

Арья кивнула.

— Ладно. Действуем по плану. Давайте вначале забазируемся, Лёва, куда нам идти?

Лёва изучил карту на планшете.

— Вверх, все этажи выше третьего наши. Там жилые отсеки.

Они двинулись по коридору, фонари выхватывали из тьмы фрагменты заброшенного комплекса. Кабинеты с распахнутыми дверями, столы, заваленные бумагами, разбитые мониторы.

— Выглядит так, словно люди бежали в спешке, словно здесь была паника, - сказала Лиза, освещая один из кабинетов.

-Смотрите, вещи брошены как попало.

Василий остановился у одной из дверей. Он смотрел внутрь, и его лицо побледнело.

— Здесь… здесь кто-то умер.

Горыч заглянул через его плечо. Посреди кабинета лежал скелет в истлевшей одежде. Кости обглоданы временем, черепа — пустые глазницы, оскаленная челюсть.

— Не успел эвакуироваться, — констатировал Горыч. — Или не захотел. Остался и сдох.

Лиза подошла поближе.

-Я хочу его осмотреть.

-Действуй, - кивнула Арья, остальные следуя её жесту – приостановились.

Свет фонаря высветил обычную форму техника-логиста. Светло-серая ткань пропиталась чем-то тёмным и застыла, слипшись с кожей. Голова была откинута, рот открыт в беззвучном крике.

Она приблизилась, не присаживаясь, и осмотрела тело лучом фонаря.

— Обычный сотрудник, — её голос был ровным, без эмоций.

Луч скользнул к шее. На тонкой цепочке висел прозрачный пластиковый пропуск.

— Карта доступа. Не тронута. Значит, дело не в ней.

Она заметила неестественный излом левой руки и тёмное пятно на груди, от которого расходились струйки засохших потёков крови.

— Сломал руку, когда падал. А вот это, — она ткнула лучом в пятно на груди, — колотая рана. Что-то острое и узкое. Отвертка? Самодельное шило? Удар нанесён с близкого расстояния, почти в упор.

Лиза обошла тело и наклонилась, разглядывая пол. В пыли виднелись смазанные следы.

— Он не убегал. Он отступал. А тот, кто его убил, шёл на него. Видите? Следов борьбы нет, а значит был только один удар. Точно и без эмоций.

Она выпрямилась и посмотрела на остальных.

— Хладнокровное убийство. Видимо зэки решали свои проблемы быстро и жестоко. Предметом разборки мог быть паёк, место на шаттле, тёплая куртка. И если здесь остались выжившие, — она кивнула в сторону тёмного коридора, —то это не беспомощные жертвы. Это те, кто сумел пережить других. И они не станут с нами церемониться.

-Тоже мне открыла Америку, - хмыкнул Горыч, - на Гиргею свозили самый отъявленный сброд.