Дорожная история

Как-же хорошо сидеть на краю причала под горячими лучами солнца, неспешно болтать ногами и осматривать морскую даль. Еле различимая точка на горизонте медленно увеличивается и превращается в красивую парусную яхту. Рядом с причалом кружит стая чаек. Вот из стаи вниз устремились сразу три птицы, за добычей, и заодно освежиться. Пожалуй, и мне пора искупаться в тёплой морской водичке… Вдруг до моего слуха донёсся какой-то непонятный звук. Сначала тихий, потом нарастающий. Я осмотрелся, не подходит ли к причалу, включив гудок, рыболовный сейнер. Но нет, судна не видно, а звук всё нарастает, заполняет весь пейзаж. В мгновение исчезает море, пляж, причал, всё погружается в темноту. Наконец, понимаю, это был сон, в который так бесцеремонно вторгся будильник. Преисполненный негодования выключаю будильник и лежу с закрытыми глазами, вспоминаю сон. Слева доносится тихий голос Светки:

— Просыпаемся?

— Шутишь? – отвечаю я.

— Пора вставать, нам же ехать.

Да, вставать действительно надо, предстоит дорога из Ростова в Москву. Но всё равно я ещё немного полежал, дождался пока встала моя, наделённая силой самодисциплины, подруга и раздвинула шторы. Темнота в номере от этого стала немного меньше благодаря уличному фонарю и отражающим его свет сугробам.
 
Время завтрака в гостиничном кафе ещё не наступило, поэтому мы позавтракали в номере, уложили сумки, по традиции присели на дорожку и двинули на выход. Ночью был снегопад, поэтому машину пришлось очищать от белой пушистой шапки. Погрузил сумки в багажник, сверху положил валенки и одеяло. Их мне выдали родители в конце ноября и сказали, что зимой валенки и одеяло нужно обязательно возить с собой. Наконец вырулили из двора гостиницы и по едва расчищенной дороге начали свой путь.

Часа через полтора после выезда забрезжил слабый зимний рассвет. Одновременно с рассветом загорелся индикатор низкого уровня топлива. На автозаправке вышли из машины – и тут же заскочили обратно. Ледяной ветер моментально дал понять, что нужно одеться потеплее.

— В Ростове было теплее, – заметила Света, застёгивая до самого верха молнию на пуховике.

— Юга…

Дальнейшая дорога проходила довольно приятно, за разговорами, с остановками – покушать и попить кофе. Наконец, въехали в Московскую область.

— Ну уже немножко ехать осталось, – сказал я.

— Давай, не расслабляйся, – ответила Светка. Она вообще строгая на счёт вождения, чтобы ни телефонов, ни других отвлечений.

Проехали ещё минут сорок, и вдруг случилось такое, что сразу сдуло с меня благодушное настроение. Ни с того, ни с сего, машина стала замедляться. Я почувствовал, что двигатель заглох, включил аварийную сигнализацию и стал медленно смещаться в сторону обочины.
 
— Что такое? – спросила Светка.

— Не знаю. Заглохла.

Остановились. Попытался завести мотор. Стартер крутит, но мотор не заводится. В голове ворох возможных причин поломки, одновременно пытаюсь пошутить:

— Я же говорил, немножко осталось ехать.

— Очень смешно, – отвечает Света. — Эвакуатор, наверное, нужен?

Какое-то время пытаюсь сообразить, что делать дальше.

— Может и эвакуатор, но ещё неизвестно, через сколько он приедет. Да и сколько денег возьмёт, если тащить машину в Москву. Давай остановим какой-нибудь автобус на Москву, ты поедешь на нём, а я посмотрю, что сломалось.

— Нет, я одна не поеду, ищи, что там у тебя сломалось.

— Ну тогда одевай валенки, укутывайся в одеяло.

Достал из инструментальной сумки диагностический прибор, подключил к машине – выяснилось, нет сигнала с датчика коленчатого вала. Дальше самое приятное – выйти из машины и под порывами не самого знойного ветра проверить провода, идущие к датчику. Пальцы окоченели моментально, но я подумал – если бы Светка уехала на автобусе, у меня было бы меньше отваги проделать это. И ещё вспомнил недавний сон про лето.

Провода оказались целыми, значит, нужно менять датчик, которого с собой нет. Остаётся только вызывать эвакуатор… И тут я вспомнил про своего товарища, дом которого километрах в двадцати от места, где мы остановились. Я сообщил об этом Светке, она сказала:

— Ну позвони товарищу.

Позвонил. После этого мы сидели в остывшей машине, Света в валенках, закутанная в одеяло. Мы смотрели, как за окном сгущается темнота, а безучастные снежинки, гонимые ветром, стремительно проносятся перед стеклом. Я сделал радио громче, чтобы не так был слышен ветер.

Через полчаса перед нашей машиной ободряюще вспыхнули три стоп-сигнала.

— Ну что, сломал тачку? – весело спросил мой товарищ Лёха, когда я, мгновенно освободившийся от тревоги, вышел из машины.
 
— Да, что-то не то нажал, похоже, — ответил я, пожимая товарищу руку.

Решили тащить машину к Алексею домой, и там переночевать. Зацепили трос и поехали. Светка отказалась пересаживаться в тёплую машину, видимо понравились валенки и одеяло.
 
Добрались благополучно, закатили машину во двор. Лена, жена Алексея, приготовила ужин – варёная картошка, жареная рыба, солёные огурцы и квашеная капуста. Ужин прошёл за разговорами, не без тостов, а закончился чаем и кофе. Наконец, пошли спать. Нам отвели уютную комнату на втором этаже, я лёг у окна, а Светка у стены в глубине комнаты.

— Хорошие у тебя друзья, – сказала Светка.

— Хорошие, – ответил я. — А раньше были почти врагами.

— Как это?

— Давняя история.

— Рассказывай.

И так как впереди была длинная зимняя ночь, а спать что-то совсем не хотелось, я рассказал Светке, как познакомился с Лёхой, и как мы стали друзьями.

Было это лет пятнадцать назад, я тогда искал работу, и был принят в филиал одной крупной компании на должность системного инженера. Помню, как в первый мой рабочий день заместитель директора филиала, Николай Георгиевич Мальцев, знакомил меня с предприятием, показывал разные отделы, и наконец, привёл в кабинет, где я буду работать. В кабинете в это время находились два человека. Мальцев представил нас друг другу:

– Алексей, начальник отдела, ваш непосредственный начальник. А это Валентина, она из другого отдела, в вашем кабинете временно.

Так мы и познакомились с Лёхой. Разумеется, тогда я его, как непосредственного начальника, называл Алексеем, а не Лёхой.

Потекли рабочие будни, работа была интересной, непосредственный начальник присматривался ко мне, а я в свою очередь, к нему. Девушка Валентина работала за столом у дальней стены кабинета и казалось, вообще ни к чему не присматривалась, а была постоянно занята составлением каких-то таблиц в компьютере. Насколько я помню, несколько месяцев она занималась этими таблицами вообще не проронив ни слова. Прошло полгода или больше, я втянулся в работу, с Алексеем мы сработались нормально, Валентина тихо делала таблицы, в общем, всё шло как нельзя лучше.  Частенько к нам в кабинет заходил Мальцев – рассказать какой-нибудь анекдот. Он заведовал закупками для филиала, и возможно поэтому всегда был в хорошем расположении духа.
 
Прошло ещё несколько месяцев, и неожиданно ситуация стала меняться в худшую сторону. Как-то, в очередной раз меня вызвал к себе директор филиала, Борис Сергеевич Хазов, попросил организовать и настроить рабочее место для нового сотрудника в финансовом отделе, и желательно без промедления. Я вернулся в свой кабинет, сказал об этой задаче Алексею и начал подбирать нужное оборудование. Но Алексей сказал, что даёт мне другую задачу, так как является моим непосредственным начальником. С этого началось какое-то недопонимание, а потом подобные ситуации возникали снова и снова.

Как-то я сидел за своим рабочим столом, размышляя о положении дел, Алексея в кабинете не было, а была только безмолвная Валентина, погружённая в компьютер. Я посетовал вслух, и это послужило поводом узнать Валю поближе.

Она, вдруг, заговорила. И даже на повышенных тонах. Накинулась на меня с упрёками, что, мол, я только устроился на работу, и уже нашёл пути к начальству, что я карьерист, и что вообще из понаехавших. Я даже не ожидал от неё такого пыла, столько месяцев сидела вообще не проронив ни слова. В общем, мне стало ещё грустнее.

Как-то в конце рабочего дня я настраивал компьютер в отделе кадров у сотрудницы по имени Оля. Оля поблагодарила за сделанную работу и спросила:

– Ты после работы на метро?

– Да, – ответил я.

– Я тоже, давай вместе пойдём.

По дороге к станции метро Оля посвятила меня в происходящее. Оказывается, мой начальник Алексей какой-то строптивой выходкой умудрился впасть в опалу к директору филиала Хазову, и поэтому Хазов теперь даёт задачи мне, игнорируя Алексея. Ситуация немного прояснилась, но легче от этого мне не стало. Решил, будь как будет, как-нибудь утрясётся.

И действительно утряслось. Неожиданно, благодаря заместителю директора Мальцеву. Как-то он пришёл к нам в кабинет не таким весёлым как обычно. И в последующие дни его, прежде довольное, круглое лицо, несло на себе печать какой-то грусти. Позже, в бухгалтерии, я узнал причину этой перемены. Оказывается, в головном офисе нашей фирмы за что-то уволили жену Николая Григорьевича, которая занимала там довольно высокую должность. А через месяц и сам Николай Григорьевич покинул наш филиал.

С этих пор наш отдел стал заниматься закупками оборудования сам. А так как начальником отдела являлся Алексей, то эта нелёгкая обязанность легла на его плечи. Вскоре выяснилось, что нужно менять большое количество компьютерного оборудования. Стали часто давать сбои серверы, коммутаторы, рабочие компьютеры пользователей. Алексей занялся подбором нового оборудования для закупки, подготовил спецификации и предложения найденных им поставщиков. Потом он отнёс эти спецификации к Хазову.

На следующий день Хазов вызвал меня к себе, спросил, действительно ли нужно менять оборудование и попросил проверить у других поставщиков цены из принесённых Алексеем спецификаций. Я вернулся в кабинет и занялся порученным делом. Выяснилось, что почти всё оборудование можно купить значительно дешевле. Тогда я сказал Алексею, какое поручение дал мне директор, и про разницу в ценах тоже сказал. Лицо Алексея вдруг покраснело, но он совладал с собой и сказал:

— Давай я ещё проведу переговоры с поставщиками на счёт цен. Тебе когда надо дать ответ Хазову?

— Он не назначал срок, в ближайшие дни наверное.

В этот день мы на эту тему больше не разговаривали. А на следующий день ближе к обеду Алексей сказал, что надо в серверной комнате переложить кабели, и мы с ним отправились в серверную. Наверное, чтобы быть подальше от милых ушек Валентины, хотя они и пленяют красотой вставленных в них золотых серёжек с красными камешками.

В серверной Алексей прислонился к шкафу с оборудованием и неожиданно доверительным тоном сказал:

— Слушай, ты на эти недоразумения с задачами, что ставит директор, и что я, не обращай внимания. У нас там с Хазовым небольшие трения. А с закупкой оборудования, давай вместе заниматься.

— Давай, – ответил я. — Вместе будет лучше, объём всё-таки не маленький. Но поставщиков надо будет как-то подбирать, чтобы цены давали не завышенные, а то ведь Хазов может ещё кому-нибудь поручить проверить, а то и сам займётся закупками.

С этого ничем не примечательного разговора в серверной комнате началась наша дружба. И даже после того как Алексею всё-таки пришлось уволиться, мы поддерживали дружеские отношения. Да и с Валентиной потом нормально общались. Оказалось, что если уж она заговорила, то потом остановить её тягу к разговорам невозможно.

Я закончил рассказ, в комнате повисла тишина. Стало слышно, как тикают часы на стене.

— Спишь? – спросил я Светку, не надеясь получить ответ.

— Нет, не сплю. Значит, если бы эту жену вашего Мальцева не уволили, то сегодня пришлось бы вызывать эвакуатор?

— Выходит, что так.