Статья в газету, или уроки менеджмента

                Будучи человеком занятым, у которого будний день расписан по минутам, я часто бываю в разных городах. В веренице дел есть конечно и бытовые, поэтому в конце маршрута есть и сетевой магазин со всем необходимым, и где-то в середине рынок со свежими продуктами. На городской рынок обычно меня не хватает, поэтому заезжаю на стихийный в центре, на ул. Денисова. Здесь можно купить дары садов, огородов и близлежащих лесов. Следуя старой привычке определять специальность человека по внешнему виду, обхожу бомжеватого вида продавцов, а также бабушек со следами бурной молодости на лице. У них можно запросто купить свежую картошку или морковь со свеклой в застиранном п/э пакете, все эти овощи родом из близлежащей «Пятерочки». Жители приграничного города пропитаны духом предпринимательства с детства. Выделив для себя потенциальных продавцов, интересуюсь ценой, попутно спрашиваю – а ягоды то не у дороги собирали? На что слышу кучу аргументов в своей неправоте. Некогда оживленное движение по «Скандинавии» до сих пор ставит жирный крест на пользе ягод и грибов, собранных вдоль трассы. Приметив настоящих дачников, быстро делаю покупки и уезжаю. Один из «настоящих» приезжает на Фольксвагене Кадди – эдакий симбиоз легкового и грузового автомобиля. Фургон вмещает в себе 2 стола, полтора десятка ведер с цветами, кочны капусты, картофель, банки с соленьями, тыквы с перцами и кабачки. Хозяйский подход к делу не оставляет сомнений, кто будет следующим поставщиком моего стола.
         В следующий приезд обхожу рынок – нет мужика на Кадди! Спрашиваю у бабулек:
– А где ваш сосед?
– Какой такой сосед?
– Да тут обычно с гортензиями и огурцами?
– Ванька что ли?
– Ну да. - Отвечаю, притворяясь старым знакомым.
– Так он все продал и умотал на дачу, его после 3 часов здесь редко увидишь.
– Почему Ванька, не мальчик вроде?
…  - отвернулись бабки, не считая нужным комментировать.
Я понял – бабкам не по душе то, что приехал мужик на фургоне, продал кучу товара и умотал на дачу, а они сидят тут целый день с горочкой грибков и парой стаканов малины.
                Иван Васильевич – крепкий, слегка сутулящийся мужик хорошо за 60, рабочее прошлое выдает все – от прически и крепких рук до анекдотов по любому поводу. Взял я у него всего на пробу – малосольные огурцы, капуста и маринованные грибы – верх совершенства, не дёшево, но и не космос, что меня и подкупило.
– Сам что ли соленьями занимаешься?
– Да ты что, у меня жена родом из Карелии.
Мне стало все понятно – и хозяйский подход, и откуда этот, почти забытый вкус детства в малосольных огурцах и маринованных грибах, промытая свежая картошка, которую можно не чистить. Я быстро стал постоянным покупателем, покупал все и помногу, так как ездил не регулярно, и заглядывал на Денисова только по пути. Погода летом обычно хорошая, и неспешный разговор на воздухе с добродушным собеседником хорошо освежает после визитов в официальные учреждения администрации района.
                Так продолжалось некоторое время, мы вспоминали службу в армии и лихие 90-е, он первый поинтересовался. Что, собственно, и было неудивительно, в те годы много чего интересного происходило. Если, конечно, не брать в счет работников предприятий, по полгода не получавших зарплату. Меня этот аспект не очень интересовал – я впервые почувствовал на себе изменения в жизни в 90-м, когда получил зарплату за месяц, составлявшую одну десятую от дохода за одну поездку в Питер. То есть труд инженера-наладчика на тот момент стал цениться в десятки если не сотни раз ниже, чем труд водителя – экспедитора. Ванькина история меня поначалу мало заинтересовала – ну каменотес и каменотес, эка невидаль на Карельском перешейке!
– А ты на площади Восстания видел стелу? - Я ее обрабатывал.
– Да ладно! – Пытаюсь разжечь интерес собеседника
– Да точно! Ее же в карьере Возрождение добыли методом взрыва, а я огранку делал. Нас там целая бригада работала, в начале 80-х.
                Как я мог не помнить, если сам бегал в коротких штанах на лямках по скверу в центре площади Восстания, пока родители встречали родню откуда-то, а позже уже сам приезжал и уезжал с Московского вокзала. К сожалению, в конце 70-х там чаще можно было увидеть алкашей, чем детей в панамках. А когда впервые ехал на собственном автомобиле в 86-м, был немного сбит с толку видом площади Восстания с обелиском по центру.

 – Так вот, дело было зимой в начале 80-х, - продолжает Васильич, – Вырубили, значит, взрывом две глыбы, мы их долго обрабатывали, все на морозе. И когда уже стела с основанием были практически готовы – почти на самой вершине стелы откалывается кусок…
Я слушаю в оба уха, шутка ли – человек-легенда, история родного края из первых уст.
– Такой нормальный кусок, с хорошую коровью лепешку. А сроки уже поджимают – делали же к Дню Победы, всё на контроле обкома партии, дело не шуточное!
– Приходит ко мне мастер с начальником участка: давай, дескать, Иван, выручай! Не сносить нам головы, если дело вскроется, что там обком, до Москвы дело мигом дойдет!
                Слушаю, жалею, что аудиозапись не сообразил на телефоне включить, да еще думаю, как бы тут покупатели с толку не сбили. Разгоряченный воспоминаниями, весь на эмоциях Иван Василич продолжает:
– Нее, не получится говорю, это же камень, с ним не поспоришь!
– Давай выручай Ваня, ящик водки ставим на бригаду!
Почесал Иван затылок, хмыкнул, наверное, в тысячный раз, - одному богу известно, сколько же пересказов вынесла история?
– Короче так: ставьте 2 ящика белой, попробуем что-то придумать, дайте спокойно пару дней отработать!
Ивана несет, я думал – он и про картошку забыл. Но нет:
– Камень есть камень, развел я полведра эпоксидки с гранитной пылью, по цвету получилось вообще один в один! Прилепил эту штуку, шовчики вообще незаметны!
– Ну а с ящиками-то что?
– Что-что! Гуляли всей бригадой два дня, а начальство тогда какие-то грамоты получило, чуть ли не медали.
– Так вот, сделали мы эту стелу с постаментом, а весу там 500 тонн! Чтобы в Ленинград отправить, вызывали два ракетных тягача, один с севера, другой из ГДР! Тот немец-то послабее оказался – дышло хоть толщиной с кулак, а оторвалось как пластилиновое, но отремонтировали быстро.
Иванов кулак действительно внушительных размеров, я, как механик, в уме прикинул – какое же разрывное усилие было приложено к стальному прутку?
– Да, еще перед транспортировкой ведь все мосты от Возрождения до площади Восстания отремонтировали – такие бандуры если утопишь ведь не достать будет никакими силами!
Услышал бы я где-то в другом месте подобную историю – ни за что бы не поверил. В общем-то и не поверил. Но тут убеленный сединами человек, воспитавший четверых детей, с виду не такой уж и богатырь, но, когда картошку накладывает – невольно обращаешь внимание на размеры кулаков и запястий.
                Приезжаю через неделю – сразу к Ивану, историю не вспоминаю – голова забита рабочими вопросами. Иван достает из машины фотографии бригады, где он молодой и черноволосый изображен верхом на лежащей стеле! Тут я понимаю, что зря сомневался в правдивости истории, ну может небольшие неточности напрягали, но история классная! Для новой местной газеты вообще сенсация!
– Могу я переснять эти фото?
– А тебе зачем?
Я не хотел осложнений в отношениях, поэтому ответил, – просто для себя.
На самом деле пока не было идей, что делать с полученной информацией. Но ничего подобного по поводу стелы мне слышать не приходилось. Поэтому я посчитал, что информация может оказаться ценной.
                К тому времени, когда Ковид-19 + СВО перепутали все отношения в приграничном городе, у многих предприятий, как больших, так и малых, наступили трудные времена. Особенно у тех, кто занимался перевозками и международной торговлей. Рассказал я при случае вкратце историю о местном герое знакомому главреду небольшой газеты, и было решено разместить материал в местном издании.
– Нет! Не надо! – первая реакция Ивана, она же и последняя, как я ни уговаривал.
– Чего стесняться, ты что, выдумал или что тебя держит?
– Я же не один, нас там целая бригада была! Не надо, Юра!
– Ок, не надо так не надо, - было бы предложено, подумал я.
                Отлежала эта история год у меня в столе, главред спрашивает, ну что, на каком этапе статья?  Решил я поступить демократично, прошерстил паутину, нашел много интересного. Скомплектую, вставлю фото, сделаю побольше упор на родной город, и Ивана не задену ничем, кроме благодарности местному коллективу каменотесов. Прошерстил и понял причину нежелания публикации, а еще понял, почему Иван Васильевич нисколько не упал в моих глазах, напротив – кое чему можно бы и поучиться.
                Чисто из исторических фактов нашлись подтверждения только тому, что глыбы добыты в Возрождении. Там же подверглись проверке на наличие трещин ультразвуком, и после первоначальной огранки транспортированы в Ленинград. Там, на площади Восстания и была произведена чистовая отделка. Ну и что? Мне никто и не обещал документальный рассказ, а поскольку он художественный – автор волен использовать художественный же вымысел.
                За 40 лет, истекших с момента событий, история пересказывалась сотни или тысячи раз, наверняка скрашивалась различными деталями, помогая тем самым поддерживать интерес слушателей. И рассказчик уже давно не каменотес, а какой-никакой мелкий предприниматель, эффективность работы которого напрямую зависит от числа и качества покупателей. Давно известно, что довольный покупатель обязательно вернется.
                Статья в газету написана на основе документальных фактов, рассказ на основе личных впечатлений. На носу майские праздники, а там и лето не за горами. Куда поехать за картошкой и огурцами вопрос не стоит. К Ивану, конечно.