Операция Ноя- или

на Израиль наложили эмбарго, а Израиль положил на эмбарго.
Из интернета
..............
Да, было дело —; операция «Ноа» называется:;
Если кому-то кажется, что так бывает только в шпионских фильмах, то им это действительно кажется, и они просто не знакомы с историей операции «Ноа». Это не кино. Это реальность, в которой еврейское государство без единого выстрела, без скандала и без трупов просто забрало своё.;
Предыстория: Дружба с Францией — это ненадолго
В начале 60-х Франция была для Израиля главным военным поставщиком. Самолёты, танки, катера — всё оттуда. Но после Шестидневной войны генерал де Голль решил, что дружить с евреями ему больше не выгодно. И ввёл эмбарго.
Важный момент:; эмбарго ввели не сразу после войны, а в декабре 1968 года — после того как израильский спецназ совершил дерзкий визит в аэропорт Бейрута.
Это был такой «цимес», который я должен обязательно вам показать. Сейчас вкратце расскажу про акцию «Саерет маткаль» в Ливане, а потом продолжим о французах.
--------------------
; Переполох в Бейруте: Операция «Тшура» (1968)
Итак. Канун Нового Года. 28 декабря, международный аэропорт Бейрута живет своей жизнью. Вдруг с неба спускаются восемь вертолетов —; десант израильского спецназа. Но! Ни стрельбы, ни шума, ни пыли:; еврейские ребята, вежливо просят пассажиров выйти из самолетов, закладывают взрывчатку под шасси и... превращают 12 лайнеров в груду металлолома. ( в общей сложности было повреждено; 14 самолётов; )
Зачем это было нужно?
За два дня до этого террористы НФОП атаковали израильский самолет в Афинах. Израиль решил: «Хватит церемониться!». Целью выбрали Ливан, который давал боевикам убежище. Операция получила кодовое название «Тшура» («Дар»).
В рейде участвовал сводный отряд из бойцов элитного спецподразделения «Сайерет Маткаль" и "Сайерет цанханим".
21:18; — израильский спецназ начал высадку в международном аэропорту Бейрута.
Рафаэль Эйтан (прозвище — Рафуль), который на тот момент имел звание полковника руководил операцией непосредственно на месте, развернув командный пункт прямо в здании терминала аэропорта.
21:47; — началась эвакуация израильских сил после завершения основной части операции (минирования и подрыва самолётов).
Около 22:00; — операция была полностью завершена, и силы десанта покинули территорию аэропорта.;
Поддержка и резерв для эвакуации: В Средиземном море к; западу от Бейрута, встали на рейде; четыре ракетных катера типа «Саар»; и; два торпедных катера. На борту которых находились 13 резиновых лодок и бойцы морского спецназа (Шайетет 13), готовые высадиться на берег и эвакуировать десант по морю, если бы взлет вертолётов стал невозможен.
; Дерзость в стиле Рафуля:;
 Говорят, пока солдаты минировали самолеты, будущий глава Генштаба Рафаэль Эйтан зашел в местное кафе, выпил кофе и расплатился израильской монетой.
Точность:
; Израильтяне уничтожали только самолеты арабских авиакомпаний. Лайнеры Air France и Pan Am, стоявшие рядом, не тронули.
Результат:
За 30 минут было уничтожено имущества на $44 млн (огромные деньги по тем временам).
Итог:
Ни одного погибшего — ни со стороны спецназа, ни со стороны ливанцев. Израиль показал, что может достать кого угодно и где угодно, но международное сообщество и «прогрессивная часть человечества» (особенно Франция) пришло в ярость и ввело жесткое эмбарго.
Эта ночь навсегда вошла в учебники тактики: идеальный баланс между разрушительной мощью и филигранной точностью.;
----------------
Но вернёмся к французам.
; Итак: Шарль де Голль обиделся. И хотя его часто выставляют антисемитом, именно в данном случае он просто хотел переобуться в пользу арабов. Бывает.
Израиль заказал 12 ракетных катеров типа “Саар” на верфи французского города Шербур.
7 катеров успели передать Израилю до введения эмбарго.
А пять катеров Франция заблокировала в порту после эмбарго.
Деньги за них были уже уплачены в полном объёме. Однако это не помешало французской стороне на голубом глазу заявить: «Знаете, ребята, а; катера мы вам не отдадим». Израиль ответил: «Нирэ лахэм» (разумеется, шёпотом, между собой).
Правительство Голды Меир (да, той самой «единственной леди с яйцами» со времён Бен Гуриона) дало добро на ответный; дерзкий ход: самим забрать катера у французов.
Давайте отметим, что порт Шербур находится очень далеко от Израиля (порядка 1900 морских миль) - не в Средиземном море, а на севере Франции, на побережье пролива Ла-Манш.
Идея операции (получившей кодовое название «Ноа»); была такова:
• Купить катера «на бумаге» от имени фиктивной норвежской «нефтяной компании», якобы нуждающейся в судах для работы на северном шельфе.
• Получить формальное разрешение французской администрации на «вывод» судов.
• В ночь Рождества, когда никто не работает, все пьют, гуляют, а потом крепко спят, перегнать катера из порта и увести в море под; ; израильскими экипажами.
• Пройти через штормовой Бискайский залив, обогнуть Португалию, Испанию и, дозаправляясь на ходу, дойти до Хайфы.
Формально — «никакого Израиля», только «норвежский гражданский бизнес».
Фактически — скрытая операция Мосада.
Это было настолько же гениально, как и рискованно.
Но задумка удалась:
; Была создана фиктивная компания:
Шеф-организатор — норвежский бизнесмен Гидеон Колкэ (на самом деле работавший на Израиль).
Открывается фирма «Starboat Shipping». Вид — полностью легальный.
Фирма «покупает» катера у французов. Деньги — настоящие.
; В Шербур прибыли экипажи:
Под видом норвежских морских специалистов —; израильские моряки и инженеры, приехавшие под чужими паспортами через Европу.
Итак,; Рождественская ночь 1969 года.
24 декабря, 02:30. Порт Шербур накрыт штормом, дождём и ветерком под 50 узлов.
Идеальный момент — никого нет, все где-то там гуляют,; охрана минимальная, праздники.
Катера включают двигатели и спокойно выходят из порта, официально — под флагом норвежской коммерческой компании.
Ни один французский чиновник не понял, что случилось, когда суда исчезли за горизонтом.
Правда, сам переход был нелёгким:
Бискайский залив — один из самых опасных, особенно в ту пору года. В Бискайском заливе зимой — штормы, большие волны и сильный ветер. Небольшие ракетные катера могли просто перевернуться.
Если бы один из катеров получил повреждение или отстал, вся операция могла раскрыться. То есть главная опасность была не французы, а Атлантика.
Катера идут группой, дозаправляются в открытом штормовом; море, проходят  Гибралтар.
Французы очнулись, когда катера уже были в Средиземном море. Де Голль рвал и метал. Но предъявить было нечего: формально катера проданы норвежцам, а норвежцы имеют право плавать (ходить) где хотят.
Финал был прост:
31 декабря 1969 года первые катера входят в Хайфу.
Ещё через несколько дней — все пять.
Катера немедленно перевооружают ракетами «Габриэль» и вводят в строй.
Через несколько лет, в войне Судного дня, именно эти катера одержали первые в мире победы в ракетных морских боях (битвы у Латакии и Дамиетты, 1973).
Данная акция стала очередной легендой, потому что, снова мастерски была проделана филигранная работа:; Израиль умудрился забрать своё, не нарушив ни одного закона, не убив ни одного человека и не оставив французам ни одного аргумента. Операция «Ноа» — это пример того, как хитрость, смелость и рождественское настроение могут изменить историю.
Кстати, про название:
В интернете иногда пишут, что операция названа в честь внучки Моше Лимона — руководителя миссии во Франции. Это; ошибка. Название «Ноа» дали в честь; дочери капитана Биньямина Тэлема, одного из руководителей проекта. Маленькая девочка, чьё имя осталось в истории разведки. И это даже трогательнее, чем если бы это была просто легенда.
P. S. Мне не хотелось растягивать данную статью до бесконечности, но, по многочисленным  (и весьма уместным) просьбам, добавляю:
Израилю не пришлось платить за катера дважды, потому что операция «Ноа» («Шербурский проект») была построена на юридической фикции «отказа» от собственности в пользу подставной компании.
Скрытая транзакция: Фактически «возврат» денег был формальностью. Подставная норвежская компания «купила» катера у верфи именно за ту сумму, которую верфь должна была вернуть Израилю. Деньги просто совершили круг через счета, контролируемые израильской стороной, и вернулись владельцу верфи Феликсу Амьо, который был в курсе плана и сотрудничал с израильтянами.
Результат: Французские чиновники получили документы, подтверждающие, что катера больше не принадлежат Израилю и проданы гражданской компании, что позволило им формально снять запрет на выход судов из порта.