Замечтательная жизнь в Лентяйкино

Евгений Хохряков
Любой любознательный читатель, а такими бывают все мальчики и девочки, которые читают книжки, сразу сделает мне замечание: мол, нет такого слова – «замечтательный». Замечательный есть, а замечтательного – нет!
А вот и не правда! Есть такое слово! Вспомните сами – «замечтался я однажды». Говорили вы когда-нибудь так? Конечно, говорили. Да любой другой человек мог замечтаться. Просто мечта у него, значит, есть. Мечтает человек. Думает. Придумывает. Изобретает в мозгах что-то.
Вот и в нашей деревне Лентяйкино таких ребят, что мечтали и изобретали, было полным-полно.
Возьмём того же Помогайку. Ну, а почему бы и не взять? Очень даже прекрасный маленький человек. Которого хлебом день не корми, дай только помочь кому-нибудь что-нибудь сделать. Помочь, то есть
Известно же, что в деревне Лентяйкино жили исключительно одни маленькие лентяи. И для того, чтобы ничего не делать и спокойно лениться, они то и дело выдумывали что-то, чтобы потом это-то «что-то» само работало, а лентяйкинцы могли бы ничего не делать. Разве что загорать на речке-ручейке. Или, опять же, к примеру, снова что-то изобретать.
И вот представьте, так каждый день!
Деревушка эта была очень странной. Никто никогда не знал истории появления самой деревушки: откуда пришёл первый житель. Кто построил первый дом. Лень было всем узнавать про это. Люди в ней были настолько ленивы, что даже мечтать им было лень! Если помните, они и название своей деревушке долго не могли придумать.
А ещё злые языки говорили, что в Лентяйкино потому люди маленькие живут, что им просто лень расти.
Обычно Помогайка мотался по всей деревне из конца в конец, чтобы везде успеть предложить свои услуги. Неспокойный был малыш. У соседей своих забот хватало. Кто изобретал новое колесо для телеги, кто рисовал мост на воздушной подушке через речушку. И помощь Помогайки часто требовалась сразу всем.
Вот в очередной раз он примчался к Лентяйкину и с порога заявил:
- Ты как хочешь, а я так больше не могу!
- Чего опять? – удивился Лентяйкин, поднимая голову от чертежа, который он внимательно рассматривал. – Чего не можешь? Всем помог, что ли?
Он улыбнулся.
- Да какой там! – махнул рукой Помогайка. – Разве всем успеешь помочь? Одному приспичило огород осенью пахать. Нет, чтобы курицу запрячь, как все делают, так он изобретает плуг-самоход!  Мол, такой плуг сам будет по огороду шастать и землю копать! Другой вздумал кукурузочистку изобрести. Надоело ему, понимаешь ли, руками её шелушить. Подавай теперь механическую машинку! Совсем народ обленился! Ничего сами делать не желают! Размечталось село, разленилось. Да ещё и от помощи ведь отказываются! Я им от чистого сердца – «давай, помогу, компанией веселее!», а они ни в какую! Эх!
 После того, как дружная компания лентяйкинцев выручила из плена в деревне Тырпырдыр Лентяйкина и Помогайку, в их деревне долго обсуждали это происшествие. Сам герой Лентяйкин рассказал всему народу о своём беспокойстве: о том, что есть связь между ленью и ростом. Что, чем больше лениться, тем быстрее можно вырасти в большого лентяя. Что и произошло с жителями Тырпырдыра.
Отметим, что эта деревня славилась тем, что в ней жили огромные, ленивые люди. Вся деревня была замусорена под самые крыши домов. Лентяи из Тырпырдыра ничего не хотели делать. Там жил только один нормальный человек. И того звали дед Пихто. Была у него сестра Клавдия Ивановна, которую прозвали Баба Яга. Уж слишком чумазой и страшненькой она была. Но наши герои – Помогайка и Лентяйкин сумели уговорить Клавдию Ивановну стать чистюлей, отремонтировали её домки, а саму позвали в гости, в Лентяйкино. А там и рассказали, вместе с дедом Пихто и его сестрой, историю Тырпырдыра.
Все долго и с великой опаской, рассматривали Бабу Ягу Клавдию Ивановну. Её огромную фигуру. И единогласно решили, что они такими ни за что не хотят стать! Хотя сама тётка им понравилась. Нраву она оказалась доброго и смешливого. Ей в Лентяйкино всё было интересно, и она часто с восхищением смеялась то над хитрым душем, что сделал сам Лентяйкин, то над колесом для жарки мяса у Мясоедки, то поражалась работе ветряной мельницы. Они ж с братом отвыкли от всего этого в той мусорной свалке, как она теперь называла свою деревню Тырпырдыр.

Первый подвиг Бабы Яги
Между тем, поселившаяся во Лентяйкино Клавдия Ивановна, решила, что нужно срочно догонять маленьких людей в росте. То есть, немедленно что-то такое начать делать для того, чтобы уменьшиться. А то ходит по деревне, а ей куры, на которых лентяйкинцы катаются, до колена даже не достают. Да и говорить с людьми очень сложно: если разговаривать нормальным голосом, то за сто вёрст её слышно. Жители даже уши затыкали, чтобы не оглохнуть, и убегали подальше, чтобы слова разобрать. Иначе один гул стоял, а крыши на домиках шевелились. Как при урагане.
Ещё хотелось проверить теорию Лентяйкина о том, что если что-то изобретать и выдумывать, то можно опять в нормального человека превратиться. А не в великаншу. Сама Клавдия Ивановна давно поняла, что лень это большой грех исключительно для больших людей. Вот и нужно срочно принимать меры.
Первое озарение пришло женщине, когда она собралась стирать постельное бельё. У лентяйкинцев проблем особых не было – берёшь стиральную доску, потёр вещи, сполоснул в речке, которая курице по колено, и все дела.
Но у Клавдии Ивановны были такие большие простыни, что одной можно было накрыть чуть ли не всю деревушку! Вот и призадумалась тётенька. Ещё пару недель назад у неё такие проблемы и не возникали. Она просто ничего не стирала! Зачем, думала она и все остальные тырпырдыровцы, что-то стирать, если всё равно испачкается? Только время и силы тратить.
И вот сидела на пригорке Клавдия Ивановна, и горевала, не зная, что делать. А под пригорком, возле речки, как раз домик мельника стоял. И над ним крутились ветряные крылья. Смотрела, смотрела на эту картину бывшая Баба Яга, и в голове у неё что-то щёлкнуло. Так всегда бывает, когда человек что-то придумывает. В голове, как в комнате, словно кто-то свет включает. И всё становится видным, и понятным.
Помчалась она домой. Кликнула брата своего, деда Пихто и велела срочно найти бочку большую. Настоящую, а не те напёрстки, что были в Лентяйкино.
Пока дед Пихто искал такую тару, рукастая Баба Яга изготовила две детали. Первой деталью была деревянная вертушка.  Её сделали из палки, на которую, конечно, Помогайка, который примчался помогать соседям, закрепил лопасти, как у самолета. Одну на самом конце оси, другую – наверху. Затем придумал большую изогнутую ручку, которую Клавдия Ивановна сделала из кочерги.
Конструкция получилась простая.
Когда дед Пихто притащил бочку, то они, в крышке, просверлили дырку. Через дырку вставили рукоятку, а на неё закрепили вертушку. Весь этот странный прибор проходил через железную втулку, которую они нашли в старом сломанном велосипеде.
Когда все детали были закреплены, Клавдия Ивановна запихала в бочку вещи, налила туда двадцать вёдер горячей воды, кинула кусок мыла и зачем-то два ведёрка круглых голых камней с речки. Закрыла крышку и стала быстро вращать ручку. Вода сначала заколыхалась. Потом закрутилась. Затем забурлила.
Дело пошло!
Вместе с водой закрутились все вещи в бочке. Они тёрлись друг о друга, Камушки стругали мыло. Оно быстро мылилось. Стирка шла полным ходом и бочка громыхала камнями на всю деревню.
Не прошло и нескольких минут, как дело было сделано. И довольная Клавдия Ивановна радостно улыбнулась. Она потянулась, выпрямляя спину, и только тут заметила, что её давно уже окружила чуть ли не вся деревушка! Жители с восхищением смотрела на чудо-машину. Такого изобретения в деревне ещё не было. Сразу стало видно, что Баба Яга вовсе не Баба Яга, а настоящая лентяйка! Такое чудо изобрести вместо того, чтобы работать у речки, и тереть свои тряпки о стиральную доску!
С этого момента жители деревни признали Клавдию Ивановну своей!
А Клавдия Ивановна утро поняла, что юбка для неё стала великовата. Сначала она подумал, что похудела от того, что работала весь день. А потом вдруг подумала – может, она уже уменьшаться начала?

Ах, картошка, тошка, тошка
Все любознательные мальчики и девочки знают, что если у тебя что-то стало хорошо получаться, то тебе так и хочется сделать ещё что-нибудь хорошее. Чтобы тебя заметили и похвалили.
Вот и Баба Яга Клавдия Ивановна оказалась такой же.
Представляете, сколько для такой большой женщины нужно почистить картошки, чтобы хотя бы суп сварить?! Ведь все лентяйкинцы были маленькими, а, значит, и картошины у них были мельче гороха! Где им было взять настоящую большую картошку? Конечно, Помогайка уговорил однажды любителя поесть Мясоедку сбегать на огород в Тырпырдыр и там нарыть клубней. Но они даже представить себе не могли, какие это глыбы! Если даже малину они грузили на тачку с трудом, то картофелину, которую мальчишки полдня выкапывали, пришлось тянуть волоком. Для этого они запрягли сразу шесть куриц!
Вот и прокорми тётю Клашу, как её назвал про себя Лентяйкин. Ему лень было проговаривать полное имя великанши. И он его уменьшил! Не натаскаешь таких картофелин.
Конечно, Клавдия Ивановна была благодарна парням за такой подарок. Но про себя решила – нужно придумать прибор, который бы сам чистил этот картофельный горох! Заодно можно было бы проверить – уменьшится ли она сама?!
Придумать машинку оказалось не так уж и сложно. Ведь под рукой была уже стиральная машина, сделанная из бочки с вертушкой. Великанша налила в бочку воды, насыпала в неё урожай с двух огородов лентяйкинцев, потом насыпала туда ещё и крупного песка. И стала крутить ручку.
Дед Пихто просто не мог налюбоваться на трудолюбивую сестру. А та всё крутила ручку да успевала платком лоб утирать – всё же, непривычная была бывшая тырпырдыровка к физическому труду. Про себя она решила заняться по утрам гимнастикой: и силы прибавится, и стройнее станешь.
Прошло всего каких-то десять минут, и тётя Клаша вылила содержимое бочки в большое корыто. Так как песок был тяжелее картошин, он остался на дне бочки. А в корыте оказалась розовато-белая чистенькая картоху.  Песок ободрал всю кожуру!
Вся деревня снова примчалась смотреть на чудо. Ведь мало кто любил чистить картошку, поэтому чаще всего жители Лентяйкино варили её в мундире. Сами себя уговаривали, что есть плоды с кожурой даже полезней – все витамины хранятся в кожуре!
Может, и так это. Или не так. Но после того, как Клавдия Ивановна изобрела картофелечистку, все внезапно забыли про полезность кожуры. И первым на костре пожарил чищенную картоху, конечно же, Мясоедка!




Гори-гори ясно!
Случилось это однажды поздним летним вечером.
Деревня Лентяйкино уже укладывалась спать, как вдруг на всю округу раздался истошный крик. Кричал Попрыгайка:
- Люди добрые! – кричал мальчишка. – Смотрите, смотрите – Лентяйкина дом горит!
Вся деревня высыпала на улицу, и кинулась к дому Лентяйкина.
И действительно – домик главного изобретателя полыхал огнями от завалинки до трубы. Он переливался огнями, искрил, светился всеми цветами радуги. И, что примечательно, никто не видел никакого дыма! Стены не трещали от огня. Сам Лентяйкин не бегал вокруг дома, не заламывал руки и не кричал «спасите!», «помогите». Такое ощущение было, что он просто любовался своим пожаром!
- Что случилось? – начали спрашивать соседи владельца этого огненного шоу.  – Почему ты так странно горишь? Может, пожарных нужно вызвать?
И в тот же миг раздалось громкое кудахтанье, и в проулок ворвалась упряжка куриц, тащившая огромную бочку с водой и насосом. С вожжами на бочке восседал Помогайкин.
- А, ну, разойдись! – орал он. – Дай пожарному обозу дорогу!
Подкатив к калитке, Помогайкин ринулся раскручивать рукава, по которым должны были ударить струи воды, и потушить пожар.
Но тут странным образом повёл себя Лентяйкин. Он просто барсом бросился на своего друга и стал отнимать у него пожарный инвентарь.
- Всё! – вздохнула толпа. – Рехнулся наш Лентяйкин. С ума сошёл. Не хочет дом спасать!
 Самые смелые стали кидаться на Лентяйкина, чтобы оттащить его от бочки. Тот отбивался и кричал что-то непонятное, но грубое. Типа «болваны», «дураки», «неучи»…
Жителям удалось скрутить тронувшегося умом земляка. И Помогайкин стал тушить дом.
Не прошло и минуты, как в домике что-то щёлкнуло, потом бахнуло, а потом наступила … темнота!
- Эх, что вы наделали! – вскрикнул горестно Лентяйкин, которого отпустили растерявшиеся от вида потухшего невероятным способом дома, сельчане.
Он снова метнулся к себе в избушку. Что-то там загремело, зашипело, потом стало слышно, как шипит сам хозяин, ударившийся в темноте обо что-то. И тут вся толпа внезапно ахнула и подпрыгнула – дом снова засверкал огнями!
- Эй! – закричал кто-то в толпе. – Там же Лентяйкин! Он сейчас погибнет!
Но на крыльце появился невредимый хозяин дома, вытирающий руки какой-то тряпочкой:
- Народ, вы чего на меня кидаетесь? Иллюминации не видели, что ли?
- Так пожар же ж! – снова закричали из толпы. – Эвон как дом светится!
- Успокойтесь! – засмеялся Лентяйкин. - Нет никакого пожара! Это иллюминация, я ж говорил уже. Заходите, я вам всё покажу и расскажу.
Лентяйкинцы с опаской стали заходить в дом. Клавдия Ивановна, изрядно похудевшая после ужина с картошкой, осталась на улице, бдительно следя за тем, чтобы никого не затоптать. Она за пожар не беспокоилась – могла просто избушку накрыть своим платком, и огонь погас бы. Но ей было любопытно наблюдать – как живут маленькие приятели, и что делают в таких ситуациях.
Набилось к Лентяйкину в горницу столько народу, что вздохнуть трудно было. Всем интересно – что за иллюминация, для чего она, и, главное, из чего она делается?
С трудом протиснувшись в собственный дом, Лентяйкин потребовал от всех, чтобы те отошли от кадушки, стоявшей возле окна. Она была полна земли и опутана разными проводами. Провода были припаяны к двум металлическим палкам, что торчали из земли. Потом эти провода уползали через форточку на улицу.
Рядом с кадушкой стояло ведро с водой. У ведра находилось второе ведро, с белым порошком, похожим на обычную соль.
- Давай, Лентяй, не тяни! – волновались собравшиеся. – Что ты снова такого изобрёл, что мы все чуть с ума не сошли.
Лентяйкин потёр ладони. Подумал. Потом ответил:
- Вы же все читали про электричество?
Все закивали головой. Хотя по лицам заметно было увидеть, что читать им было лень. Слышать они про электричество слышали, но откуда оно берётся и зачем оно им, лентяйкинцы не задумывались. Лень! Зачем о чём-то думать, если этого у тебя нет? Никакой пользы от таких дум не бывает. Они прекрасно обходились свечками. А тянуть провода из какого-нибудь Тырпырдыра никому не хотелось. Темнота, одним словом.
- В общем, не буду вас просвещать, хотя, как вы могли заметить, - тут Лентяйкин хихикнул, - просветить мне вас удалось! Никаких свечек, а в доме очень светло. Вы хотя бы это заметили?
Тут лентяйкинцы  заметили, что свечей в комнате нет, а светло как днём. Даже лучше, чем днём – здесь солнце не слепило, а маленькие лампочки под потолком заливали комнату ровным ярким светом.
- Так вот, - продолжил изобретатель. – Вы видите, что электричество у меня есть, а провода из соседних деревень я не протягивал. Как же так, спросите вы. А вот так! Я изобрёл собственное электричество!
И Лентяйкин ткнул пальцем в кадушку с землёй.
Тут сельчане твёрдо уверились, что их гениальный односельчанин, всё же,  прочно сошёл с ума. Как обычная кадушка с обыкновенной землёй может делать электричество?! Они хотя и были исключительными лентяями, но, всё же, иногда читали книжки (хотя и не признавались в этом). И понимали, что электричества в кадке быть не может!
Все жалостливо стали смотреть на Лентяйкина.
- Ага, - задумчиво протянул вундеркинд. – Мы такие ленивые, что думать не желаем. Это хорошо. Я вот тоже ничего не думал. Мне просто надоело сидеть при свечке и нюхать вечную гарь от фитиля. И я нашёл в книжке, как сделать карманное электричество, которое будет работать вместо свечки и вместо меня. Всё просто:  нужно всего два электрода, соль, воду и землю. И я сделал …батарейку! Не верите?! Могу дать почитать эту книгу. Хотя…
Лентяйкин крутанулся на каблуках:
- Это совершенно не нужно! Вы и так видите результат. А как это делается? Мы ж не спрашиваем, почему ветер дует? Я как-то спросил об этом у Попрыгайки. Так он мне ответил, что ветер дует потому, что деревья машут ветками!
Толпа захихикала. Но не вся. Некоторые думали так же, как Попрыгайка.
- В общем,  я сам не очень понимаю, как всё происходит. Но нужно взять две металлические палки – одну из меди, другую сделать из старого оцинкованного ведра. Воткнуть их в землю и полить солёным раствором. И вот вам, получается батарейка как в фонарике. Только мощнее. Я и придумал украсить домик лампочками разноцветными. А вы подумали, что пожар!
Лентяйкинцы опять ничего не поняли, кроме одного – теперь у каждого будет собственная электростанция, и свечки можно будет убрать на чердак.
С чем все и разошлись. Вернее, разбежались. По домам.
И когда Клавдия Ивановна в рассветных сумерках вышла из своего шалаша, в котором временно жила, то увидела, что во многих домах окна светятся не мерцающим огоньком от свечи, а ровным светом электрической лампы. Что не говори, а жители деревни были с умелыми руками и быстро впитывали всё новое. То, что могло помочь им лениться!

Волшебные часы
Лентяйкина постоянно глодала одна мысль – как помочь соседям из деревни Тырпырдыр снова стать нормальными людьми – то есть, маленькими. Как они, в Лентяйкино. Всё-таки маленькие лентяи, которые постоянно что-то изобретают, чтобы механизмы за них работали, лучше, чем лентяи-великаны. Которые вообще разучились работать. И живут как дикие звери в берлоге: никто не подметает во дворах, не убирают в домах, да и едят то, что в лесу насобирают.
Вот и мучился главный по изобретениям, не понимая – что же такого можно придумать, чтобы исправить положение. Чтобы вернуть время вспять, когда тырпырдыровцы были тоже маленькими человечками.
«Время вспять! Время – вспять!?»
Эта мысль понравилась Лентяйкину. И вот что он тут же придумал!
Во-первых, он вспомнил, что Помогайка хорошо рисует.
Во-вторых, помнится, у Мясоедки были часы с кукушкой.
В-третьих, нужна будет помощь Клавдии Ивановны.
И Лентяйкин тут же помчался сначала к Помогайке, а потом к Мясоедке. Тот, по своему обычаю, уже жарил на вертеле мясо. Без него он жить не мог, что ли? Как выдастся свободная минута, так он настраивает свой прибор из велосипедного колеса, разжигает костёр, на ось нацепляет кусок мяса, а сам в траве валяется, ждёт. Колесо хитрое, со стаканчиками для воды. А вода эта из краника капает в стаканы, а те крутят колесо! Вот такой хитрый лентяй этот Мясоедка.
- Помогайка! – с порога прокричал Лентяйкин в доме приятеля. – Срочно нужна твоя помощь!
Помогайка аж на стуле подпрыгнул! Он так любил, когда его звали на помощь.
Он бросил ложку так, что та упала на пол – такое со всяким может случится, если ты ужинаешь, а тут к тебе в дом врываются и кричат!
- Что нужно сделать? – воскликнул обрадовано Помогайка. – Побежали!
- Никуда бежать не нужно! – замахал руками Лентяйкин. – Сиди! Сейчас всё объясню.
И Лентяйкин рассказал про свою идею.
А она была простая и гениальная!
Он придумал, что нужно напугать тырпырдыровцев тем, что время можно повернуть вспять. И тогда они начнут сопротивляться. Что-то придумывать и уменьшаться! А как их напугать? Да просто! Нужно сделать часы, которые бы показывали время наоборот. Например, время  час дня, а часы показывают, что одиннадцать часов вечера. 
- Как это возможно!? – изумился Помогайка.
- А вот ты сейчас это сделаешь! – засмеялся Лентяйкин.
И он попросил нарисовать новый циферблат, на котором цифры стояли бы как в зеркале. Справа от двенадцати часов будет стоять цифра одиннадцать, потом десять и так далее. То есть, стрелки двигаются как обычно, а время показывают другое.
- Часы возьмём у Мясоедки, - продолжил рассказ своей идеи Лентяйкин. – А мы с тобой сделаем большой циферблат. Попросим тётю Клашу приколотить часы высоко на столб. Его мы намажем мылом. Пусть попробуют снять. Может, начнут думать о чём-нибудь. А там посмотрим, что ещё придумать!
Помогайке идея понравилась, и он тут же сел рисовать. Лентяйкин же помчался к Мясоедке и выпросил у того часы.
Долго ли, быстро ли, но к утру часы были сделаны. Они получились такими огромными, что поднять их могла только Клавдия Ивановна. Она и приколотила их на телеграфный столб, что стоял на окраине деревни Тырпырдыр.
Деревенские ещё спали. А наши изобретатели залегли в кустах, чтобы посмотреть на первую реакцию подопытных великанов.

Труден бывает первый шаг
Кстати, местные умельцы из Лентяйкино сумели в часах Мясоедки переделать кукушку так, чтобы она куковала по новому циферблату. И это их здорово повеселило. Чего нельзя было сказать про первого тырпырдыровца, который вытаращил глаза, увидев на столбе часы и услышав, как кукушка прокуковала десять раз! Причём, солнце уже давно взошло. Но на часах было одиннадцать часов вечера!
Великан долго тёр глаза и тряс головой, чтобы восстановить слух.
Потом он резко развернулся и помчался по улице своей деревни с невнятным криком о том, что появились часы, в которых сумасшедшая кукушка кукует невпопад, а стрелки так вообще сошли с ума!
Вскоре у столба собралась целая толпа заспанных жителей. Некоторые, увидев, что снова одиннадцать часов вечера, собрались идти опять спать. А некоторые, глядя то на часы, то на солнце, крутили головами, не понимая – день сейчас или светлая ночь?! Но ночью солнце не бывает!
Пока они озадаченно крутились вокруг столба, неугомонная кукушка прокуковала десять раз! Толпа ошалела – такого в их жизни ещё не было, чтобы кукушка обманывала.
Малыши в кустах давились от смеха и катались по траве – так потешно выглядели растерянные тырпырдыровцы.
Но вот кто-то из них сказал, что часы нужно снять. И понять, что с ними не так.
Лентяйкин от радости хлопнул Попрыгайку, что лежал рядом с ним и от нетерпения даже лёжа подпрыгивал, по спине:
- Ура-а! У нас получилось! Они начали думать! Так, глядишь, начнут и уменьшаться! Нормальными людьми станут. Теперь нужно сделать так, чтобы они узнали о том, что, якобы, часы эти волшебные. И время у них в деревне повернуло вспять. А что дальше с ними будет, вы, мол, не знаете. Надо спасаться!  Клавдия Ивановна! Вы сможете им это рассказать? – обратился Лентяйкин к великанше, которая, между тем, стала заметно стройнее и меньше.
Бывшая Баба Яга радостно кивнула головой и вышла из кустов навстречу землякам. Ей очень нравились лентяйкинцы, и она рада была им помочь.
Здесь нужно отметить, что бывшие земляки Бабы Яги отнеслись к ней крайне настороженно. Они ведь помнили, что она им изменила, и с братом, дедом Пихто, ушли жить в другую деревню, которую они не любили, уже даже не зная за что! Тем более, что женщина почему-то стала ниже ростом, стройнее, и, даже, чисто одетая! Это всё вызывало опасение.
Но Клавдия Ивановна не стала стесняться. Она уже придумала, что скажет.
А сказала она о том, как, якобы, подслушала вчера вечером разговор главных лентяев из Лентяйкино. Как те сговаривались сделать волшебные часы, чтобы в Тырпырдыре время пошло в обратную сторону. И тогда жители деревни станут снова маленькими и начнут много работать для того, чтобы ничего не делать. А ещё она рассказала, что часы можно остановить, но вот как это сделать, она не успела подслушать – её увидели заговорщики и убежали в другое место, строить заговор.
Загрустили тырпырдыровцы. Задумались. Потом их главный, великан по имени Нуипусть, говорит:
- Вот что, братья по разуму! Нужно сначала снять эти ходики со столба. А потом их раскурочить и посмотреть, что у них внутри.
Этого человека так звали потому, что на любой вопрос он всегда отвечал коротко – «ну и пусть».  А потом замолкал. То ли он был очень умным и думал, что все его понимают без лишних слов, то ли глуп, и просто не знал, что сказать. Ждал ответов от собеседников.
Сказано быстро, да делалось долго. Оказалось, что во всей деревни нет ни одной лестницы. Как не крути, а столб высокий. Часы на самой верхушке.
- Ерунда! – закричал Попугайкин. – Я и не на такие деревья залазил. Две минуты делов-то.
Попугайкин отличался тем, что любил попугать соседей разными глупостями. То ночью привяжет ниточку к гвоздику у наличника оконного. А на ниточке гаечка. Сам в кусты спрячется. Вот человеки спать ложатся. Свет выключают. А Попугайкин за ниточку дёрг! Гаечка по стеклу стук! Люди просыпаются и к окну – кто-то стучится?!
А за окном никого нет!
Вот так Попугайкин мог подолгу забавляться. Думать-то лень, что людям мешает отдыхать.
Пошёл Попугайкин с людьми к столбу. Часы снимать.
Подпрыгнул. Уцепился ногами и руками. А они, возьми, да и не уцепились! Попугайкин бац! и на землю упал. Он же не знал, что столб мылом намазан!
Доброволец снова полез на столб, поплевал на ладони. А те по мылу ещё более скользкими стали.
Ни на сантиметр не забрался тырпырдыровец на столб. Только пот со лба устал вытирать. И стал вообще весь в мыле.
Ещё человека три из деревни пробовали взобраться на столб. Не получилось.
- Да! – сказал, наконец,  Нуипусть. – Да! Тут без лестницы не обойтись. Кто-нибудь умеет лестницу сколачивать?!
Все дружно пожали плечами – в деревне уже и забыли, когда что-то делали полезное.
- Ну, хотя бы кто-нибудь помнит, как она выглядит? – снова спросил Нуипусть.
Никто не ответил.
- Ну и пусть! – подвёл итоги вожак. – Пусть мы не знаем, как сделать лестницу. Но мы её сами всё равно придумаем! Клавдия! Ты должна нам помочь! Ты видела лестницы у лентяйцев?
Клавдия Ивановна не стала отнекиваться. Взяла прутик и прямо на дорожной пыли нарисовала две длинные чёрточки и штук десять поперечных. Это были перекладины лестницы:
- Вот! – пояснила она. – Это лестница. А как её делают, не знаю. Не женское это дело. Думайте сами!
Вся деревня напряглась думать - из чего сделать лестницу и как снять часы. И никто даже не заметил, что обувь у всех стала чуть великовата. И в ней стало неудобно ходить. Тырпырдыровцы не поняли, что чем больше они думают, тем меньше становятся.
Наконец один человек по имени обычному ПростоФедя додумался:
- У нас на огороде есть длинные жерди. Они как раз подойдут. Мы их распилим и привяжем верёвками эти перекладины. Всё очень просто.
Его и звали-то ПростоФедя, потому что это была его любимая присказка – всё у него было «просто».
Все обрадовались и побежали кто за жердями, кто за верёвками.
Не прошло и полдня, как лестница была готова.
Её приволокли к столбу два здоровенных великана.
- Ага! – прошептал друзьям Лентяйкин. – Процесс пошёл. Больше мы здесь ничего интересного не увидим. Пора домой – тётя Клаша потом всё расскажет. А нам нужно придумать продолжение истории. Они не должны прекращать уменьшаться. Видели, некоторые уже и штаны подтягивают, и ботинки с ног сваливаются. Непривычно делать им хоть что-то. Вот и уменьшаться начали.
Малыши лентяйкинцы выбрались из кустов и пустились бегом в свою деревню.
А в это время Нуипусть взобрался по лесенке к самым часам и снял их. Затем тырпырдыровцы всей гурьбой повалили в дом к нему – разбираться с чудом часовой техники. Им не терпелось допросить кукушку, почему она кукует неправильно.
Правда, некоторые тырпырдыровцы заметили, что у них вроде как рубахи стали слишком широкими, а штаны так прямо на каждом шагу сваливались. Особенно у ПростоФеди. Ему даже пришлось их на верёвочку привязывать!

Победю или побежу?
Как только тырпырдыровцы принялись за дело, они снасала решили выселить из часов кукушку. Сколько великаны её ни допрашивали с пристрастием, сколько ни угрожали, птица молчала как партизанка. Только и делала, что выскакивала каждый час и куковала совершенно невпопад, сбивая всех с толку.
Это безобразие окончательно надоело Нуипустю. Он запустил руку в окошечко, вытащил деревянную кукушку и со всей строгостью водрузил её на середину стола.
После этого все крепко задумались, уставившись на хитросплетение зубчатых колёсиков, которые шустро крутились в часах, подталкивая стрелки. Тёте Клаше даже почудилось, что сквозь мерный стрекот шестерёнок она слышит, как скрипят от напряжения мозги её односельчан. Или даже не скрипят, а как-то съёживаются, что ли? Но, скорее всего, это была просто игра теней от свечей — ведь в домах тырпырдыровцев электричества отродясь не водилось, и все сидели при свечах.
— Я тебя всё равно победю! — ворчал Нуипусть, ковыряя вилкой в самом центре механизма. — Или побежу? Нет, победю! Доломаю, но узнаю, в чём тут хитрость!
— А если мы их доломаем, — засомневался ПростоФедя, почесав затылок, — то как мы тогда правду узнаем? Нам бы сперва понять, почему они задом наперёд ходить начали. Может, они сломались? А может, и вправду время вспять повернулось? А если они совсем остановятся, вдруг тогда всё вокруг замрёт? И мы так и останемся тут сидеть на веки вечные? Не просто же так они пятками вперёд пошли!
Тут даже тётя Клаша забеспокоилась. Она-то знала, что лентяйкинцы намудрили с часами специально, но вдруг Федя прав? Вдруг она так и застрянет во времени вместе с этими горе-мастерами? А братик её, дед Пихто, так и останется в Лентяйкино один-одинёшенек.
Вдруг Попугайкин, который больше всех глазел на часы, пронзительно вскрикнул:
— Братцы! Тут что-то неладно! Глядите-ка, циферблат-то отклеивается!
А в Лентяйкино царило уныние. Лентяйкин отлично понимал, что рано или поздно тырпырдыровцы додумаются до правды. И просто так, с первой попытки, сделать великанов маленькими не выйдет. Тут нужен был большой, хитроумный план по перевоспитанию этих упрямых гигантов. Однако никаких умных мыслей, хоть убей, в голову не приходило.
А в Тырпырдыре, тем временем, местные умельцы, пыхтя и кряхтя, вовсю отковыривали злополучный циферблат.
И тут одной женщине, которую все звали Какбынетак, потому что она всегда и всем перечила, приговаривая «как бы не так», в голову пришла такая простая мысль, что она даже похудела на глазах от удивления.
— Эх вы, головы садовые! — рубанула она воздух рукой. — Чего мы тут провозились? Давайте просто возьмём и нарисуем новый циферблат, самый правильный. И приклеим его сверху!
Собравшиеся мужики прямо рты разинули от такой гениальной простоты. Они и сами не поняли, как до такого не додумались.
Сказано — сделано. Не сразу, конечно, не с первого раза (кривовато немного вышло), но сделали!
И вот, усталые, но страшно довольные собой, тырпырдыровцы уселись прямо на лавку под часами и стали любоваться делом рук своих. И такое вдруг удовольствие они ощутили, словно целый пирог съели. Давненько они такого удовольствия не испытывали! А Нуипусть даже крякнул от неожиданной, приятной мысли: ему вдруг ужасно захотелось ещё что-нибудь придумать и смастерить! Может, табуретку новую? Или скворечник?
От таких смелых мыслей кепка сама собой сползла ему на глаза.
«Тьфу ты, ерунда какая! — изумился великан. — С каких это пор моя кепка вдруг такая большая стала? Или это я... того... уменьшаюсь?»

Как великаны до клубники доросли
Напомним – жители Тырпырдыра были большими лентяями. Ростом с трёхэтажный дом. Если Нуипусть чихал, в Лентяйкино срывало крыши. Если Попугайкин начинал жестикулировать во время разговора, ветер сбивал коротышек с ног.
Жили они беззаботно: ели что с деревьев сорвут, пили прямо из тучи. Вся деревня заросла грязью до самых окон домов. Думать самим им было лень, ведь для этого нужно напрягаться. А если начинаешь напрягаться, то получается, что штаны вдруг становятся большими и прямо спадывают. И подтягивать их на живот было тоже лень.
Так и жили, не тужили. Пока…
Пока однажды ветер принес с полей Лентяйкино дивный аромат.
— Это что за конфета такая большая? — удивился Нуипусть, принюхиваясь.
— Это, кажется, клубника! — важно заявил Попугайкин, который всё знал понаслышке. — Я слышал, коротышки её очень хвалят.
— А вдруг она невкусная? А вдруг она кусается? Как бы не так, хвалят её. Как же!  — засомневалась Какбынетак.
Но любопытство победило. Великаны перешагнули через реку и оказались у огромного клубничного поля. С их ростом кустики клубники казались им мелкой травкой, а ягоды — размером с горошину.
Нуипусть сорвал одну ягодку, закинул в рот и... замер.
— Вот это да! — прошептал он. — Это же вкуснее, чем облака жевать!
Великаны наелись досыта. Особенно понравилась клубника Нуипусть. Он решил, что теперь будет есть только её.
Но на следующее утро случилось странное. Нуипусть проснулся и обнаружил, что его рубашка стала велика. Он посмотрел на Попугайкина — тот тоже болтался в своей одежде, как огурец в банке.
— Чего это у тебя рубаха так выросла? — спросил Нуипусть.
— Кажись, я усох?! — ответил Попугайкин.
Оказалось,  что они и правда оба уменьшились ровно на половину. А Какбынетак, которая съела меньше всех (потому что сомневалась, не ядовитая ли она), осталась почти прежней.
— Это клубника виновата! — закричал Попугайкин.
— А вот и нет, — сказал проходивший мимо коротышка из Лентяйкино. — В наших краях действует волшебное правило: чем больше начинаешь думать своей головой и делать что-то полезное, тем меньше становишься. А вы, видать, задумались: вкусно — не вкусно? Полезно — не полезно? Вот и сжались.
Великаны переглянулись. Первый раз в жизни им пришлось серьёзно задуматься над сказанным.
— А я хочу быть маленьким, как коротышки! — заявил Нуипусть. — Чтобы клубника была для меня большой!
— Но для этого надо думать и работать, — вздохнул Попугайкин.
— Работать? Это как? Я думал, она сама растёт, — удивился Нуипусть.
— Как бы не так! Её поливать надо, от сорняков спасать, — добавила Какбынетак, и от этих слов тоже чуть-чуть уменьшилась, потому что произнесла их задумчиво.
Тут наши великаны совершили самое великое открытие в своей жизни. Они поняли: чтобы клубника была всегда, за ней нужно ухаживать. А чтобы ухаживать за мелкими кустиками, нужно быть маленьким.
И началась работа.
Нуипусть взял тяпку (которая для него сначала была как зубочистка, но он уменьшался, и она становилась всё больше и удобнее). Попугайкин побежал к реке за водой, приговаривая: «Я сейчас мигом, я знаю, где ведро!». А Какбынетак, пересилив свои сомнения, начала выдёргивать траву вокруг кустиков, приговаривая: «А вдруг получится?»

Ох, совсем не просто быть маленького роста
В это время все жители Лентяйкино повылезали из своих домиков и уселись на заборах. Никогда ещё они не видели такого интересного представления.
— Глядите, глядите! — закричал коротышка по имени Помогайка. — Нуипусть тяпку взял! Да он сейчас себе ногу оттяпает!
Но Нуипусть не оттяпал. Он очень старался. Он думал: «Как бы так махнуть, чтобы сорняк выдернуть, а клубнику не задеть?» И от этих мыслей он стал ещё чуточку меньше.
— А Попугайкин-то! Попугайкин с ведром бежит! — хохотали коротышки. — Смотрите, он воду расплескал!
Попугайкин услышал смех, остановился и подумал: «Надо аккуратнее нести, чтобы воду сберечь». И только он так подумал, как ведро перестало казаться ему таким уж тяжёлым, а сам он уменьшился ровно на три сантиметра. Коротышки на заборе даже рты раскрыли от удивления.
— Ай да великаны! — сказал самый главный лентяй по фамилии Лентяйкин. — Они же по-настоящему работают! От этого и уменьшаются!
И все жители Лентяйкино, которые раньше только и умели, что на печи лежать да от лени разные штуки изобретать, чтобы самим не работать, вдруг заволновались. Им стало ужасно интересно: а что будет дальше? А вдруг великаны станут такими же маленькими, как они? А вдруг они тогда научат их выращивать такую вкусную клубнику?
— Давай, Нуипусть! Рви сорняк! — закричали с забора.
— Попугайкин, не расплескай водицу-то! — поддержали другие.
Великаны слышали эти крики, и им становилось очень приятно. Оказывается, когда трудишься, да ещё и болельщики за тебя переживают, работать веселее.
Чем больше они работали, тем сильнее думали: как полить, чтобы не залить; как прополоть, чтобы корешки не повредить. И с каждым таким правильным действием и умной мыслью они становились всё меньше и меньше.
К вечеру, когда солнце село, на грядке сидели трое обычных коротышек ростом с огурчик. Одежда их теперь была впору, а перед ними возвышались огромные, спелые, красные ягоды клубники.
— Ух ты! — сказал Нуипусть, глядя на ягоду размером с его голову. — Теперь она наша!
— Наша, потому что мы сами её вырастили! — важно кивнул Попугайкин.
— А я думала, что ничего не выйдет, а вышло вон как... лучше некуда, — улыбнулась Какбынетак.
Тут все коротышки спрыгнули с забора и окружили бывших великанов. Они хлопали их по плечам, жали руки и наперебой приглашали в гости.
— Молодцы! — сказал Лентяйкин. — Теперь вы настоящие жители нашей деревни!
Чем больше они работали, тем сильнее думали: как полить, чтобы не залить; как прополоть, чтобы корешки не повредить. И с каждым таким правильным действием и умной мыслью они становились всё меньше и меньше.
К вечеру, когда солнце село, на грядке сидели трое обычных коротышек ростом с огурчик. Одежда их теперь была впору, а перед ними возвышались огромные, спелые, красные ягоды клубники.
— Ух ты! — сказал Нуипусть, глядя на ягоду размером с его голову. — Теперь она наша!
— Наша, потому что мы сами её вырастили! — важно кивнул Попугайкин.
— А я думала, что ничего не выйдет, а вышло вон как... лучше некуда, — улыбнулась Какбынетак.

Как Лентяйкин и Нуипусть полезную лень изобретали
Прошло несколько недель с тех пор, как великаны из Тырпырдыра превратились в обычных коротышек и переименовали деревню в Клубникино. Жилось им теперь весело и сытно. Клубника уродилась на славу, все работали дружно, а по вечерам пили чай с вареньем и слушали рассказы Попугайкина о том, как он раньше облака жевал.
Но один коротышка чувствовал себя не совсем уютно. Это был Нуипусть.
Каждое утро он просыпался, надевал свою аккуратную рубашечку (которая больше не была велика) и шёл на огород. Но работал он теперь не с прежним энтузиазмом. Его мучила одна мысль, от которой даже варенье казалось не таким сладким.
«Вот если я буду много работать, — думал Нуипусть, лежа в гамаке после обеда, — я стану совсем маленьким? А если я стану слишком маленьким, меня ветром унесёт? Или воробей клюнет? А если я вообще ничего делать не буду, я обратно вырасту?»
Эта мысль не давала ему покоя. С одной стороны, быть великаном было неудобно — одежда рвётся, все кричат, когда чихаешь. С другой стороны, быть уж слишком маленьким тоже страшновато.
Нуипусть хотел найти золотую середину. Но как?
Он лежал в тени своего нового домика, который коротышки помогли ему построить, и мучительно размышлял.
И тут в калитку постучали.
— Разрешите? — спросил худенький коротышка в широкополой шляпе, из-под которой торчал любопытный нос. — Я к вам по важному делу.
— Заходи, — вздохнул Нуипусть. — Только у меня варенья нет. Я сегодня ещё не работал, не заслужил.
— А я и не за вареньем! — Коротышка уселся на скамейку и представился: — Я Лентяйкин. Собственной персоной. Главный лентяй нашей деревни, а ныне — почётный наблюдатель за трудовыми процессами.
Нуипусть оживился. Он много слышал о Лентяйкине. Говорили, что этот коротышка однажды три дня лежал на печи и при этом умудрился ни разу не перевернуться, так ему было лень.
— Слушай, Нуипусть, — зашептал Лентяйкин, оглядываясь по сторонам. — Я за тобой давно наблюдаю. Ты вон какой большой был, а теперь вон какой аккуратный стал. Но работаешь ты, я вижу, много. А это неправильно.
— Почему неправильно? — удивился Нуипусть. — Клубнику-то есть хочется.
— Хочется, это верно, — согласился Лентяйкин. — Но работать каждый день — это же утомительно! Я вот придумал: надо сделать так, чтобы клубника росла сама, а мы только лежали и ели.
— Так не бывает, — вздохнул Нуипусть. — Мы с Какбынетак пробовали. Она как раз говорила: «А вдруг сама вырастет?» Не выросла.
— Эх, молодёжь! — Лентяйкин хитро прищурился. — Сама не вырастет. А вот с помощью хитрости — вырастет! Я вот что надумал. Надо изобрести такое устройство, чтобы огород самополивался.
Нуипусть даже привстал в гамаке.
— Само поливался? Это как?
— А так! — Лентяйкин достал из кармана мятый листок и карандаш. — Смотри. Берём трубу, делаем в ней дырочки, подключаем к бочке с водой. И вода сама течёт на грядки! Ни тебе вёдер таскать, ни спину гнуть.
Глаза у Нуипусть загорелись. А потом он вспомнил про свою главную проблему.
— Слушай, Лентяйкин! А если я ничего делать не буду, я же обратно вырасту? Мне великаном нельзя — крыши ломаются.
Лентяйкин задумался. Это был сложный вопрос.
— Так, — сказал он. — Если ты будешь совсем ничего не делать — вырастешь. А если ты будешь изобретать — это же тоже работа? Головой думать — это работа?
— Не знаю, — честно признался Нуипусть. — Когда я думал, как клубнику полоть, я уменьшался.
— А когда ты думал, как ничего не делать? — спросил Лентяйкин.
Нуипусть замер. А ведь правда! Сейчас он лежал в гамаке и думал о том, как бы не работать и при этом не вырасти. И вроде не вырос. Даже наоборот — чуть-чуть уменьшился, когда Лентяйкин про трубу рассказывал.
— Кажется, если думать о том, как сделать работу легче, это тоже считается полезной мыслью! — догадался Нуипусть. — А от полезных мыслей я уменьшаюсь!
— Ура! — закричал Лентяйкин. — Значит, мы будем думать о том, как облегчить труд! Это же самое лучшее занятие для лентяя!
И они принялись за работу. Это была удивительная картина. Двое коротышек сидели под яблоней, окружённые чертежами, палками, верёвками и кусками жести. Они спорили, чертили, прикидывали, снова спорили.
— Нет, тут надо клапан поставить, чтобы вода не убегала! — кричал Нуипусть.
— А здесь — желоб, чтобы наклон был правильный! — добавлял Лентяйкин.
К вечеру первого дня они немного уменьшились. Оба. Потому что думали очень напряжённо.
— Слушай, — сказал Лентяйкин, глядя на себя в зеркальце. — А мы же с тобой работаем головой! И от этого уменьшаемся! Если мы так и дальше будем думать, мы станем совсем крошечными!
— Ага, — кивнул Нуипусть. — Но зато, когда мы изобретём поливалку, нам не надо будет таскать вёдра. Мы перестанем работать руками, будем только головой думать, как её улучшить. И, может быть, остановимся на каком-нибудь среднем росте!
- А кто в бочку воду будет таскать? – задал вопрос Лентяйкин.
- А это мы потом подумаем! – отмахнулся его  товарищ.
Целую неделю коротышки трудились над изобретением. К ним приходили любопытные, заглядывали через забор, но ничего не понимали.
— Они чего там делают? — спрашивал Помогайка, который изнывал потому, что его никто не звал помогать! От этого он просто на глазах хирел.
— Изобретают, — важно отвечал Попугайкин, который сам ничего не понимал, но делать умный вид умел. — Это очень сложно. Вот увидите, что-то будет.
И наконец «что-то» случилось. Утром восьмого дня Нуипусть и Лентяйкин вышли на огород с огромной конструкцией из бамбуковых палок, резиновых шлангов и жестяных банок.
Это было Поливальное Устройство имени «Нуипусть-Лентяйкин».
Они подключили шланг к бочке, открыли краник, и... вода тонкими струйками побежала по трубочкам прямо под кустики клубники. Равномерно, аккуратно, ни капли мимо!
— Работает! — закричал Нуипусть.
— Ай да мы! — закричал Лентяйкин.
И тут они заметили, что снова уменьшились. Теперь они были ростом чуть выше клубничного кустика.
— Ой, — сказал Нуипусть. — Кажется, мы перестарались с умными мыслями.
Но Лентяйкин только рассмеялся:
— Зато теперь мы самые умные в деревне! И самые ленивые! Потому что наше изобретение будет работать за нас!
С тех пор в Клубникино наступила новая эра. Все коротышки приходили смотреть на чудесную поливалку. А Нуипусть и Лентяйкин сидели в тенечке и придумывали, что бы ещё такое изобрести, чтобы вообще ничего не делать.
— Слушай, — говорил Лентяйкин. — А давай придумаем самоходную тележку, чтобы клубнику с поля возить?
— Давай! — соглашался Нуипусть. И они начинали думать.
И от этих мыслей они становились всё умнее и... всё меньше. Но это их уже не беспокоило. Главное, что клубника поливалась сама, а они лежали в тени и изобретали дальше. Потому что, как выяснилось, изобретать — это тоже работа. Только самая интересна.
А потом можно просто полежать на берегу речки, позагорать и вырасти до нужного размера.
Ничего страшного!
Нуипусть, глядя на очередную спелую ягоду, всегда думал: интересно, если я сейчас ничего делать не буду и просто лягу на травку, я обратно вырасту? Но потом смотрел на клубнику, вспоминал, как вкусно, и... шёл полить грядку.
Мало ли что.