За хлебом

Нам с Оксаной  доверили  ответственное дело разрешив отправиться в довольно дальнее путешествие – в магазин, который располагался в самом центре села.
   Добраться до центра села можно было тремя путями – через озеро, через ручей, проходя мимо дома бабки Аксютки, и по дороге, что тянулась за огородами Мишовки. Через озеро путь был самый короткий, но там надо предстояло ещё плыть на лодке, а мы с Оксанкой не умели ни лодкой управлять, ни как следует плавать, путь за огородами Мишовки по длине был самым дальним, поэтому нас отправили через ручей.
   Бабушки нам с Оксанкой подробно рассказали, как надо идти до магазина и, выдав денег и сумки для хлеба, помахали руками с нашего крыльца.
- Вы идите быстрее, нигде не задерживайтесь, – говорила моя бабушка. - Хлебная машина бывает всего два раза в неделю, и народ набирает себе его с запасом.  Если припоздаете, то хлеба может и не хватить. Так что вы идите сейчас: пока дойдете, будет уже десять часов, а машина придет в одиннадцать.
- Вы, как придёте, - напутствовала Бабаня, -  и увидите, что у магазина народ собрался, сразу узнавайте - кто за хлебом последний, и держитесь своей очереди.
- Если заблудитесь, то скажите, что вы с Мишовки, и вам укажут дорогу. - прокричала нам вслед баба Маня.
   Когда мы шли к бабке Аксютке первый раз, то дорога нам показалась очень долгой и длинной, а теперь почему-то короткой - до синего дома за ручьём мы добрались минут за десять и даже сами удивились тому, что он находится рядом.
Переходя через ручей, мы переглянулись, обдумывая - стоит ли заходить в гости к бабке Аксютке, и решили, что зайдем на обратном пути.
- Воды попьём, посидим, отдохнём у неё минут пять, - рассуждала Оксана. - Бабушке будет приятно.
- Как думаешь, у неё ещё компот остался? - я вспомнила про невероятно вкусный и ароматный компот, которым нас угощали прошлый раз.
- Конечно, остался. Ты же видела, сколько у неё в саду яблок, - ответила Оксана, и мы невольно остановились, оборачиваясь на дом бабки Аксютки от которого ещё отошли на небольшое расстояние.
- Вернёмся? - вдруг спросила меня Оксана.
   Я хотела уже было согласиться, но вспомнила бабушкин наказ, что надо поскорее дойти до магазина, а то хлеб весь разберут, и уверенно пошла вперёд, увлекая подругу за собой.
   Дом бабки Аксютки стоял задней частью к озеру, а сразу за домом начинались чьи-то огороды, огороженные хлипкой изгородью, и дорога поэтому какое-то время тянулась вдоль изгородей и озера, но потом вдруг озеро кончилось, и мы вышли на чьи-то травники. Через травники мы шли под пристальным взглядом какой-то женщины в розовом длинном халате, у которой голова была повязана синим платком - она вешала бельё на верёвки, натянутые между деревьев. Женщина была занята своим делом, но, заметив нас, остановилась и, поставив руки в боки, неотрывно смотрела, как мы пересекаем луг до тех пор, пока нас не заслонили от неё ветки кустарника. У нас с Оксанкой её пронзительный взгляд вызвал неприятные ощущения - от него почему-то даже коленки подгибались и становилось тяжело идти.
Дорога резко вильнула в сторону, обходя старый обитый ржавым железом сарай, и вывела нас на самый настоящий дорожный разъезд. Это была -  Угляновка, самая широкая улица села. Если до выхода на Угляновку с бабушкиных рассказов всё было понятно, то сейчас мы потеряли все ориентиры и растерянно встали, крутя во все стороны головами. Бабушка сказала, что в Угляновке надо держаться серебристого дома, а около него - свернуть налево. Осмотревшись вокруг, мы обнаружили шесть штук серебристых домов и растерялись, не зная - к которому из них нам следует идти.
- Вы что, заблудились? - нас окликнула женщина в ярко красном платке, пёстрой юбке и зеленой кофте. Смуглая, темноглазая, поджарая... Во рту у неё блестели золотые зубы, и я даже подумала, что передо мной – цыганка, и на всякий случай взяла Оксану за руку, сразу вспомнив ранее услышанные истории о том, как цыгане воруют детей. Я бы, наверное, ничего не сказала этой женщине, но подруга меня опередила.
- А как пройти в магазин?
- Я как раз туда иду, - отозвалась женщина. - Давайте, провожу.
   За весь наш совместный путь женщина совершенно не закрывала рта, пытаясь выяснить - кто мы такие, откуда приехали и кто является нашими родителями, а также – бабушками и дедушками.
- Динина дочка? У неё ещё брат есть, Женя, и сестра Валя? Я с Валей в одном классе училась. – женщина обрадованно засияла и стала расспрашивать – как дела у моей тёти, а потом мы дошли до магазина, где наша попутчица помогла нам занять очередь и покинула нас, пожелав на прощание удачи.
   Магазин представлял собой трехподъездное одноэтажное белое здание с рыжей шиферной крышей и дверьми синего цвета. Центральная дверь была закрыта на огромный амбарный замок, зачем-то выкрашенный в голубой цвет, зато две боковые двери были раскрыты настежь. Левая дверь вела в хозяйственный магазин; здесь пахло краской и пластмассой, вдоль стен стояли лопаты, грабли и еще
какие-то хозяйственные принадлежности. В деревянных лотках лежали гвозди; нам тут с Оксаной не понравилось – ничего на витрине не вызвало интереса. В правую же
дверь попасть мы смогли только, отстояв свою очередь за хлебом, потому что сам магазинчик был очень маленьким, и за людскими спинами даже не сразу удалось разглядеть прилавок с консервами, колбасой и селёдкой.
   И вот наконец цель была достигнута – мы держали в руках сумки, набитые буханками черного хлеба. Белого же мы взяли по одному батону. Руки сразу отяжелели, но надо было терпеть, чтобы донести покупки до дома.
   К бабке Аксютке мы всё-таки завернули, но к своему разочарованию увидели на входной двери маленький навесной замочек, что значило - хозяйка куда-то ушла. Сначала мы хотели остаться и подождать её, но потом передумали - ведь она могла уйти надолго.
   Перебравшись через ручей, мы обнаружили на своём пути неожиданную, преграду - кто-то привязал телёнка перед домами, мимо которых нам предстояло пройти. Получалось, что с одной стороны не пропускал высокий камыш, выстроившийся около ручья непроходимой стеной, с другой стороны – штакетник забора, а между ними это
рыжее лобасто-глазастое чудо вопросительно смотрело на нас, перестав жевать траву.
   Оксанка спряталась за мою спину и даже пискнула от страха.
-Ты что, это же – корова! Она – добрая! - попыталась я успокоить подругу.
- Погладь её, - предложила Оксанка.
- И поглажу! - я попыталась сделать вид, что мне нисколечко не страшно, вытянула руку и шагнула навстречу телёнку. В ответ тот вытянул вперёд морду и, издав громкое басовитое  «Му-у-у!», вдруг побежал нам навстречу. Я изо всех сил рванула вперёд - в ту сторону, где виднелись крыши Сатина порядка. Когда я бежала, меня осенила мысль  - на шее у коровки была веревка, которая не позволит телёнку далеко убежать!
   -«Му-у-у!», - снова раздалось сзади. Я остановилась, и, обернувшись, увидела, что Оксана тоже рванула от коровы бегом, но… в противоположную сторону.
- Таня! - закричала Оксана и в беспомощности опустила руки.
- Иди и ничего не бойся! Он же маленький! - крикнула я, но навстречу к подруге не сделала ни шага: я соврала - телёнок был уже достаточно большой, почти с меня ростом. Не взрослая корова, но и уже не маленькое дитя.
   Оксана осторожно двинулась вперед, стараясь обойти рыжую громадину стороной.
- «Му-у-у-у!», - телёнок заметил манёвр Оксаны и рванул к ней, издавая звуки приветствия.
   Оксана продолжала метаться из стороны в сторону, а телёнок, думая, что она с ним играет, зеркально повторял её движения. Вдруг он остановился, опустил голову и начал спокойно жевать траву. Оксана замерла на месте, но сообразив, что ничего особенного не происходит, стала медленно передвигаться в мою сторону.
   Телёнок всё так же жевал аппетитно траву, а потом вдруг резко поднял голову и бросился следом за уже миновавшей его Оксаной. Я с напряжением наблюдала за этой картиной и вдруг поняла — почему так всё происходит! На подруге
был надет красный сарафан!
- У тебя сарафан красного цвета! Беги! - поделилась я своим открытием с подругой, и она, осознав всю опасность своего положения, сделала отчаянный рывок ко мне.
   Верёвка на шее телёнка натянулась и не пустила его дальше.
   Огорченное, громкое «Му-у-у-у!» теперь слышалось, как
упрёк.
   Всё. Мы вырвались, и можно было идти дальше.
- Таня… А хлеб где? - Оксана неожиданно остановилась и с ужасом посмотрела на меня.
   Красная холщёвая сумка, которую Оксане дала для хлеба Бабаня, лежала на земле по ту сторону телёнка. Как раз там, где Оксана остановилась, когда первый раз пыталась убежать в противоположном направлении.
- Что теперь делать? - она смотрела на меня огромными, перепуганными глазами с мольбой и отчаянием.
   Возвращаться к теленку было страшно, тем более что он никуда не собирался уходить и не обращал никакого внимания на траву, а продолжал стоять и смотреть на нас, словно знал о нашей проблеме.
- Да не бойтесь вы его. Он просто пить хочет, - сзади к нам подошла какая-то женщина с ведром полным воды. - Идите, я задержу.
   Женщина подошла к телёнку, и тот сразу бросился к ведру и, жадно стал пить, громко хлюпая, причмокивая и сопя. Оксанка бегом бросилась к брошенной сумке и так же бегом вернулась ко мне.
   Дома, уже успокоившись, мы долго смеялись над тем, как бегали от телёнка, а однажды отправившись за хлебом, снова увидели его и удивились тому - какой он всё-таки маленький. Ведь при первой встрече он показался таким огромным! При второй встрече теленок не бежал к нам и не мычал – он был занят своими делами.
   Наверное, тогда он и правда думал, что у нас в сумках – вода, и мы пришли его поить, и не понимал – почему мы от него бегаем.

(фрагмент повести "Приключения в Мишовке"