Индийский батик. Глава 17

В эту ночь было полнолуние. Когда луна достигала своей самой привлекательной фазы, меня всегда мучила бессонница, и, не смотря на наш поздний отход ко сну, неведомая сила лунного притяжения заставила меня проснуться очень рано. В серебристом свете луны, сквозь приоткрытую дверь на террасу, я заметила движение чей-то тени. Я уловила легкий аромат дорогой сигары, хорошо мне знакомый и связанный с человеком из моего прошлого — Лео Паркером — единственным членом команды ролеров, который курил настоящие боливийские сигары.

Кто бы не решился устроить для себя ночной перекур, это не мог быть Микаэль или Дуглас — оба они никогда не имели такой вредной привычки. За Луи Филлипом я тоже не замечала ничего подобного, по крайней мере за то время, что мы провели здесь вместе. Скорее всего в этом можно было заподозрить кого-нибудь из числа прислуги, но Фред установил запрет на курение и выпивку для слуг и работников имения, как это водилось в прежние времена в Лесном доме. Да и кто из слуг решился бы разгуливать по гостевой зоне в это неурочное время?

Так или иначе, но мое любопытство взяло вверх. Я надела длиннополый узорчатый халат с широкими рукавами и осторожно выскользнула из комнаты, стараясь не разбудить Лизу. Из дверей комнаты я сразу оказалась на террасе, залитой холодным, бледным светом, словно от мощного прожектора. Там, у перил, на фоне высвеченного луною неба, проступала четкая, словно прорисованная тушью, худощавая фигура Виджая. Он размеренно курил объемную сигару, устремив свой пристальный, задумчивый взгляд на дальнюю линию холмистой местности.

Арора довольно спокойно отреагировал на мое появление, лишь слегка отвернул голову, чтобы дым от сигары не тянуло в мою сторону. Он продолжал свое занятие, очень медленно затягивая легкими густую струю ароматного дыма. Так же, неторопливо, он освобождался от этой субстанции, выдерживая значительную паузу перед очередной затяжкой.

Я подошла к перилам и встала неподалеку, окидывая взглядом темные очертания молчаливого сада и дальнего пространства под моими ногами.

- Вы курите, Виджай? - мой голос выдал мое недоумение, но это не могло послужить поводом для моего разочарования в этом человеке.

Делиец опустил голову и попытался скрыть виноватое выражение лица за густыми струями дыма, выпущенными им из ноздрей наподобие седых усов.

- Как видите, Сима-джи, - курю, - наконец произнес он, не сумев подобрать в свое оправдание нужных слов. - А вы почему не спите? Еще довольно рано.

- Видите, какая сегодня луна? - я подняла взгляд к ночному светилу и залюбовалась его безупречной формой. - Я плохо сплю в такие ночи, или совсем не сплю. В молодости, ясными ночами, когда луна светила в окно моей комнаты, я писала стихи и читала китайскую и японскую поэзию. 

- Вас, вероятно, раздражает запах от дыма сигары? Признаюсь честно, я тоже не мог заснуть, а сигара иногда успокаивает мой встревоженный ум. В полнолуние я тоже бываю романтичным. Только я никогда не писал стихов. Я люблю исполнять красивую музыку на гитаре.

- Что же могло вас взволновать сегодня? У нас впереди несколько дней тесного общения. Мы ведь пока не расстаемся.

- Я немного волнуюсь перед поездкой в Андхру. Мне кажется, там должно произойти что-то необычное.

- В жизни всегда что-то случается, но насколько все может быть необычным, это зависит только от нашего восприятия. Люди иногда не придают никакого значения удивительным вещам, а ничего не значащие случайности могут быть не заслуженно оценены, как выдающиеся. Для меня вся это поездка по Индии кажется сказочным сном, ведь я давно потеряла связь с внешним миром — тем миром, где меня ждали, где я была живой и бесконечно влюбленной в творческий идеал.

Арора, слегка откинув голову, с интересом посмотрел на меня и, как мне показалось, мечтательно улыбнулся.

- Сима-джи, вы не задумывались о такой возможности, чтобы навсегда остаться здесь? - спросил Виджай как-то неуверенно: то ли ему было трудно подобрать слова, чтобы доходчиво подать свою мысль, то ли он боялся услышать от меня насмешку в ответ на его высказывание. - У вас есть друг, который всегда готов помочь вам. Если он смог полюбить эти места, то что может помешать вам, одинокой, но свободной от семейных отношений женщине, сделать то же самое? Женщина не должна жить без поддержки со стороны мужчины. Думаю, что Октавиус уже предлагал вам такую поддержку. Любая индийская женщина на вашем месте приняла бы ее.

- До этого момента я никогда не задумывалась, насколько серьезно можно было относиться ко всему, что связывало меня с этим человеком, - призналась я Ароре. - Мы с Фредом никогда не были по-настоящему близки в том понимании, когда близость может связывать мужчину и женщину. Но мне кажется, он всегда любил меня. Даже в течение всего этого времени безмолвия, мысленно он всегда был рядом со мной. Только я пока не могу принять от него заботу. Я привыкла воспринимать его как одного из персонажей придуманной мной жизненной истории. И этот персонаж, как ни странно, все еще не стал главным героем.

- Разве нельзя поменять роли? Ведь сейчас будет все по-другому.

- Я прислушаюсь к вашему совету, Виджай! Я буду скучать по вам, когда вернусь домой.

- Если вы решите переехать сюда жить, Сима-джи, то я буду навещать вас. Я познакомлю вас со своей семьей и со своими друзьями. Вы не будете чувствовать себя одинокой.

Мне давно никто не говорил таких теплых слов. Внезапно я осознала, что время лишило меня самого главного в моей жизни — общения с друзьями и с новыми, необычными людьми — именно того, что раньше было в моей жизни всегда.

- Я немного переживаю из-за поездки в Андхру, - призналась я. - Дуглас хочет познакомить меня и Лизу со своими родственниками: с сыном, невесткой и внуком. В этой жизни мне всегда недоставало окружения близких мне людей: родителей, дядюшек, тетушек, бабушек и дедушек. Рэм — мой двоюродный брат, которого я очень любила, стал моим опекуном после смерти моих родителей. Но он пропал без вести, едва я стала совершеннолетней. Неизвестно, как бы сложилась моя жизнь, если бы у меня не было такого брата. Стал бы заботиться обо мне его отец, мой дядя, который постоянно был в разъездах? Хотя мой дядя был совсем неплохим человеком.
 
- Ваш брат пропал без вести в такое чудесное время? - не понимающе посмотрел на меня Виджай. - У нас часто пропадают люди во время цунами или прорыва плотин в период затяжных ливней.

- Он ушел из дома, из своей квартиры и больше его никто никогда не видел… - Я с печалью взглянула на луну, клонившуюся к горизонту. - Мне до сих пор непонятно,  как такое могло случится именно в то счастливое для нас время. Фред тоже очень переживал эту утрату. Незадолго до исчезновения Рэма, Дуглас почти сдружился с моим братом. Вероятно, именно после исчезновения Рэма, мы с Фредом стали лучше понимать друг друга, и он начал проявлять в отношение меня заботу и внимание.

- Такие печальные события обычно сближают людей…

- Сейчас в моей жизни потерь оказалось намного больше, чем тогда. Где-то я понимаю, не важно, в каком возрасте человек покинул этот мир, - этот уход все равно неизбежен. Но однажды случится момент, когда об этом просто некому будет сожалеть. Так что, любое негодование по поводу неразумного устройства этого мира, это всего лишь попытка отрицания очевидного факта.


Виджай погрузился в долгое молчание, но между тем на его лице то и дело возникало едва уловимое выражение симпатии, так хорошо мне знакомое, когда, слегка покачивая головой, он останавливал на мне свой выразительный взгляд. Я начала зябнуть от утренней свежести и плотней запахнула свой широкий халат.

- Пойду, попытаюсь все же уснуть. Как-то вдруг похолодало, - сказала я, нарушив неловкую паузу. - Это особый знак: если я чувствую холод, значит мое тело хочет спать. Что поделаешь, - возраст!

Виджай не стал меня удерживать. Он остался стоять в той же задумчивой позе, продолжая следить за мной немного печальным взглядом. Эту печаль я постоянно ловила в его глазах в последнее время.

Вернувшись в комнату, я свернулась калачиком на своей кровати и, даже не успев представить образ Ароры и осмыслить нашу с ним беседу, моментально уснула.