Позитивное мышление

     Осваивать игру на гитаре я начал довольно поздно. Шёл третий год обучения в университете, и, прознав о том, что в музыкальном училище за небольшую плату обучают игре на удивительном инструменте, пошёл записываться. В этом училище студенты-выпускники давали уроки, обучая игре на музыкальных инструментах, им засчитывалась педпрактика. Я, конечно, в ученики попался из ряда вон, так как был старше выпускников музучилища. Руководительница-педагог  отвечающая за набор на педпрактику  подтвердила, что мне можно здесь учиться, и я на дедовой квартире, со временем обратившейся в склад, по детской памяти отыскал шестиструнную. Инструмент ждал хозяина давно, чехол покрылся изрядным слоем пыли. Главное, что он был еще цел, ведь тренькал, проводя по струнам висящей гитары шалости ради, в беззаботном возрасте.
     Однако же на инструмент должны еще взглянуть педагоги из профессионального училища и вынести свой вердикт: можно ли заниматься на подобном инструменте. Отец рассказывал, что гитару купили ему для обучения в музыкальной школе. Взяли самую дорогую, ездили за ней в областной центр. В паспорте, что существует для каждой гитары, вклеенный на заднюю деку, видную в отверстие розетки, было напечатано: «Изяславская фабрика музыкальных инструментов».
     Первым делом я отмыл подругу шестиструнную и пропылесосил. О, чудо, гитара подошла в качестве инструмента, на котором я намеревался учиться. Струны мне поменяли, она держала строй. Конечно, у педагогов, что получали профессию, классические гитары были на порядок лучше, но для меня, начинающего, это ещё не имело существенного значения.
     На педпрактике за мной закрепили двух человек. Один из них обучал меня игре на инструменте – студент четвертого курса училища.  Второй, студент консерватории, в его обязанности входило контролировать работу педпрактикантов, делать замечания, советовать, на что стоит обратить внимание в обучении. Особенное внимание он уделял звукоизвлечению, старший из учителей мог подолгу смотреть каким образом у ученика поставлены руки, на движение пальцев. Студент из консерватории, в отличии от педпрактиканта приходил на занятие один раз в месяц.
     Врезался в память эпизод, который когда я находился в классе, не показался существенным, если брать во внимание процесс освоение игры на гитаре. Внимательно послушав, как я исполняю сюиту, Денис, так звали наставника-гитариста задумчиво произнес, мне и моему учителю.
     - Нельзя сказать, что у этого парня особенные способности для игры на гитаре. Звукоизвлечение не сильно поставлено, на голоса не разделяет. Но в то же время, кто знает, может из него получится гитарный мастер, который делает для музыкантов инструменты. Невозможно не отметить желание, ведь после двадцати лет пришел в классическую школу.
     В музучилище я прозанимался год, за этот период меня обучало два выпускника. Дальше осваивал инструмент самостоятельно: познакомился с аккордовым способом, по табулатурам, обращал внимание на аккомпанемент. В музучилище не возвращался, было стыдно, на итоговом выступлении завалил программу, подвел учителя. Хотя учитель не отказывался вести меня дальше.
     Волею судьбы, перебравшись на новое место жительства, столкнулся с проблемой трудоустройства. Вспомнил про музыкальное прошлое, о музыкальной школе и описанной педпрактике. Меня взяли в магазин музыкальных инструментов. При собеседовании с директором, я сказал, что могу быть у него подмастерьем. Хотя опыта было не много: замена струн, колковой механики, прикрепление ремня для выступления перед аудиторией, ну и само собой - настройка. Настраивал по слуху.
     Директор, о, совпадение! как и Денис тоже заканчивал консерваторию, и тоже по классу гитары, принял во внимание мои слова. Когда принимали товар, он оценивающим взглядом проверял каждую партию инструментов. Смотрел на гитару с разных ракурсов, ловя линию ладов на грифе, высоту струн над порожками. Мы сталкивались с дефектами, директор показывал и рассказывал, устраняли неполадки, то, что не могли исправить – отправляли обратно поставщикам. К электрогитарам директор тоже относился с трепетом и знал предмет как свои пять пальцев. В магазине вначале под его руководством я выполнял смелые операции с ремонтом инструмента, он подсказывал и про клей, и про струбцины, и про звукосниматели, и о типах акустических и электрогитар. Директор с фамилией похожей на фамилию известного олигарха сумел передать свое увлечение своему подчиненному. Бывало, шеф подкалывал меня, наблюдая за неказистой техникой игры, тем не менее давал дельные советы.
     - Илья, когда такое было, И.Х. учит тебя играть?!  Не в его характере преподавать игру на гитаре, – удивлялась его супруга.
      Поразительно, почему мне удалось перенять именно опыт по ремонту гитар? Про себя я ведь не выделял эту занятость как будущее ремесло.